Читать онлайн Месть русалок, автора - Эйби Шэна, Раздел - 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Месть русалок - Эйби Шэна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.85 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Месть русалок - Эйби Шэна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Месть русалок - Эйби Шэна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Эйби Шэна

Месть русалок

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

13

Сад, где росли разнообразные травы, используемые в хозяйстве, был весь в зелени, словно в самый разгар лета. Повсюду, куда ни падал взгляд, Кайла видела самые разные растения на грядках, вокруг садовых террас и плетеных изгородей, и даже на компостную кучу возле стены забрались какие-то смелые вьющиеся растения с желтыми цветками.
Повариха с явным удовольствием открыла высокую калитку, пропуская Кайлу на отгороженную территорию. Как она объяснила, калитку они держат закрытой исключительно для того, чтобы не пускать внутрь оленей, которые часто забредают сюда.
Кайла не слишком жаждала осматривать огород, но чувствовала необходимость лично встретиться с доброй женщиной, которая по-прежнему к каждой еде готовила ей овсянку. Она решила постараться, как можно дипломатичнее объяснить поварихе, что уже достаточно окрепла, чтобы есть что-нибудь более существенное. На самом деле собак, которые охотно бы ели овсянку, оказалось не так уж много.
Повариха была совсем не похожей на тот образ, который представила себе Кайла. Она вовсе не была ни пухленькой веселой хохотушкой с румяным лицом, ни крупной дородной женщиной с добрыми, ласковыми глазами. Это была высокая, худая женщина, с очень серьезным выражением лица и суровым взглядом. Она с мрачным видом выслушала просьбу Кайлы, пока они сидели возле хозяйственного блока, где рубили дрова для кухни. Затем все так же хмуро спросила:
– А Марла это одобряет?
– Да, – поспешно сказала Кайла. Это была не совсем ложь, так как Марла определенно не была против.
– Ну, тогда ладно, – кивнула повариха.
Они остались сидеть, глядя друг на друга, причем обе с удовольствием избавились бы от общества друг друга, но не могли найти для этого благовидного предлога. В глубине, возле самой кухни, сновали служанки. Кто-то возился с котлом, кто-то замешивал тесто или чистил овощи. Одна из женщин окликнула повариху, попросив принести пучок базилика, что позволило той подняться на ноги.
– Посмотрите наш сад, миледи?
Кайла до сих пор здесь не была, потому согласилась.
Повариха сорвала требуемую траву, присела с поклоном и ушла, напомнив Кайле обязательно закрыть за собой калитку, когда будет уходить.
Кайла прошлась вдоль грядки с темными растениями базилика, покачивающимися на ветру, мимо ромашки и тимьяна, мимо розмарина, мяты и белого подмаренника. Но многих растений здесь Кайла не знала. Она пошла дальше, туда, где росли деревья. Здесь была приятная тень, кроны деревьев почти закрывали небо, просачивающееся сквозь ветви тонкими нитками лазури и солнечными бликами. Наконец Кайла остановилась возле каменной скамьи, расположенной под деревом, обвитом вьющимися растениями с белыми крупными цветками. Место было довольно уединенным.
Она села на скамейку, вдыхая воздух, напоенный пряными запахами и свежестью. Она закрыла глаза и, заложив руки за голову, откинулась назад, оказавшись в алькове из ветвей и вьющихся цветов. Первый раз за все время, прошедшее с того дня, когда на нее напали, она осталась одна. Куда бы она ни шла, ее повсюду сопровождала тень – солдат или служанка, – все они были предельно вежливы, но не отставали от нее ни на шаг. Она даже не пыталась с этим бороться, но сегодня утром сопровождающему ее солдату что-то срочно понадобилось сделать, и она уверила его, что дождется служанку.
И она действительно честно ждала служанку. Целых пять минут. Как раз столько, чтобы быть уверенной, что ее страж отошел достаточно далеко. А затем она спустилась в кухню, чтобы всего лишь поговорить с поварихой. Та предложила пойти в сад, и Кайла не могла устоять перед соблазном немного побыть одной.
Как приятно было оказаться в таком уединенном месте, полном покоя и умиротворения, окруженной лишь растениями и птицами. Кайла откинулась назад, почти полностью скрываясь в зеленом алькове. Она вытянула ноги, вздохнула и задумалась. Мысли ее были отнюдь не радостные.
Роланд опять избегал ее.
Смена его настроений казалась просто невероятной. Как он мог быть таким страстным, нежным и любящим, а через мгновение внезапно превращаться в незнакомца, держащегося с холодной отчужденностью. За последнюю неделю она тысячу раз пыталась убедить себя, что всему виной ее воображение, что он просто очень занят, или устал, или расстроен какими-то своими делами. И хотя все это было вполне возможно, эти объяснения ее нисколько не удовлетворяли. Она чувствовала, что здесь кроется что-то еще.
Она вообще очень редко видела его, за исключением завтрака и ужина, а иногда не видела даже и в это время. Но зато каждую ночь он приходил к ней, делил с ней постель и – теперь уже дважды – занимался с ней любовью. Эти страстные, безудержные ночи полностью обезоруживали ее, лишали всякой возможности защищаться от него и заставляли ее желать его близости все сильнее.
Кайла не хотела, чтобы это ее хоть как-то задевало. Она не хотела лелеять свои обиды по поводу того, что ее мужа больше беспокоят поля и рыбная ловля, чем жена. Она не хотела просыпаться каждое утро, чувствуя себя задетой и растерянной из-за того, что ее муж уже ушел, и понимая, что ее ждет еще один бесконечный день без него. Она совсем этого не хотела! Она бы предпочла заковать свое сердце в железный панцирь, чтобы ничто не могло больше его ранить: ни взгляд бирюзовых глаз, ни чарующие улыбки, ни ласки, ни нежные слова, которые он шептал ей в минуты страсти. Вспоминая все это, она с печалью думала о том, как все могло бы быть замечательно между ними, если бы… но она понимала, что мечты ее несбыточны, и от этого ей становилось еще больнее.
Но почему? Почему? Она отказывалась что-либо понимать.
Кайла тяжело вздохнула и поддела носком туфельки один из маленьких камешков, которые усыпали тропинки в саду. Камешек ударился в ствол граба, росшего перед ней. На его ветвях вдруг появилась рыжая белка и что-то возмущенно застрекотала.
Слева послышался новый звук. Человеческий голос? Кайла выпрямилась, внезапно насторожившись. Вот опять – голос, тихо напевающий что-то, слышался за кустами жимолости. Кайла чуть расслабилась. Это был детский голос.
Она нашла Элисию совсем одну посреди тропинки сразу за старым колодцем, увитым плющом. Девочка сидела в тени, словно маленькая принцесса, окруженная придворными дамами – куклами. Все они были рассажены в определенном порядке прямо перед ней.
– Привет, тетушка, – сказала она, не поворачивая головы. – Поиграешь со мной?
– Ты здесь одна? – удивилась Кайла.
– Да. Я всегда прихожу сюда одна. Здесь очень хорошо, правда?
Похоже, белка последовала за ней. Она перескакивала с ветки на ветку и оказалась как раз над ними, все еще что-то вереща.
Кайла присела рядом с девочкой в пятнистой тени дерева на небольшой камень, подобрав юбки и скрестив ноги перед собой так же, как и Элисия. Девочка улыбнулась и подняла повыше куклу, которую держала в руках.
– Хочешь послушать сказку?
– Конечно, – согласилась Кайла.
Кукла была сшита из ткани. У нее было плоское лицо, волосы из желтых нитей, обтрепавшихся на концах. Элисия взяла еще одну куклу в другую руку. Эта была вырезана из дерева, у нее было ясно нарисованное лицо и розовое платье.
– Однажды жила-была королева, – начала Элисия. – Она была очень доброй и хорошей, и все любили ее.
Это была, без сомнения, желтоволосая тряпичная кукла, которая поклонилась Кайле.
– И королева тоже всех очень любила. Так что даже король говорил ей, чтобы она не любила всех так сильно, чтобы не доверяла всем людям.
Кайла почувствовала, что задерживает дыхание, тень от дерева показалась ей вдруг холодной. Рука Элисии задвигалась, заставив куклу затрясти головой с почти застенчивым видом.
– Но королева не слушала его. Она верила, что все люди такие же хорошие, как она сама. Она думала, что король ошибается.
Нарисованная кукла тоже задвигалась в руке девочки, изобразив пародию на придворный поклон.
– Дорогая королева! – сказала Элисия высоким, писклявым голоском. – Вы можете мне доверять.
Тряпичная кукла прижалась к деревянной, словно обнимая ее.
– Я знаю! – Элисия чуть понизила голос, теперь он был не таким писклявым. – Я знаю это, дорогой друг!
Кайла ощутила странное покалывание в кончиках пальцев, ее ладони вдруг вспотели. Она обнаружила, что не может отвести глаз от разыгрывающейся перед ней сцены. Маленькие руки слепой девочки двигали куклами, заставляя тех проделывать странные, неуклюжие движения. Было что-то гротескное и даже жутковатое в том, как эти куклы смотрели на Кайлу, словно издевались над ней. Вышитые глаза королевы с черными зрачками словно хотели ей что-то сказать.
Элисия отложила тряпичную куклу и взяла другую, которая, видимо, должна была изображать рыцаря или солдата.
– О нет! – воскликнула деревянная кукла, увидев солдата. – О нет, нет, нет, нет, нет!
– Тише, – прорычал солдат. – Делай, как я сказал тебе!
– Нет! – воскликнула деревянная кукла. – Нет, я не могу! Я не стану!
– Делай, как я сказал, и никто из них не умрет. – И солдат ударил деревянную куклу.
– Не-е-ет! – заплакала кукла, но было слишком поздно. Ее отбросили в сторону, и солдат тут же набросился на королеву. Он бил ее снова и снова, ее желтые волосы разлетелись в разные стороны по гравию.
Кайла в ужасе, едва дыша, наблюдала за этим избиением. Ей хотелось закричать: «Остановись, прекрати!» Но она была не в состоянии произнести ни слова и лишь смотрела за тем, как солдат терзал королеву, бил ее снова и снова, пока та не упала на землю лицом в траву.
Солдат остановился и, захромав в детских руках, был отложен в сторону.
Кайла с побелевшим лицом подняла глаза на Элисию. Девочка, как показалось Кайле, ответила на ее взгляд.
Незрячие глаза на этот раз были устремлены прямо на нее.
– Предательство, – произнесла Элисия своим нормальным голосом. – Предательство и смерть. Вот что случилось с королевой.
Склеп Элейн. Ее тело, закутанное в саван, на мраморном постаменте. Это не ее мама, боже, это не может быть она, эта хрупкая оболочка женщины, лежащая там. Ее милое, такое дорогое Кайле лицо было почти живым, казалось, она спит…
– Предательство, – повторила Элисия, и впервые Кайла увидела, что глаза у нее ярко-синие, сверкающие в солнечном свете.
Она беспокоилась, что ее мама не может дышать сквозь плотный саван, что она задохнется. Но она ведь и не могла дышать, потому что она была мертва…
– Смерть, – сказала девочка.
Руки Коннера – последнее, что еще было видно из жидкой раскисшей грязи, пока она закидывала неглубокую могилу, которую смогла для него вырыть. Алистер молча плакал рядом, ее ногти обломались и болели, пока она рыла зимнюю смерзшуюся землю. Руки Коннера, сложенные на груди, все время появлялись из-под земли, которую она бросала и бросала в могилу, стараясь двигаться как можно быстрее, но все же недостаточно быстро…
– Кровь, – нараспев, монотонно произнесла Элисия.
Алистер, теперь он тоже, как и их отец, лежал в искореженной земле, оба они похоронены ее руками. Она поливала их могилы потом, не слезами, она не могла тогда плакать. Она не хотела ничего этого видеть, не хотела видеть, как грязь покрывает их лица, их руки… но, кроме нее, это некому было сделать.
Кайла откинулась назад, собираясь встать, она оперлась ладонями о гравий, стараясь двигаться неслышно.
Элисия, казалось, поняла, что Кайла собирается уйти. Куклы теперь снова застыли рядом с ней.
– Все кончилось, – сказала она. – Эта часть сказки закончилась.
Кайла почти не слышала ее. Она встала на колени прямо на гравий, ноги плохо ее слушались, она пыталась бороться с воспоминаниями.
– Королева сейчас на небесах, – решительно сказала Элисия. – Все хорошие люди на небесах. Они там счастливы.
Кайла встала и повернулась, чтобы уйти. Почти ничего не видя и не соображая, она шла по тропинке. Каким-то образом она нашла калитку, с трудом справилась с задвижкой, пытаясь отодвинуть ее непослушными дрожащими пальцами, и все-таки вспомнила, что должна закрыть за собой калитку.
Какое обычное, естественное действие: закрыть калитку. Закрыть калитку за собой, чтобы не вошли олени. Конечно, это прирученные олени, такие, как Элинор. Но нельзя позволить им войти.
Она шла, пока не увидела что-то знакомое – угол стены, за которой начинался двор замка. Она повернула. Вот и двор, покрытый мягкой травой, вон шершавые стены главного здания…
Она уставилась на эти стены. Вскоре она будет там, внутри, и это будет правильно, так как есть определенные причины, по которым ей следует быть внутри замка, а не снаружи. Роланд будет опять страшно сердиться на нее. А она очень не любит, когда Роланд гневается. Тогда внутри у нее что-то сжимается, замирает… то, что она должна сохранить живым и сильным, – ее душа. Она не хочет, чтобы он снова на нее сердился. Она так соскучилась по нему. Она так хочет его увидеть…
Какой-то мужчина подошел к ней, взял ее за руку. Она позволила ему это, должно быть, это солдат. Или управляющий. Он показался Кайле знакомым. Он проводит ее назад в замок, к Роланду.
– Графиня, – сказал этот человек, и снова что-то всплыло в ее памяти при звуке его голоса. Внутри замка Кайла ощутила блаженную прохладу и успокаивающую темноту. Они прошли мимо главной лестницы, вошли в узкий коридор, который она совсем не помнила. Мужчина держал ее за руку слишком крепко и прижимал ее к себе слишком тесно, что ей совсем не понравилось. Было что-то дурное в том, как он тащил ее за собой по этому совершенно незнакомому ей пути…
Кайла пришла в себя внезапно и очень болезненно. Она повернула голову, чтобы взглянуть на этого мужчину. Кто он? Не солдат, не управляющий, совершенно незнакомый ей человек. Крупный, с черными волосами, с жестким профилем…
Кайла попыталась вырвать руку из жесткой хватки мужчины, вложив в это движение все свои силы. Но тот в ответ рванул ее к себе, зажав ей рот своей грубой, шершавой ладонью. Другой рукой он схватил ее руку и заломил ее за спину. Теперь ее тело оказалось полностью прижатым к его телу.
Он пах грязной старой кожей и чем-то еще – мерзким, липким… Это было просто какое-то безумие!
– Леди, – произнес он хриплым шепотом, затащив ее в совершенно темную комнату без окон.
Кайла извивалась в его руках, но тщетно, она пыталась бить его ногами, но тоже безрезультатно, она пыталась кричать, но из зажатого рта вырывалось нечто, похожее на приглушенное мычание.
– Не сражайтесь со мной, миледи, – прорычал этот человек.
Он отпустил ее руку, но в то же мгновение от острой боли где-то внутри она едва не потеряла сознание. Все поплыло у нее перед глазами.
– Успокойтесь, – сказал он, но Кайла слышала его голос словно издалека. Она совсем не могла дышать. В глазах вспыхнули какие-то голубые яркие точки, и она буквально повисла у него на руках.
Он чуть ослабил хватку. Кайла почувствовала, как грубая мужская рука подхватывает ее снизу.
– Где она? – рявкнул он. – Где, отвечай!
Она, вся дрожа, выдохнула ему в руку, все еще зажимающую рот. Его грубая ладонь двинулась снизу вверх. по ее животу, по груди.
С силой, рожденной страхом и яростью, Кайла сжала вместе руки и резко двинула локтем своего обидчика прямо в живот, заставив того на миг задохнуться. От неожиданности он громко охнул и немного, совсем немного разжал руки. Но этого оказалось достаточно, чтобы она смогла развернуться и, не думая, рубанула ребром ладони ему по горлу. Она почувствовала, как что-то отвратительно хрустнуло от ее удара.
Он отпустил ее со страшным хрипом и опустился на колени. Кайла бросилась к двери, но что-то не пускало ее. Она споткнулась, бросила быстрый взгляд назад Мужчина лежал на полу, вытянувшись во весь рост, и. зажимая в руке подол ее платья, тащил ее на себя. Кайла рванула изо всех сил юбку и вместе со звуком рвущейся материи почувствовала, что свободна.
Больше не оглядываясь, она выбежала из комнаты, а затем – прямо во двор.
Роланд услышал новости уже на причале, после того как вернулся из своей поездки на Форсуолл. Если бы он вернулся хоть бы на час раньше, он смог бы предотвратить это. Или даже на полчаса.
Всего полчаса, и он не испытал бы этот болезненный удар в сердце, когда Дункан, встречавший его на берегу, сообщил ему, что на нее снова напали. Всего какие-то полчаса, и ему не пришлось бы бороться сейчас с этой жуткой, липкой пустотой, готовой поглотить его, готовой наполниться зловещей тьмой, возрожденной к жизни из мрачной пропасти его души. Безумие ярости снова медленно овладевало им, затемняя рассудок, застилая глаза.
Он нашел ее в комнате Марлы. Она отказалась возвращаться в их спальню, как ему сказали, без сомнения, боясь того, что ее запрут там на всю оставшуюся жизнь. Что было совсем не такой уж плохой идеей.
Она сидела в кресле, когда-то принадлежащем его матери, которое Марла еще в детстве присвоила себе. Отдельные пряди волос вырвались из замысловатой прически и рассыпались в беспорядке по плечам, придавая ей юный и какой-то слишком ранимый вид.
Кайла подтянула колени к груди и обхватила их руками. Когда Роланд вошел, она упрямо трясла головой, отказываясь от чая, который предлагала ей Марла.
Дверь с громким стуком ударилась о стену, когда он открыл ее. Роланд совсем не собирался этого делать. Просто так получилось.
Кайла чуть ли не подпрыгнула на месте, обратив на него взгляд раненой оленихи. Все, что Роланд сейчас смог, это удержаться от того, чтобы не упасть перед ней на колени, не прижать ее к себе и не заплакать над ее израненным ртом, взлохмаченными волосами, над этим отчаянием и страхом в ее глазах.
Вместо этого Роланд спокойно подошел, заставил себя все так же спокойно взять ее за руку, рассмотреть ее, не обращая внимания на повисшее вдруг молчание.
Тонкая, изящная. Ни ран, ни синяков. Ее пальчики сжались вокруг его руки. Он наклонился и провел губами по нежному бархату ее запястья, пробуя на вкус ее кожу, чувствуя губами биение пульса.
– Ты можешь говорить? – спросил он тихо.
– Конечно, – с вызовом ответила она. Впрочем, ее тон не мог его обмануть. За ним явно скрывался страх. – Это был тот, с черными волосами.
Он уже знал все детали от Дункана, но слышать то же самое от нее оказалось невыносимо трудно. И снова со дна его души поднялась тьма, снова забился этот отвратительный пульс, сводивший его когда-то с ума: убить, убить, убить…
– Что ты делала там одна? – спросил он, стараясь, чтобы поднимающаяся внутри ярость не проявилась в его голосе.
Она промолчала, отвернувшись и упрямо надув губы, но вид у нее при этом был виноватый.
Он подождал ответа и, не дождавшись, спокойно произнес:
– Неважно. Больше этого не повторится.
И, выпустив ее руку, он отвернулся и направился к двери.
– Роланд, подожди! – крикнула в отчаянии Кайла, но он не остановился, никак не показав, что слышит ее. Он вышел, предоставив стражнику, стоящему снаружи, запереть за ним дверь.
Марла сидела на своей постели, опустив взгляд на кружку с отваром трав, которую все еще держала в руках, всем своим видом выражая горькую покорность судьбе.
В эту ночь он не пришел к ней, не пришел и на следующую. И хотя Кайла обнаружила, что ее никто не собирается насильно удерживать в комнате, но зато вместо одного постоянного стражника к ней приставили сразу двух.
Они и стали ее постоянной компанией, Томас и Бертольд, оба высокие, крупные, молчаливые, отделывающиеся обычно короткими «да» и «нет» и становящимися непоколебимыми и твердыми, как скалы, если только видели, что где-то рядом с ней появлялось хоть что-то, с их точки зрения, подозрительное. А подозрительным им казалось практически все от котенка до служанки.
Это были два самых верных воина ее мужа. Кайла помнила их еще по путешествию из Шотландии. Она должна была бы чувствовать себя польщенной. Одна беда – с ними она ощущала себя еще более незащищенной, чем прежде. Теперь уже никто не мог ошибиться в том, где именно она находится. Теперь ей уже нельзя было тихо скользнуть в тень, чтобы шпионить за теми, кто выслеживал ее. Нельзя было тихо и незаметно войти в какую-нибудь комнату или выйти во двор, пройтись по саду, поговорить с детьми. И уж точно нельзя было бродить по тайному ходу. Роланд выполнил-таки свое обещание и привинтил шкаф к полу.
Когда она куда-нибудь входила, все сразу же расступались, едва не разбегаясь в разные стороны, как караси при появлении щуки. Томас и Бертольд по обеим сторонам от нее или впереди и сзади, всем своим видом предостерегая всякого, у кого могла возникнуть шальная мысль каким-либо образом навредить ей. Но заодно они распугивали и всех остальных. Кайла буквально задыхалась от этой защиты, ей казалось, что еще немного, и она просто сойдет с ума.
Общее настроение в самом замке становилось все более и более мрачным, и словно вместе со всеми из солидарности загрустила природа. Небо, постоянно затянутое облаками, потускнело, нависло низко над горами и время от времени проливалось холодным дождем. С моря постоянно дул ледяной, пронизывающий ветер, он ревел и выл в печных трубах, расположенных в стенах замка. Все это еще больше угнетало дух обитателей Лоремара. Они мало разговаривали, в большом зале во время еды уже не слышен был смех, громкие разговоры и шутки, никто уже даже и не улыбался. Мужчины мрачно молчали, сложив руки на груди, женщины с потерянным видом сидели, опустив головы. Даже дети, казалось, забились по углам, почти не выходя из детской, куда Кайлу также больше не приглашали.
Где бы ни появлялся Роланд, там сразу все замирало, даже ветер смолкал. Все бросали свои дела и только наблюдали за ним, за Кайлой. Все чего-то ждали. А Кайла никак не могла понять – чего?
Но она хотя бы знала, чего ждала она. Она ждала, когда к ней вернется Роланд. Она ждала, чтобы из его глаз, в которых когда-то пылал огонь, исчезла эта пустота, эта холодная зимняя стужа. Она ждала от него больше, чем те несколько ничего не значащих фраз, с которыми он теперь обращался к ней при редких встречах.
Сколько раз он окидывал ее своим внимательным взглядом с головы до ног, а затем отворачивался, словно ему было нестерпимо мучительно просто смотреть на нее. И это стало еще одной ее тайной болью, которую она скрывала за напускным безразличием. Но с ней он хотя бы не был таким вспыльчивым и нетерпимым, как с другими. А это было уже что-то. Когда он расспрашивал ее о деталях последнего нападения, то все, что она могла уловить, это его бесконечное терпение. Она рассказала ему все, что могла вспомнить с момента своей встречи в саду с Элисией. Но она не упомянула ни слова о той таинственной сказке, которую рассказала девочка и которая произвела на Кайлу такое жуткое впечатление. Она не рассказала об этом ни единой живой душе. Она просто не могла об этом говорить. Но зато дальше она не упустила ничего: и о том, как этот человек схватил ее, и что говорил, и каким образом ей удалось от него сбежать.
Когда Роланд спросил, что она думает о том, что именно или кого мог этот человек искать, о чем он говорил тогда в комнате, чего требовал от нее, Кайла честно отвечала, что не имеет никакого представления. В ответ последовало лишь молчание и отсутствующий взгляд в окно. Таким образом закончился самый длинный разговор между ними за последнее время.
На третий день после нападения Кайла отправилась в конюшню навестить Остера. Она ласково разговаривала с ним, извиняясь за то, что не может вывести его погулять. Остер открыто выражал свое огорчение, фыркая и перебирая ногами, и даже ущипнул губами рукоятку кинжала, который она снова теперь носила на поясе. Томас и Бертольд, стоящие по обе стороны от нее, поглядывали на коня весьма мрачно.
Стойла в конюшне были расположены так, что коней друг от друга отделяли только деревянные стенки из толстых жердей. За стойлом Остера находилось еще одно, открывающееся на другую сторону конюшни. Сквозь перекладины Кайла видела там белую лошадь и нескольких мужчин, что-то делающих с ее передней ногой.
Кайла прижалась щекой к шее Остера, поглаживала его нос и слушала разговор, который долетал до нее из соседнего стойла.
– Кузнец сказал, что только что подковывал эту лошадь. Только что.
Другой согласно хмыкнул.
– А теперь я спрашиваю тебя, как лошадь могла сбросить только что набитую подкову? У нашего Смита, как ты знаешь, подковы никогда не отваливаются. Только когда приходит срок и пора их менять.
– Я слышал, что гвозди вывалились. Паренек Кастора нашел их. Новые гвозди, именно такие, помеченные, какие делает Смит для наших лошадей. И там были специальные метки, которые Смит сделал для кобылы Дерека. Паренек Кастора обнаружил три гвоздя, валяющиеся около пня.
Белая лошадь заволновалась, недовольно заржала. Мужчины задвигались и на некоторое время умолкли. Потом заговорили вновь:
– Да, парень отнес эти гвозди прямо к капитану. Я был там. И вот что тебе скажу: никогда я еще не видел Дункана в таком гневе. А когда, как я слышал, он доложил обо всем его светлости, то, говорят, от его ярости чуть весь дом не взлетел на воздух.
– А я слышал, что он начал крушить мебель. А потом послал за беднягой Дереком, чтобы узнать, как это он выбрал себе лошадь без подковы.
– Нет, – вступил в разговор новый голос, более серьезный. – Я слышал другое. Я слышал, что его светлость ничего не сказал. Вы знаете, как он это делает. Ничего не говорит. Только потом, на следующее утро, обнаружили эти гвозди все скрученные, так, словно их гнули голыми руками.
В соседнем стойле воцарилось молчание, и даже лошадь, казалось, задумалась.
Кайла закрыла глаза и продолжала поглаживать морду своего коня.
В ночь четвертого дня Кайла внезапно проснулась от того, что почувствовала, как рядом с ней прогнулась кровать под тяжестью чьего-то тела. В испуге она открыла глаза, уставившись на свечу возле кровати.
– Не бойся, – Роланд сидел рядом с ней, держа в руке свечу.
Это показалось ей так странно, что она долгое время молчала и только смотрела на него, ожидая, что он или превратится в чудовище, или растает, как призрак, или, как в ее вчерашнем сне, наклонится и поцелует ее. Но он ничего этого не сделал. Он просто сидел, склонив го лову, и Кайла наконец начала понимать, что это не сон. Роланд действительно был здесь, рядом с ней.
Кайла села и почувствовала, как у нее перехватывает дыхание. Он был так красив сейчас! Золотые локоны до плеч обрамляли резко очерченный суровый профиль, и хотя его лицо оставалось в тени, она почти ощущала на себе его жаркий взгляд.
– Милорд?
Нет, это не сон. Он чуть поднял свечу, и ее пламя, чуть колеблясь от движения воздуха, позволило ей увидеть его сверкающий взгляд, прежде чем его глаза вновь приобрели свойственное им в последнее время пустое выражение.
– Ты совсем проснулась? Сможешь меня выслушать?
Она молча кивнула, охваченная нехорошим предчувствием.
– Одевайся. Мне нужно, чтобы ты пошла со мной.
– Куда? – спросила она, боясь ошибиться, но не в силах сдержать надежду, вдруг вспыхнувшую в сердце. Она подумала о береге океана под бархатным звездным шатром, о мягком песке, готовом принять их разгоряченные обнаженные тела…
Роланд встал и отвернулся. Его голос прозвучал глухо и отрешенно. Сердце у Кайлы упало.
– Мне нужно, чтобы ты опознала тело.
Она поспешно оделась, схватив первую попавшуюся нижнюю юбку, которую натянула через голову дрожащими пальцами. Затем никак не могла завязать тесемки на ней, а когда дело дошло до платья, она долго возилась с крючками, пока Роланд, что-то пробормотав сквозь стиснутые зубы, не принялся помогать ей. Его руки показались ей совсем чужими, как если бы ей помогал одеваться не мужчина, даривший ей ни с чем не сравнимые ласки, а совершенно незнакомый, равнодушный человек. Когда она наконец оделась, он взял ее за руку и вывел в коридор, где их тут же окружили стражники.
Никто не произнес ни слова, пока они шагали через темные коридоры и холлы замка, мимо спящих пажей и оруженосцев, мимо солдат, растянувшихся на лавках в главном зале.
Все так же молча они вышли в темную пасмурную ночь, прошли через двор замка до конюшни, но вместо того, чтобы войти внутрь, Роланд повел ее вокруг здания к группе стоящих возле стены мужчин. Те явно его ждали, но стояли молча и неподвижно, ожидая, когда граф и графиня приблизятся.
На покрытой травой земле лежало распростертое тело мужчины. Это был тот самый человек с черными волосами. Чтобы узнать его, Кайле понадобилось лишь бросить один короткий взгляд на его лицо. Его туника была разрезана, темное пятно крови заливало грудь. Один из солдат наклонился и поднес факел ближе к его лицу. Кайла смотрела всего несколько мгновений, затем отвернулась и кивнула в ответ на невысказанный вопрос Роланда.
– Ты уверена? – Роланд стоял позади нее, словно стараясь загородить от всего мира. Она услышала, как дрогнул его голос.
– Да, – только и сказала она.
Она чуть подалась назад, обхватив себя руками в тщетной попытке сдержать нервную дрожь. Роланд подал знак своим людям. Они тут же окружили тело, подняли и понесли куда-то в ночь. Кайла смотрела им вслед, пока темнота не поглотила их, и лишь светящиеся точки горящих факелов продолжали двигаться в кромешной тьме.
Возле Роланда и Кайлы остались лишь ее молчаливые верные стражи Томас и Бертольд. Кайла заставила себя заглянуть в лицо мужу, пытаясь найти там хоть какие-то следы того мужчины, которого, как она надеялась, начала узнавать.
– Жаль, что так вышло, – сказал он, обернувшись к ней. На его лице играла зловещая, безжалостная улыбка. – Я бы хотел сам его убить.
И Кайла ему поверила.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Месть русалок - Эйби Шэна

Разделы:
Пролог12345678910111213141516Эпилог

Ваши комментарии
к роману Месть русалок - Эйби Шэна



читать можно )))))))
Месть русалок - Эйби Шэнамарина
23.05.2012, 16.48





Местами такой бред...
Месть русалок - Эйби ШэнаKotyana
4.01.2014, 21.30





Приятный легкий роман, правда создавалось ощущение будто автор слегка торопился при написании книги. Гл. Герой мужчина мечта. Добрый, верный и благородный. Гл. Героиня нежна и горда.единственное не понимала, зачем гл.героиня все время стремилась уйти от приказа мужа везде следовать под охраной. Не маленькая ведь, ее убить хотят, а она капризы устраивает. А так, советую.читать можно
Месть русалок - Эйби ШэнаМаруся
7.04.2014, 15.40





Роман хороший. местами правда простоват, но читается легко.
Месть русалок - Эйби ШэнаИриша
30.07.2014, 17.39





Роман в любовной части хорош,гл.герои замечательные,все смогли преодолеть,потому как пошли навстречу своей любви.Мотив для стольких убийств ничтожен:не столько того преступления,сколько крови вокруг.В этой части роман,конечно,слабоват и невнятен.
Месть русалок - Эйби ШэнаЧертополох
3.08.2014, 22.05








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100