Читать онлайн Роза на зимнем ветру, автора - Эйби Шэна, Раздел - 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Роза на зимнем ветру - Эйби Шэна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.74 (Голосов: 38)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Роза на зимнем ветру - Эйби Шэна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Роза на зимнем ветру - Эйби Шэна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Эйби Шэна

Роза на зимнем ветру

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

3

Утро выдалось ясное, солнечное, морозное. Зарывшись с головой под одеяло, Соланж пряталась от яркого утреннего света. Она любила поспать, и служанке приходилось каждое утро долго расталкивать ее, прежде чем принести традиционную чашку чая. Так было и сегодня.
– Стыд и позор, миледи, так поздно валяться в постели, особенно в такое утро! – Адара была в отменном настроении и даже посмеивалась.
Соланж протерла глаза.
– А что такого особенного в нынешнем утре? Старуха пощелкала языком.
– Как будто ты и вправду могла забыть об этом, маленькая соня! Священник, госпожа, уже в часовне. Он приехал еще до рассвета. Нынче день твоей свадьбы!
Воспоминания о вчерашних событиях с такой силой обрушились на Соланж разом, что она поперхнулась чаем. Как она могла забыть!
Соланж взглянула на свою руку – вот оно, великолепное кольцо, подаренное Дэймоном! Стало быть, ей все это не приснилось! Сердце девушки наполнилось восторгом.
Наверное, Дэймон уже поговорил с отцом. Ночью, лежа в постели, Соланж молилась, чтобы отец понял Дэймона, молилась до тех пор, пока усталость не погрузила ее в глубокий сон. Милостивый боже, только бы у них все получилось...
Адара между тем ушла в гардеробную, откуда доносилось ее ворчание.
Вдруг Соланж вскочила с постели и, подбежав к служанке, схватила ее за плечи.
– Кто он? Скажи мне, кто он?
Адара попятилась, ошалело глядя на молодую госпожу.
– Он? Какой еще он?
– Мой будущий муж! С кем меня сегодня обвенчают?
Соланж походила на безумную. В глазах горело пламя. Волосы растрепались. Адара невольно перекрестилась.
– Кто твой будущий муж, госпожа? Да, конечно же, граф Редмонд! Тот самый, кого ты видела прошлым вечером, помнишь? Самый что ни на есть подходящий супруг для тебя, госпожа.
– Редмонд! – с отвращением и ужасом повторила Соланж.
Адара подошла к креслу, занимавшему почти всю гардеробную. Через его спинку было переброшено платье из алой ткани.
– Твоя покойная матушка надевала его в день своей свадьбы. Господин пожелал, чтобы и ты нынче его надела. Уж я постаралась, как могла. Платье-то старенькое и, прямо скажем, ветхое. Французской работы, не иначе. Тебе будет в самый раз.
– Редмонд, – еще раз повторила Соланж, и тут ноги отказались держать ее. Она опустилась на пол и за крыла лицо руками.
Адара бочком попятилась к двери.
– Твой отец велел, чтобы ты оделась побыстрее. Сейчас я вернусь и помогу тебе.
– Погоди! – Соланж поднялась и подошла к служанке. – Поди, сейчас же к моему отцу и передай, что я хочу немедленно его видеть!
– Миледи, но маркиз занят подготовкой к венчанию...
– Скажи ему, что я не стану одеваться, покуда он не придет ко мне, поняла? Пальцем не шевельну – так ему и передай!
Служанка в ужасе смотрела на нее, разинув рот.
– Ну, пожалуйста! – взмолилась Соланж. – Поди, скажи ему об этом!
Адара пришла в себя и торопливо закивала. Ей не терпелось поскорее уйти. Соланж выпустила ее руку. Когда служанка выходила, у двери стоял новый страж с выражением угрюмой решимости на лице.
Стало быть, она в ловушке. Мысли Соланж путались. Что же произошло между Дэймоном и ее отцом? Бедный Дэймон! Как видно, он не сумел убедить Генри в искренности своего предложения. Что ж, она сделает это сама. Отец не откажется выслушать ее, свою плоть и кровь. И она сумеет доказать ему, что от объединения с владениями Дэймона их роду будет куда больше проку, чем от земель Редмонда.
Нет, она не может стать женой графа! Дэймон – вся ее жизнь. Дэймон был рядом с Соланж всегда. Если их разлучат, она зачахнет, как вырванный с корнем цветок. Станет бесплотным призраком...
Соланж нервно ходила по комнате и вдруг заметила свое отражение в зеркале – босая, в ночной сорочке, волосы растрепаны. Если она хочет произвести на отца хорошее впечатление, нужно поскорей привести себя в по рядок.
Девушка подбежала к глиняному тазу и умыла лицо холодной водой, затем принялась старательно расчесывать гребнем густые каштановые кудри. Только хотела переодеться, как в комнату без стука вошел Генри.
– В чем дело, дочь моя? Адара прибежала в панике и сообщила, что ты не станешь одеваться, покуда я не приду. Что ж, я пришел. Теперь объясни, что стряслось.
Он уже был одет в праздничный наряд. Модная, синяя с зеленым куртка. Рукава с прорезными буфами. Все расшито золотыми нитями. Массивный золотой пояс, украшенный бирюзой и малахитом.
Соланж осторожно приблизилась к маркизу.
– Отец, я должна поговорить с вами об очень важном деле. До того как... произойдет то, что назначено на сегодняшнее утро.
Он прошел к кровати, по дороге окинув взглядом комнату Соланж. Генри заглядывал сюда последний раз, когда дочь была еще маленькой. Судя по всему, порядка здесь с тех пор не прибавилось. Он убрал с кровати гребень и уселся на измятые одеяла и шкуры, скрестив ноги.
– Ну?
– Дэймон говорил с тобой?
Лицо Генри не дрогнуло.
? Да.
Соланж немного выждала.
– А говорил ли он тебе, что мы обручены?
– Да, говорил.
Соланж старалась казаться хладнокровной.
– И что же было дальше?
– Разумеется, я сказал ему, что об этом не может быть и речи. Вы были не вправе давать друг другу слово без моего ведома.
– Не вправе?!
– Кроме того, – как ни в чем не бывало продолжал Генри, – брак между вами совершенно невозможен. Ты моя дочь, Соланж, и когда-нибудь станешь богатой наследницей. Да, Дэймон благородных кровей, он хороший мальчик, но ходят слухи, что в его роду были друиды. Безусловно, владения Дэймона не идут ни в какое сравнение с землями графа. Когда мальчику придет время жениться, он заключит пристойный брак с одной из дворяночек помельче, которые ошиваются в замке. Тебе же пристало выйти замуж за Редмонда. Впрочем, все уже решено. Еще вчера.
– Ни за что, – спокойно сказала Соланж. – Никогда. Дэймон любит меня, а я – его. И мне безразлично его происхождение. Он будет моим мужем, а я – его женой.
– Ошибаешься, дорогая моя. – Маркиз встал. Голос его звучал почти безразлично. – Через час ты станешь женой графа Редмонда. Приготовления уже почти закончены.
– Не стану! – отрезала Соланж, стараясь не выдать голосом своего ужаса.
– Нет, станешь! – В голосе маркиза появились нотки раздражения. – Клянусь богом, Соланж, слишком долго терпел я твои капризы и причуды! Моя вина, вероятно, в том, что до сих пор я давал тебе слишком много свободы! Своеволие испортило тебя, развратило твой девичий разум. С нынешнего дня с этим покончено! Ты в моей власти, и эту власть я передам человеку, который, я уверен, сумеет укротить твой упрямый нрав.
Сердце Соланж бешено стучало.
– Ради бога, отец, выслушай меня...
– Я слушал достаточно! Ты поступишь, как я велю, и дело с концом!
Девушка бросилась к его ногам.
– Пройду тебя, не делай этого! Я не могу стать его женой...
Маркиз оттолкнул ее.
– Сможешь!
– Нет! – крикнула с ненавистью Соланж и снова разразилась слезами.
Генри поднял ее с пола и мягко подтолкнул к кровати.
– Вот что я скажу тебе, Соланж. Этот союз чрезвычайно важен для меня. Чрезвычайно важен. Мой отец, а твой дед всю жизнь мечтал завладеть землями, которые ныне принадлежат Редмонду. Но ему так и не удалось осуществить свою мечту. Теперь, благодаря тебе, мы, наконец, обретем то, за что он боролся. Наши потомки будут править замком Уэллберн и всеми прилежащими к нему землями. Давняя мечта обернется явью – и всего-то ценой девической плоти.
– Так вот что я для тебя? Плоть, и ничего больше? Неужели у тебя вовсе нет сердца?
Генри одарил дочь тяжелым взглядом.
– Земля превыше всего, глупое дитя! – отрезал он. – Земля – это власть. Неужели я зря платил твоим учителям? Вспомни историю своего рода, Соланж. Кто владеет землей, тот владеет деньгами, а деньги дают власть. Ту власть, какой обладаем я и Редмонд. Ту власть, которой жаждет Дэймон Локвуд, но которой не имеет.
Взгляды их скрестились. Гнев и гордость переполняли отца и дочь. Однако Генри обладал неоспоримым пре имуществом над дочерью и хорошо знал, как использует его.
– Итак, ты обвенчаешься с Редмондом. Ты сделаешь это без слез, без жалоб, без вздохов. Ты сделаешь это, или я сию же минуту вышвырну твоего Дэймона из замка в том, что на нем надето.
– Ты не посмеешь! – ахнула Соланж.
– Посмею, и ты это знаешь. Он уже вырос, и у меня больше нет перед ним обязательств.
Они оба знали, что для Дэймона это означало бы смертный приговор. Ни один селянин не посмеет принять в дом человека, который так прогневал маркиза. На многие мили вокруг не было для него иного пристанища. Дэймону некуда будет идти. Со дня на день зима вступит в свои права, начнутся холодные метели, которые терзают здешние края. Каждый год здесь погибали люди, лишенные крова. Они просто замерзали в пути и были погребены под снегом. Дэймон не успеет ни добраться до надежного пристанища, ни тем более выстроить его собственными руками.
– Я ему ничего не дам, Соланж. Ни еды, ни питья, ни одежды, ни коня, ни лука, ни стрел. Ничего. Более того, я прикажу сжечь все его травы. – Генри изогнул бровь, заметив ее плохо скрытое удивление. – О да, я хорошо осведомлен о его увлечении и нескромной мечте стать лекарем.
Руки и ноги Соланж онемели. Она их не чувствовала, будто они принадлежали не ей, а кому-то другому. И тогда она изо всех сил впилась ногтями в ладони, чтобы почувствовать боль, и чтобы эта боль заглушила ту, что она испытывала от слов отца.
– Если же ты, по глупости своей, задумаешь бежать с ним, то, как ты понимаешь, мы вас непременно найдем. И тогда наказание будет намного суровей.
– Отец, – прошептала Соланж.
– Ты готова обречь его на это, дорогая моя? – продолжал Генри. – Допустишь, чтобы он издох, точно выгнанный из дому пес?
Соланж с ужасом представила себе Дэймона в лохмотьях, в грязи, хуже самого жалкого раба. Дэймона, согнувшегося под тяжестью судьбы. Он будет лежать в снегу, и его прекрасное лицо обледенеет, его сильная юная плоть станет добычей стервятников...
Генри с удовлетворением увидел муку, отразившуюся на лице дочери, и снова принял прежний, невозмутимый вид.
– Тебе решать, Соланж. Но прежде, чем ты примешь решение, позволь сказать тебе кое-что еще. – Он отошел к окну, как бы желая полюбоваться видом. – Если ты подчинишься моей воле, Дэймона будет ждать вполне достойная жизнь. Тебе известно, что в моих силах позаботиться об этом. Если ты нынче безо всяких возражений станешь женой Редмонда, я дам Дэймону коней и слуг, припасы, оружие – все, что угодно. Путь едет хоть к самому королю и требует назад свои земли. Я дам ему все это бесплатно и бессрочно. Я использую свое влияние – а оно лишь усилится благодаря твоему замужеству, – дабы выгнать лордов, которые отхватили куски его владений. Я также сообщу королю, что Дэймон пользуется моей безусловной поддержкой.
Наступило долгое молчание.
– Понимаю, – наконец сказала Соланж.
Маркиз откашлялся и продолжил.
– А когда Дэймон будет жить в своем собственном замке, не подвластный никому, кроме доброго нашего короля Эдварда, он получит свободу, какой никогда не знал прежде. Он сможет выращивать что угодно, собирать собственные налоги, сможет даже изучать медицину, если уж ему так хочется. Кто знает? Быть может, когда-нибудь он и впрямь станет выдающимся целителем.
Соланж смотрела на отца, не в силах произнести ни слова.
– Надеюсь, что в случае твоего согласия, – продолжал Генри, – ты не скажешь Дэймону об этом нашем разговоре. Ведь не хочешь же ты, чтобы один из людей Редмонда проткнул копьем мальчишку только потому, что тот влюблен в тебя?
Глаза Соланж остекленели. Генри Айронстаг, хитро улыбаясь, рисовал пальцами на пыльном подоконнике замысловатые узоры.
– Тебе решать, Соланж. В твоих маленьких ручках не только будущее Дэймона, но и сама его жизнь. А ведь ты говорила, что любишь его?
Венчание, хвала господу, было кратким.
Часовня была выстроена два столетия назад одним из Айронстагов, который оказался более набожным, нежели его предки. Чтобы сделать этот храм самым роскошным в округе, не пожалели денег. Поэтому здесь было тесно от мраморных статуй святых и мучеников. Витражи пестрели красочными картинками на тему десяти заповедей, а все деревянные части покрывали затейливые завитушки. Нарисованные глаза Христа были скорбно подняты к небесам, напоминая молящимся о нелегком пути к спасению.
Соланж всегда было не по себе среди этой угрюмой пышности, но сейчас она ощущала лишь безмерную пустоту. Она старалась думать о том, как мерно наполняет ее легкие затхлый воздух часовни, как играют на полу разноцветные пятна солнечного света. Только бы не вернулась та мука, которую она испытала, добровольно отрекшись от всего, что составляло смысл ее жизни!
Дэймона на венчании не было. Он не видел, как отец под руку вел Соланж к алтарю. Вызолоченная зала была полна народу. На всех скамьях теснились люди, а те, кому не хватило места, толпились сзади и в притворах. Все жаждали своими глазами увидеть пышную церемонию. Они перешептывались, шурша одеждой, и удивлялись бледности невесты и неподвижному суровому взгляду ее отца.
Жених казался вполне довольным и поглядывал на невесту с таким вожделением, что сердца женщин трепетали от зависти.
Только леди Маргарет не испытывала зависти. Напротив, она чувствовала огромное удовлетворение. Сегодня наконец благополучно завершилась долгая интрига, которую леди Маргарет начала искусно плести еще год назад.
Она увидела, как оцепенели плечи невесты, когда отец вручил ее графу, и полные губы леди Маргарет изогнулись в злорадной усмешке.
«Как же я умна, – безмолвно хвалила себя леди Маргарет, – как же я дьявольски умна!»
Она разгладила ладонями ярко-желтый бархат своей лучшей юбки, затем поправила тончайшую вуаль на любимой шапочке, украшенной жемчужинами. Зеленые глаза ее сияли, щеки от удовольствия пылали румянцем, ярким, как у молоденькой девушки. Луч солнечного света, пройдя сквозь красное стекло витража, осенил ее розовым сияющим нимбом. Никогда еще любовница Генри не была так прекрасна!
Именно она впервые обратила внимание Генри на то, что его дочь превратилась из девочки в женщину. Именно она как-то ночью, в постели, намекнула, что пора наконец Соланж завести собственную семью и свой дом, в котором она будет хозяйкой. И, конечно же, мужа, который подарит ей крепких и здоровых детишек.
Она убеждала маркиза, что сделать это необходимо для блага самой Соланж, так как девочка растет без присмотра, дикой и необузданной. Неужели маркиз сам не видит этого? После нескольких таких ночных разговоров, подкрепленных иными, более интимными доводами, Генри наконец согласился с ней.
Когда же она в качестве будущего мужа Соланж предложила графа Редмонда, он вообще пришел в восторг. Генри и сам уже подумывал об этом браке, и то, что леди Маргарет, женщина искушенная и светская, подала ту же идею, лишь утвердило его в своей правоте.
Он не знал, что леди Маргарет уже побеседовала с Редмондом касательно Соланж. Она принадлежала к тем женщинам, которые хорошо разбираются в мужчинах, и поняла, что нужно Редмонду, еще два года назад, когда впервые встретилась с ним в Лондоне. Леди Маргарет ездила туда, чтобы уладить дела своего недавно умершего мужа. Редмонд был красив особой, жестокой красотой, а его странное, загадочное поведение притягивало придворных дам, точно магнит. Однако он всех отвергал. И Маргарет знала, почему. Графу не нужны были женщины, потрепанные придворной жизнью. Даже юные девственницы с раскрашенными лицами его не привлекали. Ему нужна была совершенная невинность. Такой была Соланж, в чем Маргарет убедила графа настолько, что он сам начал задавать вопросы, выпытывая все новые подробности о девушке.
Они продолжали эти переговоры много месяцев, и посланцами им служили люди графа, которые приходили в Айронстаг под видом путников, пилигримов, лудильщиков.
Оставалось только увидеть Соланж. Маргарет предложила прислать ему миниатюру с портретом девушки, но Редмонд отказался, ссылаясь на то, что художники всегда льстят оригиналам, а потому отходят от правды. В своем послании он твердо заявил, что должен увидеть Соланж собственными глазами. Более того, он настаивал, что никто не должен об этом знать. Даже маркизу Маргарет не должна была сообщать, что среди странников, которые на самом деле были солдатами Редмонда, находится сам граф. Такая таинственность нужна была Редмонду на тот случай, если Соланж не подойдет ему.
Леди Маргарет вежливо ответила согласием, посмеиваясь про себя над тем, что Соланж, дескать, может не устроить графа. Она-то хорошо знала, что такое невозможно. Половина мужчин в замке открыто вздыхала по девушке, а другая половина боялась подойти к ней близко исключительно из-за страха перед ее отцом. Бывало, Маргарет с завистью наблюдала, как зрелые мужчины смолкали и цепенели, едва Соланж входила в комнату. Самое удивительное, что сама девушка совершенно не замечала своих воздыхателей. Для Маргарет это было еще одним доказательством ее недалекости... Ну, да это неважно. Она не сомневалась, что граф окажется ничем не лучше других мужчин... И оказалась совершенно права. Зрелище было презабавное. Граф Редмонд в грубом коричневом плаще с капюшоном сидел в дальнем конце стола среди простолюдинов и не сводил глаз с Соланж.
Шелковистые волосы девушки обвивали ее головку в незамысловатой прическе, длинное бело-розовое платье прекрасно подчеркивало все линии изящной фигурки. Глаза ее сияли, и она оживленно болтала с подопечным маркиза. Соланж была сама чистота и невинность.
Маргарет видела, какой властью обладает это юное создание, и хорошо понимала, какой опасностью грозит эта власть ей, любовнице маркиза Айронстага. Предотвратить эту опасность следовало незамедлительно. По счастью, человек, способный помочь в этом леди Маргарет, был здесь и, судя по его горящему взгляду, был покорен Соланж.
В конце ужина, когда все поднялись из-за стола, Редмонд коротко кивнул Маргарет. Та лишь понимающе улыбнулась в ответ. Остальное было формальностью. Генри задолго до того с радостью приветствовал мысль о союзе двух семейств. Поскольку Редмонд увидел девушку лично, все переговоры о браке велись через посланца, и по рукам ударили прежде, чем маркиз впервые – как он полагал – увидел своего будущего зятя. Айронстаг был твердо убежден, что встретился с ним лишь часом раньше самой Соланж, за вчерашним ужином.
Теперь оставалась только одна проблема – Дэймон Вульф, подопечный Айронстага. Маргарет, разумеется, давно заметила, что молодые люди явно неравнодушны друг к другу. Она видела, как Дэймон защищает и оберегает Соланж, как пылко, совсем не по-братски смотрит он на девушку. Какое-то время Маргарет даже всерьез размышляла о брачных узах между ними. Но...
Соланж была дочерью Жизели. Живая копия своей матери, она каждый день напоминала Генри о покойной супруге, хорошенькой кокетливой француженке. Маргарет же твердо вознамерилась заполучить титул маркизы и была убеждена, что именно эти воспоминания мешают ее любовнику заключить второй брак. Чем дальше окажется Соланж, тем ближе станет осуществление ее цели. А потому Дэймон Вульф был неподходящим мужем для Соланж. Его замок не рядом, но все-таки в Англии, а значит, дочь сможет навещать отца. Совсем другое дело – граф Редмонд.
Он обещал Маргарет при первой возможности увезти девушку в свои далекие владения.
Именно Маргарет посоветовала Генри послать Дэймона с охотниками в тот вечер, когда приехал граф. И именно она предложила маркизу условия его соглашения с Соланж, после того, как Дэймон, отвергнутый и взбешенный, покинул кабинет Генри. Айронстаг тогда пришел в ее покои вне себя от злости, но ушел оттуда успокоенный ее ласками.
Улыбка на губах леди Маргарет стала шире. Она легонько провела пальцами по подбородку. Священник монотонно бубнил проповедь, отчего половина паствы уже погрузилась в сон, несмотря на торжественность момента. Но леди Маргарет не дремала. Она наслаждалась ею же устроенным спектаклем. Зрелище и впрямь было захватывающее.
По желанию отца на Соланж было подвенечное платье матери. Оно было сшито из плотного атласа по старинной моде, с облегающим корсажем, стянутым прямо под грудью. Ткань прекрасно сохранилась, пролежав много лет в полной темноте, на дне обитого кожей сундука. Алый цвет был так же сочен и ярок, как в день свадьбы Жизели, и эффектно оттенял белизну кожи Соланж и непроглядную темноту ее глаз.
Каштановые волосы невесты были распущены, как и полагалось на свадьбе, и густой волной стекали по спине. На голове красовался сказочной красоты венец с цветами из сапфиров, аметистов, рубинов и с изумрудными листьями. В сердцевине каждого цветка переливалась крупная жемчужина. Лишь позднее Соланж узнала, что венец этот был свадебным подарком Редмонда.
Пальцы ее лежали на руке графа, твердой и неподвижной. Другой рукой Редмонд накрыл сверху ее ладонь, точно боялся, что она убежит. Как же сильно отличалась эта рука от сухощавой руки Дэймона! Почему-то только сейчас она поняла, как бесплодны были все ее по пытки переменить свою участь.
О боже! Ей нельзя думать о Дэймоне. Только не сейчас!
Утром он зашел к ней в последний раз. Соланж была уже почти готова, многочисленные служанки старательно делали вид, будто помогают ей одеваться. Ей вовсе не требовалось столько помощниц, и она прекрасно понимала, что они просто следят за ней по указанию отца.
Соланж молча принимала их навязчивое внимание, слушала их болтовню. Вся эта суета нисколько ее не трогала. Она покорно позволяла им пересмеиваться, трогать ее, поворачивать в разные стороны, словно была деревянной куклой. Они расправили складки платья, надели на ноги Соланж атласные туфельки, украсили ее браслетами, кольцами, ожерельем, умастили тело благовониями, которыми она обычно никогда не пользовалась. Соланж молчала.
Из коридора донеслись мужские голоса, и среди них она тотчас распознала один – голос Дэймона. Дверь распахнулась, и женщины, завизжав, торопливо окружили Соланж. Дэймон легко оттолкнул возмущенного стража и вошел в комнату. Окинув взглядом служанок, указал рукой в сторону двери.
– Оставьте нас, – сказал он.
Женщины не двинулись с места, лишь обменялись испуганными взглядами. И тогда Соланж, оттолкнув их, разорвала кольцо и вырвалась из их цепких рук.
– Все в порядке, – сказала она служанкам. – Уходите. Можете подождать за дверью.
– Мы не должны оставлять тебя одну. Так велел маркиз, – важно заявила главная служанка.
– Я и не буду одна. Со мной останется маркиз Локвуд. Уходите.
Никто не двинулся с места.
– Милосердные небеса! Да что же может случиться? В окно я выпрыгну, что ли?
Служанки пошептались и под сердитым взглядом Соланж все-таки попятились к двери.
– Одну минутку, госпожа! – крикнула, было, главная служанка, но тут Дэймон захлопнул за ней дверь.
Соланж и Дэймон молча смотрели друг на друга. Она была в нижнем платье из тонкого хлопка и кружев. Руки ее были унизаны браслетами из золота и жемчуга. Его кольца у нее на пальце не было.
– Не молчи! – потребовал он низким от гнева голосом. – Скажи мне, что это всего лишь какая-то уловка, чтобы увернуться от венчания.
Она отвернулась и подошла к своему подвенечному платью.
– Боюсь, что это не уловка, – тихо сказала Соланж, проводя ногтями по алому бархату, отчего на ткани оставались узенькие бороздки.
Дэймон решительными шагами подошел к ней и с силой повернул к себе.
– Что же ты тогда творишь? Неужели ты и впрямь собралась стать женой Редмонда? И это после всего, что было между нами прошлой ночью?
Соланж не шелохнулась.
– Да, Дэймон, я стану его женой. Нынче утром ко мне приходил отец. Он убедил меня не противиться этому браку. Мне жаль...
– Жаль?! Тебе жаль?! Какой дьявол обуял тебя, Соланж? Ты не можешь выйти замуж за этого ублюдка! Ведь ему нужны только твои деньги и земли, и ты это прекрасно знаешь! Он же не любит тебя, Соланж.
Дэймон крепко сжал ее плечи, стараясь заглянуть в глаза, чтобы прочесть в них правду. Но что-то изменилось в ней – появилась какая-то неправда, которую он не мог постичь.
– Любовь не имеет отношения к браку, – сказала она. – Я хорошо понимаю, что графа больше интересует мое приданое, нежели я сама. Но это неважно. Отец напомнил мне о моих обязательствах перед Айронстагами. Этим союзом я укреплю наш род, а это имеет огромное значение. – Соланж пожала плечами. – Нельзя бороться с судьбой. Моя судьба решена.
– Что ты творишь?! – прохрипел он. – Я не верю ни одному твоему слову!
– Дэймон, прошлой ночью мы оба совершили ужасную ошибку. Если бы я хорошенько подумала, я бы не стала тебя беспокоить. Просто я была в растерянности и бросилась к тебе за помощью. Ты ведь всегда был мне старшим братом. Я привыкла полагаться на тебя.
Эти слова поразили Дэймона в самое сердце, на что и рассчитывала Соланж. Она высвободилась из его рук, отошла к ночному столику и, взяв там что-то, грациозно двинулась к Дэймону – изящная, точно лебедь, плывущий по воде. В протянутой ладони лежало подаренное им кольцо.
– Забери его, – сказала Соланж. – Я не могу его принять.
Жизнь Дэймона рушилась, распадаясь на осколки, и эти осколки ранили его душу до крови. У него перехватило горло, в глазах помутилось. Итак, Соланж сделала выбор. Он не может драться за нее, если она его не хочет. А ведь он всегда был готов отдать за нее жизнь!
Она отвергла его любовь – и ради кого?! Словно не видя протянутой руки, он схватил Соланж за талию и грубо притянул к себе. Она попыталась вырваться, но Дэймон успел схватить ее за волосы и, запрокинув голову, впился поцелуем в губы.
Кольцо выпало из ее руки, бесшумно покатилось под кровать и затерялось в пестром узоре ковра.
Дэймон вложил в этот поцелуй весь свой гнев, всю боль, что терзала его сердце. Он пытался вернуть прежнюю Соланж, призывая ответить на его страсть.
Соланж беспомощно уронила руки, чувствуя пьянящее желание, которое пробуждал в ней Дэймон. Дэймон... Ее единственная любовь. Как хотелось сдаться, покориться этим бушующим волнам страсти, забыть обо всем и ответить на его поцелуй. Но она не смела... Она понимала, что его жизнь сейчас зависит только от нее.
Дэймон прижался губами к ее шее, и от этого прикосновения Соланж задрожала.
– Я тебе не брат, и ты это знаешь, – хрипло прошептал он. – Бежим со мной! Бежим, и ты станешь моей женой!
Он не видел, как исказилось от боли лицо Соланж, как приоткрылись губы в беззвучном горестном крике. Она знала, что бежать бессмысленно, их все равно схватят, и тогда ее насильно выдадут за графа, а Дэймона...
– Соланж, ты нужна мне. Ты нужна мне вопреки всему, что ты сейчас наговорила. – Дэймон легонько встряхнул ее и снова прижал к себе. – Пойдем со мной. Мы будем вместе...
– Нет! – Соланж с силой вырвалась из его объятий. – Ты просишь слишком многого! – Она отбросила дрожащей рукой волосы и лихорадочно добавила: – Ты не стоишь такой жертвы, Дэймон! Я не хочу тебя. Пожалуйста, уйди.
Лицо его смертельно побледнело. Он замер, безмолвно глядя на Соланж.
– Мне очень жаль, Дэймон. Я должна приготовиться к свадьбе. Уходи. – Соланж чувствовала, что силы покидают ее.
Все рушилось, разбивалось на мелкие осколки – их прежняя, беззаботная жизнь, мечты о счастливом будущем...
– Прошу извинить меня, – ровным, безжизненным тоном сказал Дэймон. – Я не хотел беспокоить вас.
Он развернулся и вышел из комнаты, захлопнув за собой дверь.
Соланж стояла неподвижно среди осколков своей мечты. На миг она даже испытала гордость за то, что так хорошо сумела сыграть свою роль, но тут же рыдания, которые она так долго сдерживала, вырвались наружу. Девушка бросилась к постели и упала лицом в мягкие шкуры.
Чьи-то руки касались ее плеч, тихие голоса умоляли встать и успокоиться.
Соланж собралась с силами и подняла голову. Ее глаза лихорадочно блестели.
– Все хорошо. Я готова.
И свадебная церемония началась. Граф Редмонд произносил клятвы сладкозвучным голосом. Женщины вздыхали. Соланж смотрела на него отрешенно, не замечая, как сильно он стискивает ее пальцы.
Потом священник повернулся к ней, и Соланж механически повторила за ним слова клятвы. Мысли ее парили в заоблачных высях, пролетали над золотыми полями.
Она говорила так тихо, что паства невольно подалась вперед, чтобы разобрать слова. Редмонд тоже внимательно вслушивался в безжизненный голос невесты.
Ну что ж, это не беда. Уж он-то знал, как ее оживить.
Наконец священник благословил их и объявил мужем и женой перед лицом господа.
Редмонд повернулся к невесте и пальцем приподнял ее подбородок. Она посмотрела на него отрешенно, словно не сознавая, что происходит. Граф поцеловал ее в губы. По церкви пробежал одобрительный шепот. Редмонд поднял голову и одарил собравшихся довольной улыбкой. Растроганные женщины утирали слезы. Мужчины явно радовались, что церемония подошла к концу и можно приступать к пиршеству.
Соланж шла рядом с графом по разноцветным пятнам солнечного света, по рассыпанным лепесткам цветов. За ее спиной пел хор мальчиков, их юные голоса воспаряли ввысь.
«Как странно все это, – думала Соланж, – как нереально».
Рядом с ней чужой человек. Он стал ее мужем. Их поздравляют отец и гости. Все эти люди всегда были частью ее жизни, но никогда не любили ее. Теперь они вдруг улыбаются Соланж и желают ей всяческих благ. Любовница отца, которая прежде демонстративно не замечала Соланж, целует ее в щеку и говорит, как сильно будет скучать без нее.
«Быть может, – думала Соланж отрешенно, – это всего лишь дурной сон. Вот сейчас я проснусь и вернусь к обычной жизни. Я отыщу Дэймона, расскажу ему этот сон и попрошу объяснить, что бы он значил. Дэймон всегда хорошо толковал сны».
Увы! Это не было сном. И Дэймон мог сейчас появиться здесь и увидеть весь этот кошмар. И тогда Соланж поймет, чем она пожертвовала, и боль проснется в ней с новой силой...
Она тряхнула головой, отгоняя страшные мысли.
– Устала, ангел мой? – Ладонь Редмонда скользнула под ее волосы. Как омерзительно это влажное, холодное прикосновение!
– Немного, – ответила она, осторожно отступая. Пальцы графа сжались чуть сильнее.
– Ты подремлешь в пути в моих объятиях. Карета не могла проехать сюда по узким тропам, но, думаю, тебе будет удобно и в седле, госпожа моя.
– Разве мы уезжаем сегодня? – удивилась Соланж.
– Конечно. Мы уедем сразу после пира. Служанки уже укладывают твои вещи.
Последние гости вошли в зал, и расселись по местам. Редмонд подвел Соланж к помосту, где за главным сто лом их уже ожидали отец и его свита.
Генри поднял свой кубок.
– За графа и графиню Редмонд! Да благословит господь их союз!
Послышались приветственные крики, зазвенели кубки и чаши. Мир снова стал нереальным для Соланж. Не ужели они уедут сегодня же? Это невозможно, никак не возможно! Она еще не готова прощаться навсегда.
Граф поднес свой кубок к ее губам. На сей раз Соланж покорно сделала глоток вина. Зачем сопротивляться? Битва все равно проиграна.
Празднично одетые слуги разносили яства: печеные фазаны, утки в глазури, жареная оленина и свинина. Каждому гостю полагался марципан, испеченный в виде двух сплетающихся венцов, а на десерт – орехи в меду и за сахаренные фрукты.
Соланж поймала себя на том, что все время ищет взглядом Дэймона... Но его не было. Он не желал иметь ничего общего с этим событием. Неужели она его никогда больше не увидит?
Голова у Соланж вдруг стала неимоверно тяжелой, и девушка подперла ее рукой. Редмонд тотчас поднялся.
– Моей невесте не терпится тронуться в путь, – многозначительно объявил он. – И мне тоже.
Его слова были встречены свистом и выкриками. В особенности старались люди графа.
– Пируйте без нас. – Редмонд пожал руку Генри. – Мы отправляемся немедленно. Я уже выслал вперед гонцов. Мой управляющий позаботится о приданом Соланж.
– Неужели вы не можете задержаться хотя бы на час? – спросил Генри.
– Нет, мы уезжаем сейчас же. Пора в путь, Соланж.
Она встала и молча взглянула на отца. Маркиз неловко кашлянул.
– Что ж, дорогая моя, желаю тебе приятного путешествия. Повинуйся во всем своему супругу, и твоя жизнь, я уверен, будет счастливой.
Он наклонился и неуклюже обнял дочь. Соланж не ответила на объятие.
– Сдержи свое обещание, – едва слышно сказала она, когда отец разжал руки.
Редмонд повел ее через весь зал к парадным дверям. Гости провожали их взглядами.
– Что ж, – заметила одна, не слишком родовитая дама, – из пальчика леди Маргарет раз и навсегда вы дернули самый острый шип.
– Да, но в ее розовом венце осталось еще немало других шипов, – отозвалась другая. – Я слыхала от надежных людей, что Айронстаг лелеет брачные планы касательно одной дамы из Линкольншира.
– Я слыхала то же самое, только о некой девице из Лидса, – прибавила третья. – Поговаривают, что Айронстагу приглянулась не только она сама, но и ее земли.
Первая дама рассмеялась.
– Да неужто? Представляю, как будет удивлена леди Маргарет, узнав об этих дамах.
– Вовсе нет, дорогая моя, возразила ей подруга. – Всем известно, что она бесплодна, как библейская смоковница. Айронстаг никогда не рискнет взять в жены бесплодную женщину.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Роза на зимнем ветру - Эйби Шэна

Разделы:
Пролог123456789101112131415эпилог

Ваши комментарии
к роману Роза на зимнем ветру - Эйби Шэна



Хорошая книга, мне понравилась....
Роза на зимнем ветру - Эйби Шэнаирина
24.01.2013, 17.44





Хорошая книга, мне понравилась....
Роза на зимнем ветру - Эйби Шэнаирина
24.01.2013, 17.44





Хорошая книга, мне понравилась....
Роза на зимнем ветру - Эйби Шэнаирина
24.01.2013, 17.44





очень понравился роман.твердая 10.!!!!!!!!
Роза на зимнем ветру - Эйби Шэначитатель)
29.11.2013, 19.52





замечательный роман!
Роза на зимнем ветру - Эйби ШэнаАнна
30.11.2013, 23.14





Девочки, хочу прочитать роман, но не знаю стоит ли. Кто читал? Что скажите?
Роза на зимнем ветру - Эйби ШэнаМашка
12.12.2013, 20.53





роман просто супер. Ставлю твердую 10.
Роза на зимнем ветру - Эйби ШэнаЯна
1.06.2014, 10.21





роман просто супер. Ставлю твердую 10.
Роза на зимнем ветру - Эйби ШэнаЯна
1.06.2014, 10.21





Согласна с коментариями, роман отличный!Стоит почитать так что наслаждайтесь чтением.
Роза на зимнем ветру - Эйби ШэнаАнна Г.
13.06.2014, 20.24








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100