Читать онлайн Месть русалок, автора - Эйби Шэна, Раздел - 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Месть русалок - Эйби Шэна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.85 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Месть русалок - Эйби Шэна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Месть русалок - Эйби Шэна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Эйби Шэна

Месть русалок

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

5

Ее губы были мягкими и сочными, лучше, чем он мог себе даже представить. А ведь он представлял себе этот поцелуй с того самого момента, как впервые увидел ее.
Туман охладил ей кожу, но ее губы были теплыми и терпкими на вкус, и этот контраст доставлял ему причудливое, ни с чем не сравнимое удовольствие.
Он любовно погладил ее щеку, стирая пальцами тонкий слой влаги, оставленной туманом, и изумляясь про себя этой шелковистой, атласной гладкости.
Она замерла, потрясенная, недвижная… Огромные серые глаза в изумлении и тревоге смотрели на него. И тогда он очень мягко и осторожно коснулся ее век рукой, совсем легко, только для того, чтобы она прикрыла глаза… А затем с еще большей страстью впился в се рот поцелуем.
Она открыла рот, повинуясь настойчивым движениям его языка. Возможно, это был результат растерянности с ее стороны, но он тут же воспользовался им и сплел свой язык с ее. Она тихо вздохнула, а он запустил пальцы в ее шелковистые пряди и принялся перебирать их, стряхивая листья и иголки, затем осторожно откинул несколько прядок с лица, провел, едва касаясь, согнутыми пальцами по ее щеке, очертив линию подбородка, шеи, верхней части груди…
Он знал – то, что он сейчас делает, совершенно недопустимо. Это серьезное нарушение всех правил его профессиональной этики. Он бессовестно воспользовался своим положением, навязывая себя женщине, находящейся под его защитой, у которой просто нет выбора. Он знал, что должен остановиться.
Но то, что сейчас происходило с ними, казалось ему таким правильным, таким естественным…
Его мучил ни на минуту не утихающий голод, вспыхнувший внутри его в ту ночь, в гостинице. И сколько бы он ни пытался с ним справиться, как бы ни уговаривал себя, ни соображения чести, ни доводы рассудка ничего не могли с этим поделать. Этот голод только разрастался, пожирая его изнутри весь вчерашний день и ночь и сегодняшнее утро. Он хотел видеть ее, целовать, целовать бесконечно. И теперь это желание завладело им полностью, потому, что она снова лежала рядом с ним, потому что ее руки обвились вокруг его шеи и она отвечала на его поцелуи.
Роланд чувствовал, как тает ее настороженность, и с мудростью настоящего стратега продолжал лишать ее последних оборонительных укреплений. Крепче прижав ее к себе, он с величайшей нежностью касался легкими поцелуями ее губ, щек, подбородка. Затем он спустился ниже, продолжая целовать шею спереди, сбоку, за ушком, потом обхватил мягкими горячими губами мочку уха и услышал тихий грудной стон – настолько чувственный, женский, что пожар в его крови вспыхнул с новой, почти неконтролируемой силой.
Кайла выгнулась, прижавшись к нему в тот миг, когда он чуть прикусил мочку ее уха. Ее груди прижались к руке Роланда, заставив его окончательно потерять голову. Он вновь завладел ее ртом, яростно, жадно, позабыв о нежности, позабыв о времени и месте, позабыв обо всем, кроме этой женщины, еще два дня назад совершенно ему незнакомой, которую, оказывается, он знал всю свою жизнь.
Потому что он точно знал, что надо сделать, чтобы снова пробудить в ней этот тихий стон, он знал, как надо целовать ее, как гладить ее руки, как обхватить эти мягкие, нежные холмики ее груди, такие упругие и – о боже! – так уютно устроившиеся в его ладонях!
И она знала его! Да, она знала, как касаться его в ответ на ласки, как гладить его лицо дрожащими, словно от удивления, нежными пальцами. И поцелуи ее были горячи, и ласки упоительны, и дыхание ее касалось его разгоряченной кожи, как свежий ветер с гор.
Ее гибкое, податливое тело было напряжено, он чувствовал его, несмотря на кольчугу, которая казалась ему сейчас орудием пытки. Он полностью накрыл ее тело своим, и она охотно приняла на себя его тяжесть, казалось, она даже ее не заметила… пока не почувствовала, как к ее бедрам прижимается его мужское естество, и не ощутила всю полноту его возбуждения.
И в тот же миг все изменилось, он почувствовал это сразу. Она резко вздохнула, ее глаза широко открылись, лихорадочный жар растаял в их черной глубине, сменившись ясным осознанием. И страхом.
Роланд замер, оказавшись в ловушке между агонией неосуществленного желания и проснувшимся рассудком. Рассудок победил. Он приподнялся на руках, затем скатился с нее, освободив от своего веса.
Он сел, несколько раз глубоко вздохнул, стараясь унять дрожь.
– Вот видите, что случается с молодыми женщинами, которые убегают от своих защитников, – сказал он, явно издеваясь над собой.
Кайла села рядом, в ее взгляде, сначала неуверенном, появился вызов.
– Но вы, кажется, говорили, что именно вы – мой защитник.
Ее густые, спутанные золотистые волосы казались короной, украшенной листьями и сосновыми иглами, и в этот миг ему снова, как и день назад, пришло на ум сравнение с королевой друидов. Сейчас она определенно казалась частью этого леса. Не думая о том, что он делает, Роланд протянул руку, стал вытаскивать веточки и хвоинки из их шелкового плена.
– Да, – только и смог он сказать в ответ.
Она была права, а он не прав. И они оба знали это.
Она сидела, не двигаясь, позволяя ему перебирать ее волосы. Она часто и неровно дышала, и мысль о том, что его ласковые прикосновения были причиной этому, заставила ее покраснеть. Но что еще хуже – она отчаянно желала этих ласк.
– Отпустите меня, – сказала она вдруг с неожиданной силой. И он понял, что она говорит не только о данном моменте.
– Я не могу.
Совершенно неожиданно она взяла его за руку. Казалось, даже белый шлейф тумана взметнулся от этого быстрого жеста, исполненного мольбы и страстной силы.
– Пожалуйста!
Он мог только догадываться, чего стоило ей одно это простое слово. Он попытался скрыть муку, которую испытывал сейчас, понимая, что должен ответить отказом.
– Миледи, это невозможно.
– Нет, возможно. – Она не отняла руку, и даже через рукав кольчуги он чувствовал силу, с которой она сжала пальцы. – Вы просто не нашли меня. Меня никто не нашел. Я исчезла где-то в Шотландии. Погибла. Умерла. Моя жизнь никому не нужна, кроме меня самой!
– А вот тут вы ошибаетесь, миледи. – Роланд не отрывал взгляда от ее лица. – Это была бы очень чувствительная потеря.
– Вы не понимаете! Для вас ведь это ничего не значит! Король не станет на вас сердиться. Вы сделали все, что смогли, а я исчезла, и все! Я не представляю собой никакой ценности, чтобы продолжать преследовать меня и дальше. Король получил мой дом, мое имущество, прах моих родных. У меня ничего не осталось, неужели вы этого не понимаете? Привезете вы меня или нет, в конце концов, уже не имеет никакого значения.
– Вы сами имеете значение, леди Кайла.
– Да нет же! Ничего из того, что я скажу или сделаю, уже не будет иметь значения, уверяю вас. Ну, подумайте, милорд, кому какой будет вред, если вы позволите мне ускользнуть?
– Я не могу, – повторил он.
– Можете. Просто не хотите.
Она отпустила его руку, и его удивило острое чувство утраты, на миг появившееся в душе.
Кайла отвернулась и напряженно стала вглядываться в туман, словно стараясь разглядеть что-то для него невидимое. Ему было мучительно больно видеть, как она пытается бороться с отчаянием, и отчего-то ему стало жаль не только ее, но и себя. Что такое с ним происходит?
На ее темных длинных ресницах сверкали капельки влаги, и ему даже показалось на мгновение, что она плачет. Но нет, это, по-видимому, был только туман, потому что, когда она подняла на него глаза, в них сверкал гнев.
– Вы готовы обречь меня на смерть, и все из-за своей гордости? Хотя чему я удивляюсь? Ничего другого я от вас не могла ожидать.
– Смерть! – Роланд улыбнулся, хотя чувствовал себя весьма неуютно. Что ж, по крайней мере, эти ее опасения он может развеять. – Ничто не угрожает вашей жизни, Кайла. Будьте же благоразумны! Генри просто хочет поговорить с вами, это все. Он хочет узнать то, что вам известно.
– А что потом, как вы думаете, лорд Стрэтмор? Полагаете, король просто позволит мне уйти, без всяких извинений? И меня ждет что-то вроде приятной прогулки из Тауэра в Роузмид? – Она не ждала от него ответа и, когда он хотел заговорить, остановила его жестом руки. – Нет, и вы сами это знаете. Он будет обязан что-нибудь со мной сделать. Я сейчас являюсь слишком большой обузой для короля. Он продаст меня какому-нибудь не слишком разборчивому жениху и сошлет подальше. Он никогда не оставит меня в покое, я буду слишком привлекать к себе внимание после всего того, что произошло с моей семьей.
Четкость и ясность нарисованной ею картины не оставили ему никакой возможности хоть что-то прокомментировать. Она была права. Конечно, она была права, и он теперь понял, чего именно она хочет избежать. Но это никак не повлияло на его решимость.
Кайла подтянула колени к груди и, обхватив руками, положила на них голову. Волна густых темно-рыжих волос закрыла ей лицо. Казалось, она хочет спрятаться от его взгляда.
– Как вы обнаружили меня?
– Здесь или в гостинице?
– Здесь.
– Повезло.
– А в гостинице?
– Повезло.
Горькая улыбка искривила ей губы.
– Похоже, вы родились под счастливой звездой, лорд Стрэтмор.
И снова он не смог ничего ответить. Она настолько явно обозначила пропасть между ними, что он не смог найти слов, чтобы перекинуть через него мостик. Это заставило его почувствовать раздражение. Действительно ли у него есть счастливая звезда? Что ж, будет видно, когда он вернется в Лондон.
Роланд поднялся на ноги и, взяв ее за руки, поднял и притянул к себе. Затем свистнул. Внезапно из тумана появился его конь.
– Едем, – коротко сказал он, подсаживая ее в седло.
Затем сам легко, едва касаясь стремян, вскочил сзади и крепко обхватил ее рукой за талию.
– Мои люди поймали вашего коня. Мы встретим их, вернувшись назад на тропу.
Кайла промолчала, только крепче сжала руки у себя на коленях.
Туман так и не поднялся, хотя они прождали почти до заката. Роланд приказал разбить лагерь, солдаты снова поставили палатки. В одну из них удалилась Кайла. Так, по крайней мере, можно было не беспокоиться о ней некоторое время, пока солдаты собирались по двое и по трое после погони.
– Она таки заставила нас всех погоняться за собой, – недовольно пробурчал Гилкрист, один из людей короля. – Да еще и целый день пропал впустую!
Тот факт, что в любом случае они не смогли бы ехать дальше в таком тумане, о чем совершенно правильно напомнил Дункан, капитан Роланда, никак не смягчил крайне раздраженных мужчин.
Надо сказать, что люди Роланда почти ничем не выражали возмущения и не брюзжали. Они были достаточно закаленными и привыкшими ко всему воинами. Но вот люди короля вели себя отвратительно: громко ругались и поносили Кайлу, готовые свалить на нее все неприятности, обрушившиеся на них из-за плохой погоды. Впрочем, Роланд особенно не обращал на них внимание. Люди короля не осмелятся на открытое возмущение. Фактически они все подчинялись сейчас ему вплоть до завершения задания. Неважно, что они говорили, главное, что они его слушались, этого было достаточно.
Конечно, все устали. Всем уже осточертел север, и все жаждали вернуться поскорее домой, в Лондон. А после Лондона Роланда ждал Лорей, к которому он стремился всей душой, а значит, никто не мог желать скорейшего возвращения больше, чем он сам.
Он слышал, как Дункан урезонивает остальных солдат, разбившихся на группы возле дымящих в сыром воздухе костров, и знал, что может всегда на него положиться. Он поможет успокоить недовольных, взвинченных, измученных постоянными переходами воинов, которым не с кем воевать. Роланд знал, что бойцы его уважают и слушаются. Ну а если действительно возникнет что-нибудь серьезное, Дункан предупредит его, и тогда он справится с этим сам.
А в настоящий момент Роланд решил, что пришло время поужинать с возмутительницей спокойствия и причиной всех этих безобразий. Он сказал себе, что хочет всего лишь убедиться, что с ней все в порядке. Ему просто необходимо самому взглянуть, как она себя чувствует после этого приключения. Она не стала есть, возможно, плохо себя чувствует или даже серьезно заболела. А ему необходимо доставить ее в Лондон в целости и сохранности и сдать королю. И, разумеется, к его беспокойству и желанию ее увидеть не имеет никакого отношения то, что он ни на минуту не может забыть о ее горячем поцелуе, терпком, сладком…
Тем не менее он сначала обошел всех своих людей, проверил часовых и только после этого направился к ее палатке. Он вошел без предупреждения, кивком отослав стражу, которые так же молча кивнули ему в ответ.
Она сидела на покрывале из шкур, бессмысленно уставившись на нетронутое блюдо с жареным фазаном, стоящим перед ней. Она даже не взглянула на Роланда, когда тот вошел.
Он сел напротив, у другой стенки палатки.
– Вам это не по вкусу?
Казалось, сначала она не хотела отвечать ему, но затем все же вздохнула и сказала:
– Я уверена, что это очень вкусно.
– Но вы ничего не съели.
– Я не голодна.
– Не слишком-то это любезно с вашей стороны. Это странное заявление привлекло ее внимание, чего он, собственно, и добивался.
– Любезно? – повторила она с удивлением.
– Дело в том, что мой лучший охотник очень беспокоился, чтобы подстрелить для вас фазана. И не просто какого-нибудь фазана, я сказал ему, что это вам не подойдет. Я велел найти для вас короля фазанов, самого огромного из всех фазанов, которые водятся в здешних лесах. И уверяю вас, это был настоящий подвиг с его стороны. Ему пришлось пропустить множество небольших птиц, пока он не встретил этого замечательно фазана. Но вот он здесь, король фазанов, предназначенный только для моей леди, а вы настолько горды, что даже не хотите попробовать ни кусочка. Крайне нелюбезно, – закончил он, печально качая головой.
Она внимательно посмотрела на него, пытаясь понять, говорит ли он правду или это просто очередная глупость, вдруг пришедшая ему в голову. Роланд протянул руку к жаркому и, отломив кусочек, попробовал. Фазан был сухим, жестким и подгорелым с одного бока. Он усмехнулся:
– И вправду король.
– У вас довольно странное чувство юмора, – сказала Кайла, засунув руки под мех, покрывающий ее колени. А потом взглянула на него с опаской, словно не зная, что он еще придумает.
Роланд сделал вид, что обижен.
– Королю фазанов это едва ли показалось забавным, я полагаю.
Тонкая морщинка пересекла ее лоб, взгляд ее был серьезным и печальным. И ему вдруг нестерпимо захотелось развеять ее печаль. У него отчего-то защемило в груди при виде этой морщинки; давно забытая нежность кольнула его в сердце. Роланд попытался придумать что-нибудь, чтобы утешить ее, но прежде, чем он заговорил, Кайла вдруг оттолкнула от себя блюдо и растянулась на меховой подстилке, подложив под голову руку, лицом к нему. Он был так захвачен этим грациозным, изящным движением, что совсем забыл, что собирался ей сказать.
– Почему вас зовут Цербером, милорд?
– А вы не знаете? – уклончиво ответил он вопросом на вопрос, не желая говорить на эту тему.
– Ну конечно, я слышала разные разговоры. Битвы, победы, что-то в этом роде. Но ничего конкретного, что могло бы объяснить это прозвище.
Роланд подтолкнул к ней блюдо с фазаном.
– Ешьте, и тогда, возможно, я скажу вам.
– Возможно?
– Ешьте, – приказал он.
К его немалому удивлению, она протянула руку и оторвала кусочек мяса. Она положила его в рот и, не отрывая взгляда от Роланда, принялась медленно жевать. Проглотила, выжидательно взглянула, чуть наклонив голову.
– Ну?
– Полагаю, – задумчиво начал он, – все дело в том, что адский пес должен быть…
Она оторвала следующий кусок, положила в рот. Он проследил за ним взглядом. Ее губы смущали его, мешали ему сосредоточиться. Он никак не мог решить: напоминали они ему спелые сочные ягоды или бархатистые лепестки розы…
– Злобным, – сказала она без всякого выражения, просто закончила за него фразу, когда он снова потерял нить разговора.
– Безжалостным и упорным, – поправил он ее. Да, именно так. Не знающим жалости и упорным в достижении целей, пусть даже подчас дьявольских и бесчеловечных. Безжалостным к врагам. Роланд чуть тряхнул головой, вновь собираясь с мыслями. – Генри так прозвал меня.
По ее реакции было видно, что его слова произвели на нее сильное впечатление. Она чуть вздрогнула, взгляд ее светлых, серебристых глаз потемнел, он уловил мелькнувшую в них горечь. Губы изогнулись в насмешливой улыбке.
– Так, значит, – она отправила в рот еще кусочек, – вы преданный пес короля?
Он спокойно улыбнулся, чтобы показать, что она нисколько не оскорбила его этим вопросом.
– Можно и так сказать.
– Комнатная собачка? – Ее глаза ярко сверкнули; фазан исчезал с завидной быстротой.
– Нет, – голос его прозвучал несколько угрожающе. – Охотничий пес.
Он увидел, как она бросила быстрый взгляд на его горло, на котором осталась отметина от ее кинжала в ту ночь, в гостинице.
– И вы охотитесь на невинных.
– Я служу своему сюзерену.
– Так, значит, у вас нет своей воли, вы послушны воле хозяина.
– У вас острый язычок и не менее острый ум, миледи, но, боюсь, здесь вы ошибаетесь. Я сам себе хозяин. Я выбрал эту службу только потому, что она может дать мне то, что я хочу.
Она перестала жевать и внимательно посмотрела ему в глаза.
– И что бы это могло быть?
Он колебался, не желая открывать перед ней душу, говорить о самом сокровенном. Ведь она явно слишком низкого мнения о нем и может сразить его одним-единственным, точно подобранным острым словцом.
– Ничего такого, что могло бы быть вам интересно, леди Кайла.
Она закончила есть, облизала пальцы, продолжая наблюдать за ним, а затем полностью растянулась на своей меховой подстилке, откинувшись навзничь.
– Ну что ж, пес, ты заставил меня поесть. Теперь доволен?
– Завтра, возможно, вы получите королеву фазанов.
– Хорошо. – Она приподняла голову, внимательно разглядывая кончики пальцев на ногах, вылезшие из-под накидки из шкур. – Наверное, ей лучше оказаться на моей тарелке, чем прожить остаток своей жизни в одиночестве. Как вы считаете?
Из всех ее слов именно эти ранили его больней всего. Он знал, что она говорила о себе, но это в полной мере относилось и к нему тоже.
Роланд взял блюдо и поднялся.
– Выспитесь хорошенько, леди Кайла. Завтра будет тяжелый день.
Он вышел из палатки, ни разу не оглянувшись.
Все последующие дни пути они ехали очень быстро, особенно когда миновали низинную часть с ее туманами. Маленькая армия повсюду вызвала повышенный интерес местных жителей. Где бы они ни проезжали, люди высыпали на улицу, показывали на них пальцем, сбегались, чтобы поглазеть, а затем и обсудить, строя всевозможные догадки.
И, конечно, Кайла не могла остаться незамеченной: единственная женщина, с гордо поднятой головой, распущенными по плечам волосами, в летящей за спиной накидке. Веревка от ее связанных рук, тянущаяся к лошади Роланда, вызывала особенный интерес. Он сделал это, почти ненавидя себя, но ему очень не хотелось, чтобы она ускользнула от него теперь, когда они уже так близко от цели. Интуиция подсказывала ему, что, если она захочет от них ускакать на этом жеребце, быстром, как ветер, легкая, искусная наездница имеет все шансы обогнать любого из них, и Роланд не хотел рисковать, проверяя свои подозрения. Он связывал ей руки утром и развязывал только вечером, когда они разбивали лагерь.
Разумеется, она вызывала особенный интерес. Кто она, спрашивали любопытные. Преступница? Или сбежавшая принцесса? А может, колдунья? Кто же она такая, эта женщина, если ее необходимо связывать даже в окружении такого числа вооруженных мужчин?
Кайла не обращала внимания на все эти разговоры. Она и в самом деле была похожа на принцессу – с таким пренебрежением и высокомерным презрением реагировала она на все оскорбительные вопросы. Роланд с радостью избавил бы ее от этого, если бы только смог. Его солдаты не отвечали на вопросы крестьян, они лишь на мгновение придерживали лошадей, чтобы уверить местных жителей, что им нечего опасаться их вооруженного отряда.
Леди Кайла вновь погрузилась в молчание. Она не произнесла ни одного слова, даже простого «да» или «нет», с того самого вечера, когда они разговаривали у нее в палатке. Она не проявляла ни страха, ни нервозности, по мере того как они приближались к конечной цели их путешествия. Просто держала себя с такой холодной отчужденностью, которая могла обескуражить любого мужчину, кроме разве только самого настойчивого. Роланд просто не знал, что с ней делать.
По мере того как они приближались к Лондону, земли все больше приобретали цивилизованный облик. Все чаще на склонах холмов встречались стада белых овечек, все больше на их дороге попадалось возделанных полей. Да и деревни встречались все чаще, и все больше на их пути попадалось людей, работающих на полях, занимающихся с животными, любопытных, глазеющих, задающих вопросы…
Он почувствовал ее смятение раньше, чем увидел его явные признаки, когда они только подъезжали к очередной, ничем не приметной маленькой деревушке. Но неожиданно появившийся лихорадочный румянец на ее щеках еще больше оттенил бледность ее кожи. И впервые за все время их путешествия Кайла утратила свою королевскую осанку, как-то вся сжалась, словно стараясь сделаться невидимой.
Он не сразу понял, в чем причина столь резкой перемены, пока не увидел, как вокруг собираются крестьяне. Конечно, такое бывало и раньше, но эти люди называли Кайлу по имени, их голоса звучали громче обычного, они выражали изумление слишком явно. Толпа росла, люди все подходили и подходили, собираясь отовсюду. И тогда Роланд увидел вдалеке великолепное здание из розового камня, в рамке из зелени. Мирная картина, говорящая о покое и счастливой, беспечной жизни… Кайла тоже взглянула в ту сторону всего один раз, а затем снова опустила голову, закрывая лицо завесой из волос.
О чем только он думал, везя ее мимо Роузмида? Как он мог подвергнуть ее этому испытанию, заставить пережить весь этот стыд? Но он даже не подозревал, что они проезжали так близко от ее родового поместья. Он никогда раньше не был здесь и, уж конечно, никогда не сделал бы этого намеренно. Он уже повернулся к своим людям, чтобы отдать приказ проехать это место побыстрее, как вдруг какая-то молодая женщина, не более пятнадцати лет от роду, выбежала из толпы. Она бросилась прямо наперерез колонне солдат, бесстрашно пробираясь между лошадьми, пока не подошла к Кайле.
– Миледи! – крикнула девушка и побежала рядом с всадницей, дергая Кайлу за юбку, чтобы привлечь ее внимание. Она сунула ей в руку потрепанный букетик маргариток. – Мы все на вашей стороне, миледи! – крикнула девушка дерзко под одобрительный хор селян, столпившихся по обе стороны дороги.
Кайла, казалось, совершенно не знала, что ей делать. Она машинально взяла букет и в растерянности посмотрела на девушку, бегущую рядом с ее лошадью.
– Мы все за вас, миледи, – повторила та, а затем оттянула назад, чтобы не попасть под ноги лошади, идущей следом. И потом она еще долго стояла на обочине, провожая процессию глазами.
Роланд смертельно устал. И чем ближе они подъезжали к Лондону, тем сильнее усталость давала о себе знать. При ближайшем рассмотрении то же самое можно было сказать и о леди Кайле. Она и так была слишком худа вначале их путешествия, и теперь, несмотря на все его отчаянные попытки заставить ее есть, девушка таяла с каждым днем. Ее глаза ввалились и горели каким-то лихорадочным блеском, руки стали тонкими, почти прозрачными и напоминали цыплячьи лапки. Без всякого сомнения, она была настоящим бойцом, но беспокойство и отчаяние сломили ее, и теперь Роланда угнетало то, что он ничего не мог с этим поделать. То, что им пришлось проехать мимо Роузмида, никак не могло улучшить ее состояние духа. На самом деле все оказалось даже хуже, чем он мог предположить. Все это время она держала себя почти с королевским величием, но теперь в ней что-то надломилось, и на ее бесстрастном лице нет-нет, да и проскальзывало выражение невыносимого страдания. И сейчас это страдание особенно было заметно в том, как судорожно она стискивала уже увядшие маргаритки, храбро сражаясь с болью и отчаянием.
Пытаясь справиться со слабостью, появлением которой он был полностью обязан Кайле, Роланд старался думать о своем поместье Лорей, о том, что делают сейчас его люди, засевают ли они сейчас свои поля, проветривают ли и высушивают покои замка после сырого зимнего холода, смолят ли рыболовные суда теперь, когда погода наконец наладилась. И что поделывают сейчас Мэдок и Сина, должно быть, опять бранятся, а Харрик, наверное, как всегда, всех успокаивает. И Элисия… Интересно, какая она сейчас, доросла ему хотя бы до пояса?
Но сквозь все эти мысли неотвязно пробивались воспоминания совсем недавние, о том самом дне, когда Кайла свалилась на него с дерева, о голодной страсти их поцелуя, о ее мольбе отпустить ее и о его незамедлительном, почти инстинктивном отказе. Сейчас его начали грызть сомнения, и не только в справедливости своего решения, но в его истинной причине.
И в самом деле, кому было бы плохо, если бы он отпустил ее? Она очень ясно показала ему, какая жалкая судьба ждет ее с тем клеймом, что теперь до конца жизни будет на ее имени. Она знала законы, по которым живет двор и высший свет, так же хорошо, как и он сам, а может быть, даже лучше. Так почему же он не позволил ей исчезнуть в тот туманный день навсегда из этой жизни? Почему не проявил милосердия и не предоставил ей эту последнюю возможность обрести свободу, о которой она так его молила?
Но затем он резко оборвал себя. Он был прав, глупо сомневаться в этом. Возможно, она и в самом деле была колдуньей, затуманившей его разум. Он должен был схватить ее. И, разумеется, он обязан передать ее королю. Это не только его долг, это еще и самое верное решение в данной ситуации. Он даже врага не мог бы оставить умирать в этих диких горах, одного, без помощи, без защиты. А Кайла не была его врагом, что бы она сама ни думала по этому поводу.
Если бы он освободил ее, она очень скоро погибла бы. Возможно, ее уже сейчас не было бы в живых. В этом он, по крайней мере, был уверен. И эта мысль вдруг показалась ему настолько ужасной и невыносимой, что он тут же постарался выкинуть ее из головы.
Эта изящная, полувоздушная женщина, обладающая несокрушимым духом, и все же такая слабая, совершенно очевидно, нуждалась в защите. Но кто мог бы стать ее защитником?
Через два дня после Роузмида они въехали в Лондон. После долгих месяцев, проведенных среди лесов и лугов, город показался им даже более мрачным, чем обычно, – серые каменные дома, грязь, множество людей. Тем не менее солдаты сразу воспрянули духом, их шутки стали не такими злыми, а веселая болтовня сразу приобрела легкие, радостные интонации.
Кайла, разумеется, продолжала хранить молчание, но Роланд заметил, как она судорожно сжала поводья. Через некоторое время она все же заговорила, не отрывая взгляда от черной как ночь гривы своего коня:
– Я слышала, в Тауэре очень темно.
Роланд нахмурился, пытаясь понять скрытый смысл ее слов.
– Да. В некоторых местах, – осторожно ответил он.
После этого наступила довольно длинная пауза, и он уже начал придумывать, что бы такое ему сказать, чтобы она вновь не погрузилась в себя, когда Кайла заговорила вновь:
– Я не люблю темноты. – Прежде чем он смог что-нибудь ответить на это, она продолжила более твердымголосом: – Я знаю, вы ничего мне не должны, лорд Стрэтмор, но я бы хотела попросить вас об одной любезности. Я прошу вас от имени моего отца. Он был хорошим человеком, и он очень хорошо отзывался о вас.
Роланд молча ждал.
– Я бы хотела попросить вас позаботиться об Остере, пока… меня не будет, – неуверенно произнесла она, наконец-то подняв глаза и встретившись с ним взглядом. – Я не хочу доверять дворцовой страже заботу о нем, а вы, кажется, проявили к нему интерес. И он к вам. Вы могли бы обещать мне это?
– В этом нет никакой необходимости, вот увидите.
– Вы обещаете?
– Это не нужно.
– Обещаете?
Роланд вздохнул, страшная усталость вновь навалилась на него. Он устало провел рукой по лицу.
– Леди Кайла, я обещаю вам, что нет никакой необходимости мне приглядывать за вашей лошадью. Вы сможете сами выбрать любого, кому доверяете.
– Тогда я выбираю вас.
– Я не…
– Простите меня, милорд, – прервала она его, в ее глазах снова появилось презрительное, высокомерное выражение. – Я не подумала, что прошу вас взять на себя такую непосильную для вас ношу. Как глупо с моей стороны. Пожалуйста, простите, что я вообще заговорила об этом.
– Черт вас возьми, Кайла! – Он просто не смог сдержаться. – Вы так охотно готовы оскорблять меня и совсем не хотите понять. Послушайте меня хоть раз, миледи, больше я вам этого говорить не намерен. Я обещаю вам, что вам не нужно беспокоиться по поводу вашей лошади, потому что вы не будете арестованы, или казнены, или чего вы там еще боитесь? Вы понимаете меня? Вы свободная женщина и останетесь свободной, как только король закончит все дела с вами. Вы не преступница, чтобы чего-то бояться.
Если она и была поражена его внезапным проявлением гнева, она этого никак не показала. Она промолчала, позволив напряженной тишине повиснуть между ними, и просто задумчиво посмотрела вверх, на крыши домов. Их окружали городские запахи и шум, голоса детей, зазывные крики торговцев, громкие пьяные возгласы из таверны, мимо которой они проезжали.
– Я не люблю темноты, – повторила она, но так тихо, что, возможно, ему это просто показалось.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Месть русалок - Эйби Шэна

Разделы:
Пролог12345678910111213141516Эпилог

Ваши комментарии
к роману Месть русалок - Эйби Шэна



читать можно )))))))
Месть русалок - Эйби Шэнамарина
23.05.2012, 16.48





Местами такой бред...
Месть русалок - Эйби ШэнаKotyana
4.01.2014, 21.30





Приятный легкий роман, правда создавалось ощущение будто автор слегка торопился при написании книги. Гл. Герой мужчина мечта. Добрый, верный и благородный. Гл. Героиня нежна и горда.единственное не понимала, зачем гл.героиня все время стремилась уйти от приказа мужа везде следовать под охраной. Не маленькая ведь, ее убить хотят, а она капризы устраивает. А так, советую.читать можно
Месть русалок - Эйби ШэнаМаруся
7.04.2014, 15.40





Роман хороший. местами правда простоват, но читается легко.
Месть русалок - Эйби ШэнаИриша
30.07.2014, 17.39





Роман в любовной части хорош,гл.герои замечательные,все смогли преодолеть,потому как пошли навстречу своей любви.Мотив для стольких убийств ничтожен:не столько того преступления,сколько крови вокруг.В этой части роман,конечно,слабоват и невнятен.
Месть русалок - Эйби ШэнаЧертополох
3.08.2014, 22.05








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100