Читать онлайн Возвращение леди Линфорд, автора - Эшли Энн, Раздел - Глава четырнадцатая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Возвращение леди Линфорд - Эшли Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.96 (Голосов: 25)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Возвращение леди Линфорд - Эшли Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Возвращение леди Линфорд - Эшли Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Эшли Энн

Возвращение леди Линфорд

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава четырнадцатая

— О Генри, как же она прелестна! Очень, похожа на меня в этом возрасте. — Крохотный кружевной лоскуток трогательно взлетел к уголкам зелёных глаз. — Ах, я уже жалею, что просила тебя привести её ко мне. Нехорошо напоминать женщине, как она выглядела в юности.
Баронет проковылял к кушетке и нежно взял в свои лапы тонкую белую руку.
— Душенька, ты всё ещё красавица. Я не перестаю тебе об этом говорить. — Он оглянулся на Рейчел и заговорщически подмигнул. — И, моя дорогая, нет никакого сомнения в том, что в её возрасте ты была гораздо красивее.
Женщина залилась довольным смехом.
— О Генри, как же ты мил! — Высвободив руку, она протянула её к Рейчел: — Иди сюда, моё дитя. Ну же, поцелуй мамочку.
Рейчел не шевельнулась за всё время беседы между баронетом и его женой. Её взгляд словно приклеился к прекрасно очерченному лицу женщины, отметил зелёные глаза и тёмно-рыжие кудри, выглядывавшие из-под легкомысленного чепчика… Мамочка? Слово вибрировало в её ушах, как колокольный звон.
Что это, жестокий розыгрыш? Кто эта женщина? Ну конечно, не её мать — та давно умерла… и всё же Рейчел явно видела сходство между ними.
— Простите, мадам, но я не совсем вас понимаю, — наконец выговорила она. Сдавленный голос прозвучал странно даже для её собственных ушей. — Мы некоторым образом родственники?
Леди Фотерингейл заморгала:
— Ну конечно, глупое дитя! Я твоя мать. Почему ты сомневаешься?
— Потому, что моя мама умерла, мадам, — на этот раз без колебаний ответила Рейчел, почувствовав прилив враждебности к незнакомой женщине, что помогло ей восстановить хладнокровие. — Если вам что-либо известно о моей семье, то вы должны были знать: моя мать умерла, когда мне было четыре года.
— Умерла? — повторила женщина и снова залилась смехом. — Несомненно, это сказал тебе твой отец. Негодяй! — Спустив на пол обутые в атласные туфельки ноги, она теперь протянула обе руки: — Иди сюда, дитя. Дай мне возможность хоть попытаться объяснить.
Все ещё скептически настроенная, но тем не менее, заинтригованная, Рейчел медленно прошла вперёд. Не обращая внимания на протянутые руки, она присела на край кушетки и подозрительно взглянула на баронета, который ласково улыбался ей — ни дать ни взять добрый дядюшка.
— Неудивительно, что ты сбита с толку, дитя. Но как похоже на твоего отца сказать тебе такое!
— Простите меня, мадам, но зачем он это сделал?
Худенькое плечико грациозно дёрнулось.
— Никогда не могла понять ход мыслей Родерика, дорогая. Но подозреваю, что это была какая-то извращённая форма мести. Что за жалкий скряга, он был! Как жестоко я обманулась когда-то!
В том, что сказала жена баронета, было немало правды. Во всяком случае, дама прекрасно знала характер Родерика Уэстона, и у Рейчел появилось неприятное чувство, что в конце концов, всё это может оказаться и не розыгрышем.
Вздохнув, леди Фотерингейл снова улеглась на кушетку.
— Кажется, всё было так давно, но я постараюсь объяснить. — Она помолчала немного, рассеянно теребя пену кружев бледно-зелёного неглиже, затем продолжила: — Когда я вышла замуж за твоего отца, мне только что исполнилось семнадцать лет. Сэр Персиваль, твой дед, был душкой, но деньги у него не задерживались. Ни у моей сестры, ни у меня не было приданого, о котором стоило бы упомянуть, так что мы едва ли могли проявлять разборчивость. Хотя должна сказать, что твоей тёте Августе повезло гораздо больше, чем мне.
— Тёте? — Рейчел и не пыталась скрыть своё удивление. — Я не знала, что у меня есть тётя.
— Как ни прискорбно, больше нет. Моя сестра умерла три года назад. Она очень любила тебя, Рейчел, хотя полагаю, ты была слишком маленькой, чтобы запомнить её. После моего отъезда она не раз посылала письма твоему отцу, умоляя его отпустить тебя к ней. Он всегда отказывал. В конце концов, сестра сдалась, понимая, что он никогда не позволит ей общаться с тобой. Он был совершенно бессердечный человек!
Итак, на следующий же день после нашей свадьбы он привёз меня в Гэмпшир, где я и оставалась, как в тюрьме, долгих пять лет. Дом был достаточно хорош, но мебель такая старомодная и отвратительная, а он отказывался купить даже пару занавесок. Жалкий скряга!
Ты родилась примерно через год, и всё стало ещё хуже. Единственное приличное общество можно было найти в Линфорд-холле, но этот негодяй поссорился, с отцом твоего мужа из-за дрянного клочка земли, и нас больше никогда не приглашали в Линфорд-холл. — Она воздела руки к небесам. — Какая скука, дорогая! Ты не поверишь.
— О, я верю, мадам, — возразила Рейчел, скривив губы в усмешке. — Меня заставляли выносить это гораздо дольше пяти лет.
В первый раз леди Фотерингейл проявила признаки смущения.
— Да, не сомневаюсь. Ты винишь меня за то, что я тебя бросила, но в то время у меня не было такого намерения, — призналась она почти безразлично, как показалось Рейчел. — Вскоре после твоего четвёртого дня рождения сестра пригласила меня погостить у неё в Лондоне, и там я встретила дорогого сэра Генри.
Она протянула руку мужу, и он автоматически взял её в свою мясистую ладонь и начал ласкать нежную белую кожу.
— Он совсем не похож на твоего отца… такой добрый, такой понимающий, такой щедрый.
Рейчел перевела взгляд на тучного баронета, чьё цветущее лицо приобретало глуповато-обожающее выражение всякий раз, как он смотрел на жену. Да, он действительно сильно отличается от её отца… с этим невозможно не согласиться. Единственное общее у них — возраст. Если она не очень ошибается, баронету давно уже стукнуло шестьдесят. Леди Фотерингейл явно привлекают мужчины, годящиеся ей в отцы.
— Дорогая, если бы твоя мамочка вернулась в Гэмпшир, она бы там зачахла, — объяснил сэр Генри с тем же тошнотворно-влюблённым выражением лица. — Не мог же я позволить, чтобы это случилось. Так что я приказал запрячь в экипаж лучших лошадей, и умчал её в моё ирландское поместье. Рейчел переводила взгляд с одного, на другую, в её глазах засверкали насмешливые искорки. Словно она принимала участие в нелепом театральном фарсе, очень забавном, но совершенно невероятном — с сэром Генри, по ошибке получившим роль героя-любовника, но доблестно пытающимся сыграть её.
— Как эффектно, сэр Генри! — заметила Рейчел, еле сдерживая смех.
— Так и было! — подтвердила его жена. — Хотя потом нам пришлось худо. Твой отец согласился на развод только при условии, что я не буду видеться с тобой. И люди так отвратительно вели себя, особенно со мной. Нас избегали, практически изгнали из лондонского общества! Я так и не вернулась туда. — Она вздохнула. — Особенно мучительны были годы до того, как мы смогли узаконить наш союз. Мы проводили время в Ирландии и на плантации Генри в Вест-Индии. Теперь, конечно, — её лицо прояснилось, — мы в основном живём в Париже. Там так весело. Но время от времени мы возвращаемся в Ирландию, что сейчас и делаем. Мы остановились здесь на одну ночь и утром уедем.
Рейчел сидела, спокойно слушая то, что ей рассказывали, и невозмутимо глядя на незнакомку. Леди Фотерингейл, совершенно очевидно, просто избалованный ребёнок, чьё хорошее поведение можно обеспечить, если позволить делать всё, что ему вздумается. Несомненно, угодливый сэр Генри — идеальный супруг для эгоистичной увядающей красавицы.
— Я счастлива, что у вас всё сложилось благополучно, мадам, — умудрилась произнести Рейчел ровным голосом.
— Спасибо, дорогая! — восхищённо воскликнула леди Фотерингейл. — И у тебя также все хорошо. Естественно, я в конце концов, узнала о твоём браке с юным Домиником и о твоём последующем исчезновении. — Снова заливистый смех потряс воздух. — Тогда я сказала Генри, что история словно повторяется. Но потом от твоей милой подруги Арабеллы Мейтленд мы узнали, что ты воссоединилась с мужем.
Рейчел прищурилась:
— Я не знала, мадам, что вы хорошо знакомы с Мейтлендами.
— О нет, дорогая. И не желаю с ними знакомиться. Как мы слышали, мамаша — сущий дракон. Бедняжка Арабелла! Я встретилась с девочкой несколько недель назад, когда тётя привезла её в Париж. Она сказала, что приехала из Гэмпшира, и мы разговорились, ты знаешь, как это бывает. Когда она узнала, что я твоя мать, то просто настояла на этом визите.
— Какая заботливость, — сказала Рейчел без всякого выражения.
— Конечно! Но это мучительное плавание через Ла-Манш, а потом поездка в экипаже — такие сквозняки, никогда не испытывала ничего подобного… потом оказалось, что мы приехали в день скучнейшего сельского бала. Хозяин и хозяйка нас даже не встретили. Милой Арабелле пришлось самой устраивать нас… Ну, это уж слишком! И теперь у меня ужасно болит голова.
— Мне очень жаль это слышать, — донеслось от дверей. — Может, и к лучшему, мадам, что я пришёл освободить вас от общества моей жены.
Рейчел увидела приближавшегося виконта, тут же вскочила и в мгновение ока оказалась рядом с ним. Инстинктивно она вложила ладонь в его руку, ища поддержки и утешения, и его пальцы, тёплые и нежные, сомкнулись вокруг её пальцев.
— О Генри, только посмотри на них! Какая красивая пара! — Улыбка леди Фотерингейл тут же исчезла, и она жеманно надулась. — Хотя с вами, Линфорд, я вообще не желаю разговаривать. Безнравственно позволять бедной девочке думать, что её мама умерла.
Виконт смотрел прямо в глаза жены баронета, и его взгляд был твёрдым, как кремень.
— Простите мне эту оплошность, мадам. Видите ли, я полагал, что если бы вы пожелали сообщить дочери о вашем существовании, то сами постарались бы связаться с ней.
За этой репликой последовало неловкое молчание. Наконец леди Фотерингейл пришла в себя и, пожав плечами, довольно безразлично произнесла:
— Ну, знаете, как это бывает. Годы шли, и иногда я вообще забывала, что у меня есть дочь. Но теперь мы воссоединились, и я бы хотела иногда видеться с ней. Мы утром уезжаем в Ирландию. Почему бы вам не привезти её весной в Париж?
— Как пожелает Рейчел; я со своей стороны не вижу причин возражать. — Виконт элегантно поклонился. — А теперь, мадам, боюсь, должен лишить вас компании вашей очаровательной дочери. Скоро ужин, и нас ждут внизу. Сэр Генри, ваш покорный слуга. — И с этими словами он повернулся, не выпуская руку жены.
Рейчел смогла лишь выдавить слабую улыбку лорду и леди Фотерингейл и позволила Линфорду вывести её из комнаты. Она чувствовала себя совершенно растерянной. До прихода виконта она вполне владела собой и разговаривала с леди Фотерингейл абсолютно спокойно, будто просто с незнакомой женщиной, случайно встреченной на балу.
Однако неожиданное появление Линфорда всё изменило. При виде его до Рейчел вдруг дошла вся важность того, что она узнала. Её мать жива! Она понимала, что должна чувствовать безмерную радость. Но почему тогда внутри лишь странная пустота, полное отсутствие всяких чувств?
— Естественно, для вас это шок, Рейчел, — нежно сказал его светлость. — Мне бы очень хотелось, чтобы вы узнали правду как-нибудь по-другому, в более удобном месте и в более подходящее время.
— Все так странно. Я не знаю, что должна чувствовать. — Она резко остановилась на верхней площадке лестницы, звуки музыки и смех вдруг показались оглушительными. — О Господи, Линфорд, я не могу вернуться туда! Увезите меня домой, умоляю.
— Если хотите, мы, конечно, уедем. Но поймите, что, сбежав с бала, вы позволите Арабелле Мейтленд праздновать победу.
Рейчел внимательно взглянула на мужа.
— Что вы имеете в виду?
— Вы же не думаете, что она пригласила вашу достопочтенную родственницу по доброте душевной? — Он криво улыбнулся, заметив, как застыла Рейчел. — Именно так, дорогая. Если я не сильно ошибаюсь, мисс Мейтленд надеется увидеть, как вы ускользнёте отсюда крадучись, поджав хвост, словно, отшлёпанный нашкодивший щенок.
Рейчел помолчала, переваривая услышанное, затем живо вспомнила некий разговор с Люси пару месяцев назад, когда она сказала подруге, что юная жена Родерика Уэстона сбежала с другим мужчиной и вскоре после этого погибла в аварии.
Было бы вполне естественно, если бы Люси пересказала ту беседу матери и сестре, но Рейчел готова была поклясться, что если миссис Мейтленд и знала истинное положение дел, то не обмолвилась об этом дочерям.
Нет, Арабелла Мейтленд обнаружила правду в Париже, тут нет сомнений. И человеку, невзлюбившему Рейчел, трудно представить лучшую месть, чем публично унизить, предав гласности скандальное прошлое её матери. Хуже того — выставить Рейчел лгуньей.
Железная решимость возродила её мужество, и Рейчел попросила виконта проводить её вниз, в салон. Он охотно подчинился, но не успела Рейчел войти в зал, как все взоры обратились на неё, и её мужество начало таять.
— О Боже, Линфорд! — прошептала она, машинально хватаясь за его руку. — Все на меня таращатся.
— Ну и что? Вы должны были давно привыкнуть к этому, дорогая. Редкий мужчина не устремит восхищённый взгляд на красивую женщину, входящую в комнату. И дамы, конечно, тоже. Они, вероятно, прикидывают стоимость вашего платья и размышляют, выглядели бы они в нём хоть вполовину так прекрасно, как вы. Конечно, нет, но пусть помечтают.
Рейчел засмеялась в ответ на его ядовитое замечание, но снова посерьёзнела.
— Вы прекрасно знаете, почему они смотрят. Если я хоть что-то понимаю в Арабелле Мейтленд, она уже все разболтала.
— А если яхоть что-то знаю об этой бессердечной девчонке, ничего она не разболтала, — возразил он. — Я никогда не делал секрета из своего прохладного отношения к нашей достопочтенной хозяйке, но она очень высоко поднялась сегодня в моём мнении. Миссис Мейтленд совершенно недвусмысленно дала понять старшей дочери, что признание вашей матери, — ваше личное дело и она будет чрезвычайно недовольна, если ваше близкое родство с леди Фотерингейл станет достоянием публики благодаря одному из членов её семьи. Сомневаюсь, что даже Арабелла посмеет пойти против желания миссис Мейтленд. — Виконт ласково улыбнулся. — А теперь, мадам жена, пора потанцевать с собственным мужем. Затем я провожу вас на ужин.
На несколько блаженных минут, пока рука Линфорда ласково обнимала её за талию, и они кружились по залу, Рейчел почти забыла о своём ужасном открытии. Она не замечала взглядов, бросаемых на неё украдкой, не слышала шепотка за поднятыми веерами. Только Люси сочувственно взглянула на неё, но даже она не попыталась подойти со словами утешения.
Линфорд оказался прав. Вряд ли больше полудюжины присутствующих знали, о её родстве с женой сэра Генри Фотерингейла, но Рейчел всё равно не могла расслабиться и не пожалела, когда вскоре после ужина Линфорд предложил уехать домой.
Для Рейчел этот вечер стал незабываемым, хотя вряд ли приятным событием. Однако он вполне мог завершиться полной катастрофой, если бы не вмешательство одной персоны, и, когда Линфорд пошёл распорядиться насчёт экипажа, Рейчел, не колеблясь, отправилась на поиски хозяйки бала.
— Миссис Мейтленд, не думаю, что когда-либо посещала такой грандиозный раут вдали от столицы. Вы затмили всех нас роскошью вашего зимнего бала.
Миссис Мейтленд позволила себе тонкую довольную улыбку.
— Полагаю, все получили удовольствие. — Рейчел показалось, что она различила искру сочувствия в холодных тёмных глазах. — Я должна извиниться перед вами, леди Линфорд. Я знаю, в беседе с Люси вы упомянули, что ваша мать умерла. Тогда я просто подумала, что вы решили не признавать её, что, конечно, всецело ваше личное дело, и я не стала просвещать моих дочерей. Однако сегодня Линфорд сообщил мне, что вы искренне считали вашу мать умершей. И я хочу сказать, что восхищаюсь вами. Вы нашли в себе силы остаться после того, как узнали правду. — Миссис Мейтленд помолчала, затем неожиданно сказала: — Ребёнок не может отвечать за поступки родителей. — Она перевела взгляд на старшую дочь, как обычно окружённую поклонниками. — И довольно несправедливо, что родители должны отвечать за неразумное, если не сказать злобное, поведение отпрыска. Но это так. И я могу только извиниться за мою дочь, за то горе, которое она вам причинила.
Рейчел была глубоко тронута выражением сочувствия, удивительным для обычно властной и высокомерной женщины. Она явно винила себя за поведение дочери, и Рейчел хотела бы предложить в ответ какие-нибудь слова утешения, но сомневалась, будет ли это хорошо принято.
К счастью, появление виконта избавило её от необходимости подвергнуть свои сомнения проверке. Его светлость с удивительной проницательностью мгновенно оценил ситуацию и несколькими очень ловкими фразами поблагодарил хозяйку за прекрасный вечер, а затем увлёк Рейчел к ожидавшему их экипажу.
Экипаж вывернул с аллеи и направился к дому. Рейчел улыбнулась.
— Прекрасно сделано, сэр. Я чуть не совершила огромную ошибку, выразив миссис Мейтленд сочувствие по поводу неприятного характера её старшей дочери. Она всецело винит себя, но зря. Я совершенно уверена, что она понятия не имела, кто прибыл в её дом.
— Да, она не знала, — подтвердил виконт. — И была так же ошеломлена, как и я, когда вы покинули зал под руку с сэром Генри. Не успел я подойти к девицам Мейтленд, чтобы выяснить, находится ли жена баронета под той же самой крышей, как подошла миссис Мейтленд и задала тот же вопрос. Может, миссис Мейтленд властная и прямолинейная особа, но с головой у неё всё в порядке. Она сделала правильно.
Виконт блаженно улыбнулся.
— Никогда не забуду заключительную часть обличительной речи, которую она обрушила на старшую дочь: «Арабелла, в твоём характере есть сторона, которая безмерно огорчает меня. По причинам, известным только тебе самой, ты оскорбила гостя в моём доме, что простить будет нелегко. Не в пример тебе леди Линфорд была лишена многих привилегий, дарованных благородным дамам, и всё же я ни разу не видела, чтобы она вела себя с меньшим достоинством, чем положено. Ты поступила бы очень разумно, если бы отбросила воображаемые обиды и последовала примеру своей сестры, взяв за образец виконтессу Линфорд».
Рейчел чувствовала, что не заслуживает такой похвалы, но тем не менее, была приятно польщена. Однако тут же спохватилась.
— Доминик, почему вы не сказали мне, что моя мать жива? — спросила она, не сумев сдержать упрёка в голосе.
— Сначала я думал, что вы знаете, а когда понял, что вас дезинформировали, ждал подходящего случая.
Понимающая улыбка промелькнула у неё на губах. Да, он с ужасом думал о необходимости лишить её иллюзий. И, кроме того, вряд ли она ему тогда поверила бы.
В самом раннем возрасте она создала мифическое существо, наградив его именем «мама» и всеми возможными добродетелями. В её фантазиях, отец всегда выступал негодяем, мать — святой героиней, единственным прегрешением которой была любовь к другому мужчине.
Какой же идиоткой, она была все эти годы! Но сегодня её глаза открылись. Её мать, легкомысленное, эгоистичное существо, вряд ли можно оправдать. Видимо, у отца были причины так вести себя, и когда-нибудь Рейчел сможет простить его.
Она тихо вздохнула.
— Я знаю, что должна бы радоваться встрече с матерью, Доминик, но не испытываю никакой радости. Я чувствую лишь стыд. Вот уж наградил меня Господь родителями!
— Но вы-то совсем не такая, Рейчел, — возразил он. — Вы не похожи ни на кого из них. И не будьте слишком строги к своей матери. Она совершила серьёзную ошибку, выйдя замуж за вашего отца. Вода и масло не смешиваются. Вы же не хотели бы, чтобы она расплачивалась за ту ошибку до конца своих дней?
Рейчел не ответила, не смогла ответить. Её раздирали противоречивые чувства, мысли бешено кружились. Она упорно смотрела в темноту за окном и до самого дома не произнесла больше ни слова. У подножия лестницы она пожелала мужу спокойной ночи и медленно поднялась в свою комнату.
Аккуратно повесив в гардероб новое платье, и надев ночную сорочку, она села за туалетный столик и стала вынимать из волос шпильки, затем взяла серебряную щётку и провела ею по огненным кудрям, блестевшим в свете свечей не менее ярко, чем весёлое пламя в очаге.
Она смотрела в зеркало, но не своё отражение видела в нём, а лицо увядшей красавицы, чьи зелёные глаза светились эгоистичным безразличием — холодные, бездушные глаза.
Рейчел крепко сжала веки, и видение исчезло, но правду стереть было не так легко. Леди Эмили Фотерингейл — её мать. Но неужели она искренне верит, что может появиться после более чем восемнадцатилетнего отсутствия и завоевать любовь дочери? Ироническая улыбка появилась на губах Рейчел. Вряд ли эту даму вообще волнует, любит её дочь или нет.
Странно: осознав это, Рейчел почувствовала укол боли, но отказалась предаваться унынию и жалеть себя. Ей посчастливилось встретить в жизни чудесных людей, любящих и искренне заботившихся о ней. Разве можно было найти лучшую приёмную мать, чем леди Анна Нортон! А друзья, истинные и верные: милая леди Барнсдейл, маленькая Люси… и Доминик.
Рейчел посмотрела на закрытую дверь, соединявшую роскошные супружеские спальни. Чуть раньше она почти неосознанно отметила, что он вошёл в свою комнату. Теперь она ясно слышала его передвижения.
Как приятно, как спокойно сознавать, что он там, всего в нескольких ярдах от неё: всегда на страже, всегда готов войти, если она позовёт, если будет нуждаться в нём. И он действительно необходим ей, она не раз обращалась к нему за утешением и поддержкой, словно это самая естественная вещь!
Да… вот она, простая правда, поняла она вдруг с пугающей ясностью: она действительно обращается к нему в трудных случаях, доверяет ему, нуждается в нём. Невозможно и дальше игнорировать сладостно-горький приговор сердца. Потихоньку, почти незаметно она безумно влюбилась в человека, которого раньше порочила.
Если бы эта мысль не была столь болезненной, она бы рассмеялась над иронией судьбы. Ещё ребёнком она любила его. Но любовь, которую она испытывала теперь, не шла ни в какое сравнение с тем идолопоклонническим чувством. О, теперь она не слепа, она прекрасно видит его изъяны. Виконт Линфорд — не рыцарь в сверкающих доспехах. Он просто мужчина, со всеми мужскими достоинствами и недостатками. Но все равно самый благородный человек.
А такой человек пожелал бы, чтобы она осталась в Линфорд-холле? Ответ пришёл немедленно. Конечно, да! И совершенно ясно теперь, что это его истинный мотив, именно поэтому он привёз её в Гэмпшир. Вероятно, из-за слишком строгого представления о рыцарском благородстве — ведь только благодаря её деньгам он смог сохранить дом своих предков — он предлагает ей возможность остаться его женой.
Какой же идиоткой, надо быть, чтобы не понять это давным-давно! Все эти месяцы виконт был сама доброта и предупредительность, и она уверена, что его нежность искренна. Но нежность и долг — жалкие заменители того, чего она страстно жаждет: его любви.
Нет, на таких условиях она не может остаться. Её губы чуть скривились в иронической усмешке. Как он совершенно верно заметил, она не похожа на свою мать, она никогда не станет строить своё счастье за счёт чужого несчастья. Да и вряд ли много счастья, напомнила она себе, в браке, где любит лишь один.
Почувствовав вдруг безмерную усталость, она наклонилась, чтобы задуть свечи, и что-то блеснувшее в их свете привлекло её внимание. Подняв руку, она почти благоговейно коснулась драгоценных сверкающих камней, обвивавших её шею. И этот его добрый жест она истолковала неверно… Не прощальный дар, а действительно знак искреннего уважения. Но не знак любви…
Слезы затуманили её глаза, но она удержала их. Железная воля сейчас для неё важнее всего. Прожить следующие три недели будет мучительно трудно — труднее всего, что ей пришлось вытерпеть в детстве, она это прекрасно понимает. Но необходимо найти силы скрывать свои истинные чувства и подарить мужчине, которого она любит, то, чего он больше всего желает, — свободу жениться по собственному выбору.
После долгой и тщетной борьбы с застёжкой колье Рейчел хмуро посмотрела на шнур звонка. Элис давно уже спит. Инстинктивно её взгляд метнулся к двери между спальнями, и без колебания она встала и тихо вошла в единственные комнаты в доме, где до сих пор ни разу не бывала.
Виконт в парчовом, с ярким узором халате стоял у туалетного столика. Почувствовав, что его уединение нарушено, он обернулся, и увидел замершую у двери Рейчел. Её взгляд словно приклеился к большой кровати с балдахином.
— О, Рейчел! Что-то случилось?
— Н-нет, ничего страшного, — нервно ответила она, с трудом отрывая взгляд от самого внушительного предмета в комнате и вдруг почувствовав необыкновенную робость и уязвимость. — Просто я никак не могу расстегнуть колье. Вы не поможете?
Виконт подошёл к ней, его глаза медленно, интимно блуждали по прелестной, но скромной ночной сорочке. Затем он встал за её спиной, приподнял копну тёмно-рыжих волос и переложил на изящное плечо.
Ей пришлось призвать на помощь всю свою волю, чтобы не шевельнуться под лёгкими прикосновениями тёплых пальцев к своей шее, попытаться подавить желание сбежать в безопасность собственной спальни. Она внутренне застонала. Какое безумие привело её сюда! Что он подумает о ней?
Ей показалось, что прошло бесконечно много времени, когда он, наконец сказал:
— Ну вот, всё в порядке.
Он положил колье на ближайший столик и, опустив руки на её плечи, повернул к себе лицом.
— Вы дрожите, дорогая. — Его голос вдруг зазвучал необычно сдавленно. — Надеюсь, вы не боитесь меня?
Рейчел подняла голову, заставив себя смотреть в его глаза, сверкавшие теперь каким-то чувством, которого она не смогла понять.
— Конечно, нет. — Её ответ прозвучал неубедительно даже для неё самой. — Я… Мне лучше вернуться в свою комнату.
Однако его руки только сильнее сжали её плечи, не позволяя ей тронуться с места.
— О нет, дорогая. Я был необычайно терпелив, но, думаю, вы слишком долго держали меня на расстоянии. — Его голос показался теперь опасно вкрадчивым и пугающим, как и то непонятное чувство, что тлело в его глазах. — Вы, наконец пришли ко мне. И клянусь Богом, я вас не отпущу! Этой ночью вы будете моей!
И прежде чем Рейчел успела что-нибудь осознать, он подхватил её на руки и понёс через комнату.
Паника охватила её, когда он опустил её на огромную кровать. Никогда раньше не видела она его в таком состоянии. Он зажал её руки, лишив возможности сопротивляться, а его рот заглушал мольбы о свободе. Словно для зверька, попавшего в силки, побег был невозможен.
Где-то в глубине сознания мелькнула мысль, что руки, взявшие её в плен, не жестоки и не причиняют боль, просто нежно удерживают, а губы не наказывают, а умоляют. Медленно страх начал стихать, вытесненный новым чувством.
Он сразу заметил, что она уже не так напряжена, и ослабил хватку. Его поцелуи словно оставляли горящий след на её щеках, шее, его пальцы занялись лентами ночной сорочки. Когда исчезла последняя преграда, он принялся нежно исследовать податливое тело, пробуждая, возбуждая, наслаждаясь тихими стонами удовольствия, которых ждал так долго.
Опьянённая вспыхнувшим желанием, неведомым прежде, Рейчел забыла обо всём, кроме исступлённого восторга, вызываемого его опытными губами и руками. Канули в прошлое все мысли о том, чтобы отвергнуть его, и она упивалась его ласками, испытав лишь мгновенную боль перед тем, как слиться с ним воедино.
Лишь позже, лёжа обнажённой в его объятиях, устроив голову на его груди, покрытой тёмными волосами, она попыталась подвергнуть сомнению разумность того, что между ними произошло. Однако не могла найти в своей душе никаких сожалений.
— О чём ты думаешь?
Она вздрогнула от неожиданного вопроса и приподняла голову, чтобы посмотреть в его глаза.
— Мне казалось, что ты спишь.
— Нет, я не сплю, моя любовь. — Его пальцы скользнули под её волосы, лаская нежную белую кожу. — Скажи мне, о чём ты думала.
Единственная свеча на столике у постели ярко горела, не оплывая и предоставляя достаточно света, чтобы ясно видеть его лицо. Рейчел потупила взор, чтобы он не смог заметить её неуверенность.
— Я думала о том, что произошло между нами, — правдиво ответила она.
— Надеюсь, моя любовь, ты не сожалеешь об этом, так как это совершенно все меняет.
— Меняет? — все ещё неуверенно спросила она.
— Конечно. — Его голос звучал так прозаично! — Соглашение, заключённое между нами шесть месяцев назад, расторгнуто окончательно и бесповоротно. Ты, несомненно, остаёшься здесь.
— Несомненно? — Она рискнула снова взглянуть на него, и то, что увидела в его глазах, заставило её сердце забиться от восторга. Но она должна удостовериться, должна раз и навсегда быть уверенной, что им руководит не чувство долга. — И ты… ты действительно этого хочешь, Доминик? Ты действительно хочешь, чтобы я оставалась твоей женой?
Одним быстрым движением он перевернул её на спину и, приподнявшись на локте, заглянул в зелёные глаза и увидел в их глубине сомнение.
— Ах, моя прекрасная глупышка! — Его тело затряслось от беззвучного смеха. — А ты что вообразила? Какого чёрта я вообще тогда привёз тебя сюда?
Не время кривить душой, она это прекрасно понимала.
— Я считала, из чувства долга.
— Чувства долга, чёрт побери! — воскликнул Доминик, и печальная улыбка появилась на его губах. — Да, полагаю, надо было честно сказать все в самом начале. Но я боялся, что ты мне не поверишь. — Он нежно провёл пальцем по её щеке. — Когда я приехал к тебе в день твоего отъезда из Лондона, я и не думал сделать тебя своей любовницей. Я влюбился в тебя… хотел провести с тобой всю свою жизнь. Её глаза наполнились слезами.
— Ты любил меня уже тогда?
— Да, я любил тебя тогда, — снова печально улыбнулся он. — Но как ни изменили меня прошедшие годы, Рейчел, я остался надменным эгоистом. Я верил, что со временем ты научишься видеть меня в ином свете, научишься любить меня. Но сегодня, когда ты стояла там такая прелестная, такая желанная, я понял, что, каковы бы ни были твои чувства, не смогу отказаться от тебя… не захочу отказаться.
Рейчел изумлённо смотрела на его красивое волевое лицо. Он любит её, и всё остальное не имеет никакого значения.
— Я совершенно не представляю, в какой именно момент моё отношение к тебе стало меняться. — Она задумалась, сосредоточившись на завитках чёрных волос у самого основания его шеи. — Моя любовь росла медленно… так медленно, что я по глупости даже не сознавала, что со мной происходит. И только сегодня я поняла, как много ты стал значить для меня. — Она застенчиво посмотрела ему в глаза. — Но надеюсь, ты не считаешь, что я пришла в твою комнату с намерением… соблазнить тебя?
Его смех эхом отразился от стен огромной комнаты.
— С моим знанием прекрасного пола, любовь моя, думаю, что искренне могу сказать: эта мысль даже не пришла мне в голову. — Он увидел тень, мелькнувшую на её лице, и серьёзно посмотрел на неё, прекрасно поняв мучительное сомнение, нарушившее её душевный покой. — Рейчел, с того дня в Лондоне в моей жизни не было ни одной женщины. И никогда не будет. Можешь не волноваться на этот счёт. Я никогда не рискну потерять тебя снова. Моя жизнь будет пуста и бессмысленна без тебя.
Отбросив все сомнения и страхи, она обвила руками его шею, притянула к себе его лицо. Они состоят в законном браке более шести лет, но начался он только сейчас.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Возвращение леди Линфорд - Эшли Энн



советую почитать. неплохо.
Возвращение леди Линфорд - Эшли Энниришка
23.02.2013, 23.06





советую почитать. неплохо.
Возвращение леди Линфорд - Эшли Энниришка
23.02.2013, 23.06





советую почитать. неплохо.
Возвращение леди Линфорд - Эшли Энниришка
23.02.2013, 23.06





муть какая-то
Возвращение леди Линфорд - Эшли Эннлёлища
17.11.2015, 10.14





Мне понравилось. Можно почитать.
Возвращение леди Линфорд - Эшли ЭннВ.А.
21.11.2015, 1.21








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100