Читать онлайн Заклинатель, автора - Эванс Николас, Раздел - 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Заклинатель - Эванс Николас бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.89 (Голосов: 19)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Заклинатель - Эванс Николас - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Заклинатель - Эванс Николас - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Эванс Николас

Заклинатель

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

1

Том Букер проводил взглядом исчезающий за холмом «Лариат» и в очередной раз задал себе вопрос: что представляет из себя муж Энни и отец Грейс, которого они как раз сейчас поехали встречать? То немногое, что он о нем знал, рассказала Грейс. Как бы по взаимному негласному договору, Энни редко говорила о своем муже, а когда все же приходилось, делала это как-то отстраненно и больше рассказывала о его работе, чем о характере.
Несмотря на все хорошее, что говорила об отце Грейс (или как раз потому), и несмотря на собственные усилия, Том никак не мог побороть предубеждение против этого человека, почти неприязнь, что было совсем не в его характере. Он пытался найти хоть какое-то рациональное объяснение этой неприязни. Может, все дело в том, что парень юрист? Ведь он всегда недолюбливал это племя крючкотворов. Нет, дело было, конечно, не в профессии. Тому не нравилось то, что этот юрист являлся мужем Энни Грейвс. Через несколько часов он будет здесь, законный ее владелец… Повернувшись, Том пошел в конюшню.
Старая уздечка Пилигрима висела в кладовой на том же крючке, куда он сам ее определил в день приезда Энни в «Двойняшки». Том снял ее и забросил на плечо. Тут же находилось и английское седло, покрытое тонким слоем пыли. Том смахнул ее рукой. Взяв седло и попону, Том понес их мимо пустых стойл к выходу.
Утро было жарким и безветренным. Жеребята на дальнем выгуле попрятались в тени тополей. Идя к загону Пилигрима, Том бросил взгляд на горы и по особой четкости их очертаний и легким завитушкам облаков на горизонте понял, что можно ожидать грозу и ливень.
Всю неделю он избегал Энни, пресекая в зародыше любую возможность остаться с ней наедине – к чему он раньше так стремился. Это от Грейс он узнал, что к ней приезжает отец. Но даже еще до этого, когда они спускались с гор, Том решил, что обязан держать себя в руках. Однако он ни на минуту не забывал тепло и нежность ее кожи, ее аромат, вкус ее губ. Память о тех поцелуях была слишком острой, слишком осязаемой – и все же он сопротивлялся, как мог. А что ему оставалось? Приезжает ее муж, а потом через несколько дней она вообще уедет. Для них обоих лучше – для всех лучше, – чтобы он соблюдал дистанцию и виделся с ней только в присутствии Грейс. Иначе ему с собой не совладать…
Тяжелое испытание ожидало его в первый же вечер. Когда Том, как обычно, привез Грейс домой, Энни поджидала их на крыльце. Том помахал ей и уже собирался отъехать, но Энни, пропустив Грейс в дом, направилась к машине.
– Дайана сказала, что они на следующей неделе летят в Лос-Анджелес.
– Да. Но это большой секрет.
– А вы – в Вайоминг?
– Тоже верно. Давно уже обещал другу помочь объездить двух молодых коней.
Энни кивнула, в воцарившемся молчании было слышно только рокотание мотора. Оба смущенно улыбались, и Том понял: Энни тоже полна сомнений относительно их новых отношений. Он изо всех сил старался не выдать своих истинных чувств, чтобы еще больше не осложнять ей жизнь. Она, наверное, уже сожалела о случившемся. Может, и он когда-нибудь пожалеет. Дверь домика хлопнула, и Энни обернулась.
– Мам? Можно позвонить папе?
– Конечно.
Грейс скрылась в доме. Когда Энни снова повернулась к нему, Том понял по ее глазам, что она хочет что-то сказать. Он так боялся услышать слова сожаления о случившемся, что поспешил заговорить первым.
– Я слышал, приезжает ваш муж?
– Да.
– Грейс только об этом и говорит.
Энни кивнула:
– Она очень скучает по отцу.
– Еще бы… Попробуем до его приезда привести в форму старину Пилигрима. Хорошо бы ваш муж увидел снова на нем свою девочку.
– Вы не шутите?
– А что тут такого? На этой неделе мы добились больших успехов, и, если дело пойдет так же хорошо, я сам первый прокачусь на нем. Если не случится ничего неожиданного, Грейс сможет устроить отцу приятный сюрприз.
– И мы сможем забрать его домой?
– Ну да.
– Том…
– Как вы понимаете, мы будем только рады, если вы задержитесь. То, что мы ненадолго отъедем, – не повод, чтобы вы тоже уезжали.
– Спасибо, – Энни через силу улыбнулась.
– Все равно вам, чтобы упаковать ваши компьютеры, факсы и прочие штучки, потребуется неделя, а то и две.
Энни засмеялась, а Том отвел глаза в сторону, боясь, что лицо выдаст ту острую боль, которая всякий раз возникала в груди при мысли о ее отъезде. Улыбнувшись и пожелав ей доброй ночи, он уехал.
Теперь каждое утро Том верхом на Римроке подолгу работал с Пилигримом, заставляя того бегать кругами по манежу, переходить по команде с шага на бег и обратно – без всякой нервозности, плавно – как, в чем Том не сомневался, конь в прошлом умел. Он следил, чтобы задние ноги коня двигались в одном ритме с передними, не сбиваясь. Днем Том работал с Пилигримом один, без Римрока, приучая того к уздечке. Он водил Пилигрима по манежу кругами, держась на близком расстоянии от него, то и дело поворачивая и добиваясь полного послушания.
Иногда Пилигрим вдруг взбрыкивал и отступал, желая спастись бегством, но Том и тогда бежал рядом с ним, и конь постепенно привыкал к мысли, что человек всегда будет рядом – от него не убежать, – и может, не стоит сопротивляться. Может, повиноваться человеку совсем не плохо? В такие минуты смирения Пилигрим прерывал свой бег, и они оба некоторое время стояли, обливаясь потом, – стояли так близко, что пот коня и пот человека смешивались, и старались отдышаться, как два боксера в перерыве между раундами.
Было видно, что Пилигрим озадачен такой неожиданно сильной нагрузкой. Ведь Том не мог объяснить коню, что он должен прийти в норму к определенному сроку. Впрочем, Том и сам не очень понимал, зачем он устроил такую гонку, – ведь в случае успеха он терял то, что стало ему дороже жизни. Однако Пилигрим понемногу втянулся в новый ритм и даже вошел во вкус.
И вот сегодня Том наконец решил оседлать его.
Пилигрим внимательно следил, как человек закрыл ворота и, неся с собой уздечку и седло, вышел на середину манежа.
– Ты правильно все понял, старина. Именно эти вещи у меня в руках. Но не верь мне на слово, пойди и сам все проверь.
Том положил седло на землю и отошел в сторону. Пилигрим отвел глаза, делая вид, что его совсем не интересует этот новый предмет. Но долго бороться с любопытством он не смог: взгляд его, против воли, вернулся к седлу, а потом и сам он осторожно двинулся к этой почти забытой вещи из прошлого.
Том следил за конем, не двигаясь с места. Тот остановился примерно в ярде от седла и смешно вытянул нос, принюхиваясь.
– Ну, чего боишься? Тебя никто не укусит.
Пилигрим недобро посмотрел на Тома и тут же снова перевел взгляд на седло. На коне была та двуцветная уздечка, которую Том связал из веревки. Пару раз взрыв копытом землю, Пилигрим сделал еще несколько шагов и остановился рядом с седлом, вытягивая вперед ноздри. Том неторопливо снял с плеча старую уздечку и стал перебирать ее в руках. Пилигрим, услышав позвякивание, поднял голову и насторожился.
– Не прикидывайся удивленным, парень; ты видел ее дома сотни раз.
Том выжидал. Трудно было поверить, что перед ним то же самое животное, которое он увидел в загаженном нью-йоркском стойле, – озлобленное, отрезанное от всего мира, потерявшее все ориентиры и веру в людей и себя. Теперь шерсть коня блестела, глаза были ясные и чистые, а полностью заживший нос приобрел новое, благородное очертание – словно нос римлянина, хранивший следы былых сражений. Впервые на памяти Тома безнадежно больной конь полностью вернул себе былую форму. Да что конь, такое и со всякими другими тварями редко когда случается.
Пилигрим подошел к нему – Том знал, что обязательно подойдет, – и произвел тот же ритуал обнюхивания – на этот раз уздечки. И когда Том снял веревочную уздечку и надел прежнюю, Пилигрим даже ухом не повел. Разве только мышцы слегка напряглись и задрожали, но Том погладил его по шее и по спине, куда надо было приладить седло, и Пилигрим не отступил и даже не дернул головой, ощутив в пасти удила. Доверие, завоеванное Томом, – пусть и хрупкое – пока сохранялось.
Держа Пилигрима за узду, Том сделал с ним несколько кругов вокруг седла, а потом, словно невзначай, остановился. Непринужденно – так, чтобы Пилигрим видел каждое его движение, – Том поднял с земли седло и опустил на спину коня, не переставая поглаживать его свободной рукой, а когда обе стали заняты, ободрять ласковыми словами. Незаметным движением Том закрепил подпругу и снова стал водить коня по кругу, чтобы тот привык к новым ощущениям.
Пилигрим непрерывно прядал ушами, но злобы в глазах не было; время от времени он легонько пофыркивал, издавая звук, про который Джо говорил, что он похож на шелест крыльев бабочки. Том подтянул подпругу, а потом навалился всем телом на седло, приучая коня к своему весу. И поглаживал, поглаживал, без устали шепча ласковые слова. И наконец почувствовав, что конь готов к решающему моменту, легко вскочил в седло.
Пилигрим шел шагом, и шел уверенно. И хотя мышцы его слегка подрагивали в память о почти похороненном в прошлом страхе – кто знает, может, эта дрожь не пройдет никогда? – он храбро шел вперед, и Том знал: если конь не почувствует в Грейс страха, девочка сможет ездить на нем. А когда это случится, ни у нее, ни у ее матери не будет больше оснований задерживаться здесь.


Роберт приобрел путеводитель по Монтане в своем любимом книжном магазине на Бродвее, и к тому времени, когда на табло загорелись слова: «Пристегнуть ремни«– и самолет пошел на посадку, он уже знал о Бьютте больше, чем значительная часть его обитателей, а их было, если верить справочнику, тридцать три тысячи триста тридцать шесть человек.
Еще несколько минут, и вот уже внизу обрисовалась «самая богатая полезными ископаемыми гора в мире», высотой пять тысяч семьсот пятьдесят пять футов, снабжавшая всю Америку серебром в 1880-е годы и медью – в течение последующих тридцати лет. Еще в путеводителе было написано, что, сохранив лишь тень прошлого величия, город, однако, «не утратил былого очарования». Впрочем, пока трудно было что-то понять: сверху казалось, что на вершине горы кто-то разбросал содержимое своего чемодана и забыл собрать.
Роберт собирался лететь до Грейт-Фоллс или Хелены, но в последний момент возникли непредвиденные обстоятельства, связанные с работой, и ему пришлось поменять планы. Единственный более или менее подходящий рейс был теперь только на Бьютт. И хотя по карте было видно, что до места, где жили жена и дочь, очень далеко, Энни настояла на том, чтобы его встретить.
Роберт не знал, как Энни пережила потерю работы. Нью-йоркские газеты мусолили это событие целую неделю. ГЕЙТС ПРИКОНЧИЛ ГРЕЙВС – гласил заголовок в одной газете; прочие тоже не отставали, изощряясь в остроумии. Лучшим образчиком можно было считать еще один заголовок: ГРЕЙВС ПРЕДПОЧИТАЕТ ГУЛЯТЬ САМА ПО СЕБЕ. Энни непривычно смотрелась и в роли жертвы или даже мученицы – как изображали ее в самых доброжелательных статьях. Но еще неожиданней выглядела ее реакция: он позвонил ей после того, как она, поиграв в ковбойские игры, вернулась с гор домой, и голос ее звучал удивительно спокойно.
– Да плевать я на него хотела, – равнодушно заявила Энни.
– Правда?
– Чистая правда. Я рада, что он меня уволил. Займусь чем-нибудь новым.
Роберту на мгновение показалось, что его соединили не с тем номером. Может, она просто храбрилась? Энни говорила, что устала от политики и скандалов, с нею связанных. Ей хочется снова писать, то есть заниматься тем, что любит и умеет делать. По ее словам, Грейс просто счастлива, что ее выгнали. Как прошел перегон стада на летнее пастбище, поинтересовался Роберт, и Энни ответила, что все было замечательно. Потом она передала трубку Грейс, и та уже подробно изложила ему все перипетии их путешествия.
У аэровокзала Роберт увидел группу махавших руками людей, но не разглядел среди них Грейс и Энни. Подойдя ближе, он обратил внимание на двух женщин в синих джинсах и ковбойских шляпах, они явно над ним потешались. Никакого представления о приличиях, честное слово. И тут вдруг понял, что это – они!
– Бог мой! – воскликнул он. – Это настоящие Пэт Гэррет и Малыш Били.
– Привет, незнакомец, – торжественно проговорила Грейс. – Что привело тебя в наш город? – Сняв шляпу, она обвила руками его шею.
– Девочка моя, как ты? Как?
– Отлично. – Дочь крепко обнимала его, и Роберта душило волнение.
– Да. Я вижу. Дай посмотреть на тебя.
Роберт немного отстранил от себя дочь. Перед его мысленным взором вдруг возникла жалкая безжизненная фигурка, которую он видел в больнице. Ее просто не узнать! Глаза светились жизнью, веснушки и загар придавали лицу на редкость цветущий вид. Энни улыбнулась, сразу поняв, о чем он думает.
– Ты что-нибудь замечаешь? – весело спросила Грейс.
– Много чего замечаю. Что именно?
Она покружилась перед ним, и тут до него наконец дошло:
– Никакой палки!
– Да, никакой палки.
– Ах ты, моя красавица!
Роберт поцеловал дочь и протянул руки к Энни. Она тоже сняла шляпу. От загара глаза ее казались еще зеленее. Роберт никогда не видел ее такой красивой. Она сделала шаг ему навстречу, обняла и поцеловала. Роберт сжимал ее в объятиях, почти потеряв контроль над собой.
– Господи, как давно я вас не видел, – произнес он наконец.
Энни кивнула.
– Да.


Обратная дорога на ранчо заняла около трех часов. Но хотя Грейс не терпелось показать отцу окрестности, познакомить его с Букерами и сходить к Пилигриму, она не скучала и в пути. Расположившись на заднем сиденье «Лариата», она надела шляпу на голову Роберта. Та оказалась слишком мала для него и забавно торчала на макушке, но отец не снимал шляпу и всю дорогу смешил их, рассказывая про свой полет.
Почти все места в самолете занимал хор одной секты. Эти певчие весь полет репетировали. Роберт оказался зажат между двумя пышными контральто; как только он открывал свой путеводитель, вокруг гремело «Боже, к Тебе я стремлюсь» – что в какой-то мере соответствовало истине, потому что они летели на высоте пятьдесят тысяч футов.
Он позволил Грейс сунуть нос в сумку, где лежали подарки из Женевы. Ей он привез огромную коробку шоколадных конфет и миниатюрные часы с кукушкой. Кукушка выглядела очень необычно – Грейс такой никогда не видела, а ее кукование напоминало скорее крики попугая. Но Роберт клялся, что именно так выглядят и поют тайваньские кукушки, особенно когда у них разыгрывается геморрой. Грейс развернула и подарки для Энни: флакон ее любимых французских духов и шелковый шарф, который, все трое знали, – она носить не будет. Энни нашла шарф очень красивым, набросила на плечи и поцеловала мужа в щеку.
Глядя на родителей, сидевших бок о бок перед ней, Грейс чувствовала себя на вершине блаженства. Наконец сложилась снова разлетевшаяся вдребезги жизнь. Осталось только сесть на Пилигрима, да и это – если сегодняшний эксперимент Тома удался – уже не за горами. Папе пока ничего не говорили.
Перспектива снова сесть на Пилигрима и манила, и пугала. Грейс не то чтобы очень хотела опять ездить на нем, но понимала, что должна хотя бы попробовать. С тех пор, как она стала совершать прогулки на Гонзо, никто уже не сомневался, что и с Пилигримом у нее все получится – только ждали, когда Том даст свое «добро». И однако же Грейс мучили тайные сомнения.
Дело было вовсе не в ее страхе. Нет, она, конечно, беспокоилась, что в решающий момент испугается, но знала, что сумеет с этим справиться. Чего она действительно боялась, так это навредить Пилигриму. Боялась, что не сможет достаточно деликатно им управлять.
Протез жал ужасно. Когда перегоняли скот, она на последних милях чуть не кричала от боли, но никому не пожаловалась. Мама обратила внимание, что, как только они остаются наедине, Грейс снимает протез. Однако ей удалось как-то вывернуться. Обмануть Терри Карлсон было гораздо труднее. Терри видела, что искалеченная нога воспалена, и сказала девочке, что той срочно нужен новый протез. Но весь ужас был в том, что на Западе не изготавливали протезы такого типа. За ним надо было ехать в Нью-Йорк.
Грейс была полна решимости выдержать. Терпеть оставалось всего недельку – в крайнем случае, две. Только бы боль не помешала и в нужный момент не заставила ее совершить оплошность.
Приближался вечер. Они свернули с основной дороги и покатили на запад. Перед ними высился Роки-Франт, с его вершин в их сторону надвигалась гроза.
Путь их лежал через Шото, и Грейс смогла показать Роберту ту убогую дыру, где они раньше жили, и динозавра рядом с музеем. Динозавр почему-то выглядел теперь совсем не таким громадным и страшным. Ей даже почудилось, что он вот-вот подмигнет им.
Когда они доехали до поворота на ранчо, небо затянули черные облака, и оно стало похоже на дырявый купол разрушенной церкви, сквозь который проглядывают случайные лучи солнца. Подъезжая по гравиевой дороге к «Двойняшкам», они все вдруг замолчали, и Грейс вдруг стала нервничать. Ей ужасно хотелось, чтобы отцу здесь понравилось. Наверное, Энни хотела того же, и, когда они миновали мост и перед ними открылся вид на ранчо, она остановила машину, чтобы Роберт мог оценить красоту пейзажа.
Поднятое ими облако пыли медленно оседало теперь на дорогу, позолоченное прорвавшимся сквозь тучи солнцем. Кони пощипывали травку у тополей, растущих по изгибу речушки, и, услышав шум автомобиля, подняли головы.
– Вот это да, – восхищенно произнес Роберт. – Теперь мне ясно, ребята, почему вас отсюда не вытащишь.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Заклинатель - Эванс Николас

Разделы:
12345

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

12345678

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

1234567891011121314

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

12345678

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

1

Ваши комментарии
к роману Заклинатель - Эванс Николас



Фильм впечатлил больше
Заклинатель - Эванс НиколасСвета
10.05.2012, 19.29





Обожаю это произведение!
Заклинатель - Эванс НиколасКатерина
7.08.2012, 13.03





Замечательная книга! Хочу обязательно посмотреть и фильм
Заклинатель - Эванс НиколасЖанна
8.08.2012, 12.43





НЕНАВИЖУ, КОГДА ХОРОШИЙ ЧЕЛОВЕК ПОГИБАЕТ!!! И ФИЛЬМ СМОТРЕТЬ НЕ СТАНУ ПО ТОЙ ЖЕ ПРИЧИНЕ. ЛЮБЛЮ, КОГДА ВСЕ СЧАСТЛИВЫ И ВСЕ ХОРОШО ЗАКАНЧИВАЕТСЯ!
Заклинатель - Эванс НиколасВАЛЕНТИНА
12.01.2014, 16.10





Как раз таки в фильме хеппи энд, что не скажешь о романе.
Заклинатель - Эванс Николасюлия
14.05.2014, 23.13





Нуу, хэппиэндом я бы это не назвала...
Заклинатель - Эванс НиколасЛина
15.07.2015, 1.57








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
12345

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

12345678

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

1234567891011121314

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

12345678

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

1

Rambler's Top100