Читать онлайн Королевство теней, автора - Эрскин Барбара, Раздел - Глава тридцать четвертая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Королевство теней - Эрскин Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.5 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Королевство теней - Эрскин Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Королевство теней - Эрскин Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Эрскин Барбара

Королевство теней

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава тридцать четвертая

Изабель принимала короля Роберта в главном зале замка. Стройная тонкая фигура, закутанная в голубой плащ – прямая, гордая и слегка напряженная от волнения. Она решила, что он никогда не узнает, как ее сердце разрывается из-за него... Несколько долгих мгновений она не двигалась, стоя возле огромного пылающего камина, ее глаза жадно вглядывались в дорогое лицо, затем, когда он шагнул вперед, она неуверенно приблизилась, и взяв его протянутую руку, опустилась на колени.
– Я так счастлива видеть вашу милость.
Три его спутника тактично отвернулись, перенеся свое внимание на камин в восточной стене зала. Здешние слуги были менее деликатны, открыто глазея, как высокий красивый король, уже поседевший, с лицом, отмеченным печатью невзгод и страданий, нагибается к Изабель и поднимает ее на ноги.
– Моя Изабель. Я думал, что больше никогда тебя не увижу. – Когда она поднялась, их глаза не отрывались друг от друга. – Святая Дева! Когда я услышал, что они с тобой сделали, я думал, что сойду с ума!
– Они сделали то же с Мэри и твоей маленькой Марджори. – С болью ответила Изабель.
Он бегло улыбнулся, но улыбка была очень мрачной.
– Слава Богу, они давно уже не в клетке, хотя все еще пленницы. – Ни он, ни Изабель не упомянули его жену Элизабет, которая также оставалась в Англии.
– Я думала, что тоже все еще пленница, – Изабель робко улыбнулась.
– Да, любовь моя. – Последние два слова вырвались у него так естественно, что остались незамеченными. – Однако твоя прекрасная тюремщица, сиятельная графиня Бакан, и я пришли к согласию. Данкерн остается частью страны, которой я правлю, но на время я дозволяю признать замок номинальным английским владением! – Он рассмеялся. – Мы разделили права, твоя Элис и я.
– Права, кому владеть мной? – прошептала она.
– Сегодня ночью владеть тобой буду я. – Роберт положил руки ей на плечи. – И этим правом не поделюсь ни с кем и никогда. – Он обернулся назад. – Друзья мои, развлекайтесь без нас, – обратился он к своим спутникам. – Нам с леди Изабель нужно о многом поговорить наедине. – Он взял ее за руку. – Вы покажете мне свою спальню, миледи?
Они говорили, пока ночь не окутала замок, и туман не опустился на море и утесы, холодной росой проступив на стенах зала, когда зажгли факелы и в очаги подбросили дров. Было уже поздно. Они едва прикоснулись к ужину, который она велела доставить с кухни, и выпили немного вина, и вспомнили, как они в первый раз поцеловались, здесь в часовне Данкерна. Потом он нежно увлек ее в спальню.
Она так и не спросила, почему он не пытался спасти ее, не расспрашивала, что совершил он за эти годы. Кое о чем он рассказал сам. О друзьях потерянных и друзьях обретенных. О том, что мать Изабель, насколько ему известно, счастливо живет в Англии. О том, что ее прабабушка, как и многие другие в эти горестные годы, пропала без вести, и никто не слышал о ней после падения Килдрамми. О битвах, поражениях, и наконец, о пришедших победах. Верно и неуклонно победа следовала за победой, и по мере этого страна постепенно вырывалась из рук англичан. Он не упоминал об ужасной гибели своих братьев, и она тоже. Главным образом он говорил о будущем – о времени, когда он окончательно разобьет англичан, и навсегда вышвырнет их из Шотландии и вернет своей стране свободу. Об их совместном будущем он также не говорил, а она даже не думала. Когда он расстегнул ее платье, осторожно высвобождая исхудалое тело, а потом стянул с нее рубашку, ее заботило только вырванное у судьбы настоящее.
Он нежно обнял ее и отнес на постель, укутав пуховыми покрывалами, прежде, чем приникнуть к ее губам.
Он оставался в Данкерне два дня и две ночи в том холодном ноябре, потом уехал. Она махала ему с надвратной стены, пока он не скрылся из виду, и лишь тогда вернулась в замок. Он обещал приехать снова.
Три недели спустя выпал первый зимний снег, и три недели спустя она поняла, что ждет ребенка от короля...
– Мне нужно найти его! Он должен узнать о ребенке. Он должен...
Клер с трудом поднялась на ноги. Повернула ключ в замке и, оставив свечу гореть на блюдце, открыла дверь и прислушалась. В доме было тихо.
– Элис, Элис! Где ты? – Она сбежала по лестнице в гостиную, но там никого не было. Всхлипывая, она отчаянно бросилась на кухню, но и там никого не нашла. Дом был пуст. – Элис! Я должна найти его! Я обязана рассказать Роберту о ребенке! – Она заглянула в кабинет отчима, в столовую. – Элис! Где ты? Я должна найти его, как ты не понимаешь?
Ответа не было.
Схватив пальто с вешалки в прихожей, она распахнула парадную дверь.
– Элис!
Не сознавая, кто она и куда идет, Клер двинулась по аллее, не чувствуя, как пушистый снег тает на подоле ночной рубашки и набивается в кожаные тапочки, не беспокоясь о том, чтобы застегнуть пальто. Ее следы почти сразу же исчезали под хлопьями падавшего снега.
Хлоя и Джеффри с ужасом смотрели на распахнутую дверь.
– Клер! Я была совершенно уверена, что она крепко спит. Нам следовало знать, что здесь нет поездов. – Пока Джеффри расплачивался с таксистом, который привез их со станции после неудачной попытки Джеффри уехать в Лондон, она взбежала по лестнице. Когда Джеффри присоединился к ней, она стояла, глядя на свечу, мерцавшую в пустой спальне.
– Как ты думаешь, куда она пошла? – прошептала Хлоя.
– Не знаю. – Джеффри мрачно оглядывался, заложив руки в карманы. – Я был так уверен, что все закончилось, что Изабель обрела наконец покой, – ошеломленно произнес он.
– Возможно, ты не ошибся. – Хлоя нагнулась и подняла блюдце. С сомнением и страхом оглянулась. – В любом случае она вышла во сне. Мы должны найти ее, Джефф. Она не в том состоянии, чтобы гулять.
Он кивнул, повернувшись к двери.
– Свеча еще горит, значит она ушла не так давно. И на снегу должны остаться следы.
Но по-прежнему падал густой пушистый снег, который укутал землю и уже заносил их собственные следы, оставленные несколько минут назад.
Джеффри озирался, стоя перед входной дверью.
– Трудно что-то разглядеть. Еще видны следы такси, и то, что мы сами натоптали кругом... и там... – Он встряхнул головой. – Плохо дело, Хлоя. Дальше вообще ничего нет. Никаких следов.
Хлоя, борясь с паникой, неохотно прошла за мужем в дом.
– Что будем делать?
– Не знаю. – Джеффри взъерошил волосы рукой. – Осмотрим все кругом, обойдем сад и обыщем... – он осекся и бросил взгляд на жену, – обыщем берег реки. Если мы сами ее не найдем, обратимся за помощью. – Он снова потянулся за пальто. – Найди какие-нибудь сапоги и укутайся потеплее. Скоро стемнеет.
– Джеффри, надо позвонить ее приятелю Нейлу. Она, возможно, пытается добраться до него.
Джеффри нахмурился.
–Возможно, но как же Пол?
– При чем тут Пол? Джефф, между ним и Клер все кончено. Ты должен это, наконец, понять.
– Наверное. – Он неохотно кивнул. – Но я не могу поощрять прелюбодеяний, равно как и развод.
– Тогда, по крайней мере, закрой на это глаза! – Она неожиданно разозлилась.
Джеффри нахмурился. Потом улыбнулся.
– Прости, дорогая. Я понимаю, что бываю святошей, а сейчас это не ко времени. Ты знаешь, где живет этот Нейл? Как ты собираешься с ним связаться?
Хлоя покачала головой.
– Не знаю, – беспомощно сказала она. – Просто не знаю.
Нейл устал после долгой дороги из Эдинбурга в Данкерн, и глаза у него ныли от слепящего на солнце снега.
Снегопад начался снова, когда он притормозил возле «рейнджровера» Пола и мгновение сидел, глядя на него. Рядом стояли еще две машины. Он распахнул дверь и вылез наружу.
В холле он встретил мужчину в комбинезоне с эмблемой «Сигмы» на нагрудном кармане. Тот шагнул навстречу Нейлу.
– Извините, сэр, но гостиница закрыта. Я должен попросить вас уехать.
Где-то в глубине дома Нейл услышал детский плач. Он нахмурился.
– Где Джек Грант?
– Простите, сэр, но он сейчас ни с кем не может встретиться, – человек был явно взволнован.
– Послушайте, я его друг, меня он примет... – Нейл повернулся, когда дверь отворилась и Джек вышел в холл. Он уставился на Нейла, с трудом узнав его.
– Я думал, может, полиция приехала...
– Что за чертовщина здесь творится? – Нейл бросился к нему. – Джек, что случилось?
Джек опустился на деревянную скамью у входа и беспомощно развел руками.
– Пол Ройленд. Он застрелил свою сестру, а потом покончил с собой.
Нейл остолбенел. – Покончил с собой... – ошеломленно повторил он. – Господи! Они... Они оба умерли?
– Она еще жива. Билл вместе с нашим доктором доставил ее в Абердин на вертолете. – Он помотал головой, почти не в силах говорить. – Она тяжело ранена. Я оставил ружье у себя в конторе... Понятия не имел, что он за ним вернется... Мне даже в голову не приходило. Ни на секунду. – Его руки страшно тряслись. – Не знаю, что на него нашло. Господи, просто не знаю.
– Когда это случилось? – Нейл не понимал, зачем он спросил, но внезапно это показалось ему важным.
– Примерно час назад... не знаю, может больше. Мы гуляли, катались с малышкой на санках и вдруг услышали выстрелы... – Его голос сорвался, и он уронил голову на руки.
– Клер! – Нейл резко принялся озираться. – Где Клер?
Джек пожал плечами.
– Ее здесь нет. Мистер Каммин прилетел без нее.
– Каммин? Рекс Каммин? Что он здесь делает? – Глаза Нейла сузились.
– Он прибыл с миссис Кассиди. Клер, кажется, приглашала его на Рождество.
Нейл внезапно осознал, что его колотит. Он сел рядом с Джеком.
– Полиция знает?
Джек кивнул.
– Им сообщили по рации.
– Кажется, я понимаю, почему Пол Ройленд застрелился... но его сестра... Почему он пытался убить сестру?
– Бог знает. – Джек покачал головой.
Когда они прошли в тесную контору Джека, Нейл увидел на кресле норковую шубу Клер. Она была залита кровью. На миг он замер в ужасе, затем, побледнев, обернулся к Джеку.
– Откуда взялась эта шуба?.
– Ее носила миссис Кассиди, – сообщил Билл. – В больнице мне велели забрать ее.
Какое-то время трое мужчин смотрели на шубу, потом наконец Нейл произнес:
– Пол Ройленд думал, что стреляет в жену.
– Значит, по-вашему, произошла ошибка? – надломленный голос, раздавшийся с лестницы, заставил их обернуться. Там стоял Рекс. Его глаза покраснели, тело сотрясала нервная дрожь. Когда Эмму увозили в больницу, врач настоял, чтобы он остался с Джулией. Доктор не хотел, чтобы обезумевший от горя человек оказался в тесной кабине вертолета. – Эмма знала... она знала, что он способен убить Клер. Вот почему она просила меня... просила меня... – Его голос дрогнул, он тряхнул головой, не в силах продолжать.
– Что ж, мы никогда не узнаем правды, – произнес наконец Джек. – Пойдемте. Нам всем нужно выпить.
В баре он налил всем тройного виски.
Рекса продолжала бить нервная дрожь.
– Ублюдок! Если бы я догадался... Я оставил его в конторе одного... Я не видел, что там ружье... До меня не дошло, что в таком состоянии... – Он сделал жадный глоток из стакана.
Позади раздалось слабое звяканье – телефонная связь наконец восстановилась. Никто из четверых мужчин не обернулся.
– Моя бедная прекрасная Эмма... – язык у Рекса начал заплетаться. – Она так любовалась собой в этой шубе. Стояла перед зеркалом и прихорашивалась, точно девочка в первом бальном платье. Я сказал ей, что куплю ей такую же шубу. Я бы купил ей целый мир.
– А как малышка? – спросил Джек, внезапно вспомнив о Джулии.
Рекс пожал плечами.
– У нее сейчас доктор вместе с вашей Молли Фрейзер. Он сказал, что дал ей успокоительного. Я не знаю, как связаться с ее мужем. Он вроде бы где-то в Сингапуре. Я знаю, что Эмма пыталась дозвониться до него... Понимаете, она его все еще любила. Если бы он только поманил, она бы со мной не поехала и с ней все было бы в порядке... – Он не замечал, что говорит об Эмме в прошедшем времени.
Нейл придвинулся к нему и утешающе похлопал по плечу.
– Не надо, вы не должны себя винить. Она поправится...
– Знаете, его доконал этот документ, – Рекс смотрел на него невидящим взглядом. – Он рассказал мне, что сделка с «Сигмой» была мошенничеством. Намекнул, что в документах, представленных «Сигме», было нечто такое, благодаря чему продажа становилась недействительной. Потом он показал мне доверенность, которую, по его словам, подписала его жена, предоставив ему право продать Данкерн кому он пожелает. Но Клер ее вовсе не подписывала. Это была какая-то женщина по имени Изабель...
Нейл уставился на него.
– Вы уверены?
– Конечно, уверен. Бог знает, кто она такая, но она, разумеется, не имела права продавать это владение.
Нейл мрачно усмехнулся.
– Возможно, не сейчас, – медленно произнес он. – Но когда-то оно принадлежало ей до самого последнего камня, да и нефть тоже, если б о ней было известно.
Хлоя, несколько минут поломав голову, вспомнила название организации, и выяснила в справочной телефон «Стражей Земли». Джим Кэмпбелл, работавший допоздна, чтобы закончить все дела до Рождественских каникул, сообщил ей, что Нейл уехал в Данкерн.
Джек, услышав звонок, подошел к телефону, после чего вернулся в бар и позвал Нейла.
– Это миссис Ройленд. Нет, не Клер. Я ничего ей не сказал.
Закончив разговор, Нейл снова появился в баре.
– Клер в Эрдли. Я еду туда немедленно, пока этот проклятый снег не завалил дороги. Джеффри Ройленд с женой выедут сюда сразу же после моего приезда, чтобы позаботиться о Джулии. Сможете пока продержаться?
Его лицо было мрачно. Хлоя, после того как он рассказал ей, что случилось, заговорила бессвязно, а Джеффри, тоже подошедший к телефону, от потрясения почти потерял дар речи. Когда они наконец опомнились, то забормотали какую-то бессмыслицу о Клер. Нейл не просил их выражаться яснее. Он хотел только одного – добраться до нее как можно быстрее.
– Что бы ни случилось, мы не можем уехать отсюда до его прибытия. – Хлоя плакала. – И мы должны найти Клер. Обязательно!
– Эмма! – Джеффри в изнеможении рухнул на софу. – Почему Эмма? Пол любил ее. – Он посмотрел на часы. В больнице ему велели позвонить через два часа. Эмма находилась на операционном столе в критическом состоянии.
– Джефф, Пол явно не сознавал, что делает. – Хлоя отчаянно старалась взять себя в руки. Она никогда не видела мужа таким раздавленным, и это ее пугало. – Ты связался с Дэвидом? – Она выходила в столовую поискать бренди, пока Джеффри звонил брату.
Джеффри тупо кивнул.
– Он вылетает прямо в Абердин и просил, чтобы мы скрыли все это от газетчиков и уговорили молчать Форбса.
Хлоя непонимающе уставилась на него. Неужели это так важно: все равно журналисты быстро все пронюхают. Нет, это слова Дэвида, а Джеффри лишь повторил сказанное братом. Она перевела дыхание, села на подлокотник кресла и обняла мужа.
– Все, что волнует Нейла Форбса – это Клер, – мягко сказала она. То, как он говорил по телефону, произвело на нее хорошее впечатление. – О нас он, может, и не побеспокоится, но не сделает ничего, что бы ее огорчило.
– Но где она? – Джеффри уже пошел на поиски, когда испуганный крик Хлои заставил его броситься с крыльца к телефону. На нем по-прежнему были зимние сапоги и теплое пальто. – Мы обязаны найти ее.
Обоих терзала невысказанная мысль – нельзя допустить еще одной смерти.
От холода сознание Клер прояснилось. Она огляделась, внезапно испугавшись. Было темно, и все кругом бело от снега, скрывшего приметы местности. Она дрожала от холода. Под легким пальто, которое она схватила в прихожей, была лишь ночная рубашка, а ноги в тапочках совсем онемели.
Она забрела далеко от дороги. Позади вздымались холмы, их белизну нарушали только черные скалы и узкие силуэты шотландских сосен. Снег кружился вихрями, ветер свистел в ушах, завывая в расщелинах скал.
Она повернулась, силясь побороть панику, чтобы разглядеть на снегу собственные следы, но они уже исчезли – снег заносил их, как только они появлялись.
Как она сюда попала? Клер не помнила, как вышла из дома. Все, что она помнила – жажду человеческого общества, общества Хлои, даже Джеффри, чтобы успокоиться. И кого-то еще. Кого она так отчаянно искала? В бессознательном состоянии, поглощенная своими смятенными мыслями, она заблудилась в холмах за Эрдли, не заметив даже, как туда забралась.
– Спускайся. Дорога должна быть внизу, – произнесла она сама себе под рычание вьюги. – Иди медленно и осторожно к дороге. Она должна быть... должна быть...
Она прошла еще полчаса, с каждой минутой все больше замерзая и уставая. Дважды она падала, отжимала промокшее пальто, и во второй раз уже с трудом заставила себя подняться. В полном изнеможении она расплакалась. Каста! Где Каста? Она бы никогда не позволила любимой хозяйке заблудиться...
Нейл, стиснув зубы, всматривался в стекло между поломанными «дворниками» своего старенького «лендровера». Еще десять миль, и он снова встретится с Клер.
Он никогда раньше не видел Эрдли. Подавшись вперед, вглядываясь во тьму, он старался не пропустить нужные повороты, а, подъехав к поместью, долго искал ворота в неверном свете фар, вспоминая сбивчивые объяснения Джеффри. Дважды он останавливался, наконец нашел въезд, и направил машину в длинную аллею. Подъехав к крыльцу, он увидел, что все окна в доме освещены, а под деревьями стоит полицейская машина. Прежде чем он успел выключить мотор, в дверях показалась Хлоя.
– О Клер все еще нет известий! Мы не можем найти ее! Слава Богу, вы приехали!..
– Нет известий? – Нейл взбежал во ступенькам. – О чем вы? Где она? – Он почувствовал себя так, словно у него остановилось сердце.
– Я же говорила вам по телефону! – В голосе Хлои прозвучали истерические нотки. – Она ушла днем... мы вернулись со станции и нашли дверь открытой. Просто не знаю, куда она могла деться... Здесь не было ни одной машины... ничего... Она ушла пешком!
Нейл оглянулся во мрак.
– Полиция ее ищет?
Хлоя горестно кивнула.
– И Джефф тоже. Мне не следовало оставлять ее, но она спала, и я думала, что она проспит до утра, и она была так спокойна, так разумна. Я решила, что это, должно быть, помогло...
– Что помогло? – Нейл уже повернулся и сбегал вниз. У подножия крыльца он остановился и оглянулся на нее.
– Экзорцизм… Изгнание Изабель.
– О Боже! – На миг Нейл остолбенел. – Бедная Клер!
– Найдите ее, Нейл. Пожалуйста, найдите ее, – взмолилась Хлоя.
Нейл помрачнел.
– Я найду ее, – сурово сказал он.
Он залез в свой «лендровер», развернул его и снова выехал на аллею. У ворот он остановился. Налево или направо? Угадать невозможно. Если бы Клер была на дороге, они бы ее уже нашли. Но пешком она могла пойти куда угодно.
Клер проснулась неожиданно. Она не сознавала, что спит, стоя на коленях в снегу, не чувствуя, как ветер наметает вокруг нее пушистый белый сугроб. Со стоном она поднялась на ноги. Куда идти? В какую сторону? У нее почти не осталось сил. Снежинки цеплялись за ее волосы, секли глаза, набивались за ворот, лицо казалось задубевшим и обледеневшим. Смахнув снег с лица онемевшей рукой, она, щурясь, огляделась, пытаясь увидеть что-либо сквозь белую пелену. Что-то неясное мелькнуло на самом краю поля зрения. В отчаянной надежде она повернулась туда. Неужели там, за тьмой и метелью, прошел человек?
– Помогите! Пожалуйста, помогите мне! – Ее голос был чуть громче шепота. – Где вы?
Вот опять – призрачная фигура, почти невидимая в снегу. Клер побрела к ней, проваливаясь в сугробы.
– Хлоя! Хлоя! Подожди! Пожалуйста... – от изнеможения и холода ее голос прерывался и хрипел.
Она проковыляла еще несколько шагов, и фигура по-прежнему маячила впереди нее, уверенно спускаясь с холма.
– Подожди! Пожалуйста, подожди!
Теперь Клер почти бежала. Морозный воздух обжигал горло, сердце бешено колотилось в груди, ноги скользили, она падала, но снова поднималась и вдруг ощутила под снегом твердую почву, и тут поняла, что выросший из тьмы на расстоянии протянутой руки, исхлестанный метелью черный силуэт – это телеграфный столб. Она вернулась на дорогу.
– Хлоя! – прошептала Клер. – Хлоя? – Она огляделась в поисках своей провожатой, но та исчезла. Клер была одна.
Когда Клер толкнула дверь одиноко стоящего придорожного кабачка, и шатаясь, вошла внутрь, в полупустом баре воцарилось общее молчание. Она с болезненной ясностью сознавала, как выглядит: растрепанные мокрые волосы, пальто, задубевшее от пропитавшего его снега, обувь заляпана грязью, длинная ночная рубашка, торчащая из-под пальто, разорвана и волочится по полу.
– Простите, мне нужно позвонить...
Когда она добрела до стойки бара, ее голос прозвучал как сиплый выдох.
– Телефон снаружи.
Девушка за стойкой смотрела на нее с подозрением и явной неприязнью.
– У меня нет денег, – у Клер навернулись слезы.
– Может, тогда вам лучше послать письмо? – Барменша улыбнулась посетителям, ожидая поддержки и одобрения своего остроумия.
– Прекрати, Кирсти! Как насчет рождественского великодушия?
Мужчина, сидевший за стойкой, соскользнул с высокого табурета и подошел к Клер.
– Вы неважно выглядите, девочка. У вас все в порядке? – У него было доброе лицо, испещренное множеством морщин. – Позвольте мне заказать вам выпить.
Клер рухнула на соседний табурет.
– Я заблудилась в метель. Я была на холме, потом кто-то... женщина... вывела меня на дорогу, до она не стала ждать... – бессвязно бормотала она.
– Налей леди скотча, Кирсти, – распорядился мужчина. Он протянул руку Клер. – Я – Дункан Макдональд. У меня ферма в Вест-Мэйнз.
Клер едва слышала его.
– Пожалуйста, можно позвонить? – Она продолжала дрожать.
– Дай телефон, Кирсти, ваш телефон. Я заплачу, – распорядился Макдональд. – И принеси леди одеяло, она вся промокла.
Недовольно скривившись, девушка подчинилась и брякнула телефон на стойку, прежде чем исчезнуть в задней комнате в поисках пледа.
Клер не догадалась позвонить в Эрдли. Сейчас для нее существовал только один человек – Нейл.
В квартире Нейла подняли трубку.
– Нейл! Слава Богу! Нейл, пожалуйста, приезжай, если сможешь! Пожалуйста... – Клер чувствовала, что уже не может сдерживать рыдания. Она не знала, как он до нее доберется, знала лишь, что он ей нужен.
Последовала пауза, затем женский голос произнес:
– Я полагаю, это прекрасная Клер?
Кэтлин удобно раскинулась на кровати Нейла, поставив телефон на колени.
– Как поживаете, миссис Ройленд?
Последние два слова она выговорила с нажимом.
– Скажите, пожалуйста, где он? – рука Клер, сжимавшая трубку, тряслась. Кирсти и посетители позади навострили уши с нескрываемым любопытством.
– Прежде, чем я скажу, ответьте мне на один вопрос, Клер Ройленд. Вы действительно ждете ребенка? – Кэтлин узнала это из карт, она не хотела верить, карты же говорили однозначно – рождение и смерть в одном раскладе. И снова – смерть и рождение. Этот расклад и сейчас все еще лежал на кухонном столе в квартире Нейла. Смерть выпадала так регулярно, что она не выдержала и позвонила Нейлу в Данкерн, и тот рассказал ей, что случилось.
– Да, – односложно ответила Клер.
– И это правда, что он от Форбса?
Она завизжала, когда Нейл сказал ей об этом.
– Да.
– Значит, смерть вашего мужа как нельзя более ко времени! – с издевательским сочувствием произнесла Кэтлин.
– Смерть моего мужа... – тупо повторила Клер.
– А вы не знали? – Кэтлин ощутила неожиданный укол злобного наслаждения. – Сегодня днем он застрелил свою сестру и застрелился сам.
– Нет...
– Да. Так что, миссис Ройленд, вы получили вдовство в качестве рождественского подарка.
В душе она была ужасно напугана и понимала, что уже потеряла Нейла. Он бы и так никогда не отказался от ребенка, а теперь, когда эта женщина свободна... Кэтлин горько усмехнулась. Как бы то ни было, она до последнего будет стараться испортить им жизнь. Если сможет.
Клер смотрела на ряды бутылок в баре и не видела их, не видела вообще ничего.
– Вы лжете. Пол не умер!
– Умер, умер.
– Нет... – это прозвучало, как мольба.
Внезапно трубку вырвали у нее из рук. Макдональд приложил ее к уху.
– Кто это? О чем вы говорили? Вы ужасно расстроили эту леди!
Кэтлин убрала телефон с колен и злорадно захохотала.
– Давайте, девочка, выпейте виски и я отвезу вас домой. – Он сунул ей в руку стакан.
Клер покорно отпила. От виски кровь быстрее побежала во ее венам. Она выпрямилась и сощурилась, стараясь сфокусировать взгляд на новом знакомом.
– Она сказала, что мой муж застрелился, – это прозвучало вполне обыденно.
– Да, я понял, какое случилось несчастье, – вид у него был мрачный. – Поедемте, если вы готовы.
Оказалось, что он знает Эрдли, и знаком с Антонией и Арчи. Клер сделала большой крюк по холмам, да и по дороге расстояние было около пяти миль. Когда они приехали, то увидели в аллее полицейскую машину.
– Похоже, вас ищут, – заметил Макдональд, притормозив рядом с ними и вылезая наружу. – Миссис Ройленд в моей машине, – крикнул он молодому констеблю, вышедшему на крыльцо, – и она неважно выглядит.
Полицейские, измученные и подавленные после двух часов бесплодных поисков, в это время грелись вместе с Нейлом в холле и обсуждали дальнейшие шаги. Нейл внес ее в дом, а потом в спальню, где стащил с нее мокрую, обледеневшую одежду и уложил в постель. Потом рассказал про Пола и Эмму, находившуюся между жизнью и смертью в абердинской больнице. О подозрении, будто Пол думал, что стреляет в жену, он умолчал.
Она плакала по Эмме, от жалости к Джулии и Питеру. Отношение к смерти Пола было у нее смешанным. В нем сошлись чувство вины, ярость, сожаление, и, наконец, облегчение. Воспоминания о прежних счастливых временах придут потом, и тогда она, возможно, будет скорбеть. Но не сейчас. Еще нет. Все произошло слишком быстро и неожиданно.
Когда она в конце концов уснула, Нейл спустился в пустую гостиную. Врач давно ушел, полицейские повезли Ройлендов в Данкерн, и они с Клер наконец-то остались одни.
Прихватив в кабинет Арчи кружку консервированного супа и стакан виски, он придвинул к себе телефон и позвонил Кэтлин, но она не отвечала, хотя он снова и снова набирал номер. Кэтлин тем временем ожидала лондонского поезда на вокзале Уэверли – карты предсказали ей дальнюю дорогу и перемену в жизни.
Клер спала беспокойно – металась в постели, стонала, всхлипывала, что-то бормотала, уткнувшись лицом в подушку. Ее руки были забинтованы, и все еще холодны как лед, но в ее видениях снег уже растаял и наступила весна.
Той весной Изабель часто гуляла по утесам, наслаждаясь резким сладко-соленым запахом моря и цветов – мелких луговых гвоздик, дремы, медово-золотистых цветков дрока, изысканно-хрупких шотландских колокольчиков, плясавших в траве на ветру. Она теперь все время уставала, малейшее усилие было мучительно, но счастье от этого не уменьшалось. Ребенок начал шевелиться. Она испытывала сильнейший трепет, когда он поворачивался, и с каждым толчком ребенка ее охватывала радость.
Роберт дважды присылал ей письма, дважды обещал навестить ее, но так и не приехал. Она старалась не огорчаться. Ему нужно отвоевать королевство. Когда англичан окончательно прогонят, у них вдвоем будет сколько угодно времени. Она не позволяла себе думать, что случится, когда королева Элизабет, удобно устроившаяся в своем псевдозаключении в Англии, наконец вернется в Шотландию, не допускала мыслей о других дамах, услаждавших Роберта в прошлые годы. В конце концов она была его первой любовью, его самой долгой любовью, и носила его ребенка. Где-то в самом дальнем углу сознания, там же, где сохранились воспоминания о кошмаре клетки, существовал иной страх – ее старый страх: вопли матери при родах брата и нераздельно смешанное с ними – кровь, ужас, боль, когда она потеряла ребенка лорда Бакана, – но дверь к этим воспоминаниям была замурована накрепко. Им нельзя позволить вырваться. Ничто не должно омрачить животворного солнечного сияния нынешней весны и будущего лета.
У нее появилась подруга по соседству – леди Гордон, жена того самого молодого человека, который много лет назад убеждал свою мать оказать убежище Изабель, чтобы шантажировать Джона Бакана. Обе женщины часто гуляли вместе и беседовали. Изабель ободряло, как спокойно описывала леди Гордон собственные роды. А их у нее было уже четыре. Ее младшему сыну было два года, старшему – семь, и она не видела оснований бояться и сейчас, когда она была беременна пятым, что, слава Богу, пока не мешало им видеться.
Сэр Гарри Бомонт, пожалованный граф Бакан, узнал, что Элис отвезла Изабель в Данкерн, сразу после Пасхи и пришел в ярость.
– Король выразился совершенно определенно! Она ни за что не должна была оказаться даже рядом с Шотландией! Его отец поклялся в этом.
Скрывая страх, Элис с деланной небрежностью пожала плечами.
– Он никогда не узнает, если ты ему не скажешь. У него и без того хватает забот. Оставь ее Генри. Бедная тетя Изабель – разве она не достаточно страдала? Она не причинит там никакого вреда.
Ее соглядатаи донесли, что Изабель беременна, и она слала Господу мириады молитв за свою подругу. С одной стороны, она радовалась за нее и надеялась, что Изабель изведает хоть немного счастья с мужчиной, которого любит, с другой – лихорадочно молилась, чтобы Генри об этом не узнал – подобную неосмотрительность он бы назвал предательством, и сомневалась, что он, или его король пощадят ее за соучастие.
На юг обрушилась война. Сначала шотландцами был захвачен Перт, за ним – Дамфриз, Роксбург и Эдинбург. Шотландия от восточного моря до западного принадлежала теперь Роберту.
Только замок Стирлинг оставался в руках англичан по условиям перемирия, заключенного до Дня Середины Лета. Затем, если король Англии не сменит гарнизон, он обязан будет сдаться Роберту.
Но англичане упорно наращивали свои силы, решив сделать ставку на последнюю, решающую битву, чтобы спасти свою честь. В Данкерн доходили тревожные слухи о размерах английской армии, собиравшейся на юге, чтобы покончить с Робертом и его претензиями раз и навсегда. Туда стягивались крупные силы пехоты и конницы и флотилии кораблей. Английские лорды объединились под началом Эдуарда II, поклявшись всеми силами поддерживать его. Все они были призваны королем собраться к началу июля на берегах реки Твид.
Изабель в своем далеком замке на вершине утеса знала о приближающейся армии. Но на сей раз ей не было места на поле сражения – ее король должен победить или проиграть без нее.
Не зная покоя, изматывая себя, неустанно бродила она по утесам или стенам замка, с усилием карабкаясь по ступеням винтовых лестниц.
Живот у нее был небольшой, но она слишком исхудала, дыхание было затруднено, и сердце при подъемах болезненно билось.
Женщины, прислуживавшие Изабель, умоляли ее больше отдыхать, лучше питаться, употреблять укрепляющие отвары и настои. Но ее беспокойство не утихало, медленно, но верно съедая ее, она стала бояться сна, чувствуя как утончается преграда, отделяющая ее ночные кошмары от жестокой реальности.
Гонец, прибывший наконец днем в канун Середины Лета, был ей незнаком. Он привез письмо и маленькую посылку от короля.
«В спешке. Любимая! В эти три дня все решится, я встречусь с Эдуардом Английским, если я, конечно, с ним встречусь. Знай, что я ежедневно вспоминаю в своих молитвах тебя и дитя, которое ты носишь. Если со мной что-либо случится на поле битвы, я оставил приказ, чтобы о тебе и о ребенке позаботились. Молюсь, чтобы мы победили, и королевство стало свободным и независимым. Господь с нами. Дано в моем лагере, в Торвуде, в 21 день июня, сего года 1314».
Посылка содержала ожерелье для Изабель и резную погремушку из слоновой кости с серебряными колокольчиками на лентах для будущего ребенка. Изабель поцеловала письмо и подарки.
– Возвращайся к нему, передай ему мою любовь, и служи ему своей жизнью. – Она улыбнулась измученному посланцу. Тот не нуждался во вторичном повелении и попросил лишь свежего коня.
Изабель смотрела ему вслед, пока всадник не скрылся из виду, потом печально вернулась в замок. В душе она знала, что придет день, когда Роберт сюда вернется. Но ее здесь уже не будет.
Эмма медленно открыла глаза. Ей все еще больно было двигаться и дышать, но она уже уверенно выздоравливала. Питер, сидевший рядом с ее постелью в тесной больничной палате, нагнулся и взял ее за руку.
– Как ты?
– Отлично. – Она вздрогнула. Поблизости, заполнив собою три огромные вазы, стояли цветы, среди которых преобладали кричаще-красные. Их прислал Рекс, перед тем, как отбыть в Хьюстон.
Увидев, что Питер тоже посматривает на них, она с усилием потянулась к нему.
– Он сказал, что все еще готов купить мне норковую шубу, – произнесла они, пытаясь рассмеяться. – Я ответила: нет уж, спасибо, мне хватило и одной.
Они оба минуту помолчали, думая о Рексе. Ко времени прибытия Питера Рекс уже решил уехать. Он понял, что Эмма никогда не полюбит его и смирился с этим. Его любовь была дьявольским наваждением. Знал он теперь также, что и Данкерн его не принимает. Когда он в последний раз бродил по развалинам, то ощутил исходящий от них холод – не холод мороза, но нечто иное. Холодную, неизбывную неприязнь, источаемую камнями. Дрожа и уверяя себя, что не стоит поддаваться игре воображения, он повернул назад. Возвращаясь в гостиницу, он думал о Мэри и уютной солнечной квартире в Хьюстоне, а вслед за этим подкралась мысль провести праздники где-нибудь, где жарко и полно народу.
– Нейл велел Джеку Гранту сжечь норковую шубу Клер, – задумчиво заметил Питер. На него этот жест произвел впечатление.
– Да, это поступок. – Эмма поежилась. – Как прошли похороны? – Она впервые упомянула о брате, хотя и косвенно.
– Это была кремация, Эм. – Пальцы Питера стиснули ее руку. – Дэвид устроил все с минимальной оглаской – ты же его знаешь, а Джеффри отслужил панихиду. Приходил Генри. Очень любезно с его стороны.
Прах Пола развеяли над морем.
– Генри – прекрасный человек, – согласно заметила Эмма. – А Клер была?
Питер покачал головой.
– Ей не позволили пойти. Она все еще нездорова. Ей чертовски повезло, что она не потеряла ребенка, заблудившись в метель. Честно говоря, ей повезло, что она вообще выжила.
Эмма молчала.
– Она оправилась от экзорцизма и всего прочего? – спросила она наконец. Когда Питер рассказал ей всю историю, она вначале ушам своим не поверила.
Он кивнул.
– А тебе понравился Нейл?
Он снова кивнул.
– Он подходящий человек для Клер. Он будет заботиться о ней.
– Нет, Нейл. Я не хочу снова выходить замуж. – Клер лежала на софе в Эрдли. Антония на кухне заваривала чай, а Арчи ушел по каким-то личным делам.
Она попыталась смягчить свои слова улыбкой.
– Я слишком долго была чьей-то собственностью, и теперь хочу попробовать сама встать на ноги.
Он отвел взгляд, стараясь скрыть горькое разочарование.
– Ты бы никогда не стала моей собственностью, Клер... – Но все было напрасно. Ее вновь обретенная решимость была твердой, как скала. Он вздохнул. – Где ты будешь жить?
– Часть времени с тобой, в Эдинбурге, если ты не возражаешь, но в основном в Данкерне. Я собираюсь обустроить в гостинице собственную квартиру. Бакстерс и дом в Лондоне я продаю, а Сара переезжает в Эрдли, постоянно работать у мамы.
– Но что случится, если придет нефть?
Она улыбнулась.
– Мы собирались бороться против разработок – ты, я и «Стражи Земли», но если это случится, так тому и быть. Все говорят, что сейчас скважины бурят со всеми мерами предосторожности и аварий практически не бывает. – Она посмотрела на него с задумчивой улыбкой. – Прости, Нейл, и постарайся не огорчаться так сильно. Мы останемся вместе столько, сколько ты захочешь.
У нее был долгий разговор с Джеффри, перед тем, как тот уехал.
– Ты собираешься замуж за Нейла? – спросил он.
Она пожала плечами.
– Со временем – возможно. Но не сейчас.
– А как же ребенок, Клер?
– Ребенок – мой. Ты знаешь, что Дэвид хочет, чтобы люди думали, будто отец – Пол?
Он нахмурился.
– А ты чего хочешь?
Клер встряхнула головой.
– Она моя. Все остальное неважно.
Джеффри снова нахмурился. По спине у него пробежали мурашки, однако он оставил это ощущение без внимания.
– Ты уверена что это девочка?
Она кивнула.
– Наверное, ты прошла обследование, как Джиллиан – только она сказала, что не хочет заранее знать пол ребенка...
– Нет, не обследование. Интуиция. – Она впервые улыбнулась ему, – Ты обвенчаешь нас с Нейлом, если я попрошу?
Он заколебался.
– А ты действительно этого хочешь?
– Нет.
– Тогда зачем спрашиваешь? – мягко сказал он.
– Наверное, потому что я хочу твоего одобрения. Благословения и прощения.
– Ты в любом случае их получишь, независимо от того, на что решишься.
– Я не хочу, чтобы Ройленды отвернулись от моей дочери, если я умру.
Он был явно потрясен.
– Клер, дорогая! Ты не умрешь!
– Джеффри, это случается при родах. – Лишь на секунду она позволила себе расслабиться, и он разглядел ее страх – страх Изабель.
– Не в наши дни, Клер! Не тогда, когда за деньги можно получить самое лучшее лечение, в котором нуждаешься. – Он сжал ее руки. – Ты не должна бояться.
Но она боялась, как когда-то Изабель.
Мать понимала это, и Джеймс тоже.
– В чем дело, сестренка?
Он приехал повидать ее и привез роковое известие, что «Сигма» добилась таки права на разведку участка побережья, включающего Данкерн, и уже получила официальную лицензию. Они этого ждали, но Клер не могла скрыть огорчения, даже, когда Джеймс сообщил ей удивительную новость, что сэр Дэвид Ройленд согласен поддержать в парламенте демарш против лоббистов, добившихся разрешения на проведение пробного бурения.
– Ничего особенного.
– Ты уверена? – Он смотрел на нее с участием. За последние несколько месяцев сестра стала ему гораздо ближе.
Она пожала плечами.
– Не знаю. Наверное, я просто трусиха.
– Ты здорова?
– Конечно, здорова.
– Ну, хорошо. – Он устроился рядом с ней на подоконнике. – Тогда почему ты не в Эдинбурге с Нейлом, не борешься с «Сигмой»?
Она снова пожала плечами.
– Думаю, я не хочу, чтобы он слишком привязывался ко мне. Не хочу, чтоб он страдал. И так слишком много людей пострадало.
– Клер! – возмутился он. – Ты ждешь от Нейла ребенка и твое место рядом с ним, а его – с тобой! Ты его любишь?
– Да, я люблю его. Больше, чем когда-либо считала возможным для себя.
– А он тебя любит?
Она улыбнулась.
– Он говорит, что да.
– Тогда, как ты не понимаешь, что ему гораздо хуже вдали от тебя, что он о тебе беспокоится? – Джеймс осекся. – Это связано с Изабель?
Клер опустила глаза.
– Она ведь не ушла, правда? Джеффри вовсе не изгнал ее? Ты по-прежнему ее видишь, как и раньше?
Она покачала головой.
– Нет, кошмаров больше не было.
– А других снов? Видений?
Клер сделала отрицательный жест.
– Нет, – прошептала она. – Изабель все еще здесь, но я не могу ее увидеть. Она как будто ждет чего-то. Ждет ребенка. Моего ребенка. – Она прикусила губу.
– Чепуха! Зачем ей твой ребенок?
– Возможно, ее собственный умер.
– Этого не может быть. От кого же мы, в конце концов, происходим? – Видя ее растущую панику, теперь, когда причина, наконец, прояснилась, Джеймс проявил целительную убедительность. – Тетя Маргарет так гордилась нашим происхождением от Роберта Брюса, и откуда же оно взялось, как не через дочь Изабель? Так что ребенка не постиг преждевременный конец. Слушай, почему бы мне не свозить тебя в Эдинбург на моем «порке»? Свидишься с Нейлом.
Против воли Клер улыбнулась.
– Средство для совсем уж безвременного конца, если вспомнить, как ты водишь.
– О'кей. Поведешь ты.
– Джеймс, ты очень добр...
– Но?
– Но Нейл сам приезжает сюда.
Изабель вернулась в начале июня. Клер провела утро на утесах, делая наброски прибрежного пейзажа. Нейл должен был приехать к вечеру, и она часто оглядывалась на дорогу, чтобы не пропустить его. Длительная юридическая волокита, выступления общественности, воззвания и контрвоззвания в прессе и на телевидении, привели к тому, что пока в Данкерне не было видно никаких признаков деятельности «Сигмы». Все оставалось, как всегда.
Трава вокруг замка была аккуратно скошена, стены оплетали вьющиеся розы в полном цвету. Это было место покоя и счастья. Клер никогда никого не спрашивала, где погиб Пол, и ей никто не рассказывал. Однажды она принесла для него розу и возложила на окно часовни. Вот и все. Дань годам, когда они были счастливы – до того, как он стал другим человеком.
Был прекрасный теплый день, над морем висела легкая дымка. Медленно бредя в гостиницу к ленчу, Клер замерла в конце замковых стен и оглянулась, внезапно поняв, что не одна. Атмосфера изменилась: мир и спокойствие исчезли. Она чувствовала, как воздух полнится электричеством и тревогой. Вдали послышались глухие раскаты грома.
Изабель услышала гром и вздрогнула. Был канун Середины Лета. Снаружи воздух благоухал сеном, луговой травой и дикими розами. В светлице же, где она сидела, тупо перебирая мотки шелков для вышивания, было душно, пахло прогорклым маслом. Прислужницы сплетничали под окнами, и кто-то уже зажигал свечи в темнеющей комнате.
Изабель резко встала, уронив нитки на пол. В комнате воцарилось молчание, затем от окна раздалось вечное занудное:
– Миледи, вы должны отдыхать...
– Потом будет достаточно времени для отдыха. – Изабель приложила руки к животу. Ребенок повернулся, и ее пронзила судорога боли. – Я хочу выйти. Хочу покататься верхом.
– Вы не должны ездить, миледи! – загомонили все вокруг в ужасе. – Вы недостаточно окрепли! Пожалуйста, успокойтесь...
Но успокоиться она никак не могла. Все ее мысли были с Робертом. Ее молитвы, последние силы – все устремилось к нему вслед за ускакавшим гонцом. Она вышла из комнаты и медленно спустилась по лестнице, для устойчивости опираясь рукой о стены. Даже платье, подол которого волочился за ней по ступеням, ощущалось как нелегкая ноша. Она прошла через двор и устало приказала страже открыть ворота. Сегодня она была слишком слаба, чтобы подняться на стены.
Огромная желтая луна плыла над аквамариновым морем. Вечер был ясный, благоуханный, совершенно тихий. Казалось, само море сдерживает дыхание. Как будто, если б ее слух проникал сквозь молчание горных вершин, она услышала бы позвякиванье сбруи и лязг потревоженных в ножнах мечей, пока две армии в ночи ждали рассвета, в ночи, где не было той кромешной тьмы, как в ту давнюю роковую ночь у Метвина.
Когда она остановилась и нагнулась, чтобы сорвать в траве у ног изящный колокольчик, на нее обрушилась боль. Не в силах сдержаться, она закричала. Служанки, следовавшие на почтительном расстоянии, сразу же бросились к ней, и через несколько минут Изабель уже несли к замку, а первая яркая кровь уже пятнала ее платье.
В теле, которое столько вынесло, не осталось сил для этого последнего испытания. Боль охватывала ее, погружая в бездну страдания, пока она, теряя сознание, не оказалась где-то вне ее досягаемости. Изабель не видела суетившихся вокруг служанок, не чувствовала рук повивальных бабок, удерживавших ее на окровавленных простынях, не услышала негодующего вопля своей крошечной дочери, когда ребенок наконец вырвался из ее измученного тела – на два месяца раньше срока.
Когда солнце выплыло в багровом тумане над морем, на далеких берегах Бэннокберна, Роберт готовился встретить величайшую битву в своей жизни. В Данкерне первые алые лучи рассвета проникли в узкие окна просторной спальни, где едва дышала Изабель. У постели стоял капеллан, призывая умирающую исповедаться во грехах. Его голос доносился смутно, словно из дальней дали. Она почти не чувствовала пальцев священника, начертавших крест у нее на лбу – теперь ее окружали только тени, тени прошлого, лица людей, давно умерших, а среди них – ее потомки из будущего, лица дочери и детей дочери. Тени все сгущались, и наконец она поняла...
Ее последние искры сознания захлестнула волна боли, негодования и отчаяния из-за жестокости, с которой ее отлучали от жизни и любви – теперь, когда она через столькое прошла! Она хотела проклинать, молиться, взывать к дочери и потомкам дочери, что будут жить после нее.
На огромной кровати под пологом, где она спала со своим нелюбимым мужем, а потом со своим королем, она лежала бесконечно одинокая, погруженная в отчаяние, ярость и страх, а по полу к ней медленно тянулись, но уже не успевали, лучи солнца. Но вот наконец она оторвала голову от подушки и, простирая руки к священнику и толпившимся вокруг служанкам, издала последний невыразимо жалобный крик, в котором смешались надежда, и страх, и любовь, и все, что она оставляла в этой жизни.
Клер все еще трясло, когда пришел Нейл. Успокоившись в его объятиях, она наконец сумела рассказать, что случилось.
– Это было так ужасно, Нейл. – При этой мысли глаза ее наполнились слезами. – Бедная Изабель. Она так много пережила, и умерла как раз тогда, когда Роберт одержал свою величайшую победу... это несправедливо!
– Это объясняет, почему она так и не обрела покоя. – Нейл притянул ее к себе. – Теперь все кончено?
Клер кивнула.
– Конечно. Она ушла навсегда.
– Хочешь вернуться в замок, чтобы убедиться?
Она согласилась.
Замок купался в перламутровом морском тумане. Клер медленно прошла на край утеса и огляделась. Нейл наблюдал, как она стоит, всматриваясь вдаль. Потом она обернулась и улыбнулась ему. Неторопливо, рука в руке, они шли по свежескошенной траве.
– По-твоему, она приходила, чтобы спасти Данкерн? – спросил Нейл, когда они оказались среди развалин.
– Думаю, это возможно, но отчасти. Она любила это место. – Клер снова улыбнулась. – Но главным образом, она просто хотела рассказать свою историю.
Нейл уселся на низкую стену и усадил рядом с собою Клер.
– Это Изабель вывела тебя из метели?
Клер застенчиво кивнула.
– Мне хочется так думать.
– Она не смогла уберечь себя в конце жизни, и, наверно, помогает другим, я чувствую, что она на нашей стороне. Пойми, тебе больше нечего бояться. – Он сейчас тоже ощущал ее страх.
Они молча сидели, глядя, как солнце силится пробигься сквозь туман, и прошло некоторое время, прежде, чем Клер осознала, что они уже не одни. Она оглянулась на Нейла, и поняла, что он тоже видит ее. Ребенка, маленькую девочку, играющую на лужайке, прелестное, темноволосое дитя, с огромными серыми глазами, смеющуюся счастливым звонким смехом. Пока они смотрели, из тумана вышел мужчина, высокий, суровый. Он поднял девочку, подбросил ее, отчего она опять рассмеялась, а потом посадил ее к себе на плечо и ушел с ней обратно в туман, пропав из виду.
Клер обернулась к Нейлу.
– Ты их тоже видел?
Нейл кивнул.
– Они были реальны?
Нейл смотрел туда, где они только что исчезли.
– Они здесь были, – неопределенно ответил он.
– Король и его дочь?
– Возможно.
– Знаешь, предания говорят, что потом она вышла замуж за Патрика Гордона, и Роберт подарил им Данкерн.
– Во всяком случае, мог.
– Ох, Нейл.., – внезапно она обвила руками его шею. Они долго молчали.
Наконец Нейл произнес:
– Мои предки сражались при Бэннокберне. Я тебе, кажется, говорил об этом?
Она улыбнулась.
– Да, но нечасто – примерно тысячу раз.
Нейл медленно поднялся и помог Клер встать со стены.
– Он был отличным человеком, правда? – заметил он, когда они удалились прочь. – Для короля.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Королевство теней - Эрскин Барбара



Короче, меня очень взбесил этот роман. Натянуто, много лишнего и гл. героиня такая размазня, что просто ........... Совет: не читать. Поберегите нервы и свое время.
Королевство теней - Эрскин БарбараАлина
11.10.2012, 22.12





Самый исторический роман из всех современных авторов групппы исторический любовный роман! Не Вальтер Скотт, конечно, но весьма достойно.Еще этот роман о любви к родине, без пафоса и громких слов. P.S.Космополитам читать не следует; любители эротики будут разочарованы.
Королевство теней - Эрскин БарбараЕлена.Арк
13.02.2013, 2.14





мне очень понравилось правда натянуто но в целом очень интересный роман и без этих откровенных сцен которые порядком надоели.
Королевство теней - Эрскин Барбараася
14.04.2013, 22.24





Этот роман о Изабель,про её прабабушка и рождении Изабель читайте дитя феникса 1 и 2 части,романы супер.эротики минимум,но история пересказа на отлично.
Королевство теней - Эрскин Барбаракатерина
15.11.2014, 15.00








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100