Читать онлайн Обрученные, автора - Эллиот Элизабет, Раздел - 6. в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Обрученные - Эллиот Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.1 (Голосов: 69)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Обрученные - Эллиот Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Обрученные - Эллиот Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Эллиот Элизабет

Обрученные

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

6.

Гай проскользнул в свою спальню, как вор. Сюда, в единственное место в замке, где он мог отдохнуть от повседневных забот и обязанностей, он должен был теперь возвращаться с опаской – и сам был тому виной.
На вид в комнате было тихо и спокойно – разожженный в очаге огонь отгонял вечерний холод, свечи озаряли помещение золотистым блеском. Однако, когда призрачный свет полной луны упал на стоящую у окна фигуру, ощущение уюта ушло. Платье Клаудии было темно, как ночное небо, а ее лицо ярко освещало лунное сияние – этот контраст света и тьмы поразил Гая. Клаудия стояла так неподвижно, что походила на статую – образ хрупкой женственной красоты, изваянный в мраморе неизвестным мастером.
Однако за два последних дня Гай убедился, что она совсем не так хрупка, как кажется. Она не раз демонстрировала такое мужество, какое скорее подходило бы мужчине. Или глупцу. Эта женщина – настоящая загадка. Когда Гай принимался спокойно и неторопливо обдумывать все, что произошло за последнее время, у него не возникало ни тени сомнения, что она так же коварна и хитра, как и все члены ее семейства. Но в ее присутствии ему в голову приходили какие-то пустяковые, но важные детали ее поведения, которые никак не соответствовали образу заговорщицы.
Конечно, нет никакого сомнения, что в какой-то степени его колебания вызваны сильнейшим физическим влечением, которое он испытывает по отношению к ней. Только мертвец сможет устоять перед ее красотой. И все же немалую роль здесь играет ее характер. Гаю за время его долгих путешествий не раз приходилось встречать интриганок и мошенниц всех родов, но у Клаудии не было с ними ничего общего. От нее исходило удивительное ощущение невинности и собственного достоинства. И эта ранняя зрелость ума – откуда она? Похоже, горьким опытом ей досталось знание того, что невинность редко способна помочь в этом жестоком мире.
– Зачем вы велели отвести меня в вашу спальню, барон? – спросила Клаудия, не оборачиваясь, как будто знала о присутствии Гая все то время, что он разглядывал ее.
Ее спокойствие разозлило Гая. Чувствительная женщина давно бы, обливаясь слезами, билась в истерике, предприимчивая – постаралась бы втереться к нему в доверие и извлечь максимальную выгоду из создавшейся ситуации. Но этот спокойный, взвешенный подход гораздо более уязвил его, нежели слезы или робкие взгляды. Менее всего ему сейчас нужна была святая Клаудия – он мечтал о страстной Клаудии, чувственной Клаудии, наконец, просто благоразумной Клаудии. Со святой ему сейчас не хватит терпения общаться. Надо было поместить ее в другую комнату – по крайней мере, он мог бы тогда хотя бы без помех выспаться.
– Я полагал, вам будет приятно принять ванну и поесть в спокойной обстановке. В бане и общем зале не так удобно.
Глаза Клаудии расширились от удивления, она оглядела Гая с головы до ног, затем покачала головой.
– Мне сложно поверить, что вы так внимательны по отношению к своим пленникам.
– Вы можете судить по себе, – парировал Гай. – И я бы не сказал, что вы моя пленница.
– Тогда кто же я?
– В послании королю я назвал вас гостьей. – Клаудия растерянно посмотрела на него, и Гай почувствовал некоторое удовлетворение. Он ведь тоже способен изображать святого. – Я попросил его сообщить моему гонцу, где он может разыскать вашего брата.
– Вы поможете мне найти Данте?
– Да, но на вашем месте я бы не питал особых надежд. – Сложив руки за спиной, Гай перевел взгляд с лица Клаудии на распахнутое окно. Луна, проглядывавшая сквозь облако, была похожа на хрустальный шар в руках цыганской гадалки, и в этом шаре Гай как будто мог читать будущее. – Наемники на службе короля не живут долго. Немногие могут протянуть год, и лишь особо удачливые – четыре или пять лет. Более чем вероятно, что мой посланник вернется с новостями о смерти вашего брата. – Он остановился, ожидая реакции со стороны Клаудии, хоть какого-нибудь признака того, что она услышала и поняла его. Она молчала, и Гаю стало стыдно за свою резкость. – Я не хотел зря заставлять вас волноваться, но, мне кажется, надо учесть все возможности. Вы думали о том, что будете делать, если Данте нет в живых?
– С Данте все в порядке, – убежденно заявила Клаудия, но стиснутые кулаки непроизвольно выдали ее неуверенность. – Он храбрый и сильный рыцарь, и никто не сможет победить его на поле чести.
Гай не стал говорить, что враги короля редко выходят биться на поле чести.
– Но ваш брат Роберто тоже состоял наемником на службе короля. Вы знаете, чем он закончил.
– Это разные вещи, – не сдавалась Клаудия. – Данте совсем не похож на Роберто. Он никогда не совершит бесчестного поступка.
– Вы думаете, у короля Англии меньше врагов, чем у короля Шотландии? Что он посылает своих наемников на менее опасные задания?
– Он жив, можете быть уверены, – величественно выпрямившись, Клаудия даровала Гаю взгляд, достойный королевы. – Он жив и вскоре приедет за мной.
Гай понял, что нащупал наконец слабое место в ее броне.
– Вы пытаетесь убедить меня или себя?
Все высокомерие Клаудии как рукой сняло, и она резко отвернулась к окну. Гнетущая тишина сгустилась в комнате. Казалось, даже поленья в камине прекратили потрескивать и пламя свечей потускнело.
Через несколько минут Гай почувствовал, что напряжение, владевшее Клаудией, ослабло – стена, которую она пыталась воздвигнуть вокруг себя, как будто дала трещину. Она заговорила тихим и мягким голосом, с печалью и доверительностью.
– Раньше каждые несколько месяцев Данте присылал мне письма – с торговцами и менестрелями, которые заезжали в Лонсдейл. Последнее письмо пришло ровно год назад. – Она взглянула на луну и продолжала говорить скорее для себя, чем для Гая. – Сперва я убеждала себя, что ничего страшного в этом нет – дороги ведь опасны, и посланцы просто могли не добраться до Лонсдейла. Затем я решила, что Данте отправился в Уэльс. В последнем письме он писал, что король даровал ему право владеть крепостью в Уэльсе и что он должен уехать на несколько месяцев отстраивать эту крепость. Между Лонсдейлом и Уэльсом ведь нет торговых сообщений, и ему не с кем было бы передать послание. Но в глубине души я понимала, что он никогда бы не покинул Англию, не сообщив мне об этом. Я даже не могла подумать, что мой брат может быть мертв. Когда мы были детьми, Данте всегда был рядом, если мне было плохо. И на этот раз он обещал вернуться за мной. – Клаудия взглянула на Гая. Глаза ее были полны болью. – Теперь я понимаю, что все это время просто обманывала себя.
Она умолкла. Гай вдруг испытал непреодолимое желание дотронуться до девушки, погладить по голове, успокоить. Лишь в шаге от нее он заставил себя остановиться. И так уже слишком часто он позволял себе расчувствоваться. Однако теперь, в непосредственной близости от Клаудии, он никак не мог отвлечься от запаха сандалового дерева, исходящего от нее. Так пахло его мыло – и этот знакомый аромат, смешиваясь с собственным запахом Клаудии, производил новое, волнующее впечатление. Как будто между ними возникла некая незримая связь. Усилием воли Гай подавил желание протянуть руку и коснуться Клаудии.
– А как насчет родственников вашего отца? Может быть, кто-нибудь в Италии сможет позаботиться о вас? Она покачала головой.
– Нет, они мне не обрадуются. После смерти родителей они возвели на них клевету, чтобы отобрать всю нашу собственность. Нет, я не могу возвратиться в Италию, пока Данте… – Ее голос пресекся, и она глубоко вздохнула. – Я не могу возвратиться в Италию.
Услышав, что Клаудии не к кому обратиться за помощью, Гай почувствовал укол совести – потому что это известие очень обрадовало его. Как раз о таком он и мечтал. Теперь все упростилось. Обняв Клаудию за плечи, он повернул ее к себе.
Ее густые серповидные ресницы взметнулись вверх, и Гай погрузился в бездонные серебристо-изумрудные озера ее глаз. Таинственная сила сблизила их, хотя Гай и не сдвинулся с места. Он почувствовал, что их ничто теперь не разделяет. Весь день он обдумывал те слова, которые собирался теперь произнести, но в этот момент они показались ему совсем неуместными. Тем не менее он пересилил себя.
– Позвольте мне позаботиться о вас, леди Клаудия. – Пальцы Гая помимо его воли ласково провели по ее щеке и остановились на подбородке. – Я отдам вам тот свадебный дар, который требовал от меня ваш дядя. Вам хватит его на всю жизнь.
Нахмурившись, Клаудия сделала нерешительный шаг назад.
– Вам нет нужды платить мне, барон. Я ведь сказала, что помогу вам избавиться от всех притязаний моего дяди. Я отдаю по доброй воле то, что полагаю справедливым, а не продаю за деньги.
Перед Гаем предстал образ Клаудии, отдающей себя не за золото, а по доброй воле, следуя велениям своего сердца. Во рту у него пересохло, и ему пришлось сделать усилие, чтобы слова его звучали разборчиво.
– Я не по этой причине хочу заплатить вам, Клаудия. Эту сумму я собирался отдать за Холфорд Холл, но теперь мне придется силой захватить его – в качестве компенсации за измену Лонсдейла. Тем не менее, пока выяснится вся несправедливость требований вашего дяди, может пройти много месяцев, и за это время все узнают, что вы находитесь в моем замке в одиночестве – без родственников, без сопровождающих, которые могли бы постоять за вашу честь. Что бы между нами ни произошло, в глазах общества ваше целомудрие пострадает. – Его взгляд был прикован к ее чувственным губам. – За золото нельзя купить счастье, но людскую молву – можно. Богатство делает человеческую память короткой.
Судорожно вздохнув, Клаудия сбросила руки Гая со своих плеч.
– Вы намереваетесь сделать меня вашей любовницей?
Не в силах отрицать очевидное, Гай попытался смягчить резкость ответа.
– Я не хочу ничего делать с вами, Клаудия. Я взял на себя заботу о вас, пока вы в Монтегю, независимо от того, что между нами случится.
– Но вы хотели бы все устроить к своей выгоде, не правда ли? – Она скрестила руки на груди и обожгла Гая гневным взглядом. – Только падшие женщины продают свою любовь.
– Я и не говорил ничего подобного, – Гаю понадобилось значительное усилие, чтобы заставить себя говорить рассудительно и терпеливо. Нельзя сказать, чтобы он полностью преуспел в этом. – Ради всего святого – мы ведь обручены! Тот, кто осмелится назвать вас падшей женщиной, будет иметь дело с Гаем де Монтегю.
– А как, по-вашему, меня назовут, когда вы объявите нашу помолвку расторгнутой?
Она попала в самую точку. К счастью, Клаудия ранее сама снабдила его ответом на этот нелегкий вопрос.
– Вы же сами говорили – вас не беспокоит, что о вас думают люди. Вы уже успели изменить свои взгляды? Ее щеки порозовели.
– Меня беспокоит другое – могу ли я уважать саму себя. Я не продам за мешок золота мою бессмертную душу.
– Каждый божий день женщины продаются, вступая в брак. Вряд ли я ошибусь, если предположу, что вы без всяких колебаний приняли бы эти деньги, если бы я предложил их в качестве свадебного дара. – Опомнившись, Гай умолк, но было уже слишком поздно – проклятые слова слетели с его уст.
– За все свои деньги вы не сможете купить меня, барон, – резко произнесла Клаудия. – Я не продаюсь ни за золото, ни за титул жены.
Гай предполагал, что его предложение встретит подобное негодование, но в то же время надеялся и на некоторую признательность. Вместо этого его щедрость была встречена с таким презрением, что он едва не почувствовал себя последним негодяем. Терпение Гая вот-вот готово было лопнуть.
– Все имеет свою цену, Клаудия.
– И вы действительно верите в это? – спросила Клаудия скорее удивленным, нежели оскорбленным тоном. В ее взгляде Гай прочел жалость, и это развязало ему язык. Надо же – она презирает его только за то, что он знает правду жизни лучше, чем она!
– Нет, я не верю в то, что все можно купить, – произнес он. – Я просто знаю это. И пусть я самый эгоистичный из всех живущих на Земле людей, но уж лучше вы получите этот урок от меня, чем от какого-нибудь мошенника, который не заплатит вам ни гроша. – Произнося эти жестокие слова, Гай видел, что глаза Клаудии распахиваются все шире и шире, но уже не мог остановиться. – Да, я хочу, чтобы вы стали моей любовницей. Вы это хотели услышать? Неужели я виноват в том, что желаю вас?
Клаудия безнадежно уронила руки, поняв, насколько далеко завели его ее обвинения.
– Я не хочу слышать ничего подобного.
– Но и вы виновны в том же грехе, – голос Гая наливался силой. – В то утро, когда я проснулся в вашей постели, вы готовы были стать моей по доброй воле. – Клаудия яростно замотала головой и сделала шаг назад. Она отступала до тех пор, пока не наткнулась на стул у стены. Гай надвигался на нее, продолжая свой монолог. – Вы не можете отрицать, что мы желаем друг друга. Я почувствовал это в тот самый момент, когда впервые увидел вас.
Клаудия упала на стул, и Гай опустился перед ней на одно колено – скорее для того, чтобы отрезать ей возможные пути к отступлению, нежели пытаясь оказаться еще ближе к девушке. Он сжал ее руки – крепко и вместе с тем ласково, и голос его, наполнившись внезапно искусительными нотками, понизился до шепота.
– Вы не можете отрицать того, что мы оба хотим одного и того же. Пусть случится то, что должно случиться.
Клаудия вырвала свои руки, как будто обжегшись.
– Когда вы оказались в моей кровати, я была опоена ядом! Нельзя судить обо мне по поведению в то утро!
– А как насчет нашей встречи в саду? Каким было ваше поведение тогда? – Он обнял ее за изящную талию. – Посмотрите мне в глаза! Скажите – неужели в моих объятиях вам было плохо? Неужели мои поцелуи были вам неприятны?
Закусив нижнюю губу, Клаудия отвела глаза. Гай понял, что означает ее молчание – она не могла отрицать очевидное. Теперь он знал, какова ее цена – знал так же твердо, как и то, что никогда не сможет ее заплатить. Он убрал руки с ее талии.
– Клаудия, я не могу жениться на вас.
– Я никогда не тешила себя мыслью, что вы хотите взять меня в жены.
Гай не поверил ей. Как могла она не замечать, что единственным его желанием было жениться на ней – пока не вмешался ее дядя? В церковном саду он едва не упал перед ней на колени, чтобы просить ее руки. Если бы не ее дядя, он бы сделал это при следующей же их встрече. Нет, конечно же, она все знала. Будет лучше, если она сразу поймет, что все его благие намерения остались в прошлом, и оставит все надежды. Гай постарался, чтобы голос его звучал как можно мягче.
– Вы ведь сами знаете, что брак для нас невозможен. Я не так глуп, чтобы стремиться оказаться в рабстве у вашего дяди. А что подумает мое семейство, если я женюсь на сестре Роберто Равеннского? Когда мой брат увидит вас, он скорее всего немедленно перережет вам горло, – сказал Гай, намеренно преувеличивая реальность. – Всем известно, насколько злопамятен Кенрик. К тому же он никогда не поверит в вашу невиновность, в то, что вы непричастны к заговору вашего дяди. Он, возможно, смирится с вашим существованием в качестве моей любовницы, но никогда – в качестве моей жены.
Клаудия бросила быстрый взгляд на Гая.
– А вы верите в мою невиновность?
Его сердце забилось чаще. Любой человек на его месте не сомневался бы в ее виновности. Он смущенно провел рукой по волосам.
– Да, Клаудия. Я верю, что вы невинны – невинны даже более, чем мне бы того хотелось.
– О чем вы говорите?
– Я говорю о том, что вы, видимо, и не подозреваете, как тяжело жить женщине с загубленной репутацией, оставшись без семьи и без денег. Невинность вам не сможет помочь, а вот я смогу. – Разочарование, ясно отразившееся на лице Клаудии, заставило Гая остановиться. Неужели она могла думать, что он будет почтительно боготворить ее на расстоянии, как какой-нибудь придворный ухажер? Она находится в его владениях, в его родовом замке, и он волен делать с ней все, что ему заблагорассудится – даже без ее на то согласия. Пусть радуется уже тому, что он достаточно благороден и ни за что на свете не применит силу, чтобы уложить ее к себе в постель.
Да, но что, если единственная приемлемая для Клаудии цена – брак? Едва мысль согласиться на брак пришла Гаю в голову, как он без колебаний отбросил ее. Это невозможно. Только полный дурак пойдет на такое. Помедлив, он заставил себя произнести слова, которые полагал окончательными:
– Я не могу дать вам мое имя, но могу пообещать всю жизнь защищать вас. Позвольте мне позаботиться о вас, Клаудия.
Опустив голову, Клаудия погрузилась в молчание. Стараясь успокоить свое неровное дыхание, Гай сосредоточился на тоненькой ниточке пульса, бившейся на виске Клаудии, на непокорном локоне, выбившемся из ее прически. Гаю хотелось еще раз увидеть эти волосы распущенными, струящимися по ее шелковистой коже. Дело не только в том, что в постели Клаудия могла даровать ему божественное наслаждение; он желал ее столь сильно еще и потому, что обладать ею – значило обладать чем-то редким и изысканным, чем-то таким, что еще никогда не встречалось ни одному мужчине. Из всех сделок, заключенных Гаем, эта казалась наиболее важной. Почему она не отвечает ему?
В эту же секунду, как будто прочтя его мысли, Клаудия подняла голову. Ее глаза, полные невыплаканных слез, сверкали, как драгоценные камни, но голос не выдавал владевших ею чувств:
– Вы очень щедры, барон, но боюсь, что не могу принять ваше предложение. Я буду считать брата живым, пока ваш гонец не вернется с известием о его смерти. Я буду молить Бога, чтобы этого никогда не произошло. Если Данте узнает, что я стала вашей любовницей, он перережет вам горло. – Она невесело улыбнулась. – Братья бывают порой столь злопамятны, не правда ли?
Гай хотел было возразить, но понял, что не может привести убедительных доводов.
– А пока что, – продолжала Клаудия, – я думаю, будет лучше, если я буду отрабатывать свое содержание в Монтегю, как делала в Лонсдейле. Я хорошо шью – а мне кажется, что вам пригодятся опытные швеи.
Гаю пришлось сосчитать до десяти, прежде чем он смог взять себя в руки и заговорить спокойным тоном:
– Я не допущу, чтобы вы были служанкой.
– А я не допущу, чтобы вы сделали из меня шлюху.
– Господи! Но ведь я… – Гай умолк. Он предложил ей заботу и опеку на всю жизнь, а она делает из него какое-то развратное чудовище. Да, он хочет спать с ней. Ну и что из того? Гай готов был поклясться, что она хочет того же. Он чувствовал это в ее прикосновениях, в ее поцелуях. Порой она глядела на него так, будто была готова немедленно задушить его в страстных объятиях.
Правда, сейчас на это ничто не указывало.
Гай понял, что ему нужно переменить стратегию. Разумные доводы на нее не действовали, – что ж, можно попробовать другие способы убеждения. Он подошел к постели, сел на нее и стал снимать башмаки.
– Ч-что… что вы делаете? – заикаясь от изумления, спросила Клаудия.
– Я не спал двое суток, и у меня нет теперь никакого настроения спорить с вами. Хотите быть служанкой – что ж, прекрасно. Я от вас не потребую ничего, кроме выполнения своих рабочих обязанностей.
Стащив один башмак, он принялся за второй, целиком увлеченный своим делом. Клаудия взглянула на дверь.
– Я буду счастлива отрабатывать свое содержание таким образом, барон. Если вы объясните мне, как найти помещение для слуг, я с удовольствием перестану надоедать вам.
– Пожалуйста, отправляйтесь к слугам, – безразлично произнес Гай, – только должен предупредить вас: слухи в этом замке распространяются быстро. Люди уже наверняка в курсе всего, что произошло в Лонсдей-ле. Если вы сейчас уйдете из моей спальни, они решат, что я уже пресытился вами, что вы теперь свободны и вполне можете перенести свою благосклонность на других. Кроме того, вскоре они узнают – если еще не узнали – что заключить помолвку меня заставили с помощью обмана. – Он снисходительно оглядел ее с головы до ног. – Должен вам заметить, что для солдат, как правило, любовные похождения – нечто вроде спорта. Чем больше вы сопротивляетесь, тем больше их возбуждаете. И я не уверен, что отказ, исходящий от служанки, они воспримут так же покорно, как отказ со стороны леди.
Клаудия оцепенела. Она и не подозревала, какие трудности связаны с положением служанки в Монтегю – как, наверное, и повсюду. Неудивительно, что Гай счел ее наивной дурочкой. Откуда ему знать, что она не нуждается в его опеке? Если Данте не приедет за ней, она всегда может продать Гаю Холфорд – а согласившись стать его любовницей, она вряд ли получит большую сумму. Но до чего же низок оказался Гай – как быстро он решил воспользоваться ее беспомощным положением! Подумать только, она ведь едва не сказала ему правду относительно Холфорда – то, что крепость будет его, стоит ему только жениться на ней. Он настолько страстно желает заполучить Холфорд, что наверняка немедленно предложил бы ей руку и сердце. Нет, теперь она никогда не согласится выйти за него замуж – даже если он будет умолять ее об этом, стоя на коленях. Все, что ему нужно от нее, – удовлетворение плотской страсти, физическое наслаждение. Жаль, что у нее так поздно открылись глаза.
Гай указал Клаудии на груду подушек перед очагом.
– Я думаю, это самая безопасная для вас постель в замке. Я сам порой сплю здесь. Ковер толст, подушки мягки, а в сундуке рядом с вами есть одеяла.
– Вы хотите, чтобы я спала здесь?
Он фыркнул, стягивая рубашку.
– Я же дал вам слово, что не потребую отныне от вас ничего, что не входило бы в обязанности швеи. Уверяю вас – я не склонен насиловать спящих женщин. Если же вы сомневаетесь в моем слове, могу показать, где спят слуги.
– Но я не могу… – Слова замерли у Клаудии на устах. Она не в силах была оторвать взгляд от обнаженного торса Гая, от волос, покрывавших его грудь, клином спускающихся к плоскому животу и исчезающих за поясом его штанов. Во рту у нее пересохло. Завороженная непривычным зрелищем, она с трудом поборола непреодолимое желание коснуться столь странной на вид мужской груди, провести по ней кончиками пальцев, чтобы очертания ее никогда не изгладились из памяти.
– Чуть не забыл! – Поднявшись с кровати, Гай пересек комнату и открыл дверь. Теперь он стоял к Клаудии спиной, и девушка обнаружила, что сзади он выглядит не менее привлекательно. Впечатление было даже чересчур захватывающим, и Клаудия заставила себя перевести взгляд с Гая на дверной проем. В коридоре Стивен раскладывал свой тюфяк, устраиваясь на ночь. Гай окликнул его.
– Передай Роланду и Герберту, что им не придется стоять на часах перед бывшей комнатой моей сестры – ни в эту ночь, ни в последующие. Леди Клаудия не будет ночевать в ней.
– Но я ведь не отказывалась! – возмутилась Клаудия.
Мальчик, не обратив на ее протесты никакого внимания, вихрем помчался выполнять поручение. Закрыв дверь, Гай повернулся к девушке.
– Эта комната предназначена для гостей, Клаудия. А слугам не положены личные апартаменты – как и стража у дверей. Два солдата в день стоят больше, чем швея может заработать за неделю.
Клаудия с досадой прикусила губу. Если бы она поменьше болтала, то могла бы провести эту ночь в своей собственной комнате, в нормальной кровати, а не на ковре перед очагом.
Возвращаясь к постели, Гай указал на свечи, стоящие на столе.
– Перед тем как пойдете спать, снимите с них нагар.
Он принялся расстегивать пояс. Клаудия с ужасом поняла, что Гай собирается раздеться, ничуть не стесняясь ее присутствия. Подбежав к столу и повернувшись спиной к кровати, она молниеносно задула свечи и замерла, крепко зажмурив глаза и судорожно сжав край стола – так крепко, что ногти ее почти впились в древесину. Даже когда дым от потухших свечей попал ей в ноздри, она не пошевелилась. Лишь услышав, как заскрипела под тяжестью тела кровать и зашелестели одеяла, Клаудия перевела дух и открыла глаза.
Лунный свет, проникающий в комнату, освещал ее своим тусклым сиянием. В камине весело трещало пламя, и в его отблесках Клаудия ясно видела Гая, который лежал, сложив руки за голову и закрыв глаза. Она полдня проспала в повозке, и все же усталость давила на нее свинцовым грузом, а ведь он не спал вовсе. Неудивительно, что он был столь резок. Если бы и это его недостойное предложение можно было приписать такому пустяку, как недостаток сна!
Клаудия бросила взгляд на сундук с постельным бельем. Неужели Гай и вправду предполагал, что она сможет спокойно спать в его спальне? Покачав головой, она поудобнее устроилась на устланном подушками подоконнике и приготовилась к долгому бодрствованию.


Погруженная в теплое атласное море, Клаудия заворочалась под одеялом. Кто-то тряс ее за плечо.
– Леди Клаудия!
Голос был не громче шепота, но Клаудия немедленно открыла глаза. В нескольких дюймах над ней в воздухе, казалось, парило чье-то обрамленное светлыми волосами лицо с огромными карими глазами. Клаудия невольно вскрикнула.
Ленора, стоящая на коленях перед ее ложем, испуганно вскочила, ударившись головой о столбик кровати, и замерла.
Сев, Клаудия откинула волосы со лба, стараясь понять, где она находится и как сюда попала. Она не могла припомнить момент своего погружения в сон, но была уверена, что не покидала подоконника. Видимо, Гай отнес ее на это ложе из подушек и укрыл атласным одеялом. Поняв это, Клаудия облегченно вздохнула – у нее всегда был чуткий сон, и она обязательно проснулась бы, попытайся Гай овладеть ею. То, что она не помнила ничего подобного, означало одно – Гай сдержал свое слово.
Она посмотрела на Ленору и заметила, что глаза девушки полны страха.
– Б-барон… барон велел мне прийти помочь вам встать, – запинаясь и поглядывая в сторону двери, проговорила Ленора. – Если вы не желаете меня видеть, я могу уйти.
Клаудия отрицательно покачала головой и одобряюще улыбнулась.
– Прости, Ленора. Просто ты испугала меня. А что ты здесь делаешь?
– Я ваша горничная, леди Клаудия. Барон поручил мне прислуживать вам.
Улыбка Клаудии угасла.
– Барон не упомянул, что в этом замке швеям дозволено иметь служанок.
– Что вы сказали, миледи? – недоуменно переспросила Ленора.
– Не имеет значения, – Клаудия провела рукой по растрепанным волосам. – Если у тебя найдется гребень, я буду очень признательна.
Встав, она принялась приводить в порядок так называемую постель, аккуратно раскладывая подушки перед камином. Бросившаяся ей помогать Ленора стала сворачивать одеяла.
– Вы упали ночью с кровати? – удивленно спросила Ленора. Клаудия бросила на нее быстрый взгляд, и девушка отвела глаза. – Простите меня, леди. Я не предполагала, что барон заставит вас спать на полу, как какого-то оруженосца.
– Он не заставлял меня спать на полу, – возразила Клаудия, не успев подумать. Почему она так старается защитить Гая? Леноре незачем знать подробности этой ночи.
Спрятав одеяла в сундук, горничная спросила дрожащим от волнения голосом:
– Могу я велеть солдатам принести ваши вещи?
– Я приехала налегке, – ответила Клаудия, пытаясь разгладить складки на голубом платье, в котором спала. Ткань была безнадежно измята. Подняв голову, она увидела, что Ленора смущенно улыбается.
– Платья, о которых я вчера говорила, уже готовы. Их перешили под ваш размер – в том числе сорочки и ночные рубашки. Барон сказал, что у вас ни в чем не должно быть недостатка. – Она подошла к двери, открыла ее и бросила несколько слов кому-то, кто стоял в коридоре. Через минуту два солдата внесли в комнату громадный сундук. Ленора показала им, куда его поставить, и, когда дверь за солдатами закрылась, повернулась к Клаудии. – Швеи работали всю ночь, чтобы перешить платья. Я надеюсь, вам понравится их работа, миледи.
Подняв крышку сундука, она жестом пригласила Клаудию заглянуть внутрь. Клаудия осторожно приблизилась – радостное возбуждение Леноры наполняло ее смутной тревогой. Ей не хотелось быть обязанной Гаю более прежнего – однако она не могла сдержать любопытства.
Первым, что она увидела, был великолепный набор серебряных гребней и зеркал. Взяв одно из зеркал, Клаудия обнаружила, что оно поистине филигранной работы: ручка была вырезана в виде переплетенных виноградных лоз, а на задней части были выгравированы розы. На гребнях также был затейливый рисунок из цветов и лоз.
– Они прекрасны, – прошептала Клаудия, вынимая следующее зеркало из сундука. Затем, заглянув в него, она помрачнела при виде открывшейся ей картины. – Жаль, что нельзя того же сказать о моем отражении.
Ленора окинула ее критическим взглядом.
– Ничего, дайте мне немного времени, и вы вновь станете сама собой.
– Боюсь, что это плохой комплимент.
Сделав вид, что не замечает саркастического тона госпожи, Ленора помогла вынуть из казавшегося бездонным сундука все таящиеся в нем сокровища – сорочки, чулки, платья, блио и туфли. В Лонсдейле у Клаудии никогда не было подобных богатств.
– Но откуда взялась вся эта одежда? – спросила Клаудия, изумленно глядя на Ленору, в руках которой, как по мановению волшебной палочки, возникали все новые и новые предметы.
– Из отбракованных товаров, конечно. – Откуда-то из самых недр сундука появилось темно-зеленое блио. Вслед за ним Ленора вытащила платье цвета летней свежескошенной травы и продемонстрировала его Клаудии, держа за плечики. – Швеи все перешили, используя мерку вашего порванного платья. В тканях есть небольшие дефекты, но они почти не заметны. Надеюсь, вас это не смутит?
– Конечно же нет! – воскликнула Клаудия.
– Да, еще барон сказал мне, что вы любите шить, – продолжала Ленора. – Он попросил меня отвести вас в кладовую, чтобы вы могли выбрать себе несколько кусков материи, а затем у швей мы раздобудем иголки и нитки. Барон сказал, что ему очень хочется иметь новую тунику, сшитую вашими руками. – Казалось, ее распирало сказать больше, но внезапно она остановилась, как будто с разбега налетела на стену, и уставилась в пол. Помедлив немного, она нерешительно посмотрела на дверь, как будто опасаясь подслушивания, затем заговорила заговорщическим шепотом: – Меня все спрашивают о вас, миледи. Правда, что… Верны ли слухи, которые ходят о вас в замке?
– Мне сложно сказать. Я ведь не слышала, о чем говорят, – холодно произнесла Клаудия, пожимая плечами.
– Один солдат сказал мне, что вы пытались обманом женить на себе барона, – лицо Леноры покрыл пунцовый румянец, однако, преодолев смущение, она продолжила, – что в Лонсдейле его оклеветали, будто он соблазнил вас, и в отместку он похитил вас и сделал фальшивые обвинения правдой. – Она украдкой бросила взгляд на кровать. – Вчера мне показалось, что вы здесь по своей воле, леди Клаудия. Барон не такой человек, чтобы… чтобы… – Закусив губу, Ленора умолкла. Клаудия слушала девушку, глубоко задумавшись. Вчера она утверждала, будто ее не волнует, что подумают о ней люди, но теперь поняла, что глубоко ошибалась. Ее это очень волновало. И – странное дело – еще больше ее волновало, что подумают люди о Гае. После ночи, проведенной в его спальне, бесполезно было бы говорить о своем целомудрии, но хотя бы часть слухов она была в силах остановить.
– Я здесь по своей собственной воле, Ленора.
Лицо девушки расплылось в улыбке.
– Я же говорила им, что барон не может быть так бессердечен!
Горько усмехнувшись при мысли, что Ленора скорее готова счесть ее распутной, чем барона – насильником, Клаудия произнесла:
– Ты не покажешь мне кладовые, Ленора? Мне хотелось бы узнать об этом замке как можно больше.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Обрученные - Эллиот Элизабет

Разделы:
1.2.3.4.5.6.7.8.9.10.11.12.13.14.15.16.17.18.19.Эпилог

Ваши комментарии
к роману Обрученные - Эллиот Элизабет



Прочитала с удовольствием. Интересная книга, как и "Рыцарь"
Обрученные - Эллиот Элизабетнадежда
21.11.2010, 0.52





Вся серия Ремингтон просто замечательная,
Обрученные - Эллиот ЭлизабетЕлена
3.02.2012, 21.54





мне тоже понравился роман,не пойму только почему такая низкая оценка.
Обрученные - Эллиот ЭлизабетМарго
5.09.2012, 10.28





С удовольствием прочитала роман! Читается легко и с интересом.
Обрученные - Эллиот ЭлизабетЛона
8.10.2013, 12.43





Очень легко читается,интересен до самого конца,не нуден....читать всем кто еще не читал
Обрученные - Эллиот ЭлизабетНИКА*
28.10.2013, 6.56





не шедевр, но читать можнго
Обрученные - Эллиот ЭлизабетМарина
1.11.2013, 9.55





После Рыцаря остальные книги автора совершенно разочаровали. Героиня пассивная холодная и очень рассудительная даже раздражает в первой части книги, да ещё и некрасивая (некрасивый нос и короткая шея как пишет автор) и судя по всему тупая (за 3 года не смогла выучить английский язык, жутко коверкает слова) ведёт себя как типичная старая дева и серая мышь. А герой нагловатый "ослепительный красавец" и их любовь выглядит очень странно - он в своем доме вынуждает героиню стать его любовницей содержанкой
Обрученные - Эллиот ЭлизабетЭмма
24.02.2015, 18.14





Порадовало, не скучно, не затянуто, всё в меру! 10 баллов!
Обрученные - Эллиот ЭлизабетElena
1.09.2015, 20.55








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100