Читать онлайн Орлы летают высоко, автора - Энтони Эвелин, Раздел - 20 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Орлы летают высоко - Энтони Эвелин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.65 (Голосов: 20)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Орлы летают высоко - Энтони Эвелин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Орлы летают высоко - Энтони Эвелин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Энтони Эвелин

Орлы летают высоко

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

20

Со времени битвы при Ватерлоо прошло пять лет, и человек, кого Европа назвала Агамемноном, сидел рядом с Аракчеевым в кабинете графа в Грузино.
Грузино считалось одним из лучших поместий в России, и царь стал его частым гостем. Спокойное, ухоженное, оно заставляло Александра ощущать спокойствие и утешение, которое он обычно находил только в монастырях. Когда он был свободен от паломничества, царь часто покидал Санкт-Петербург, чтобы погостить у самого могущественного властителя своего царства, ведь именно этой чести удостоился сам Аракчеев.
Александр доверял графу и восхищался им, расскрывая ему все свои секреты, особенно свое желание реформировать жизнь крестьян в России. Эти грязные, невежественные люди были безнадежно неорганизованны. Что-то необходимо было делать. Царь часто размышлял и вспоминал чистенькие прусские городки и деревни, чей порядок так радовал его, и из его бесед с Аракчеевым родилась ужасающая идея военизированных поселений.
«В этом и разрешение вопроса, – возбужденно думал Александр, – даже двух неотложных вопросов: вопроса отсутствия у русских дисциплины, недооценки значения порядка и вопроса о необходимости содержать большую постоянную армию, готовую на случай любой неожиданности». Этот урок он получил в результате войны с Наполеоном. Ими был разработан план, и Аракчеев предпринял первые шаги по его осуществлению.
По всей России создавались поселения, где насильно объединялись солдаты и крестьяне, которые жили и муштровались по законам суровой армейской дисциплины, а жизни их управлялись вплоть до самых интимных деталей женитьбы и деторождения. Все поселения были одинаково чистенькими и необжитыми. Под жестоким надзором их несчастные обитатели несли на себе воинские и трудовые повинности. Правила учитывали все, до мельчайших подробностей, и когда Александр читал их, то не мог себе представить, как можно оставаться несчастливым, если во всем следовать этим правилам:
Но поселения эти, как и Грузино, которое ему так нравилось, стали адом рабства и жестокости; Александр так же мало знал о том, что на самом деле происходило в них, как и о тех методах, которые применялись в самом Грузино.
Он проводил долгие часы, молясь в личной часовне Аракчеева, где на одной из стен был высечен мраморный барельеф его отца с надписью золотыми буквами: «Пред тобою сердце мое чисто, а дух мой справедлив».
Если Александр и надеялся когда-нибудь забыть о своей вине, и о преданности слуги, то ему достаточно было войти в эту часовню… Только знающий в чем заключается боль царя человек посмел бы воздвигнуть подобный памятник. Аракчеев знал это, и в этом заключался секрет его власти над Александром.
В тот вечер, сидя в кабинете, они обсуждали беспорядки в поселениях. Комната эта была точной копией собственного кабинета царя в Зимнем дворце. Каждое кресло, каждое украшение было скопировано. Могло действительно показаться, что он находился в собственном доме, Когда Александр сидел в кресле с высокой спинкой перед огнем, опустив голову на руку. Александр выглядел постаревшим и обремененным множеством забот.
– Не понимаю, с чего им быть недовольными, – признался он. – Это совершенная система. Они накормлены, одеты, имеют крышу над головой, их должным образом воспитывают. Неужели у людей нет никакого здравого смысла? Они что, предпочитают жить, как собаки?
Тысячи крепостных, заключенных в Чугуевском округе, восстали против этой системы, и их выступления были подавлены с невероятной жестокостью.
Аракчеев пожал своими костлявыми плечами.
– Мы еще научим их этому, ваше величество, – пообещал он. «Действительно научим, – подумал Аракчеев, – после того, как они узнают, с кем имеют дело».
Он сам отправится в Чугуев, чтобы все проконтролировать. Возможно, что он даже возьмет с собой Анастасию; Анастасии должен понравиться Чугуев. Эта цыганка была его любовницей уже в течение девятнадцати лет, и вместе с ней они организовывали самые отвратительные садистские представления, какие только он помнил. Но надо быть очень осторожным, не заходить слишком далеко в отношении несчастных крестьян, когда в Грузино останавливался Александр. Анастасия старалась никогда не попадаться на глаза государю.
– Я сделал все, что в моих силах, – продолжал жаловаться царь, – но, кажется, что все кончилось неудачей.
Аракчеев принялся успокаивать его. Хотя это и могло показаться странным, но этот ужасный человек всегда был готов расплакаться, и сейчас, когда он увидел, как расстроен царь, глаза его наполнились слезами.
– Неблагодарные свиньи, – разрыдался он. – Но разве одно место имеет большое значение? Ведь повсюду дела идут хорошо. Это вовсе не неудача, ваше величество! Положитесь во всем на меня; я обо всем позабочусь.
Именно этих слов и ждал от него Александр. Аракчеев со всем справится, как справлялся с большинством его проблем. И тогда у него будет больше времени молиться за себя и за свою сестру Екатерину.
Екатерина. Он уставился в огонь, забыв и об Аракчееве, и о восстании. Ему нужно молиться о Екатерине. Даже теперь ему кажется невозможным представить, что она умерла. Она умерла год тому назад, в начале 1819 года, а он все еще ждал от нее письма или ему казалось, что вот-вот он услышит ее голос или ее быстрые шаги. Ему требовалось усилие, чтобы вспомнить, что не может быть никакого письма, а ее голос и шаги лишь отголосок его собственных мыслей. Она умерла и была похоронена в Вюртемберге, и ему не остается ничего, как только молиться Богу, чтобы Он не проклял ее.
Образ Екатерины, находящейся в аду, преследовал его в течение многих месяцев после ее смерти. Он узнавал ее, звал ее; он знал, насколько она порочна, язвительна и неспособна к раскаянию! О Господи, никто не знал этого лучше, чем он! Он вспоминал ее лицо, каким оно было в тот вечер, когда он с триумфом вернулся после победы 1815 года, вспоминал свою собственную слепую ярость, когда узнал о предстоящей им разлуке. Он вздрогнул при мысли о ней и почувствовал холод каменного пола часовни, в которой часто молился за ее душу.
Царь предоставил Аракчееву широкие полномочия править от своего имени. Это действительно было необходимо, ведь он столько времени бывал в разъездах. После окончания войны он путешествовал по всей России под предлогом осмотра своей страны, а на самом деле пытаясь убежать от самого себя. Он был одинок. Сестра его умерла, любовницы у него не было, а семью его интересовало только то, кто будет его преемником. В целом мире не было никого, кому бы он доверял, кроме Аракчеева и своей дочери от Марии Нарышкиной, крошки Софи. Он любил Софи. Она была так нежна и предана ему, она помогала ему сохранять чувство к Марии, в котором не было ни страсти, ни вины. Оба они стали старше, и жизнь била каждого из них по-своему. Здоровье и репутация Марии были подорваны, и сам он стал больным, удрученным человеком.
Когда они встретились, теперь уже в качестве родителей Софи, Мария заметила, что теперь улыбался Александр очень редко, только когда играл с дочерью.
Сейчас, сидя в полусне у огня в комнате Аракчеева, он тоже думал о Софи. Она любила и уважала его. Милостивый Боже послал ее ему, ее привязанность и почтение помогли ему преодолеть подавляющее чувство угнетения, которое мучило его. Он победил Наполеона – к этому времени из его памяти полностью стерлось участие в этом других народов, основал Священный Союз, вернул в мир наследственную монархию, а наградой ему стало это чувство глубокого отчаяния. В результате этого напряжения в его душе что-то надломилось. Иногда разум его туманила религиозная мания, а тело оставалось бессильным и измученным из-за наложенных им на самого себя епитимий.
По временам он по-прежнему отстаивал свою волю приступами гнева, а потом впадал в апатию и уезжал в долгие странствия.
В Европе, которую он освободил, ширились волнения. Революционные партии в Испании, Италии и Германии выступали за реформы. Не миновало это движение и Россию. В России это коснулось даже армии. Он нахмурился. Аракчеев и с этим справится. Как смеют они подвергать сомнению его волю, когда сам Господь избрал его из всех царствующих особ как инструмент своей святой воли! Но теперь Господь наконец-то давал ему свободу. В последнее время он почувствовал, что самым главным для него становится спасение собственной души…
Меттерних созывал еще один Конгресс, который должен был состояться в Троппау. Александр понимал, что ему необходимо побывать на этом Конгрессе перед тем, как он начнет предпринимать шаги по осуществлению плана, – пока еще никому неизвестному – плана, в результате выполнения которого он останется в памяти человечества не только как человек, победивший Наполеона. Сначала это было просто желанием, постепенно превращавшимся в навязчивую идею, а затем и в цель его жизни. Пришло время готовить сцену для последнего величайшего заключительного акта его правления. Но это будет уже после Троппау.
Однажды вечером Александр спокойно ужинал с императрицей Елизаветой, Аракчеевым и князем Волконским, когда ему сообщили, что в Санкт-Петербург прибыл курьер со срочным сообщением. Это был скучный ужин, который царь делил с императрицей только ради соблюдения приличий, поэтому Александр был рад, когда его прервали. Он и понятия не имел, что это могут быть за новости, разве что о новом мятеже в военных поселениях. Лицо его выразило недовольство, и он резко произнес:
– Приношу вам свои извинения, мадам. Прибыло сообщение, срочное, думаю, мне следует его прочесть, не откладывая.
Он послал за курьером и, сидя за столом, взломал запечатанное письмо. Аракчеев, всегда пристально следивший за каждым его движением, заметил, как неожиданно изменился цвет лица государя. Несколько минут тот сидел, не выпуская письма из рук, пока все остальные тоже не заметили, что что-то встревожило его настолько сильно, что у него дрожали руки. Но только Аракчеев посмел обратиться к нему с вопросом:
– В чем дело, ваше величество?
Александр опустил письмо и оглядел стол.
– Новости с острова Святой Елены. Наполеон умер.
Первой заговорила императрица Елизавета.
– Господи, и всего-то! Сначала я действительно перепугалась, ваше величество, вы были так возбуждены. Что ж, слава Богу, мир избавился от него.
В разговор, который последовал за этим, вступили Аракчеев и Волконский. Александр все еще молчал, не выпуская письма из рук и все еще слыша небрежно брошенные слова своей жены: «И всего-то!»
Властитель всего мира, чьи легионы были столь же непобедимы, как и фаланги Древнего Рима… человек, с которым он вступил в величайшую в истории битву и в конце концов победил.
Наполеон. В голове у Александра стоял шум – грохочущие орудия; мерная поступь войск, над которыми развеваются сверкающие на солнце знамена с орлами; топот огромных отрядов кавалерии… «Vive L'Empereur!» Доносящийся издалека шум схватки, который он впервые услышал под Аустерлицем, когда огромные массы французской пехоты вступили в бой. Трубили горны, французские горны, разносившие по всей местности этим солнечным июньским утром свои ужасающие звуки, и крошечная фигурка в мундире Старой Гвардии на плоту в Тильзите… Наполеон, выступающий вперед и пожимающий ему руку…
Эрфурд, представления Комеди Франсе, парадные обеды, блестящие военные смотры, тихие беседы с Талейраном… Талейран тоже пал, король отделался от него.
Затем мысленно царь вновь побывал в Вильне, на балу в Запрете, когда к нему подошел Балашов, и сейчас он так явственно расслышал его шепот, как будто тот стоял рядом с ним.
– Французы форсировали Неман, ваше величество. На нас напали!
В носу он чувствовал запах гари – русские города и деревни пылали под горячим летним небом 1812 года, а он ехал вместе с армией Барклая де Толли; дымящийся остов Москвы, сотрясаемый взрывами, потому что завоеватели взрывали все, что осталось от сгоревшего города. Карта в его кабинете в Зимнем дворце, где маленькие флажки указывали продвижение неприятеля при отступлении. Церкви, где он простаивал часами, умоляя Господа Бога наставить его на путь истинный; Екатерина Павловна, оплакивающая Багратиона, склоняющаяся над его плечом, чтобы рассмотреть карту, с мужской разумностью следящая за ходом развития войны.
Названия звучали, как призыв трубы, – Смоленск, Бородино. Колокольный звон в Москве, возвещающий о пожаре. Метель днем и ночью, самая жестокая зима за много лет, а затем вздувшиеся воды Березины и дрожащий голос Кутузова, рассказывающий о вопле ужаса, который поднялся над рухнувшим мостом, когда сотни людей нашли в реке свою погибель.
Кутузов тоже умер. Смельчак Ней, просивший за своего императора царя в гостиной Талейрана, казнен после Ватерлоо; та же участь постигла и Мюрата, который среди кавалеристов стал живой легендой. Бертье, главнокомандующий штабом Наполеона, выбросился из окна, когда увидел, как русские войска вторично пересекают границу Франции в 1815 году.
Британский военный корабль выплыл в Атлантический океан с Наполеоном на борту, направляясь на небольшой остров с нездоровым климатом, которому суждено было стать самой известной тюрьмой в мире.
Внезапно ему вспомнилось лицо Жозефины, хорошенькое лицо женщины, кому и в старости удавалось оставаться молодой, когда она смотрела на него в сумерках в розовом саду Мальмезона.
«Меня любил величайший человек своего времени, а я была слишком глупа, чтобы оценить это».
Грохот этих великих сражений, переходящий в шепот людей, обсуждавших их, ветераны, кого никто уже не слушал… Французские орлы в русском имперском музее, орудия, ржавеющие в полях, играющие рядом с ними дети. И десять миллионов погибших.
Письмо… «Генерал Бонапарт умер на острове Святой Елены после мучительной болезни».
Генерал Бонапарт, вот что сделали с вами англичане. Они запретили людям из его окружения, которые последовали за ним в ссылку, обращаться к нему по-другому. Генерал Бонапарт умер.
«О, и всего-то!» – сказала царица.
Александр резко отодвинул стул от стола и вышел из комнаты, не сказав ни слова.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Орлы летают высоко - Энтони Эвелин

Разделы:
Предисловие123456789101112131415161718192021

Ваши комментарии
к роману Орлы летают высоко - Энтони Эвелин


Комментарии к роману "Орлы летают высоко - Энтони Эвелин" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100