Читать онлайн Неисправимый повеса, автора - Энок Сюзанна, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Неисправимый повеса - Энок Сюзанна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.37 (Голосов: 41)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Неисправимый повеса - Энок Сюзанна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Неисправимый повеса - Энок Сюзанна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Энок Сюзанна

Неисправимый повеса

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

Любовь безумье страсти в нем зажгла, -
Так дуб стрела сжигает громовая.
Он ею был испепелен дотла,
Он не умел любить, не погибая.
Байрон. Паломничество Чайлд Гарольда.
Песнь III
type="note" l:href="#FbAutId_13">[13]
Сент очень надеялся, что его конь не остался без присмотра. Эвелина сказала, что они укрыли Кассиуса в старых конюшнях при казарме, что было весьма разумно. Независимо от того, заметили бы или нет отсутствие маркиза, породистый гнедой жеребец арабских кровей, оставленный на неделю на привязи возле приюта «Заря надежды», непременно привлек бы к себе внимание. Кормление коня — это совсем другое дело, но, учитывая ревностное отношение Эви к детям, Сент решил, что она не оставит бедное животное погибать с голоду.
Проклятая чертова неделя. Эвелина даже принесла ему вчера номер «Лондон тайме», просто чтобы доказать, что никто за это время не обеспокоился его отсутствием. Весь последний час Сент расхаживал взад и вперед по камере, насколько позволяла длина цепи. Едва ли стоило так перетруждать ноги, но ему необходимо было хоть что-то делать для тренировки.
Он продолжал играть по ее правилам; выучил имена детей, когда обучал их грамоте. По крайней мере это помогало коротать время. Он знал, чего Добивалась Эвелина: чтобы в нем пробудилась совесть и он воспылал любовью к маленьким паршивцам. Упрямая, надменная часть его натуры отказывалась следовать этому сценарию, даже и с целью обмануть девушку. Правда, некоторые из сирот оказались более смышлеными, чем он ожидал, а кое-кто из них действительно отличался незаурядным умом. И конечно же, заниматься с ними было куда приятнее, чем бродить в одиночестве по своей темнице.
Его беспокоили двое или трое самых старших подростков, и не столько из-за полных ненависти взглядов в его сторону, сколько из-за того, что они, очевидно, воспринимали распоряжения Эвелины как игру. Он знал, что некоторые из них были членами местной воровской шайки и без его вмешательства вполне могли бы хранить в приюте краденые вещи и даже укрывать своих старших приятелей. Если Эвелина с ее обостренным чувством справедливости и чести встанет на пути одного из них, ей ни за что не спастись.
Совет попечителей должен собраться завтра. Он понятия не имел, что они могут придумать в его отсутствие, чтобы урезать в свою пользу ежемесячные расходы сиротского приюта. Если, конечно, им еще неизвестно, что он собирается освободить пресловутый приют от их опеки и лишить их возможности пополнять за его счет свои кошельки. Еще больше его расстраивало то, что он не знал, кто из попечителей вместо него будет помогать Эвелине в ее просветительской деятельности. Они постараются быть — о! — услужливыми, будут так восхвалять ее ум, хотя на самом деле считают ее всего лишь смазливой дурочкой с куриными мозгами.
Дверь с грохотом отворилась, и он в тревоге остановился. В этот ранний час не было слышно, чтобы наверху отворялась дверь в подвал. Проклятая Эвелина выбивала его из равновесия, даже не имея такого намерения.
— Что такое? — послышался женский голос, и голова экономки показалась из-за двери. — Храните нас, святые угодники!.. — задохнулась она, увидев маркиза.
Слава Богу!
— Эй вы, — потребовал он, выдвинувшись на всю длину цепи. — Сейчас же принесите мне топор или пилу.
Ключ от кандалов был все еще у Эвелины, и Сенту нужно было выбраться до того, как кто-нибудь из детей поймет, что происходит, и сможет предупредить ее. Или того, кому она отдала этот проклятый пистолет.
— Что вы тут делаете, милорд? — спросила женщина, оглядывая убогую темницу, матрас и книги, сложенные стопкой у стены.
— Меня захватили в плен, — огрызнулся он. «Превосходно. Спасен проклятой дурой». — У меня нет ключа от кандалов, поэтому мне нужен топор. Пожалуйста, поторопитесь.
— А я все не могла понять, что это дети постоянно бегают сюда. Думала, может, они приютили бездомную собаку или что-нибудь в этом роде. Господи помилуй, оказывается, они захватили лорда!
— Ради всего святого, миссис… Экономка, принесите…
— Нейтам, милорд, — перебила она. — Нейтам. Уже четыре года миссис Нейтам. Я слышала, ребятишки шептались, что вы собираетесь продать это место. Тогда я осталась бы без работы.
— Мы можем обсудить ваше трудоустройство позднее. Вы получите вознаграждение, освободив меня. Принесите мне…
— Хм. Думаю, мне лучше обсудить это с мисс Раддик. Она уже пришла, если не ошибаюсь. Последние несколько дней стало значительно легче там, наверху. И к тому же она мне повысила жалованье. Милая леди мисс Раддик.
— Да, она изумительна. Ну так…
— Всего хорошего, милорд. — Женщина отступила назад и захлопнула дверь. Через секунду ключ повернулся в замке, и маркиз, сыпля ругательствами, слышал, как она хрипло посмеивается, поднимаясь по лестнице.
Сент опустился на стул, громко изрытая проклятия на нескольких языках. Наверное, Эвелина нарочно прислала сюда эту ведьму, чтобы доказать ему, что у него очень мало союзников и друзей.
Он уже и так это знал. Он понял это, когда ему было всего семь лет. В их фамильное поместье прибыл поверенный, чтобы сообщить ему, что его отец умер в Лондоне и что он теперь стал маркизом де Сент-Обином. Он едва знал старого маркиза, который увлекался азартными играми и вел разгульную жизнь до пятидесяти лет, затем женился и произвел на свет наследника. Выполнив эту задачу, он снова предался разврату и играм, пока подобное поведение не убило его. Сент намеревался построить свою жизнь по примеру этого человека. В этом он видел больше смысла, чем в том болоте лицемерия, которое окружало его, с тех пор как он надел черную траурную курточку и короткие штанишки.
Его мать была так занята организацией грандиозных траурных обедов и так озабочена поисками мужской поддержки среди ее многочисленных новых поклонников, что не возвращалась к Сент-Обину больше полугода. Прислуга в господском доме поместья Сент-Обин-Парк в отсутствие матери заискивала и раболепствовала перед мальчиком, надеясь сохранить за собой место в случае переезда семьи из-за вероятного нового замужества вдовы. Когда его мать и очередной новый папа решили отослать его в школу-интернат, он утешался тем, что избавился от угодничества и потворства.
Однако его наставники и приятели-соученики охотно подхватили новую традицию — исполнять все его прихоти. Для двенадцатилетнего маркиза с неограниченным доходом не существовало никаких правил, и он давно уже понял, что любая его выходка окажется безнаказанной, разве что кроме убийства. Он достиг совершеннолетия еще до того, как его мать умерла, и, как только он начал контролировать ее доходы, она стала столь же льстивой и раболепной, как и все остальные.
Он больше уже не доверял никому. Так продолжалось в течение долгих лет, и постепенно он сам превратился в того, кому никто не захотел бы довериться. Кроме того, он понял, почему кое-кто набивается к нему в компанию. С той репутацией, которую он заслужил, едва ли это делалось ради дружбы. Значит, их привлекал запах власти и денег. Ну и дураки, он уж точно знал, как вести себя с ними.
Чтобы разобраться с Эвелиной, требовалось значительно больше времени и усилий. Она сказала ему, чего хочет: спасти детей, сиротский приют и его самого. Наиболее трудная часть задачки состояла в том, что она, по-видимому, говорила правду. У нее не было скрытых мотивов, как он смог обнаружить, и ничто из того, что он сказал, или сделал, или предложил, судя по всему, не поколебало ее ни на миг. И это было удивительно, в особенности учитывая тот факт, что главным противником всех трех поставленных ею задач был один и тот же человек — он.
Такого создания, как она, просто… не могло существовать. Никто не был таким безупречным; ничьи мотивы не отличались таким благородством. И никто никогда не пытался изменить его. Они сами менялись, стараясь быть такими, как он хотел, чтобы получить от него то, что им нужно. Точка. И никто не сажал его под замок, когда он отказывался потакать им. Они просто оставляли его и докучали кому-нибудь другому.
Сент пнул ногой один из нескольких камней, оставшихся на его стороне камеры. Итак, его не было целую неделю, и никто этого даже не заметил. Его поверенный платил жалованье всему персоналу в его лондонском доме и в многочисленных поместьях, так что никого из слуг не взволновало отсутствие хозяина. Дьявольщина, они, вероятно, даже обрадовались этому, попивая его дорогие французские вина и покуривая его американские сигары.
С мрачным видом, проклиная на чем свет стоит миссис… Нейтам, черт бы ее побрал, он снова встал, сорвал с себя рубашку и швырнул ее в кучу, где уже лежали отвергнутый галстук, сюртук и жилет. Этим утром Молли и Джейн принесли тряпку для мытья и лохань чистой воды. Ему хотелось бы принять ванну, но в данный момент это представлялось маловероятным.
Окунув тряпку в воду, Сент отжал ее над своей головой, и холодная вода заструилась по его волосам и плечам. Верхняя дверь скрипнула, но он не обратил на это внимания. Он, как и всегда, прекрасно знал, что делает. Ему было очень жаль себя. Дневные занятия могут и подождать, пока он кончит мыться и пройдет его скверное настроение.
Он не видел никакого смысла в том, чтобы учить кого бы то ни было этикету, особенно этих сирот. Конечно, это входило в план Эвелины по его перевоспитанию. Ну что ж, он почувствует себя более воспитанным, когда вымоется.
Замок щелкнул, и дверь отворилась.
— Лорд Сент, — послышался грустный голос Розы, — девочки ведь не кланяются, правда?
— Иногда, — ответил он, продолжая растирать свой торс мокрой тряпкой, — хотя обычно здесь замешан мужчина; девочка поворачивается к нему спиной, и схватив ее за лодыж…
— Хватит! — рявкнула Эвелина.
Он мгновенно повернулся лицом к двери. Она так и кипела от ярости, кулаки были сжаты, холодные серые глаза сверкали. Мышцы на его животе напряглись.
— Добрый день, Эвелина.
Взгляд ее скользнул по его обнаженной груди и снова впился в лицо.
— Дети, — резко сказала она, — боюсь, лорд Сент-Обин отменил свои занятия на сегодня. Днем вы можете свободно поиграть.
Ворчание перешло в радостные вопли, и полдюжины малышей по очереди выбрались из камеры.
— И кого ты наказываешь, по-твоему, — их или меня?
— Наденьте рубашку.
— Я мокрый.
Она повернулась кругом.
— Прекрасно. Я распоряжусь, чтобы вам принесли вечером обед. — Выскочив наружу, она захлопнула за собой дверь.
Какая-то непривычная тяжесть поднялась у него внутри и сжала горло. До обеда оставалось добрых шесть часов.
— Эвелина!
На лестнице все еще раздавались ее шаги. Сент взглянул на свечи. Их должно было хватить самое большее на два часа.
— Эвелина, я извиняюсь!
Дверь наверху скрипнула, отворяясь.
— Эвелина, ради Бога, не оставляй меня опять одного! Пожалуйста! Прости меня!
Тишина.
Чертыхаясь, маркиз схватил лохань с водой и швырнул ее в дверь.
— Значит, такой урок ты решила дать мне сегодня? Ты можешь делать все, что хочешь, а я должен сидеть на заднице в грязи, в темноте, пока ты не передумаешь? Это я уже выучил! Научи меня чему-нибудь, чего я не знаю, Эвелина Мария, черт бы тебя побрал!
— Сент? — послышался голос Эвелины из-за двери. — Успокойтесь, и я войду.
Тяжело дыша, он осознал, что случилось. Он запаниковал. Бессердечный, безжалостный, бездушный маркиз де Сент-Обин боялся снова остаться в одиночестве в темноте.
— Я спокоен, — огрызнулся он.
Возможно, никто, будучи в здравом уме, не поверил бы ему, но Эвелина, очевидно, больше руководствовалась сочувствием, чем здравым смыслом, потому что она открыла дверь.
Сент начал что-то ей говорить, чтобы убедить остаться хотя бы на несколько минут дольше, но сразу же замолчал, увидев ее лицо. С почти осязаемым стоном он отключился от мыслей о собственных страхах и попытался понять, чем он так ее обидел.
— Почему ты плачешь? — спросил он сочувствующим, как он надеялся, тоном.
Стряхивая слезы, струившиеся по ее бледным щекам, она всхлипнула.
— Потому что я не знаю, что делать. Он приподнял бровь.
— Ты? Ты всегда знаешь, что делать.
Эви взглянула на него. Вода все еще медленно сбегала кривыми струйками по его плечам, по обнаженной груди, по мускулистому животу и впитывалась в ткань брюк. Влажные волосы висели в беспорядке, закрывая левый глаз. У Эви буквально зачесались пальцы от внезапного желания откинуть назад эту прядь. Он выглядел таким… беззащитным. И это еще не все. Ей хотелось прямо-таки проглотить его.
Утирая слезы, она выполнила привычный ритуал по установке скамейки и тяжело опустилась на нее. «Он знает, какое впечатление производит, — со злостью говорила она себе. — Знает, что сказать». Это только еще одна часть игры: вызвать желание остаться и составить ему компанию или, еще лучше, заставить ее ощутить вину.
Когда она немного успокоилась и взяла себя в руки, подавляя страстное физическое влечение, она снова взглянула на Сента и обнаружила, что он все еще стоит, пристально глядя на нее. Эви сглотнула.
— Мне было совсем вас не жаль, — сказала она.
— Конечно же, жаль, — ответил он уже более спокойным глубоким голосом, лучше владея собой. — Ты всех жалеешь.
Она понимала, что ради своей безопасности, чтобы не терять ясности ума, ей следует сохранять самообладание. Быть всегда на шаг впереди него, контролируя ситуацию.
— Мне вас вовсе не жаль; напротив, я очень рассержена.
— Ты рассержена на меня, — повторил он. — А ведь это у тебя до сих пор находятся ключи, моя дорогая. Вообрази, каковы мои чувства.
— Может быть, вы и правы. — Она всхлипнула опять. — Это не на вас я сержусь, а на себя.
— Ну наконец-то мы хоть в чем-то пришли к согласию, — протянул он, тряхнув головой.
Брызги разлетелись во все стороны, часть из них попала ей на руки, и те сразу же покрылись мурашками. Но Эви решила, что нервная дрожь охватила ее скорее от сознания того, что она находится наедине с очень привлекательным полуобнаженным мужчиной, а вовсе не от нескольких капель воды.
— Всю неделю я пыталась показать вам, сколько добра вы можете сделать и как доброта порождает доброту. Я полностью владела вашим вниманием. И все же ничего из этого не вышло.
Сент какое-то мгновение смотрел на нее, и на его лице отражались чувства, которые она не могла разгадать.
— Я — безнадежный случай, — наконец произнес он.
— Но этого не может быть.
— С чего бы это? — Сент опустился на корточки. Протянув руку, он мог бы коснуться кончиками пальцев носка ее туфель.
О Господи! Теперь привлекательный отчаявшийся полуобнаженный мужчина находится в полном смысле слова у ее ног.
— Вы… самый ужасный из всех людей.
— И тем не менее я таков.
— Я не это имела в виду. Это…
Он склонил голову, взглядом схватывая и оценивая каждое движение чувств на ее лице.
— Ты тоже можешь быть резкой. Честность тебе идет.
— Это комплимент?
— Не уходи от темы. Мы говорим обо мне.
— Да, правда, — согласилась она. — Я имела в виду, что никто — никто, — будучи, подобно вам, таким ужасным повесой, не смог бы все еще оставаться таким обворожительным и интересным. И даже симпатичным, как вы.
— Ты не раскусила меня.
— Вы притворяетесь, Майкл.
На мгновение он опустил взгляд.
— Очень мило с твоей стороны говорить так, но поверь мне, я всего лишь эгоистичный, жаждущий наслаждений мерзавец.
— Может быть, но вы не совсем такой.
К ее удивлению, его губы изогнулись в такой, свойственной только ему, чертовски чувственной улыбке, мгновенно превращающей его из безобидного в такого… обольстительного, что у нее пересохло во рту. Она снова сглотнула.
— Ты очень интересная девушка, — пробормотал он. — Не знаю только, ради меня или ради себя самой ты утверждаешь, что видишь во мне определенные обнадеживающие качества.
— Наверное, ради нас обоих.
— Снова честность.
Он опять задел носок туфли, с отсутствующим видом, словно кошка, играющая с клубком ниток. В первый раз он коснулся ее, не требуя ничего больше — поцеловать или залезть под юбку. Жаркая дрожь охватила ее.
Эвелина перевела дух, стараясь сохранить способность соображать.
— Почему вы так себя ведете?
— Потому что… Не знаю. Однако как тебе узнать, спасаешь ли ты меня, или я просто играю с тобой?
Сент выпрямился, и она внезапно осознала, что сидит слишком близко.
Прежде чем она успела отскочить назад, он схватил ее за лодыжку и дернул изо всех сил. Вскрикнув, она свалилась со скамейки, ударившись о грязный твердый пол.
Как только Эви открыла рот, чтобы закричать, она сразу же поняла, что никто ее не услышит, все слишком далеко. И прежде чем хоть один звук вырвался из ее горла, Сент, склонившись, зажал ей рукой рот.
— Тшш… — прошептал он, сунул свободную руку в карман ее накидки и достал ключ от кандалов. — Полагаю, мы выясним прямо сейчас, удалось тебе меня исправить или нет, — сказал он. — Хочешь держать пари на результат?
— Но…
Она ухватилась за ключ, но он разжал ее руку и прижал к полу, чтобы не дать подняться, пока ржавым ключом отпирал ржавый замок. С громким лязгом кандалы открылись, и Сент был свободен.
Он встал и швырнул оковы в стену, а Эвелина, почти ползком, попыталась пробраться к выходу. Если бы удалось закрыть дверь! Ведь ключ оставался в замке и она смогла бы удерживать его в заключении.
Прихрамывая, несколькими широкими шагами Сент настиг ее у двери.
— Ничего у тебя не выйдет, моя дорогая, — сказал он.
На мгновение Эвелина подумала, что он собирается запереть ее в камере и убежать. Девушку охватила жуткая паника.
— Сент…
Маркиз протянул руку за дверь, достал ключ и запер камеру изнутри.
— Я говорил тебе, что так не может больше продолжаться. — Он хищно, по-кошачьи, улыбнулся. — И я сказал также, что ты будешь первой, кто ответит за это.
А следующими будут дети и приют. Этого нельзя допустить. Эви попыталась выхватить ключ, но Сент поднял его над головой, не давая Эви дотянуться. Не сумев остановиться в своем броске вперед, она ударилась о его обнаженную грудь, и они оба врезались в стену.
— Интересная стратегия, — пробормотал он, обхватив Эви свободной рукой и крепче прижав к себе. Мгновение он смотрел ей в глаза, затем наклонился и поцеловал.
Это был жаркий, глубокий поцелуй с приоткрытыми губами и проникающим языком. Такой поцелуй, который предполагал, что они здесь одни и никто не придет искать их — искать ее — в течение долгих часов. Эвелине нужно было непременно выйти отсюда и снова запереть его ради спасения приюта. Но где-то в глубине души она была убеждена, что раз он целовал ее так, то не мог думать о побеге.
Эвелина ответила на его поцелуй, и жар охватил ее всю, с головы до пят. Ее руки, уже дотянувшись было до ключа, утонули в его влажных темных волосах. Она задавалась вопросом, были ли и остальные женщины так же одурманены, так же потрясены его ласками. Он слегка приподнял ее подбородок и принялся медленно, страстно целовать лицо. Сердце девушки бешено забилось. Тяжело дыша, Эвелина старалась теснее прижаться к нему.
— Ты сводишь меня с ума, — задыхаясь, с упреком произнесла она, прильнув к его влажной обнаженной груди.
Сент покачал головой, отвернувшись только на миг, чтобы забросить подальше ключ от двери.
— Это ты сводишь меня с ума! — прорычал он.
Его рот, язык и зубы пошли в ход; он повернулся так, что она оказалась прижата спиной к стене. За секунду он расстегнул накидку и накрыл ладонями груди. Даже сквозь тонкий муслин платья Эвелина почувствовала жар его прикосновения, и у нее перехватило дыхание.
— Сент, прошу тебя! — почти рыдала она, пытаясь снова отыскать его губы.
— Просишь чего? — громко спросил он и прижал девушку к себе. Подобно искусному арфисту, перебирающему струны, он пальцами пробежался по ее спине и расстегнул платье. Снова коснувшись спины, он спустил платье до локтей, так что ее руки оказались стянуты тонкой тканью. Прежде чем она успела ответить или даже вздохнуть, он обеими руками ухватил сорочку, единственную вещь, которая скрывала грудь от его сверкающих глаз, и сильно рванул.
— О, Сент, пожалуйста…
— Майкл, — прошептал он в ответ, посмотрев ей в глаза. — Называй меня Майкл.
— Майкл, — с трудом вымолвила Эвелина, а затем не смогла даже дышать.
Он пробежался пальцами по грудям, описывая все более тесные круги, пока его большие пальцы не достигли сосков. Под прикосновением они затвердели, превратившись в нежные бутоны.
— Боже ми… милостивый.
— У тебя такая нежная кожа, — прошептал он и опустил лицо. — Такая нежная.
Одной рукой продолжая ласкать левую грудь, он тем временем языком и губами касался правой груди, также как прежде делал это пальцами. Когда он взял сосок в рот, Эвелине показалось, что она теряет сознание.
Переполненная новыми ощущениями, Эвелина приподняла подбородок и закрыла глаза. Она не могла пошевелиться, не хотела двигаться, а тем временем сладкий жар распространялся вниз по телу и сосредоточился глубоко между ног. Наполовину связанными руками она смогла дотянуться только до его талии, и она вцепилась в него, стараясь притянуть ближе, стремясь соединиться с ним.
Он оставил ее груди, и Эвелина снова открыла глаза.
— Не останавливайся, — попросила она, смущенная остротой желания, прозвучавшего в ее собственном голосе.
— И не собираюсь, — почти беззвучно ответил он, стаскивая вниз рукава платья. Теперь ее руки были свободны, а тонкая ткань соскользнула к ногам.
Встав на колени, он принялся медленно, дюйм за дюймом, надрывать сорочку, пока не разорвал донизу. Каждую частичку кожи, которая появлялась перед ним, он покрывал поцелуями. Его губы последовательно двигались вниз, по животу, через пупок, через пушок темных волос у вершины бедер и дальше к коленям.
— Подними ногу, — распорядился он и снял изящную туфлю, а вместе с ней и платье. Повторив действие с другой ногой, он снова двинулся вверх по ее телу, лаская ее руками и ртом, пока не достиг вершины бедер. И тогда он проник пальцем внутрь ее.
— О Боже, — всхлипнула девушка, и ноги ее задрожали.
— Ты влажная, — прошептал он. — Для меня.
— Майкл.
— Тшш, — продолжал он тем же хриплым голосом, вставая и стаскивая вверх к ее плечам порванную сорочку. — Я хочу тебя, Эвелина Мария. Я хочу быть глубоко внутри тебя.
Подняв на руки, он отнес ее несколькими футами дальше, на свой матрас и мятые одеяла, и опустился на колени, чтобы положить свою ношу. Он хотел снять сапоги и сморщился от боли, когда снимал левый.
— Ты ранен, — нетвердо сказала она, пытаясь вернуться к реальности.
— У меня распухла лодыжка. Через минуту ты заплатишь за это.
— Я…
— Из-за тебя у меня распухло кое-что еще.
Он снял ремень и поспешно расстегнул брюки. Спустив их вниз, он освободил свою плоть — возбужденную, твердую и огромную.
— О Господи!
— Теперь ты видишь обнаженного мужчину, возбужденного от желания, — продолжал он, склоняясь и лаская губами грудь.
Расположившись между колен, он отбросил в сторону брюки и, раздвинув ей ноги, придвинулся как можно ближе, так что возбужденная плоть оказалась между ее бедер.
— Майкл, прошу тебя, — прошептала она, обнимая его сильные мускулистые плечи и пытаясь крепче прижать к себе.
Сердце колотилось так сильно и часто, что казалось, она от этого умрет.
— Просишь чего? Скажи, Эвелина Мария. Я хочу услышать от тебя, что ты хочешь, чтобы я овладел тобой.
— Я хочу, чтобы ты овладел мной.
Она понятия не имела, что для этого надо делать, но тело знало. Изогнувшись ему навстречу, она приподняла бедра.
— Пожалуйста, — снова сказала она, — прошу тебя, скорей.
Приподнявшись на руках, он снова прижался губами к ее рту, стараясь языком раздвинуть губы. Она почувствовала, как он медленно скользнул между ее ног.
— Тебе будет больно, — прошептал он, и его дыхание несколько участилось.
— Как…
Он резко послал бедра вперед. Она почувствовала, как он достиг хрупкой преграды, затем с внезапной разрывающей болью преодолел ее и заполнил своей твердыней влажное лоно.
Она вскрикнула, крепко зажмурила глаза и, стараясь отодвинуться от него, сильнее согнула колени. Это заставило его податься вперед, следуя за движением ее тела. Медленно боль прошла… Когда она открыла глаза, он смотрел на нее сверху, лицо застыло от напряжения.
— Боль за боль, — прошептал он, медленно отстраняясь от нее.
— Нет, не уходи, — запротестовала она.
— Я не уйду. — Неспешно он подался вперед, проникая все глубже, пока не погрузился полностью. — А теперь удовольствие за удовольствие.
Он повторил движение, раз за разом проникая в нее медленно и глубоко. Эвелина больше уже не могла соображать, ею владела одна только мысль: какое это наслаждение — ощущать его движения внутри себя. Она чувствовала необыкновенное возбуждение, ее тело сжималось вокруг него, словно знало еще до того, как она смогла это понять, что должно наступить что-то большее. Она испускала стоны вместе с каждым энергичным движением и поднимала навстречу ему бедра, пальцами впиваясь в спину.
— Майкл, о, Майкл, — задыхаясь, бормотала она. Затем, в порыве нарастающей страсти, она забилась в руках мужчины, выкрикивая его имя.
Бедра Сента двигались все быстрее и энергичнее, их движение становилось все настойчивее. Он опустил голову, страстно целуя ее, и содрогнулся, прижавшись к ней.
— Эвелина, — прошептал он, уткнувшись лицом ей в плечо.
Он опустился на нее всем телом, тяжело дыша, надеясь, что не раздавит. По крепкому объятию рук на его талии и медленному расслаблению распростертых под ним ног девушки Сент решил, что она не возражает. Боже милостивый! Если так ведут себя в постели все благонравные девственницы, то он многое упустил.
Он собирался растянуть все подольше, наказать ее таким образом, но, когда они сблизились, она приняла его с такой страстью, так охотно отдалась ему, что он был не в состоянии сдерживаться. Раньше он никогда не терял над собой контроля. Это он-то, после всех прожитых лет! Ни с одной женщиной он не испытывал таких чувств. Только с ней. И он хотел снова испытать с ней то же.
— Майкл, — прошептала она. Он поднял голову и посмотрел на нее.
Ее щеки пылали, губы опухли от поцелуев. Сент снова поцеловал ее, крепко и неторопливо.
— Да?
— Это всегда так… прекрасно?
Теперь он мог действительно наказать ее, если бы захотел, сказав что-либо по своему выбору. Вместо этого он покачал головой:
— Нет, не всегда. Ты неподражаема, Эвелина.
Нахмурившись, с явной неохотой, он повернулся на бок, держа руку на тонкой талии и удерживая девушку между собой и стеной. Мысли еще путались у него в голове, но он знал, что не хочет, чтобы она покинула его. По крайней мере до тех пор, пока он кое в чем не разберется. И до тех пор, пока решит, что делать дальше. Кроме того, конечно, что снова заниматься с ней любовью. Неоднократно и часто.
Опершись подбородком на согнутую в локте руку, он посмотрел на нее. Она улыбалась, нежные пальцы касались его небритой щеки.
— Я знала, что у тебя доброе сердце.
— При чем тут мое сердце? — спросил он, стараясь не обращать внимания на ту бурю, которую нежное прикосновение вызвало в его груди.
— Помнишь? Ты сказал, что, если я отдамся тебе, ты не станешь закрывать приют. Вот почему мы… — Она нахмурилась, очевидно, заметив подозрение в его глазах. — Разве не так?
Сент сел.
— Ты хочешь сказать, что торгуешь собой ради этого отродья?
Это было неприемлемо. Она хотела его, а не что-то от него. В противном случае она становилась такой же, как и все остальные. А она не была такой, как все.
— Нет! Я хотела… заниматься этим с тобой. Но мы заключим сделку. Вот почему ты хотел быть со мной, разве не так? Так ты сдержишь свое слово?
— Я хотел быть с тобой, Эвелина, — проворчал он, но странное мучительное чувство продолжало разрастаться в его груди. Возможно, его сердце износилось. Говорили, именно это случилось в конце концов с его отцом. — И это не означает ничего другого.
Она села рядом, такая очаровательная и нежная и все еще ужасно наивная в отношении его опустошенной души.
— Но ты дал слово.
— А ты похитила меня. Помнишь об этом, моя любовь?
Сент показал свою ушибленную, потертую лодыжку, и она задохнулась.
— Я не хотела причинить тебе боль.
— Я знаю, — проворчал он, схватив свои брюки.
— Прошу тебя… — начала Эвелина, но тут же изменила свое намерение. — Если ты собираешься отдать меня под арест, — с усилием произнесла она, — пожалуйста, только скажи, что во всем виновата я одна. И больше никто.
Стараясь не обращать внимания на просьбы, которые продолжали вызывать тягостное волнение в его груди, он, скрипя зубами, натянул на больную ногу рваный сапог. Надев второй, он поднял грязную рубашку и надел через голову. Нужно поскорее уйти, прочь от нежной кожи и медовых губ — чтобы подумать.
— Майкл, — все же продолжала она, положив ладонь на его руку, — Сент, не обвиняй детей. Пожалуйста. За них некому заступиться.
Он взглянул на нее, высвободил руку и встал.
— У них есть ты, — пробормотал он и выскользнул за дверь.
Хотя она ожидала, что он запрет ее в темнице, он не закрыл дверь и поднялся по лестнице, оставив девушку в тишине при свете свечи.
— О нет, — прошептала Эвелина, и горькие рыдания вырвались из ее груди. Теперь всех их арестуют. Политическая карьера Виктора будет уничтожена, а дети лишатся приюта, сменив его на тюрьму. И все из-за того, что она всех подвела. Снова. Ей всего только надо было убедить Сента, что у него есть сердце и он должен прислушиваться к нему. Ей всего лишь надо было придумать способ удержать его от намерения снести приют.
А она потерпела неудачу самым жалким образом. И теперь из-за собственного тупого вожделения и упования на ужасного бессердечного мужчину она окончательно погибла. Теперь все погибло.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Неисправимый повеса - Энок Сюзанна



Роман очень интересный. Понравился гл. герой. Советую почитать.
Неисправимый повеса - Энок СюзаннаБеллатриса
22.04.2012, 15.43





Эпиграфы лишние, бла-бла-бла много. Главная героиня - на мой взгляд, не совсем в своем уме. Ее отношение к брату и ее доверие к его возможностям на руководящих постах ГОСУДАРСТВА - мягко говоря не коррелирует с его отношением к ней. Человек растоптавший свою собственную сестру - эгоист каких мало, за кого-то кроме себя биться не станет! А Сент - молодец! Оценить его мешали только предрассудки так называемого общества, где важно не "БЫТЬ", а "СЛЫТЬ"... Увы, за окном все тоже самое...
Неисправимый повеса - Энок СюзаннаKotyana
21.03.2013, 9.14





Эпиграфы лишние, бла-бла-бла много. Главная героиня - на мой взгляд, не совсем в своем уме. Ее отношение к брату и ее доверие к его возможностям на руководящих постах ГОСУДАРСТВА - мягко говоря не коррелирует с его отношением к ней. Человек растоптавший свою собственную сестру - эгоист каких мало, за кого-то кроме себя биться не станет! А Сент - молодец! Оценить его мешали только предрассудки так называемого общества, где важно не "БЫТЬ", а "СЛЫТЬ"... Увы, за окном все тоже самое...
Неисправимый повеса - Энок СюзаннаKotyana
21.03.2013, 9.14





Действительно интересный роман. Что касается главной героини, то я не скажу, что она с какими то отклонениями. В любовном романе не должны все герои быть идеальны, благоразумны и адекватны. Такого не всегда можно увидеть в жизни и даже в глупой сказочке такого нет. В общем 10/10. Читайте!!!
Неисправимый повеса - Энок СюзаннаЕвангелина
27.03.2013, 19.38





Неплохой роман...посмеялась от души....
Неисправимый повеса - Энок Сюзаннатаня
10.01.2014, 1.12





Согласна с тем,что главная героиня оставила неприятное впечатление: немного потрепыхалась и согласилась с тем, что ее продали, даже представляет, как будет делить постель с противным ей мужчиной. А сколько высоких слов было сказано...
Неисправимый повеса - Энок Сюзаннанадежда
26.03.2014, 21.21





СУПЕР АВТОР ПРОСТО ПОТРЯСАЮЩИЙ
Неисправимый повеса - Энок СюзаннаНАТАЛИЯ
4.11.2014, 20.04





роман понравился,очень интересно,только концовка немного сжата.
Неисправимый повеса - Энок СюзаннаВАЛЕНТИНА
5.02.2015, 12.09





Роман не понравился, очень скучный, героиня глуповатая, диалоги не интересные.4/10
Неисправимый повеса - Энок СюзаннаСвета
24.05.2015, 11.37





Леди хочет помогать нищим сиротам. В итоге сироты получили дом за 20 000 фунтов и 27 комнат на 53 сироты, а так же прислугу и учителей. Не было такого в 1811 году. Тогда были приюты такие, как вскользь описано в романе, в которых голодные дети с 5 лет по 16 часов работали переворачивая горячие кирпичи в сушилках. Не надо лакировать историю. Это сводит впечатление о романе на "0".
Неисправимый повеса - Энок СюзаннаВ.З.,67л.
11.08.2015, 12.49





ну ничо так. ггерой мне понравился. героиня не очень
Неисправимый повеса - Энок Сюзанналёлища
8.03.2016, 12.37








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100