Читать онлайн Шепот в ночи, автора - Эндрюс Вирджиния, Раздел - Хуже некуда в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Шепот в ночи - Эндрюс Вирджиния бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.45 (Голосов: 20)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шепот в ночи - Эндрюс Вирджиния - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шепот в ночи - Эндрюс Вирджиния - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Эндрюс Вирджиния

Шепот в ночи

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Хуже некуда

Несмотря на яркое солнечное утро и небольшие облачка, которые казались приклеенными к ярко-голубому небу то тут, то там, я была так несчастна, что лучше бы, открыв дверь, я увидела серый пасмурный день. Даже щебетанье воробьев и малиновок казалось унылым и неестественным. Большой черный ворон уселся на спинку старого шезлонга и уставился на меня с нездоровым любопытством. Он почти не двигался и походил больше на чучело, чем на живую птицу. Вместо аромата свежескошенной травы и диких цветов, я вдохнула затхлый запах прогнивших деревянных досок пола. В воздухе вокруг дома суетилась мошкара, словно праздновала находку огромного тела, которым собиралась питаться вечно.
Я вздохнула, поняв, что настроена только на то, что опечалит меня. Я могла замечать только то, что отвратительно и мрачно, и неважно, каким замечательным был день. Я привыкла думать, что погода влияет на мое душевное состояние, но теперь я понимаю, что это далеко не так. Это мама с папой делали для меня мир ярким и удивительным. Их улыбки и радостные голоса создавали солнечный свет. Красота без людей, которых любишь ты и которые любят тебя, несовершенна, не так ценна. И только нежно любящие тебя люди могут сделать твой мир ярче, радостней, так же как люди эгоистичные и жестокие, у которых каменные сердца, а вместо крови – ледяная вода, могут сделать твой мир ничтожным и мрачным. Тетя Ферн была как грязное темно-серое облако, которое зависло теперь над моей головой, то и дело угрожая пролить на меня свой холодный дождь и сделать меня еще более жалкой. Стремясь убежать от того ужаса, в который превратился мой дом, взяв с собой моего младшего брата и приняв помощь от Гейвина, я привела их к тому, что теперь кажется больше похожим на дорогу в ад. Я нашла убежище в старом поместье, но этим я только позволила проклятью проникнуть и в эти две простые нежные жизни.
Я чувствовала себя Енохом. Если я сяду на корабль, он утонет, если я поеду на поезде или полечу самолетом, они разобьются. Может, даже если я попаду на небеса, то ангелы там замолкнут навсегда. Мне было жалко себя и людей, которые любили меня. Под влиянием этих мрачных мыслей, я решила убежать и исчезнуть. Если меня здесь не будет, тете Ферн некого будет мучить, и она, заскучав, уедет; Гейвин сможет забрать Джефферсона к себе, и они заживут счастливо, а Шарлотта, Лютер и Хомер снова вернутся к идиллии, к своему простому миру, как раньше.
Я прошла несколько шагов, и мой взгляд остановился на разбитом шоссе. Качаясь под усилившимся ветром, деревья и кусты словно манили меня. Голос, приносимый ветром, шептал:
– Беги, Кристи, беги, беги!
Что изменится от того, куда я пойду, какой поворот сделаю или где я остановлюсь? Кто-то, наверное, будет скучать обо мне некоторое время. Некоторое время у Гейвина на сердце будет тяжесть, но со временем я затеряюсь в его памяти, и он вернется к счастливой жизни, полной надежд. Достаточно тяжело жить в мире, в котором огонь уничтожил таких замечательных людей, как мама и папа, в котором такие злые люди, как сестра Шарлотты Эмили, процветают и доживают до старческого возраста, где болезни и бедность живут рядом с богатством и процветанием, где ни с того, ни с сего наносят удары и прогоняют счастье в любой момент. Зачем добавлять еще и эту свинцовую тяжесть проклятья? Мои шаги становились уверенней, шире и быстрее. Может, мне лучше спрятаться в зарослях, чтобы убедиться, что тетя Ферн и Мортон уехали, а потом и Гейвин с Джефферсоном. Тогда мне будет легче. Да, я…
– Эй! – услышала я. Я остановилась и увидела, что ко мне быстро приближается Гейвин, удивленно подняв брови.
– Куда ты направляешься? – спросил он.
– Я просто…
– Просто что, Кристи? Это шоссе приведет тебя назад к дороге. Ты решила сбежать, да? – понимающе взглянул он. – Ферн еще что-то сделала, – продолжал он, прежде чем я успела ответить. – Что она сделала? Я вернусь туда, и я… – Он повернулся к дому.
– Нет, Гейвин, пожалуйста, – взмолилась я, стиснув его предплечье. – Ничего не делай. Я не хотела сбежать. – Он подозрительно посмотрел на меня. – Я просто хотела погулять и решила, что лучше всего пройтись по шоссе. – Я надеялась, что он не увидит боли в моих глазах. Но именно это он и увидел.
– Кристи, я говорил тебе, что огражу тебя от того, кто обижает тебя, так? – сказал он.
– Я знаю, знаю. Как там Джефферсон? – спросила я, решив переменить тему, чтобы он успокоился.
– Он на седьмом небе от счастья, вместе с Хомером размазывает краску по стенам сарая. Я ждал тебя все утро. Что еще заставила она тебя делать после того, как ты принесла кофе?
– Ничего страшного. Я помогла ей принять ванну и вымыть голову, а потом приготовила им завтрак. Все будет хорошо, – пообещала я, несмотря на то, что я не была в этом уверена. – Думаю, сегодня им все равно наскучит, и они уедут.
– Гм, может быть.
– Конечно, уедут, Гейвин. Что им тут делать? Ты же знаешь, как Ферн любит новые впечатления. Она же всегда жаловалась на скуку в отеле, несмотря на то, что он был полон суеты и шума.
Стараясь убедить его, я убеждала и себя. Но, казалось, что ужасный рок, висящий надо мной, услышал мои отчаянные надежды и твердо решил задушить даже крошечные намеки на оптимизм. Тетя Ферн и Мортон выскочили из дома, со смехом и шумом пробежав по крыльцу и ступенькам к своей машине.
– Неужели они уезжают? – пробормотал Гейвин Мы с Гейвином отошли в сторону, наблюдая, как они, дав задний ход, развернулись и поехали по шоссе Они остановились возле нас, и тетя Ферн опустила стекло своего окна.
– Куда, черт возьми, вы направляетесь?.. К своему любовному гнездышку на озере? – спросила она и рассмеялась.
– Мы просто решили прогуляться, тетя Ферн, – ответила я.
– Конечно, конечно. Ну, а мы – в город за покупками. Мортон хочет на ужин бифштекс, и мы хотим купить кое-что приличное из еды. А мне не понравились мыло и шампуни, которые у тебя есть здесь.
– Не забудь о свежем виски, – сострил Мортон, и они засмеялись.
– Да, здесь нет джина, а мы оба любим джин. А тебе лучше вернуться и прибраться в кухне, – добавила она. – Нам следует содержать наше укромное местечко в чистоте. Кстати, я хочу, чтобы и другие комнаты были приведены в порядок и в них можно было жить. Позже мы пройдем по дому и я покажу тебе, что я хочу, чтобы было сделано.
Она подняла стекло, и Мортон тронул машину с места. У меня сжалось сердце и перехватило дыхание.
– Ты так надеялась, что они уедут сегодня, – сказал Гейвин. – Клянусь, если она совершит еще какую-нибудь подлость, я схвачу ее за шиворот и вышвырну из дома.
– Давай просто будем потакать им еще немного, Гейвин. Им очень скоро станет скучно, – умоляла я. – Я не хочу больше причинять неприятности кому-либо еще.
Он прищурил глаза.
– Хорошо, но я не хочу, чтобы ты уходила из дома без меня. Обещаешь? Пообещай мне, что не наделаешь глупостей, Кристи.
Я опустила взгляд и кивнула, но это его не убедило. Он приподнял мою голову за подбородок так, что мне пришлось взглянуть ему в глаза.
– Кристи?
– Все в порядке, Гейвин. Я обещаю.
– Хорошо.
– Я пойду в дом и приберу в кухне. Зачем заставлять Шарлотту выполнять лишнюю работу, – сказала я и направилась назад в дом.
Тетя Ферн и Мортон вернулись с сумками, полными их любимой еды. У них были две бутылки джина и дюжина маленьких бутылочек тоника. Мортон сразу же приготовил выпивку. Мне приказали распаковать сумки и приготовить обед. Пока я этим занималась, тетя Ферн сделала обещанный осмотр дома. Некоторое время спустя я услышала, что она зовет меня. В это время Шарлотта вернулась, чтобы приготовить ланч для Лютера и остальных.
– О, Боже, почему она так кричит? Чего она хочет? – спрашивала Шарлотта, следуя за мной. Мы увидели Ферн на верхней площадке лестницы. В одной руке у нее был стакан с джином, а в другой – кукла из колыбельки в старой детской. Шарлотта обмерла.
– Пожалуйста, осторожней! – закричала она ей.
– Осторожней? С чем? Что это? Почему в колыбели лежит кукла? – спросила она.
– Пожалуйста, положи ее на место, тетя Ферн, – попросила я, поднимаясь к ней. – Это принадлежит Шарлотте.
– Она до сих пор играет в куклы? – удивилась Ферн.
– Нет, но это важные для нее воспоминания и…
– Это глупость. Что за идиотское место!
– Пожалуйста, – сказала тетя Шарлотта. – Положи его на место. Мы не выносим его из детской.
– Да? – поддразнивая, сказала тетя Ферн. – А что, по-вашему, тогда случится? Он расплачется?
Она взяла куклу за ноги и, покачивая ею, как маятником, опустила за перила, угрожая уронить куклу.
– Остановись! – закричала Шарлотта и бросилась вверх по ступенькам за мной.
– Тетя Ферн, не дразните ее.
Ферн в очередной раз отпила свой джин с тоником и рассмеялась.
– Морти, – позвала она. – Ты должен выйти и увидеть это. Ты не поверишь. Морти!
– Положи назад его! Пожалуйста, положи его назад, – умоляла тетя Шарлотта, ускоряя шаг.
Из гостиной вышел Мортон.
– Играем в «собачки», – объявила Ферн и показала куклу Мортону. Тетя Шарлотта потянулась за ней, и Ферн бросила ее Мортону, который поймал ее.
– Остановись! – закричала Шарлотта, схватившись за виски.
– Тетя Ферн, как вы можете? – возмутилась я и, повернувшись, направилась к Мортону, тот улыбался, глядя на Ферн. – Дай мне куклу, пожалуйста, – попросила я.
Он засмеялся и, как только я потянулась к нему, швырнул ее назад Ферн. Она уронила ее, но прежде чем Шарлотта успела взять ее, схватила куклу и хотела бросить ее назад Мортону.
Шарлотта снова закричала. Ферн хихикнула и бросилась прочь. Я посмотрела на тетю Шарлотту и увидела в ее взгляде боль и страх. Она еще раз переживала потерю ребенка, подумала я. Как это ужасно и жестоко со стороны Ферн делать то, что явно причиняет боль тете Шарлотте.
– Тетя Ферн, – позвала я и бросилась наверх за ней. За мной по пятам следовала Шарлотта. Но, повернув за угол в конце коридора, мы никого не увидели.
– Где она? Куда она понесла малыша? – спросила Шарлотта. – Где Ферн?
Мы услышали хихиканье где-то справа и медленно пошли в ту сторону. Но прежде чем дошли до двери, мы услышали, как стакан, который был у нее в руках, упал на пол, и она закричала. Через секунду перед нами появился Хомер, неся в руках куклу, словно настоящего младенца. Он подошел к Шарлотте и осторожно передал куклу ей в руки. Она нежно погладила ее по голове и направилась в детскую.
– Что он здесь делает? – спросила тетя Ферн, стоя в дверях. – Он напугал меня до смерти. Хомер повернулся и с ненавистью глянул на нее. – Я же говорила тебе, чтобы ты убрала его из дома. Он появился неизвестно откуда и выхватил у меня эту дурацкую куклу.
– Все в порядке, Хомер, – сказала я. – Все в порядке. Иди к себе.
Но он продолжал стоять, не двигаясь, пристально с ненавистью глядя на Ферн, сжав свои большие руки в кулаки.
– Иди, Хомер, – сказала я уже более уверенно. Он взглянул на меня, повернулся и направился прочь.
– Откуда, черт возьми, он взялся? – возмутилась тетя Ферн, смело подходя ко мне теперь, когда Хомер ушел.
– Он, наверное, услышал крики тети Шарлотты и забрался в окно. Зачем ты это сделала, тетя Ферн? Ты же видела, как это обеспокоило ее!
– Она что, спятила? В ее возрасте плакать из-за куклы?
– Эта кукла у нее была еще в детстве. Она много для нее значит.
– Подозрительно, – объявила тетя Ферн. – Все это место и все здесь.
Ее переполняли гнев и разочарование. Ей не понравилось, что кто-то прекратил ее действия. Она была возмущена и смущена.
– Почему бы нам просто не уехать, Ферн, – сказал Мортон. Он услышал эту суету и поднялся по лестнице за нами.
– Нет, – ответила Ферн.
Она просто кипела, глаза горели, а кончики ушей покраснели. Она не могла выносить, когда ей мешают и когда она терпит поражение. Она собиралась отыграться.
– Мы купили всю эту еду и выпивку, чтобы хорошо провести время, и мы это сделаем, – решительно заявила Ферн. Она пристально посмотрела на меня. Я стала ее мальчиком для порки. – Начинай приводить в порядок ту комнату внизу. Я хочу устроить сегодня вечером праздник. Подмети пол, вымой окна и протри мебель.
– Ферн, давай уедем, – взмолился Мортон. Почему он просто не потребует? Что он за мужчина? Как ей удается удерживать мужчин в ежовых рукавицах? Как ей удается так на них влиять? Неужели из-за секса? У Мортона были деньги и машина, но решала все Ферн.
– Расслабься, Морти, – сказала она, успокаиваясь и вновь улыбаясь своей ледяной улыбкой. – Сначала у нас будет грандиозный обед, а потом Кристи устроит нам концерт. Затем мы поиграем кое во что… в то, что ты любишь, – сообщила она ему.
Что бы она ни пообещала, ему нравилось, поэтому он улыбнулся и кивнул.
– Хорошо.
– Вот и договорились. Иди, потрудись в той комнате, принцесса Мы собираемся сегодня вечером повеселиться, не так ли?
– Всем здесь будет только плохо, пока ты дразнишь и мучаешь нас, тетя Ферн.
– О, прекрати хныкать! Я развлекаюсь, и мне это нравится. Твоя мать и мой брат всегда прекращали мое веселье. Ну а теперь их нет. Я уже взрослая, понятно?
– Тогда веди себя как взрослая, – я не смогла сдержаться.
Она вспыхнула, и прежде чем я смогла это заметить, взмахнула рукой и ударила меня по щеке. Удар был такой сильный, что я пошатнулась. Мое лицо покраснело, и слезы обожгли мне глаза. Она снова подошла ко мне, и я инстинктивно подняла руку, чтобы защититься.
– Ты, маленькая шлюха! Не выдумай больше так разговаривать со мной! – рассвирепела она. – Ты слышишь меня? А?
Она, казалось, распухла от злости. Ее черные глаза горели как угли, ноздри раздувались как у взбесившегося быка. Все черты лица исказил гнев. Я съежилась, кровь застыла у меня в жилах, в ушах зазвенело, и силы оставили меня. Я видела перед собой совершенно незнакомую женщину.
– Придется связать тебя, заткнуть рот, спустить по этим ступенькам, швырнуть в машину Мортона и отвезти назад к Филипу, – процедила она сквозь зубы. – Да; а всех этих людей он мог бы отправить в сумасшедший дом. А когда я дам показания, что ты здесь живешь в грехе с Гейвином, никто не поверит в историю с Филипом. А с Филипом, как с попечителем по управлению этим имуществом… – Она оглянулась по сторонам. – Он, возможно, отдаст мне это место в награду. А мы с Морти сможем разнести все на куски и отлично проводить здесь время, не так ли, Морти?
– Вполне возможно, – быстро согласился он. Мне показалось, что он так же боится ее, как и я.
– Да, видишь? Морти понимает кое-что в таких вещах, и он сказал, что это возможно.
Она свирепо посмотрела на меня. Я отвела взгляд. Мое сердце так сильно билось, и я подумала, что могу потерять сознание. После обрушившихся на меня угроз, меня обуял ужас. У меня подкосились ноги, и я опустилась на пол.
– Я хочу услышать извинения, – сказала она. – Не помню, сколько раз мой брат заставлял меня извиняться перед твоей матерью то за одно, то за другое. Ну?
Я почувствовала себя в западне, ее ненависть и гнев пригвоздили меня к месту. Кто знает, какие ужасные вещи сделают с Шарлоттой, Лютером и даже Хомером, если она выполнит свои угрозы.
– Извини, – пробормотала я.
– Что? Я не слышу тебя.
– Извини меня, тетя Ферн, – сказала я так громко, чтобы и Мортон услышал. Я знала, что именно этого она и добивается.
– Хорошо, – удовлетворилась она. – Теперь все на своих местах, и мы снова друзья. До этого момента ты так хорошо вела себя, правда, Морти?
– Она была прекрасной хозяйкой, – заметил он.
– Да, правильно, прекрасной хозяйкой. Хорошо, – сказала она, снова поворачиваясь ко мне, – давайте продолжим. Приведи в порядок комнату так, чтобы мы могли устроить там вечеринку.
– Как насчет того, чтобы еще раз выпить? – спросил ее Мортон, подавая ей руку.
– Хорошая идея! Мне нужно пропустить стаканчик после этого. О, принцесса! Сходи в ту комнату и убери осколки стакана, который я уронила из-за этого недоумка. Будь осторожна, не поранься.
Раскаты ее смеха сопровождали ее и Мортона, когда она шла по коридору с таким видом, будто ничего страшного не произошло.
Мне следовало сбежать до этого, подумала я. Мне следовало действовать решительнее. Я должна была исчезнуть. Если бы я это сделала, она не стала бы мучить тетю Шарлотту.
С опущенной головой, с тяжелым камнем на сердце и ногами, двигавшимися как бы сами по себе, я последовала за тетей Ферн и Мортоном, чтобы сделать уборку в той комнате и ублажить ее. Я все еще лелеяла надежду, что скоро ей наскучат эти игры и она уйдет в небытие, поэтому я поклялась всеми святыми, что если она уберется из моей жизни, я никогда не позволю ей вторгнуться в нее снова, даже если она будет испытывать лишения и просить милостыню на улицах.
Вот как сильно научилась я ненавидеть!
В тот вечер за ужином тетя Ферн и Мортон были невыносимы и отвратительны. Они начали свои глупые игры. Думаю, она просто хотела показать нам, какую власть имеет над этим жалким подобием мужчины. Она командовала им, словно была его хозяйкой, и он был обязан подчиняться.
– Ты годовалый малыш, – объявила она. – Ты не умеешь есть сам. Скажи «агу-агу». Давай.
– Агу-агу, – сказал он и постарался выглядеть как младенец: он поднял взгляд к потолку, развел руки в стороны и открыл рот.
– Кушать хочешь, малышка Морти? – пропела тетя Ферн. Он быстро кивнул. Она набрала полную ложку картофельного пюре и поднесла ее к его губам, а он широко раскрыл рот. Она убрала ложку в сторону. – Нет. Нет, малышка Морти. Не так быстро. Не раньше чем ты сделаешь что-нибудь хорошее для мамочки. Вот, – она вытянула другую руку. – Лизни мамочкину руку. Давай, а то мамочка не будет тебя кормить.
Мы все смотрели, как он это делает. Шарлотта зачарованно следила за этим. Лютеру было противно. Джефферсон решил, что все это смешно, и тоже начал подражать Мортону, пока я не стиснула его руку. Гейвин покачал головой и закрыл глаза, чтобы не видеть, но на это нельзя было обращать внимание.
– Я положу немного пюре на кончик носика Морти, а он постарается слизать его. Давай! Морти, попытайся! Сделай это для мамочки.
Мы наблюдали, как он вытащил язык и, сморщившись, попытался дотянуться до кончика носа. Он не смог достать до носа и начал реветь, как это делают младенцы, пока тетя Ферн не вытерла его нос.
– Морти – хороший мальчик, он старался. Хорошо, Морти, ты теперь большой и можешь есть самостоятельно, – скомандовала она. Он улыбнулся и быстро принялся за еду, пока она не передумала.
– На что ты так уставилась, принцесса? Разве вы с моим братом не играли так друг с другом? – спросила она.
– Не в такие глупости, как это, – ответил за меня Гейвин.
– Не будь таким ханжой, каким был твой брат, – сказала она и повернулась ко мне. – Ты приготовила хорошую еду, принцесса. Ты во всем становишься все лучше и лучше. Кто знает? К тому времени, когда мы уедем, ты станешь отличной домашней прислугой. Как тебе это нравится, Джефферсон? – спросила она, наклоняясь к нему через стол. – Тебе понравится, если твоя сестра будет домашней прислугой?
Джефферсон пожал плечами.
– А мы сможем остаться здесь, если она будет прислугой? – спросил он.
– Конечно.
Она пристально посмотрела на меня.
– Пока она хорошая служанка, ты сможешь спрятаться навсегда здесь. – Она глубоко вздохнула. – Но Кристи на самом деле не настоящая домашняя прислуга. Она очень талантлива. Все об этом знают. Нам достаточно об этом много говорили. Морти жаждет услышать твою игру, не так ли, Морти?
– Что? – Он быстро оторвал свой взгляд от своей тарелки. – О, да. Ты можешь сыграть что-нибудь из Шопена?
– Конечно, сможет, – за меня ответила тетя Ферн. – Она все может сыграть на рояле. Не так ли?
– Я знаю немного из Шопена. Я играла его сонаты на занятиях по фортепианной технике.
– О, простите. Фортепианная техника! Здорово! – ухмыльнулась Ферн.
– Я брал уроки игры на фортепиано, когда был моложе, – признался Мортон.
– Ну, разве не мило. Все брали уроки чего-нибудь кроме меня, – сказала тетя Ферн.
– Я знаю, что папа хотел, чтобы ты научилась играть на каком-нибудь инструменте. Я помню, как ты отказалась, – проговорила я.
– Я не захотела, потому что он этого хотел. Возможно, его попросила об этом Дон. Мы рады прослушать тебя, принцесса, – она выдавила из себя улыбку, вытерла губы и уронила салфетку. – Ну же, Морти. Давай, перейдем в гостиную и выпьем там, а когда ты закончишь уборку, придешь и развлечешь нас, – приказала она мне.
– Минуточку, – начал Гейвин. Он стал подниматься со своего места. Я схватила его за руку.
– Все в порядке, Гейвин. Я не возражаю против игры на рояле, даже для тети Ферн.
Это вызвало улыбку у Мортона. Тетя Ферн резко встала и вышла из комнаты. Мортон послушно последовал за ней по пятам, словно щенок.
Пока я и Шарлотта мыли посуду и протирали столы, Гейвин развлекал Джефферсона картами, купленными по пути в Лингбург. Лютер не мог оставаться спокойным в присутствии Ферн и Мортона, и поэтому он незаметно ушел в амбар, чтобы закончить там какую-то таинственную работу. А Хомер, хоть и был достаточно осмотрительным, чтобы держаться подальше, но когда я наконец покончила с работой на кухне и прошла в гостиную, чтобы сыграть на рояле, то увидела его силуэт в окне. Каждый раз, когда тетя Ферн поворачивалась в его сторону, он исчезал.
Я сыграла не только прелюдию Шопена. Моя музыка была для меня убежищем. Она напоминала волшебный ковер, который уносил меня от этого мира подлости и жестокости. Я закрыла глаза и ясно представила маму, которая сидела в нашей гостиной, там, в Катлерз Коув, и внимательно слушала с улыбкой, полной гордости за меня. Когда я играла, мне казалось, что этих ужасных событий никогда не было. Музыка смывала прочь эту печаль и трагедию, превращая в череду дурных снов. Мы все были живы, здоровы и снова вместе.
Я была так поглощена музыкой, что, когда закончила играть и открыла глаза, все, даже тетя Ферн, смотрели на меня, широко раскрыв глаза, полные восхищения. Тетя Шарлотта захлопала в ладоши. Джефферсон уснул на плече Гейвина.
– Это просто фантастика, – сказал Мортон. Его восхищенный взгляд быстро стер выражение благоговейного трепета с лица тети Ферн. – Ты очень талантливая молодая девушка, – кивая, сказал он. Он был так потрясен, что я даже вспыхнула от смущения.
– Неплохо, я думаю, – неохотно признала тетя Ферн. – Я же говорила тебе, у нее были лучшие учителя музыки. Когда дело доходило до принцессы, денег не жалели.
– Чтобы так играть, одних денег недостаточно, – заметил Мортон.
– Ну, я тоже могла бы достичь чего-нибудь со своим талантом, – ревниво проговорила тетя Ферн, – если бы обо мне по-настоящему заботились, а не притворялись, что заботятся.
Она всплеснула руками и скрестила их на груди. Потом она откинулась назад и уставилась на меня завистливым взглядом, словно обиженный ребенок.
– Я отведу Джефферсона наверх и уложу спать, – сказала я, подходя к нему. – Идем, Джефферсон.
Он сонно заморгал.
– Я отнесу его, – предложил Гейвин. Он взял его на руки. Голова Джефферсона уютно устроилась у него на груди.
– Я тоже пойду спать, – объявила тетя Шарлотта.
– Тебе это не помешает, – сказала тетя Ферн. Затем она повернулась ко мне и Гейвину. – А вы спускайтесь потом сюда, – приказала она. – Мы хотим поиграть в одну игру.
– Игру? Какую игру? – подозрительно спросила я.
– Увидишь, когда вернешься, – ответила она, улыбаясь Мортону. – Налей мне еще, Морти, и для Ромео и Джульетты.
– Мы не хотим, – отрезал Гейвин.
– Ну вот, снова ты становишься таким же ханжой, как и твой брат, – сказала она ему. Гейвин не стал обращать на нее внимания, и мы вышли, чтобы уложить Джефферсона спать.
Когда я раздевала его, то увидела наколотую рану на правом бедре. Свежий струп на ране был окружен опухолью ярко-красного цвета.
– Как тебя угораздило, Джефферсон? – спросила я. Он снова заморгал глазами и снова закрыл их. – Джефферсон? – Я повернулась к Гейвину. – Взгляни на это, Гейвин.
Некоторое время он внимательно рассматривал рану.
– Не знаю. Он никогда мне не жаловался на это Джефферсон, проснись.
На этот раз глаза Джефферсона остались открытыми.
– Где ты поранился? – Я показала на рану.
– Я наткнулся на гвоздь, – ответил он.
– Когда? Где?
– Когда только приехали и мы с тетей Шарлоттой раскрашивали комнату, – ответил он.
– Я не заметил этого, – сказал Гейвин.
– Почему ты мне об этом не рассказал, Джефферсон? – спросила я. Он пожал плечами. – А тетя Шарлотта промыла рану? Ты ее промыл?
– Угу, – сказал он и закрыл глаза. Я не знала, верить ему или нет.
– Я пойду спрошу Шарлотту и возьму что-нибудь для обработки раны.
Я подошла к ее двери и постучала, но ответа не последовало. Тогда я заглянула в комнату и увидела, что Шарлотта стоит на коленях возле своей кровати, словно маленькая девочка, и молится.
– Молю тебя, Господи, огради мою душу… – Она заметила меня и замолчала.
– Извини, что помешала тебе, тетя Шарлотта, но у Джефферсона сильно порезана нога. Он сказал, что это случилось, когда он раскрашивал комнату, несколько дней назад. Ты помнишь?
Она отрицательно покачала головой.
– У тебя есть что-нибудь для обработки раны?
– О, да – Она поднялась с колен, бросилась в ванную комнату и вышла оттуда с аптечкой первой помощи и антисептиками.
– Спасибо. Ты ведь не забыла тогда промыть рану Джефферсону? – спросила я. Она наклонила голову и задумалась.
– Может, и промыла, – сказала она. – За последнее время Лютер несколько раз резался обо что-нибудь, и у меня уже все смешалось. Лютер всегда обо что-нибудь режется.
Я кивнула.
– Спасибо, тетя Шарлотта.
К тому времени, когда я вернулась, Гейвин уже уложил Джефферсона в кровать. Я промыла рану и обработала антисептиком. Затем я перевязала ее. Все это время Джефферсон не открывал глаз.
– Нам нужно будет понаблюдать за раной, – сказала я Гейвину, – и убедиться, что инфекции нет, не думаю, что Шарлотта промыла рану тогда, когда это случилось. Джефферсон был в таком восторге, когда красил комнату, что забыл сказать нам, что порезался.
Гейвин кивнул.
– Что теперь будем делать? – спросил он.
– Нам лучше спуститься вниз и посмотреть, что за еще одну идиотскую игру она придумала, – ответила я, вставая. – Если нас там не будет, она просто придет сюда и криками разбудит Джефферсона и тетю Шарлотту.
Гейвин согласился.
Когда мы вернулись в гостиную, мы застали тетю Ферн и Мортона, сидящими на полу возле стола в центре. На столе лежала колода игральных карт и стояли джин с тоником. Она настояла, чтобы Мортон налил джина и нам.
– Давайте, – сказала тетя Ферн, делая нам знак рукой, чтобы мы тоже сели на пол возле стола. Глаза тети Ферн были полуприкрыты, и я видела, что они налились кровью. – Вы делаете успехи. Вот ваша выпивка.
– Я уже говорил тебе, что мы ничего этого не хотим, – произнес Гейвин.
– Что вы за подростки такие? – раздасадованно спросила она. – Ты ведешь себя, как старик. – Затем она улыбнулась. – Но ты не пошел по стопам наших предков, это уж точно. Папочка Лонгчэмп, – сообщила она Мортону, – был известный алкоголик. – Она залпом выпила стакан с джином.
– Нет, – вспыхнул Гейвин.
– Я знаю, что он был пьяницей, дорогой, – сказала она, ставя стакан и пристально глядя на него. – Нет смысла притворяться, что он не пил и не был в тюрьме.
– Ну… он не… не пьет теперь, – заикаясь проговорил Гейвин. Она чуть не довела его до слез.
– Может, при тебе и нет, но я спорю, что он делает это тайком, – она наслаждалась тем, что Гейвин расстроился. – Став когда-то пьяницей, останешься им навсегда.
– Он больше не пьет так, – не сдавался Гейвин.
– Хорошо, не пьет. Он чист как первый снег, совершенен. Он – переродившийся алкоголик и похититель детей.
– Ты не знаешь того, о чем говоришь, – сказал Гейвин. – Не говори таких вещей о папе.
– Хорошо, хорошо, – она была довольная тем, что достаточно его помучила. – Давайте развлечемся для разнообразия. Садитесь.
– Я не пью, – не отступал Гейвин.
– Не пей. Что до меня, то будь хоть священником, – раздраженно сказала она. Мы сели. – Но вы должны играть по нашим правилам, – добавила она.
Я посмотрела на Мортона, который снова расплылся в широкой улыбке.
– Какие правила? Что за игра? – спросила я.
– Мы играем в покер на раздевание, – объяснила она – Перетасуй карты, Мортон.
– Что? – опешил Гейвин.
– Только не рассказывайте мне, что вы никогда не играли в покер на раздевание. Ты можешь поверить в это, Морти? – спросила она его. Он пожал плечами и начал сдавать карты.
– Мы в это не играем, – сказал Гейвин. Он посмотрел на карты так, словно даже прикосновение к ним может заразить нас.
– О, вы играете только друг с другом? – усмехнулась тетя Ферн.
– Мы никогда в это не играли.
– И что? Нужно же когда-нибудь начинать? Правильно, принцесса? – она повернулась ко мне – Ты ведь можешь рассказать о том, что это такое – в первый раз, не так ли?
– Прекрати, тетя Ферн!
– Тогда бери свои карты, – с вызовом приказала она. – Ты знаешь, как играть в покер.
– Не делай этого, Кристи, – сказал Гейвин. Тетя Ферн взяла свои карты и улыбнулась.
– Я выиграла три предмета одежды Морти?
– Я побил твои карты, и теперь ты должна мне три предмета одежды, – ответил он.
– Гейвин?
– Мы не играем в эту идиотскую игру, Ферн, – твердо ответил он. Она опустила руку.
– Я не люблю, когда мне портят праздник. Это вынуждает меня позвонить кое-кому, вроде Филипа.
– Хватит угрожать нам, – отрезал Гейвин.
– И еще кое-кому, вроде папы.
Она повернулась ко мне.
– И кое-кому из властей, которые приезжают и увозят старух, до сих пор играющих в куклы.
– Ты грязная…
– Не обращай внимания, Гейвин, – быстро сказала я. – Мы будем играть в ее глупую игру, если ей от этого легче.
– Прекрасно. Морти выиграл шесть предметов одежды? Кристи?
Я взглянула на свои карты. Положение было ужасным. В них не было даже хотя бы двух выигрышных.
– Я выхожу из игры, – сказала я.
– Это не по правилам, – возразила Ферн.
– Но так в покер не играют, – возмутилась я.
– Это наши особые правила. Так ведь, Морти?
– Совершенно верно, – кивнул он.
– Какая тупость! – вспылил Гейвин.
– А для тебя любое развлечение – тупость, – ответила ему тетя Ферн. – Ну? – Она взглянула на меня.
– Тогда я остаюсь в игре, раз у вас такие правила, – ответила я. – Хотя и не вижу в этом никакого смысла.
– Хорошо. Гейвин?
Он не обратил на нее внимания.
– Я, пожалуй, возьму еще две карты, – сказала она Мортону. Он сдал их и повернулся ко мне.
– Четыре, – сказала я.
– Зачем ты это делаешь? – спросил меня Гейвин.
– Она хочет развлечься. Расслабься, мистер Ханжа, – фыркнула тетя Ферн. Неохотно, он поднял свои карты и взглянул на них.
– Две карты, – пробормотал он Мортону. Мои новые карты оказались не лучше, чем те, с которых я начала.
– Мне одну, – сказал Мортон, сдав себе карту.
Он широко улыбался.
– Я выигрываю у тебя еще два предмета одежды, – сказала тетя Ферн.
– А я сверх твоего – еще одну, – ответил он.
– Значит, ты выиграл девять и проиграл шесть, – сказала тетя Ферн.
Гейвин сбросил свои карты. Я сделала то же самое. – Честная игра – два против шести, – Мортон показал свои карты.
– Счастливчик, – взвизгнула Ферн. – Вы двое снимайте по шесть вещей с себя, какие хотите. Мне придется снять девять. О, – сказала она со смехом, скидывая туфли. – Я же окажусь совершенно голой! – Она сняла блузку через голову и остановилась. – А твои шесть вещей, принцесса! – спросила она.
Я сняла туфли и носки.
– Это два.
– Два? Я же сняла две туфли и двое носков, – возмутилась я.
– Пара считается за один, – ответила она. – Это наши правила, так ведь, Морти?
– Так, – как попугай, повторил он.
– Продолжай, – приказала она.
– Не делай этого, – попросил меня Гейвин.
– За проигрыш надо расплачиваться, – отрезала тетя Ферн. – А то я не сдержу своего обещания хранить секрет, – добавила она, улыбаясь мне.
Я расстегнула блузку. Мортон улыбнулся еще шире и облизнул губы. Тетя Ферн расстегнула свой бюстгальтер и легко сняла его, словно она была одна в своей спальне. Ее обнаженная грудь колыхалась, когда она снимала юбку.
– Ферн! Ты пьяна и отвратительна! – заорал Гейвин, вставая. – Я не могу поверить в то, что это моя сестра.
Тетя Ферн запрокинула голову и рассмеялась. С лицом, красным от переполнявших его чувств, Гейвин повернулся и бросился вон из комнаты. Но она еще громче расхохоталась.
– Гейвин! – закричала я, вставая. Я услышала, как он пробежал по коридору и выскочил из дома. Я пошла было за ним.
– Задержись! – сказала Ферн, резко прекратив смеяться. Ты еще не сняла шесть вещей с себя.
Я посмотрела на нее и Мортона, который сидел, откинувшись, двусмысленно улыбаясь и пожирая меня глазами.
– Игра закончена, тетя Ферн.
– Ты не уйдешь отсюда, пока не рассчитаешься с долгами, – не отставала она. – Таковы правила.
– Пожалуйста, тетя Ферн. Может, остановимся прямо сейчас?
– Не раньше, чем ты заплатишь долг, – настаивала она. – Плати.
Я сняла блузку.
– Это – три. Дальше.
Я расстегнула юбку, и она упала на пол. На мне оставалось одно белье.
– Тебе помочь? – спросила она. Я отрицательно покачала головой.
– Тетя Ферн…
– Ты заплатила не до конца, – сказала она. – Я без колебаний плачу то, что должна.
Я посмотрела на Мортона. Он так пристально рассматривал меня, что мне казалось, его взгляд проникает сквозь оставшееся на мне белье. Я потянулась к застежке бюстгальтера, расстегнула ее, но не решилась снять его.
– Ну же, принцесса, ты же делала это для своего дяди Филипа, так что можешь делать это и для нас, – настаивала она.
– Тетя Ферн! Что за гадости ты говоришь! – закричала я. – Я не делала этого для дяди Филипа!
Я схватила свои туфли, носки и юбку и, придерживая бюстгальтер, бросилась вон из комнаты.
– Шлюха! – закричала она мне вслед. – Ты должна рассчитаться с долгами после игры в покер на раздевание! Ты еще пожалеешь! Ты пожалеешь!
Я пробежала по коридору и остановилась в одной из комнат, чтобы одеться. Затем я пошла на улицу, найти Гейвина. Его нигде не было видно, и я пошла за дом к сараю. На полпути я услышала его шепот:
– Кристи!
Он стоял в тени. Я быстро подошла к нему.
– Гейвин, ты был прав. Мне не стоит ублажать ее. Она страшный человек, который никогда не перестанет мучить нас, особенно меня. Меня больше не пугают ее угрозы. Я больше ничего не собираюсь для нее делать.
– Хорошо. Теперь, может, послушаешься меня и уедешь?
– Да, Гейвин. Думаю, когда мы уедем и больше некому будет потакать ее развлечениям, она тоже уедет. Я все объясню Лютеру, и он спрячет Шарлотту и Хомера, пока они не уедут, – сказала я. – Мы уйдем утром.
– Хорошо. Мы рано встанем и попросим Лютера отвезти нас в Апленд Стейшн.
– А что потом, Гейвин? – спросила я, и мой пыл поостыл, стоило реальности просочиться в наши планы.
Гейвин задумался.
– Полагаю, нам просто придется позвонить моему отцу. Он, конечно, не придет в восторг от всего этого, но поможет нам, особенно, когда узнает, что случилось с тобой. И к тому же он – дедушка Джефферсону, Кристи. Не забывай об этом.
– Я знаю. Мне все-таки страшно. Но ты прав. Мы должны ему позвонить.
– Он нам поможет. Вот увидишь. Он не такой, как о нем говорила Ферн, – проговорил Гейвин, сильно задетый ее колкостями.
– Я знаю, Гейвин. Мне всегда нравился дедушка Лонгчэмп. Давай вернемся в дом, пойдем в наши комнаты и ляжем спать.
Он взял меня за руку, и мы вернулись в особняк, ступая как можно тише. Мы слышали хихиканье Ферн в той комнате. А когда мы, проходя мимо, заглянули в открытую дверь, то увидели, что они оба голые и обнимаются, лежа на полу. Мы поспешили наверх и остановились у двери в мою комнату.
– Она все превращает в грязь. – Гейвин опустил глаза.
– Это неправда, если ты заботишься о том человеке, который с тобой, Гейвин, тогда это прекрасно, нам нечего стыдиться, – сказала ему я. Он улыбнулся, и я поцеловала его в губы.
– Спи крепко, – пожелал он. – И смотри, чтобы тебя не съели клопы.
– И смотри, чтобы тебя не съели клопы, – повторила я и вошла к себе.
Теперь, когда мы приняли решение, стало легче на душе. Я с облегчением зевнула, зная, что скоро мы избавимся от Ферн. Мне было жаль, что наше пребывание в этом особом раю вот так кончилось, но когда-нибудь все вернется, заверила я себя. Я не надолго позволила себе выбраться из-под этого тяжелого проклятья, которое лежало на мне как неподъемный камень.
Но мне следовало быть осмотрительней. Мне следовало бы ожидать, что найдется способ, чтобы не пропустить в нашу жизнь солнечный свет. Крик Гейвина вывел меня из приятных грез.
– Кристи, быстро иди сюда, – закричал он от двери. – Джефферсону плохо!
– Что, Гейвин?
– С ним что-то серьезное! – воскликнул он. Ужас на его лице заставил мое сердце остановиться, и я мгновенно выскочила из постели.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Шепот в ночи - Эндрюс Вирджиния



Это скорее драма,а не любовный роман,что тоже, по сути, не плохо.Кому нужны страсти-это не сюда,но досуг скоротать можно.
Шепот в ночи - Эндрюс ВирджинияNikitoska
23.04.2012, 19.09








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100