Читать онлайн Заклинатель, автора - Эванс Николас, Раздел - 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Заклинатель - Эванс Николас бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.91 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Заклинатель - Эванс Николас - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Заклинатель - Эванс Николас - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Эванс Николас

Заклинатель

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

3

Гарри Логан поставил свой автомобиль под вывеской, гласившей, что здесь расположена лечебница для крупных животных. Впрочем, университетские службы так странно сформулировали название лечебницы, что было непонятно – то ли это лечебница для крупных животных, то ли крупнейшая лечебница для зверей всех калибров. Выбравшись из машины, Логан с трудом пробирался через грязную слякоть, в которую превратился выпавший в выходные снег. Со времени несчастного случая прошло три дня, но конь был до сих пор жив. Поразительно… ведь чтобы заштопать страшную рану на его груди, Логану потребовалось четыре часа. В кровавом месиве застряли осколки стекла и хлопья черной краски с грузовика – все это пришлось извлекать, потом хорошенько промывать рану. Очистив ее полностью, Логан осторожно подровнял ножницами болтавшиеся лохмотья краев, скрепил артерию и вставил несколько дренажных трубок. Только после этого, предоставив ассистентам следить за наркозом, переливанием крови и аппаратом искусственного дыхания, Логан стал зашивать рану.
Шил в три этапа: сначала разорванные мышцы, затем – соединительную ткань и только потом кожу – каждый раз не меньше семидесяти стежков! Два внутренних слоя Логан сшил кетгутом – рассасывающейся потом ниткой. И все эти адовы труды ради коня, которому вряд ли суждено проснуться! Но этот чертяка проснулся-таки! Просто невероятно! И что еще невероятнее – сохранил бойцовский пыл, так рьяно продемонстрированный им у реки. Когда Пилигрим, очнувшись в реанимационном отделении, бился, стараясь подняться на ноги, Логан молил Бога, чтобы раны не открылись вновь – страшно было подумать о том, что придется вновь латать этого бесенка.
Пилигрима продержали на успокоительных уколах еще двадцать четыре часа, прежде чем его положение стабилизировалось настолько, что он мог выдержать четырехчасовой переезд в Корнелл.
Логан хорошо знал Корнеллский университет и ветеринарную лечебницу при нем, хотя с шестидесятых годов, когда он здесь учился, многое изменилось. Да, славное было времечко – большинство воспоминаний Логана было связано с женщинами. Он и его друзья, прямо скажем, не скучали! Особенно запомнились ему летние вечера, когда, развалившись в тени деревьев, они любовались лежащим внизу озером Кейюга; красивейшее место… Но сегодня здесь было не очень-то приятно. Зябко, к тому же собирается дождь, в такую погоду озера и не разглядишь. Но самое гнусное – он отвратительно себя чувствует. Все утро чихал, ничего удивительного – все яйца отморозил, отлавливая тогда в воде Пилигрима. Логан почти вбежал в теплое приемное отделение и спросил у дежурной сестры, может ли видеть Дороти Чен – врача Пилигрима.
Через дорогу строили большое новое здание клиники. Глядя на лица продрогших от холода рабочих, Логан понемногу приходил в себя. При мысли, что он снова увидит Дороти, его охватило приятное возбуждение. Только ради ее улыбки он проделывал ежедневно путь в двести миль, чтобы осмотреть Пилигрима. Она напоминала ему средневековую принцессу из китайских фильмов, которые его жена просто обожала. А какая фигура! Но для него – слишком молоденькая. Увидев в стекле ее отражение, Логан обернулся.
– Привет, Дороти! Как дела?
– Так себе. А вот тобой я решительно недовольна. – Притворно нахмурившись, девушка погрозила пальчиком.
– Дороти, в чем я виноват? – Логан шутливо поднял руки. – Мотаюсь каждый день на другой конец света ради одной твоей улыбки.
– Ты еще хочешь, чтобы я улыбалась? После того как подсунул мне это чудовище? – Дороти, однако, улыбнулась. – Идем. Мы получили рентгеновские снимки.
Не прекращая говорить, Дороти повела Логан по запутанным коридорам, а он слушал, стараясь не обращать внимания на грациозное колыхание бедер под белым халатом.
Снимков было множество – хоть устраивай выставку. Дороти прикрепила пленки на освещенное стекло, и они, встав рядом, внимательно изучали их. Как Логан и предполагал, у коня были сломаны ребра – целых пять, и еще носовая кость. Ребра постепенно срастутся сами, а носовую кость Дороти уже прооперировала, поставив ее на прежнее место. Операция прошла успешно – приходилось только часто менять марлевые тампоны.
– Теперь я знаю, к кому обращаться, если мне перебьют нос, – пошутил Логан.
Дороти рассмеялась.
– То ли еще будет. Профиль чемпиона ему обеспечен.
Логан боялся увидеть следы перелома на передней ноге или плечевой кости. Но нет, этого не было. Однако, помимо серьезных ушибов при ударе о грузовик, конь основательно повредил плечевое нервное сплетение.
– А как грудная клетка? – спросил Логан.
– Отлично. Ты хорошо поработал. Сколько пришлось наложить швов?
– Около двухсот. – Логан почувствовал, что заливается краской, как школьник. – Можно его увидеть?
Пилигрим находился в послеоперационном отсеке, его дикое ржание они услышали еще издали. Хриплые крики непрерывно рвались из стойла – голосовые связки он сорвал после того, как ему перестали давать успокоительное. У стен здесь была хорошая звукоизоляция, и все же они, казалось, дрожали от ударов его копыт. В соседнем стойле группа студентов осматривала пони, которого явно тревожил этот нескончаемый шум.
– Пришли к Минотавру? – спросил их один из студентов.
– Вот именно, – ответил Логан. – Надеюсь, его уже накормили?
Дороти отодвинула засов, открывая верхнюю половину дверцы. Шум мигом прекратился. Дороти открыла дверцу ровно настолько, чтобы они могли заглянуть внутрь. Забившись в дальний угол, Пилигрим опустил голову и прижал уши, глядя на них взглядом дикой твари из детского ужастика. Кровавые бинты обматывали его с головы до ног. Он фыркал и, вскинув морду, скалил зубы.
– Мы тоже рады тебя видеть, – сказал Логан.
– Ты встречал раньше такого насмерть перепуганного коня? – спросила Дороти. Логан покачал головой:
– Никогда.
Они постояли немного, глядя на несчастное животное. Что же, черт подери, теперь с ним делать, думал Логан. Хозяйка Пилигрима вчера наконец соизволила позвонить и была с Логаном очень мила. Немного, правда, смущена – чувствовалось, что ей стыдно за те слова, которые передала ему миссис Дайер. Логан был не в обиде. Ему было страшно жаль эту женщину – какой ужас ей пришлось пережить! Логан побаивался, что когда она увидит, во что превратился ее конь, то станет судиться с ним уже из-за того, что он оставил бедолагу в живых.
– Пора ввести ему успокоительное, – заметила Дороти. – Жаль только, что с добровольцами туговато. Надо всадить шприц и тут же дать деру.
– Да. Но нельзя же всю жизнь продержать беднягу на релаксантах. В него вкатили уже бочку всяких лекарств. Мне хотелось бы взглянуть на его грудь.
– Надеюсь, ты оставил завещание?
Дороти приоткрыла и нижнюю половину дверцы. Увидев, что к нему входят, Пилигрим нервно задвигался и зафыркал, стуча одним копытом. Стоило Логану сделать первый шаг, как конь развернулся в его сторону задом. Ветеринар прижался к стене и понемногу продвигался вперед в надежде увидеть грудь животного. Но не тут-то было. Пилигрим словно взбесился – взбрыкивал задом и яростно лягался. Логан поспешил отпрыгнуть в сторону, споткнулся и позорно бежал. Дороти поскорее захлопнула за ним дверцу. Студенты были в восторге и довольно скалили зубы. Логан присвистнул и отряхнул пиджак.
– Вот и спасай им жизнь после этого.
Дождь шел восемь дней без перерыва. Не обычная декабрьская изморось, а настоящий, полноценный дождь. Расшалившийся сынишка карибского урагана с нежным названием ненароком заскочил на север, ему здесь понравилось, и он надолго застрял в этих краях. Реки Среднего Запада вышли из берегов, и в теленовостях замелькали несчастные, сгрудившиеся на крышах люди и раздувшиеся трупы скотины, плавающие, словно надувные матрасы, по водной глади затопленных лугов. В Миссури погибла семья из пяти человек, стоявшая в очереди в «Макдоналдс», – утонула прямо в автомобиле. Сам президент летал в зону трагедии, объявив происходящее национальным бедствием, о чем и без него догадывались люди, спасавшиеся на крышах.
А Грейс лежала в коме, не ведая о несчастьях этого мира, и ее потревоженные клетки постепенно приходили в норму. Через неделю у нее вынули из горла трубочку и вставили другую – в крошечное отверстие, проделанное в шее. Пища – коричневатая жидкая кашица – шла через нос прямо в желудок. Три раза в день к Грейс приходил спортивный врач, он, обращаясь с ней как с куклой, разминал мышцы и суставы, не давая им атрофироваться.
После недели, проведенной вдвоем в больнице, Энни и Роберт стали сменять друг друга у постели дочери – один дежурил, в то время как другой ездил в город или пытался работать в Чэтхеме. На помощь хотела прилететь из Лондона и мать Энни, но легко позволила себя отговорить. Заботу о них, поистине материнскую, проявляла все та же Эльза – она готовила еду, тактично отвечала на многочисленные телефонные звонки и разрывалась между больницей и домом. Но у постели Грейс она сменила их только один раз – в утро похорон Джудит. Они оба поехали на церемонию и вместе со всеми стояли на разбухшей от влаги земле сельского кладбища под сплошным навесом из черных зонтиков. А потом снова вернулись в больницу и всю дорогу молчали.
Коллеги Роберта проявили понимание, постаравшись по возможности разгрузить его. Кроуфорд Гейтс, шеф Энни, президент издательского концерна, позвонил ей сразу же, как только узнал о несчастье.
– Энни, дорогая, – заговорил он тоном такого искреннего участия, на какое – и они оба это знали – он просто не был способен. – Даже не думай выходить на работу, пока все не образуется. Ты поняла?
– Кроуфорд…
– Энни, я знаю, что говорю. Сейчас самое важное – здоровье Грейс. Если возникнет ситуация, с которой мы не сможем справиться, мы тебя разыщем.
Его звонок нисколько не успокоил Энни, а, напротив, заставил так разнервничаться, что она еле удержалась, чтобы не бежать на ближайший поезд. Она хорошо относилась к старому лису – в конце концов, он сам после долгого обхаживания зазвал на столь любимую теперь работу, но никогда не доверяла ему. Гейтс был прирожденным интриганом и ничего не мог с собой поделать.
Стоя у кофейного аппарата в коридоре отделения интенсивной терапии, Энни видела в окно, как ливень стучит по крышам припаркованных у больницы машин. Пожилой мужчина сражался с непокорным зонтиком, а двух монахинь порыв ветра внес в автомобиль, словно лодки под парусами. Темные низкие облака выглядели такими зловещими, что от них можно было ожидать всего – они могли сбить и апостольники с голов невест Христовых.
Урчание в автомате прекратилось – Энни взяла чашку и глотнула кофе. Вкус был не лучше, чем у сотни других чашек, которые она здесь выпила. Но это пойло было, во всяком случае, горячим и содержало кофеин. Выпив, Энни снова направилась в сторону бокса Грейс, поздоровавшись на ходу с одной из молоденьких сестер, спешившей домой после смены.
– Сегодня она выглядит получше, – сказала та, когда они поравнялись.
– Вы так думаете? – с надеждой спросила Энни. Познакомившись с Энни поближе, никто из персонала уже не осмеливался обнадеживать ее без повода.
– Да. – Остановившись у выхода, медсестра хотела еще что-то добавить, но передумала и толкнула дверь.
– Только поактивнее разрабатывайте мышцы.
Энни шутливо отдала ей честь.
– Слушаюсь, мэм.
Выглядит получше. Что могут означать эти слова, думала Энни, возвращаясь к постели дочери, когда человек, про которого так говорят, находится уже одиннадцатый день в коме и конечности его безжизненны, как плавники у выброшенной на берег рыбы? В палате другая медсестра меняла повязку на ноге Грейс. Энни остановилась, наблюдая за ее действиями. Сестра, подняв глаза, улыбнулась. Единственное, чего Энни не могла заставить себя делать, – это перевязку. Здесь, в больнице, старались вовлечь, насколько возможно, родителей и родственников в уход за больными. Они с Робертом стали уже неплохими массажистами, могли делать и некоторые другие вещи – прочищать рот и глаза Грейс, менять мешочки, куда стекала моча. Но сама мысль об изуродованной ноге дочери, об этом обрубке, заставляла Энни холодеть от ужаса и терять голову. Не только прикасаться, но и смотреть на культю было для нее невыносимо.
– Рана хорошо заживает, – сказала сестра. Энни кивнула, с трудом заставляя себя не отводить взгляд. Швы сняли два дня назад, и длинный искривленный шрам ярко пламенел. Сестра заметила испуганное выражение глаз Энни.
– Кажется, пленка кончилась, – проговорила она, кивая на лежащий на подушке «Уокмен», как бы разрешая Энни не смотреть на шрам, и Энни с благодарностью воспользовалась этой возможностью. Вынув пленку с миниатюрами Шопена, она вытащила из тумбочки «Женитьбу Фигаро». Вставив в кассетник моцартовскую оперу, она поправила на голове Грейс наушники, не сомневаясь, что она не одобрила бы ее выбор. Дочь не раз заявляла, что терпеть не может оперу. Но Энни скорее провалилась бы в преисподнюю, чем поставила одну из тех пленок, что Грейс слушала в автомобиле. Кто знает, не опасны ли поврежденному мозгу «Нирвана» или «Алиса в цепях»? Слышит ли дочь что-нибудь? Если слышит, то, возможно, очнувшись, полюбит оперу. Нет, скорее, возненавидит свою мать за еще одно проявление деспотизма…
Энни вытерла тоненькую струйку слюны в уголке рта Грейс и, поправив сбившийся локон, задержала руку на голове, глядя на дочь. Она вдруг заметила, что сестра, закончив перевязку, следит за ней. Встретившись взглядами, они улыбнулись друг другу. В глазах сестры мелькнуло нечто похожее на жалость, и Энни поспешила положить этому конец.
– Пора приниматься за дело! – сказала она.
Закатав рукава, Энни придвинула стул к кровати. Медсестра собрала свои вещи и удалилась. Энни всегда начинала с левой руки, сейчас она тоже взяла ее в свои руки и начала поочередно массировать пальчики, а потом и всю кисть. Вперед – назад, сгибая и разгибая каждый сустав, слыша, как те легонько потрескивают от ее усилий. Вот очередь дошла и до большого пальца – Энни вращала его, похлопывала и разминала. Из наушников до нее доносились приглушенные звуки Моцарта, и она непроизвольно массировала руку в ритм музыке, перейдя теперь к запястью.
Этот новый этап телесной близости к дочери Энни переживала очень остро. Только в младенчестве дочки Энни так же хорошо знала ее тело – и теперь словно возвращалась в любимую и когда-то хорошо знакомую страну. О существовании некоторых родинок и шрамов она и понятия не имела. На предплечье дочери была россыпь крошечных веснушек и такой нежный пушок, что Энни захотелось прижаться к нему щекой. Повернув руку тыльной стороной вверх, она рассматривала прозрачную кожу и бьющиеся под ней синеватые жилки.
Энни перешла к локотку – раз пятьдесят согнула и разогнула руку, потом стала массировать мышцы. Нелегкая работа – скоро у Энни от напряжения заныли руки. Теперь надо переходить ко второй руке. Энни осторожно опустила руку дочери на одеяло и уже собиралась встать, чтобы перейти на другую сторону кровати, как нечто необычное привлекло ее внимание.
Движение было очень слабым, почти незаметным – Энни даже подумала, что ей показалось, будто один из пальчиков шевельнулся. Энни снова села, не сводя глаз с руки Грейс, – вдруг последует продолжение. Но ничего не происходило. Тогда Энни снова взяла руку дочери и слегка ее пожала.
– Грейс, – позвала она. – Грейси?
Никакой реакции. Лицо было неподвижным. Только вздымалась и опускалась грудь, приводимая в движение аппаратом искусственного дыхания. Может, то, что она видела, – просто следствие инерции? Энни перевела взгляд с лица дочери на мониторы приборов. Она, в отличие от Роберта, так и не научилась разбираться в системе экранных сигналов. Возможно, Энни больше, чем муж, доверяла вмонтированной в них сирене тревоги. Впрочем, она представляла, как приблизительно должны выглядеть пульсирующие данные, говорящие о работе сердца и мозга, о кровяном давлении. На экране аппарата, отвечающего за сердце, светилось изображение оранжевого электронного сердечка – Энни считала это неплохой выдумкой и по-своему трогательной. В течение многих дней число сердечных сокращений в минуту оставалось постоянным, равняясь семидесяти ударам. Но сейчас оно было выше. Восемьдесят пять, потом восемьдесят четыре. Энни нахмурилась и огляделась. Медсестры поблизости не было, но Энни не впала в панику. Возможно, эти изменения не столь существенны. Она перевела взгляд на Грейс.
– Грейс?
Сжимая руку дочери, Энни на этот раз смотрела на экран – цифры на нем заплясали как бешеные. Девяносто – сто – сто десять.
– Грейси?
Энни приподнялась, сжимая пальчики дочери в обеих руках, и напряженно вглядывалась в ее лицо, потом повернулась, чтобы позвать кого-нибудь из персонала, но в палату уже вбегали медсестра и молодой врач. Изменения в состоянии Грейс зафиксировало и центральное табло.
– Она пошевелилась. Я видела, – проговорила Энни. – Ее рука…
– Продолжайте жать руку, – торопливо бросил врач. Он вынул из нагрудного кармана фонарик в виде авторучки и, приоткрыв один глаз девочки, посветил в него, проверяя реакцию. Медсестра тем временем записывала показания мониторов. Сердцебиение достигло ста двадцати ударов в минуту. Врач снял с Грейс наушники.
– Скажите ей что-нибудь.
Энни нервно сглотнула. На мгновение ей показалось, что она забыла слова. Врач удивленно посмотрел на нее.
– Говорите все, что хотите. Неважно что.
– Грейси? Это я. Дорогая, пора просыпаться. Пожалуйста, проснись.
– Взгляните, – сказал врач. Придерживая веко, он по-прежнему светил в глаз. Вглядевшись, Энни заметила слабое мигание. У нее перехватило дыхание.
– Верхний предел давления – сто пятьдесят, – произнесла сестра.
– Что это значит?
– Это значит, что она реагирует, – ответил врач. – Дайте-ка мне.
Он взял у Энни руку Грейс, продолжая другой рукой удерживать веко.
– Грейс, – сказал он. – Сейчас я пожму тебе руку и прошу, если можешь, пожми в ответ мою. Только постарайся, жми как можно сильнее. Хорошо?
Он сжал руку девочки, не переставая следить за ее глазом.
– Есть, – произнес он, снова передавая Энни руку дочери. – А теперь, прошу тебя, Грейс, повтори все еще раз, чтобы почувствовала и твоя мама.
Глубоко вздохнув, Энни надавила на пальчики… и ощутила ответную реакцию – чуть заметную, напоминающую первую слабую поклевку, когда рыба еще неуверенно берет наживку. Но что-то уже задрожало в темных глубоких водах и рвалось на поверхность.
Грейс находилась в туннеле. Тот немного напоминал подземку, но здесь было темнее и много воды – девочка барахталась в ней. Вода, правда, не была холодной. Впрочем, эту жидкость с трудом можно было назвать водой – слишком уж теплая и плотная. В отдалении виделся свет, и Грейс почему-то знала, что может либо плыть туда, либо, развернувшись, направиться в другую сторону – там тоже был свет – только потусклее, не такой влекущий. Грейс не испытывала никакого страха. У нее просто был выбор. Что бы она ни выбрала – все будет хорошо.
Она услышала голоса. Они доносились оттуда, где свет был тусклее. Грейс не могла видеть говоривших, но один из голосов принадлежал ее матери. Второй – мужчине, но не отцу. Этого мужчину она не знала. Она хотела пробиться к ним, плыть по туннелю, но вязкая жидкость не пускала ее. Она была словно клей. Грейс пыталась плыть, но клей удерживал ее. «Клей не пускает меня, клей…» Она хотела позвать на помощь, но не могла произнести ни звука.
Говорившие, похоже, не знали, что она рядом. Почему они не видят ее? Их голоса звучали отдаленно, и Грейс вдруг стало страшно, что они уйдут, и она снова останется одна. Но тут мужчина позвал ее, да, он произнес ее имя. Значит, они ищут ее. И хотя Грейс по-прежнему никого не видела, она теперь знала, что ей стараются помочь, и если она сделает окончательный, решительный рывок, возможно, ей удастся вырваться из этого клея, и тогда они вытащат ее.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Заклинатель - Эванс Николас

Разделы:
12345

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

12345678

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

1234567891011121314

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

12345678

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

1

Ваши комментарии
к роману Заклинатель - Эванс Николас



Фильм впечатлил больше
Заклинатель - Эванс НиколасСвета
10.05.2012, 19.29





Обожаю это произведение!
Заклинатель - Эванс НиколасКатерина
7.08.2012, 13.03





Замечательная книга! Хочу обязательно посмотреть и фильм
Заклинатель - Эванс НиколасЖанна
8.08.2012, 12.43





НЕНАВИЖУ, КОГДА ХОРОШИЙ ЧЕЛОВЕК ПОГИБАЕТ!!! И ФИЛЬМ СМОТРЕТЬ НЕ СТАНУ ПО ТОЙ ЖЕ ПРИЧИНЕ. ЛЮБЛЮ, КОГДА ВСЕ СЧАСТЛИВЫ И ВСЕ ХОРОШО ЗАКАНЧИВАЕТСЯ!
Заклинатель - Эванс НиколасВАЛЕНТИНА
12.01.2014, 16.10





Как раз таки в фильме хеппи энд, что не скажешь о романе.
Заклинатель - Эванс Николасюлия
14.05.2014, 23.13





Нуу, хэппиэндом я бы это не назвала...
Заклинатель - Эванс НиколасЛина
15.07.2015, 1.57








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
12345

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

12345678

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

1234567891011121314

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

12345678

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

1

Rambler's Top100