Читать онлайн Неделя безумств, автора - Эш Стефания, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Неделя безумств - Эш Стефания бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 2.63 (Голосов: 54)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Неделя безумств - Эш Стефания - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Неделя безумств - Эш Стефания - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Эш Стефания

Неделя безумств

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

– Не могу поверить, что ты могла совершить подобное! – кричала Ровена.
Амелия отодвинула подальше от уха мобильник и продолжала помешивать свой капуччино, пока на поверхности пены не растворилась до конца шоколадная пудра.
– Горничная, конечно же, сразу обратилась к прессе, – продолжала Ровена. – Теперь везде появится фото. О чем ты думала? Ты ушла из отеля в его одежде, это же надо! Ты рискуешь карьерой, имей это в виду! Ты не «Роллинг стоунз», Амелия! У тебя свой имидж! Бабушки покупают твои диски для одиннадцатилетних мальчишек!
– Но… но я… – Амелия пыталась вставить хотя бы слово, однако остановить поток слов Ровены было невозможно.
– Как мне удастся вытащить тебя из этой истории, я просто ума не приложу! И где тебя сейчас черт носит, в конце концов? У тебя через пятнадцать минут репетиция!
– Я у подруги, – соврала Амелия. Она посмотрела из окна кафе на шумную нью-йоркскую улицу.
Было нормальное будничное утро. Люди спешили мимо кафе к месту своей работы, и им не было никакого дела до рыжеволосой девушки, которая сидела за столиком с чашкой кофе и мобильником. Они будут сидеть весь день за компьютером, заполнять скучные бланки, печатать письма и задавать себе вопрос: каково быть знаменитым? Каково быть богатым и жить в роскоши? Иметь в своем распоряжении дюжину скоростных лимузинов и гардероб, который больше всей их квартиры? Что это значит – быть всеобщим достоянием? Да-да, с горечью подумала Амелия. Сейчас она была именно таким всеобщим достоянием. У нее нет возможности поцеловать дружка на улице, не опасаясь спровоцировать этим скандал. Она не может изменить прическу, не спросив на то согласие через прессу. Не может даже выйти из отеля в джинсах. Это настоящий кошмар! Вот что такое быть знаменитой.
– У какой подруги? – допытывалась Ровена.
– Ты ее не знаешь.
– Амелия! Снова напомню, что ты не должна общаться с человеком, которого я не знаю! Скажи мне, где ты находишься, и я тут же пришлю тебе Франклина на машине!
– Не присылай его ко мне, Ровена! Если честно, то я все это время одна. Я мирно пью кофе в маленьком кафе, здесь нет никого, кроме меня да еще итальянской мамы, которая сделала мне капуччино. На мне поверх моих волос бейсбольная кепка, так что даже если кто-то и посмотрит на меня, он ни за что не догадается, кто я. Я увижусь с тобой в отеле через час-другой во время завтрака, а сейчас мне нужно побыть в этом уютном кафе.
– Но я…
Амелия выключила мобильник раньше, чем Ровена успела снова обрушить на нее град обвинений. В этот момент женщина за прилавком включила старенький радиоприемник.


Если ты не полюбишь меня, я не знаю, что я сделаю…


Амелия поморщилась при звуке собственного голоса. Пора уходить. Она быстро допила кофе, оставила пятидолларовую купюру и вышла на шумную улицу.


Возвращаясь в отель, Амелия не могла удержаться от улыбки при мысли о парне, которого она оставила привязанным к кровати и которого должна была обнаружить пришедшая произвести уборку горничная. Конечно, бедняжка испытает определенное замешательство.
Звали этого несчастного парня Гвидо. Амелии смутно помнилось, что он был на ее вчерашнем шоу. Она заметила, как он стоял впереди толпы и махал ей белой розой, пытаясь привлечь ее внимание. Позже он каким-то образом умудрился проскочить мимо дремавшего Фрэнки и проникнуть в специально отведенный бар отеля, где Амелия и ее труппа собрались, чтобы немножко выпить и расслабиться. Похоже, он знал одну из поющих в хоре певиц – высокую чернокожую Дарлесу, портрет которой как-то появлялся на обложке итальянского журнала «Вог». Когда Ровена наконец закончила давать указания более трезвым участникам оркестра и пошла спать, Амелия направилась к окружению Дарлесы, чтобы узнать какие-нибудь подробности о смазливом молодом парнишке в белой тенниске.
Когда она оказалась перед ним, Гвидо стал похож на щенка, которому страшно хочется лизнуть очень большую и вкусную кость.
– Я Гвидо, – сказал он как можно более низким голосом.
– Амелия, – ответила она, протянув ему свою элегантную руку. Как будто ей и в самом деле нужно было представлять себя на сборище в ее честь. – Но довольно обо мне, – пробормотала она, опускаясь на кожаный диван рядом с ним. – Расскажи о себе.
Гвидо был моделью, о чем он заикаясь поведал. Для Амелии это не явилось большой неожиданностью, ибо он отличался правильными чертами лица и отличным телосложением. Свою деятельность он начал в родной Италии. Он приехал в Нью-Йорк для показа осенней моды. Молодых модельеров он привлекал слегка байронической внешностью.
Разговаривая, Гвидо постоянно принимал различные позы. Казалось, он был озабочен тем, чтобы Амелия постоянно видела его с наилучшей стороны. Хотя он не всегда хотел быть моделью, признался он ей чуть позже. Он брал также актерские уроки и на следующий год надеялся оказаться в Лос-Анджелесе.
– Да, я могу представить тебя на большом экране, – сказала ему Амелия, впившись взглядом в его полные губы.
Постепенно все шумные участники сборища разошлись, и Амелия и Гвидо остались одни в этом специальном баре. Гвидо катал по столику сигарету, руки его дрожали, и длилось это мучительно долго.
Амелия с трудом удержалась от того, чтобы не протянуть руку, взять его за густые кудри, приподнять его лицо и притянуть для поцелуя.
– Хочешь эту сигарету? – спросила она, предлагая пачку «Мальборо лайтс». – Не знаю как ты, но я хотела бы отправиться в постель, прежде чем начнет светать.
Гвидо поднял голову и покраснел.
– Хотел бы ты тоже поскорее лечь в постель? – спросила Амелия, в упор глядя в его светло-карие глаза.
Он сглотнул. Его кадык нервно задвигался.
– Пошли наверх, – предложила Амелия. – Идем?
Она встала и протянула Гвидо руку.
Он сунул сигарету в коробку и торопливо вскочил, чтобы последовать за ней. При этом толкнул стол и залил себе остатками питья джинсы, которые сохранили на себе весьма непрезентабельное пятно – его Амелия заметила только сейчас, стоя на перекрестке в ожидании зеленого света.
Накануне же она лишь рассмеялась и слегка провела рукой по промежности Гвидо.
– Тебе надо сменить эти намокшие штаны, – сказала она.
На сей раз Гвидо густо покраснел, и Амелии показалось, что бугор под материей джинсов слегка задергался.
Они вышли из бара.
Амелия дала бармену стодолларовую купюру, как бы призывая его к осмотрительности и благоразумию, и они направились к лифту, который доставил их сразу же до мансарды, где располагался ее люкс. Выйдя из лифта, они оказались в просторной гостиной, из которой открывался великолепный вид на Центральный парк. Окна выходили на три стороны, и когда Амелия включила свет, он отразился во всех зеркалах, отчего комната показалась еще просторнее. На середине располагались три громадных дивана и шезлонг, пол был устлан баснословно дорогим восточным ковром, убранство дополнял дорогой античный фарфор.
Амелия бросила украдкой взгляд на свое отражение в одном из зеркал и уселась в шезлонг. Гвидо остался стоять в центре гостиной, не зная, что ему делать. Он еще не мог до конца осознать степень своего везения. Он на самом деле был здесь, в люксе самой Амелии. Он нервно почесал себе крепкую шею и откинул упавшую на глаза густую прядь волос. «О Господи, – взмолился он, – только бы в эту минуту у меня не встал член!»
– Принеси мне питье, ладно? – Амелия кивнула в направлении кухни, которой она вряд ли пользовалась. – Там в холодильнике есть водка и тоник. И лед. Я люблю половина на половину. И себе, конечно, приготовь. И приглуши свет, когда будешь возвращаться.
Гвидо бросился выполнять приказание даже с большей скоростью, чем это делает персонал отеля.
В ожидании Гвидо Амелия закрыла глаза и расположилась в позе большой кошки. Замшевые туфли на высоких каблуках одна за другой свалились на отполированный до блеска деревянный пол. Она была готова отдаться этому мужчине. Весь вечер она испытывала сексуальное возбуждение. Шоу прошло блистательно. Зрители не отпускали ее со сцены почти три четверти часа после окончания представления. Ровена сказала, что Амелия была едва ли не единственной артисткой, в которую банки готовы были без колебаний вкладывать деньги. Выслушав эту новость, Амелия испытала ощущение, весьма похожее на оргазм. Но лишь похожее.
Раздался грохот в кухне. Гвидо уронил бокал. «Он так нервничает», – мысленно улыбнулась Амелия.
– Я очень сожалею! – воскликнул он.
– Оставь это, – откликнулась Амелия. – Горничная уберет завтра утром. Возьми другой бокал и иди ко мне побыстрее. У меня такое ощущение, что я жду тебя целую вечность.
Когда через несколько секунд Гвидо появился с напитками, на его тенниске виднелось большое мокрое пятно, которое не уступало по размерам пятну на джинсах.
Амелия подавила смешок.
– Тебе, кажется, не везет. Можешь все это снять, если хочешь.
Гвидо поставил бокалы на стол и через голову снял тенниску. Обнаженная грудь его показалась Амелии даже шире, чем она могла себе вообразить. Капельки пота поблескивали во впадине между нагрудными мышцами. Гвидо свернул мокрую тенниску и вытер ею пот со лба.
– Тебе слишком жарко? – спросила Амелия и включила позади себя удобно расположенный вентилятор, который элегантно сдувал волосы с лица, но его струя едва ли вообще доходила до Гвидо.
Гвидо залился еще более густой краской, при этом румянец распространился даже на его широкую грудь. Он переминался с ноги на ногу, и эти телодвижения еще рельефнее выявили великолепие его торса. Он походил на древнего грека, скульптурные изображения которого она встречала на страницах книг.
Амелия облизнула пересохшие губы.
– Подойди сюда, – промурлыкала она. – Я хочу пить.
Гвидо подал Амелии бокал, приготовленный для нее, и осторожно присел на край дивана. Амелия прислонила бокал со льдом к его груди, и он удивленно выпрямился. Он был великолепно сложен. На груди виднелся легкий черный пушок. Вероятно, ему было лет двадцать.
– Холодно? – задала риторический вопрос Амелия, водя бокалом по его груди и оставляя на ней влажный след.
Гвидо закрыл глаза и стал покусывать нижнюю губу. «Интересно, – подумала она, – он в самом деле испытывает удовольствие или же лишь притворяется, как притворялся умудренным и опытным в баре? Похоже, что не притворяется». Она провела рукой по туго натянутым джинсам. Под молнией она вполне определенно ощутила начальную стадию эрекции.
Перестав водить бокалом по его груди, Амелия сделала глоток. Водка и тоник, смешанные с некоторым преобладанием первой, смочили ей губы, они сделались более блестящими, более зовущими. Она провела ладонью по чуть заросшей щеке Гвидо, дотронулась до уголка его рта. Затем сжала пальцами подбородок.
– Поцелуй меня, – скомандовала она, поглаживая его красивую челюсть. – Почему бы тебе не поцеловать меня?
Было такое впечатление, что он впервые в жизни целует женщину. Он наклонялся невыразимо медленно. Амелия считала, сколько вздохов она сделала, пока наконец их губы встретились. Раз, два, три… Касание. Легкое прикосновение. Его алые губы показались легче крыльев пролетающей бабочки.
Гвидо откинулся назад, широко раскрыв глаза, словно ошеломленный тем, что он только что совершил.
Амелия нахмурилась.
– Ты называешь это поцелуем? – игриво спросила она.
И тогда Гвидо неожиданно взял ситуацию под собственный контроль.
На сей раз он сам обнял ее за голову, его пальцы погрузились в ее волосы, он потянул ее к себе. Его язык мгновенно оказался между ее губ и стал исследовать внутренность ее рта, не давая ей вздохнуть. Когда он на минуту отпустил ее, Амелия всей грудью вдохнула воздух, словно человек, которого долго держали под водой. Она вытерла рот тыльной стороной ладони, почти ожидая, что подобной силы поцелуй вызовет кровотечение.
– Браво! – пробормотала она, не сразу находя слова. – Это много лучше.
Воспользовавшись моментом, она быстро поставила бокал на пол, чтобы не расплескать его содержимое. И сделала она это вовремя, ибо Гвидо вдруг взял ее за плечи и мягко опрокинул на спинку шезлонга. Затем оказался поверх нее и снова принялся целовать. Амелия автоматически раздвинула ноги и обвила ими крепкие бедра Гвидо. Она вздохнула от удовольствия, почувствовав, как он прижался к ее животу. Похоже, его нервозность как рукой сняло.
Гвидо провел языком по ее губам. Как Амелия и ожидала, его полные губы оказались мягкими, как у женщины. От него исходил запах табака и алкоголя. Амелия уловила также слабый аромат одеколона, используемого после бритья, когда поцеловала его подбородок. «Содержащий себя в полном порядке мужчина», – мысленно улыбнулась она. Это отличительная черта моделей. Музыканты, которых она приглашала к себе в постель, этим отнюдь не отличались, а вот модели… Их работа в том и заключалась, чтобы всегда выглядеть хорошо, и Гвидо определенно отвечал этому требованию. Амелия счастливо ткнулась лицом в его недавно вымытые волосы.
Руки Гвидо медленно перемещались по ее телу, скользили по узкой талии, плотно обтянутой «кошечкой». Левая его рука направилась к грудям, слегка коснувшись одного полного полушария. Амелия вздохнула от сладостного предвкушения, а затем от разочарования, поскольку рука снова убежала прочь. Положив руки на талию, Гвидо стал медленно покачивать тазом во время поцелуя. Выпуклость между его ног весьма быстро превратилась в полноценную эрекцию, восставший член явно стремился вырваться из заточения. Амелия протянула руку к ширинке, чтобы выпустить его наружу, однако была мягко, но решительно остановлена рукой Гвидо.
– Но я хотела… – запротестовала она.
– Еще рано, – сказал Гвидо. – Ты должна подождать.
На мгновение их взгляды встретились. Гвидо окончательно избавился от застенчивости, на его губах появилась озорная улыбка. Амелия позволила себе раствориться во взгляде его карих глаз, издала нервный смешок. Было так приятно потерять над собой контроль.
Пальцы Гвидо играли с шелковистой кисточкой на молнии костюма Амелии. Молния шла через все тело. Начиная от высокого воротника до самого лобка. До самой киски, которая прижималась к находящемуся в заточении твердому стволу. Амелия легонько провела свободной рукой по его ягодицам вплоть до того места, где начинались ноги. На нем не было ничего, кроме джинсов, теперь это стало ясно. Когда Гвидо начал осторожно тянуть за молнию, Амелия тихонько засмеялась, подумав, что не только он один не стал обременять себя нижним бельем.
Гвидо расстегнул молнию у горла и опустил голову, чтобы поцеловать обнажившийся треугольник тела. Амелия убрала длинные волосы, чтобы они не мешали поцелуям. Его бедра тем временем терлись о ее ноющий лобок, и она невольно постанывала от этих приятных прикосновений.
Молния поползла еще ниже. Когда Гвидо запечатлел поцелуй на ее груди, Амелия почувствовала, как ее клитор начал подергиваться, а между ног она ощутила теплую сырость. Кажется, эта сырость готова была просочиться сквозь тонкую ткань ее «кошечки». Она снова сделала попытку добраться до ширинки Гвидо, и, к ее раздражению, он снова оттолкнул ее руку.
Гвидо расстегнул ей молнию до живота. После этого, сидя на Амелии, стал осторожно снимать ее «кошечку» с плеч, покрывая плечи поцелуями. Действовал он мучительно медленно, как бы дразнил ее, и вот наконец обнажил ее груди.
Его губы растянулись в улыбке. Амелия невольно приподняла спину, чтобы представить ему груди под наилучшим углом.
Гвидо чуть отодвинулся, затем наклонился, и его губы соприкоснулись с соском. Крохотный розовый бутон уже успел набухнуть. Гвидо обвел его тугим острым языком, и Амелия издала легкий вздох.
– Да, – прошептала Амелия. – Это восхитительно…
Гвидо обратился к другому соску. Он уже тоже воспрянул, и Гвидо слегка сжал его зубами – один раз, второй, третий, пока Амелия не вскрикнула от жгучего, острого ощущения.
– Так больно? – спросил он, хотя в голосе его не чувствовалось особой тревоги.
– Нет, – выдохнула она, приподнимаясь навстречу Гвидо, подставляя грудь к его рту.
Гвидо стал лизать грудь, словно пробуя ее на вкус, скользя по-змеиному языком по теплой коже, одновременно усиливая давление своего тела на ее ноющий выпуклый лобок.
– Да сними ты свои джинсы! – взмолилась Амелия, пытаясь расстегнуть ему ширинку, в то время как он раздвинул ей молнию на «кошечке» настолько, что проглянули верхние завитки волос лобка. – Прошу тебя.
– Нет. – Он энергично покачал своей красивой головой, так что его черные кудри заволновались, словно листья на дереве.
– Кто здесь командует? – спросила Амелия.
– Я, – ответил Гвидо.
Амелия закрыла глаза, чтобы не видеть проказливой улыбки Гвидо, когда его рука скользнула под ее комбинезон и погладила лобок – о Господи! – так близко к ноющему похотнику. Близко – но недостаточно.
– Потрогай меня здесь, – пробормотала она, пытаясь сократить расстояние между его рукой и клитором и приподнимая таз навстречу руке. При этом ее бедра соприкоснулись, и она почувствовала, что между ног у нее совсем мокро, что влага начинает стекать по ляжкам.
Палец Гвидо дотронулся-таки до набухшего узелка наслаждения, который давно молил о внимании к нему. Гвидо шумно дышал, уткнувшись Амелии в шею. Амелия же отвернула лицо в сторону и закусила руку, чтобы заглушить стоны, когда прикосновения пальца Гвидо к истосковавшейся, ноющей плоти стали чаще и энергичнее.
– Быстрее, – шепнула она сквозь зубы.
Однако Гвидо решил изменить план действий. Приподняв ее за талию, он аккуратно стянул через бедра комбинезон, и Амелия оказалась совершенно голой.
– Я все думал: какой у тебя натуральный цвет волос? – не без подковырки произнес Гвидо, когда ему во всей красе открылся выпуклый лобок, украшенный огненно-красными волосами. У Амелии шумело в голове от испытываемых ею сладостных ощущений, чтобы воспринять его реплику как оскорбление. – Да и по длине они под стать. – Он слегка подергал их, тем самым еще более увеличивая сладострастие.
Амелия снова потянулась к ширинке Гвидо. Под джинсами явно обозначились контуры его эрекции. На сей раз Гвидо не стал протестовать. Он оказался перед ней на коленях. Амелия расстегнула пуговицы, после чего он встал на пол, и джинсы упали к его ногам.
– Ха, у тебя тоже все соответствует, – засмеялась Амелия.
И это была правда. Член Гвидо гордо торчал среди темно-каштановых кудрей, которые были в точности такого же цвета, как и на голове. Амелия лежала, закинув руки за голову, и наблюдала за действиями Гвидо, который шагнул через джинсы и предстал перед ней совершенно голым. Неудивительно, что он работал моделью. Тело его было идеально от бровей до ногтей ног.
Гвидо подошел поближе, и Амелия протянула руку и провела по внутренней стороне бедра снизу и вплоть до аккуратной мошонки. Когда длинный ноготь ее большого пальца прошелся по его бедру, Гвидо тихонько застонал. При этом пенис дернулся и слегка приподнялся вверх. Амелия продолжила движение руки дальше, пока не обхватила пенис ладонью. Она тихонько сдвинула крайнюю плоть назад, затем вернула ее на место, после чего повторила эти действия два или три раза. Она словно пыталась измерить его размеры.
Пенис был большой.
Очень добротный.
Гвидо закинул руки за голову и стоял, словно загорая на утреннем солнце, позволяя Амелии какое-то время подрочить его толстый теплый ствол. Очевидно, он привык к обожанию. Амелия бессознательно приложила ладонь к своей промежности, ощутив теплую, влажную расщелину, которая также жаждала внимания Гвидо.
– Ой! – спохватился он, когда его пенис дернулся в ладони Амелии. Боясь, что слишком быстро кончит, он разжал пальцы Амелии и освободил свой ствол.
– Ну да, – вздохнула Амелия.
Гвидо мгновенно опустился на колени рядом с шезлонгом. Она расположилась таким образом, что каждая из ее ног легла ему на плечи. Комбинезон теперь лежал на полу. Рот Гвидо оказался на одном уровне с ее ноющей киской.
– Поцелуй меня там, – пробормотала она.
Гвидо лизнул клитор точно так же, как он до этого лизал ей груди. Амелия скрестила на груди руки и сжалась, ощутив спазм удовольствия, когда его язык коснулся крохотного сгустка нервов в первый раз. Гвидо выждал какое-то время и лишь затем повторил свое действие, вызвав в ней волну по всему телу.
Амелия не знала, что ей делать с собой. Она импульсивно обняла Гвидо за затылок и притянула голову к себе. Тихонько засмеявшись, Гвидо высунул язык, который оказался длинным и твердым, и стал работать им словно пенисом, пальцами раздвигая срамные губы так осторожно, словно это были лепестки изысканного, нежного цветка.
Амелия не отпустила его голову. Более того, она помогала ему двигать языком. Вглубь и наружу. Вглубь и наружу. Она ощущала, как сырость ее влагалища смешивалась с его слюной, и это все стало капать на анус. Она вся была мокрая. Мокрая и вполне готовая.
– Давай, – горячо зашептала Амелия на ухо Гвидо. – Не тяни, прошу тебя!
Гвидо приложил руку к своему пенису и стал медленно поигрывать им в такт движениям своего языка. Накал игры все нарастал, и сдерживаться становилось все труднее.
Амелия вцепилась пальцами в волосы Гвидо, оттащила его от горячей промежности и приподняла к своему лицу.
– Я хочу, чтобы ты трахнул меня, – сказала она, сверкнув очами.
Гвидо вытер рот тыльной стороной ладони и покачал головой.
– Ты отказываешься меня трахать? – грозно спросила она.
Гвидо сделал глоток из бокала и повалил Амелию на спинку шезлонга. Затем, смеясь, лег на нее. Его язык, холодный и влажный после питья, проделал путь от горла до уха, породив волну озноба во всем ее теле. Потом провел языком по ее выпяченным губам. Он продолжал дразнить ее, однако не спешил с тем, чтобы войти во влагалище.
Амелия схватила его за пенис. Он был умопомрачительно тверд. И как только Гвидо мог себя до сих пор сдерживать? Она сдвинула вниз крайнюю плоть, открыв огромную головку, затем закрыла ее. Тем временем она поудобнее расположилась под Гвидо, приподняв таз таким образом, что головка пениса почти касалась ее вульвы. Гвидо от неожиданности ахнул и сделал попытку отодвинуться. Амелия закрыла глаза, ожидая, что сейчас громадная атласная головка раздвинет ее срамные губы… И вдруг, к ее изумлению, Гвидо скатился с нее на пол и улегся на спину на китайском коврике со вздыбленным к потолку членом.
– Гвидо! – воскликнула Амелия и спрыгнула на него. Она уселась ему на ноги, взяла пенис в руку и стала отчаянно целовать Гвидо в лицо, чтобы отвлечь его внимание, пока она насаживала себя на негнущийся толстый ствол.
– А-а-а! – простонал Гвидо и закрыл глаза, прислушиваясь к сладостным ощущениям, которые все более возрастали по мере того, как пенис постепенно погружался в тесные ножны влагалища.
– Да, вот так! – торжествующе сказала Амелия, скользя по шелковистому стволу все ниже и наконец касаясь попкой бедер Гвидо. – Наконец-то я загнала его… О-о-о, как это здорово! – пробормотала она покрасневшими от возбуждения губами. – Как сладко! – Она стала приподниматься, прислушиваясь к тому, как пенис трется о ее ноющие половые губы. – Правда же, это гораздо лучше?
Гвидо кивнул. Он обхватил ее за ягодицы и стал помогать ее движениям. Вверх и вниз. Вверх и вниз. Вначале медленно, затем все ускоряя. Она ощущала стальную жесткость его члена в своем теле.
Амелия наклонилась вперед и оперлась руками по обе стороны головы Гвидо. Она стонала от сладостных ощущений, когда ее ягодицы касались яиц Гвидо. Он энергично толкнулся вверх, загнав член на полную глубину влагалища. Головка толкнулась в устье матки, породив восхитительно сладостные ощущения во всем теле Амелии. Она откинулась назад, укрыв ноги Гвидо распущенными рыжими волосами.
Глаза Гвидо были плотно закрыты. Бисеринки пота выступили на его лбу. Амелия снова выпрямилась и, вцепившись ногтями в его плечи, стала раскачиваться еще быстрее, стремясь поскорее достичь желанного оргазма.
– Нет, нет! – воскликнул Гвидо, однако у него не оказалось сил для противодействия Амелии. Его твердокаменный ствол начал нервно подергиваться внутри влагалища. Ее киска отвечала ему ритмичными нежными сокращениями. Амелия бросилась вперед на Гвидо, накрыв ему лицо волосами, его тело отчаянно толкнулось в последний раз вперед.
Они кончили вместе. Тела их настолько слились, что могло показаться, будто они сплавились в одно целое. Амелия не могла дышать, пока оргазм сотрясал ее тело, начиная от шеи и кончая подергивающимися бедрами. Гвидо стонал и хрипел, пока его член дергался во влагалище, изливая порции спермы.
Когда оргазм миновал, Амелия не спешила выпускать пенис из своего лона. Она продолжала сжимать его своими бедрами, руками крепко обнимала его за шею.
Они оставались лежать на китайском коврике до тех пор, пока у обоих не успокоилось дыхание.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Неделя безумств - Эш Стефания



ГРУБЕЙШАЯ ПОРНОГРАФИЯ! ЭРОТИКОЙ ЗДЕСЬ И НЕ ПАХНЕТ! ЧИТАТЬ ЭТОТ РОМАН НЕ СОВЕТУЮ, МОЖЕТ СТОШНИТЬ!
Неделя безумств - Эш СтефанияКошечка Джози
23.12.2014, 19.03





На любителя. Лексикон, конечно, вызывал у меня улыбку, такое я читала впервые. Роман про рок-певицу со здоровым секс-аппетитом. По секрету шепну - мне понравилось ))))
Неделя безумств - Эш СтефанияЛиловый Жираф
26.04.2015, 17.06








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100