Читать онлайн Роза на зимнем ветру, автора - Эйби Шэна, Раздел - 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Роза на зимнем ветру - Эйби Шэна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.74 (Голосов: 38)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Роза на зимнем ветру - Эйби Шэна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Роза на зимнем ветру - Эйби Шэна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Эйби Шэна

Роза на зимнем ветру

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

7

Утром Дэймон понял, что заболел. Голова гудела, язык пересох и распух, тело горело. Единственное, чего ему хотелось – это спать, спать, спать.
Он стоял, прислонясь к грот-мачте, спиной к ветру. Сидеть было негде.
– Это простуда, – сказала Соланж, дотронувшись ладонью до его лба.
– Я это и сам знаю, – раздраженно огрызнулся Дэймон. – И даже знаю, как это лечить. В Вульфхавене я давно уже отыскал бы нужную траву.
– Ты скоро там будешь.
– Не так скоро, как мне хочется, – проворчал он.
Рыбак управлял баркасом с помощью двух рослых светловолосых сыновей. К Дэймону они относились с уважением. Соланж же, как безусый юнец удостоилась лишь терпеливого снисхождения. Все они время от времени поглядывали на небо. Пока им везло: набрякшие тучи висели низко, но снега не было.
Дэймон чувствовал себя виноватым перед Соланж. Наверное, не стоило так рявкать на нее. Не ее вина, что он заболел. А, может быть, все-таки ее? Весь этот кошмар, что им пришлось пережить!
Дэймон смотрел на волны, но единственное, что он видел, были глаза Соланж – такие темные и тревожные, когда она коснулась лба Дэймона.
В его дорожном мешке всегда хранился мешочек с травами – на всякий случай. Сейчас он был внизу, в трюме. Надо бы спуститься, посмотреть. Помнится, там было что-то от простуды: гвоздика, эфедра... Можно будет заварить их с чаем после высадки.
Перед ним опять появились глаза Соланж. Неужели он видел в них тревогу? Тревогу за себя? Возможно, она боится, что без него не доберется до Айронстага? Нет! Он подумал, что об этом Соланж тревожиться не станет. С ним ли, без него – а она будет продолжать путь, пока не окажется дома.
Тревогу за его здоровье? Вряд ли, если она не любит его. Ее отношение к нему не могло измениться за несколько дней!
Дэймон рывком отстранился от мачты, поморщившись от боли в суставах. Он чувствовал себя совершенно разбитым. Напрасно он отказался разделить постель с Жисленой. В результате ему пришлось провести ночь на камнях перед очагом в зале таверны, подставив спину сквозняку. Он ворочался всю ночь. Один бок поджаривался, другой мерз. Теперь он пожинал плоды этой практически бессонной ночи.
Соланж он нашел внизу, под палубой, рядом с лошадьми. Здесь, по крайней мере, не дул холодный ветер. Она сидела, обхватив колени руками, и смотрела в пространство.
Дэймон размышлял, стоит ли ему заговаривать с ней. Холодный взгляд Соланж отбил у него всякую охоту делать это. Он прошел мимо, к куче их скарба и рылся там, пока не отыскал нужной сумки. Таррант поздоровался с ним тихим ржанием. Соланж молча следила за ним.
Из сумки Дэймон извлек кожаный мешочек с травами. Каждая травка лежала в своем пакетике, корешки были обернуты в овчину. Такой способ хранения Дэймон придумал сам, и долгие годы практики доказали, что он был прав.
– Тебе не надо выходить на ветер, – вдруг сказала Соланж.
Дэймон взглянул на нее.
– Если ты будешь торчать на палубе, – продолжала она, – лучше тебе не станет. Оставайся здесь, внизу, пока мы не доберемся до суши.
– Как ты сама сказала, графиня, это всего лишь простуда. Со мной все будет в порядке, – ответил Дэймон.
– И все-таки тебе надо поберечься, чтобы она не переросла во что-нибудь похуже. Очень просто запустить простуду, и тогда это может кончиться чем-нибудь серьезным. Например, чахоткой.
Что-то в голосе Соланж насторожило его. Вместо того, чтобы сказать ей, что знает все это, Дэймон решил послушать, куда она клонит.
– Ты думаешь?
Соланж помолчала немного.
– Однажды в Уэллберне заболела одна женщина. Все началось с легкого насморка. Но она выходила на холод, не одевалась тепло и вскоре уже не могла встать с постели. Думали, что она умрет.
– – И что же с ней сталось? Как ее лечили? – поинтересовался Дэймон.
– Лекарь прописал ей кровопускание.
– Женщине с чахоткой пускали кровь?
Соланж смотрела ему прямо в глаза.
– Да. Ей объяснили, что это избавит ее от дурной крови.
Дэймон потряс головой.
– Пиявки, конечно, показаны в некоторых случаях, но я удивлен... А ее не пробовали лечить травами? Горчичными припарками?
– Я не знаю точно, как ее лечили. Знаю только, что ее держали в тепле и сухости, кормили мясным отваром и тому подобным.
– Отваром... – Дэймон поймал себя на том, что неотрывно смотрит на руки Соланж. – И долго эта женщина была прикована к постели?
– Кажется, очень долго, – приглушенно ответила она.
– Сколько?
– Примерно... примерно около года.
Пальцы ее сжались, затем разжались. И снова сжались.
Дэймон решил переменить тему. На самом деле его совершенно не интересовало, чем закончилась эта история. Тем не менее, он продолжал свои рассуждения и не мог остановиться.
– Целый год хворать, прикованной к постели!
? Да.
– Я поражен, как эта женщина сумела все вынести.
– Она не одна такая.
Соланж, похоже, совершенно ушла в себя, в свои мысли.
– Скажи мне, после того, как она выздоровела, ей продолжали пускать кровь?
– Да, – негромко проговорила Соланж. – Кровь пускали всегда.
Что-то внутри Дэймона напряглось, угрожая вот-вот лопнуть. То была незримая, тонкая нить, которая связывала воедино все его существо.
Глядя на Соланж, на каштановую прядь, небрежно упавшую на ее плечо, он чувствовал, как опасно натянулась эта потаенная нить. Загляни он сейчас в глаза Соланж, и нить порвется.
Быть может, она тоже почувствовала это... и одарила его ослепительной улыбкой.
– Но женщина выздоровела. Все закончилось хорошо. Теперь, я уверена, она жива и здорова.
Послышались шаги. Соланж поспешно спрятала волосы под капюшон. По настоянию Дэймона с самого начала путешествия она держалась подальше от рыбаков и большую часть времени проводила в трюме. Сейчас она отошла к коням, повернувшись спиной к люку. На трапе появился младший из сыновей старика.
– Отец велел передать, что уже видны саксонские утесы.
Дэймон молча глядел на него, плохо понимая смысл услышанного.
– Вы разве не хотите подняться наверх? – спросил удивленный его молчанием мальчик.
– Да, – ответила ему за двоих Соланж. – Мы сейчас поднимемся.
Мальчик ушел. Дэймон тупо смотрел на то место, где он только что стоял. Вдруг эту пустоту заполнила Соланж – она шагнула на трап, собираясь выйти наружу. Повинуясь порыву, Дэймон схватил ее за руку, чтобы задержать хоть на миг.
– Та женщина... – начал он и осекся.
В глазах Соланж не было ни тени милосердия, лишь напряженность, странным образом похожая на его собственные чувства.
– Я же сказала. Все закончилось хорошо. Сейчас та женщина жива и благополучна. Я не думала, что мой рассказ так взволнует тебя. Уверена, с тобой ничего похожего не случится. Ты, в конце концов, гораздо крепче. – Соланж высвободила руку из его пальцев. – Мы непременно купим тебе шляпу, – повторила она и торопливо пошла вверх по ступенькам.
Шляпа...
Дэймон разразился болезненным смехом. Ему пришлось согнуться вдвое, чтобы заглушить этот смех. Уж конечно, что ему сейчас нужно, так это именно шляпа. Купим шляпу – и все будет в порядке.
Шляпа... Дэймон попытался представить, какой головной убор выберет для него Соланж, заботясь о его здоровье.
Корабль качнуло, и Дэймона отбросило к дальней стене. Чем ближе берег, тем сильнее становилось волнение в проливе. Нужно было подняться наверх. Стены трюма, казалось, смыкаются все тесней. Ему нужен воздух, свежий воздух...
Выйдя на палубу, Дэймон увидел бесконечные гряды буровато-зеленых волн, над которыми вскипала кудрявая пена. Соланж вместе с остальными стояла у грот-мачты, глядя, как из тумана выплывают меловые утесы Дувра.
Дэймон присоединился к ним. Старик и его сыновья отошли готовить баркас к прибытию в порт. Ветер хлестал его по лицу, трепал волосы, обжигал соленым дыханием кожу, но это ощущение было приятным.
Рядом с Дэймоном стояла Соланж. Радость, кипевшая в ней, казалась такой же бурной, как волнение моря.
На губах ее блуждала странная улыбка. Ветер сдувал с ее лица капельки слез. Или Дэймону это почудилось? Ему трудно было смотреть на Соланж – слишком туго натягивалась незримая нить...
Дэймон опасался того, что в Дувре их уже вполне могли поджидать солдаты Редмонда. Он беспокойно всматривался в берег. Соланж держалась поближе к нему, стараясь не поднимать головы. Пока они не заметили ничего подозрительного. Ничего такого, чтобы спешным порядком бежать из города. Хотя и задерживаться в Дувре он не собирался. Лучше поскорее оказаться на просторах родной земли. Но Вульфхавен был за много миль отсюда, а Айронстаг и того дальше. И все же, как хорошо вернуться... Дэймон испытал огромное облегчение. Он был готов как можно быстрее покинуть Францию.
А Соланж... Он не мог бы сказать, что именно чувствует Соланж. Едва они достигли порта, она снова приняла замкнуто-неприступный вид. Если б Дэймон собственными глазами не видел, какой радостью светилось еще недавно ее лицо, он бы решил, что возвращение домой нисколько ее не трогает.
Впрочем, Дэймон знал, что это не так. Он снова учился разгадывать чувства Соланж и все больше преуспевал в этом искусстве. Он уже понял, что она тщательно скрывает свое истинное «я». Должно быть, этому она обучилась, будучи графиней.
Дэймону не терпелось покинуть город. Заваленные мусором улочки и бесчисленные ряды домов, как всегда, вызывали у него удушье. К тому же здесь было слишком много любопытных глаз.
Пронзительные вопли детей смешивались с выкриками торговцев, блеяньем овец, кукареканьем и кряканьем птицы, привезенной на продажу. Дэймон всегда терпеть не мог городское многолюдье. Он родился и вырос в ином мире, к которому города не имели никакого касательства. Там были покой, размеренное чередование сева и жатвы, чистый воздух и простор. Дувр или Лондон – все города для него были одинаково непривлекательны.
Первое, чем они занялись, сойдя с баркаса, – отправились покупать шляпу. Соланж заявила, что не покинет Дувра, не купив ему надлежащего головного убора. Когда Дэймон напомнил, что им опасно задерживаться в го роде, графиня Редмонд поглядела на него с искренним удивлением.
– Но ведь это Англия! – воскликнула она. – Здесь нас не посмеют схватить.
Онемев от такой наивности, Дэймон позволил Соланж затащить его в первую попавшуюся лавку. Прежде чем войти туда, она спрятала волосы под капюшон и хорошенько застегнула плащ.
Хотя вид у них был неприглядный, шляпник приветливо встретил посетителей, явившихся в такую непогоду. Соланж вежливо разъяснила, что во время бури брат потерял шляпу и что ему нужна новая. Она без колебаний отвергла все образчики шляпного искусства, украшенные перьями, бархатом и кружевами, и попросила показать что-нибудь попроще и подобротней, так как и сами они люди простые. Дэймон не смог сдержать улыбки.
Они остановились на скромной шляпе с черными полями, вызвав этим у шляпника открытое неудовольствие. Впрочем, когда Дэймон заплатил за покупку золотом, человечек расплылся в улыбке и снова принялся вовсю хлопотать вокруг таких выгодных покупателей.
? Может, купите что-нибудь и для молодого господина? – угодливо предложил он.
Соланж покачала головой, но Дэймону эта идея понравилась. После недолгих поисков он приглядел нарядный, украшенный перьями берет с отделкой из синего бархата и кружева. Соланж закатила глаза, но ничего не сказала, когда Дэймон уплатил за берет и нахлобучил его ей на голову.
– Мой младший братец – человек отнюдь не простой, так что ему пристало и одеваться понарядней, – пояснил он, с ухмылкой глядя, как Соланж хмурит брови из-под кружевной отделки.
– Да-да! – восторженно приговаривал лавочник. – Что за чудный мальчик! Дамы будут от него без ума!
– Не сомневаюсь, – дружелюбно согласился Дэймон. – По-моему, этот берет очень идет ему.
– Совершенно верно, господин мой, совершенно верно! Какие глаза! Какая кожа!
– У тебя перья вместо мозгов, – тихо пробормотала Соланж. – Нам пора. Хватит болтать.
Дэймон кивнул шляпнику, и тот согнулся в ответном поклоне.
– К вашим услугам, господа, всегда к вашим услугам! – еще долго восклицал он им вслед.
Оказавшись на улице, Соланж хотела сразу же снять берет, но Дэймон со смехом остановил ее.
? Ты не можешь не признать, что он прекрасен. Ты выглядишь в нем заправским городским щеголем.
? Но я вовсе не желаю быть щеголем! – возмутилась она.
– Ну-ну, не скромничай. Он просто создан для такого изысканного юного модника, как ты.
? Что за чушь!
– Клянусь, все женщины этого города умрут от любви к тебе.
– Они все умрут от смеха.
– У тебя совершенно неправильный взгляд на вещи. Умоляю, не снимай его, по крайней мере, пока мы не вы едем из города. Этот берет, знаешь ли, делает тебя совершенно неузнаваемой.
Соланж бросила на Дэймона подозрительный взгляд, но встретила лишь его сияющую улыбку. Прекрасно, пусть будет так, как он хочет.
Свою шляпу Дэймон плотно натянул на голову и пустил Тарранта рысью. Чувствовал он себя сейчас куда лучше, чем в начале дня. По настоянию Соланж они остановились пообедать в таверне близ городских ворот. Дэймон находил это крайне опасным, но не мог отказать себе в удовольствии видеть, как радуется Соланж при виде еды, как исчезают тени под глазами. Близость к дому действовала на нее исцеляюще. Скоро их путь завершится.
Дэймон потребовал у служанки горячей воды и заварил крепкий лечебный чай. Соланж с благоговейным любопытством следила за его действиями, не отрываясь, однако, от тушеного барашка и пирога с голубями. Казалось, она не ела целую вечность. Особенный восторг вызвал у нее горячий хлеб со сливочным маслом. Она съела кусок, потом еще один...
Дэймон улыбнулся.
– Можно подумать, – заметил он, – что во Франции тебя вообще не кормили.
Соланж ответила не сразу.
? Я вдруг ужасно проголодалась, – сказала она, наконец.
?Я вижу.
Она опустила глаза и продолжала с аппетитом жевать.
Они накупили себе в дорогу кучу еды, огромный мех для воды и, подумав, добавили ко всему этому четыре пирога с голубями. Как ни уговаривала его Соланж, Дэймон отказался заночевать в гостинице, ссылаясь на то, что тогда их увидит слишком много народу. На самом деле ему очень хотелось вытянуться на мягкой, удобной кровати, но одна только мысль, что придется делить ее с Соланж, приводила его в смятение.
– Наша цель, – напомнил он Соланж, – побыстрее достичь Айронстага, если не хочешь, чтобы солдаты Редмонда снова напали на наш след. Интересно, о чем бы они стали беседовать со своей графиней.
– Но я вовсе не желаю беседовать с ними, милорд. Ты прав, нам лучше уехать сегодня же. Что до меня, я готова в путь хоть сейчас.
Они отправились в путь и очень быстро оказались в землях Кента. Дэймон дышал полной грудью, наслаждаясь запахом земли. Тусклый свет луны освещал дорогу. Каждый думал о своем.
Дэймон вспомнил детство, юность, невинные встречи в яблоневых рощах и куда менее невинные приключения при дворе. Каким же странным путем пошла его жизнь! Он оказался там, где начал свое земное существование, в Вульфхавене, однако обратная дорога была мучительна. Да, пути господни неисповедимы...
Соланж ехала рядом с Дэймоном, задумчивая, но ничуть не угрюмая. На голове у нее по-прежнему красовался нелепый берет. Она заявила, что он согревает голову, и искренне сожалела, что они не купили второй такой же для Дэймона.
Сейчас кружева берета подпрыгивали в такт лошади ному шагу, как будто плясали вокруг лица Соланж и ниспадали на ее шею. Она прекрасна, восхитительна, обворожительна...
Дэймон отвернулся, стиснув зубы, но отрицать очевидного больше не мог. Вне всяких сомнений, он любит Соланж, любит даже после всего того, что пережил по ее милости.
Эта любовь точно рассекла его надвое, и теперь в нем бок о бок существовали два совершенно разных человека. Маркиз Локвуд, королевский рыцарь, был вне себя от бешенства. Он не мог простить женщину, которая предала его. Женщину, которая отреклась от него ради выгодного брака, безжалостно и неотвратимо вычеркнула его из своей жизни, хотя прежде бесстыдно твердила, что любит его! У которой хватает бесстыдства делать вид, что он ей и ныне небезразличен! Это было нестерпимо.
Другой Дэймон, однако, был иного мнения, и голос его звучал все отчетливей и яснее, заглушая гнев. Этот второй Дэймон видел в Соланж свою половину, венец своего пути и своих исканий. Этот Дэймон вырос вместе с девочкой по имени Соланж, знал ее нежное, любящее сердце, ведал ее силу и слабости. И ее душу, которая по-прежнему была частью его души.
Этот человек страстно желал Соланж, всю Соланж с ее красотой, страстью и ложной гордыней. Однако за исполнение этого желания пришлось бы заплатить слишком дорогую цену. Дэймон искренне боялся, что этот, второй человек и есть его истинное «я».
Соланж уже отвергла его однажды, и этот отказ разбил жизнь юного Дэймона. Ему пришлось собирать ос колки и начинать все сначала. Он слишком долго шел к своей цели. Слишком много труда положил, дабы достигнуть ее. Слишком много людей зависели от него, чтобы сейчас Дэймон мог потерять себя. Это немыслимо.
И это значит, что до конца своих дней Дэймон должен оставаться один. Конечно, его постоянно будут окружать люди. Безусловно, он рано или поздно женится, но все равно до скончания века проживет в полном одиночестве.
Вульфхавену нужен наследник, а стало быть, рано или поздно Дэймон должен будет исполнить свой долг перед предками, но то будет лишь вынужденное продолжение рода, не более. О да, он постарается стать хорошим мужем. Он будет лелеять и беречь свою супругу. Любить будущих детей и почитать их мать. В этом Дэймон поклялся себе и был полон решимости сдержать клятву. Но какая бы ни была та женщина, она не будет Соланж, а значит, никогда не станет частью его души. Его сердце всегда будет принадлежать одной только Соланж.
А кому будет принадлежать она сама? Соланж – вдова и вполне может заключить новый брак. Сам Эдвард был бы счастлив заполучить часть богатств и владений такой состоятельной особы. Соланж наверняка придется очень скоро вновь выйти замуж. Король будет настаивать на том, чтобы ее владения обрели надежного хозяина и защитника.
До чего же странно думать, что этот юноша в мешковатом плаще и нелепом берете – богатая и знатная вдова. Руки Соланж, сжимавшие поводья, были совсем маленькими, словно у крошечной девочки, которая отчаянно цепляется за материнские юбки. На них даже не было драгоценностей. Кроме одной – его кольца.
Дэймон горько усмехнулся собственным мыслям.
– О чем ты думаешь, милорд? – Соланж давно уже следила, как меняется выражение его лица.
– О боге, – ответил Дэймон, – и о том, что все мы в его власти.
– Я и не знала, что ты так религиозен.
– Вера приходит тогда, когда больше всего в ней нуждаешься, – отозвался он.
– В самом деле? Тогда мне, боюсь, еще долго ждать. Дэймон ничего не ответил на это, и Соланж тоже смолкла. «Бедный Дэймон, – думала она, – нелегко ему, должно быть, снова оказаться рядом со мной». Соланж понимала, что милосердней всего было бы попросту отпустить его. До Айронстага теперь не так уж и далеко. Наверняка она сумеет добраться туда одна. А Дэймон сможет вернуться в свой замок, к своим делам. К своей жизни. Свой долг перед Соланж он давно уже исполнил. С ее стороны было бы эгоистично удерживать его, заставлять путешествовать вместе только ради мимолетного счастья быть с ним рядом и до конца своих дней запомнить эти чудесные мгновения.
Какое счастье – снова увидеть Дэймона, даже если она ему больше не нужна. Дэймон теперь зрелый мужчина. Рыцарь. У него своя жизнь, свой мир, в котором Соланж нет места. Его будущее крепко связано с дорогим его сердцу Вульфхавеном. Ее же участь так же зыбка, как пушинка, подхваченная ветром.
Побег из Дю Клара был совершен Соланж в приступе отчаяния, которое накапливалось в ней все эти нелегкие годы. Сделанного не исправишь, но тогда она могла думать лишь об одном – любой ценой бежать оттуда, бежать в Айронстаг. В ее памяти это место осталось родным домом, но сейчас она не надеялась встретить там теплый прием.
Весть о смерти отца нанесла ей тяжкий удар. После свадьбы, после того, как Редмонд увез ее во Францию, она навсегда простилась с Генри и думала, что больше никогда его не увидит. Теперь Соланж понимала, что это было лишь иллюзией. В глубине души она не верила, что больше не увидит отца. И хотя он так и не пожелал навестить ее, ни разу не прислал узнать о жизни дочери, ни разу не ответил на ее осторожные и краткие послания, Соланж все же не допускала, что отец мог так безжалостно и бесповоротно вычеркнуть ее из своей жизни. Время доказало, что она ошибалась. Теперь отец ушел навсегда. Жестокой судьбе было угодно, чтобы случилось это именно тогда, когда Соланж, наконец, освободилась от власти Редмонда. Теперь она никогда больше не увидит Генри, никогда уже не сможет спросить его, знал ли он, какому чудовищу отдал свою дочь.
От Дэймона Соланж вестей не ждала. Прощание с ним было прощанием с единственной любовью ее жизни. Боль была настолько нестерпимой, что Соланж приказала себе не думать о нем, не вспоминать его. И, тем не менее, именно Дэймон помог ей выжить.
Рыцарь, ехавший рядом с Соланж, мало чем напоминал того юношу, который помимо ее воли приходил к Соланж во снах, чей шепот учил ее отваге, хитрости, стой кости. Увы! Соланж понимала, что нынешний, реальный Дэймон не желает иметь с ней ничего общего..
А потому ей остаются лишь воспоминания да те недолгие мгновения, которые она провела рядом с ним по пути в Англию. Соланж была благодарна судьбе даже за эти крохи. Только бы подольше длилось их путешествие, только бы подольше не отпускать Дэймона в Вульфхавен, где ей нет места. Побыть с Дэймоном еще немного, запомнить навсегда все то, чем ей не дано владеть. Вот и все. Не так уж много она просит у судьбы...
– Расскажи мне о Вульфхавене, – попросила она.
Дэймон тряхнул головой, словно очнулся от тяжелого сна.
– Что ты хочешь знать о нем?
– Все.
– Тебе известна история Вульфхавена.
– Я хочу знать, какой он сейчас. Расскажи, как ты там живешь, чем занимаешься.
– Чем? – Дэймон, похоже, опешил от такого количества вопросов. – Да тем же, чем занят любой лорд в своих владениях. Прежде всего, землями...
– И что ты на них выращиваешь?
– Пшеницу, ячмень, рожь. Немного овса и льна. – Дэймон раздраженно махнул рукой. – Не понимаю, графиня, с какой стати тебя это интересует.
– Отчего бы и нет? Мы росли вместе, и с самых детских лет я слышала от тебя рассказы о Вульфхавене. Теперь мне хочется знать, осуществились ли наши давние планы.
Соланж пожалела об этих словах раньше, чем они успели сорваться с ее языка. У нее и в мыслях не было напоминать Дэймону о прошлой жизни, в особенности о тех наивных грезах, которыми они упивались вместе.
– Я хотела сказать, милорд, что мне любопытно было бы...
– Мадам, я прекрасно понял, что именно вы хотели сказать. Вам совершенно незачем пускаться в лишние объяснения. Вульфхавен состоит из замка, прилегающих к нему деревень, а также их обитателей. Занимаемся мы по большей части земледелием, выращивая урожаи, дабы прокормить себя и торговать с соседними землевладельцами. Разводим также овец на шерсть, как и в Айронстаге. Правда, наши стада, разумеется, гораздо меньше. – Голос Дэймона был ровным и безжизненным, словно он давал урок нелюбимому ученику.
Соланж тихонько вздохнула. Она хотела услышать совсем не это, но понимала, что на все свои дальнейшие расспросы получит лишь сухое перечисление фактов.
– Понимаю, – сказала она тихо. – Спасибо.
На ночь они остановились у одного из множества стогов, разбросанных по полю после сбора урожая. Соланж спала, положив рядом свой берет. Иоланда бродила неподалеку, словно охраняя сон хозяйки. Таррант вел себя неспокойно, то и дело будил Дэймона фырканьем, нервным шуршанием сена под тяжелыми копытами. Впрочем, признаков опасности, не было, и Дэймон снова погружался в сон, не понимая, что так растревожило жеребца. Быть может, Тарранту не меньше, чем его хозяину, не терпелось закончить, наконец, это путешествие.
Желая увериться, что им ничто не грозит, Дэймон утром поинтересовался у Соланж, какая будет погода. Она долго смотрела на небо, затем покачала головой.
– Думаю, что хорошая. Ни дождя, ни снега. День будет ясный.
Дэймон что-то проворчал и укоризненно взглянул на Тарранта. Конь в ответ бесстрастно уставился на него.
Собираясь тронуться в путь, Дэймон не мог отделаться от навязчивого чувства беспокойства. Быть может, чутье подвело его, и он упустил какой-то след, что-то не расслышал в гуле ветра. Не об этом ли пытается предупредить его Таррант? Неужели опасность близка?
Пора было ехать. Он повернулся к Соланж, готовый поделиться своей тревогой, но передумал.
Соланж сидела, поджав ноги, на большом камне, спиной к солнцу, и расчесывала волосы. Она занималась этим каждое утро, и всякий раз Дэймон старался заблаговременно уйти подальше от этого зрелища. Сейчас он замер, зачарованно глядя на нее.
Было нечто завораживающее в том, как размеренно Соланж пропускала гребень из слоновой кости сквозь тяжелые густые пряди. Начав от макушки, она вела руку ниже и ниже, до самых кончиков волос, а затем отнимала гребень, и освобожденные локоны прихотливо падали на плечи. В утреннем свете они пылали золотым огнем. Дэймон хорошо помнил, какие они мягкие на ощупь.
Соланж отделила нерасчесанную прядь и вновь принялась за дело. И вот уже волнистые локоны выскользнули из ее руки, и солнечный свет засиял в них, разбрызгивая золотые, багряные, пламенные искры. Волосы колыхались, окутывая ее сияющей завесой.
Дэймону непривычно было видеть так привольно распущенные женские волосы. Даже Соланж всегда старалась подбирать и прятать их. Ему казалось, что он бесстыдно подсматривает за неким таинством. Дэймон подумал, что ему следовало бы отвернуться, но он не мог оторвать взгляда от ее волос. От нее.
Снова гребень прошелся по вьющимся шелковистым локонам, и они мягкой волной упали на плечо Соланж. Сейчас, когда она сняла плащ, серая туника не могла скрыть женственных очертаний ее фигуры. Соланж рас пустила шнуровку у горла, и в вырезе показалась нежная шея. Волосы рассыпались по тунике, проскользнули под ткань, бесстыдно прильнув к коже. Дэймон почти явственно ощущал шелковистое касание этих прядей, упои тельную нежность желанной плоти. Ему чудилось, будто Соланж тесно прижимается к нему, и шелк ее волос, тепло кожи, пьянящий ее аромат манят его, зовут коснуться их...
Вот они, сплетаясь в объятиях, опускаются на землю. Туника Соланж распахнулась, обнажив полные груди. Он прижимается к ним жадными губами. Сладость ее тела пьянит Дэймона. Соланж осыпает его поцелуями, обвивает ногами его бедра, с губ ее срываются страстные стоны. Дэймон срывает с нее тунику, дрожит от нетерпения, и Соланж торопливо помогает ему избавить ее от одежды, а затем тесно приникает к Дэймону, бессвязно шепчет его имя...
– Дэймон? Дэймон!
Он очнулся. Соланж по-прежнему сидела на камне с гребнем в руке. Вид у нее был встревоженный.
– Что с тобой, милорд? Почему ты не отвечаешь мне и так странно смотришь?
По счастью, жизнь при дворе научила Дэймона скрывать свои мысли.
– Я... задумался. Что ты хотела спросить?
– Не думаешь ли ты, что сейчас нам будет разумней путешествовать днем, а не ночью?
Образ обнаженной Соланж, податливой и мягкой, стонущей в его объятиях, никак не хотел исчезать. Всеми силами он старался придумать внятный ответ на ее вопрос, но когда губы Соланж шевелились, он воображал, как целует их. Когда она опустила руки, и волосы вольно рассыпались по ее плечам, Дэймону захотелось зарыться лицом в их пьянящий шелк. Он неловко отвернулся, де лая вид, что проверяет уже затянутую подпругу. За спиной послышался шорох. Соланж встала.
– Ты... ты здоров? – спросила она неуверенно.
– Да. – Дэймон судорожно втянул воздух.
Неужели она не понимает, что с ним творится? Не ужели сама не разделяет его чувств? Боже мой, она ведь вдова, а не невинная девица. Она должна понимать, как мучает его. Такого зрелища довольно, чтобы свести с ума самого крепкого мужчину.
– Дэймон? – Соланж подошла ближе и легонько положила руку на его плечо.
Он вздрогнул и обернулся к Соланж, искривив губы в неудачном подобии улыбки.
– Днем или ночью – сейчас уже неважно. Наше путешествие близится к концу, не так ли?
Глаза Соланж расширились, в них мелькнула тень страха. Дэймон почти ненавидел ее за это. Как может, как смеет Соланж бояться его, если он желает и всегда желал лишь одного – беречь, защищать, любить ее?
Он шагнул к ней.
– Ну же, графиня, что с тобой? На тебе лица нет. Соланж растерянно покачала головой.
– Я не понимаю тебя, милорд. Ты сердишься на меня. За что? Что я сделала плохого?
– Не знаю. Что ты имеешь в виду?
Дэймон наступал на нее, и Соланж пятилась, безуспешно пытаясь увеличить расстояние между ними. Одну руку она держала перед собой, словно хотела оттолкнуть его. Другая – судорожно сжимала на груди складки туники. Страх в ее глазах становился все явственней.
– Прекрати! Почему ты так странно ведешь себя? Ты болен?
Соланж вдруг резко остановилась, словно бросая вызов – посмей, мол, только подойти ближе! Маленькая, отважная, глупая Соланж! Как же легко она попалась.
Дэймон с силой прижал ее к своей груди. Она не могла даже отбиваться, смятая его могучими объятиями. Ноги ее почти не касались земли. Он крепко держал ее до тех пор, пока она не перестала отбиваться и теперь лишь смотрела на него с безмерным удивлением.
– Да, миледи, – промолвил он вкрадчиво, – я болен. С чего бы иначе мне так поступать? И впился поцелуем в ее губы.
Соланж не вырывалась, не пыталась оттолкнуть его. Она бессильно замерла в его объятиях, отдаваясь во власть неистовых поцелуев.
Девять лет мечтал он об этих губах, девять долгих лет страстно жаждал испытать их сладость. Никто на его месте не упустил бы такого случая. Он не хотел до конца своих дней сожалеть об утраченной возможности.
Сначала Дэймону казалось, что Соланж просто смирилась с неизбежным. Губы ее, жаркие и податливые, покорно принимали его страсть. Это было слишком похоже на тот прощальный поцелуй, который Дэймон запечатлел на губах Соланж в утро ее свадьбы...
Но затем Соланж шевельнулась. Дэймон невольно крепче сжал ее, чтобы не дать вырваться. Однако она и не пыталась вырываться. Она лишь приподнялась на цыпочки, чтобы легче было дотянуться до его губ. Она отвечала на поцелуй.
Последняя преграда здравого смысла рухнула, сметенная ураганом страсти. Дэймон ждал именно этого – Соланж разделяет его желание...
Боже милостивый, так оно и есть! Руки Соланж лег ли на его плечи, и она прильнула к нему с той готовностью, о которой Дэймон лишь мечтал в своих грезах. Мечты стремительно становились явью. Плоть его, опьяненная близостью Соланж, пылала. Он подхватил ее на руки. Она была легкой, как пушинка, почти невесомой. Шелковистые волосы окутали ее податливое тело.
Губы их снова слились в жарком поцелуе. Теперь в Соланж не осталось и следа былой застенчивости. В объятиях Дэймона была зрелая женщина, чаровница, будившая в нем страсть и готовая отдаться ей. Он осыпал поцелуями ее лицо, шею, прижимался губами к нежной ко же за ухом.
Он слегка ослабил объятия, и Соланж соскользнула вниз, всем телом прижавшись к нему. Под туникой ее тело было горячим и атласно-гладким. Руки Дэймона отыскали ее грудь и сжали округлую упругую плоть. Соланж тихо вскрикнула и застонала, выгибаясь в его руках...
Она задыхалась, готовая целиком отдаться ему, и Дэймон неистово жаждал овладеть ею. Сейчас они, как в самых пылких его грезах, соскользнут на землю... Надо лишь отыскать местечко поудобней, чтобы Соланж не укололась о жесткую стерню. Пускай этот стог послужит им ложем, только бы поскорее утолить нестерпимый жар. Иначе он просто сойдет с ума...
Соланж вдруг оцепенела, приглушенно вскрикнув, и попыталась вырваться. Дэймон замер, крепко прижав ее к себе. Не может быть, чтобы этим все и кончилось. Она желает его, и желание это так же безудержно, как сжигающая его страсть...
Соланж крепко схватила его за плечи, с ужасом глядя куда-то за спину.
– Дэймон! Разбойники!
Страх, который прозвучал в ее голосе, мгновенно отрезвил Дэймона. От тотчас выпустил Соланж и резко обернулся, потянувшись к кинжалу на поясе. Увы, пальцы Дэймона наткнулись на пустые ножны – кинжал валялся на земле рядом с остатками завтрака, и дотянуться до него было невозможно.
Прямо перед ними замерли четыре всадника в грубой и грязной дорожной одежде. Двое откровенно посмеивались, остальные смотрели бесстрастно.
– Бог ты мой, – сказал бородач с длинным шрамом на щеке. – Сдается мне, мы им помешали.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Роза на зимнем ветру - Эйби Шэна

Разделы:
Пролог123456789101112131415эпилог

Ваши комментарии
к роману Роза на зимнем ветру - Эйби Шэна



Хорошая книга, мне понравилась....
Роза на зимнем ветру - Эйби Шэнаирина
24.01.2013, 17.44





Хорошая книга, мне понравилась....
Роза на зимнем ветру - Эйби Шэнаирина
24.01.2013, 17.44





Хорошая книга, мне понравилась....
Роза на зимнем ветру - Эйби Шэнаирина
24.01.2013, 17.44





очень понравился роман.твердая 10.!!!!!!!!
Роза на зимнем ветру - Эйби Шэначитатель)
29.11.2013, 19.52





замечательный роман!
Роза на зимнем ветру - Эйби ШэнаАнна
30.11.2013, 23.14





Девочки, хочу прочитать роман, но не знаю стоит ли. Кто читал? Что скажите?
Роза на зимнем ветру - Эйби ШэнаМашка
12.12.2013, 20.53





роман просто супер. Ставлю твердую 10.
Роза на зимнем ветру - Эйби ШэнаЯна
1.06.2014, 10.21





роман просто супер. Ставлю твердую 10.
Роза на зимнем ветру - Эйби ШэнаЯна
1.06.2014, 10.21





Согласна с коментариями, роман отличный!Стоит почитать так что наслаждайтесь чтением.
Роза на зимнем ветру - Эйби ШэнаАнна Г.
13.06.2014, 20.24








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100