Читать онлайн Дезире, автора - Зелинко Анна-Мария, Раздел - Глава 23 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дезире - Зелинко Анна-Мария бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 38)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дезире - Зелинко Анна-Мария - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дезире - Зелинко Анна-Мария - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Зелинко Анна-Мария

Дезире

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 23
Лето 1807. В почтовой карете, где-то в Европе…

Мариенбург. Вот — цель моего путешествия. К сожалению, я, как всегда, не знаю, где находится Мариенбург, но меня сопровождает полковник, которого император дал мне в провожатые. У него на коленях карта, время от времени он дает указания кучеру. Думаю, что когда-нибудь мы достигнем этого Мариенбурга…
Против меня Мари бурчит о плохих дорогах и о том, что мы так часто бываем в пути.
Вероятно, мы где-то возле Польши, потому что когда мы останавливались сменить лошадей, я слышала говор, не похожий на немецкий.
— Мы немного сократили путь, — пояснил полковник. — Мы могли бы ехать через Северную Германию, но это задержало бы нас, а Ваше сиятельство спешит.
— Да, я очень, очень спешу.
— Мариенбург недалеко от Данцига, — заявляет полковник. Это мне ничего не объясняет. Я также не знаю, где Данциг.
— Здесь недавно шли бои. Но теперь заключен мир, — говорит полковник, видя, что я смотрю на убитую лошадь с раздутым брюхом и на множество наскоро сбитых крестов над могилами в поле.
— Но теперь заключен мир, — повторяет он.
Да, Наполеон заключил мир. На этот раз договор был подписан в Тильзите. Немцы, поддерживаемые Пруссией, пытались вытеснить нас. Русские им помогали. «Монитор» писал о славной победе наших войск под Иеной.
Жозеф сказал мне по секрету, что Жан-Батист отказался выполнить приказ императора и этим чуть не навлек на себя большую беду, но он исправил свою ошибку, осадив Любек и генерала Блюхера со всей его армией. Бог ведает, где находится и этот город!
Он взял город приступом. Потом пришла эта ужасная зима, когда я совсем не получала известий. Берлин был взят, неприятельские войска отогнаны в Польшу. Жан-Батист командовал левым крылом нашей армии. Наконец, царь согласился подписать мир, что и было сделано в Тильзите.
Наполеон вернулся в Париж совершенно неожиданно. Его лакеи в зеленых ливреях (зеленый — цвет Корсики) развозили по домам приглашения в Тюильри на праздник в честь победы.
Я достала из шкафа свое новое платье от Роя. Иветт причесала меня и надела жемчужную диадему, присланную Жаном-Батистом в августе прошлого года в подарок к годовщине нашей свадьбы.
Мы так давно не виделись! Господи, так ужасно давно!
— Ваше сиятельство сегодня повеселится, — сказала моя компаньонка, подавая мне ларчик с драгоценностями.
Я покачала головой.
— Я буду в Тюильри очень одинока. Даже Жюли не будет…
Жюли — в Неаполе.
Праздник в Тюильри окончился для меня совершенно неожиданно. Мы стояли, как полагалось, в зале и ждали, когда распахнутся двери и под звуки Марсельезы войдет император. Когда он показался под руку с императрицей, мы склонились в придворном реверансе. Медленно Наполеон и Жозефина сделали круг по залу, поговорив с некоторыми приглашенными и не заметив других, чем повергли последних в отчаяние.
Вначале я не видела Наполеона, так как его рослые адъютанты в расшитых золотом мундирах совсем закрывали его от меня. Но вот он остановился вблизи и заговорил с голландским сановником.
— Я слышал, — начал он, — что злые языки утверждают, будто мои офицеры идут в бой позади своих солдат. Будто бы так говорят в Голландии…
Действительно, ходят слухи, что голландцы очень недовольны французской диктатурой, неуклюжей грубостью увальня Луи и угрюмостью королевы Гортенс. Я думаю, что император будет выговаривать сановнику, и внимательно смотрела в лицо Наполеону.
Он опять сильно изменился. Черты его лица обозначились резче, улыбка выражала лишь превосходство. Он пополнел и выглядел тучным в своем полковничьем сюртуке без всяких знаков различия. У него появилась привычка закладывать руки за спину и шевелить пальцами.
Теперь его улыбка стала иронической.
— Месье, я полагаю, что победы нашей армии есть достаточное доказательство храбрости солдат и офицеров. Они не боятся опасности. Кстати, в Тильзите я получил известие, что один из маршалов ранен.
Слышно ли было биение моего сердца в наступившей тишине?..
— Я говорю о князе Понте-Корво, — произнес он после паузы.
— Это… это правда? — Мой голос разбил безмолвие, сохраняющееся согласно этикету.
Наполеон сморщился. Нельзя вскрикивать в присутствии Его величества. А… он посмотрел прямо на меня. «Это, оказывается, маленькая м-м Бернадотт…» Морщины его разгладились, и я поняла, что он видел меня раньше и хотел таким образом сообщить мне о ранении Жана-Батиста. В присутствии посторонних! Может быть, он хотел наказать меня? За что?
— Дорогая княгиня, — начал он, и я сделала реверанс. Он взял мою руку и поднял ее. — Я сожалею, что вы услышали меня, — сказал он, при этом его взгляд был пустым и равнодушным. — Князь Понте-Корво, так много сделавший в эту кампанию, и которого мы так высоко ценим, был легко ранен пулей в шею под Шпандау. Мне сообщили, что князь уже выздоравливает. Я прошу вас не волноваться, дорогая княгиня.
— Умоляю вас, Ваше величество, дать мне возможность немедленно выехать к мужу, — произнесла я глухо.
Он пытливо посмотрел на меня. Действительно, жены маршалов не имеют привычки ездить к мужьям в действующую армию.
— Князь в Мариенбурге, где его лечат. Я не советую вам пускаться в это путешествие, княгиня. Дороги на севере Германии плохие, там только что окончились бои, и зрелище это не для хорошеньких женщин, — сказал он холодно.
Я поняла: он мстил мне за тот ночной визит, когда я просила за герцога Энгиенского. Он мстил мне за то, что своим приходом я толкнула его на необдуманный поступок. Он мстил за то, что я люблю Жана-Батиста, которого не он мне сосватал и которого он не любит.
— Сир, я умоляю разрешить мне выехать к мужу. Почти два года я его не видела.
Взгляд Наполеона скользнул по моему лицу. Он кивнул.
— Почти два года… Смотрите, месье, как преданы маршалы Франции своей родине! Если вы настаиваете, княгиня, я прикажу приготовить для вас пропуск. На сколько человек?
— На двоих. Я возьму Мари.
— Простите, кто это?
— Наша верная Мари. Может быть, Ваше величество помнит ее?
Наконец исчезла мраморная маска. Ее заменила простая человеческая улыбка.
— Конечно! Верная Мари и ее булочки… — он повернулся к адъютанту: — Пропуск для княгини Понте-Корво и одного человека из ее свиты, — затем он обвел глазами группу военных и приказал: — Полковник Мулен, вы будете сопровождать княгиню и отвечаете мне головой за ее безопасность. Когда вы думаете ехать?
— Завтра утром, сир.
— Прошу передать князю сердечный привет. Отвезите ему подарок в благодарность за его заслуги. Я хочу… — его глаза заблестели, улыбка сделалась саркастической, я поняла, что он крупно играет в этот момент. — Я дарю ему дом бывшего генерала Моро на улице Анжу. Я купил его у супруги генерала, когда тот был выслан из Франции. Жаль, что Моро не захотел быть с нами и уехал в Америку! Он был славный солдат!
Приседая в реверансе, я увидела лишь удалявшуюся спину и сжатые за ней руки, как будто он пытался удержать непрерывно двигавшиеся пальцы. Дом генерала Моро… Того Моро, который имел одни убеждения с Жаном-Батистом, который не захотел предать Республику 18-го брюмера, встал во главе заговора против Наполеона, был арестован спустя пять лет по обвинению в монархическом заговоре и приговорен к двум годам тюрьмы. Было довольно странно арестовывать по обвинению в монархизме самого преданного Республике генерала… Первый консул заменил приговор пожизненной ссылкой. А император покупает его дом и дарит его лучшему другу Моро, которого он ненавидит и которого не может забыть…
Вот почему я путешествую по дорогам войны, около которых валяются раздутые трупы лошадей с задранными копытами, дорогам, поля вокруг которых усеяны наспех поставленными крестами, пошатнувшимися от ветров и дождей.
Идет дождь, без конца идет дождь!..
— А ведь у них есть матери, — размышляю я вслух. Полковник, задремавший в уголке кареты, вздрагивает и открывает глаза.
— Что вы сказали? Матери?..
Я показала в окно:
— Убитые солдаты — ведь они чьи-то сыновья!
Мари задернула занавески. Полковник, не понимая, переводил взгляд с Мари на меня. Но мы молчали. Он пожал плечами и закрыл глаза.
— Я соскучилась по Оскару, — говорю я Мари. — Впервые со дня его рождения я разлучилась с ним.
Рано утром в день отъезда я отвезла Оскара к м-м Летиции в Версаль. Мать императора живет в Трианоне. Она как раз вернулась от мессы.
— Я присмотрю за Оскаром, — обещала мне она. — Ведь я воспитала пятерых сыновей.
«Она их воспитала, это верно, — подумала я, — как плохо она их воспитала!» Но ведь таких вещей не говорят матери Наполеона.
М-м Летиция провела по лбу Оскара своей шершавой рукой, которую ни кремы, ни массажи не смогли сделать белой и мягкой. Следы тяжелой домашней работы остались на всю жизнь.
— Поезжайте спокойно ухаживать за своим Бернадоттом, Эжени. Я присмотрю за Оскаром, — повторила она.
Оскар… Мне холодно без моего маленького мальчика. Когда он болен, он всегда спит в моей кровати.
— Не сделать ли нам привал на постоялом дворе? — спросил полковник.
Я покачала головой. Когда стемнело, Мари подложила мне под ноги грелку, которую она наполнила горячей водой на последней почтовой станции
Дождь стучит по крыше кареты. Могилы солдат с их убогими крестами утонули во тьме. Так мы приближаемся к Мариенбургу.
«Ну, уж это ни на что не похоже!» — подумала я, когда наша карета остановилась возле штаб-квартиры Жана-Батиста.
Я мало-помалу привыкла к замкам, в которых мы иногда жили, но Мариенбург не был замком. Это была настоящая готическая крепость. Средневековая крепость, серая, ужасная, полуразрушенная и зловещая. Вход охраняли солдаты. Сколько щелканья каблуками при отдаче чести, какое волнение, когда полковник показал мой пропуск… Жена маршала, собственной персоной!..
— Я хочу сделать ему сюрприз и прошу не докладывать о моем приезде, — сказала я, выходя из кареты.
Два офицера проводили меня через главный вход в убогий дворик. Я вздрогнула, увидев серые замшелые стены, и мне показалось, что сейчас я встречу дам и трубадуров. Но я видела лишь солдат различных полков.
— Монсеньор почти совсем поправился. Сейчас он работает и просил его не беспокоить, — сказал молоденький офицер улыбаясь.
— Неужели не нашлось помещения получше, чем этот замок трубадуров? — не удержалась я от вопроса.
— Во время войны князю безразлично, где жить, а здесь, по крайней мере, достаточно места, чтобы разместиться. Сюда, княгиня, пожалуйста.
Он открыл почти незаметную дверь, и мы очутились в коридоре. Было холодно, воздух был застылый. Наконец, мы вошли в маленькую комнату, и ко мне подошел Фернан.
— Мадам!
Сначала я его не узнала, так он был наряжен. На нем была ливрея темно-красного цвета с огромными золотыми пуговицами, украшенными незнакомым гербом.
— Боже, как ты элегантен, Фернан, — сказала я, смеясь.
— Это потому, что мы теперь князья Понте-Корво, — заявил мне бездельник важно. — Посмотрите, мадам, пуговицы. — Он выпятил живот, чтобы показать мне все пуговицы. — Пуговицы с гербом Понте-Корво, гербом мадам, — заявил он гордо.
— Вижу, Фернан, — ответила я, пытаясь разгадать, что изображено на гербе. — Как здоровье моего мужа, Фернан?
— Мы почти совсем поправились, только еще не совсем прошел шрам, — ответил Фернан.
Я прижала палец к губам. Фернан понял меня и тихонько открыл дверь в соседнюю комнату.
Жан-Батист не слышал моих шагов. Он сидел за бюро, опершись подбородком на руку, и читал огромную книгу. Свеча освещала его лоб, очень спокойный лоб.
Я осмотрелась. Жан-Батист умел создавать хаос в своей комнате! Перед камином, где весело потрескивали поленья, стоял еще один письменный стол, на котором громоздились карты и огромные тома книг. Сбоку стоял второй стол, покрытый огромной картой, блики огня окрашивали ее в розовый цвет. В глубине я увидела его узенькую походную кровать и столик с серебряным погребцом и посудой. Остальная часть огромной комнаты пустовала.
Я потихоньку подходила к нему. Жан-Батист не слышал. Воротник его походного сюртука был расстегнут, на нем был белый галстук, под подбородком галстук был ослаблен, и я увидела часть повязки. Он перевернул страницу и записал что-то в тетрадь.
Я сняла шляпу. Возле камина было очень жарко, и, наконец, после стольких дней, проведенных в сырости и холоде, я начала согреваться. Я была совершенно разбита, я так устала, я была просто на пределе сил.
— Ваше сиятельство, — сказала я, — дорогой князь Понте-Корво!
От звука моего голоса он подскочил.
— Боже мой! Дезире!
В два прыжка он был возле меня.
— Твоя рана еще болит, — спросила я между двумя поцелуями.
— Да. Особенно когда ты прижимаешь ее рукой, как сейчас.
Я отдернула руку.
— Я буду целовать тебя, не обнимая.
— Разве получится? Попробуем!
Я села к нему на колени и спросила, показывая на огромную книгу на бюро:
— Что ты читаешь?
— Юриспруденцию. Сержант должен много читать, если он хочет управлять всей Северной Германией и всеми ганзейскими городами.
— Ганзейские города, что это такое?
— Гамбург, Любек, Бремен. И не забудь, что на моей совести остались и Ганновер, и Ансбах.
Я закрыла книгу и примостилась поудобнее на его коленях.
— Оскар был болен, а ты оставил нас одних, — прошептала я. — Ты был ранен и так далеко от меня!
Он зажал мне рот поцелуем.
— Девчурка, девчурка! — говорил он, прижимая меня к себе.
Дверь широко отворилась, и мы на минуту отпрянули друг от друга. На пороге стояли Фернан и Мари.
— Мари спрашивает, где княгиня будет спать, — закричал Фернан тоном обвинения. — Она хочет разобрать чемоданы.
Я поняла, что он страшно недоволен появлением Мари.
— Эжени не может ночевать в этом клоповом замке, — сказала Мари плаксивым голосом.
— Клопы! Нет ни одного, — закричал Фернан в ответ. — Вы же знаете, что они не живут на таких мокрых стенах, и потом все насекомые боятся холода. У меня в кладовой есть кровати, и даже с балдахинами.
— Клоповый замок! — сказала Мари с раздражением.
— Когда эти двое ссорятся, я чувствую себя опять дома, на улице Сизальпин, — сказал Жан-Батист, смеясь.
Я вспомнила о подарке императора. После ужина я скажу ему, что мы должны будем переехать в дом Моро. Сначала поедим и выпьем вина, а уж потом…
— Фернан, через час княгиня должна иметь сухую, теплую комнату, где она может отдыхать, — сказал Жан-Батист.
— И без клопов, — добавила Мари.
— Мы с княгиней будем ужинать здесь, в моей комнате, через час.
Мы слышали, как они удалялись, ссорясь как обычно. Я опять взобралась на колени Жана-Батиста и рассказывала ему обо всем: о том, как Жюли стала королевой, о коклюше Оскара, о том, что просил передать ему м-сье ван Бетховен.
— Я должна тебе рассказать, что Бетховен не захотел посвятить свою симфонию императору. Он хотел назвать ее «Героическая». В честь воспоминания о том вечере у нас в Ганновере.
— Героическая… А почему бы и нет?..
Фернан накрыл маленький столик. Во время ужина (повар Жана-Батиста приготовил нам превкусного цыпленка), когда Фернан наполнил наши бокалы бургундским, я заметила;
— У тебя серебряные приборы, и даже с монограммой Понте-Корво. А я все еще пользуюсь нашим старым серебром с буквой «Б».
— Отдай серебро мастеру. Пусть он сотрет букву «Б» и выгравирует новые монограммы, Дезире. Теперь тебе нет необходимости экономить, мы очень богаты.
Фернан вышел. Я глубоко вздохнула, вспомнив, как экономно мы жили первое время после свадьбы. Пора было сказать о доме…
— Мы богаче, чем ты думаешь, — начала я. — Император сделал нам подарок — дом.
Жан-Батист поднял голову.
— У тебя масса новостей для меня, девчурка. Мой старый друг Бетховен называет свою симфонию «Героическая» в честь пребывания в нашем доме. Мой старый недруг — император, дарит мне дом. Какой дом?
— Дом генерала Моро, на улице Анжу. Император купил его у мадам Моро.
— Я знаю об этом. За четыреста тысяч франков. Это было несколько месяцев тому назад, и об этом много говорили в офицерских кругах.
Жан-Батист медленно очищал апельсин. Этот апельсин путешествовал через всю Европу. Он прибыл из королевства моей сестры.
Я выпила рюмку ликера. Жан-Батист размышлял.
— Дом Моро! — пробормотал он. — Мой товарищ, генерал Моро, изгнан, а мне император дарит такой подарок как бы в реванш. — Он поднял глаза. — Я получил сегодня письмо, в котором император извещает меня, что дарит мне поместья в Польше и Вестфалии стоимостью в три тысячи франков. Однако он не сообщает ни о доме, ни о твоем приезде. Он хотел влить ложку дегтя в бочку меда, он пытался испортить мне радость свидания с тобой. Это ему удалось!
— Он сказал, что считает твои заслуги в Любеке неоценимыми.
Жан-Батист молчал. Две глубокие вертикальные складки прорезали его лоб.
— Я постараюсь обставить наш новый дом как можно лучше, — сказала я, перебивая его. — Мальчик все время спрашивает о тебе.
— Я не знаю, смогу ли жить в доме Моро. Вероятно, я никогда не буду жить там. Лучше уж я буду приходить туда в гости к тебе и Оскару. — Он помешал угли в камине. — Нужно написать об этом Моро.
— Тебе нельзя с ним переписываться. Ему запрещено сноситься с Европой.
— Император приказал мне ведать ганзейскими городами. Из Любека можно писать в Швецию. Из Швеции письма доставляются в Англию и Америку. А в Швеции у меня есть друзья…
Воспоминание далекое и полузабытое вдруг проснулось во мне. Стокгольм, где-то возле Северного полюса, небо, как свежевыстиранная простыня…
— Кого ты знаешь в Швеции? — спросила я. Жан-Батист встал и, оживленно расхаживая по комнате, начал рассказывать:
— Когда я взял Любек, в плен попали шведские военные — эскадрон шведских драгун.
— Разве мы в состоянии войны со Швецией?
— А с кем мы не в состоянии войны? После Тильзита мир очень непрочен, и шведы примкнули к нашим врагам. Их сумасбродный король решил, что он избран Богом, чтобы свергнуть Наполеона. Это, конечно, религиозный бред.
— Как его зовут?
— Густав. Густав IV, кажется. В Швеции всех королей зовут Карлами или Густавами. Его отец — Густав III — нажил столько врагов, что был убит своими приближенными на костюмированном балу.
— Подумай!.. Какой ужас! Какое варварство… На балу!..
— Во время нашей молодости эти вопросы решались с помощью гильотины, — ответил Жан-Батист иронически. — Об этом трудно судить, но еще труднее обвинять. — Он посмотрел на огонь. Его спокойное настроение возвращалось к нему.
— Сын этого Густава, который был убит, Густав IV послал своих драгун воевать с Францией, и они попали в плен в Любеке. Ну-с, а Швеция меня весьма интересовала, и поскольку я получил возможность познакомиться со шведами, я пригласил шведских офицеров поужинать со мной. Я познакомился с м-сье Мернером, — он запнулся, — подожди, я где-то записал их имена. — Он подошел к бюро.
— Но это не важно, — сказала я. — Продолжай!
— Нет, это важно. Я хочу вспомнить их имена. А. вот м-сье Густав Мернер, Флаш, Ла-Гранже и бароны Лейджонджельем, Банер и Фризендорф.
— Эти фамилии невозможно произнести, — заметила я.
— Эти офицеры объяснили мне обстановку. Их Густав ввязался в войну с французами против воли народа. Он, кроме того, думал выиграть в мнении русского царя, потому что шведы постоянно опасаются, что Россия может отнять у них Финляндию.
— Финляндию? Где находится Финляндия?
— Подойди, я покажу тебе на карте.
Я подошла. Он поднял свечу.
— Вот Дания. Она соседствует с Ютландией. По географическим условиям она не может нам противостоять и поэтому она заключила с императором договор о дружбе. Ты понимаешь?
Я кивнула.
— Вот пролив Орезунд. Здесь начинается Швеция. Швеция не хочет быть на стороне императора. До сих пор она могла рассчитывать на заверения царя, но теперь, после Тильзита, где царь подписал договор с Наполеоном, а Наполеон, таким образом, развязал руки царю в отношении Балтийских государств… Как ты думаешь, что теперь делает Густав? Сейчас этот сумасшедший затевает войну с Россией. Дело идет о Финляндии. Посмотри на карту. Вот Финляндия, и она принадлежит Швеции.
— Как же Швеция удержит Финляндию, если царь захочет отнять ее?
— Видишь, даже ты, маленькая глупышка, задаешь этот вопрос! Конечно, они не сохранят Финляндию. Нужно поступить не так. Нужно отдать Финляндию царю, а взамен… — Жан-Батист ударил рукой по карте, — взамен шведы должны организовать союз с Норвегией. Это не трудно и очень выгодно.
— А кто управляет Норвегией?
— Король Датский. Но норвежцы не хотят ему подчиняться. Это простой народ, без знати, без королевских дворов. Они очень недовольны правлением Дании, так что их теперь считают сторонниками Наполеона. Если бы мне пришлось дать совет Швеции, я сказал бы им: отдайте Финляндию царю, а взамен заключите союз с Норвегией. Таким образом, можно создать королевство из двух стран, связанных географически. Это было бы разумно.
— Так ты и объяснил шведским офицерам?
— Да, и очень обстоятельно. Сначала они не хотели и слышать об уступке царю Финляндии, но ни один их аргумент не выдерживал моего натиска. Наконец, я им сказал: «Месье, я — незаинтересованная сторона. Француз, стоящий перед картой, маршал, кое-что смыслящий в стратегии. Вы заявляете, что Россия нуждается в Финляндии, чтобы защитить свои границы. Если вы действительно заинтересованы в спокойствии финляндского народа, то ратуйте за независимость Финляндии. Но пока, мне кажется, что вы больше интересуетесь судьбой шведов, живущих в Финляндии, а не финнов. Чтобы то ни было, можете не сомневаться, что царь укрепит свои границы, а вашей стране будет устроено невиданное кровопускание, если вы не решите этот вопрос так, как я вам его представил и как я рекомендовал бы. Что касается вашего врага номер два — императора Франции могу вас заверить, что в ближайшее время мы займем Данию. Сумеет ли Швеция противостоять нам — дело ваше. Норвегия же не сможет быть занята нами, если мы не пройдем через Швецию. Спасайте вашу страну нейтралитетом. Если же вы хотите иметь объединенное королевство, то объединяйтесь с Норвегией».
— Ты очень хорошо сказал, Жан-Батист. А что ответили шведы?
— Они смотрели на меня так, как будто я выдумал порох. «Не смотрите на меня, смотрите лучше на карту», — сказал я им. — Жан-Батист помолчал. — А на другое утро я их отправил в Швецию. — Он улыбнулся. — Теперь у меня в Швеции есть друзья.
— Для чего тебе друзья в Швеции?
— Необходимость в друзьях может быть всегда и везде. Но нужно, чтобы Швеция прекратила распри с Россией и не воевала с нами, иначе мне придется занять их страну. Мы здесь только и ждем, чтобы Англия вторглась в Данию, тогда мы сможем сделать Данию своим плацдармом для нападения на Англию. Поскольку под мое руководство отданы ганзейские города, император хочет назначить меня командующим войсками в Дании. Густав Шведский, считающий себя оружием Бога против Наполеона, заставит императора в один прекрасный день дать приказ о вторжении в Швецию. Мне, командующему войсками в Дании, не составит большого труда пересечь пролив и занять Швецию.
— Скажи, а ты говорил шведским офицерам, что можешь оккупировать Швецию?
— Да. И они были поражены, когда я развернул перед ними картину, только что рассказанную тебе. Толстяк Мернер страшно разгорячился. Он кричал мне: «Вы раскрываете военные тайны! Что вы делаете?» Знаешь, что я ответил?
— Нет, — ответила я, потихоньку подвигаясь от карты к походной кровати Жана-Батиста. Я так устала, что еле держала глаза открытыми. — Что ты ответил, Жан-Батист?
— Господа, уверен, что Швеция не устоит, если будет атакована маршалом Фраиции. Вот что я ответил. Ты спишь, малышка?
— Почти, — прошептала я, пытаясь поудобнее устроиться на узкой походной кровати.
— Тебе приготовлена комната. Я думаю, все уже спят. Иди ко мне, я отнесу тебя, никто не увидит.
— Но я не могу подняться, а так устала…
Жан-Батист наклонился надо мной.
— Если ты хочешь спать здесь, я останусь в кресле у бюро. Мне еще нужно много читать.
— Нет, ты ранен и должен отдыхать.
Жан-Батист присел на кровать.
— Расстегни мне платье и сними ботинки. Я не могу пошевелиться.
— Знаешь, я думаю, что шведские офицеры выступят на заседании Сейма и постараются сделать так, чтобы их король отрекся от престола. Тогда королем будет его дядя…
— Тоже Густав?
— Нет, Карл. Это будет Карл номер тринадцать. Он бездетен и, говорят, дряхл. Почему на тебе три юбки, моя дорогая?
— Потому что все время шел дождь и было очень холодно в карете. Бедный Мернер, бездетен и дряхл…
— Да нет, это не Мернер, это Карл тринадцатый, король Швеции.
— Если я сожмусь в совсем маленький комочек и подвинусь на край кровати, то мне кажется, здесь и тебе хватит места. Мы могли бы попробовать…
— Да, давай попробуем, девчурка…
Я проснулась ночью. Я лежала на руке Жана-Батиста.
— Тебе неудобно, моя маленькая?
— Мне очень хорошо… Почему ты не спишь, Жан-Батист?
— Я не устал. И так много мыслей кружится в голове. Но тебе нужно спать, дорогая.
— Стокгольм стоит на озере Мелар. А по Мелару плывут зеленые льдины, — прошептала я.
— Откуда ты это знаешь?
— Неважно, откуда я знаю. Я знаю одного человека, которого зовут Персон. Прижми меня крепче, Жан-Батист, чтобы я чувствовала, что я действительно с тобой. Иначе я буду думать, что вижу это во сне…
В Париж я вернулась лишь осенью.
Жан-Батист со своими офицерами уехал в Гамбург. Это было началом его руководства ганзейскими городами. Он хотел побывать в Дании и проверить укрепления, обращенные в сторону Швеции.
На обратном пути не было уже такой ужасной спешки. Грелки были всегда горячие, слабое осеннее солнце посылало свои лучи в окна моей кареты, по сторонам дороги лежали неубранные поля. Больше мы не видели трупов лошадей и видели очень мало могил. Дождь сравнял их, а ветер повалил кресты. Можно было забыть, что проезжаешь по полям недавних сражений. Можно было бы забыть о сотнях убитых… Но я не могла забыть!
На одной из остановок полковник принес старый номер «Монитора». Мы узнали, что самый младший брат Наполеона, этот негодник Жером, который объелся на свадьбе Жюли и его рвало, что этот самый Жером тоже стал королем. Император объединил некоторые княжества Германии и создал королевство Вестфалия. Кроме того, император заставил немецкую принцессу из очень старинной знати выйти замуж за короля Вестфалии Жерома I двадцати трех лет. Катрин Вюртембергская стала невесткой моей Жюли. Интересно, вспоминает ли Жером ту американку, мисс Петерсон, с которой он развелся, послушный приказу Наполеона?
— Мари, самый младший брат императора стал королем…
— Теперь, если никто его не будет сдерживать, он будет все время болеть поносом. Ведь он так жаден до еды! — меланхолично заметила Мари.
Полковник посмотрел на нее со страхом. Уже не однажды он слышал подобные сентенции. Я выбросила «Монитор» в окно, и листок полетел, гонимый ветром, по прежим полям сражений.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Дезире - Зелинко Анна-Мария



Роман просто супер! Я им зачитываюсь уже несколько лет и нисколько не надоедает !!!!!
Дезире - Зелинко Анна-МарияТатьяна
12.03.2010, 15.22





Великолепный роман. Про маленькую девчушку поднявшеюся от "дома шелка" до королевского двора.
Дезире - Зелинко Анна-МарияGala
16.04.2014, 1.41





Хороший роман, нобольше исторический, чем любовный. Очень интересно написан.
Дезире - Зелинко Анна-МарияАлина
18.05.2014, 9.04





Снимите роман с общего доступа! Права на него принадлежат нашей семье!
Дезире - Зелинко Анна-Мариявладимир
20.05.2014, 11.19





Читала это произведение не один раз,покупала книгу в издании,но у меня ее постоянно"зачитывали" и я снова искала ее и читала,а теперь мне подсказали,что это чудо можно скачать в электронном виде и уж отсюда она никуда не денется и я смогу читать ее в то время,когда мне очень плохо,эта книга дает мне силы и настроение.
Дезире - Зелинко Анна-МарияЗахарова Галина Васильевна
25.10.2014, 16.04





В в каком году написан роман? Очень пожож на сценарий фильма о Дезире.
Дезире - Зелинко Анна-МарияАнна
23.01.2016, 9.01





Несмотря на то, что роман исторический, читается легко, хотя читала печатный вариант. Роман понравился, но временами было ощущение недосказанности в любовной линии, и недопонимание поведения гл.героини, ее поспешного бегства из Швеции от любимого мужа. И еще момент, когда Жан-Батист приезжает в Париж, стоит на коленях у ее кровати, и она говорит, что его комната его ждет???!!! А как же любовь???
Дезире - Зелинко Анна-МарияЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
13.06.2016, 20.10








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100