Читать онлайн Герцог и актриса, автора - Эшуорт Адель, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Герцог и актриса - Эшуорт Адель бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.05 (Голосов: 123)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Герцог и актриса - Эшуорт Адель - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Герцог и актриса - Эшуорт Адель - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Эшуорт Адель

Герцог и актриса

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10

Званый обед в доме герцога Ньюарка проходил в обычной обстановке и без особых происшествий, но в воздухе чувствовалось некоторое напряжение. Все уже приступили к десерту, но если бы Колина спросили, что он только что ел, жареную индейку или утку, он бы ответить не смог.
Со дня беседы в карете прошло уже больше трех долгих недель, во время которых супруги виделись урывками. Но сегодня Колин был всецело поглощен своей женой. Шарлотта надела шелковое платье персикового цвета, ее роскошные волосы были перевязаны лентой на затылке и ниспадали до самых плеч. Она смеялась и беззаботно болтала с Вивиан и Оливией, женами друзей Колина. Ее лицо раскраснелось, и глаза оживленно блестели. Она вела себя так, словно Колина в комнате не было. Впрочем, Шарлотта едва удостоила внимания и двух других мужчин. Все три миловидные леди были поглощены беседой о разной ерунде, столь важной для любой женщины. Они обсуждали новые духи, последнюю моду, у кого какая портниха, словом, все то, что недоступно пониманию мужчин.
Присутствие Уилла и Сэма немного подняло настроение Колина. Они старались развлечь его рассказами о забавных случаях из далекого детства, но Колин, слушал их вполуха. Обычно активный участник любой беседы, сегодня Колин был явно не похож на себя. Напряженный и рассеянный, он порой отвечал невпопад и не сводил глаз с Шарлотты, словно видел ее в первый раз. При вечернем освещении Шарлотта выглядела особенно красивой.
– Джентльмены, а не выпить ли нам бренди в кабинете? – спросил Сэм, обращаясь к мужской половине стола.
Колин посмотрел на недоеденную малину со взбитыми сливками и как-то неуверенно улыбнулся в ответ.
– Отличная идея, – тем не менее отозвался он.
– Вам давно пора оставить нас одних, – поддержала идею Вивиан. – Вы нам ужасно наскучили.
– Так, выходит, это мы вам надоели? – с напускным возмущением спросил Уилл, тотчас вставая со стула и бросая салфетку на стол. – А я сегодня узнал о духах больше, чем за всю свою жизнь.
Сэм тоже встал из-за стола.
– Согласись, это интересная, но совершенно бесполезная информация.
Колин продолжал сидеть, сжимая пальцами ножку бокала с вином.
– Может, парфюмер твоей супруги предложит что-нибудь и для моей жены, Самсон? Моя несравненная Лотти, право, должна благоухать чем-нибудь экзотическим.
Колин произнес это с нескрываемым сарказмом. В комнате повисла неловкая тишина, и все посмотрели на него в недоумении, включая Шарлотту. Потом ее лицо медленно залилось краской, и Лотти опустила глаза. Этого было достаточно, чтобы унять его раздражение.
Колин допил вино и встал, шумно отодвинув стул. С театральной почтительностью он склонил голову и произнес:
– Надеюсь, дамы извинят наше отсутствие?
– Можете в этом не сомневаться, – заносчиво ответила Оливия.
Засим все трое молча вышли из столовой и направились в кабинет хозяина. Колин прошел к своему дубовому письменному столу, обойдя стоящее на самой середине комнаты пресловутое фортепьяно.
– Какой старый инструмент, – сказал Уилл, поднимая крышку. – Это фортепьяно Шарлотты?
– Само собой, – усмехнулся Колин. – Ты когда-нибудь слышал, чтобы я музицировал?
– Нет, Бог уберег меня от этого.
Колин удовлетворенно хмыкнул в ответ.
– Если хотите знать, Шарлотта играет замечательно, – добавил он.
Сэм уселся в глубокое кресло с высокими подлокотниками и раскурил трубку.
– Она хорошая жена?
– Странный вопрос, – сказал Колин, разливая по бокалам бренди из хрустального графина. – Что это значит – быть хорошей женой?
Уилл подошел к столу и взял бокал с ароматным напитком, затем обошел фортепьяно и встал спиной к холодному камину.
– Ты спрашиваешь об этом потому, что недавно женился? Вот я, например, до сих пор пытаюсь понять, что значит быть хорошим мужем.
Колин не особенно вслушивался в их болтовню. Он взял по бокалу в каждую руку, потом подошел к Сэму и вручил один ему, а со вторым тяжело опустился в кресло-качалку. В кабинете воцарилась тишина. Колин сидел, положив одну ногу на подлокотник и опершись локтем на край стола. Он чувствовал, что друзья сгорают от любопытства. Его сегодняшняя несобранность была вызвана исключительно тем, что Колин не представлял себе, как станет отвечать близким друзьям на вопросы о новой жизни. В возрасте тридцати пяти лет он оказался в безвыходной ситуации и не знал, как наладить отношения с женщиной, которая ему очень нравилась и которая по закону принадлежала ему, но, по сути, была так же далека, как и год назад. Ее присутствие в доме ничего не меняло, и Колин по-прежнему оставался каждую ночь наедине с собственными чувственными фантазиями.
– Не хочешь ли ты сказать, что Лотти сводит тебя с ума своими капризами? – полюбопытствовал Сэм. – Ты получил то, чего хотел, или нет?
– И да, и нет. – Колин отпил глоток бренди и вяло пробормотал: – И более того.
– Более того? – Сэм закинул ногу на ногу. – И что в этом плохого?
– Разве я сказал, что это плохо? – возразил Колин. Он всеми силами стремился скрыть от друзей нарастающее раздражение.
– Судя по сегодняшнему вечеру, я бы сказал, что далеко не все идет гладко.
Колин горько усмехнулся, поднял бокал и, надеясь, что голос его звучит достаточно бодро, произнес:
– В том и заключается главный секрет брака, мои дорогие друзья, что он сам по себе непредсказуем. Тут уж как повезет, никаких гарантий. Эта дорожка не всегда бывает гладкой, но надо ее выравнивать по мере сил.
– М-да… – промычал Сэм и тут же сделал вид, что закашлялся. Спустя минуту он продолжил: – Видишь ли, Колин, насколько я понимаю, ты единственный из знакомых мне мужчин, который ни разу не потерпел поражения в отношениях с женщинами, которых добивался. А вот с собственной женой, мне кажется, дело у тебя обстоит иначе…
Колина смутил этот прямой удар. Он пожал плечами и довольно сухо сказал:
– Что-то я тебя не совсем понимаю.
– Видишь ли, – пустился в объяснения Сэм, – несмотря на то что ты глаз не сводишь со своей Шарлотты, она делает вид, что не замечает твоего внимания и даже твоего присутствия. А ведь со дня вашей свадьбы прошло немногим больше месяца. Вместо того чтобы поухаживать за ней или хотя бы подразнить и тем привлечь ее внимание, ты весь вечер был язвительным и мрачным, что на тебя совсем не похоже. – Сэм пожал плечами и добавил: – Ни Уилл, ни я никогда не пользовались таким успехом у женщин, как ты. Здесь что-то не то.
Первым порывом Колина было желание немедленно поведать друзьям о своих затруднениях, но он сумел подавить в зародыше это, как ему показалось, лишенное смысла желание.
В конце концов, даже самых близких друзей не должно касаться, как складывается его семейная жизнь. Но их неподдельный интерес и душевное участие немного успокоили Колина. Солгав, он без труда мог ввести их в заблуждение или удовлетворить их любопытство, дав какое-нибудь ни к чему не обязывающее объяснение. Уилл и Сэм были самыми близкими Колину людьми. Он понимал, что в сложившейся ситуации они пытаются деликатно намекнуть, что готовы помочь, только не знают в чем и как. Колин никогда и ни с кем не обсуждал свои сугубо личные проблемы, считая, что подобные разговоры унижают его достоинство. Друзей трудно было заподозрить в желании его унизить, тем более что опыт их семейных отношений мог оказаться полезным для налаживания взаимопонимания с женой. Шарлотта умело избегала его общества днем и полностью отказалась от близости ночью. Если Колин хотел получить совет, то его единственной надеждой оставались два его друга. Вивиан уже родила Уиллу сына, а Оливия была беременна, так что, судя по всему, друзья умели обращаться со своими женами. Колин решил рискнуть и довериться им.
Чувствуя нарастающую неловкость, Колин размял шею рукой, опустил ногу, выпрямился в кресле и оперся локтями на стол. Еще минуту он сидел, погрузившись в свои мысли, вращая за ножку хрустальный бокал с ароматным бренди.
– Должен признать, что женитьба на знаменитой певице в результате оказалась для меня несколько… более сложным событием, чем можно было заранее представить, – подавленно произнес наконец Колин.
Сэм и Уилл даже не улыбнулись, что искренне обрадовало Колина, он ожидал услышать в ответ громкий смех.
– Брак всегда очень сложен в начале, – спокойно заговорил Уилл. – Особенно в твоем случае, ведь ты женился на женщине, которую практически не знал.
– В любом браке нужно время, чтобы муж и жена привыкли друг к другу, – добавил Сэм.
Колин с заметным унынием смотрел на игру света в хрустальных гранях бокала. Вместо совета, который немедленно разрешил бы все его вопросы, он услышал стандартный набор банальных житейских истин. Колин нервно провел рукой по волосам.
– Благодарю вас за столь тонкие замечания, но у вас нет ни малейшего представления о том, что я хочу вам сказать.
Сэм усмехнулся:
– Почему ты уверен, что у нас не было таких же трудностей, как и у тебя?
Колин залпом проглотил содержимое бокала, резким движением поднялся из кресла и принялся мерить шагами кабинет.
– Да нет, – с наигранной веселостью сказал он, – вот уж не думаю, что вы переживали то же, что и я.
– Не темни, Колин, выкладывай всю правду.
Колин остановился и мрачно уставился в пол.
– Мне очень трудно объяснить…
– Господи, Колин! – нетерпеливо воскликнул Сэм.
Колин вздернул голову:
– Ну что «Колин»?
– Да то самое! Не намекаешь ли ты на то, что тебе уже нужна любовница?
Вопрос был настолько неожиданным, что Колин расхохотался:
– Ты в своем уме? Разве это сложно? Дело в том, что перед тем, как Шарлотта и я…
Колин недоговорил. Неловкое молчание прервал Уилл:
– Может быть, дело в Шарлотте? – весьма озабоченно спросил он.
Колин зажмурился и ущипнул себя за кончик носа.
– Дело в том, что я, похоже… ошибся в ней.
– Ошибся? – в один голос проговорили оба его друга.
Бог мой, так они ничего не поймут! Колин выпрямился, заложил руки за спину и сказал, понизив голос, чтобы никто из слуг не мог его случайно услышать:
– Она возненавидела меня и после первой брачной ночи отказывается со мной спать.
Сэм и Уилл застыли, будто молнией пораженные, услышав подобную новость. В полном недоумении они оба смотрели на Колина. Наконец Сэм недоверчиво покачал головой, всем своим видом показывая, что не верит ушам. Неужели Колин мог оказаться несостоятельным в постели?
Колин и сам понимал всю нелепость сказанного им, ведь в высшем обществе у него была репутация коварного соблазнителя, перед сладкими речами которого не могла устоять ни одна женщина. О его любовном мастерстве и неотразимых приемах соблазнения ходили легенды. Если истинная причина его фиаско с Шарлоттой станет известна в Лондоне, его славе настоящего мужчины конец!
Неожиданно Колин начал негромко смеяться, что вывело его друзей из ступора. Через минуту во все горло хохотали уже все трое. Они смеялись отнюдь не над Колином. Как настоящие и понимающие друзья, они смеялись над всей нелепостью положения, в котором против своей воли оказался Колин.
– Боже праведный, – отсмеявшись, произнес Сэм. – А ты не шутишь?
Наконец все успокоились. Колин с безнадежным видом покачал головой и ответил:
– Отнюдь нет. Самое ужасное, что я не знаю, как мне теперь быть.
В кабинете опять наступила тишина, вызванная на этот раз серьезностью тона, которым Колин произнес последние слова. В доме тоже стояла тишина. Судя по всему, дамы так и продолжали сидеть в столовой, обсуждая предстоящие роды Оливии, последние светские новости и сплетни. Колин стоял посреди собственного кабинета, измученный неделями бесплодных попыток найти подход к собственной жене, которая отвергла его как мужчину. Все, на что он мог теперь рассчитывать, это на совет друзей. Как ему соблазнить собственную законную супругу? Случай поистине оригинальный!
– Ничего себе дела, – со вздохом произнес Уилл, после чего уселся в кресло и вытянул длинные ноги.
– Да, вот именно, – уныло согласился с ним Колин, который, впрочем, немного приободрился и снова начал ходить из угла в угол по кабинету.
– Колин, сядь, ты действуешь мне на нервы, – махнул рукой Сэм.
Колин послушно сел на стул рядом с фортепьяно, скрестив пальцы и опершись локтями на колени. Запрокинув голову, он пустым взглядом уставился на дверь, чувствуя, как шея наливается свинцом от неудобной позы. Нет, все-таки что его дернуло обсуждать все это?
Уилл откашлялся и заговорил:
– Было бы неплохо, если бы ты толком рассказал нам обо всем с самого начала. Ведь ты хочешь получить от нас совет, не так ли?
Колин усмехнулся, чувствуя себя в эту минуту полным идиотом, и, не поворачивая головы, ответил:
– Разумеется, я жду от вас совета, ведь больше мне обратиться не к кому.
Сэм почесал затылок.
– Ты мог бы в общих чертах, особо не вдаваясь в детали, рассказать, что между вами произошло?
Колин закрыл глаза. Картина их первой брачной ночи во всех подробностях всплыла у него в голове. Он даже ощутил вспышку такого же вожделения, какое овладело им, когда впервые увидел Шарлотту почти нагой, едва прикрытой черными кружевами. На лбу у него выступили капельки пота.
– Церемония венчания и торжественный обед прошли замечательно, – начал спокойно рассказывать Колин, переводя взгляд то на Сэма, то на Уилла. – Наконец Шарлотта пошла к себе, чтобы приготовиться ко сну. Я сделал ей подарок, который специально заказал к нашей первой брачной ночи. Надо признаться, что она неохотно надела то, что, с моей точки зрения, должно было ей очень пойти. Когда, переодевшись, она вышла из своей спальни, то выглядела божественно и настолько соблазнительно… Она была прекрасна. Но на следующее утро объявила, что больше никогда не разделит ложе с мужчиной (по крайней мере с ним, но это Колин уточнил уже про себя).
Уилл и Сэм несколько минут сидели молча, пытаясь осмыслить услышанное. Сэм потер рукой подбородок и осторожно спросил:
– Ты можешь описать нам подарок?
Колин тяжело вздохнул:
– Это… нечто вроде корсета из красного дорогого шелка с черными кружевами и туфли на высоких каблуках.
Уилл усмехнулся, причем на этот раз в его усмешке угадывалось некоторое облегчение.
– Господи, о чем ты думал, Колин, когда преподнес ей такой подарок?
– Он ни о чем не думал, уж поверь мне, – ответил вместо Колина Сэм, стараясь удержаться от смеха и прикрывая рот рукой.
Колину вдруг показалось, что он снова стал маленьким мальчиком, которого отчитывают за шалость.
– Я допускаю, что мой подарок не совсем уместен для первой брачной ночи, его, вероятно, вообще не стоило дарить Шарлотте. Но вы должны меня понять, ведь я только-только стал мужем несравненной Лотти Инглиш!
– Вот в этом ты и ошибаешься, Колин, – сказал Сэм. – Ты женился на леди Шарлотте Хьюз.
– Да, но Шарлотта и Лотти – одно лицо! – возразил незадачливый супруг.
– Повторяю, ты ошибаешься. Замужняя женщина, которая угощала нас сегодня обедом и с которой мы оставили наших жен, удивительно хороша собой, но она не имеет никакого отношения к той певице, которой мы восхищаемся, когда бываем в опере, – назидательно возвестил Сэм. – Лотти Инглиш – мечта любого мужчины, а Шарлотта – твоя жена, девушка из знатной семьи, которая вышла за тебя замуж и принесла на алтарь супружеского ложа свою девственность.
Колин поморщился:
– Ты не понял меня. Я прекрасно знаю, что Лотти и Шарлотта – два разных образа, но ты же не станешь отрицать, что физически это одна женщина. Я взял в жены самую чувственную, самую удивительную женщину…
– Она такова, когда играет на сцене, – перебил его Уилл.
– Могу себе представить, что подумала злосчастная невеста, получив такой подарок! Она ведь актриса, она решила, что ты хочешь, чтобы она… м-м… как бы это поточнее выразить? Скажем, чтобы она сыграла довольно странную роль в вашу первую брачную ночь, – сказал Сэм, не скрывая ни удивления, ни осуждения. – Вполне понятно, почему она больше не захотела иметь с тобой дела. – Выдержав паузу, он спокойно добавил: – Скажи откровенно, Колин, ты действительно хотел, чтобы в твоей постели она играла так же, как на сцене? Я спрашиваю потому, что скорее всего именно так тебя поняла Шарлотта.
Не мигая, Колин смотрел на Сэма, воспринимая каждое его слово как пощечину. Оба его друга продолжали вопросительно смотреть на него, теперь уже не сомневаясь, что их замечательный Колин в первую брачную ночь, сам того не понимая, отождествил жену с легкодоступной женщиной из борделя. До Колина медленно доходил смысл сказанного Сэмом. В его мозгу всплыли слова Шарлотты: «Вы нарядили меня в ужасный костюм и обули в дурацкие туфли, называли меня моим сценическим именем… Вы не хотите меня. Вы хотите несравненную Лотти Инглиш…»
Колин выпрямился в кресле. Он должен был признать, что такая простая мысль до сих пор не приходила ему в голову. То, что он, как неопытный юнец, заблудился в своих чувственных фантазиях, было очевидно для всех, кроме него. Три года он подменял живую женщину образами из снов, и все, кто был ему близок, поняли, что его женитьба была вызвана страстным желанием обладать Лотти Инглиш, а не любовью к Шарлотте Хьюз. Теперь все встало на свои места. Но в одном Колин был уверен: он никогда не хотел, чтобы Шарлотта разыгрывала перед ним чувства, которых не испытывала. Поддельная страсть в постели была бы жалким подобием искренней любовной страсти, а он хотел только настоящих чувств, идущих из самого сердца. Без настоящей любви нет настоящей страсти. Колин физически ощущал боль, которую нанес себе и своей молодой жене.
– Нет, я никогда не хотел того, что получилось, – ответил Колин, поворачиваясь к открытой клавиатуре фортепьяно и не глядя ударяя пальцами по клавишам. Инструмент ответил дисгармоничными, бессвязными звуками. Колин поднял голову. – Друзья мои, я вел себя как последний идиот, – глухим голосом произнес он.
– Скорее как человек, который ни о чем и ни о ком особо не задумывается, – поправил его Сэм. – Твой нелепый подарок не мог не расстроить Шарлотту. Он мог ее до смерти напугать.
– Скорее всего, она просто не поняла, чего именно хочет от нее муж, – добавил Уилл. – У нее не было ни малейшей возможности понять это.
– Все так, но как мне теперь быть? – беспомощно промямлил Колин.
Уилл фыркнул и предложил:
– Почему бы тебе не соблазнить ее? Это первое, чем ты должен был заняться.
Колин с силой дернул себя за волосы.
– Я понимаю, что в ваших глазах выгляжу полным дураком, но я уже один раз потерпел сокрушительное поражение и вряд ли осмелюсь повторить попытку.
Еще не успев закончить фразу, Колин понял, что сказал это напрасно. Из троих мужчин, находящихся сейчас в кабинете, именно у него была репутация соблазнителя, перед которым не устояла ни одна женщина. Самое ужасное, что еще минуту назад Сэм и Уилл в этом не сомневались. Теперь оба друга с великим удивлением смерили Колина взглядом, который он не забудет до конца своих дней. Но отступать было некуда – он уже признался своим друзьям, что приворожившая его к себе молодая жена отвергла его как мужчину. Колин чувствовал себя подавленным и униженным.
Сэм решил помочь ему выйти из создавшегося положения:
– Теперь все в твоих руках, Колин. Я бы предложил тебе использовать ее неведение в близких отношениях в собственных интересах, тем более что она не знает твоих намерений. Не рассматривай ее как женщину с любовным опытом, тем более что она действительно чиста и невинна. Ты допустил ошибку, но из-за этого Шарлотта не перестала быть твоей женой и по-прежнему должна принадлежать тебе в постели. Начни все сначала. Представь себе, что она ничего не знает о любви и тебе предстоит научить ее всему.
– А как быть, если ей это неинтересно? – спросил Колин растерянно.
– Выброси из головы эту мысль, – решительно заявил Уилл. – Нет никаких сомнений, ты ей нравишься. Используй это наилучшим образом. Дай ей то, чего она хочет, а не то, чего она ожидает. Соблазни ее так, чтобы она не заметила, как это произошло. Только Боже тебя упаси делать это нахрапом, действуй осмотрительно и не торопясь.
Не торопясь. Он был готов из кожи лезть, сгорая от страстного желания обладать ею. Разве они могут понять его? Это не их, а его жена каждую ночь спит, раскинувшись на широкой постели в соседней комнате, и при этом остается недоступной. Но в словах друзей определенно есть смысл, и Колин чувствовал это. Сэм и Уилл женаты давно, и опыта семейной жизни им не занимать. Неожиданно Колин поймал себя на мысли, что раньше никогда не тратил время на соблазнение женщин. Они сами падали в его объятия, использовали его, а ему казалось, что они не могут устоять перед его чарами. Шарлотта оказалась его первым и настоящим испытанием, которое он не выдержал, даже не успев понять почему. Мысли проносились в голове вихрем. Он должен все начать сначала, и чем осторожнее и медленнее станет это делать, тем прекраснее будет награда в конце пути.
Колин доверился друзьям, один вопрос решен. Он встал и подошел к окну позади стола. За окном не было видно ни луны, ни звезд, не было слышно ни ветра, ни шума дождя. Колин сравнил темноту за окном с собственным неопределенным будущим. Но эта неопределенность казалась затишьем перед бурей.
– Это не все. Мне надо сказать вам кое-что еще, – спокойно начал он и, повернувшись лицом к друзьям, продолжил: – Три недели назад Лотти едва не погибла в театре.
– Что? – ошеломленно спросил Уилл, подавшись вперед.
Сэм остался неподвижным. Ни один мускул на его лице не дрогнул.
Колин как можно дальше отодвинул кресло от стола и, тяжело опустившись в него, положил руки на колени.
– С колосников упала деревянная балка как раз в тот момент, когда Лотти была на сцене одна. Балка не убила ее только потому, что я успел отчаянным криком предупредить об опасности. От удара по голове ее спасло чудо. Шарлотта постаралась поскорее забыть об этом, считая происшествие обычным для театра несчастным случаем. Я предпринял собственное расследование и выяснил, что это далеко не первый раз, когда ей что-то угрожает, хотя настолько серьезно дело обстоит, быть может, впервые. Скорее всего, она что-то скрывает от меня или пытается из чувства страха обмануть себя. Но так или иначе, она в опасности.
Несколько долгих минут друзья сидели молча. Наконец Сэм спросил:
– Не думаешь ли ты, что подобный… инцидент как-то может быть связан с тобой?
Колин пожал плечами:
– На этот вопрос у меня нет ответа. Чтобы разобраться во всем, мне необходимо быть ближе к Шарлотте, но она не подпускает меня к себе.
– Неужели ты ничего не можешь сделать? – спросил Уилл. – Пусть ты не вызываешь у нее интереса как мужчина и она не хочет спать с тобой, но она все равно остается твоей женой.
Не вызываешь интереса как мужчина. Услышав слова Уилла, Колин пришел в ярость, однако удержался от каких бы то ни было ее проявлений, только вяло улыбнулся в ответ, встал с кресла и предложил:
– Выпьете еще, джентльмены? Я, пожалуй, налью себе.
Сэм отрицательно покачал головой; Уилл протянул Колину пустой бокал. Подойдя к бару, Колин налил бренди в два бокала, причем себе – чисто случайно – немного больше, чем хотелось, но решил не думать о том, что завтра снова будет болеть голова.
– Я могу защитить ее в стенах дома, – сказал он. – В театре это сделать значительно труднее. Она нервничает, если я присутствую на репетиции, кроме того, мое ежедневное появление в театре выглядит неуместным, чтобы не сказать больше. Все только и ждут удобного момента, чтобы спросить, какого черта я там делаю. – Помедлив, он едко добавил: – Все, кроме великого Порано, который думает только о себе.
Сэм поерзал в кресле.
– Кого великого?
Колин махнул рукой и закрыл дверцу бара.
– Не обращай внимания, это так, пустое.
– Может, стоит пустить слух, что ты волочишься за Лотти Инглиш? – предложил Уилл, беря у Колина свой бокал и делая глоток. – Ни одна душа в театре не знает, что вы женаты.
Колин выпил большой глоток бренди и вернулся в кресло.
– Да, это хорошее объяснение, чтобы все время быть рядом с ней, но едва ли Шарлотта придет в восторг от того, что я буду постоянно вмешиваться в ее работу.
– Если ты действительно считаешь, что ей угрожает опасность, может, стоит поставить в известность власти? – предложил Сэм.
– Не могу. Я думал об этом, но у меня нет никаких доказательств. Только интуиция и разрозненные факты. Получается, я единственный человек, кого это беспокоит… Впрочем, есть блестящая идея, – повеселел Колин. – Что вы скажете, если моя жена начнет думать, будто я бываю в театре не из-за нее, а из-за другой актрисы? Пусть считает, что я начал волочиться за кем-то еще.
– Постой, – с хитрой улыбкой перебил его Сэм. – Это совсем не плохая идея, Колин. В труппе наверняка должны быть молодые и красивые женщины, а?
– Несомненно, – кивнул Колин.
– Тогда давайте посмотрим, что получается, – продолжал Сэм. – А получается, что Шарлотта не сможет запретить тебе бывать в театре, если ты станешь волочиться за какой-нибудь хорошенькой певичкой. При отношении Шарлотты к тебе это не должно особо волновать ее и к тому же замаскирует истинные отношения, которые вас связывают. – Подумав минуту, он добавил: – Кроме того, я уверен, как только Шарлотта заметит твое повышенное внимание к другой женщине, она начнет тебя ревновать.
Колин не имел никакого желания волочиться за кем-нибудь в настоящий момент, тем более в театре, но вызвать ревность Шарлотты показалось ему заманчивым. Это поможет ему затащить ее в постель скорее, чем попытки медленного соблазнения. А что будет, если фокус не сработает? Надо быть очень осторожным, кроме того, его беспокоило еще одно обстоятельство.
– Вся Англия знает, что леди Шарлотта, сестра уважаемого графа Бриксхема, моя законная жена, – заговорил он. – Если я поведу себя вульгарно, распространятся слухи, что я неверный муж.
– Ты хочешь сказать, что это тебя беспокоит? – удивился Сэм.
Вопрос был задан искренне, и это задело Колина.
– Конечно, беспокоит. Я не какой-нибудь прощелыга.
– Тогда веди себя деликатно, – посоветовал Уилл, передернув плечами. – Если ты будешь осторожен, то, кроме слухов и догадок, тебе ничто не грозит. Слухи без фактов – всего лишь слухи. Только ты и Шарлотта будете знать всю правду, и это самое главное.
Колин потер глаза. От напряжения и выпитого бренди у него начала болеть голова. Ему захотелось спать. Сэм посмотрел на стенные часы и встал с кресла:
– Однако уже полночь. Мы все устали, пора домой.
– Ты устал? – слабо улыбнувшись, спросил Колин.
– Наступит день, и ты тоже будешь ожидать, когда твоя жена осчастливит тебя рождением наследника. Тогда и вспомнишь меня, а теперь мне пора отвезти Оливию домой.
Уилл допил бренди и тоже встал.
– И нам с Вивиан пора домой. На следующей неделе мы уезжаем в Корнуолл. Вивиан надо собраться.
Колин выбрался из кресла и потянулся.
– Как ни удивительно, но сегодня вы стали для меня все равно что членами семьи. Жаль вас отпускать.
– Быть членами одной семьи просто замечательно, – сказал Сэм, направляясь к двери. – Честно говоря, это значительно лучше, чем жить в одиночестве.
В одиночестве. С собственной женой в соседней комнате.
Поразмышляв, Колин решил, что получил разумные советы. Он больше не сомневался в себе и не считал нужным потакать капризам Шарлотты. Он женатый человек и обязан защищать свою жену. Настал час принимать решение и действовать.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Герцог и актриса - Эшуорт Адель



миленький роман. разок можно почтетать.
Герцог и актриса - Эшуорт Адельнаталья
16.03.2013, 9.51





Роман более чем миленький. Достаточно ярко прописаны характеры. Читается с интересом. А любовные романы и не следует читать многократно. Гораздо приятнее найти новый увлекательный.
Герцог и актриса - Эшуорт АдельВ.З.,65л.
30.04.2013, 9.01





Средненько...
Герцог и актриса - Эшуорт АдельАнис
11.08.2015, 2.12





Очень неудачный,мягко говоря,перевод.Корявые предложения,не сочетающиеся между собой.Читаешь-как по вспаханому полю,спотыкаясь,бредешь.
Герцог и актриса - Эшуорт АдельВита
13.04.2016, 2.31








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100