Читать онлайн Вот это женщина!, автора - Энтони Лора, Раздел - Глава третья в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Вот это женщина! - Энтони Лора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.72 (Голосов: 29)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Вот это женщина! - Энтони Лора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Вот это женщина! - Энтони Лора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Энтони Лора

Вот это женщина!

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава третья

Гроза продолжалась всю ночь.
Сон приходил урывками. Рен засыпала, чтобы снова проснуться от яркой вспышки молнии пря мо перед окном спальни. Ночная рубашка промокла от пота, пульс был неровным. Ее мучили кошмары. Ужасный сон, в котором неизвестный преступник преследовал ее, а она никак не могла найти оружие.
Потом из темноты выступало лицо Кигана Уинслоу. Она звала его, умоляла о помощи. Он шел к ней, его руки были широко раскинуты, но когда он подходил ближе, она понимала, что у него в руке винтовка. И она направлена прямо на нее.
Рен подняла дрожащую ладонь к мокрому виску и отбросила со лба прилипшую прядь. Даже во сне она не могла решить, кто же этот человек — друг или враг.
Разум говорил: он чужак, и, скорее всего, из самых опасных. Но что-то внутри, то самое шестое чувство, которое подсказывало ей, что не все так безоблачно с Елейном Томасом, взывало к доверию. Может быть, оно, это доверие, отчасти порождалась тем, что она видела его шрам. Или тем, что у него грустные, измученные глаза. Что бы это ни было, Киган Уинслоу задел ее чувства. Было видно, что в жизни ему пришлось несладко, хотя он пытался скрыть это.
Рен откинула одеяло и вылезла из постели. По пути зажигая в комнатах свет, она прошла мимо елки, которую поставила и нарядила еще вчера. Она повесила несколько разноцветных шаров и пару гирлянд на облезлые ветки, но все-таки елка выглядела какой-то жалкой. Рен и сама не очень понимала, зачем ей понадобилось это подобие елки, но чувствовала, что без нее вообще не будет никакого праздника.
Дрожа под домашним халатом, Рен включила термостат, прежде чем идти на кухню. Она поду мала о том, как провел ночь Киган. Он, наверное, совсем замерз, несмотря на обогреватель.
Рен поставила на огонь воду для кофе. Потом отрезала кусочек вчерашнего пирога и положила его в микроволновую печь на полминуты.
Рен взглянула на часы. Пять утра. Пора утренней дойки.
В сарае. Одна. Нет, с Киганом Уинслоу.
Если она подождет до рассвета, может быть, он уйдет. Конечно, коровы опять будут недовольны, но зато ей не придется встречаться со странным пришельцем.
Тебе следовало бы предложить ему завтрак на дорогу, сказал внутренний голос.
Да, но это означало бы еще раз посмотреть в его тоскливые глаза, в которых словно отражалась она сама. Рен оставила эту мысль. В конце концов, этот Уинслоу вполне может сам о себе позаботиться.
Все люди — братья, снова заявил о себе внутренний советчик.
Рен подошла к двери. Слегка приоткрыла ее. Резкий холод тут же проник в дом. Колючий ледяной ветер закружился вокруг Рен, пробираясь под одежду. Бедро заныло сильнее. Она зажгла свет на крыльце и посмотрела в сторону сарая, контур которого едва виднелся в серой предрассветной мгле.
В нем не горело ни огонька. Неужели Киган еще спит?
Цементные ступеньки покрывал тонкий слой льда. С крыши свешивались сосульки. Дрожа, Рен закрыла дверь. Сейчас она затопит камин, позавтракает и примет ванну. Затем оденется и тогда решит, доить коров сейчас или подождать до рас света.
Ей нужно было хорошо позавтракать и выпить кофе, чтобы окончательно проснуться.
Она села завтракать, но ее не отпускало чувство вины: она сидит здесь в тепле и уюте, наслаждается завтраком. А тем временем Киган Уинслоу замерзает на ледяном чердаке сарая.
Рен вздохнула. Все-таки люди — сложные существа. Ей совсем не хотелось беспокоиться о чужаке. Видит Бог, у нее и так достаточно проблем.
И все-таки она не могла избавиться от угрызений совести. Но сама мысль о том, чтобы пригласить этого угрюмого мужчину в дом, вызвала у нее беспокойство.
Из того, что она знала о Кигане, можно было заключить, что он не в ладах с законом и, скорее всего, скрывается. Наверное, он что-то натворил. Отправился ли он в путь по своей воле, или его вынудили к этому обстоятельства?
— Как бы там ни было, все это не твоя забота, Рен Делен Мэттьюс, — сказала она себе вслух.
Но, несмотря на попытки самовнушения, сарай притягивал ее мысли, так же как и находящийся там человек. Любопытство боролось в ней со страхом.
Обычно ее мысли текли медленно и неспешно, и ничто не нарушало спокойного равновесия, да же ее беспокойные ученики. Но в это утро ею овладело волнение, и Киган Уинслоу был тому при чиной. Чувства ее раздваивались
Она понимала, что ему нужно помочь. Но одновременно она сознавала, что лучше бы остаться дома и покрепче запереть дверь.
Мягкость натуры и раньше приносила ей большие неприятности.
А уживающаяся с ней жесткость делала ее жизнь пресной и одинокой.
Рен снова приоткрыла дверь и выглянула наружу. Ничего не изменилось. В сарае было темно, но на горизонте уже начинал пробиваться розоватый свет наступающего рассвета.
Она слышала, как в сарае заворочался скот. Скоро коровы начнут мычать все громче. Уж конечно, Киган Уинслоу не сможет спать в таком шуме.
— Подождем еще немного, — прошептала себе Рен. — Разведем пока огонь. Надо дать ему еще час, чтобы он мог уйти. Если он не уйдет к поло вине седьмого, я пойду и попрошу его это сделать.
Вдруг ей в голову пришла ужасная мысль: что, если он откажется уходить?
— Ладно. — Рен взглянула на свое отражение в блестящем боку тостера. Даже на свой не слишком критический взгляд, она выглядела бледной и сонной.
И что с того, что на улице десять градусов мороза и всего два дня осталось до Рождества? Она не собирается открывать приют для бездомных.
Наконец, решившись, она натянула жакет и втиснула ноги в ботинки. Жидкий солнечный свет едва просачивался сквозь толстый слой облаков. Рен вышла на крыльцо. От ее дыхания белым облачком поднимался пар. Замерзшая трава хрустела и рассыпалась под подошвами ботинок.
Коровы нетерпеливо мычали. В помещении висел знакомый запах молока, соломы и коровьего навоза.
Босси обернулась и бросила на нее укоризненный взгляд.
— Знаю, прости, — извинилась Рен, все еще осторожно оглядывая сарай. Возможно, ей повезло и Уинслоу уже ушел. Эта мысль придала ей смелости, и Рен расправила плечи. — Я заслужила твое недовольство. — Она почесала широкий лоб Босси, чтобы ее успокоить.
Но мысли ее возвращались к Кигану, словно к больному зубу, который все время хочется потрогать языком.
Может быть, он все еще спит наверху, на чердаке.
Как он может спать среди такого шума? — гадала Рен, слушая привычный утренний хор. Пока она работала, часто бросая взгляд через плечо на чердачную лестницу, ее слух ловил каждый подозрительный звук.
Три четверти часа ушло на то, чтобы подсоединить все семнадцать коров к доильным аппаратам. Когда с этим было покончено, Рен поднялась на нижнюю ступеньку и посмотрела наверх.
Она ждала, обхватив пальцами перила. Сердце ее билось неровно. После их странного разговора вчера вечером Рен просто не знала, что теперь делать, если этот человек еще здесь. Она откашлялась.
— Эй! — позвала Рен. Никакого ответа.
— Мистер Уинслоу?
Послышался звук, похожий на стон. Рен склонила голову.
— С вами все в порядке, мистер?
По ее спине пробежали ледяные мурашки. По чему он не ответил?
Нервничая, Рен покусывала щеку. У нее про сто нет выбора: надо пойти и узнать, что происходит. Руки ее слегка дрожали, когда она поставила ногу на первую ступеньку.
Теперь стон слышался громче.
Взволнованная, Рен взбежала по ступенькам. Она подошла к двери и толкнула ее.
Через запыленное окно падал серый свет утра. Киган Уинслоу лежал на койке, завернувшись в одеяло. Несмотря на нагреватель, в комнате царил настоящий холод.
— Мистер Уинслоу? — Она осторожно приблизилась к кровати. Может быть, это ловушка? Он хочет сначала подпустить ее поближе, а затем на броситься?
Тут Киган что-то пробормотал и заворочался, но глаза его были закрыты, дыхание было сбивчивым и неглубоким.
Она все ближе подходила к нему, готовая в любой момент кинуться к двери и вихрем пронестись по лестнице, если он сделает хоть одно рез кое движение. Рен ругала себя за то, что оставила пистолет дома.
— Мистер Уинслоу, уже утро. Вы должны уйти.
Его глаза открылись и уставились в пространство, глядя на что-то, чего Рен не видела. Должно быть, это было что-то страшное.
— Мэгги! — закричал он, резко сев на кровати.
Рен отпрянула, испуганно оглядываясь на дверь. Но так же быстро, как сел, Киган Уинслоу упал обратно на подушку.
Пульс Рен напоминал галоп испуганной лошади. Страх сжал ей горло. Она внимательно оглядела мужчину. Его глаза покраснели и казались стеклянными. Они горели лихорадочным блеском.
Рен отошла назад, прижимая руки к груди. Кто такая Мэгги? — гадала она. Что случилось с Киганом Уинслоу?
— Мистер Уинслоу, — прошептала она.
Ответа не было. Он смотрел в потолок бессмысленным взглядом.
Рен приблизилась к кровати. Неужели он спит с открытыми глазами?
По чердаку пролетел порыв ветра, и она по ежилась. Плотнее завернувшись в пальто, она еще раз шагнула к койке.
Он снова закрыл глаза. Рен стянула перчатку и положила на лоб Кигана свою холодную ладонь.
У него был жар. Он горел в лихорадке!
— Киган? — спросила она, в первый раз называя его по имени.
Он взглянул на нее не узнавая.
— Кто вы? — сказал он, его голос звучал хрипло и глухо. Кожа его была сухой. Значит, ему нужна вода, и чем скорее, тем лучше.
— У вас высокая температура. Я принесу вам воды. Вам холодно?
Он не ответил, его била дрожь, и он плотнее завернулся в одеяло.
Придется отвести его в дом, подумала Рен. Он тяжело болен и не может оставаться в холодном, продуваемом всеми ветрами сарае.
Эта мысль ее испугала. Надо было впустить в свой дом мужчину. И что еще более странно, может быть, из-за его болезни, а может, из-за того, что он звал какую-то женщину, Рен совершенно перестала бояться Кигана. Он был человеком, нуждавшимся в помощи. А ей всегда было трудно отказать в помощи людям, в ней нуждающимся.
Рен наполнила водой бутыль, достала одно из старых зимних пальто своего отца из чулана в прихожей и вернулась в сарай. Она нашла Кигана в том же положении, в котором его оставила.
Рен отвинтила крышку бутылки и наклонилась над ним. Ее бедро коснулось его колена, и у Рен перехватило дыхание. Даже сквозь несколько слоев материи она чувствовала исходящий от него жар. Ее реакция была очевидна — даже находясь в столь плачевном состоянии, этот мужчина притягивал ее.
Рен взволновано взглянула на него, быстро окидывая взглядом его тело. Никогда она не чувствовала такого постоянного и сильного волнения рядом с кем-нибудь. Тем более с незнакомцем.
Киган пробормотал что-то неразборчивое.
— Вот. — Рен просунула левую руку ему под голову и приподняла ее. Ее пальцы погрузились в его мягкие влажные волосы. Черные пряди создавали яркий контраст с белизной подушки. — Пейте.
Киган застонал.
— Откройте глаза.
Его веки дрогнули, глаза медленно приоткрылись.
— Ангел, — пробормотал он.
Она прижала горлышко бутылки к его губам.
— Пейте.
Он подчинился и начал жадно глотать воду. Когда бутылка опустела, Рен положила его голову на подушку.
— Спасибо.
Ее охватили странные чувства. Чувства, которые она никак не должна была испытывать к одинокому бродяге.
— Нужно отвести вас в дом.
— Дом? — Он удивленно на нее посмотрел. — А где же я нахожусь?
— В моем сарае.
— А, то-то я чувствую запах навоза. — Он сморщил нос.
— Вы можете идти, мистер Уинслоу?
— Конечно.
— Вы очень слабы. Он махнул рукой.
— Скажите, куда идти.
— Почему бы не начать с того, чтобы просто попытаться сесть?
— Хорошая идея.
Его темные глаза блестели, и Рен поняла, что он, видимо, бредит.
— Помогите мне подняться, — попросил Киган.
Она взяла его за руку. Его кожа была обжигающе горяча. Рен нахмурилась. У него, должно быть, очень высокая температура. По меньшей мере, тридцать девять. Ему нужен врач.
— Вот так, — сказала Рен, помогая ему сесть. Он спустил ноги с койки, но не смог встать.
Дышал он тяжело, изредка встряхивая головой, прогоняя туман перед глазами.
— Как вы?
— Нормально.
Киган прикрыл глаза и так долго не открывал их, что Рен начала беспокоиться, что он упадет на пол.
И зачем я всем этим занимаюсь? — подумалось ей. От этого человека одни неприятности.
Потому что он нуждался в помощи. Потому что до Рождества оставалось всего два дня. И еще потому, что где-то на уровне подсознания она была связана с этим человеком его страданиями. Кроме того, если бы Рен осмелилась себе в этом признаться, она бы сказала, что ее влечет к этому человеку. Тянет как магнитом.
— Вот. — Она достала пальто своего отца и протянула его Кигану. — Просовывайте руки в рукава.
Словно двухлетний ребенок, которого одевает мать, он послушно повиновался ее командам и неловко пытался попасть руками в рукава.
— Теперь ботинки.
Киган по очереди поднимал ноги, сначала од ну, потом вторую, а Рен надевала ему ботинки и старательно завязывала шнурки.
— Готово. — Она поднялась и поглядела на него, оценивая его состояние. Он был очень бледен.
— Ладно, — наконец произнес он. — Давайте попытаемся.
— Вы уверены? — Она с сомнением посмотрела на него.
— Да, — кивнул Киган.
— Обопритесь на меня, — скомандовала Рен, обнимая его одной рукой за талию, помогая подняться на ноги.
Он качался, словно деревце на ветру. Рен была ему как раз по плечо. Она удивилась, что от него пахнет чистотой.
Кто же вы, мистер Киган Уинслоу? — задавала она себе вопрос. Он не производил впечатления преступника или бродяги. Его кожаная куртка, хотя и изрядно поношенная, была хорошего качества. То же можно было сказать и о ботинках. Те немногие фразы, которые она слышала от него вчера вечером, говорили о том, что он довольно образован. В нем было так много загадочного и противоречивого, что Рен, имевшая мало опыта в общении с противоположным полом, и предста вить не могла, как ей дальше держать себя с этим странным человеком.
— Куда мы идем?
— Сначала надо спуститься по лестнице. — Рен указала на открытую дверь, через которую виднелась шаткая деревянная лестница, спускавшаяся на первый этаж.
— По которой из двух? — спросил Киган.
— Что вы имеете в виду?
— По той, что справа, или той, что слева?
Рен подавила стон. У него двоится в глазах. Вероятно, надо уложить его снова в постель и на время забыть о переходе в дом. Но тут же по чердаку пронесся порыв ледяного ветра и засвистел в широких щелях. Сарай, конечно, довольно теплый для скота, но для человека, тем более больного, здесь совсем неподходящие условия. Кроме того, если Киган останется здесь, ей будет тяжело за ним ухаживать.
— Я поведу вас, — успокоила его Рен.
Он положил ей на плечо свою большую ладонь и пошел за ней. Рен сделала несколько шагов по направлению к лестнице. Кигана качало, и их движения напоминали весьма странный танец. Шаг, два, остановка.
Она останавливалась каждые несколько секунд, чтобы дать ему отдышаться. Его лицо покраснело от усилий, на лбу выступили капельки пота.
Пальцы сжали ее плечо в поисках поддержки. Он раз или два наступил ей на ногу.
— Простите, — пробормотал он.
Теперь Киган Уинслоу не выглядел как беглый преступник, вломившийся в ее сарай. Он, скорее, казался потерявшимся маленьким мальчиком, усталым и несчастным.
Рен захлестнула нежность, и она с трудом по давила желание откинуть длинную влажную прядь волос с его лба, обнять его и утешить.
— Вы хорошо справляетесь, — ободряюще сказала она.
— Лгунья.
— Мы уже почти на лестнице. — Когда Рен дошла до верхней ступеньки, она остановилась. Сейчас им предстоит самая сложная часть пути.
— Мистер Уинслоу, — сказала она. — Нам пред стоит спуститься по лестнице. Вы уверены, что сможете это сделать?
— Ух, — вздохнул он. — Кажется, не смогу.
— Что случилось? — Она обеспокоено заглянула ему в лицо, по которому разливалась восковая бледность.
— Ноги не двигаются.
О, Боже. Прежде чем Рен смогла подумать, что делать дальше, колени Кигана подогнулись и, он полетел с лестницы вниз.
* * *
— Мистер Уинслоу, скажите что-нибудь, пожалуйста!
Киган смотрел на темноволосую женщину, склонившуюся над ним. У него нестерпимо болела голова, и перед глазами все плыло. Он чувство вал, что все его тело горит и ноет, и больше всего на свете хотел, чтобы эта незнакомая женщина перестала носиться вокруг и кудахтать над ним, как курица над цыпленком. Она наклонилась к нему еще ближе, и тут, на мгновение, он принял ее за другую.
— Мэгги? — простонал он, уже зная, что ошибся.
— Нет, я Рен. Рен Мэттьюс.
— Ах, вот как.
— Мэгги — это ваша жена?
— Была. — Киган вздрогнул.
На ее лице мелькнуло выражение жалости, и Кигану пришлось прикусить язык. Он ненавидел, когда его жалели, особенно незнакомые люди. Ненавидел людей, которые думали, что знают, каково это — потерять близкого человека. Терпеть не мог непрошеных помощников и доброхотов. Эта чертова девчонка и понятия не имеет о том, что он пережил.
— У вас идет кровь!
Киган положил руку на затылок и почувствовал жжение. Он попытался сесть, но Рен снова уложила его и вынула из кармана носовой платок. Присев рядом с ним, она прижала платок к затылку.
Как это старомодно — носить платок, подумал он отвлеченно.
— Не двигайтесь, — предупредила она, ее пальцы слегка касались его кожи, и это был успокоительный бальзам в океане боли.
— Почему?
— Вы разбили голову.
— А-а. — Киган подумал, что поэтому женщина кажется такой испуганной. И все-таки он ни как не мог понять, почему она так о нем печется. Кто же она такая? — Что со мной произошло?
— А вы не помните?
— Ничего с прошлой ночи.
— Этим утром вы проснулись с сильным жаром. Вас бил озноб, вы очень ослабели. Я думаю, у вас сильная простуда или что-то в этом роде. Я попыталась отвести вас в дом, но вы упали с чердака, скатились по лестнице.
Рен указала наверх, и глаза Кигана расширились, когда он понял, с какой высоты свалился. Там было около восьми футов. Неудивительно, что он ничего не помнит.
— У вас может быть сотрясение мозга, — мрачно произнесла она.
Киган приподнялся на локте и посмотрел на женщину. Она была по-своему привлекательна. Красива тихой, неброской красотой. Да его никогда и не привлекали яркие женщины.
— В чем дело?
Рен в недоумении приподняла бровь.
— Что?
— Вы хромаете.
Она покачала головой, как будто ее хромота ничуть ее не волновала.
— Ничего особенного. Старая рана. Он поднялся на колени.
— Что вы делаете? — снова воскликнула Рен.
— Встаю.
— У вас рана на голове!
— Ну и что? Я же не могу лежать здесь целый день, правда?
Киган оперся на дверцу стойла, чтобы удержаться на ногах. Корова удивленно посмотрела на него и помахала хвостом. Он нахмурился и попытался собраться с мыслями. Во рту пересохло, его бросало то в жар, то в холод.
— Если вы считаете, что можете встать, то давайте попробуем дойти до дома, — предложила Рен.
По крайней мере в этом Киган мог с ней полностью согласиться. Ему сейчас было жизненно необходимо оказаться в мягкой, теплой постели.
— Обопритесь на меня. — Рен подставила ему плечо.
Рассудив по-другому, Киган взял ее за руку и тут же пожалел об этом. Его вдруг охватило странное чувство. Оно переполнило все его существо. Ему отчаянно захотелось положить голову на колени этой женщины, чтобы она перебирала его волосы заботливыми руками, пока все его несчастья не уйдут. Захотелось раствориться в ее нежных и любящих объятиях. Он не ощущал ничего похожего уже очень давно, и сейчас это чувство вряд ли принесет ему что-нибудь, кроме неприятностей. Ему и этой доброй женщине.
Это все жар, сказал себе Киган. Только жар, бред и ничего больше.
Он постарался не поднимать глаз, надеясь, что на его лице не отразились эти мысли. Все его силы уходили на то, чтобы одну за другой переставлять ноги.
— Уже недалеко. Всего несколько шагов, — подбадривала она его шепотом. Мягкость голоса и теплота в глазах женщины удивили и растрогали Кигана. Он не мог понять, чем заслужил встречу с таким ангелом.
* * *
Меньше двух часов назад ее целью было выдворить этого человека за пределы своей фермы, а сейчас она молилась про себя, чтобы отвести его в дом без дальнейших осложнений.
Его затылок покрывала корка запекшейся крови. На одном колене на джинсах была огромная дыра. Пока Рен открывала дверь сарая, он стоял, прислонившись к стене. Он тяжело закашлялся от порыва ветра, ворвавшегося в помещение.
Губы Рен сжались в твердую линию. Ему ну жен врач.
— Нет, — хрипло проговорил Киган. — Никаких врачей.
— Но вы же больны.
— Ничего, я выживу. — Он произнес эти слова так, словно жизнь была для него в тягость.
Может быть, это из-за его жены? — подумала Рен. Когда он потерял ее, то и жизнь лишилась для него всякого смысла? Был ли он вдовцом или разведенным?
В душе Рен смешивались разные чувства, в которых ей не хотелось разбираться. Когда Киган Уинслоу лежал на полу сарая и смотрел на нее, на его лице промелькнуло странное выражение. Как будто он вдруг понял, что она — та женщина, которая ему нужна.
Никаких шансов, язвительно заметил ее внутренний голос. Кому нужна калека? Образ Блейна Томаса замаячил перед ее мысленным взором. Да и что толку, если этот Уинслоу находит ее привлекательной? Святые небеса, из всего, что она знала, выходило, что он — преступник. Но ее шестое чувство говорило, что Киган Уинслоу глубоко порядочный и честный человек, для которого настали тяжелые времена. Он увидел жизнь с изнанки, с ее темной стороны, и у него была своя длинная и, наверное, печальная история. Тем не менее, Рен испугалась, когда поняла, что у нее могут возникнуть романтические чувства к этому человеку.
Что же с ней такое случилось, если она допускает подобные мысли? Почему ее тело отзывается на его случайные прикосновения с такой силой? Может быть, она провела слишком много времени в одиночестве и забыла горький урок, преподанный ей Блейном Томасом?
Они вышли из сарая и начали пересекать двор. Ноги Кигана заплетались, и он часто поскальзывался на тонком слое льда, покрывающем все во круг.
Из трубы поднимался белый дымок, кристаллики инея хрустели под ногами, словно разбитое стекло. С ветвей деревьев и с крыш домов свисали сосульки. Огоньки гирлянды тускло светились на сером фоне.
— Теперь уже недалеко, — пообещала Рен Кигану, подводя его к крыльцу. Наконец они вошли в дом. Она закрыла за ними дверь и вступила в тяжелую, давящую тишину. Рен подняла голову и увидела, что Киган смотрит на нее.
— Спасибо вам, — прошептал он. Его голос был едва слышен и дрожал от напряжения. Он сжимал спинку одного из стульев.
— Пожалуйста.
— Я чувствую себя довольно глупо.
— Вам нечего стыдиться. Каждый может заболеть. Вам нужно поспать, и вы вскоре почувствуете себя лучше, — сказала она. Было трудно поверить, что вчера вечером она была до смерти напугана этим человеком. — Вы можете пройти еще немного?
Он кивнул.
Рен отвела Кигана в спальню, которая раньше принадлежала ее родителям. Пока он сидел на стуле и стягивал ботинки, она сняла покрывало, взбила подушки.
— Вот так. — Повернувшись, Рен успела увидеть, как Киган медленно сползает по стенке на пол. — Господи, что с вами?
— Нет сил. Чувствую себя слабым, как дитя. И таким же глупым.
— Тише, тише. Все нормально. — Рен опустилась перед ним на колени и помогла снять ботинки. — Вставайте.
Застонав, он подчинился.
Спокойно, будто ей приходилось каждый день этим заниматься, Рен расстегивала пуговицы на его рубашке. Она чувствовала при этом неловкость, но напоминала себе, что Киган болен, что она должна ухаживать за ним, как это делала бы сиделка.
И все же она заколебалась, прежде чем рас стегнуть молнию на джинсах. На щеках у нее вспыхнул яркий румянец. Сможет ли она это сделать?
Киган покачнулся, и Рен показалось, что он сейчас снова упадет. Надо было поскорее уложить его в постель. Она расстегнула молнию и обеими руками стянула его джинсы до щиколоток.
Дыхание Рен перехватило при виде его обнаженного тела. Она в своей жизни видела только одного обнаженного мужчину, но Киган Уинслоу был сложен гораздо лучше Блейна Томаса.
— Вы можете сделать шаг вперед? — попросила она. Он кивнул, и им удалось совместными усилиями стянуть с него джинсы. Киган остался в боксерских шортах, и Рен старалась не смотреть на его почти обнаженное тело.
— Руки вверх, — сказала она.
— Что?!
— Поднимите руки, чтобы я смогла снять с вас через голову рубашку.
Киган поднял руки. Рен снова ощутила волну нежности. Никогда раньше она не испытывала ни чего подобного. Поднявшись на носки, чтобы дотянуться до ворота рубашки, она наконец сняла ее.
Шрам от ожога, который начинался на шее Кигана, становился все шире и тянулся через всю спину, уродуя это красивое тело. Но вместо того, чтобы оттолкнуть, этот шрам вызывал в ней еще большую нежность к Кигану. Ее руки тянуло к нему как магнитом. Она нежно провела по шраму кончиками пальцев.
— Не надо, — сказал он резко. Рен отдернула руку.
— Простите.
Мужчина ничего не ответил. Рен взглянула ему в лицо. Глаза Кигана были закрыты, губы плотно сжаты в жесткую линию.
— Пойдемте, — сказала она. — Вам нужно лечь.
Ее сердце билось все сильнее, пока он шел к кровати. Почему же ей так больно видеть его в таком положении? Почему ее бедро болит сильнее, когда она видит его спину, пересеченную шрамом? Почему ее так тянет к нему?
Киган сел на постели, а потом позволил уложить себя. Рен подоткнула под ним одеяло. Он невнятно пробормотал слова благодарности.
Она вышла в холл, тихо прикрыв за собой дверь. Прислонилась к стене. Заложив руки за спину, она боролась с бурей эмоций, бушевавшей в ней.
Так кто же он, этот таинственный незнакомец, спящий в ее доме?..




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Вот это женщина! - Энтони Лора

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Эпилог

Ваши комментарии
к роману Вот это женщина! - Энтони Лора



не понравилось(((
Вот это женщина! - Энтони ЛораИРИНА
2.11.2011, 0.11





читать
Вот это женщина! - Энтони Лораиришка
23.02.2013, 13.13





неплохо. просто еще одна жизненная история!
Вот это женщина! - Энтони Лоралия
23.02.2013, 17.25





Тяжеловатый роман: 4/10.
Вот это женщина! - Энтони ЛораЯзвочка
23.02.2013, 20.04





Согласна с читательницами! Судьба двоих людей, которые через многое прошли.Не очень легко читается.
Вот это женщина! - Энтони ЛораЮлия
23.02.2013, 22.30





Издержки жанра конечно присутствуют, но сюжет разворачивается динамично, роман читается с интересом...
Вот это женщина! - Энтони ЛораОльга
27.02.2013, 18.24





Прочитала на одном дыхании. Настоящие люди, проблемы, горе. Никаких миллионэров, греков и итальянцев.
Вот это женщина! - Энтони ЛораЗана
3.03.2015, 20.28





На трёчешку. Немного скучно и незамысловато.
Вот это женщина! - Энтони ЛораЗузуля
3.03.2015, 22.41





Как для меня то не на троечку это точно, уже как то проелось романы о богатых мальчиках и бедных девочек или ну очень слащавые истории. Этот жизненный.......... и это очень хорошо , что с такими проблемами люди продолжают дальше жить..........и верить. 10 б.
Вот это женщина! - Энтони ЛораКэтрин
5.06.2015, 22.09








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100