Читать онлайн Приглашение к греху, автора - Энок Сюзанна, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Приглашение к греху - Энок Сюзанна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.96 (Голосов: 25)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Приглашение к греху - Энок Сюзанна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Приглашение к греху - Энок Сюзанна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Энок Сюзанна

Приглашение к греху

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

Ее сестры проводили неожиданных гостей в их комнаты, а Кэролайн поднялась на третий этаж в свою мастерскую.
Большая комната в форме башни с полукруглым эркером была некогда кабинетом Эдмунда Уитфелда – его убежищем от оравы женщин. Только Кэролайн разрешалось входить в эту святая святых. А когда у нее неожиданно обнаружился талант к рисованию и живописи, ее мать усмотрела в этом возможность привлечь внимание к дочери какого-нибудь джентльмена – ценителя искусств и – кто знает – выдать дочь за него замуж и тем самым увеличить доходы семьи. Кэролайн перебралась в кабинет и сначала заняла там угол, но потом начала постепенно отвоевывать пространство, пока через два года отец добровольно не переехал в меньшую, но такую же изолированную от всех комнату на первом этаже за кухней.
Кэролайн взяла новый альбом для эскизов и уселась на широкий полукруглый диван под эркером. Комната была хорошо освещена в течение всего дня, позволяя ей утром писать маслом, а во второй половине дня – делать эскизы.
Сейчас ей захотелось сделать наброски. Обычно она любила, чтобы ей позировали даже для предварительных эскизов или по крайней мере чтобы она могла наблюдать за предметом больше чем пять минут. Но сегодня карандаш почти помимо ее воли скользил по бумаге.
Сегодняшний случай был необычным. Не потому, что ей предстояло написать самый важный в ее жизни портрет, а потому, что ей не так уж часто приходилось писать портреты мужчин. Конечно, ей позировал отец, и лорд Иде в костюмах короля Артура и других исторических персонажей, и местный адвокат мистер Андертон, пожелавший украсить портретом свой офис. Но все это были пожилые мужчины, с которыми она была знакома всю жизнь.
Уверенными, короткими штрихами она нарисовала голову лорда Закери, потом – его темные волнистые волосы. Глаза она, как правило, не рисовала, если перед ней не сидел «объект», но сейчас она ясно представила себе серые глаза лорда Закери. Необычные. Незабываемые.
Дверь мастерской с шумом распахнулась, и в комнату ворвались ее сестры, болтая без умолку, да так быстро и громко, что, наверное, не слышали друг друга.
Кэролайн положила карандаш и закрыла альбом.
– Да замолчите вы! От ваших криков лопнут стекла.
Джулия села с ней рядом.
– Разве ты его не видела?
Сьюзен подтащила к ним табурет, села на него и заявила:
– Я в жизни своей не видела такого красивого мужчину.
Грейс плюхнулась на диван по другую сторону от Кэролайн.
– Только не говори, Каро, что ты этого не заметила.
– Конечно, заметила. Мне хотелось бы сделать набросок. Мистер Танберг в своем письме просит прислать ему портрет аристократа. А лорд Закери определенно аристократ. – Она поняла бы это и без того, что все называли его лордом. Его стать, уверенность, свет в глазах – ошибиться было невозможно.
– Я тоже хочу его нарисовать, – хихикнула Джоанна.
– Или сделать модель из глины, – предложила Джулия.
– Да, из глины, – подхватила Джоанна. – Я могла бы вылепить его своими руками.
Вайолет скорчила гримасу.
– Ты делай свою модель, а я хочу выйти за него замуж.
– Да тебе только пятнадцать, глупышка, – снисходительно усмехнулась Джулия. – Он ни за что на тебе не женится, пока мы все здесь.
– А он и на тебе не женится, – проворчала Вайолет. – Каро самая старшая. Она должна выйти замуж первой.
– Я ни за кого не выхожу замуж, – заявила Кэролайн, опустив взгляд на альбом, лежавший у нее на коленях. Он был здесь, в этом альбоме, и ей хотелось продолжить рисовать его. – И вы все это знаете. Я уеду в студию Танберга, буду писать портреты и путешествовать по миру.
– Что ж, если он останется и после того, как ты уедешь в Вену, – сказала Сьюзен, – тогда я могу выйти за него.
– Сначала дождись, чтобы он сделал тебе предложение, Сьюзен, – пожала плечами Джулия. – Кроме того, такой красавец, как он, наверняка уже с кем-то обручен. Судя по карете и по одежде, он к тому же и богат.
– Мама сказала, что он не женат, – сказала Вайолет, раздосадованная тем, что ее матримониальным планам не суждено сбыться. – Он и вправду богат. И у него два старших брата, тоже неженатых.
– У него два брата? – Грейс вскочила и захлопала в ладоши. – Значит, для трех из нас есть мужья! Надо поговорить об этом с мамой.
– Ты же ничего ни о нем, ни о его братьях не знаешь, – возразила Кэролайн. – Почему ты решила, что хочешь за кого-нибудь из них замуж?
– Ты, Каро, ни в чем не разбираешься, кроме своих холстов, – парировала Сьюзен. – Так что нечего нас критиковать.
– Я…
–Да. Ты, если хочешь, можешь стать старой девой, а я хочу выйти замуж. – Раскрасневшись, Джоанна вскочила. – Пойдемте спросим маму.
Мастерская опустела в мгновение ока. Кэролайн покачала головой, взяла карандаш и открыла альбом.
– Значит, тебе совсем не интересно? Кэролайн вздрогнула.
– Энн, я думала, что ты ушла со всеми, чтобы услышать историю семьи Гриффин.
– Я уже ее знаю. – Хорошенькая белокурая семнадцатилетняя Энн села рядом с Кэролайн. – В отличие от некоторых других домочадцев я читаю новости и светскую хронику, а не просто рассматриваю картинки в модных журналах. Старший из братьев Гриффин – герцог Мельбурн.
– О Боже! Так он из тех Гриффинов?
– Да, из тех.
– Но они… знамениты.
– И чрезвычайно богаты. На этот счет мама не ошиблась. Поэтому я повторю: тебе не интересно?
– Если ты имеешь в виду лорда Закери, то мне очень интересно. Если мне удастся запечатлеть на холсте одного из Гриффинов, месье Танбергу придется меня принять. Жаль, что вместо лорда Закери не приехал герцог Мельбурн. Тогда, если бы я написала его портрет, меня приняли бы в студию Томаса Лоуренса.
– Студия Лоуренса тебя отвергла.
– Портрет герцога Мельбурна заставил бы их пересмотреть свое решение.
– Ты такая целеустремленная.
– Скажи честно, Энн, ты думаешь, что это имеет значение, заинтересовал ли меня лорд Закери или нет? При такой родословной он мог бы жениться на дочери принца-регента, если бы захотел. Сомневаюсь, что, имея выбор из сотен молодых леди высшего общества, он выбрал бы девушку из семьи Уитфелд. – Она хихикнула. – Даже Сьюзен.
– Не говори ей об этом. – Она заглянула в альбом. – Вижу, кого ты рисуешь. Он действительно очень красив.
– И слава Богу. Но независимо от того, красавец он или урод, мне важнее написать его портрет, чем выйти за него замуж.
Энн поцеловала сестру в щеку и встала.
– Для тебя – да, но я не умею рисовать.
– Это означает, что ты тоже собираешься принять участие в охоте на лис?
– Кто-то же должен поймать лиса. Какое-то время я буду бежать вместе с другими гончими, чтобы посмотреть, как будут разворачиваться события.
– Тогда удачи тебе.
Кэролайн посмотрела вслед сестре. Если даже рассудительная Энн уже мечтает о лорде Закери, это не сулит спокойной жизни. Он, безусловно, красив, но она ни за кого не собирается выходить замуж, тем более за лорда. Брак для нее означал сплетни, вышивание, заботу о нарядах – все, что угодно, только бы чем-то заполнить пустоту бесконечных дней. Возможно, ее сестры мечтают именно об этом, но она лучше умрет.
Каким бы он ни был красивым, ей нужно только одно: нарисовать его портрет, который должен прибыть в Вену к двадцатому числу этого месяца.
Опять Кэролайн Уитфелд не спускает с него глаз. Закери старался не обращать на это внимания, но всякий раз, как он оглядывал стол, дабы вовлечь всех членов семьи в общую беседу, он ловил на себе ее взгляд.
Это было бы менее заметно, если бы она принимала участие в разговоре, но, по всей вероятности, ей было интересно только смотреть на него. Он поймал себя на том, что смотрит на нее чаще, чем на других, но она была единственной, от которой ему не приходилось отбиваться. А какие у нее необычные глаза – зеленые, с коричневыми крапинками… Закери встряхнулся. Здесь надо быть начеку, а то его невнимательность может обернуться весьма неприятными затруднениями, да еще умноженными на семь.
– Лорд Закери, это правда, что у вас два старших брата? – спросила одна из близнецов.
Он проглотил кусок жареного цыпленка и кивнул:
– Да, Шарлемань и Мель…
– И все вы не женаты?
Неудивительно, что все сидевшие за столом пообедали, кроме него. Ему все время приходилось отвечать на вопросы, так что он едва успевал что-нибудь проглотить.
– Мельбурн вдовец, но да, сейчас мы все не женаты.
– Мама сказала, что ваша сестра недавно вышла замуж за маркиза Деверилла. Это правда?
– Да, в прошлом месяце в Шотл…
– Вам нравится цыпленок, лорд Закери?
Те два кусочка, которые ему удалось проглотить, были холодными.
– Очень вкусный. Спаси…
– Я тоже люблю жареных цыплят, правда, Энн? А вы любите танцевать вальс?
А старшая сестра продолжала смотреть на него почти в упор. Это уже начало его раздражать.
– Я люблю танц…
– У нас был учитель, который научил нас всем современным танцам. В Троубридже великолепный зал для танцев и раутов. Они украшают его серебряными лентами и воздушными шарами. Это так красиво!
Закери не знал, что было более невежливо – смотреть в упор или обрывать его на полуслове.
– Лорд Закери, вы…
– Лорд Закери, как…
– Милорд, вы…
Он положил вилку и повернулся лицом к старшей сестре.
– Мисс Уитфелд, вас что-то беспокоит? Она прищурилась.
– Нет, милорд.
Он заметил, что девушки перестали забрасывать его вопросами и вообще замолчали. Даже мистер Уитфелд, который не обращал внимания на болтовню, сосредоточив его на жареной картошке у себя в тарелке, замер с вилкой на полпути ко рту. Закери, обескураженный неожиданной тишиной, стал наконец есть.
– О! Простите.
Но прежде чем он начал жевать, какофония возобновилась:
– Лорд Закери, а как зовут вашу лошадь?
– Саграмор.
– Как рыцаря в легенде о короле Артуре?
– Да.
– А вашу собаку?
– Гарольд.
А старшая сестра все смотрела и смотрела на него и не принимала участия в общем разговоре.
– Лорд Зак…
– На что вы так смотрите, мисс Уитфелд? – В такой ситуации трудно научиться терпению. Но никто не скажет об этом Мельбурну.
– На ваши уши, милорд, – ответила она совершенно серьезно.
– Мои… – Такого ответа он не ожидал. – Мои уши?
– Да, милорд.
Он украдкой так повернул нож, чтобы увидеть в отражении свои уши. Кажется, оба они были целы.
– А что такого интересного в моих ушах, позвольте спросить?
– Их форма.
Ему показалось, что ее губы дрогнули, но, возможно, это ему показалось. Теперь все остальные Уитфелды смотрели на его уши.
– Мне казалось, уши у всех более или менее одинаковы.
На сей раз он увидел, что в ее глазах промелькнул озорной огонек, а в уголках глаз появились морщинки.
– Нет, милорд. У вас особенные уши.
– Это верно, потому что старший брат часто таскал его за уши, чтобы Закери вел себя хорошо, – вставила тетя Тремейн.
– У меня самые обыкновенные уши, – заявил Закери.
– Я считаю, что у вас прелестные уши, – отважилась самая младшая из Уитфелдов.
– Нет, они не прелестные, а красивые, – поправила ее другая сестра.
Завязался спор: можно ли называть уши мужчины «прелестными» или «хорошенькими», или более подходящими были бы мужские комплименты. Закери воспользовался моментом и, наклонившись через угол стола в сторону старшей сестры, пробормотал:
– С моими ушами что-то не так?
У нее в первый раз после начала разговора слегка порозовели щеки.
– Нет. Но вы спросили, на что я смотрю, а я ответила. Если я была слишком прямолинейна, прошу меня простить.
– Ничего страшного. И все же – почему мои уши? Она опустила ресницы.
– Я их изучала. Я хочу нарисовать ваш портрет.
– Вы часто говорите мужчинам, с которыми едва знакомы, что хотите нарисовать их портрет?
Она покраснела еще больше, но посмотрела ему в глаза.
– Нет, милорд. Вы первый.
Да, это очень странное начало флирта. И к тому же весьма смелое, если учесть, что совсем близко за столом сидели ее родители. Как бы она это ни называла – рисовать или целоваться, – он не возражал. По крайней мере она не трещала без умолку, как остальной выводок. Вообще-то Уитфелдов можно было бы считать друзьями его семьи, а это означало, что он не может затевать ничего скандального. Но с другой стороны, она…
– Так нарисуйте, – улыбнулся он. – Но вы должны будете показать мне, что у вас получилось.
– Разумеется, милорд.
Возможно, пребывание здесь будет не таким скучным, как он ожидал.
– А где мы встретимся… чтобы вы… для портрета? – Он поддержал ее довольно очевидный намек.
– Как насчет того, чтобы вы пришли в мою мастерскую завтра утром? – предложила она. – Около восьми. Я думаю, до девяти часов нам никто не помешает.
– Я захвачу с собой свои уши. – И все остальное, добавил он про себя.
– Ты видела письмо, которое она получила? – спросила миссис Уитфелд его тетю.
– Да, многообещающее.
– Месье Танберг пишет, как истинный джентльмен, А он даже не англичанин.
Закери сдвинул брови. Он, видимо, что-то пропустил.
– А кто это…
Он не закончил вопрос, потому что разговор неожиданно перекинулся на Бо Браммела и его манеры джентльмена. Этот человек был хлыщом, но девицы Уитфелд и слышать об этом не хотели. Поэтому Закери попридержал свое мнение при себе и лишь прокомментировал несколько встреч, которые были у него с Браммелом.
Однако его внимание было приковано исключительно к Кэролайн. Прежде чем решиться на флирт, нужно задать несколько вопросов тете Тремейн. Хотя она была самой близкой из родственников, у нее, по словам Мельбурна, всегда была пугавшая всех тенденция жить и действовать по собственному плану.
Впрочем, возможно, она действует по подсказке Мельбурна. Себастьян лишь предложил ему завести собаку, и это, по мнению Закери, прозвучало больше как шутка. Но не мешает проверить, решил он.
Как только обед закончился, Закери подошел к тете.
– Позволь проводить тебя в гостиную, – сказал он, предлагая ей руку.
– О, не беспокойтесь, мы сами справимся, – возразила миссис Уитфелд, не дав тете ответить. – Вы, наверное, хотите выкурить сигару и выпить стакан портвейна с мистером Уитфелдом. Я знаю, как аристократы любят свой послеобеденный портвейн.
Закери посмотрел на главу дома: он был единственным членом семьи, не проронившим ни слова за обедом.
– Я не хочу нарушать традиции, – сказал Закери, неохотно отпуская руку тети Тремейн.
– На самом деле, имея семь дочерей, мне не всегда удается следовать традиции, – неожиданно сказал мистер Уитфелд и сделал Закери знак следовать за ним.
Они прошли через холл и мимо кухни в маленькую угловую комнату на первом этаже. Когда мистер Уитфелд зажег две лампы, Закери обомлел: странные предметы заполняли комнату почти до потолка. Это были деревянные шары, какие-то дощечки с колесами с обеих сторон, глиняные горшки с пучками засохших трав, миниатюрные греческие колонны, сделанные, по всей вероятности, из папье-маше.
– Садитесь, милорд, – предложил мистер Уитфелд, смахнув со стула круглую деревянную решетку.
– Спасибо. – Закери стал осторожно пробираться между необычными предметами. Он был поражен их количеством и разнообразием. – Могу я задать вопрос?
– Если вы хотите, чтобы я что-то объяснил, скажу прямо – я не могу справиться с девочками. Я хотел иметь двоих детей. Моя жена решила, что они должны были родиться мальчиками, и не собиралась останавливаться, пока не добьется своего.
Закери откашлялся.
– Значит, вы все еще…
– Нет, упаси Бог. Еще один ребенок любого пола, и я пущу себе пулю в лоб.
– У меня самого два брата и сестра. Иногда мне хочется, чтобы нас было больше. – Хотя в последнее время идея быть единственным ребенком стала казаться Закери довольно привлекательной.
– Еще братьев и сестер? Вы либо сошли с ума, либо вам повезло.
– Понемногу того и другого.
– Ха-ха. Хорошо сказано, милорд. Портвейн или бренди?
– Если можно, бренди, пожалуйста.
– Я тоже отдаю предпочтение бренди.
Отец семейства отпил большой глоток янтарной жидкости.
– Надеюсь, вы не обиделись на Каро за ее комментарии по поводу ваших ушей? Она иногда бывает слишком… прямолинейна. Этим, я думаю, она в меня.
Закери недоумевал. Очевидно, Кэролайн либо уже и раньше использовала рисование в качестве предлога, либо у нее было известное пристрастие к ушам. В этой семейке все возможно.
– Вовсе нет, – ответил он, правда не сразу.
– Спасибо. Она одна из двух разумных девушек в этом доме. Другие настолько глупы, что, откровенно говоря, я просто не знаю, что с ними делать.
– Могу я спросить, почему ни одна из них не замужем?
Уитфелд рассмеялся:
– Вы заметили, что они чуть было не разорвали вас на части, как только увидели? Представьте себе молодого человека, пришедшего, чтобы поухаживать за одной из них. Все холостяки обращаются в бегство меньше чем через минуту.
Это можно понять. Если бы не тетя Тремейн, он под любым предлогом уехал бы отсюда с первыми лучами солнца. И ни разу бы не обернулся. .
– Все были очень дружелюбны, – сказал Закери, помня, что он – Гриффин, а все Гриффины неизменно вежливы. – После чопорного Лондона мне показалось это очень даже забавным.
– Как скажете. – Уитфелд отпил еще глоток виски. – Что до меня, я рад, что у меня есть этот крошечный уголок.
Закери посчитал упоминание об уголке лучшим поводом для того, чтобы начать разговор. Он огляделся и сказал:
– Ваша коллекция довольно разнообразна. Что вы собираете?
– Это не коллекция. Все это мои изобретения.
– Ваши изобретения?
– Да. Вот это, например, приспособление для сбора яиц.
– Как это?
– Знаю, что пока это не совсем то, что надо, но если немного повозиться, оно может быть очень полезным. Вот видите, здесь, в середине, есть вторая сфера, работающая, как гироскоп. Если поместить ее под гнездом, имеющим внизу отверстие, то снесенное яйцо падает вниз и под его тяжестью сфера катится вниз по наклонной плоскости и попадает в подставленную внизу корзину.
– Вот как, – произнес Закери, не зная, следует ли ему рассмеяться или обеспокоиться тем, что этот человек не совсем в своем уме. – И это работает?
– Работает. Однако проблема в том, что первая сфера с яйцами разбивает все другие, от других кур. – Вздохнув, Уитфелд поставил свое изобретение на пол и носком сапога задвинул его под стол.
– Одно яйцо в день – это не слишком выгодно, – заметил Закери.
– Совершенно верно, но я продолжаю работать, чтобы найти решение.
– И все ваши изобретения находятся в процессе разработки?
– Некоторые из них являются прототипами. Но некоторые уже нашли применение в нашем хозяйстве. Я могу завтра утром провести с вами экскурсию, если пожелаете.
Что ж, это будет неплохо для разнообразия.
– С удовольствием. – Закери снова посмотрел на приспособление для сбора яиц. – А вы не рассматривали идею нескольких коротких наклонных плоскостей, соединенных с одной главной? Тогда не будет иметь значения, какая курица первой снесла яйцо.
Уитфелд с минуту смотрел на него. Когда на него так смотрел один из его братьев, это заканчивалось тем, что они обзывали его идиотом или тупицей. Закери автоматически приготовился к оскорблению.
– А короткие плоскости будут расположены немного под углом, чтобы дать возможность сферам поворачиваться в сторону главной плоскости, – медленно произнес Уитфелд, доставая лист бумаги и начиная рисовать. – Я дурак, что не додумался до этого.
– Ерунда. Но у вас все еще остается проблема: если две сферы сталкиваются, они блокируют главную.
– Это все же не такая сложная проблема, как та, что возникла минуту назад.
– Значит, вы считаете, что это будет работать?
– Думаю, да. – Уитфелд встал. – Прошу меня извинить, но мне надо достать чертежи.
Закери тоже поднялся.
– Конечно. А мне надо проверить, как там моя тетушка.
Они пожали друг другу руки.
– Спокойной ночи, милорд. Я понял, что лучше всего плыть по течению вместе с моими женщинами, а как только они отвернутся, сразу же бежать.
– Спасибо за совет, – улыбнулся Закери. Возвращаясь в гостиную, Закери думал о том, что совет вряд ли ему пригодится. Да, дочерей было семь, но две из них еще были девочками. Видит Бог, у него уже был неплохой опыт общения с женщинами. Разница была в том, что все эти девушки были родственницами.
Он остановился перед дверью в гостиную. Там стоял невероятный шум, похожий на кудахтанье. И он мог бы поклясться, что за десять секунд его имя упоминалось не менее десяти раз и притом разными голосами.
Противостоящие силы – пять невест, плюс две девочки, плюс их мать и его тетя – еще никогда не были так велики. И все они ожидали, что он прямиком угодит в расставленные сети.
– Проклятие, – пробормотал он и почел за благо скрыться в своей спальне. Он пока еще не был специалистом в военной тактике, но знал, что стратегическое отступление предпринимается с той целью, чтобы остаться живым для нового наступления. Но прежде чем принять новый удар, он выспится.
Однако новый удар не заставил себя ждать. Не успел он открыть дверь спальни, как ему на грудь бросился щенок.
– Ты скучал без меня, Гарольд? – пробурчал он, опуская щенка на пол.
– Слава Богу, что вы пришли, милорд! – воскликнул камердинер, сбрасывая на пол потрепанное одеяло.
– А в чем дело, Рид? – Закери закрыл дверь прежде, чем Гарольд успел выскочить в коридор.
– Это… это животное, милорд, – брызгая слюной, ответил камердинер. – Я пытался от него отбиться, но он чуть не съел меня живьем. – Рид выставил одну ногу, показывая разорванную брючину и чулок. Башмака вообще не было видно.
– Он еще щенок, Рид. Придется прощать его резвость.
– Как скажете, милорд. Что-нибудь еще?
Хм. Что бы там мисс Уитфелд ни затеяла на утро, он должен подготовиться.
– Приготовь мой серый камзол и будь здесь в семь часов. У меня наутро назначена встреча.
Он будет элегантен, но скромен, дабы соответствовать ожиданиям деревенской девушки.
– Хорошо, милорд, но…
– В чем дело? Гарольд, иди сюда! Гарольд, ко мне!
– Ваш Гарольд съел ваш серый камзол.
Закери посмотрел на камердинера, потом – на щенка.
– Что ты сказал?
– Ну, не весь. Но оторвал левый рукав. Я достал его из гардероба, чтобы погладить, милорд, а он, наверное, подумал, что я с ним играю или…
– Ладно, – оборвал его Закери, стараясь не показывать своего раздражения. – Подойдет и коричневый.
– Да, милорд. И я попрошу, чтобы серый камзол отдали портному. Может быть, его еще можно починить.
Кивнув, Закери сел в кресло у окна со сборником поэзии, который ему дал Шей. Когда Рид ушел, он грозно приказал Гарольду:
– Прекрати есть мои вещи.
Щенок вильнул хвостом. Закери решил принять это за согласие.
Он уже клевал носом над поэмой Байрона, когда услышал, как кто-то скребется в дверь. Он было подумал, что это Кэролайн, но ведь она назначила ему свидание на утро.
– Войдите! – крикнул он, выпрямляясь в кресле. Тяжело хромая, в спальню вошла тетя Тремейн.
– Трус, – провозгласила она, закрывая за собой дверь.
– Прошу прощения?
– Ты сбежал от полудюжины молодых леди, ожидавших тебя в гостиной.
– Я устал, – ответил он, снова открывая книгу. – К тому же мне надо было дисциплинировать Гарольда.
Тетя Тремейн посмотрела на щенка, который храпел на кровати Закери.
– Ты в жизни еще никого не дисциплинировал. – Она подошла к Закери и постучала своей тростью по книге. – Но я по крайней мере смогла подробно ответить на все вопросы.
– Какие вопросы?
– О тебе. Твоя любимая еда, любимый цвет, любимый цветок, люб…
– У меня нет любимого цветка.
– Как же! Это белые лилии.
– Стало быть, я к тому же и сентиментален.
– Очевидно, – ничуть не смутившись, ответила тетя.
– А ты какая? – Он схватил конец трости и заставил тетю опустить ее. Он слишком часто получал тростью по лодыжкам и коленям и знал, как это больно. Иногда ему даже казалось, что подагра тети Тремейн всего лишь предлог для того, чтобы использовать трость в качестве оружия.
– Что ты имеешь в виду?
– Ты заранее спланировала этот заезд к Уитфелдам?
– Я знала, что Салли живет недалеко от дороги в Бат.
– И ты знала, что у нее семь незамужних дочерей. – Да.
– И ты не поделилась со мной этой информацией до того момента, как мы оказались почти у их дома.
– Не обвиняйте меня в сводничестве, молодой человек. Это Себастьян определил тебя в качестве сопровождающего. Я могла бы поехать сюда или в Бат с Шарлеманем или даже Мельбурном. Но мне казалось, что они были заняты.
«Я тоже мог бы быть занят», – подумал Закери, провожая тетю в ее спальню.
– Стало быть, у тебя не было никакой цели.
– Почему ты такой подозрительный? Одолжи мне свою книгу, чтобы было что почитать в постели.
– Хорошо. Это книга Шея, так что не удивляйся пометкам на полях. А обложку съел Гарольд.
Тетя Тремейн поцеловала его в щеку и посоветовала:
– Постарайся получить удовольствие от пребывания в этом доме. Здесь все по-другому. Не как ты привык. Только помни, мой мальчик, что Салли моя подруга, ее дочери страшно наивны. А ты нет.
– Не бойся, тетя. Я ни одну из них не собью с пути.
– Я знаю.
Вернувшись в свою комнату, он разделся и подвинул храпевшего Гарольда на другую сторону кровати. Он никого не собьет с пути. Однако если одна из них захочет сбить куда-нибудь его, это будет совсем другое дело. А утром он будет позировать для своего портрета… если именно это она имела в виду. Проклятое путешествие в Бат начало казаться не таким уж и скучным.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Приглашение к греху - Энок Сюзанна



Как Энок серьезно.
Приглашение к греху - Энок Сюзаннаиван столеру
23.08.2012, 12.19





Хороший второй роман о Гриффинах, хотя написан совсем в другом эмоциональном ключе и главные герои (Зак и Каро) более рассудительны и с более зрелыми чувствами, чем Элинор и Валентин
Приглашение к греху - Энок СюзаннаItis
16.07.2013, 20.32





очень интересный роман,но немного затянут.
Приглашение к греху - Энок Сюзаннаольга
26.03.2014, 20.25





Вы помните семейку Беннет. Так здесь подобная семейка, только сестер не 5 , а 7, но умных тоже только 2. Да и гл. герой далеко не мистер Дарси. Да и роман далеко не того уровня: занудлив до крайности. Даже я, такая терпеливая, пропускала листы десятками.
Приглашение к греху - Энок СюзаннаВ.З.,67л.
6.07.2015, 12.01





Не устаю удивляться английским нравам в представлении английских же писательниц. Такое мнение, что в Англии все герцоги и прочие графы женятся исключительно на бесприданницах и простолюдинках, которых раз плюнуть склонить к совокуплению, но замуж они не желают выходить за своих обожателей ни за какие коврижки. А уж как они теряют девственность, это вообще поэма! То на канцелярском столе, то на полу в коридоре, то средь бела дня на фоне каких-нибудь руин! Но нынешний роман авторши даже тут всех переплюнул! Имея всего двадцать минут времени на всё про всё - от первого поцелуя до дефлорации в голом виде средь руин, чтобы потом ещё и успеть одеться - это умереть, не встать! Такое впечатление, что авторша сама никогда девственницей не была, а её сразу при рождении вывели в дамки. А уж как умиляет тот факт, что все английские девственницы от пары невинных поцелуев или нечаянного прикосновения сразу же всем телом вожделеют объект мужского пола и у них тут же появляются судороги в животе и в самой что ни на есть "розе любви"! Слава Богу, что хоть мужики этих романов не читают, а то ещё чего доброго поверят, что наши русские девственницы фригидны от рождения.
Приглашение к греху - Энок СюзаннаНадежда Рязанова
19.04.2016, 17.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100