Читать онлайн Приглашение к греху, автора - Энок Сюзанна, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Приглашение к греху - Энок Сюзанна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.96 (Голосов: 25)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Приглашение к греху - Энок Сюзанна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Приглашение к греху - Энок Сюзанна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Энок Сюзанна

Приглашение к греху

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

На следующее утро Кэролайн спустилась вниз и застала страшный беспорядок. На минуту ей показалось, что их дом разграблен. Это означало, что сестры засиделись до полуночи: они обсуждали график, в соответствии с которым между ними было распределено время, когда они могут претендовать на внимание Закери. Кэролайн удалось заполучить его на два часа сегодня утром, однако некие новые обстоятельства лишили ее и этого времени. Она спустилась вниз, чтобы выяснить, какие именно.
В гостиной она застала полностью оправившуюся после вчерашнего обморока Салли Уитфелд, которая самозабвенно что-то обсуждала с местным флористом.
– Что происходит? Почему такой шум? – услышала она низкий мужской голос.
У Кэролайн по спине пробежали мурашки.
– Полагаю, идет подготовка к приему в вашу честь.
– Но до него еще целых восемь дней!
Белый накрахмаленный шейный платок, идеально завязанный, контрастировал с коричневым камзолом и темно-желтым жилетом. Закери выглядел так, словно только что покинул самую элегантную гостиную Лондона. Может быть, они пожертвуют завтраком и ей удастся поработать еще полчаса? Погружаясь в работу, она частенько забывала о еде.
– Да, но прошло всего четыре дня после приема в Троубридже. Маме придется превзойти все другие приемы в Уилтшире в этом сезоне.
– В этом вряд ли есть необходимость. Я постараюсь ее переубедить.
– Вы только ее обидите.
Кэролайн любила свою семью, но считала предстоящий прием безумием. Ей был предъявлен ультиматум: после нынешнего лета семья больше не сможет ее содержать. А теперь тратится куча денег ради того, чтобы устроить прием в честь лорда Закери и этим произвести впечатление на местную знать. А ее тем самым почти лишают возможности достичь своей цели.
Ее мать, конечно, рассчитывала на то, что одна из дочерей непременно выйдет замуж за лорда Закери Гриффина, а это окупало все усилия и расходы. Однако Кэролайн была твердо уверена, что Салли Уитфелд не учла, что гораздо более богатые, знатные и искушенные женщины уже не один год – и безуспешно – добивались той же цели.
– Мисс Уитфелд?
– Извините, милорд, я задумалась.
Он спустился на несколько ступенек ниже.
– О чем-то конкретном? О крушении своих надежд.
– О вашем портрете, конечно.
– Естественно. Вы так сосредоточены на своей работе.
Она могла посчитать это комплиментом, если бы не была уверена, что он имел в виду совсем другое.
– Я думаю, что сделаю ваш портрет в полный рост.
– Я надеялся, что вы не напрасно так внимательно изучали мои руки.
Его руки, его плечи, его рот…
– Вы будете мне позировать сегодня утром?
– Конечно. А ваши сестры не будут возражать?
Еще как будут. Они начнут следить за графиком с первого же дня.
– Я уверена, что не будут.
– После завтрака я весь ваш.
– После зав…
–Доброе утро, лорд Закери, Каро, – вмешалась Салли Уитфелд. – Как выдумаете? Мистер Хеннекер предлагает для украшения зала желтые лилии.
Закери выпрямился и вежливо поклонился.
– Желтые лилии – это чудесно.
– Я тоже так подумала. Но к ним нам понадобятся желтые ленты. Или белые будут выглядеть более элегантно?
С белыми лентами это будет похоже на свадьбу.
– Только желтые, мама.
– Я спросила лорда Закери, дорогая. Закери откашлялся.
– Желтые будут выглядеть более празднично.
– Хорошо. Мистер Хеннекер…
– По-моему, он уходит, мама. – Если мама втянет Закери в обсуждение украшений для зала, Кэролайн потеряет утренний свет еще до того, как сможет заманить его в мастерскую. Она быстро схватила его за рукав. – Мы как раз шли завтракать.
Она потянула его, и он тут же пошел рядом с ней, а Салли побежала догонять флориста. Слава Богу, что Закери быстро все схватывает – впрочем, возможно, он просто любит поесть.
На пороге столовой он остановился. Комната была пуста. Не было даже слуги, расставляющего блюда на буфете.
– Где все? Пошли искать украшения?
– Мама еще не сказала им, какие она выбрала цвета. Однако судя по пустым тарелкам, большинство сестер, видимо, уже позавтракали. Прекрасно. Никто не обратится к лорду Закери с просьбой и не отвлечет его от позирования.
– Я уверена, что они поехали в город за новыми шляпками или еще за чем-нибудь.
Ее слова прозвучали довольно ехидно, но она знала наверняка, что каждая из сестер строит планы, как бы получше использовать отведенное ей время для общения с Закери.
– Всем понадобились шляпки? Опять? Кэролайн положила себе на тарелку тост, кусочек сыра и апельсин.
– Кажется, вы скучаете по тому вниманию, которое они вам оказывают.
Закери перестал накладывать себе куски ветчины на уже имевшуюся гору еды.
– На это замечание я не могу ответить, не так ли?
– Что вы имеете в виду?
Он сел рядом с ней, хотя вокруг стола было много свободных стульев.
– Если я скажу, что мне не хватает их внимания, значит, я самонадеянный хам. Если начну говорить, что рад отсутствию ваших сестер, я хам неблагодарный. – Он отпил глоток чая. – Черт, я забыл положить сахар.
– Я принесу. Он остановил ее.
– Так какой же я?
– Простите?
– Самонадеянный или неблагодарный? Кэролайн фыркнула:
– Боюсь, на этот вопрос я не смогу ответить.
– И правильно.
Он встал и, взяв с буфета сахарницу, поставил ее между ними.
– Сахар?
Она уже положила в свою чашку кусок, но почему-то кивнула.
– Один, пожалуйста.
Он положил ей кусок сахара, чуть было не пролив чай через край чашки. Себе он положил три куска, попробовал чай и положил еще кусок.
– Можно задать вам вопрос? – спросил он, отодвигая сахарницу.
– Конечно.
Кэролайн начала намазывать на тост масло. Она чувствовала себя странно, как будто что-то ее все время отвлекало. Но это не был ни предстоящий прием, ни погода, ни маячивший впереди срок отправки портрета в Вену. Ее мысли все время занимал сидевший рядом высокий, темноволосый мужчина, который сейчас уминал один кусок ветчины за другим, словно это была его последняя еда. Как отразить на портрете его жажду жизни?
– О вашем увлечении живописью. Вы недавно поняли, что хотите стать портретистом, или всегда это знали?
Она не уловила в тоне его голоса ни обычной снисходительности, ни язвительности. Интерес Закери Гриффина был неподдельным и искренним.
– Мне всегда нравилось рисовать и писать красками. Папа нанял мне преподавателя, но это произошло после того, как я уже сама многому научилась. Боюсь, что стены детской уже никогда не будут прежними.
– А когда вы решили, что живопись будет вашей профессией, а не просто развлечением в часы досуга?
Кэролайн глянула на свои руки.
– Вы из тех людей, которые верят, что единственное призвание женщины – это выйти замуж и иметь детей?
– Разве я сказал что-либо подобное? Похоже, что только тот будет иметь у вас успех, кто терпелив и обращает внимание на детали.
Он явно ее провоцировал, а потому вряд ли оценит ее мнение. Она видела, как он вчера пытался приручить своего щенка. Терпения ему явно не хватало.
– Вы, право, несносны.
– Это так. – Он откашлялся. – Признаюсь, что мне на самом деле интересно – вы все еще хотели бы стать живописцем, если бы состоялся ваш первый сезон в Лондоне?
– А вы задали бы этот вопрос стряпчему или бочару?
– Если бы мне было любопытно услышать ответ, то задал бы.
– Хм. Тогда скажем так: это еще один вопрос, на который у меня нет ответа, поскольку сейчас я хочу запечатлеть ваш образ на холсте.
Он непринужденно рассмеялся:
– Ясно. Такое же выражение лица я видел у своей сестры, хотя, как правило, за этим следовала попытка надрать мне уши.
Кэролайн впервые подумала, что иметь в семье брата было бы не так уж плохо, хотя, что касалось Закери Гриффина, она не могла представить его в качестве своего брата.
Шарлемань Гриффин определенно назвал бы мисс Уитфелд синим чулком. Вообще-то Шею нравились образованные женщины, но упорство Кэролайн в достижении своей цели даже его могло бы озадачить.
Закери наблюдал, как она, склонив голову, рисует в альбоме. Прядь каштановых волос упала ей на глаза, и она все время пыталась ее сдуть. Ему хотелось взять эту прядь пальцами и заправить ей за ухо. Нет, она совсем не была похожа на синий чулок. Высокая, стройная, с живыми зелеными глазами и острым умом, заставлявшим его все время быть начеку.
Однако во многом другом черты старой девы угадывались безошибочно. Она отвергала идею замужества и с презрением относилась к необходимости дебюта во время сезона в Лондоне. Но самым типичным было ее стремление сделать карьеру, чтобы стать финансово независимой.
Почувствовав его взгляд, она подняла голову, но тут же опустила. Однако он заметил, что в ее глазах промелькнула насмешливая искорка.
– Сегодня вам не обязательно сидеть неподвижно, – сказала она, стирая кончиком пальца какую-то линию. – Если вы будете смотреть так пристально, у вас заболят глаза.
– Хорошо. – Облегченно вздохнув, он сел поудобнее на широком подоконнике. – Но я пытаюсь помочь.
– Вы никогда не позировали для портрета? Лоуренсу или Бичи?
– Когда мне было два года, я, очевидно, позировал Джошуа Рейнолдсу. Себастьян сказал, что я опис… – Он прочистил горло. – Легенда повествует, что я вел себя не очень хорошо.
– Понятно. Ну, теперь вы чуть старше и можете двигаться. Я хочу увидеть вас в движении. Ваши мускулы и кости.
Он согнул руку в локте.
– Пока я вижу только, что моя одежда помята.
– А я могу указать места, где она не помята. Закери хотел отшутиться, но вдруг умолк. Все же можно попробовать пойти чуть дальше, подумал он.
– Полагаю, вы видели собственные голые руки. Это помогает вам, когда вы пишете портреты дам?
– Да, разумеется, но…
Он встал, стянул с плеч плотно облегающий камзол и бросил на подоконник.
– Я не могу… Сейчас же наденьте его!
Сохраняя серьезное выражение лица, Закери расстегнул пуговицы на манжетах рубашки и начал закатывать рукава. Он не мог отказать себе в удовольствии подразнить ее, тем более что это было так легко: уж слишком она серьезна.
– Не беспокойтесь. Я не собираюсь раздеваться совсем. – Он усмехнулся. – Если только вы меня об этом не попросите.
Она встала и попятилась.
– Я настаиваю, лорд Закери. Это неприлич…
Он притворился, что не понимает, хотя слышал каждый звук ее голоса и то, как изменился тон. Он вдруг понял, что ступил на зыбкую почву. Он закатал рукава до локтя и снова сел, а она отложила альбом и подошла к нему.
Он хотел, чтобы она взглянула на него как на образец мужского совершенства. Он, естественно, не считал себя тщедушным или нескладным, а знакомые женщины всегда им восхищались, но Кэролайн Уитфелд была художником. Притом талантливым. Она изучала человеческие фигуры более критически, чем обычные женщины.
Помимо этого, он вдруг почувствовал к ней странное, доселе ему незнакомое влечение, а он обещал своей тете вести себя прилично. Это, по его мнению, означало, что Кэролайн придется сделать первый шаг.
– Меня всегда удивляло, – она остановилась перед ним, глядя не на лицо, а на руки, – почему для женщин считается нормальным показывать свои руки и шею, а мужчины должны покрывать материей каждый клочок своего тела.
– Честно? Потому что женщины как бы на витрине, а покупки делают мужчины.
Она медленно провела пальцем по внешней стороне его запястья и вверх до локтя.
– Думаю, вы правы. Но слишком открытый участок кожи лишен загадочности.
Он не был так уж в этом уверен, но не стал спорить. Тем более что легкое прикосновение к его коже вызвало бурную реакцию крови. Он вдруг подумал: кто кого соблазняет? Но одного взгляда на ее сосредоточенное лицо было достаточно для ответа. В данный момент он был просто рукой – из кожи, костей и мышц.
– Ну, что вы думаете? – наконец спросил он.
– У вас… хорошая рука. – Она запнулась и отступила.
– Хорошая? – Он подвигал рукой. – А почему не «красивая» или не «мускулистая»?
Она фыркнула. Это был тихий звук плохо скрываемого смеха, к которому он в последние несколько дней уже привык и который ему нравился.
– Это красивая рука, – поправилась она. – И мускулистая, хотя слишком явные мускулы предплечья будут выглядеть глупо. Мускулистыми у мужчин должны быть плечи, вы так не считаете? И бедра… какими они должны быть для верховой езды.
Закери поднял брови.
– Значит, по вашему мнению, мои предплечья хилые?
– Нет! Я…
– Я не позволю вам недооценить и остальное. – Он прервал ее и начал расстегивать жилет. Надо было защищать свою мужскую зрелость и силу.
– Господи! Что вы…
– Разве вы не желаете, чтобы ваши предположения подтвердились? Что, если мои плечи не в таком хорошем состоянии, как руки? Не сомневаюсь, тогда вы найдете кого-либо другого для вашего портрета.
– Вы меня дразните, Закери. – Ее щеки пылали. – Сядьте и позвольте мне продолжить работу.
– Но вы же сказали, что мне не надо сидеть спокойно. Я только пытаюсь помочь.
Он бросил жилет на камзол и начал развязывать сложный узел галстука.
Кэролайн глянула на каминные часы.
– Хорошо. Во имя искусства. Он остановился, пораженный.
– Правда?
– Если только вы верите в то, что ваши плечи не хилые.
О, с него довольно. Это он должен был ее дразнить. Но отступать было поздно.
– Мне говорили, что я в приличной форме. Я занимаюсь боксом и фехтованием. И разумеется, верховой ездой.
Он снова потянул узел галстука. Черт бы побрал Рида! Этот человек мог бы получить место палача, завязывающего узлы на шее висельников.
– Вам не нужна помощь? – спросила она, скрестив руки.
Видимо, он несколько ошибался насчет Кэролайн Уитфелд. Она точно не была кисейной барышней, а если была синим чулком, то он о таких никогда не слышал. Большинство не умели разговаривать с мужчиной, а лишь спорить, а уж если мужчина начал бы перед ними раздеваться, они и вовсе упали бы в обморок. Кэролайн явно не собиралась падать в обморок. Наоборот, она взяла альбом и стала рисовать, пока он боролся с узлом галстука.
Где-то в коридоре хлопнула дверь, и он замер.
– Нам ведь не помешают?
Не хватало еще, чтобы кто-нибудь из семьи вошел и увидел его у окна без рубашки. К заходу солнца он был бы уже женат.
Она снова глянула на часы.
– Нет. У нас еще двадцать минут.
– Откуда вы знаете?
– Вы что, нервничаете? Вы это предложили, лорд Закери, не я.
Так. Теперь настала ее очередь развлечься. А он был раздражен. Наконец он развязал галстук и швырнул его на гору своей одежды. Потом вытащил из брюк рубашку и стянул через голову.
– Нет, не нервничаю. А вы?
– Пег.
Она посмотрела на пего долгим взглядом. Боже милостивый. Она видела изображения знаменитых скульптур: «Давида» Микеланджело, некоторые обнаженные фигуры греческих богов. Теоретически она знала, как устроен мужчина, но увидеть одного во плоти – как играли мускулы, когда он снимал рубашку, как сократились мышцы живота над брюками… У нее перехватило дыхание.
Темно-серые глаза наблюдали за ней, они смотрели насмешливо и даже вызывающе. Наверное, думает, упадет она в обморок или нет? Она и не собиралась. Она, в конце концов, художник, какой бы сложной ни была ситуация, и не упустит случая – возможно, лучшего в ее жизни – увидеть, как сложен мужчина.
– Так я хилый?
– Нет. Вы прекрасны. Или, скорее, красивы, как сказали бы мои сестры.
– Поскольку это комплимент, я не стану жеманничать, – со смешком ответил он.
Кэролайн, затаив дыхание, сделала несколько набросков груди и плеч, твердых мускулов. Ее пальцы слегка дрожали, не потому, что она нервничала, а потому, что ей хотелось к нему прикоснуться.
– Вы не сделаете один оборот вокруг себя? Немного растопырив руки и улыбаясь, он начал медленно поворачиваться. Она сжала пальцами карандаш и постаралась сконцентрироваться на форме и движении, а не на самом человеке. Рисуй, Кэролайн, рисуй.
Приличия требовали, чтобы она выбежала из комнаты в тот же момент, как он снял камзол. Она также знала, что, если кто-нибудь сейчас войдет, их заставят пожениться. Она сглотнула. Трепет неожиданно пробежал по телу. Она почувствовала себя живой. Возбужденной.
– Что? – спросил он.
– Что значит «что»? – Она положила альбом на подоконник рядом с его одеждой.
– Вы хмурились. Я видел ваше отражение в стекле. Хуже не бывает. Мало того что она позволила себе забыться, так он еще ее на этом и поймал.
– Я думала о чем-то другом.
– «О чем-то другом»? Сейчас? И о чем же, позвольте спросить?
– Не важно. Можно?
– Я же сказал, что я в полном вашем распоряжении.
Заставив пальцы перестать дрожать, она дотронулась до его левого плеча. Под гладкой кожей угадывались железные мускулы. Провела ладонью по плечу. Она думала, что он, согласно моде, подкладывает под камзол «плечи», но оказалось, что ему это совершенно не нужно.
Он стоял не шевелясь и, видимо, решил воздержаться от комментариев. Ей и без них было трудно ограничиться лишь движением руки и не прийти к заключению, что остальные части его тела так же красивы, как и обнаженные плечи.
Она медленно обошла его, чувствуя, какое от него исходит тепло. Великолепен. Провела пальцем по грудным мышцам, потом вниз по грудине, и он, слегка вздрогнув, схватил ее за руку и отступил.
– В чем дело?
– Мне показалось, что скрипнули ступени лестницы.
Кэролайн снова посмотрела на часы. В соответствии с расписанием, составленным Энн, у нее все еще оставалось девять минут. И она еще не закончила изучать его.
– Думаю, вам показалось, Закери. Вы не могли бы согнуть руку?
– Нет. То есть… я правда что-то слышал.
Он отвернулся к окну и, схватив рубашку, начал натягивать ее через голову. Она наблюдала за ним, не понимая, почему так разочарована: то ли тем, что не сможет как следует изучить свою модель, то ли тем, что еще не закончила проводить пальцами по его коже.
Но если он действительно слышал, что кто-то приближается к мастерской… Он, естественно, не хотел, чтобы его женили на деревенской девушке только потому, что, поддавшись ее уговорам, сделал ей одолжение. Да и она не желала очутиться замужем за ним – особенно при подобных обстоятельствах. Да и при других – тоже, потому что жене – жене Гриффина – не будет позволено иметь собственное занятие. Особенно такое, когда она будет следовать указаниям не мужа, а кого-то другого и проводить много времени с другими джентльменами, а не с мужем.
Тут она услышала знакомый скрип ступенек.
– О Господи, – прошептала она. Он был прав. Кэролайн схватила его камзол и швырнула прямо ему в спину. – Поторопитесь!
– Только не пытайтесь меня запугать, – буркнул он, бросив на нее через плечо свирепый взгляд. Он положил камзол на подоконник и стал застегивать жилет. – Я и так тороплюсь.
Ему удалось натянуть камзол в ту минуту, когда дверь распахнулась.
– Твое время закончилось, Каро, – провозгласила Сьюзен, даже не взглянув на сестру. Она подошла к Закери и сделала книксен. – Не хотите ли пройтись со мной по саду, лорд Закери?
Игнорируя Кэролайн, он предложил руку Сьюзен.
– Глоток свежего воздуха будет весьма полезен, – галантно сказал он.
Кэролайн посмотрела им вслед и снова села на табурет. Боже мой! Это был самый необычный и незабываемый в ее жизни сеанс позирования. Ей, конечно, было интересно, но она не ожидала, что почувствует себя так странно.
Она сделала глубокий вдох и встряхнулась. А набросков получилось очень мало. Ей надо прекратить отвлекаться, потому что в своих неудачах ей придется винить только себя.
Она начала лихорадочно рисовать. Это был рисунок, который она никогда никому не покажет, но ей он был нужен, иначе она не сумеет написать портрет Закери Гриффина в одежде.
Проходя с Сьюзен под окнами мастерской, Закери украдкой бросил взгляд наверх, но не увидел Кэролайн. Скорее всего она занялась своей работой и вряд ли думает о чем-нибудь, кроме своих карандашей и красок. В отличие от него. Бог мой, он чуть было не расстегнул штаны, когда ее пальцы скользили по его обнаженному торсу.
– Я думаю, что такой прекрасной погоды, как сегодня, у нас не было все лето, – щебетала Сьюзен.
Он заставил себя вернуться с небес к своей спутнице.
– Да, погода просто замечательная. Могу я спросить, что вы имели в виду несколько минут назад, когда сказали, что время мисс Уитфелд истекло?
– О, время Каро было только до девяти часов, и она это знала. Если бы я не пришла, она не отпустила бы вас все утро из-за этого глупого рисования.
Еще пять минут, и с набросками было бы покончено, и они оба оказались бы голыми.
– Значит, вы хотели пойти погулять со мной в девять часов?
– Нет, я хотела, чтобы мое время было в полдень, чтобы мы могли устроить пикник, но его захватила Энн. Она составляла расписание и отвела себе самое лучшее время. А почти все утренние часы отдала Каро.
Он начинал понимать.
– А кто же из сестер следующая за вами? Сьюзен скорчила гримасу.
– Джулия в половине одиннадцатого. Она, верно, захочет поехать с вами в город за новыми шляпками. Глупышка просто с ума по ним сходит.
Так вот в чем дело. Они решили поделить его между собой. Ему следовало бы рассердиться за то, что женское население Уитфелд-Мэнора считает его птичкой, которую надо поймать, разделить на равные порции и съесть. Но сегодня это ему на руку. Как иначе смог бы он разделить сестер и вставить хотя бы словечко? Лучше всего начать со Сьюзен, тем более если у него всего девяносто минут времени.
– Вашему отцу, наверное, приходится отгонять ухажеров палкой.
– На балах мы всегда танцуем, – ответила Сьюзен, накручивая на палец локон светлых волос, – но в нашей части Уилтшира не так уж много холостых мужчин. К северу от нас стоит полк, но папа не хочет отдавать нас за военных. Даже за офицеров.
Для человека, имеющего семь дочерей, было явно неразумно отвергать такую обширную категорию неженатых мужчин – особенно офицеров.
– Но вам разрешают с ними танцевать?
– Иначе мы вообще никогда не танцевали бы. Одинокие мужчины, которые живут в нашей округе, такие… скучные. Все старшие сыновья только то и делают, что жалуются, что их отцы не умирают, а младшие все хотят быть либо фермерами, либо викариями, либо офицерами. А те…
– …неприемлемы, – закончил за нее фразу Закери. Интересно, а что думает мистер Уитфелд о нем? Когда они были с глазу на глаз, он был вежлив и проявлял к нему интерес. С другой стороны, Закери еще не поступил в армию. Что касается миссис Уитфелд, она совершенно определенно имела в виду брак одного из Гриффинов с одной из своих дочерей. Возможно, Эдмунд Уитфелд – если только он не был полностью поглощен своими изобретениями – догадывался о планах жены.
– Верно. А кто захочет выйти замуж за фермера или за викария, не так ли?
Закери должен был немедленно где-нибудь уединиться и подумать. Если учесть, что Мельбурн настаивал на том, что он не должен идти в армию, Сьюзен только что обрисовала круг возможных женихов. Как сын герцога и брат герцога он определенно не станет ни уличным торговцем, ни продавцом, ни мясником. Кроме того, что это отразилось бы на репутации его семьи, для него это было совершенно неприемлемо.
Он был не единственным младшим сыном, мечтавшим о военной карьере, хотя, возможно, единственным, семья которого этому всячески противилась. Что, если Эдмунд Уитфелд считает его достойным женихом? Но он не собирался жениться ни на одной из Уитфелд. В то же время, если бы Гриффин, будь он капитаном, майором или полковником, захотел жениться на любой девушке, у большинства отцов это не вызвало бы возражения.
– Лорд Закери?
Но сейчас речь шла не о нем, какой бы сложной ни была его ситуация. Сейчас надо подумать о том, как довести девочек Уитфелд до желаемого состояния. Терпение и ответственность.
– Значит, в Уилтшире нет никого, кто вызывает ваш интерес?
– Может, один и есть, – хихикнула она. Проклятие! Он уже слышал этот смешок и точно знал, к кому он относится.
– Принимая во внимание то, что после моего визита к вам я уйду в армию, искренне надеюсь, что вы говорите о ком-то более достойном. – Он постарался, чтобы его тон был не слишком оскорбительным.
– Вы… Ах, черт! – Сыозсп расплакалась. – Вы собираетесь стать поенным? Не может быть!
Если бы Заксри был отъявленным негодяем, он наверняка нашел бы словечко, или поцеловал бы, или на худой конец как-то отвлек девушку. Но он не представлял, что ему делать. Он неуклюже похлопал ее по плечу.
– Будет, мисс Сьюзен. Я уверен, что моя тетя рассказывала вам, что я собираюсь поступить в армию.
– Нет! Не рассказывала! – Она топнула ногой. – Это нечестно.
– Я здесь менее недели, мисс Сьюзен. Я не поверю, что до моего приезда вам не нравился ни один джентльмен.
Она пожала плечами, чуть было не задев его зонтиком.
– Какое мне дело до других джентльменов.
– А мне есть. Расскажите, кто мои соперники? Слезы немного утихли.
– Если вы так ставите вопрос, то извольте. Мартин, сын миссис Уильяме. Он служил в армии и вышел в отставку, чтобы помочь матери. Насколько мне известно, они купили второй магазин в Теллисфорде.
– Второй магазин. Они, должно быть, неплохо обеспечены.
– Мартин очень много работает. Его отец был стряпчим, но Мартин говорит, что у него нет склонности к юриспруденции.
Звучит многообещающе. Сьюзен, похоже, тоже не терпит сложностей – любого рода.
– Значит, вы разговаривали?
– Новые товары поступают в магазин каждый вторник. На прошлой неделе они получили шелк прямо из Парижа. Он обещал отложить для меня отрез голубого шелка и никому его не предлагать, пока я не куплю себе на платье.
– Значит, на приеме вы будете в голубом? А мистер Уильяме тоже будет?
– Думаю, что не будет, потому что на наш бал мама вряд ли его пригласит.
– Мне бы хотелось увидеть его на обоих мероприятиях. Замолвлю за него словечко перед миссис Уитфелд.
– Правда? – Она схватила его за руку.
– Я не хочу быть единственным неженатым мужчиной на этих балах. Это было бы нечестно.
– Вы такой хороший, лорд Закери. Вы твердо решили пойти в армию?
– Твердо.
Одну пристроил. Осталось шесть… пять. Все прошло гораздо легче, чем он ожидал. Закери улыбнулся Сьюзен. При такой скорости к закату он найдет пару каждой из сестер, и при этом ему ничего не придется делать, а лишь пригласить нужных джентльменов на бал. Что касается старшей сестры, тут все обстоит гораздо серьезнее. Но он совсем не против того, чтобы попасться в ее сети.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Приглашение к греху - Энок Сюзанна



Как Энок серьезно.
Приглашение к греху - Энок Сюзаннаиван столеру
23.08.2012, 12.19





Хороший второй роман о Гриффинах, хотя написан совсем в другом эмоциональном ключе и главные герои (Зак и Каро) более рассудительны и с более зрелыми чувствами, чем Элинор и Валентин
Приглашение к греху - Энок СюзаннаItis
16.07.2013, 20.32





очень интересный роман,но немного затянут.
Приглашение к греху - Энок Сюзаннаольга
26.03.2014, 20.25





Вы помните семейку Беннет. Так здесь подобная семейка, только сестер не 5 , а 7, но умных тоже только 2. Да и гл. герой далеко не мистер Дарси. Да и роман далеко не того уровня: занудлив до крайности. Даже я, такая терпеливая, пропускала листы десятками.
Приглашение к греху - Энок СюзаннаВ.З.,67л.
6.07.2015, 12.01





Не устаю удивляться английским нравам в представлении английских же писательниц. Такое мнение, что в Англии все герцоги и прочие графы женятся исключительно на бесприданницах и простолюдинках, которых раз плюнуть склонить к совокуплению, но замуж они не желают выходить за своих обожателей ни за какие коврижки. А уж как они теряют девственность, это вообще поэма! То на канцелярском столе, то на полу в коридоре, то средь бела дня на фоне каких-нибудь руин! Но нынешний роман авторши даже тут всех переплюнул! Имея всего двадцать минут времени на всё про всё - от первого поцелуя до дефлорации в голом виде средь руин, чтобы потом ещё и успеть одеться - это умереть, не встать! Такое впечатление, что авторша сама никогда девственницей не была, а её сразу при рождении вывели в дамки. А уж как умиляет тот факт, что все английские девственницы от пары невинных поцелуев или нечаянного прикосновения сразу же всем телом вожделеют объект мужского пола и у них тут же появляются судороги в животе и в самой что ни на есть "розе любви"! Слава Богу, что хоть мужики этих романов не читают, а то ещё чего доброго поверят, что наши русские девственницы фригидны от рождения.
Приглашение к греху - Энок СюзаннаНадежда Рязанова
19.04.2016, 17.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100