Читать онлайн , автора - , Раздел - 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

14

На теле Генри Редиха не было ни одной раны, а вот лицо… Узнали его по новому дублету. Насколько Ник мог судить, он свалился с коня и утонул в речке, которая протекала через Гордичский лес, служа естественной границей между двумя деревнями – Гордичем и Денхолмом.
Один из денхолмовских мужчин сторожил тело до приезда коронера. Это был старик с палкой, без которой он не мог ходить. Красной от тяжкого труда рукой он махнул туда, где деревенский констебль расседлывал коня Редиха. Неподалеку сложили вещи несчастного.
Ник тщательно их осмотрел. Небогат был секретарь. Неужели он и впрямь случайно упал и ударился головой о камень? От этого и утонул? Значит, несчастный случай?
Почему бы и нет? Но как-то уж больно не вовремя… Ник тер переносицу, погрузившись в раздумья, и не услышал, как к нему подошел Эдуард Парсиваль.
– Вы не это ли ищете?
Ник встал. Парсиваль держал в руках листок бумаги в мокрых пятнах Точнее сказать, в одной руке у него была бумага, в другой – фонарь. Он с такой готовностью, поразившей Ника, протянул ему бумагу, что Ник сразу понял: ему не понравится ее содержание.
Одного взгляда было достаточно, чтобы убедиться, – это была страница из книги Лавинии.
– Господин Парсиваль, где вы ее нашли?
– На теле. На теле второй жертвы.
Ник наморщил лоб.
– Разве это не несчастный случай? Кому понадобилось лишать жизни Генри Редиха? Ну кто он такой?
– Скажите, – попросил Парсиваль, – где была мисс Стрэнджейс в эти дни?
Мгновенно Нику стало так же тошно, как когда он увидел труп Редиха.
– Со мной или с моей матерью. Все время. Господин Парсиваль, мы можем в этом поклясться. Томазина Стрэнджейс не имела возможности совершить убийство Генри Редиха.
На лице Парсиваля отразился страх, словно он испугался собственных мыслей. Он огляделся, не пропустив ни одного куста и ни одного дерева, – очевидно, боясь чужих ушей, – и шепотом сказал:
– А зачем ей уходить от вас? Если он украл страницу из книги колдуньи, разве она не могла отомстить ему тоже колдовством? Вдруг она чем-нибудь опоила его перед тем, как он уехал?
– Парсиваль, она не ведьма, к тому же вы сами нам говорили, что не имеете права судить за колдовство, даже если у вас есть доказательства. В Кэтшолме никто не знает, когда Редих уехал. Он убежал тайно, как вор.
– Вы уверены?
– Совершенно.
– Что ж, это меняет дело. – Ник очень удивился, когда Парсиваль радостно хлопнул его по спине. – Тогда все в порядке!
– Я не понял. Каково же ваше заключение?
– Оно очень простое! Генри Редих убил своего хозяина, отравив его, как написано на этой странице, а потом, раскаявшись, совершил самоубийство.
Утопив себя в речке? Ник был рад, что не сказал это вслух. В рассуждениях Парсиваля были неувязки, но, указав ему на них, Ник ничего не добился бы. Ник не сомневался, Парсиваль подтвердит все, что от него потребуется.
– А Томазина Стрэнджейс?
– С ней проще. Она невиновна в убийстве. Больше мне нечего сказать. Самоубийство Редиха все ставит на свои места.
Ник не спорил. Ради Томазины он согласился на версию Парсиваля, однако про себя решил, что у Генри Редиха было меньше оснований убивать Лэтама, чем у других обитателей Кэтшолма. Даже если учесть, что он был любовником Фрэнси. Женитьба Лэтама на Констанс точно так же не давала ему возможности претендовать на ее руку, как сама смерть.
Ник медленно ехал домой и говорил себе, что мудрый управляющий должен поступать так, как выгодно его господам. Надо забыть о смерти Редиха и о настоящих родителях Констанс. Во втором случае это было на пользу Блэкбернам, потому что законный она ребенок или нет, но все же в ней течет кровь Блэкбернов. Чем-то она напоминала старого сэра Фрэнсиса Блэкберна – по крайней мере, темпераментом, – а уж на Джона Блэкберна походила даже больше, чем Фрэнси.
Нику не нравилось, что смерть Редиха не имеет объяснения, однако за последнее время паутина лжи и тайн стала такой густой, что в ней никто не нашел бы путь к правде, поэтому он решил прекратить всякие поиски.
Он вспомнил о Томазине. Она исполнила последнюю волю своей матери и теперь была свободна.
Она останется, если он попросит ее быть его женой.
Она останется даже, если он предложит ей быть его любовницей.
Проклиная себя за ненужные мысли, Ник решил думать только о благополучии Иокасты. Он увезет ее подальше от Кэтшолма. Ему очень хотелось это сделать, пока был жив Лэтам, но и после его смерти мало что изменилось. Его долг как отца уберечь свое бесценное дитя от того зла, которое не умерло со смертью Лавинии Стрэнджейс.
Ни одной женщине нельзя верить, даже Томазине. И не дай Бог вспоминать Лавинию! Это из-за нее Элис пыталась избавиться от Иокасты. И Фрэнси тоже такая. Ник был в ужасе от того, что узнал о ней, и еще сильнее уверился, что все женщины в душе шлюхи. Лэтам… Редих… теперь вот Майлс.
Ни с одной нельзя иметь дело. Придется самому позаботиться о безопасности Иокасты. Даже его мать предала его тем, что ходила на тайные сборища в лесу. Судя по тому, что она сказала Дороти Джерард, она собиралась опять пойти туда в первое же полнолуние.
«Надо думать только об Иокасте», – повторил себе Ник, завидев издалека стены Кэтшолма. Когда он спрыгивал с коня во дворе, он уже принял решение. Он купит землю, которую уже приглядел. Пусть ее будет меньше, чем он рассчитывал. Ничего страшного. Там они с Иокастой начнут новую жизнь подальше от всех, кто окружает их сегодня. Ради дочери Ник готов был даже бросить мать, и, как ни желал он иметь рядом Томазину, он отказывался и от нее тоже. Нельзя рисковать, когда речь идет о воспитании дочери.
Настроив себя таким образом против любимых женщин, Ник пошел в дом объявлять о решении Эдуарда Парсиваля.
Томазина обрадовалась, что с нее снято обвинение в убийстве, и рванулась к Нику, ожидая, что он разделит с ней ее радость – по крайней мере, обнимет ее, – но он резко повернулся к Фрэнси, чтобы сообщить ей об обстоятельствах смерти Редиха и заключении Парсиваля.
Томазина застыла на месте, не сводя с них глаз. Неужели это конец? Неужели Ник считает, что на этом его долг по отношению к ней исполнен? Он хочет, чтобы она уехала и никогда больше не возвращалась? Очень скоро ей пришлось убедиться в худшем.
– Томазина может теперь уехать из Кэтшолма, – сказал он Фрэнси.
С деланным безразличием Фрэнси посмотрела на Томазину, а ведь всего час назад она хотела, чтобы Томазина осталась в качестве компаньонки, если, конечно, ее не казнят за убийство Ричарда Лэтама.
– Томазина, что ты собираешься делать? – спросила она.
А ей надо было посмотреть в глаза Нику, который стоял к ней спиной.
– Останусь пока ненадолго.
Она знала, что Ник слышит ее, но он ничего не сказал.
Только намного позже, когда улеглась тоска, вызванная поведением Ника, Томазина поняла то, что всем было ясно с самого начала. Парсиваль не нашел настоящего убийцу Ричарда Лэтама. Кто-то положил страницу из книги Лавинии за пазуху Редиху, когда он был уже мертв. На мгновение ей пришло в голову, что это сделал сам Парсиваль, но потом она сообразила: у него не было возможности заполучить книгу Лавинии. Впрочем, и у Редиха тоже.
Когда Ник не пришел к ней в ту ночь, ее воспаленное воображение подсказало ей еще одну версию. Что, если Ник поверил в ее виновность и защитил ее своими показаниями? Чем больше она об этом думала, ища объяснение его холодности, тем сильнее в это верила. Если Ник позаботился направить мысли Парсиваля в другое русло, даже подозревая, что она убила и Лэтама и Редиха, тогда еще есть надежда.
Томазине хотелось увидеться с Ником, объясниться с ним, но он упорно избегал оставаться с ней наедине. Прошли три долгих мучительных дня, прежде чем Томазина решила перестать думать о Нике и заняться поисками письма матери, Если оно еще существует, значит, оно в Кэтшолме. Одновременно она искала и остальные страницы из книги Лавинии.
Несмотря на свое приглашение, Фрэнси делала вид, что не замечает ее. Констанс была занята Майлсом Лэтамом. Только сейчас Томазина осознала, как она одинока в Кэтшолме. Так же одинока, как в первый день. Однако это позволило ей нарушить правила вежливости и обыскать личные комнаты хозяев Кэтшолма.
Покинув комнату Констанс, в которой она пробыла около часа, Томазина не знала, радоваться ей или огорчаться. Она осмотрела все вещи своей сестры и Вербурги и ровным счетом ничего не нашла, хотя на глаза ей попался пустой железный ящичек наподобие того, что стоял за дверью в потайной ход. Скорее всего, письма уже нет. Ну и пусть. Констанс не узнает правду. Пусть наслаждается своим богатством, не мучаясь сомнениями.
Она все сделала для своей сестры. Пора уезжать. И все-таки что-то удерживало ее в Кэтшолме, кроме, конечно же, любви к Нику. Она никак не могла избавиться от ощущения, что ей так же необходимо еще побыть в Кэтшолме, как Редиха необходимо увозить из него, чтобы похоронить в Йоркшире.
Томазина подумала было, а не отправиться ли ей с траурным кортежем, ведь ей было с ним по пути, если она хочет добраться до своих родственников, однако в конце концов Редиха увезли в родовое имение, а она осталась. Впрочем, ей никто и не предлагал уехать.
Проходя мимо двери Майлса Лэтама, Томазина придержала шаг, задумавшись о его роли во всем случившемся. Вряд ли она найдет письмо матери или страницы из ее книги в его комнате, однако чем черт не шутит!
В спальне Майлса было темно. Вещи валялись, где попало. Томазина открывала один ящик за другим, не пропуская ни одного, и нашла много всяких бутылей, пустых и полных, но бумаг у него почти не было.
В глубине комода она наткнулась на странные вещи. Разумеется, она осмотрела их, хотя никак не могла взять в толк, что это может быть. Ну, например, ящик со множеством дырок и со свечой внутри. Длинный моток проволоки, покрытый чем-то светящимся в темноте. Еще один ящик она вообще не смогла открыть. Однако на нем была надпись, сделанная крошечными, малозаметными буквами.
Сложив все на место, Томазина вдруг обратила внимание на книги, которые тоже почему-то были запрятаны в комод. Томазину охватило любопытство. Одного взгляда ей было достаточно, чтобы понять: все это старинные тома с латинским текстом.
Лавиния научила свою дочь читать по-латыни, так что даже не видя картинки, на которой была изображена старуха на спине похожего на собаку зверя, Томазина разобрала бы, что все эти книги о колдовстве.
Томазина вытаскивала их одну за другой. Урих Молитар, «De Damiis et Phitonicis Mulieribus» с пятью подробными иллюстрациями. Томазина перевела это как «О колдуньях и прорицательницах». Еще была книга Нидера «Praeceptorium and Formicarius» и книга под заглавием «Malleus Maleficarum», о которой Томазина слышала раньше.
Едва она поставила их на место, как целая армия новых предположений атаковала ее. Зачем Майлсу понадобились эти книги? Он хотел понять, что такое колдовство? Научиться отличать ведьм? Или он сам потихоньку занимается… Наверное, Ричард Лэтам знал тайну своего брата. И не исключено, что Майлс не лгал насчет фигурки. Разве не мог он сам ее сделать? А потом сжечь, желая погубить брата…
Она вспомнила, как Майлс искал что-то в столе Ричарда. Зная то, что она теперь знала об обоих Лэтамах, Томазина не сомневалась, что Майлс тоже был жертвой Ричарда. К тому же он был его наследником. А что еще надо для убийства?
Шум в коридоре положил конец размышлениям Томазины.
– Скорее… – прошептал Майлс.
Ему ответил женский смех.
Томазина залезла под кровать, пойманная в ловушку парочкой, которая Бог знает что стала вытворять над ее головой.
Через некоторое время Томазина решила все-таки покинуть свое убежище, надеясь, что парочка слишком занята и не обратит на нее внимания. Она бы удивилась, если бы их остановила даже обрушившаяся крыша.
Томазина пробиралась к двери, но совершила ошибку и оглянулась. Полог не был задернут и она встретилась взглядом с изумленной Фрэнси.
Время, казалось, остановилось, хотя не прошло и мгновения, как Томазина отвела взгляд. Она захлопнула за собой дверь и бросилась в свою комнату, не заметив двух людей, стоявших в темном коридоре и наблюдавших за ее поспешным бегством из комнаты Майлса Лэтама.
– Шлюха, – мрачно прокомментировала сквозь зубы Констанс. – Клянусь, она его любовница с самого первого дня.
Шурша юбками, Констанс побежала к себе, оставив Ника Кэрриера размышлять на тему о том, как не надо доверять Томазине Стрэнджейс.
Ну и вид у нее был, когда она выскочила из комнаты Майлса! В точности такой, как когда она выскочила из комнаты Ричарда Лэтама. Тогда она не нашла ничего лучшего, как оправдаться поисками письма. А теперь?
Ник хотел последовать за Томазиной и потребовать от нее ответа, но не посмел. Если он с ней заговорит, то или убьет ее, или уложит в постель.
Три дня он тщательно ее избегал, но так и не смог изгнать ее из своих мыслей. В результате он так измучился, что поругался с матерью и если бы не Иокаста, Бог знает что наговорил бы ей. Марджори перестала даже смотреть в его сторону.
Единственное, что в жизни Ника шло, как полагается, – эта страда. Несмотря на все треволнения, урожай в этом году обещал быть лучше, чем когда-либо.
Ник, угрюмо глядя перед собой, отправился в свою комнату, где попытался сосредоточиться на делах, но то и дело отвлекался на мысли о загадочном существе, каким была для него Томазина Стрэнджейс.
Он удивился, когда пришла Агнес и потребовала его к Фрэнси, но еще больше удивился, поняв, что прошло несколько часов, во время которых он ровным счетом ничего не сделал.
Фрэнси ждала его в гостиной, одетая как положено, и у нее было такое выражение лица, что у Ника по спине пробежал озноб.
– Ник, у меня к тебе есть дело, – сказала она, беспомощно взмахнув рукой. – Мне больше некому довериться. Мы же были друзьями в детстве!
– Фрэнси, я всегда был вашим другом и верным слугой. Вы это знаете.
– Поезжай в Лондон.
– Сейчас? Ведь уборка…
– Здесь ты все так организовал, что твое присутствие не обязательно. – Она положила руку ему на плечо, а потом заглянула в глаза. – Две недели мы обойдемся без тебя, потому что мне больше некому довериться. Ты должен кое-что узнать.
– Что узнать?
– Умерла ли Лавиния Стрэнджейс?
Ник не сразу понял, но рот привычно держал на замке. На лице у него появилось дурацкое выражение.
– Почему вы решили, что она жива?
Расстроенное лицо Фрэнси убедило его, что она верит в то, о чем говорит.
– Не могу избавиться от этого ощущения. Но знаю, что Томазина не была со мной честной. Наверняка она приберегла какую-то тайну.
Ник едва не проговорился. Если Фрэнси ничего не узнала за много лет, пусть и дальше считает Констанс своей дочерью.
– Я все обдумала, – продолжала Фрэнси. – Помнишь, когда Томазина ушиблась, она сказала, что Ричард хотел убить ее мать? А если это так и Лавиния прислала сюда Томазину, чтобы отомстить ему? Нет, поезжай и удостоверься сам, жива Лавиния или умерла! Привези мне доказательства. Найди ее могилу. Найди священника, который ее отпевал. Я не успокоюсь, пока не узнаю все это наверняка!
Ник подумал, не сказать ли ей, что Томазина все вспомнила, но одернул себя потому что ему не понравилась настойчивость Фрэнси. Что-то она скрывала или недоговаривала. А потом ему пришло в голову, что если он будет в Лондоне, то сможет разузнать там и о Томазине. Расспрашивая о последних днях Лавинии, он волей-неволей наслушается и о Томазине. Если она его обманывала, ему будет гораздо легче справиться со своей любовью. И даже если он не совсем ее забудет, все равно он перестанет из-за нее страдать.
– Господи, пусть Лавиния окажется мертвой… – прошептал он. – Как бы я сам ее не убил, если она жива.
– Ты едешь?
– Фрэнси…
– Тебе это ничего не будет стоить.
Прежде чем он успел сказать, что дело не в деньгах, Фрэнси Раундли назвала такую сумму, что у Ника отнялся язык. С такими деньгами он сможет купить вдвое больше земли! Он увезет Иокасту сразу, как только возвратится из путешествия, во время которого исполнит поручение Фрэнси и поработает на себя тоже. Его не будет дней восемь – десять, и он успеет вернуться до следующей полной луны.
– Когда мне ехать?
– Как можно скорее! Сегодня. Сейчас. – Голубые глаза Фрэнси засветились радостью. – Возьми какого хочешь коня – и Господь с тобой.
Чтобы позлить Констанс и получить доказательства смерти Лавинии прежде, чем отпустить Томазину на все четыре стороны, Фрэнси уговорила ее погостить в Кэтшолме до дня Святого Михаила. Она даже намекнула в присутствии Констанс, что подумывает, не взять ли мисс Стрэнджейс на службу.
Сначала Фрэнси была очень любезна с Томазиной, особенно когда видела, как Томазина расстроена отъездом Ника, даже не попрощавшегося с ней. Тем временем Фрэнси всем, даже матери Ника, говорила, что он поехал посмотреть другие поместья.
Хозяйка Кэтшолма настаивала, чтобы Томазина садилась за стол рядом с ней, и надо сказать, обстановка во время этих собраний, происходивших два раза в день, была своеобразной. Майлс беседовал и заигрывал со всеми тремя женщинами, делая вид, что не замечает, как Фрэнси и Констанс общаются друг с другом только через посредников.
Ровно через неделю после того, как нашли труп Редиха, в Кэтшолме все пропиталось ненавистью. Если в сердце нет покоя, хорошего не жди. И за два дня до дня Святого Матфея Майлс сорвался.
– Хватит! – крикнул он, бросая салфетку. Не обращая внимания на Томазину и Констанс, он спросил Фрэнси: – Мы делаем объявление в церкви в воскресенье?
– Я же вам говорила, что не хочу замуж.
Фрэнси не отрывала глаз от тарелки, выбирая инжир посочнее. Вряд ли она рассчитывала, что Майлс сохранит их отношения в тайне. Мужчины всегда ее разочаровывали.
Тогда Майлс схватил ее за руку.
– Хватит, я сказал! Я всегда хотел, чтобы вы были моей женой, Фрэнси Раундли! Ричард больше не может мне помешать!
Фрэнси вышла из себя, возмущенная его наглостью.
– Я сама вам помешаю! Неужели, Майлс, вы думаете, что мне не хватит ума позаботиться о себе?
– Если вы откажетесь, я постараюсь сделать все, чтобы вас сожгли за убийство Ричарда!
Фрэнси хотела было отмахнуться от его слов, сказанных явно в запале, но что-то было в его тоне, что ей не понравилось.
– Нам всем известно, что его убил Генри Редих.
– По вашему указанию! – подхватил вскочивший со стула Майлс. – Вы ведь были его любовницей.
– У вас нет доказательств.
Она стряхнула его руку со своей и тоже встала. Он был намного выше ее, но у Фрэнси была самоуверенность всех ее предков. Правда, в последнюю минуту она поняла, что совсем не хочет его терять. Как ему это удалось?..
– Мне не нужны доказательства, – сказал Майлс. – Дорогая, мне известно, какой дамоклов меч мой покойный брат держал над головой Парсиваля. Я использую эти сведения, а Парсиваль возобновит расследование.
Его черные глаза метали молнии, когда он негромко произносил свои угрозы:
– Вас казнят, а я женюсь на вашей дочери… Ее брак еще может быть аннулирован, и тогда я получу все, чем вы владеете.
Констанс не знала, что и думать, но потом решила, что разыгрываемая сцена ей скорее нравится, чем не нравится, и одарила Фрэнси змеиной улыбкой. И она, и Томазина уже давно встали из-за стола.
Фрэнси видела Майлса словно сквозь красный туман. История повторялась. Майлс напоминал ей Ричарда, и она злилась, что так быстро поддалась его чарам. Она забыла о своем решении дождаться возвращения Ника.
– Вероятно, вы сообразили, что Констанс младше и управлять ею легче…
– Эта мысль приходила мне в голову, – насмешливо произнес Майлс, копируя брата.
Ярость и ревность захлестнули Фрэнси Раундли. Она была сейчас в почти таком же состоянии, как перед свадьбой Констанс, когда чуть не забила ее до смерти. У нее оставалось единственное оружие.
– Если вы женитесь на Констанс, – не раздумывая заявила она, – то ничего не добьетесь. Констанс не имеет права на имущество Блэкбернов и Раундли Она не моя дочь!
Томазина ахнула.
Констанс сощурилась, но ничего не сказала.
Майлс стоял с открытым ртом и переводил взгляд с Фрэнси на Констанс и обратно.
– Это… Этого не может быть.
Фрэнси рассмеялась.
– Не ожидали, Майлс? Неужели вы не знали? Ричард знал. И Томазина знает. Посмотрите на нее. Если хотите, можете спросить. Собственно, благодаря Томазине я и получила доказательство того, что Лавиния Стрэнджейс подсунула мне свою дочь. Оно у меня. Это письмо от Лавинии. Констанс не имеет права на Кэтшолм и на все остальное тоже.
Томазина так сжала пальцы, что побелели костяшки, и голос у нее дрожал, когда она спросила:
– Фрэнси, вы нашли письмо?
– О да, я его нашла. Приходи утром, и я дам тебе его почитать. А теперь прошу прощения, у меня есть более интересные дела.
Майлс не произнес ни слова, позволив ей взять себя за руку и повести за собой.
Остальные молча проводили их взглядами.
– Констанс! – Томазина бросилась к ней и взяла ее за холодную как лед руку. – Прости, ты не должна была узнать это вот так, но ты – моя сестра.
Она никак не могла понять, почему Констанс не заплакала от того, что она незаконная, и даже не удивилась.
– Ты знала? Вербурга показала тебе письмо?
Констанс с раздражением поглядела в ее сторону.
– О том, кто моя мать, я знала задолго до письма. Джон Блэкберн признался, что он мой отец. Он сказал, что у меня руки моей матери. Это было уже после ее отъезда.
– Констанс, я…
Констанс ни о чем не хотела больше говорить. Пробормотав какое-то ругательство, когда хлопнула дверь в спальне Фрэнси, она, даже не взглянув на Томазину, бросилась вон из комнаты.
Томазина наконец поняла, что она ревнует. Констанс не хотела упускать Майлса Лэтама.
Придя в смятение от открытий последних нескольких минут, Томазина ничего не могла больше придумать, как возвратиться к себе в комнату. Наутро она пошла к Фрэнси и узнала, что было в письме Лавинии, написанном в ответ на то, которое Томазина нашла в Лондоне. Фрэнси забрала его из комнаты Констанс буквально за несколько минут до прихода туда Томазины.
– Я не хотела ничего говорить, – сказала Фрэнси, но было ясно, что она наслаждается возможностью лишить Констанс наследства.
Потом Томазина отправилась к Марджори, потрясенная тем, что Констанс давно все знала и держала в тайне, и все ей выложила.
Марджори подвинула к очагу два стула, потому что сентябрь выдался на редкость холодный. Руки ее были заняты вязанием.
– Из письма ясно, что Констанс твоя сестра?
Томазина кивнула.
– Фрэнси сдержала слово и прочитала мне письмо. Я его тоже читала. Оно очень деловое. Матушка признается, что подменила ребенка, и настаивает на том, чтобы Фрэнси сообщила об этом Ричарду, – мол, тогда он откажется от свадьбы. Он бы тогда мало получил в наследство. В письме нет совсем ничего о будущем Констанс.
– А из письма понятно, почему твоя мать считала Ричарда Лэтама неподходящим женихом?
– Нет. Там ничего не говорится об ее отце.
– Ну, наверняка это был Джон Блэкберн! – Марджори отложила вязание, чтобы помешать похлебку, варившуюся на огне. Попробовав ее и добавив соли, она улыбнулась Томазине. – То, что он ее отец, дает ей моральное право на земли, если не формальное.
– Только не на земли Раундли! А вдруг не он был отцом, а Ричард Лэтам? Или кто-то другой?
Она не могла забыть, что Джон Блэкберн ошибался по крайней мере еще в одном деле, касавшемся ее матери.
– Ты никогда не видела их вместе. Я имею в виду Констанс и Джона Блэкберна. Они были очень близки. И очень любили друг друга. Блэкберн любил ее больше, чем Фрэнси. Я-то думала, что тут удивительного, ведь это дед с внучкой, а оказывается, вон оно что… Она его дочь, это точно. И сестра Фрэнси – точно так же, как и твоя сестра.
– Кто бы ни был отец Констанс, я ничем не могу ей помочь. Мое присутствие только все осложняет. Пора мне, пожалуй, уезжать.
Томазина встала и уже направилась к двери, как Марджори остановила ее вопросом:
– Томазина Стрэнджейс, ты любишь моего сына?
– Очень люблю, только он меня не любит.
– Любит. Он просто боится, вдруг ты его не любишь. В последнее время, мне кажется, он решил, что женщинам вообще нельзя доверять. Он даже во мне усомнился, но это не имеет к тебе ни малейшего отношения.
– Спасибо.
Она была очень благодарна миссис Марджори за ее желание помочь ей, однако с Ником женщины слишком часто играли всякие шутки, и она не верила, что даже объединившись с его матерью, сможет что-нибудь изменить.
Марджори вздохнула.
– Ну что ж… Я хотела как лучше.
Томазина вернулась в свою комнату, желая как можно скорее покинуть Кэтшолм, – во всяком случае, до возвращения Ника. Она принялась складывать вещи и попросила принести ей ужин, чтобы не встречаться с остальными обитателями господского дома. Когда все было готово, она съела то, что ей прислал повар Джеймс.
Поев и выпив вина, Томазина начала безудержно зевать, и ей ничего не оставалось, как лечь в постель.
Ей приснилось, что она больна и кто-то пришел раздеть ее. Она не сопротивлялась, и даже когда кто-то втер ей в кожу какую-то мазь, не испугалась. Оставшись одна, она испытала что-то странное в тех местах, которых касались чужие руки. Легкое покалывание на лбу и под мышками немного испугало ее. Ей были знакомы теперешние ощущения, но она сама не знала, почему.
Сбросив с себя одеяло, которым ее накрыли, Томазина попыталась встать. До нее донесся шум со двора. Это обитатели Кэтшолма собирались в церковь. Томазина хотела подойти к окну и позвать на помощь, но едва встав на ноги, чуть не упала.
Сердце у нее стучало как бешеное – поначалу, а потом она и вовсе перестала его слышать. Томазина испугалась, как бы оно не остановилось. У нее кружилась голова и, добравшись до двери, она никак не могла ухватиться за ручку, которая ускользала от нее как живая. Наконец Томазина открыла дверь и оказалась на балконе.
Во дворе никого не было. Она стояла одна как раз на том месте, откуда когда-то упала ее мать. Томазина прижалась спиной к стене и стала потихоньку двигаться к лестнице. Если ей удастся удержаться на ногах, тогда все будет в порядке.
Томазина уцепилась за эту мысль, хотя голова стала ей отказывать и в глазах помутилось. Она дрожала всем телом от страха, переступая со ступени на ступень. С каждой следующей она была ближе к безопасности, но ставя ногу на нижнюю ступень, каждый раз ощущала отвратительный страх, словно падала в пропасть.
Теряя сознание, она чувствовала, какой горячей стала ее кожа, как звенит у нее в ушах и пересохло во рту. Она попыталась сесть на ступеньку, чтобы остановить кружение, и плюхнулась вниз, не понимая, то ли она летит вверх, то ли падает в бездну.
Больше Томазина ничего не помнила.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - -

Разделы:
Пролог12345678910111213141516

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100