Читать онлайн Зимний сад, автора - Эшуорт Адель, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Зимний сад - Эшуорт Адель бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.16 (Голосов: 134)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Зимний сад - Эшуорт Адель - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Зимний сад - Эшуорт Адель - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Эшуорт Адель

Зимний сад

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

Мысленно проклиная хозяйку, Мадлен заставляла себя сидеть на месте, хотя ей ужасно хотелось покинуть этот дом. Вот уже почти час она сидела в роскошном особняке миссис Сары Родни. Сидела, прихлебывая отвратительный чай и выслушивая сплетни, которыми самозабвенно обменивались хозяйка дома и приглашенные ею дамы. Причем они не обращали на Мадлен ни малейшего внимания, лишь изредка поглядывали на нее, как смотрят на какое-нибудь диковинное насекомое.
«Что ж, у меня с ними и в самом деле нет ничего общего, – думала Мадлен. – И все же могли бы соблюдать приличия и проявить любезность. Ведь они светские дамы и обладают хорошими манерами». Впрочем, и Мадлен обладала хорошими манерами, так что, в сущности, она ничем не отличалась от своих новых знакомых, пожалуй, только тем, что была француженкой. Но именно ее французское происхождение являлось причиной столь неприязненного отношения, и дамы даже не пытались это скрыть. «Ведь я же наполовину англичанка», – думала Мадлен, кусая губы. Она не могла об этом сказать, иначе пришлось бы признаться в том, что ее родители не состояли в браке, во всяком случае, пришлось бы намекнуть на это обстоятельство.
Все они сидели на белых стульчиках с коваными железными спинками и жесткими круглыми сиденьями, но лишь Мадлен было вполне комфортно на таком стуле; остальные же дамы, в том числе и хозяйка, беспокойно ерзали, и Мадлен, глядя на них, мысленно улыбалась.
Стол, за которым расположились дамы, стоял в дальнем конце оранжереи, и в воздухе витали ароматы цветов. День выдался безветренный и солнечный, и Мадлен, сидевшая спиной к окну, то и дело оборачивалась и поглядывала на улицу. Она уже почти неделю прожила в Уинтер-Гарден, но погода впервые ее порадовала.
По правую руку от Мадлен сидела леди Изадора Бирмингем, розовощекая особа лет шестидесяти, в молодости, по всей вероятности, весьма привлекательная. Эта дама единственная из всех улыбнулась Мадлен, причем улыбка ее была вполне искренней.
Рядом с леди Изадорой расположилась миссис Кэтрин Моссли, необыкновенно тучная и крайне неприятная особа. Среди новых знакомых Мадлен она являлась исключением – в том смысле, что ее едва ли можно было назвать леди. Миссис Моссли с завидным аппетитом поглощала пирожные и при этом громко чавкала. Было понятно, почему ее пригласили. Она после смерти мужа стала обладательницей огромного состояния – подобный факт немногие осмеливались игнорировать.
Рядом с миссис Моссли, прямо напротив Мадлен, сидела с невозмутимым видом миссис Пенелопа Беннингтон-Джонс, а за ней – ее дочь, Дездемона Уинсетт. У миссис Беннингтон-Джонс были проницательные черные глаза, густые каштановые волосы с проседью и нос, похожий на ястребиный клюв. Эта крупная – но не тучная – и абсолютно непривлекательная дама казалась самой умной из всех, но притом и самой высокомерной. Она смотрела на Мадлен с нескрываемым презрением, и та пришла к выводу, что миссис Беннингтон-Джонс представляет наибольшую угрозу.
Дездемона разительно отличалась от матери. Эта невзрачная светловолосая девица девятнадцати лет вышла замуж за армейского офицера всего лишь два месяца назад, однако ее беременность сразу же бросалась в глаза; было очевидно, что нынешний визит к миссис Родни – один из ее последних выходов в свет, поскольку до родов оставалось не так уж много времени. «Разумеется, семья захочет предотвратить скандал, – размышляла Мадлен, – поэтому будет заявлено, что ребенок родился раньше срока, однако оказался на удивление крупным и здоровым. Что ж, люди пошепчутся и перестанут, а молодая мать снова начнет появляться в свете».
Дездемона оказалась девицей робкой и неразговорчивой, и Мадлен искренне ей сочувствовала: бедняжке, наверное, нелегко было жить под одной крышей с такой властной матерью. Хотя Дездемона почти не разговаривала, после того как поздоровалась, было ясно: эта молодая особа считала присутствие на чаепитии француженки весьма пикантным – об этом свидетельствовали взгляды, которые она то и дело бросала на Мадлен.
Что же касается Сары Родни, то ее вполне можно было назвать типичной англичанкой до кончиков ногтей. («Бледная кожа и белоснежные волосы в сочетании с изысканными манерами и безмятежным спокойствием», – мысленно отметила Мадлен, когда знакомилась с хозяйкой.) Миссис Родни казалась довольно приятной и весьма неглупой особой, но, несмотря на это, чувствовалось: приглашение на чаепитие француженки продиктовано вовсе не гостеприимством, а любопытством, а также желанием обнаружить недостатки гостьи.
Дамы довольно долго беседовали о погоде, удивляясь необыкновенно холодной осени, а затем заговорили об общих знакомых, в том числе и о леди Клер Чайлдресс. Оказалось, что леди Клер тоже была приглашена на чаепитие, но сказалась больной, что случалось и прежде.
Мадлен внимательно слушала. Время от времени вставляла собственные замечания, но на них никто не обращал внимания – было очевидно, что дамы ее мнением не интересовались. Наконец, выпив две чашки чаю, Мадлен решила направить беседу в нужное ей русло. Она поднесла к губам салфетку и деликатно откашлялась, давая тем самым понять, что собирается заговорить.
– Миссис Родни. – Мадлен повернулась к хозяйке. – Не могли бы вы сказать мне, кто является владельцем особняка у дальнего конца озера? Просто очаровательный дом... И абсолютно не похож на все те дома, которые я видела в Уинтер-Гарден.
Воцарилось молчание. Мадлен сделала вид, будто не замечает, что все дамы оторопели от такой дерзости – вмешаться без очереди в разговор! А может, возмущение их было наигранным, и им просто не хотелось обсуждать барона?
Миссис Родни едва заметно нахмурилась и проговорила:
– Насколько я понимаю, вы имеете в виду особняк, владельцем которого является Ричард Шерон, барон Ротбери.
– Очаровательный джентльмен! – воскликнула миссис Моссли.
Миссис Беннингтон-Джонс изящным жестом поднесла к губам чашку, сделала глоток и заявила:
– Вне всякого сомнения, миссис Моссли. Я была бы счастлива, если бы он женился на моей Дездемоне, но, увы, она решила выйти замуж за мистера Уинсетта. – И миссис Беннингтон-Джонс устремила на дочь колючий взгляд.
Дездемона вспыхнула, опустила глаза и принялась теребить кружево на юбке.
– Барон считается самым завидным женихом Уинтер-Гарден, миссис Дюмэ, – поспешила внести ясность леди Изадора. – Он живет здесь круглый год. Барон из прекрасной семьи и обладает внушительным состоянием.
Мадлен кивнула:
– Да, весьма завидный жених. – Выразительно взглянув на Дездемону, она продолжала: – Полагаю, любая добропорядочная девица была бы счастлива выйти замуж за барона. В последнее время некоторые молодые особы выходят замуж по любви и совершенно не думают о материальном благополучии. По крайней мере у нас, во Франции.
Дездемона с упреком в глазах взглянула на Мадлен, и та невольно потупилась; ей было ужасно неловко, что она использует бедняжку в качестве пешки в своей игре.
Мать Дездемоны язвительно усмехнулась:
– То есть вы вышли замуж по любви, не так ли, мадам Дюмэ?
Миссис Беннингтон-Джонс, использовав обращение мадам, а не миссис, явно желала напомнить: Мадлен – француженка и, следовательно, капризная, эксцентричная и даже распущенная особа. Мадлен мысленно улыбнулась: именно на такую реакцию она и рассчитывала.
– О Господи, неужели вы могли такое подумать?! – воскликнула она. – Конечно же, я вышла замуж по расчету. Мой муж... он был из прекрасной семьи. Из семьи потомственных торговцев чаем. Жорж был состоятельным и весьма уважаемым человеком. Я была необыкновенно счастлива с ним с самого дня свадьбы, и теперь мне его очень не хватает. Он пропал без вести в море несколько лет назад.
– Как это печально, – со вздохом заметила миссис Моссли.
Мадлен тоже вздохнула и взяла из вазочки еще одно пирожное.
– Совершенно верно, миссис Моссли, – сказала она. – В море каждый год гибнут люди... Откровенно говоря... Когда я выходила замуж за человека, связавшего свою судьбу с морем, я не понимала, как рискую.
Мадлен безупречно играла роль вдовы – женщины практичной, обладающей хорошими манерами и сумевшей удачно выйти замуж. И ей показалось, что отношение к ней стало меняться; во всяком случае, миссис Моссли поглядывала на нее с явным одобрением.
Откусив кусочек пирожного, она снова повернулась к хозяйке.
– Скажите, миссис Родни, а этот особняк всегда принадлежал семье барона? – «Если эта особа и заметила, что я слишком уж настойчива, то не подает виду», – мысленно добавила Мадлен.
Хозяйка ненадолго задумалась. Потом, кивнув, проговорила:
– Да, можно сказать, что всегда. Особняк находится во владении семейства Ротбери... гм... уже, наверное, девять или десять поколений. Это действительно замечательный дом... Старинный английский особняк. Я припоминаю, что когда-то на его месте был монастырь. По крайней мере фундамент, на котором сейчас стоит особняк, являлся частью постройки, принадлежавшей церкви несколько столетий назад. – Она обвела взглядом гостей и понизила голос: – Судя по некоторым сохранившимся записям... а вернее, по слухам, в этом особняке когда-то нашли пристанище люди, не заразившиеся черной смертью
type="note" l:href="#n_3">[3]
...
Миссис Родни внезапно умолкла; казалось, она снова о чем-то задумалась. Гостьи переглянулись, и леди Изадора спросила:
– Чтобы спрятаться от тех, кто успел заразиться? Хозяйка по-прежнему молчала.
– Правильнее сказать – чтобы не заразиться самим, – пробормотала миссис Моссли, утирая губы ладонью. – Говорят, если укрыться где-нибудь, то можно выжить.
Миссис Беинингтон-Джонс презрительно фыркнула.
– Глупости! Если Господу будет угодно, чтобы ты заразилась, ничто не поможет.
Воцарилась тишина. Казалось, все размышляли над только что прозвучавшими словами.
Наконец леди Изадора нарушила молчание:
– Кто же там укрывался? Духовные лица? Наверное, поэтому они и не заразились. Болезнь не властна над слугами Господа.
Мадлен поднесла к губам чашку и, сделав глоток, сказала:
– Но ведь слуги Господа – люди. И они, как и все прочие, подвержены соблазнам, болезням и смерти.
Снова воцарилась тишина. Было очевидно, что слова Мадлен произвели на женщин сильное впечатление.
Видимо почувствовав, что молчание затягивается, миссис Родни откашлялась и заявила:
– Я считаю, миссис Дюмэ, что с Божьей помощью духовные лица сообразили: следует укрыться от внешнего мира, пока не минует опасность.
Мадлен сделала еще один глоток.
– Значит, дом барона когда-то служил укрытием? Миссис Родни кивнула:
– Совершенно верно.
– Но ведь им нужно было чем-то питаться и иметь хотя бы минимум вещей, необходимых для жизни, – возразила Мадлен. – Черная смерть свирепствовала несколько лет, и те, кто заперся в особняке, не смогли бы долго существовать без продовольствия и прочего.
Миссис Беннингтон-Джонс с улыбкой проговорила:
– Вы забываете, что там был монастырь. А в монастырях имеется все, что надо людям для жизни. Разве во Франции не так?
Мадлен, решив не возражать, утвердительно кивнула:
– Да, во Франции точно так же.
Миссис Моссли, отправив в рот очередное пирожное, пробормотала:
– А может, они все умерли? – Не переставая жевать, она добавила: – Я хочу сказать... возможно, это всего лишь догадки. Ведь черная смерть была лет пятьсот назад, и никто не знает, что тогда на самом деле происходило.
Дамы молча переглянулись.
– Говорят, что по ночам в доме барона Ротбери горит свет и ходят привидения, – неожиданно сказала Дездемона. – Может быть, это священнослужители, которые...
– Ради Бога, Дездемона! – перебила ее мать. – Никаких привидений не существует. И священники не превращаются в привидения. У тебя чересчур разыгралось воображение.
Дездемона снова потупилась. Было очевидно, что она ужасно боится своей матери.
Миссис Родни, поспешив разрядить обстановку, заявила:
– Полагаю, что на самом деле нет никакой достоверной информации. Я даже не знаю, найдется ли в Уинтер-Гарден человек, который мог бы похвастать тем, что его предки жили здесь несколько столетий назад. Ведь не осталось никаких записей. Конечно, при большом желании можно было бы кое-что выяснить. Барон Ротбери, насколько мне известно, знает не так уж много. Возможно, пятьсот лет назад и Уинтер-Гарден еще не было.
– Мне кажется, в то время Уинтер-Гарден уже существовал, – заметила леди Изадора. – Ведь он находится неподалеку от Портсмута... А то, что дом барона настолько древний, это вызывает сомнения.
Миссис Беннингтон-Джонс с усмешкой взглянула на Мадлен.
– Может быть, мадам Дюмэ, вы расспросите джентльмена, с которым живете в одном доме? Я не сомневаюсь, что вы... уже успели достаточно хорошо познакомиться. Он ведь ученый, не правда ли?
Воцарилось тягостное молчание. Заскрипели половицы – это стоявший рядом слуга неловко переминался с ноги на ногу. Все дамы, за исключением гостьи, задавшей столь бестактный вопрос, старались не смотреть на Мадлен. Мадлен медлила с ответом. Все ясно! Она живет с Томасом в коттедже меньше недели, а уже пошли слухи... Это произошло даже быстрее, чем она ожидала, и гораздо быстрее, чем это произошло бы во Франции. Во Франции Томаса сочли бы счастливцем – живет в одном доме с хорошенькой вдовой! – а ее в худшем случае проигнорировали бы. Здесь же, в маленьком английском городке, к нему будут относиться с презрением, а к ней – с еще большим; во всяком случае, так поведут себя добропорядочные женщины. Да, Томас был прав. Им ни в коем случае нельзя представляться любовниками. Уже сейчас эти дамы держатся вызывающе, а ведь они пока не располагают никакими конкретными фактами, лишь догадками и предположениями.
Собравшись с духом, Мадлен сказала:
– Совершенно верно, мистер Блэквуд – ученый. Однако он не уроженец Уинтер-Гарден. И я не уверена, что ему что-либо известно об истории этого городка. Скорее всего он ничего не знает.
– Вы так полагаете? – пробормотала миссис Родни. Мадлен кивнула и вновь заговорила:
– Кроме того, он довольно скрытный человек. Я о нем знаю лишь то, что прочла в его мемуарах, которые мне надлежит перевести.
– Но почему из всех французских переводчиков он выбрал именно вас? – спросила миссис Беннингтон-Джонс. – Не сочтите за оскорбление, но ведь вполне могли бы найтись и другие переводчики.
Мадлен с удивлением взглянула на собеседницу, вернее, изобразила удивление:
– Простите, я не вполне вас поняла. Что вы имеете в виду?
Миссис Беннингтон-Джонс заерзала на стуле.
– Гм... я уверена, что есть и мужчины...
– И я уверена, что есть, – перебила Мадлен. – Но мне всегда хотелось посетить Англию, а тут представилась возможность провести в этой стране некоторое время. Естественно, я вполне способна справиться с порученной мне работой, поскольку в течение шести лет изучала язык в Венеции, в школе для молодых дам, которой руководит мадам Билоду – весьма известная особа. Вы о ней слышали, не правда ли?
Миссис Беннингтон-Джонс захлопала глазами. Такого вопроса она никак не ожидала.
– По-моему, да, – кивнула она. Мадлен едва заметно улыбнулась:
– Так вот, в одной парижской газете я прочитала объявление, которое дал мистер Блэквуд. Ему требовался переводчик, опытный и хорошо воспитанный. Я написала ему, приложив рекомендации и мой послужной список. И он выбрал меня, хотя были и другие претенденты на это место. Получив его письмо, я уехала из Франции. Видите ли, я вдова, и у меня нет детей, так что мне ничто не мешает... То есть я могу свободно распоряжаться своим временем.
Миссис Беннингтон-Джонс молча пожала плечами – ей нечего было сказать.
– А вы не боитесь его, миссис Дюмэ? – неожиданно спросила Дездемона.
– А почему я должна бояться мистера Блэквуда? – На сей раз Мадлен искренне удивилась.
– Ну, видите ли... – Дездемона замялась. – Мне кажется, он такой уродливый...
Мадлен была потрясена. И не потому, что юная леди в нарушение приличий высказалась столь откровенно, а потому, что она действительно считала Томаса уродливым. Конечно, лицо его было обезображено шрамом и он сильно хромал, но Мадлен ни за что не назвала бы Томаса уродливым.
Миссис Беннингтон-Джонс смутилась и тронула дочь за локоть.
– Дездемона, тебе не следовало бы так говорить.
Тут в разговор вмешалась миссис Моссли. Повернувшись к юной леди, она проговорила:
– Он ведь такой крупный мужчина, не правда ли, дорогая? И вы, наверное, хотели сказать «страшный», не так ли?
– Да, конечно, – пролепетала Дездемона, уставившись в свою чашку.
Мадлен разгладила юбку и, окинув взглядом дам, заявила:
– Да, верно, он крупный мужчина. И возможно, кому-то может показаться страшным. Но я, миссис Уинсетт, совершенно его не боюсь. Мистер Блэквуд – радушный хозяин и очень приятный собеседник. Конечно, я бы не назвала его красавцем, но мне кажется, что он в каком-то смысле... весьма привлекательный мужчина.
Дамы в смущении молчали. Они не знали, как реагировать на слова Мадлен. Наконец хозяйка сообразила, что отреагировать все же придется. Взглянув на Мадлен, она сказала:
– Полагаю, что могла бы с вами согласиться. Я не считаю его красивым, но он джентльмен и по-своему привлекательный мужчина. Во всяком случае, мужественный, не так ли, миссис Дюмэ? Мадлен кивнула:
– Несомненно, он джентльмен. – Немного помедлив, она продолжала: – И вы знаете, мне кажется... В общем, по некоторым признакам, гм... Последствия ранений, полученных мистером Блэквудом, распространяются не только на ноги, но и выше. Разумеется, я не могу это утверждать, но такое у меня сложилось впечатление.
Наступила абсолютная тишина; слышалось лишь дыхание сидевших за столом дам. Мадлен молча разглядывала свою чашку; она прекрасно понимала, что завладела всеобщим вниманием и что никто не проронит ни слова, пока она не расскажет о Томасе поподробнее, – уж слишком интригующим оказалось начало рассказа.
Решив, что выдержала достаточно долгую паузу и как следует помучила слушательниц, Мадлен вздохнула и вновь заговорила:
– Поскольку мы все замужние дамы или вдовы... В общем, я думаю, что могу безо всякого стеснения сообщить вам: наши с мистером Блэквудом отношения не выходят за рамки работы, для выполнения которой он меня нанял. – Понизив голос до шепота, Мадлен продолжала: – Видите ли, мистер Блэквуд получил ранения, в результате которых для него затруднительно наслаждаться... гм... некоторыми радостями семейной жизни. Во всяком случае, я почти уверена...
Дамы затаили дыхание. Они смотрели на Мадлен во все глаза, и в этом не было ничего удивительного: ведь француженка сообщила им поразительную новость. Никакое другое известие не произвело бы такого эффекта, даже если бы Мадлен вдруг заявила, что вступила с Томасом в любовную связь.
– Но откуда вам об этом известно? – пробормотала миссис Беннингтон-Джонс.
Мадлен улыбнулась и потянулась к вазочке с пирожными. Все следили за ее движениями, затаив дыхание.
– Это лишь мои предположения, миссис Беннингтон-Джонс. Но я же сказала, что почти уверена... Посудите сами. От полученных ран он очень сильно хромает и абсолютно не выказывает ко мне интереса как к женщине. Думаю, что каждая женщина всегда знает, когда мужчина ею увлекся, – вы ведь со мной согласны? Все мы, собравшиеся сегодня за этим столом, – благовоспитанные дамы и прекрасно понимаем, какие последствия могут иметь несдержанность и неделикатность. Вы ведь меня понимаете, не так ли?
Дамы энергично закивали. Намек Мадлен был понят. Все тотчас же взялись за свои чашки, одна лишь Дездемона еще какое-то время недоуменно смотрела на француженку, а потом вдруг залилась краской – наконец-то и она сообразила, о чем шла речь.
– Миссис Моссли. – Леди Изадора повернулась к сидевшей рядом с ней даме. – Вы будете играть на органе в церкви в эту субботу? Или миссис Каспер чувствует себя достаточно хорошо?
Было очевидно, что дамы пожелали вернуться к безопасным темам. Мадлен, весьма довольная поворотом событий, молча слушала. Итак, она явно понравилась всем собравшимся – всем, за исключением миссис Беннингтон-Джонс. Что же касается хозяйки, то она наверняка снова ее пригласит. «Пусть эта особа француженка, пусть чересчур откровенна, но элегантна, образованна и, по всей вероятности, не спит с мистером Блэквудом», – примерно так, по мнению Мадлен, должна была рассуждать миссис Родни.
Поглядывая на беседовавших дам, Мадлен мысленно улыбалась. Она нисколько не сомневалась: к вечеру все обитатели Уинтер-Гарден будут обсуждать «последствия ранений мистера Блэквуда». Так что теперь ей предстояло решить, как рассказать об этом Томасу.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Зимний сад - Эшуорт Адель



Очень давно искала эту книгу, и с удовольствием перечитала
Зимний сад - Эшуорт АдельЕлена
22.12.2010, 21.38





Роман неплохой,обжигающая страсть так влечет что это не передаваемое ощущения.
Зимний сад - Эшуорт АдельТатьяна
24.06.2014, 17.46





оооо! это, по-ходу,продолжение книги "Украденные чары"!!!Ща почитаем!
Зимний сад - Эшуорт Адельчитатель
17.12.2014, 16.34





Очень понравилось!!!!! Читайте! 10/10
Зимний сад - Эшуорт АдельКатерина
25.12.2014, 21.14





Такой красивый роман. Я очень похож на главного героя этого романа. И я тоже мечтаю встретить такую страстную любовь как он. Увы это тока в книжках.....
Зимний сад - Эшуорт Адельумар
10.01.2015, 18.11





Неплохо, но что бы уж очень, не скажу. Читайте и решайте сами.
Зимний сад - Эшуорт АдельЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
22.01.2015, 15.15





Очень сказачно...Он так долго устраивал ее жизнь, что Она ни разу не догадалась. Очень эротично сцены описаны. Герой так вообще Идеальный, хотя и покалечен, но в конце вообще принцем оказывается!
Зимний сад - Эшуорт АдельКирочка
24.05.2015, 20.25








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100