Читать онлайн Вот это женщина!, автора - Энтони Лора, Раздел - Глава шестая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Вот это женщина! - Энтони Лора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.72 (Голосов: 29)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Вот это женщина! - Энтони Лора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Вот это женщина! - Энтони Лора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Энтони Лора

Вот это женщина!

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава шестая

— К чему столько хлопот, — заметил Киган. — Мне совершенно безразлично, что завтра Рождество.
— Ну, теперь уже поздно что-то менять!
— Ты бы не стала так стараться, будь ты одна. — Это был не вопрос, а утверждение.
— Да, не стала бы, — легко согласилась Рен. — Но в этом году я не одна.
Киган скрестил на груди руки, сощурил глаза и внимательно посмотрел на нее. Что на нее нашло? Куда подевалась та тихая, робкая женщина, с которой он встретился пару дней назад? Вместо нее теперь по дому носился веселый маленький эльф, вроде тех, что помогают Санта-Клаусу. У них еще такие смешные красные леггинсы, зеленые туники и черные ботинки. Весьма соблазнительный наряд. Вспыхнувшее некстати желание заставило Кигана смутиться и быстро отвести глаза.
Большая картонная коробка с надписью: «Рождественская чепуха» лежала посреди комнаты пря мо на полу. Рен доставала оттуда яркие красные гирлянды и развешивала их над камином. Над дверями по традиции были прикреплены веточки омелы. В воздухе витал аромат печеных яблок. Елка горела и переливалась огоньками под ярким утренним солнышком.
Когда же она встала? — изумился Киган. С лампы на него смотрел игрушечный северный олень, а на столе мягко покачивался под веселую мелодию краснощекий Санта-Клаус, приветственно машущий рукой. Композиции с еловыми ветками и шишками украшали двери. Рен, должно быть, хлопотала всю ночь.
Он чувствовал себя неловко, поняв, сколько трудов положила она, чтобы произвести на него впечатление. Он смотрел в окно на мерзлую землю.
— Я приготовила печеные яблоки, сосиски и овсянку.
Рен приколола к одежде колокольчики, которые нежно позвякивали при каждом ее движении. Улыбка необычайно красила ее лицо.
Киган с раздражением прогнал такие мысли. Ему совершенно не хотелось восхищаться этой женщиной.
Рен беспечно болтала о погоде, коровах, ценах на рынке. Киган сидел молча, не поддерживая разговор. Чем больше он будет разговаривать с ней, тем больше будет похоже, что они связаны какими-то узами. Уж лучше держать рот на замке, и оборона должна быть наготове. Скоро он уйдет. Может быть, даже сегодня.
— Этим утром вы выглядите гораздо лучше, — произнесла она. — Как вы себя чувствуете, Киган?
— Спасибо, неплохо, — неохотно ответил он.
Вчера ночью, выплакавшись, он провалился в глубокий, спокойный сон без сновидений. Было большим облегчением вот так расслабиться на ми нуту и позволить себе отбросить осторожность. Киган не знал, случилось это оттого, что он дошел до крайнего изнеможения, или на него так действовало присутствие Рен, но эти слезы словно очистили его. Впервые с той ужасной ночи, когда он потерял Мэгги и Кетти, Киган плакал. Именно здесь, на ферме, которая так напоминала ему о детстве, о бабушке и дедушке.
Но сейчас, при свете дня, Киган готов был снова надеть маску ледяного спокойствия, которая верно служила ему последние восемнадцать месяцев. Выслеживание Хеллера требовало абсолютного внимания. Ему нечего было дать этой женщине. У него не было для нее даже улыбки.
— У вас есть карта местности? — спросил он сухо, напоминая себе, что сейчас главное — разыскать ферму отца Хеллера.
— Минутку. — Рен подошла к старинному комоду в углу и пошарила по ящикам. — Вот карта Техаса.
— А нет более подробной местной карты? — Рен нахмурилась.
— Должна быть. Подождите. — Вот. Нашла. — И протянула Кигану пожелтевший сверток.
— Спасибо.
— Пожалуйста, — с этими словами Рен отправилась на кухню. Киган последовал за ней, и вдруг замер, потрясенно уставившись на стол. Стол был покрыт красно-зеленой скатертью. По середине была изображена прелестная евангельская сценка. Точно такой же скатертью Мэгги накрывала стол каждый год. Прижав руку к груди, Киган почувствовал, как болезненно и тревожно забилось сердце.
— Садитесь, — пригласила его к столу Рен. На негнущихся ногах он подошел и сел, не отрывая глаз от младенца Иисуса.
Рен порхала по кухне, расставляя тарелки.
— А вы не будете есть? — спросил он.
— Я уже поела.
Почему его охватило разочарование, когда она отказалась сидеть рядом с ним? Киган вилкой ковырял яблоко, сочащееся сиропом и маслом.
Поев, он начал изучать карту и обнаружил, что ферма Рен расположена на Фарм-роуд, 132. Головокружение несколько испортило его радость. Судя по карте, до жилища господина Хеллера оставалось не многим более двух миль. Возбужденный и обрадованный, он засунул карту в карман и отодвинул тарелку. Ему надо было выйти на улицу, на свежий воздух. Подышать и выработать план дальнейших действий.
— Вы уже подоили коров? — спросил он у Рен.
— Нет, пока нет. — Она покачала головой. — Как раз собиралась.
— Позвольте мне, — предложил Киган в поисках предлога, позволяющего ему выйти из дома, отгородиться от праздничной атмосферы, которую создала Рен. Это было для него слишком. Слишком радостно, празднично. Переполняющий ее энтузиазм — не для него. Слишком уж похоже на Мэгги.
— Вы уверены, что сможете? — усомнилась она. — Ведь еще вчера у вас была высокая температура.
Ее забота заставляло Кигана нервничать. Он даже предпочел бы, чтобы Рен его боялась. Он не хотел ее опеки, как не хотел и сам о ней заботиться и беспокоиться.
Ее каштановые, с бронзовым отливом волосы рассыпались по плечам свободными волнами. Киган не мог оторвать взгляда от ее маленьких ушек и точеного носика.
— Со мной все в порядке, — сказал он угрюмо, вставая и отодвигая стул.
— Подождите, — попросила Рен. — Возьмите пальто моего отца. Оно теплее вашей куртки.
Киган подождал, пока она вернется с теплым и тяжелым пальто и парой перчаток с начесом. Он влез в пальто и натянул перчатки.
— Вот так-то лучше, — сказала она, снимая с его плеча невидимую пылинку.
Он замер от этого жеста, но Рен, кажется, не заметила его реакции.
— Будьте осторожны, — предупредила она. — Ступеньки обледенели.
Кивнув, Киган поспешно отодвинулся от Рен. Он не хотел признаваться себе, что ее прикосновение зажгло в нем новые чувства. Как не хотел и думать о том, что, несмотря на все его сопротивление, эта женщина будоражит его на каком-то очень глубоком, потаенном уровне. Его пребывание на этой ферме временное. И не надо поощрять ее ни в коем случае. Кигану никоим образом не хотелось причинять ей боль.
Но он все же сделал ошибку — обернулся и взглянул на Рен последний раз. Она смотрела на него, и на ее бледном, нежном личике застыло грустное выражение. Киган сжал челюсти. Его угрюмость убила всю радость ее рождественских приготовлений.
Промямлив слова благодарности за завтрак, он повернулся и вышел из кухни, со стуком за крыв за собой дверь. Странно, но этот деревянный барьер показался ему слишком тонким, что бы отгородиться от Рен и ее разочарования. Он предпочел бы что-то более прочное между собой и Рен Мэттьюс. Например, необъятную пропасть Большого каньона.
* * *
Рен выкинула остатки завтрака Кигана в мусорное ведро, боясь расплакаться. Господи, ну почему ей так плохо? Просто потому, что он едва притронулся к еде? Но ведь это совсем не означает, что он не оценил ее талантов хозяйки. Просто Киган был не голоден.
Она не спала всю ночь, вязала ему свитер, потом готовила завтрак, а он к нему едва притронулся…
Грудь Рен горела, ее душили слезы. Надо покончить с такой чувствительностью. Ведь Киган вовсе не отталкивал ее. Кроме того, почему это она должна беспокоиться о том, что думает о ней какой-то Киган Уинслоу?
Потому, что я хочу ему помочь, ответила себе Рен.
И поняла, что это правда. Долгое время ее занимали только собственные проблемы. Было гораздо проще жить в своем собственном замкнутом мирке, отгородиться от людей и жить отшельницей, чем преодолеть свои страхи и начать жизнь заново.
Киган Уинслоу заставил ее понять, что настало время отбросить жалость к себе и сосредоточиться на ком-то другом. За одно это она должна быть ему благодарна.
Конечно, Рен страдала. Она потеряла родителей и получила увечье на всю жизнь. А потом ее обманул заезжий проходимец. Но сейчас это было уже не так важно. Ей уже двадцать девять лет. Если она не перестанет себя жалеть сейчас, то когда же? Единственный путь к преодолению ее страхов — отбросить прошлое и жить настоящим. Она провела десять лет, жалея себя. Довольно.
Рен опустила руки в мыльную воду мойки и выглянула в окно. Она задумчиво смотрела на по крытую снегом и льдом землю во дворе. На про водах сидела парочка воробьев. Иней посеребрил ветви деревьев, а из-под снега кое-где пробивались ломкие стебельки замерзшей травы.
В конце концов Рен решила посвятить все ближайшее время подготовке к Рождеству.
Будет весело. Больше, чем просто весело, — чудесно. В ней росло позабытое радостное возбуждение. Да, она сделает праздник совершенно особенным для этого замерзшего душой незнакомца, который так нуждается в теплоте и заботе.
Но реакция Кигана на все ее усилия несколько разочаровывала и охлаждала ее пыл. Впрочем, чего она ожидала? Что он внезапно сбросит свою маску отчуждения и пустится в пляс? Или поприветствует ее бурными аплодисментами?
Глупая женщина, прошептала себе под нос Рен. Она перестаралась. Нельзя заставлять радоваться насильно.
Но она не должна сдаваться. Если уж кто и нуждается в рождественском чуде, то это Киган Уинслоу. Рен не знала его истории, не могла понять его страданий и боли, но та фотография, которая выпала из его рюкзака, и страшный шрам позволяли о кое о чем догадываться.
Рен сложила намыленные ладони. Она не знала точно, о чем будет молиться, но слова сами рвались наружу.
— Милый Боже, — произнесла она. — Пожалуйста, выведи Кигана из тьмы к свету.
И именно эти слова как нельзя лучше вы разили ее желания. Рен сразу почувствовала себя легче. Она не могла сказать, что с ней происходит, но впервые за долгие годы в ее сердце затеплился огонек надежды.
* * *
Быстро спускаясь по лестнице, Киган глубоко вздохнул. Морозный воздух обжег ему легкие. Но Киган только приветствовал боль, с легким сердцем принимая ее как наказание. Он должен был помнить о том, кто он такой и зачем появился в этом маленьком техасском поселке. Пока Хеллер не будет мертв или за решеткой, он не успокоится. И не сможет позволить себе провести канун Рождества в компании прелестной молодой женщины. Позволить себе такую роскошь будет прямым предательством Мэгги. Гибель его жены должна быть отмщена. И пока он не достигнет этой главной цели, остальная жизнь для него закрыта.
Самым страшным в Рен Мэттьюс было то, что она заставила его снова обрести надежду. До встречи с ней он думал, что все надежды его умерли вместе с женой и дочкой. И то неясное чувство, что начало зарождаться в самой глубине сердца, одно временно пугало и беспокоило Кигана.
— Тебе надо сосредоточиться, — пробормотал он. Дыхание вырывалось изо рта клубами белого пара. — Подумай о Хеллере.
Он знал, что этот человек где-то здесь, поблизости. Может быть, он приехал домой в отпуск. Хотя Хеллер и его брат выросли в южном Чикаго, оба родились в Техасе. И отец Коннора все еще жил в Стефенвилле, недалеко от фермы Рен. По этому Киган считал, что Хеллер уже почти у него в руках. Так близко он не подбирался к своему врагу еще ни разу за последние полгода. И все же сейчас он не в силах был что-либо сделать. Но это сейчас. Пока. А когда погода улучшится, восстановятся силы. Киган мог рассчитывать, что ураган и Хеллера заставил сидеть дома и не высовываться.
Хеллер был слишком осторожен. Он уже не раз ускользал из-под носа своего преследователя. Киган решил сделать все, чтобы на этот раз Хеллер не ушел. Теперь ему нужен был только разработанный план. Надо как-то выманить Хеллера из его убежища.
Покачав головой, Киган толкнул дверь сарая. Коровы встретили его дружным мычанием, выражая недовольство. Только часть из них лежала на соломе и мирно жевала жвачку.
Большинство нагревателей отключилось. Киган решил заняться этим немедленно. Глаза его тем временем осматривали сарай. Он нуждался в ремонте. Доильные агрегаты были старыми, а деревянные стойла перекосились. Крыша протекала, и струйки воды стекали по стенам сарая, кое-где превращаясь в сосульки. Лампы, освещающие помещение, надо было перевесить. Да и пара ведер краски тоже не помешала бы.
С таким небольшим поголовьем Рен вряд ли могла рассчитывать на большую прибыль, решил он. Кигану стало тревожно при мысли, что бедняга мучительно пытается делать работу, которая ей не по силам.
Она просто недостаточно сильна физически для такого рода работы. И ей очень нужна по мощь.
Он удивился, почему Рен так старается сохранить эту ферму. Со всех точек зрения было гораздо разумнее продать ее, чем вкладывать большие деньги в поддержание жизни в явно захиревшем предприятии. Киган пожал плечами. Возможно, у нее такое хобби — молочная ферма. Впрочем, для хобби здесь явно набиралось слишком много работы.
Как же она живет, эта Рен Мэттьюс? Разве у него есть время беспокоиться о Рен? Ни к чему хорошему это не приведет.
С этой мыслью Киган вышел из сарая и обошел его кругом в поисках баллона с газом. Слава богу, что у нее было два баллона. Перетащить их в сарай и подключить к нагревателю займет со всем немного времени.
Все эти операции заняли у Кигана несколько минут. Уже собираясь обратно в дом, он заметил нечто встревожившее его.
Свежие следы. Они четко отпечатались на снегу.
Он осторожно подошел поближе.
Следы были от большого ботинка, по крайней мере сорок пятого размера.
Хеллер носит сорок пятый размер, подумал он. Тише, Уинслоу, не спеши. Не стоит делать поспешных выводов.
И все же факт был налицо.
Следы вели через двор и направлялись прямо к окну гостиной.
Очевидно, ночью здесь кто-то побывал. Кто-то очень любопытный.
Кигана охватила волна ярости. Кто-то шпионил за Рен. Но кто? И главное, зачем? Он по чувствовал что-то похожее на ревность при мысли, что этот неизвестный смотрел, как она украшает гостиную, пока сам Киган спал.
Может быть, у Рен есть тайный поклонник. Слишком застенчивый, чтобы заговорить с ней. Или еще хуже. Некто знающий, что она живет од на и совершенно беззащитна. Это тоже возможно.
Кулаки Кигана сжались сами собой от нарисованной его воображением картины. Он повернулся и прошел по следам до самого леса, где они почти терялись в снегу. Но черт его побери, если он не узнает, кому они принадлежат! Это самое малое, что он может сделать для Рен, желая убедиться в ее безопасности.
Пробираясь среди поваленных стволов и кустарника, Киган временами терял след, но продолжал искать его, пока снова не находил.
Он прошел уже с четверть мили, когда болезнь дала о себе знать. Ему пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание.
Через несколько минут он продолжил свой путь, но вскоре его ожидал новый подвох. На этот раз подвели ноги. Они стали какими-то ватными. Теперь перед ним встал выбор: продолжать идти по следу или вернуться и помочь Рен с дойкой. И то и другое ему было явно не под силу.
Ты не можешь оставить Рен одну, Уинслоу, всплыла в его голове настойчивая мысль. Что, если этот любопытный вернется и не ограничится подсматриванием в окно?
Ему тут же вспомнилось, что он уже однажды оставил женщину одну, когда не должен был это го делать. Теперь выбора просто не оставалось.
Сдерживая дыхание, он пошел обратно по своим же следам, пока не вышел к ферме.
Он скажет Рен, что она забыла про нагреватели и коровы на время остались без тепла, а потом примется за дойку. Он решил пока не говорить ей о странных следах. Не стоит пугать ее.
Киган вернулся к дому и, хотя постучал в дверь, не стал ждать ответа и сразу вошел. Кухня была пуста. Где же Рен? Но потом из гостиной послышалось пение, и все стало ясно.
Рен напевала «Рождественские колокольчики».
Киган улыбнулся. Мэгги никогда не отличалась хорошим слухом.
Тут его улыбка исчезла. Это не Мэгги! Надо помнить об этом. Да, определенное сходство было. Обе они были добрыми, заботливыми, милыми и нежными. Но там, где Мэгги полностью зависела от него, Рен шла своей дорогой и не нуждалась в помощи, ни на кого, кроме себя, не полагаясь. Живя одна в глуши, в одиночку ухаживая за животными, она была готова пустить в ход ружье, защищаясь от вторжения незваных гостей. Мэгги и Рен были сделаны из одного теста, но жизнь закалила Рен гораздо сильнее.
Киган снова улыбнулся, вспомнив, с каким серьезным выражением лица она пугала его своей крохотной винтовкой. Вспомнив об оружии, он невольно потянулся к наплечной кобуре и «магнуму», которых там не было. Вот так. Рен все же удалось его разоружить. И это было свидетельство ее мужества.
Он остановился в проходе, ведущем из кухни в гостиную. Рен не заметила, как он вошел, увлеченная собственным пением. Она покачивалась на верхней ступеньке стремянки, придвинутой к елке, прилаживая на ее верхушку белого с золотом ангела.
Скрестив руки на груди, Киган наблюдал за этим.
Она и сама выглядела как ангел. Легкие пряди ее волос, казалось, взлетали, лицо светилось мягкой улыбкой. Она не из тех женщин у которых нет отбоя от кавалеров. Зато у нее было замечательное качество: к таким женщинам можно прийти, когда тебе больно.
Прекрати сейчас же, Уинслоу, приказал себе Киган. Прекрати!
Он тряхнул головой, отгоняя наваждение. Он не мог, не должен был ни в чем исповедоваться этой женщине. Даже представить себе такую возможность было глупо. Он должен зализывать свои раны в одиночестве.
Рен встала на цыпочки и наконец водрузила фигурку на верхнюю ветку.
Осторожнее, прошептал про себя Киган.
Она, должно быть, почувствовала на себе его взгляд, потому что обернулась, широко улыбнулась и подняла руку в приветствии.
— Киган!
Ее глаза так и лучились радостью.
Она подалась вперед, перенося весь свой вес на уголок тонкой железной ступеньки.
И ступенька не выдержала.
Рот Рен округлился, как маленькая буква «о». Она уронила ангела. Он упал на пол и закатился под елку. Она попыталась удержать равновесие, но колени подогнулись.
Киган бросился к ней через комнату, протягивая руки.
— Ой, — вскрикнула Рен.
Лестница под ней закачалась и рухнула. Рен взмахнула руками в воздухе, словно собираясь лететь.
Киган успел подхватить ее, и она упала ему на руки, словно зрелое яблоко с дерева.
Он посмотрел на нее.
Рен подняла на него глаза, быстро и отрывисто дыша.
Его глаза расширились, он не мог оторвать от нее взгляда. Киган прижал ее к себе еще крепче, словно боясь, что она исчезнет.
Ее запах, кружащая голову смесь яблок, кардамона, лаванды и ванили, заставила сердце Кигана сладко замереть.
Ее губы были похожи на влажные от росы лепестки розы. Нежный цветок, всего в нескольких дюймах от его губ. Мягкие волосы ласкали его кожу, ее грудь прижата была к его груди. Руки Кигана обвивали ее спину и бедра.
Он не ожидал, что это объятие так сильно его взволнует. Киган смотрел в ее лицо, застигнутый врасплох. Она привлекала его, тянула к себе как сильный магнит.
Глаза Рен, широко распахнутые и доверчивые, пьянили его сильнее вина.
Она не должна ему доверять. Никогда! Мэгги доверилась ему, и погибла! Ему нечего предложить Рен Мэттьюс. И никому нечего предложить, кроме злости, ненависти и жажды мести.
Она протянула ему руку помощи, когда он в этом нуждался. Он был ей очень благодарен, и это все.
Но какая-то часть его отчаянно хотела, чтобы все было по-другому. Чтобы он был свободен и мог связать свою судьбу с ней. Просто смешно. Он был связан, скован. Крепкими цепями прикован к прошлому, и убийца его жены и ребенка будет наказан.
Даже если бы смог отказаться от преследования Хеллера, Киган не мог представить себе их совместной жизни с Рен. Рен была хрупким, нежным существом, свежим, как весна. Киган же был холоден и жесток, как зимние морозы. Она — воплощенная невинность, он — грех и грязь. Рен верила, что люди добры и честны; Киган знал, что это не так.
Неважно, насколько разными они были, не важно, что ему хорошо удавалось прятать расту щее чувство к ней… Что-то светлое проснулось в его душе, нежное и оттого уязвимое. И это пугало его даже больше, чем перспектива прожить оста ток жизни в тоске и одиночестве. Он хотел защитить ее.
И это желание более всего сдерживало Кигана. Как он может защитить Рен, когда не смог уберечь даже собственную семью?




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Вот это женщина! - Энтони Лора

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Эпилог

Ваши комментарии
к роману Вот это женщина! - Энтони Лора



не понравилось(((
Вот это женщина! - Энтони ЛораИРИНА
2.11.2011, 0.11





читать
Вот это женщина! - Энтони Лораиришка
23.02.2013, 13.13





неплохо. просто еще одна жизненная история!
Вот это женщина! - Энтони Лоралия
23.02.2013, 17.25





Тяжеловатый роман: 4/10.
Вот это женщина! - Энтони ЛораЯзвочка
23.02.2013, 20.04





Согласна с читательницами! Судьба двоих людей, которые через многое прошли.Не очень легко читается.
Вот это женщина! - Энтони ЛораЮлия
23.02.2013, 22.30





Издержки жанра конечно присутствуют, но сюжет разворачивается динамично, роман читается с интересом...
Вот это женщина! - Энтони ЛораОльга
27.02.2013, 18.24





Прочитала на одном дыхании. Настоящие люди, проблемы, горе. Никаких миллионэров, греков и итальянцев.
Вот это женщина! - Энтони ЛораЗана
3.03.2015, 20.28





На трёчешку. Немного скучно и незамысловато.
Вот это женщина! - Энтони ЛораЗузуля
3.03.2015, 22.41





Как для меня то не на троечку это точно, уже как то проелось романы о богатых мальчиках и бедных девочек или ну очень слащавые истории. Этот жизненный.......... и это очень хорошо , что с такими проблемами люди продолжают дальше жить..........и верить. 10 б.
Вот это женщина! - Энтони ЛораКэтрин
5.06.2015, 22.09








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100