Читать онлайн Великодушный деспот, автора - Эштон Элизабет, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Великодушный деспот - Эштон Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.13 (Голосов: 53)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Великодушный деспот - Эштон Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Великодушный деспот - Эштон Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Эштон Элизабет

Великодушный деспот

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4



Джордж не показывался в выходные, но вечером понедельника он зашел к ним и застал Полину с головой погруженной в бухгалтерские книги. Он осторожно вошел в кабинет, но девушка едва поздоровалась с ним.
– Не могу сейчас с тобой поговорить, – сказала она. – Мне нужно подсчитать баланс.
Настольная лампа освещала склоненную голову и открытые книги.
– Но уже довольно поздно, Лина, – возразил Джордж. – Ты не должна позволять Энту заставлять тебя работать до поздней ночи.
Она откинулась на спинку стула, со вздохом поправляя волосы.
– Мне надо учиться быть дисциплинированным и организованным профессионалом.
– Лина, – чистосердечно начал Бартон. – Не думаю, чтобы тебе все это нравилось. – Он указал пальцем на книги и испещренные цифрами клочки бумаги. – Если бы ты только согласилась...
Полина предупреждающе вытянула руку:
– Ну прошу тебя, не надо!
Теперь вздохнул Джордж.
– Я просто подумал, может, тебе захочется пойти прогуляться, сегодня такая чудесная ночь, полная луна на небе! – Бедняга ни коим образом не считал се отказ окончательным и был уверен, что настойчивость поможет ему добиться своего.
– Уже слишком поздно, а мне рано вставать, – возразила она. – Но все равно – спасибо.
Джордж сел в кресло и принялся долго, основательно набивать трубку, закуривать ее, тем временем краем глаза поглядывая на Полину. Она похудела и стала бледней, отметил он. Энтони слишком загрузил ее работой, не принимая в расчет, что девушка пережила совсем недавно. Она тоже была целиком поглощена своими мыслями. Полина знала, что Джордж не теряет надежды, его предложение оставалось для нее самым крайним выходом на случай, если ей станет в конец невыносимо здесь. В сотый раз она прокручивала в голове случай в Тавернхэме, вспомнила свое ощущение стыда и чего-то еще, непонятного ей самой. В саду ухала сова, ей начала откликаться вторая, запах левкоя и лаванды долетал в окно комнаты. Полина испытывала беспокойство и уже почти согласилась принять приглашение Джорджа покататься, однако посчитала, что нечестно подавать парню надежду, раз она решила пока отказывать ему. Она громко захлопнула книгу и резко повернулась в кресле лицом к нему. Бартон сидел на том месте, где раньше сидел Энтони, и Полина неожиданно подивилась, насколько же они не похожи друг на друга.
– Как вы с Энтом ладите? – спросил он.
Девушка была рада, что свет лампы падал на нее сзади, потому что знала, что покраснела.
– Ничего, только он мне не нравится. – Она почти верила, что говорит искренне.
Джордж явно успокоился при этом известии, но очень неразумно продолжил тему:
– А что такое, есть какие-нибудь причины?
Полина прищурилась.
– Он слишком деспотичен, – беспечно объявила она и вдруг с внезапной откровенностью добавила: – Мне кажется, что я снова в школе с одним из тех вредных учителей, которые всегда так меня доставали.
Джордж рассмеялся:
– Для Энта это что-то новенькое. Мне-то всегда казалось, что он такой обходительный, умеет всех очаровывать. И большинство женщин, пожалуй, со мной согласились бы.
Полина навострила уши.
– Он... у него что, много подружек? – равнодушно спросила она, надеясь, что ее голос звучит обыкновенно.
– Десятки.
– А есть какая-нибудь особенная? – настаивала она.
– Ну, я не знаю, кто там у него сейчас, может быть, все еще Виола, она такая красавица, скажу я тебе, – глаз не оторвать.
– А ты ее видел?
– Да, один раз в Лондоне, это было... – Тут Бартон осекся, потому что вспомнил, что чуть не нарушил данное Энтони обещание.
– Где... где это было? – выспрашивала она.
– Ну, я что-то точно не припомню. А почему тебя это так интересует?
– Да нисколько, – соврала она. – Какое мне дело до подруг мистера Марша?
– Ему нравятся такие, знаешь, умные и светские дамочки, – описал Джордж. Полина невольно перевела взгляд на свой обычный наряд, поношенные брюки и майку.
– Тогда нечего удивляться, что он считает меня школьницей, – заметила она чуть печально.
– Это естественно, тем более что он старше тебя. Кроме того, я ему сказал... – Тут Джордж запнулся и густо покраснел.
Полина подозрительно посмотрела на воздыхателя.
– Надеюсь, ты не додумался ему сказать, что я твоя девушка?
Он начал возиться со своей трубкой, которая как раз погасла.
– Джордж?
– Ну... ты понимаешь...
– Но ты не имел никакого права так говорить! – возмущенно воскликнула Полина.
– Я так, на всякий случай сказал, – оправдывался Джордж. – Просто, чтобы ему не приходили в голову всякие там мысли!
– Но ты же сам сказал только что, что я для него всего лишь вчерашняя школьница, – напомнила она, чувствуя, как опять краснеет. – А ему, по твоим же словам, нравятся опытные светские львицы.
– Да... но соседство может сыграть злую шутку, знаешь, – промямлил тот. – Или Виола вдруг взбрыкнет – а это с ней часто случается, – и он начнет оглядываться по сторонам в поисках женского участия. Все это, – Джордж сделал широкий жест, охватывающий комнату, восходящую луну в незашторенном окне, листья дикого винограда, резными силуэтами черневшие на фоне ее серебристого диска, – создает вполне романтическую обстановку, а твое хорошенькое личико, дорогая, – прекрасный соблазн поиграть в нимф и пастушков. Никогда не забывай, что он только играет, и не теряй головы, тем более – сердца. В любом случае я и сам за ним буду присматривать. Я бы не вынес, если бы тебя обидели, Лина.
– Милый Джордж, – сказала девушка весело и легко, – ты говоришь совершеннейшую чепуху. Я даже представить себе не могу, чтобы я увлеклась Энтони Маршем. Он... он такой весь прилизанный! Ты гораздо больше в моем вкусе. Но за предупреждение – спасибо.
Полина с облегчением вздохнула, увидев полное блаженство на лице Бартона, хотя сердце ее щемило: на деле все это было не совсем так. Ни за что на свете она не полюбит Джорджа, а в последнее время у нее появилось тревожное ощущение, что она вполне может поддаться чарам Энтони. Конечно, это нелепо, ведь она его ненавидит всей душой, но нельзя забывать, что ненависть – это только обратная сторона любви, и какие бы чувства Полина ни испытывала к нему, в любом случае она уже не равнодушна к Энтони.


Энтони вернулся в усадьбу не один, а привез с собой друга, и Полина их почти не видела. Заботы и хлопоты, вызванные приездом гостей, тетя Марион взяла на себя, но молодые люди почти не бывали дома, каждый день уезжая куда-то на «ягуаре». Полина, когда ей случалось заходить в дом, невольно прислушивалась к звукам голоса Энтони и злилась на себя за то, что испытывала разочарование, если ей не удавалось увидеть его высокую фигуру.
Две недели спустя мистер Марш приехал один и спросил, не может ли он пригласить на обед все семейство. На этот раз тете Марион уже не пришлось намекать Полине, чтобы она переоделась в свое праздничное зеленое платье. За обедом Энтони был изысканно вежлив и мил, как обычно, но, казалось, мысли его витали далеко, и, когда Линетт повторила какой-то вопрос, он извинился.
– Простите, задумался.
– О Лондоне? – спросила Линетт.
– Нет. Я думаю о Томасе Спринге из Тавернхэма. Мой друг, с которым вы познакомились в прошлые выходные, совершенно очарован деревушкой. Такое живописное место, не правда ли?
Так вот куда они все время ездили!
– Похоже, я заварила какую-то кашу, – заметила тетя Марион.
– Да, мисс Торн, это верно, – серьезно подтвердил Энтони. – Пока не могу сообщить вам подробности, но, поверьте, из этого может получиться нечто грандиозное!
Хотя всем членам семьи было страшно любопытно, Полина переменила тему разговора. Она не хотела провоцировать очередную стычку с хозяином, зная, что Тавернхэм – щекотливая, опасная тема. Однако несмотря на то что она твердо решила держать себя в руках и относиться к своему начальнику холодно и отстраненно, в тот же день между ними произошел еще один серьезный разговор. Пегаса как следует не выгуляли, к тому же лошадь очень чувствительна к состоянию своего наездника, а присутствие Энтони всегда приводило Полину в напряжение и нервозность. Все вроде бы шло хорошо, он похвалил ее ведение бухгалтерских записей, сразу несколько учеников внесли ощутимый вклад в кассу школы, работы по реставрации дома шли полным ходом, сад с подстриженными газонами и прополотыми клумбами выглядел опрятным и нарядным, и спасенные от сорняков далии теперь красивыми пестрыми кустиками цвели по всему поместью. Так как у нее выдался свободный часок, Полина решила прогулять Пегаса галопом, чтобы он размялся и успокоился, что не помешало бы и его хозяйке. Наевшись овса, огромное животное пребывало в прекрасном настроении, но вдруг конь ни с того ни с сего проникся страшной неприязнью к садовой тачке, забытой у края дорожки кем-то из рабочих. Никакие уговоры не могли заставить Пегаса пройти мимо этого опасного предмета, который, как он справедливо подозревал, не имел никакого права находиться не на месте. В благородной честной битве конь показал, и достаточно ясно, что может натворить заупрямившееся животное; он вставал на дыбы, а получив удар стеком, брыкался изо всех сил задними ногами, танцевал и делал курветы, закатывал глаза, хрипел и выгибал мощную черную шею, когда Полина натягивала удила. Для стороннего наблюдателя эта сцена была поистине ужасающей, а сторонние наблюдатели были. Энтони как раз спускался вместе с Линетт из розария и, увидев разбушевавшегося Пегаса и то, как хрупкая мальчишеская фигурка никнет к огромной черной спине гигантского коня, побелел как полотно, а Линетт в страхе ухватилась за его рукав.
– Боже, как я всегда боюсь, когда она ездит на нем, – заикаясь проговорила она. – Он слишком крупный и сильный для нее. Когда-нибудь он ее обязательно сбросит.
– Больше она на нем ездить не будет, – мрачно пообещал Энтони.
Пегас решил, что на сегодня протестов достаточно, и вылетел галопом в открытые ворота.
Линетт вздрогнула:
– Что будет, если они встретят машину?
– О, думаю, все будет в порядке, – успокоил ее мистер Марш с уверенностью, которой на самом деле не ощущал. Он помнил, каково это – встретить на узкой тропе черного Пегаса, которого всего-навсего вели шагом и в поводу!


Полина вернулась через час с присмиревшей и взмокшей лошадью. Она поставила Пегаса в конюшню, вытерла и, когда он остыл, накормила.
– Ну что, так-то лучше, да, мой мальчик? – спросила она. Конь, которого уже покинул строптивый дух, ткнулся в нее мягким носом и горячо задышал в толстый свитер.
Девушка, уставшая, но успокоенная, вошла в дом и уже собиралась подниматься по лестнице к себе, когда Энтони позвал ее из офиса.
– Рад видеть, что вы все еще в целости.
Полина удивленно взглянула на него:
– Конечно, а что со мной могло случиться?
– Я еще никогда в жизни не наблюдал ничего подобного. Заходите, я хочу с вами поговорить.
Насторожившись и чуя недоброе, девушка пошла за ним в крошечную комнатку, служившую им офисом, не понимая, что еще могло случиться. Солнечный свет, проникавший с веранды сквозь оплетающие окна лозы дикого винограда, окрашивал все в зеленоватые тона, и ей подумалось, что, наверное, из-за этого лицо Энтони кажется сейчас странно бледным.
– Больше никогда, мисс Геральд, вы не сядете на этого коня. – Энтони был слишком потрясен тем, что видел, иначе он не стал бы говорить с ней так резко.
Она уставилась на него совершенно дикими глазами, не в силах поверить своим ушам.
– Вы имеете в виду Пегаса?
– Он не подходит для женщины. Оставьте его Майклу.
Горячая краска залила ее лицо.
– Мистер Марш, это просто абсурдно. Пегас был сегодня несколько взвинчен, но он совсем не злобен, и я вполне могу с ним справиться. Вы ничего не понимаете в лошадях. Видимо, он показался вам опасным?
– Показался? Да он смертельно опасен! Я говорю серьезно, мисс Геральд, вы больше не будете на нем ездить.
Ее губы скривились.
– Но это невозможно – Майк не очень любит на нем ездить!
– И я не могу его винить за это. В таком случае его придется продать.
– О нет, прошу вас, не надо!
– Что ж, очень хорошо. Тогда вам придется уговорить Майка выезжать его, но если я хоть раз увижу, что вы меня ослушались, Пегас будет продан.
И вот тут-то Полина не выдержала, ее гнев перелился через край:
– О, как я вас ненавижу! Вы делаете все это только потому, что вам нравится издеваться надо мной. Пегас никогда, ни за что не сбросит меня – я прекрасно держусь в седле, я на нем ездила, когда он еще был жеребенком! Вы, видно, считаете, что, раз вы стали здесь хозяином, можете терроризировать меня, но это не так! Я уйду, я ни перед чем не остановлюсь!
– Если вы уйдете, то и Пегас тоже здесь не останется.
– О! – Ей была невыносима мысль, что Пегаса могут продать. Щеки Полины, только что пылавшие, побелели, а глаза стали блестящими и почти черными.
– Вы знаете, что всегда можете шантажировать меня этим, – с горечью сказала она, – Но это низко и несправедливо.
Энтони схватил ее за плечи и встряхнул.
– Разве ты не видишь, что я просто хочу уберечь тебя, чтобы ты не сломала свою милую шейку, ты, маленькая дурочка!
Полина застыла в его руках.
– Это моя шея! – бросила она ему в лицо.
– Нет, не твоя. Ты моя служащая, и если я позволю тебе бессмысленно рисковать своей жизнью, окажусь в крайне затруднительном положении – возможно, с меня взыщут по суду большие издержки за ущерб твоему здоровью.
– Ах вот в чем дело! – А она-то уже вообразила, что он искренне беспокоится о ней! Глаза Полины сверкнули. – Простите, ошиблась, я еще не привыкла иметь дело с людьми, которые рассматривают все через очки Трудового кодекса!
– Ты просто невыносима! – Энтони притянул ее к себе и вдруг обвил руками. Девушка почувствовала прикосновение его губ к своим. Ей показалось, что по жилам ее пробежал огонь, она ослабла в объятиях и прильнула к нему, чтобы не упасть. Потом очень нежно он отодвинул ее от себя и бережно усадил в одно из старых потертых кресел. Полина дрожала и тщетно старалась успокоить бешено бьющееся сердце, а Энтони, уже раскаиваясь, смотрел на нее сверху вниз.
– Прости, – сказал он наконец. – Не надо было этого делать, но ты такая маленькая злючка. – Энтони невольно улыбнулся. – Тут и святой бы не выдержал, – мягко прибавил он. – Ведь, в сущности, ты еще совсем ребенок.
Она провела рукой по лбу, и до нее начало медленно доходить, что Энтони не придавал никакого особого смысла этой внезапной ласке. На него поцелуй не произвел такого впечатления, как на нее, ведь он давно привык целовать хорошеньких девушек, когда ему приходила в голову такая прихоть, а ее до сих пор никто не целовал. Когда сердце ее немного успокоилось, Полина печально улыбнулась:
– Вы целовали меня совсем не как ребенка.
Он засмеялся:
– Я уже извинился, хотя ничуть об этом не жалею.
– Даже если я девушка Джорджа?
Полина даже не поняла, зачем она так сказала; должно быть, инстинкт самосохранения подсказал ей эти слова или неожиданное для нее самой желание спровоцировать его дальнейшие действия. Лицо Энтони потемнело, но он ответил обычным голосом:
– Тогда Джорджу очень повезло.
Полина вздохнула; она рассчитывала на другую реакцию, но Энтони, конечно, не могло быть никакого дела до того, чья она девушка.
– А вот Джордж не запрещает мне ездить на Пегасе.
– А ты что, спрашиваешь у него разрешения?
У нее хватило совести слегка порозоветь, вспомнив, что сказал Джордж, когда она попросила его купить этого коня. За всю жизнь это была единственная ее просьба, в которой он ей отказал.
Энтони снова стал серьезным.
– Я не шутил, Полина. Джорджа ты можешь водить вокруг пальца, но меня ты не проведешь.
Девушке вдруг стало приятно, что он назвал ее по имени. Невольно она улыбнулась.
– Вот почему я вас так терпеть не могу, – сказала она.
Он подошел ближе, не спуская с нее глаз.
– Однако по твоей реакции мне показалось, что ты не так уж враждебно настроена.
– О! – Расстроенная и сбитая с толку, Полина вскочила. – Все равно, какая разница? Теперь я могу идти?
– Как тебе угодно.
– Благодарю.
Полина бросилась к двери, но, открыв ее, оглянулась. Энтони стоял и смотрел ей вслед таким невыразимым взглядом светло-карих глаз, что сердце у нее снова сильно забилось. Она отвернулась и быстро вышла, плотно закрыв за собой дверь.


Еженедельная зарплата Полины и Майкла за вычетом того, что они отдавали тетушке на хозяйство, составляла чуть больше, чем их карманные деньги, но Майклу удалось сэкономить достаточно, чтобы купить себе подержанный мотоцикл, который с помощью Джорджа он починил и покрасил. Понятно, что теперь по вечерам ему хотелось уезжать, а не возиться в конюшне, поэтому выгуливать Пегаса он отказался.
– А ты не можешь просто выпустить его на поле пастись? – предложил он.
Полина ответила, что Энтони не собирается арендовать поле позади имения, которое всегда использовал их отец, и потом, в любом случае коня нельзя оставлять там на всю зиму.
– Бесполезное опасное чудовище, – ворчал Майкл. – Может быть, мистер Марш и прав насчет него.
– Майк, ну как ты можешь! – воскликнула Полина, чуть не плача.
– Ну тогда выезжай его сама, а босс ни о чем не узнает.
Возмущенная бессовестностью брата, Полина все же испытывала слишком сильное желание не подчиняться приказам Энтони, но, к ее разочарованию, «босс» специально звонил им каждый вечер и первым делом спрашивал про Пегаса. Полина знала, что не может ему соврать, и бесилась от такого надсмотра, как она его называла, стараясь продемонстрировать свое презрение хотя бы краткостью и резкостью ответов.
– Ах, дракон по-прежнему изрыгает пламя? – спросил Энтони со смехом, когда звонил в третий раз.
К своему крайнему неудовольствию, Полина не сдержалась и рассмеялась тоже. Она пробовала уходить из дому, когда мистер Марш звонил, но в таких случаях он просто перезванивал позже, и тетя призывала ее к ответу, твердя племяннице, что она всегда должна быть на месте, когда звонит работодатель, желающий получить отчет о проделанной за день работе. От этого Полина злилась еще больше, но к концу недели обнаружила, что – о, ужас! – уже ждет его звонка, чтобы услышать чистый, хорошо поставленный голос. В пятницу девушка взмолилась.
– Разве вы не достаточно долго меня наказывали? – спросила она. – Бедный Пегас скучает без наших с ним прогулок галопом, а Майк так надоел мне, он все время жалуется, что надо выводить Пегаса. На самом деле у коня просто вид такой страшный, вы бы это и сами поняли, если бы знали толк в лошадях... – Она не отказала себе в этой маленькой шпильке.
– Это не наказание, – сухо ответил Энтони. – И хотя я далек от коневодства, я знаю, что наездницы должны уметь держать своих коней в узде.
Полина вскрикнула от возмущения:
– Если вы это обо мне, то я...
Он перебил ее:
– По дороге никто не скачет галопом, это вредно для копыт лошади. – Она поразилась, откуда ему это известно. – Однако, – продолжал мистер Марш, – скоро проблема Пегаса разрешится. Завтра со мной приедет один человек.
Возмущение девушки сразу сменилось тревогой.
– Че... человек? Мистер Марш, скажите, вы не намерены продавать Пегаса?
Он засмеялся над ее беспокойством:
– Нет, если, конечно, ты будешь себя хорошо вести. Этот парень, Джошуа Холлидей, – настоящая находка: бывший жокей, бывший дрессировщик, в общем, кем он только не был, просто собаку съел с лошадьми. Я понял, что тебе нужна помощь в конюшнях, и потом, я хочу узнать его мнение о Пегасе.
Со своим совсем недавно приобретенным деловым подходом Полина серьезно спросила:
– А наша школа может позволить себе расходы на помощника?
– Не беспокойся, это за мой счет. Кстати, скоро у меня будет отпуск, на следующей неделе, так что не могла бы ты отменить все занятия? У меня насчет тебя есть другие планы.
– Да? И какие же? – спросила Полина с сомнением, но Энтони уже повесил трубку.
Полина тоже скопила немого денег. Она собиралась купить себе новую пару брюк для верховой езды, но после вылазки по магазинам в Барри вернулась с новым костюмом. Почему она передумала, девушка не могла бы сказать, разве что в ее зеленом кримпленовом платье становилось прохладно, а кроме того, у Полины не было ничего подходящего, что она могла бы надеть на время визита Энтони.
Он приехал, как и обещал, в субботу утром, в компании с Джошуа Холлидеем и Джошуа-младшим, которого все звали Джо, чтобы не путать с отцом. Джош был мал ростом и жилист, с типичным лицом конюха – вытянутым, плоским и обветренным; Джо, мальчик лет девяти, выглядел миниатюрной копией своего папы, а что случилось с миссис Холлидей – никто, похоже, не знал. Энтони распорядился поселить их на ферме через дорогу от поместья, чтобы Джо мог ходить в школу вместе с детьми фермеров. По просьбе Энтони Майкл и Полина показали Джошу конюшни и сарай с упряжью. Тот не делал никаких комментариев, только грыз соломинку, но маленькие серые глазки так и шныряли туда-сюда, подмечая каждую мелочь. Наконец все подошли к Пегасу, и Энтони, который как раз присоединился к ним, попросил Полину вывести коня во двор.
Гном-конюх просиял.
– Вот это конь! – воскликнул он с энтузиазмом.
Он подошел к Пегасу, причем у огромного бока черного гиганта превратился чуть ли не в карлика, и взял поводья из рук Полины, которая неохотно отдала их. Джош пробежал напоминавшей клешню рукой по шее лошади, по спине, потом очень тщательно осмотрел всего коня, от головы до хвоста, пощупал бабки, приподнял по очереди каждую ногу и все это время не переставал что-то бормотать мурлыкающим голосом. Пегас вздрагивал и косил глазом, но не сопротивлялся осмотру. Казалось, между ними сразу возникло взаимопонимание. Наконец Джош выпрямился и посмотрел на Энтони.
– Это не конь, а прямо чудо, мистер. Вы посмотрите на задние ноги – бьюсь об заклад, он должен прыгать до неба. Если с ним позаниматься, я сделаю из него чемпиона по прыжкам, точно вам говорю.
– Он будет целиком предоставлен вам, – сказал ему Энтони, а Полина с комком в горле вспомнила, как сама надеялась выучить Пегаса и вырастить из него чемпиона.
Энтони с сочувствием посмотрел на нее.
– Джош знает, как взяться за это дело, – заметил он ей. – Он сумеет сделать Пегаса чемпионом по прыжкам. Было бы жаль погубить таланты лошади, тебе не кажется?
Девушка кивнула и отвернулась, закусив нижнюю губу, которая предательски дрожала. Ее самой любимой мечтой было самой привезти Пегаса в Уэмбли, но Джош – тренер с опытом, а у нее нет совсем никакого. Джош сам отвел Пегаса обратно в стойло, и Полина почувствовала себя так, как мать, чей сын впервые отправляется в школу-интернат.
Джош ушел вместе со своим отпрыском обустраиваться на ферме, а Энтони повел Полину в офис, который был свидетелем всех их пререканий, намереваясь объяснить новое положение дел. Джош вместе с Майклом отныне будут делать всю работу в конюшне, а она должна сосредоточиться исключительно на организационных моментах и уроках.
– Но тогда мне не за что будет платить, – возразила Полина.
– Нет, будет, в мое отсутствие ты будешь замещать меня, но на следующую неделю я даю тебе отпуск. Джош возьмет на себя учеников, а тем временем я хочу, чтобы вы с тетушкой показали мне ваши края.
– Мне не нужен отпуск... – начала было она, но Энтони прервал ее:
– Жаль, потому что таково мое распоряжение. – Он с упреком посмотрел на строптивицу. – Тебе обязательно нужно заставлять меня применять грубую силу?
– У вас это очень естественно получается, – сообщила она ему.
Мистер Марш засмеялся, но в этом смехе была слышна злость.
– Отец тебя когда-нибудь шлепал? – спросил он.
Полина удивленно посмотрела на него:
– Нет, я такого не припомню. А что?
– А то, что, если тебя отшлепать как следует, думаю, это пошло бы на пользу, – мрачно ответил он. – Ну ладно, у меня все на сегодня. Приготовься сопровождать меня вместе с тетушкой в понедельник утром.
Он открыл ей дверь с преувеличенной вежливостью, и Полина с пылающими щеками чинно вышла, само достоинство, думая, и уже не в первый раз, о том, что, если бы только она могла подвергнуть этого деспота наказанию, с каким наслаждением она вцепилась бы в его гладкое, холеное, красивое лицо.
Следующий день, хоть и воскресный, выдался очень хлопотным, потому что Джошу надо было все рассказать и показать, а Энтони с помощью тети Марион расставлял в своей гостиной новую мебель, которую доставили из Лондона. Юный Джо болтался под ногами у отца и был страшно счастлив, когда отец посадил его на одного из маленьких пони.
– У мальчишки уж очень хорошая посадка на лошади, – гордо сообщил Джош. – Можно подумать, что он родился в седле.
Ребенок был застенчив и молчалив и охотно разговаривал только с Линетт, с которой готов был болтать без умолку, но Полина никогда не знала, о чем они шепчутся. Линетт стала уклончивой; впервые в жизни у нее появился друг, и она ни с кем не хотела его делить. Проснувшись на следующий день, в понедельник, Полина сразу вспомнила со смесью удовольствия и возмущения – она все еще чувствовала, что ее перевели на разряд ниже, – что ей не нужно вставать рано и в своих старых-престарых брючках бежать в конюшни. Вместо этого она может не спеша нарядиться в новый костюм – в кружевную блузку и короткую юбку, открывающую длинные стройные ноги, обычно не видные под будничной одеждой, и так же не торопясь спуститься к завтраку. Стояла солнечная, ясная погода, какая часто бывает в начале осени, и Энтони решил не упускать такого случая. Он просил и Линетт присоединиться к их экспедиции, но та отказалась под предлогом, что ей якобы надо помогать Майку. Тетя Марион украдкой шепнула Энтони, что с тех пор, как отец попал в ту страшную аварию, Линетт очень боится машин и не нужно настаивать на приглашении.
Полина подумала, что у нее тоже, наверное, должна была бы развиться фобия, но когда она села на заднее сиденье «ягуара», настроение стало еще лучше. Уже несколько месяцев она никуда не выбиралась из дому, если не считать редких походов за покупками, и перспектива объехать и увидеть множество любимых ею местечек в округе очень воодушевила девушку.
Их дорога лежала через деревеньку Мэлфорд, которая стояла поодаль. Купол красивой церкви парил в синем небе над разбросанной по склону деревушкой, утопающей в зелени. «Ягуар» медленно ехал по длинной улице, обсаженной с обеих сторон деревьями, за которыми прятались домики самого разного возраста и вида – обшитые деревом, как старинная «Бычья гостиница», полные привидений, причудливо сочетающие в себе старинную обстановку и самые дорогие современные новшества. Кирпичные трубы времен Тюдоров возвышались над красным зданием мэрии Мэлфорда, а лавчонки с арочными окнами соседствовали с особняками времен короля Георга. Саффолк – это графство с самыми живописными деревушками, маленькими торговыми городами, сонными реками, широко разливающимися в дельте, графство лесов и вересковых пустошей, широкого неба и пустынных болот, которое таит самые разнообразные пейзажи, радующие искушенный взгляд. Проезжая через Садбери, центр производства шелка, который когда-то был основан здесь для того, чтобы занять ткачей, оставшихся без работы во время кризиса текстильной промышленности, с его высокой церковью, стоящей на рыночной площади, они миновали ту его часть, что принадлежала Саффолку, – этот городок, располагаясь в низине, которая называлась Констебль, разделял два графства. В местечке под названием Флэтфорд-Милль они оставили машину на стоянке и пешком пошли через весь городок, чтобы полюбоваться на дом Вилли Лота с белеными стенами и красной крышей, похожий на многие другие домики в Саффолке, где строители попытались восстановить полностью вид «Соломенной Телеги». Однако местные ландшафт и растительность слишком сильно изменились со времен художника, если вообще его картины можно считать правдивым отображением пейзажей тех времен. На обратном пути компания перешла по старому деревянному мостику через речку, мутно-зеленую, как гороховый суп, и прошла под ивами, ронявшими бледно-золотые листья в воду. Тетя Марион запаслась в дорогу угощением, и они устроили пикник, сидя на низкой стене и глядя на старую мельницу за небольшим прудом. Целая флотилия уток подплыла к ним, требуя своей законной доли обеда. Теплое октябрьское солнце заливало все вокруг мягким светом, и, так как летний туристический сезон был давно позади, никто не нарушал их покой.
Полина украдкой посматривала на Энтони, который бросал хлеб уткам и смеялся над проделками двух селезней, нырявших за добычей у другого берега озера. В пуловере с открытым воротом он казался моложе, и в нем появилось что-то мальчишеское. Сейчас в нем трудно было узнать строгого повелителя, так хорошо знакомого Полине. Словно почувствовав ее взгляд, он обернулся; девушка, сидевшая на низкой стене, представляла собой пленительное зрелище, ее зеленый жакет и коричнево-рыжие волосы сочетались с цветом растительности и воды за ее спиной. От его пристального взгляда она опустила голову и неловко заерзала.
– В чем дело? У меня что, чулки поехали или пятно на щеке? – спросила она с вызовом.
– Вовсе нет. Просто подумал, как ты прекрасно смотришься. Если бы я был Джоном Констеблом, я бы немедленно достал свою палитру и нарисовал тебя.
Полина встала, отряхивая хлебные крошки с юбки.
– Изучаете сельских мышек? – спросила она.
– Не угадала. Мыши, по Роберту Бернсу, «тварь боязливая». – Он оглядел ее длинные стройные ноги. – Скорее дриаду.
– А что это – дриада?
Тетя Марион, собиравшая остатки их трапезы, что никто, кроме нее, не догадался сделать, укоризненно взглянула на племянницу и сказала:
– Лесная нимфа.
– А... – Полина решила, что это сравнение можно считать комплиментом, но он был слишком цветистым, чтобы понравиться ей. Джордж, бывало, безо всяких там прикрас просто говорил, что она выглядит отлично.
Следующим пунктом их путешествия был Мистли, который лежал в дельте реки и представлял собой еще одну разновидность местного пейзажа. Они проехали по узкой улочке маленького городка и остановились под деревьями, от реки их отделяла только полоса высокой травы. Всю гладь воды заполнили лебеди. Некоторые расшагивали по грязи и илу, оставленным отливом, и на земле казались неуклюжими и смешными, но, добравшись до воды, грациозно плыли, напоминая облака белой пены. Дальше по реке виднелся Паркестон-Квей, а прямо перед ними, на другой стороне разлившейся реки, красовались низкие покатые склоны, заросшие деревьями и кустарником в роскошном осеннем убранстве, уходившие в голубую туманную даль, а надо всем этим гигантским куполом опрокинулось небо. Крошечные облачка белели в его бесконечной синеве.
На следующий день они решили ехать на побережье и, осмотрев в Олденбурге необычную ратушу, победившую время и прилив, которая, несмотря на неоднократно затапливавшие ее наводнения, выжила и теперь превратилась в музей, прошли по морскому берегу к лодочной станции. Именно в этом месте река Альдэ, почти достигнув моря, поворачивает к югу, оставляя длинную полосу галечного пляжа. В этих местах в былые времена во всю орудовали контрабандисты, но теперь здесь располагались метеорологическая станция и управление природными ресурсами. Река, наиболее полноводная в этой точке, несла на себе целую флотилию маленьких лодочек и яхт с синими и белыми парусами, похожими на стайку бабочек, порхающих над водой, хотя многие лодки уже были убраны и ожидали возвращения хозяев до следующего лета. Довольно прохладный бриз дул с моря, и Полина в своем тонком костюме поежилась, зато ветер вызвал на щеках девушки яркий румянец, оттенивший ее рыжеватые волосы, от чего она еще больше похорошела. Когда они вернулись на единственную улочку маленького городка, Энтони угостил их великолепным обедом в псевдоелизаветинском ресторане. Мистер Марш держался гостеприимным хозяином, был очарователен и очень мил, словно они были важными гостями, а не его же собственными служащими. Ей хотелось понять, зачем ему все это – ведь наверняка он мог бы найти себе более подходящую компанию среди своих друзей, с которыми проводил здесь свой отпуск. Полине не верилось, что рассказы тети Марион, для племянницы невероятно скучные, о местах, которые они проезжали или где бывали, могут искренне интересовать его, но Энтони слушал тетушку очень внимательно, хотя с той же легкостью мог найти все эти сведения в путеводителе. Часто девушка ловила на себе вопросительный взгляд мистера Марша, словно он никак не мог понять, что на самом деле скрывается под маской ее довольно колкого ехидства, но она не была настолько тщеславной, чтобы решить, будто нравится ему. Она была рада, что по возрасту и достоинству тете принадлежало переднее сиденье машины, потому что сзади чувствовала себя менее стесненной близостью Энтони, которая по-прежнему тревожила ее. Но все усилия держать дистанцию оказались тщетными. Полина не хотела дружить с «узурпатором», который забрал себе ее поместье, но она не могла полностью игнорировать его дружелюбную манеру и магию этих дней золотой осени, проведенных в его обществе. Когда поездка закончится, он, как полагала девушка, снова превратится в строгого начальника, которого она сможет по-прежнему не любить, а пока придется подчиниться его странной прихоти и принимать эту новую сторону его натуры с тактом и хорошей миной. То, что «узурпатор» устроил эту поездку специально для нее, считая, что ей нужен хороший отдых после всего, что выпало за последнее время на ее долю, даже не приходило Полине в голову, потому что доброта никак не ассоциировалась у нее со словами «мистер Энтони Марш».
Энтони, казалось, совсем не привлекали замки, и он оправдывал это тем, что в Уэлсе они намного красивее, так что ни алтарный занавес во Фрэмлингхеме, ни нормандская башня в Орфоде не поразили его, но церкви были другое дело. Церкви в Саффолке были ничуть не хуже, чем по всей стране.
Они доехали до самого Саутвальда, где находилась одна из самых красивых церквей. Алтарный иконостас все еще хранил следы первоначальной краски и позолоты, усеянный звездами купол главного собора был выкрашен в цвет неба, и по краям его сидели позолоченные ангелы. Они остановились посмотреть и на Блитбург, где маленькая шустрая речушка Блит широко разливалась, образуя широководную дельту, куда часто слетались разные птицы, в том числе и цапли, – это место когда-то, давным-давно, было процветающим морским портом. Здесь располагались еще одна высокая готическая церковь и старинная гостиница неподалеку от нее, единственные уцелевшие свидетели далеких веков. Оттуда «ягуар» поехал по данвичским вересковым полям, где среди помертвевшего вереска и коричнево-золотых папоротников все еще цвела бузина. Дорога к морю шла через лес, в Данвич, жалкие остатки некогда главного морского порта Восточной Англии. Вся компания вышла из машины и стояла на постепенно разрушаемых ветром скалах, глядя на серую воду вдали, которая поглотила целый город; в нем, по легенде, во время бури звонили колокола затопленных церквей.
– Правда, это только сказка, – сказала тетя Марион. – Там были ныряльщики и ничего не нашли, один песок.
– Иногда прилив выносит римские монеты на пляж, – заметила Полина, – и всякое... другое. – Она похолодела.
– Что другое? – заинтересовался Энтони.
– Мы сейчас стоим на том месте, где когда-то было церковное кладбище, – пояснила тетя Марион. – Церковь пядь за пядью уходила под воду и совсем скрылась относительно недавно. Теперь остались только могилы. Каждый год часть их размывается, и иногда находят на пляже кости покойников.
– Идемте отсюда. – Полина вздрогнула. Солнце зашло за тучку, подул холодный ветер; за ними была каменная стена, огораживавшая большой двор, в центре его виднелись руины разрушенного здания. Это были остатки Грей-Фрайарс-Прайори, дома настоятеля мужского монастыря, в котором теперь держали свиней! – Места здесь слишком пустынные – сказала она, – и все здесь уже умерло. Наверное, по ночам тут бродят привидения.
– Ох, опять у тебя разыгралось воображение? – спросил Энтони. Он с любопытством смотрел на нее. Эта девушка была само противоречие, в одну минуту она могла быть мегерой, в другую – мечтательницей.
– Может быть, – Полина слабо улыбнулась, – но море не единственная угроза. Если это место взорвется, хаос будет такой, какой морю и не приснится. – Она указала на юг, где в дымке густеющего тумана маячила серая громада зданий.
– А что там такое?
– Сайзуэллская атомная электростанция, – проворно вставила тетя Марион. – Лина, ты говоришь ужасные вещи.
– Это она просто замерзла, – откликнулся Энтони. – Ну-ка, Полина, бежим наперегонки с этого холма!
Он легко обогнал девушку и ждал внизу, пока она добежит до конца пологого, покрытого травой склона.
– Я не могу остановиться!
Полина влетела прямо в его раскрытые объятия, и на секунду Энтони крепко прижал ее к себе; ей показалось, что губами он дотронулся до ее волос.
– Теперь надо найти горячую чашку чаю, – скомандовал он, поворачиваясь к машине, но голос его звучал несколько странно, или ей это только почудилось? Полина сама испытывала беспомощное смущение, в это состояние ее вводило любое столкновение с Энтони, а уж такое буквальное – и подавно, и теперь она рада была укрыться на заднем сиденье машины, пока они поджидали тетушку Марион, степенно и неторопливо спускавшуюся с холма.
В эту же ночь Полина решила, что не хочет больше путешествовать в обществе мистера Марша. Если, как предполагал Джордж, ему действительно хочется поиграть в нимф и пастушков, она не намерена подыгрывать ему. В будущем он будет ездить в подобные экспедиции без нее, с одной тетушкой, которая гораздо больше своей племянницы знала о местных достопримечательностях, но едва Полина заикнулась, что ей пора бы вернуться к своим обязанностям в школе, она наткнулась на резкий отказ.
– Ты что, никогда не сдаешься? – спросил Энтони. – Я сказал, что даю тебе неделю отпуска, и настаиваю на этом. Ты и сейчас уже выглядишь намного лучше, так что больше не надо лезть ко мне с глупыми просьбами о том, что ты хочешь домой.
И тут он был прав. Измученное выражение лица, которое всегда появлялось у Полины, когда она слишком уставала, исчезло, вместо него на щеках играл ровный, нежный румянец, глаза стали ярче. А в том, что ее чудесное преображение имело еще одну причину помимо отдыха и свежего воздуха, Полина ни за что не призналась бы даже самой себе, хотя она вдруг отчетливо поняла, что на самом деле очень, очень рада его отказу отпустить ее домой.
В последний день они отправились в Кристчерч-парк, в Елизаветинский особняк, превращенный в музей, и нашли в нем портрет Маргарет Кечпоул, чья история всегда очень занимала Полину, и она рассказала Энтони, как Маргарет рисковала жизнью, как ее посадили в тюрьму за то, что она любила контрабандиста по имени Уилл Лауд, и как в последней попытке к бегству, когда они уже почти добрались до лодки, поджидавшей их в укромном месте, чтобы увезти в безопасное место, Уилла застрелил один из стражников и тот умер на берегу прямо у ее ног. Саму Маргарет арестовали и снова судили, но в последний момент смертный приговор заменили на высылку в Австралию. В легендах говорилось о ее счастливом замужестве в далекой стране, но на самом деле она осталась незамужней, верная памяти своего преступного любовника. С портрета на них смотрела темноволосая красивая женщина с прекрасными глазами.
– Жаль, что она потратила свою жизнь на контрабандиста, – заметил Энтони, – но женщины часто питают страсть к отпетым подлецам и негодяям.
– Ну, Уилл, по крайней мере, был мужчиной, не то что хиппи и другие бездельники, которые сейчас расплодились.
– В те времена тоже были свои оболтусы. – Энтони странно взглянул на нее. – Тебе больше нравятся мужчины деятельные, верно? Наверно, Джош Холлидей тебе куда больше по душе, чем, скажем, я?
Полина чуть не засмеялась, мысленно сравнив тщедушную фигурку Джоша с высоким, статным, хорошо одетым мужчиной, стоявшим сейчас перед ней.
– Давайте не будем переходить на личности, – уклончиво ответила девушка.
– Что ж, тогда скажем так: верно ли, что Уилл Лауд привлекает тебя больше, чем Джон Констебль?
– О, я совершенно ничего не знаю о людях искусства. – Она пожала плечами. – Мне они все кажутся какими-то не очень мужественными.
– Вот как?
– Мне кажется, я не смогла бы увлечься тем, кто не умеет ездить верхом, – с намеренной колкостью отрезала Полина.
– Так я и думал, – коротко бросил Энтони. Они молча вышли из особняка. Солнце ярко освещало ровные лужайки и пышные деревья.
– Не пойти ли нам посмотреть древесный питомник? – предложила тетя Марион.
– Думаю, нам пора возвращаться домой, – отрывисто ответил Энтони.
Полина знала, что уязвила его. Она сделала это специально. Судя по всему, в нем самом была сильна творческая жилка, ведь Энтони обронил что-то о том, какой фильм можно сделать о Тавернхэме, но разве ее отношение и мнение могло так сильно расстроить его?
В воскресенье утром мистер Марш снова отвез их в Тавернхэм и после службы задержался, чтобы рассмотреть статуи, памятники и превосходную резьбу Капеллы. Казалось, это место целиком захватило Энтони, но он ничего не говорил. Когда они шли обратно к машине, Полина думала только о том, как бы не споткнуться.
– Все хорошее когда-нибудь кончается, – сказал Энтони с сожалением, открывая перед ней дверцу. – Отпуск пошел тебе на пользу, дорогая.
Полина вспыхнула от этого фамильярного обращения, и ее тетушка быстро вставила:
– Да, это верно, но теперь нам всем пора снова приниматься за работу. – Ее острые глаза внимательно наблюдали за молодыми людьми, и она не была в восторге от того, что ей пришлось наблюдать в течение этой недели. Она считала, что Энтони давно пора уезжать обратно в город.
Он вздохнул.
– Боюсь, теперь я не скоро смогу выбраться сюда. «Ну и прекрасно», – подумала тетя Марион, а у Полины при этом известии упало сердце.
Когда машина подъехала к поместью, они увидели незнакомый автомобиль, припаркованный во дворе. Энтони бросил на него взгляд и резко затормозил, чуть не врезавшись в стену. Взглянув на него, Полина поняла, что собирается гроза. Энтони явно узнал машину, и этот гость был незван и нежеланен.
Мистер Марш быстрыми шагами прошел через двор, и, изнемогая от любопытства, девушка пошла за ним в дом. Все окна были распахнуты навстречу октябрьскому солнцу. Поднявшись по ступенькам на веранду, она услышала голоса в комнате Энтони. Там же был и Майкл, и она разобрала, как брат говорит извиняющимся тоном:
– Я решил, что лучше будет привезти ее сюда, я же не мог оставить ее на улице.
Раздался голос Энтони, странно чужой и резкий.
– Какого черта ты приехала, Виола?
В ответ донесся женский голос, низкий и хриплый:
– Посмотреть, где ты скрываешься, Тони, милый.
Виола? Ей вспомнились слова Джорджа: «Не знаю, кто у него сейчас, может быть, все еще Виола...»
Да, это явно была «все еще Виола», и она называла Энтони «милый». Полина поспешно ушла с веранды. Она слышала достаточно; ей стало немного не по себе.






Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Великодушный деспот - Эштон Элизабет

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8

Ваши комментарии
к роману Великодушный деспот - Эштон Элизабет



неплохо но немного нудновато события развиваются слишком долго
Великодушный деспот - Эштон Элизабетнаталия
5.08.2011, 13.14





ну очень нудно((((
Великодушный деспот - Эштон ЭлизабетОльга
7.08.2011, 2.37





не смогла заставить себя читать дальше первой главы....((((((
Великодушный деспот - Эштон Элизабеттатка
10.08.2011, 8.04





после 1 главы,можно прочесть последнюю и тогда будет всё окей...
Великодушный деспот - Эштон ЭлизабетБАСЯ
12.08.2011, 8.50





нормально 8
Великодушный деспот - Эштон Элизабетоля
12.08.2011, 19.02





в лучших викторианских традициях, одним словом, благопристойно, но скучно. Никакой динамики
Великодушный деспот - Эштон ЭлизабетЕлена
15.08.2011, 19.37





согласна со всем вышесказанным!полнейшая нудятина
Великодушный деспот - Эштон Элизабетполночь
18.08.2011, 0.34





Если вы долго ничего не читали, и под рукой оказалась только эта книга..., то прочесть можно! Но если вы читали что-то поинтереснее - не сильно увлечет. Согласна: с-к-у-ч-н-о-в-а-т-о!
Великодушный деспот - Эштон ЭлизабетН@т@лья
18.04.2012, 13.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100