Читать онлайн Кто ищет – найдет, автора - Элиот Ливия, Раздел - 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Кто ищет – найдет - Элиот Ливия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.29 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Кто ищет – найдет - Элиот Ливия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Кто ищет – найдет - Элиот Ливия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Элиот Ливия

Кто ищет – найдет

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

5

Он посмотрел ей в глаза. Да, эта женщина определенно обладает магическими чарами, иначе бы ей никогда не околдовать его. В этих необыкновенных синих глазах отражались одновременно нежность и страсть. Он скользнул взглядом ниже – ее грудь соблазнительно вздымалась под тонким кружевным пеньюаром. Разгоряченное ласками тело трепетало, звало, манило.
Он медленно потянул вниз бретельку, обнажая грудь, и застыл, не в силах отвести глаза. Потом проделал то же самое с другой. Потянул за шнурок. Узелок не сопротивлялся. Полы разошлись.
Губы ее приоткрылись.
Он наклонился, прильнул губами к темному, набухшему соску и осторожно дотронулся до него кончиком языка.
Она глухо застонала, подалась ему навстречу и…
– Хант! Хант!
В дверь постучали.
– Хант!!
Он шумно выдохнул и открыл глаза. Черт!
– Да проснись же! У нас проблемы!
Генри? Хант скосил глаза на часы – половина шестого.
– Сейчас. Подожди минуту. – Он поднялся, накинул халат и шагнул к двери. – Что случилось?
– Да уж случилось. – Генри покачал головой. – Кто-то отключил холодильники. Часть продуктов испортилась. Молоко скисло. Зелень повяла. Ущерб, слава богу, небольшой, но придется снова ехать в город. Я…
Хант поднял руку.
– Подожди. Ты уверен, что холодильники были включены? Может быть, Лиза просто…
– Такого не может быть. С какой стати Лизе отключать холодильники? Причем все? Подумай сам. К тому же вчера вечером, перед уходом, я сам все проверил. Похоже, кто-то решил сыграть с нами маленькую шутку.
Хант уже сбросил халат и торопливо натягивал джинсы. Если холодильники вышли из строя, хлопот не оберешься. Мало того что придется выложить приличную сумму за ремонт, так ведь летом без них просто не обойтись.
– Вы их проверили?
– Да. И уже включили. Работают. – Генри почесал затылок. – Может, вызвать полицию?
– И что мы им скажем? У нас же ничего не пропало.
– Ну, они могли бы поискать отпечатки пальцев…
Хант досадливо махнул рукой.
– Перестань. Кому это нужно? В лучшем случае пришлют какого-нибудь молокососа со списком вопросов, который решит, что мне просто нечем больше заняться.
Они спустились вниз и прошли в кухню. Лиза уже собрала испорченные продукты, и два мешка с отходами стояли у задней двери.
– Ну что? Завтрак сможем приготовить? – спросил Хант, заглядывая поочередно во все три холодильника. – Кстати, что у нас с мясом?
– Слава богу, все в порядке. Жаль, молоко прокисло. Но его я еще пущу в дело. Приготовлю омлет. А вот овощи пропали. Почти все пришлось выбросить. Хорошо еще, что мы не сделали больших запасов. – Лиза включила духовку. – Кстати, задняя дверь была в порядке и все окна целы.
– То есть о посторонних говорить не приходится? И что тогда остается? – Хант прошелся по кухне. – Что у нас завелся диверсант? Что кто-то приехал сюда специально с целью навредить мне?
– А ты как думал? – Генри достал из шкафчика банку с кофе и три чашки, в то время как Лиза споро нарезала хлеб и стала готовить бутерброды. – Тебе ведь, если не ошибаюсь, уже предлагали продать и особняк, и участок?
Хант остановился у окна и удивленно посмотрел на него.
– А ты откуда знаешь?
Генри фыркнул.
– Слышал от одного парня в баре Фрэнки. Лиза его, думаю, знает. – Он повернулся к жене. – Зак Рубек, помнишь такого? Таксист.
– Зак? Чернявый? С бородавкой на щеке?
– Точно.
Лиза утвердительно кивнула.
– Да, знаю. Выпить любит, но врать не станет.
– Так вот, этот самый Зак сказал, что тебе уже предлагали деньги, но ты вроде бы отказался. И еще он сказал, что подвозил каких-то крутых парней и слышал, как они трепались. По его словам, на пансионат нацелились большие люди и времени у тебя не больше трех месяцев.
Хант хмуро посмотрел в окно.
– Понятно.
– Речь идет об очень больших деньгах, – продолжал Генри. – Участок перспективный. Можно пустить под застройку. А можно и солидный гостиничный комплекс отгрохать. С бассейнами, массажными салонами, боулингом и полем для гольфа. И тогда сюда будут приезжать не студенты и домохозяйки, а солидные люди, для которых тысяча-другая баксов все равно что для нас с тобой двадцатка. Имей в виду, если пошла такая игра, эти парни ни перед чем не остановятся.
– И что ты предлагаешь?
– Я? – Генри пожал плечами. – Решать тебе, приятель. Но я так скажу: проиграешь ты, проиграем и мы с Лиззи. Наш домик для них будет как бельмо на глазу. Придется либо переезжать, либо идти в услужение. – Он разлил по чашкам кофе.
Лиза поставила на стол тарелку с бутербродами.
– Сливок сегодня не предлагается, так что пейте черный.
– Так что ты предлагаешь, Генри? – повторил Хант, присаживаясь к столу и дуя на горячий напиток. – Принять их условия и разбежаться или…
В глазах отставного военного запрыгал веселый огонек.
– Я бы побарахтался. Знаешь, они ведь ничем не лучше нас. Скорее, хуже. Черт возьми, если бы наши предки каждый раз шли на попятную, здесь, во Флориде, до сих пор говорили бы на испанском!
– Ладно, парни, – вмешалась Лиза, – военный совет придется отложить. Я вижу, Джанет уже приехала, так что мы с ней займемся завтраком. – Она повернулась к Ханту. – Надо бы сгонять на рынок за рыбой и креветками. Да и без овощей нам не обойтись. Это надо сделать до ланча. Сколько сейчас?
Хант посмотрел на часы. Часов не было.


Что-то было не так. Тина поняла это, едва проснувшись. Несколько минут она лежала на кровати, стараясь понять, откуда взялось это странное ощущение, но мысли никак не хотели выстраиваться в логический ряд.
Шум воды в ванной утих, и оттуда появилась Кейт. Судя по блуждавшей на лице улыбке, у нее все было в порядке.
– Что так рано? Или у нас какие-то планы? – спросила Тина, наблюдая за подругой. – По-моему, на завтрак еще рано.
– Завтрак у нас с восьми до десяти, если не ошибаюсь. Потом мы собирались сходить на пляж. А сейчас у меня кое-какие дела.
– Вот как? Не расскажешь? – Тина потянулась, выскользнула из-под простыни и накинула халат.
Кейт вытерла волосы и принялась рассматривать себя в зеркале.
– Ладно, не хочешь – не говори, – с наигранным равнодушием сказала Тина, поправляя простыни.
Прием был, конечно, не новый, но срабатывал в девяти случаях из десяти, потому что Кейт просто не могла держать язык за зубами. Девушки знали друг друга еще со школы и всегда делились самым сокровенным.
– Это Ричи, – выпалила Кейт. – Мы с ним договорились встретиться утром и прогуляться до апельсиновой рощи. К девяти вернемся, так что на завтрак еще успеем. Впрочем, если хочешь, сходи без меня – обижаться не буду.
– Я подожду, – пообещала Тина. – А пока позвоню маме и в редакцию. Знаешь, оставила материалы для следующего номера Джою, но он такой растяпа, что вполне мог засунуть их куда-нибудь и забыть.
– Да ты совсем спятила! Приехала отдыхать – забудь о работе. Ничего с твоим журналом не случится. Мы же специально сюда приехали, чтобы от всего отвлечься. Море, солнце, песок, тишина – что еще надо? Я вчера видела двух парней – они, кажется, из Виниса. Очень даже ничего. Или окучивай нашего хозяина. Уверена, он будет не против. Когда ты вчера возилась с его царапиной, парень жмурился и облизывался как кот. Знаешь, если бы не Ричи, я бы и сама им занялась. Настоящий мачо. И имя подходящее: Хантер – охотник.
Хантер Локсмит. Имя звучало так, как будто она слышала его еще до приезда сюда. Мало того, его лицо ей тоже было знакомо. Может быть, они и впрямь встречались где-то? В другой жизни, мысленно усмехнулась Тина. И были там любовниками.
Она тряхнула головой, отгоняя навязчивый образ, но он тут же вернулся – незваный, непрошеный гость, снова и снова прикладывающий палец к звонку памяти.
– Ну как? – спросила Кейт, вертясь перед зеркалом. Для прогулки она выбрала цветастое парео и нечто голубое на одной тоненькой бретельке.
– Боюсь, твоего спасателя придется спасать, – усмехнулась Тина. – Надеюсь, вы все-таки дойдете до апельсиновой рощи.
– Я же серьезно, – надула губки Кейт. – Раз уж ты сама завела разговор, отвечу прямо: секс всего лишь средство расслабиться. Не более того. Если подходить к мужчинам именно с этих позиций, многое упрощается. Знаешь, по-моему, некоторые придают сексу слишком большое значение. Для меня переспать с мужчиной все равно что сходить в кино или ресторан. Только обходится дешевле и времени занимает меньше.
– С каких это пор у тебя такие взгляды? Еще полгода назад я слышала совсем другие речи.
– Полгода назад я собиралась замуж за идиота Майка, – отрезала Кейт. – И ты прекрасно знаешь, чем закончился мой поход по стезе праведности. К тому же жизнь идет и стоять упрямо на одной и той же позиции вовсе не признак большого ума.
– Пожалуй, тебе стоит изложить свою философию в моей рубрике, – рассмеялась Тина.
– А, перестань, – махнула рукой Кейт. – В твоей рубрике и не такое можно прочитать. – Она выглянула в окно. – Кстати, вон и Ричи уже прикатил. Все, я побежала. Буду не позже половины десятого.
– Удачи! И, ради бога, будь осторожна! – крикнула Тина, но дверь уже захлопнулась. Да, и этой особе поручили за мной присматривать!
В дверь постучали, и она, решив, что Кейт что-то забыла, открыла дверь.
– Никогда не надо так… – Продолжения не последовало, поскольку за дверью стоял Хантер Локсмит. – Э… вы? – Тина невольно попятилась. – Извините, я подумала…
Он смущенно улыбнулся.
– Простите за беспокойство. Я, кажется, оставил у вас часы. Ну, когда снимал рубашку.
Боже, да он ведь умеет краснеть! Как мило! Краснеющий охотник. Тина отступила в сторону.
– Пожалуйста, проходите. Сейчас мы их поищем.
Хант смущенно замялся у порога. А вот смелости нашему охотнику явно недостает. Или зверь его пугает? Она решительно взяла его за руку и едва ли не втащила в комнату.
– Вы не помните, куда их положили?
Она была ниже его на добрых пять дюймов и стояла настолько близко, что он мог без труда заглянуть в ложбинку между едва тронутыми загаром грудями. А если потянуть поясок… Черт, кто только придумал эти дурацкие халаты, словно только для того и предназначенные, чтобы будить мужское воображение!
Хант прочистил горло.
– Я сидел вот здесь, возле столика, и, наверное… – Он попытался оторвать взгляд от соблазнительных ландшафтов ее точеного тела и обнаружил, что сделать это не легче, чем сдвинуть с места железнодорожный состав.
Тина оглянулась, повернулась, медленно подошла к столику и наклонилась. Каждое ее движение, каждая поза, каждый жест отзывались в нем приливом нестерпимого желания, и скрывать этот непреложный факт было уже невозможно.
– Да вот же они! – воскликнула она и, взяв со столика злополучные часы, посмотрела на него с лукавой улыбкой. – Но, прежде чем отдать их вам, я должна удостовериться, что вы не претендуете на чужую собственность.
Опять игра! Хант уже жалел, что явился за проклятыми часами. Впрочем, только ли за ними он сюда пришел?
– Марка? – спросила Тина, пряча руку за спиной.
– «Ситизен». В черном пластмассовом корпусе. С калькулятором и… – Он закрыл глаза, пытаясь припомнить какую-нибудь характерную деталь. – Да, на крышке есть надпись. «Ханту от Меган».
– Все точно. Пожалуй, вы доказали свое право собственности. – Она протянула часы. Кто такая Меган? Браслет был изрядно потертый, на корпусе виднелась давняя царапина – похоже, часы из относительно далекого прошлого. К тому же вещь чисто практичная, утилитарная, хотя и недешевая. Нет, любовникам такие не дарят. К тому же дарить часы…
– Спасибо. – Хант ловко застегнул браслет. – Знаете, есть вещи, которых, пока они с тобой, не замечаешь, а потеряешь – и сразу чувствуешь, что чего не хватает.
Она промолчала, но продолжала смотреть на него как-то странно, словно не зная, что делать дальше. Взгляд этот проникал куда-то глубоко, как будто отыскивая потаенные кнопки управления, и Хант чувствовал, что стоит ей только отыскать их и запустить программу, как он полностью потеряет контроль над собой и превратится в послушного исполнителя чужой воли.
– Извините, мне… мне нужно идти. – Так иди, шепнул внутренний голос. Поворачивай! Беги! Спасайся! Но как ни шептал голос благоразумия, некая сила удерживала его на месте. – И спасибо за… за вчерашнее.
Тина отвела наконец глаза.
– Кстати, как ваша… рана?
– Рана? – не понял Хант. – А, та царапина. Думаю, в порядке. По крайней мере ночью не беспокоила.
Шутка отскочила от нее как от стенки горох.
– Мне нужно ее осмотреть. Снимите рубашку и повернитесь.
– Вы это серьезно? – недоверчиво спросил он. – Там же ничего нет. Обычная царапина.
– Я привыкла доводить каждое начатое дело до конца и хочу убедиться, что все в порядке. Это займет пару минут. Если воспаления нет, вы вернетесь к исполнению обязанностей…
– А если есть? – ухмыльнулся Хант. Таинственные чары если не рассеялись совсем, то по крайней мере заметно ослабели, во всяком случае он мог преспокойно развернуться и выйти за дверь. С другой стороны, эта женщина явно затеяла какую-то игру, а он был не из тех, кто отказывается от брошенного вызова. Хочет поиграть? Ладно. Он покажет ей, что тоже не лыком шит. Посмотрим, кто кого.
– Если нет, обработаю рану и, может быть, вызову врача.
Теперь уже Хант посмотрел ей в глаза.
– Знаете, Тина, на мне новая рубашка…
– Я заметила.
– …и мне не хотелось бы пачкать ее масляными пальцами. Может быть, вы… если не трудно…
– Нисколько.
Ее пальцы ловко забегали по пуговицам, и все бы было расчудесно, если бы не очередной приступ желания. Слава богу, она, похоже, ничего не заметила, а если и заметила, то не подала виду.
– Повернитесь.
Он повернулся.
Она стащила рубашку. Провела ладонью по спине под лопаткой.
– Ну что? Гангрена еще не началась?
Ответа не последовало. Он почувствовал прикосновение второй ладони. Нет, это уж слишком! Она ведет себя как-то странно, словно стала вдруг играть чужую роль.
Сигнальный колокольчик, прозвеневший несколько секунд назад, бил тревожным набатом. По спине пробежал неприятный холодок.
Тело полыхнуло огнем, отзываясь на недвусмысленное предложение.
Хант повернулся так резко, что Тина инстинктивно отпрянула. Он схватил ее за плечи и притянул к себе – ее соблазнительные губы оказались совсем близко.
– Вы ведь этого хотели, не так ли? Достаточно или продолжить?
Вместо ответа она обхватила его шею обеими руками и, приподнявшись на цыпочках, попыталась поцеловать. Хант нахмурившись отпустил ее, но Тина покачнулась и, чтобы не упасть, ухватилась за его плечи.
– Милый, мне это тоже нравится, – она коснулась губами мочки его уха, – но ты либо отпусти меня, либо положи на кровать.
Он ожидал чего угодно – возмущения, криков, пощечины, – но не этого.
– Ты ведь этого хочешь, да? – спросила Тина, отстранившись. – Ты за этим пришел?
Он не успел ответить, потому что она схватила его за плечи, прижала к стене и впилась в его рот жадным поцелуем. Ханта бросило в жар, словно через него пропустили электрический разряд. Жар сменился холодом, по коже побежали мурашки. Тина атаковала его с яростью изголодавшейся тигрицы. Ее необузданное желание передалось и ему. Мир как будто перестал существовать – остался только пожар страсти.
Ее губы сводили с ума, их вкус, сладкий и одновременно острый, заглушал все прочие ощущения, а ее язычок вытворял у него во рту фокусы, какие и не снились Дэвиду Копперфилду.
Хант смутно понимал, что должен оборвать поцелуй, положить конец этому безумию. Что подумает о нем Тина, когда снова станет сама собой, когда безумие страсти уйдет и она взглянет на мир ясными глазами?
Она обняла его за шею и прижалась так крепко, что жар тел соединился, сплавляя их в единое целое. Его оборонительные редуты падали один за другим: набухшие соски терзали его грудь, губы наносили быстрые и сокрушительные удары по его воле, а ее бедра штурмовали главный бастион, понуждая защитников к полной и безоговорочной капитуляции.
Найдется ли на свете мужчина, способный отстаивать какие бы то ни было принципы перед лицом подобного натиска? Есть ли в мире сила, равная силе женского обольщения?
Ее язычок плясал у него во рту, перепрыгивая с губ на нёбо, вертясь, как стриптизерша вокруг шеста, вокруг его языка, проникая все глубже и глубже.
Колени стали ватными, по спине побежали струйки пота, и, когда Тина потерлась об него животом и слегка раздвинула бедра, Хант выбросил белый флаг.
– Хант! – долетел из коридора крик Генри. – Хант, ты где?! Отзовись!
Тина отстранилась и заурчала, как кошка, у которой из-под носа забрали блюдечко с молоком.
– Черт! – прошипел Хант, поспешно застегивая пуговицы и заправляя рубашку в джинсы. – Черт, черт, черт!


Она ценила красоту природы, но все же предпочитала удобства цивилизации и сейчас, оказавшись далеко от города, немного нервничала. Все ее прежние попытки – их можно было бы пересчитать по пальцам одной руки – сойтись с миром, лежавшим за пределами городских окраин, неизменно заканчивались неудачей. В лесу Тина терялась, на реке падала в воду, ее жалили осы и терзали комары, на нее нападали змеи, и даже встреча с вполне невинной кочкой грозила серьезными неприятностями. За шорохом травы ей чудилась ядовитая кобра – хотя кобры, как известно, предпочитают пустыни, – хруст сломанной ветки означал приближение чудовища с клыками и когтями, мелькнувшая на глубине форель превращалась в безжалостную пиранью, которая только того и ждала, чтобы вцепиться в руку или ногу.
Но сейчас ей были не страшны ни скорпионы, ни акулы, ни прочие монстры, которые вполне могли водиться в глухом уголке Флориды. Она брела по пляжу уже минут десять, ничего не видя, ничего не замечая, ничего не слыша. Случившееся потрясло ее.
Тина знала, какой представляют ее читательницы журналы: смелой, дерзкой, сексуальной. Хотелось бы знать, где вообще водятся такие особи. Может быть, в больших городах, вроде Нью-Йорка или Лос-Анджелеса, где неистовый пульс жизни развивает в женщинах первобытные инстинкты. Читая письма, присылаемые в журнал, она частенько качала головой и раздраженно хмыкала. Боже, что бы они сказали, узнав, что Тина Дефранж и Моника не имеют между собой ничего общего. Тем не менее ей приходилось принимать правила игры и изображать из себя то роковую красотку, то женщину-вамп, то отчаянную авантюристку, то романтическую мечтательницу, чья шпилька в волосах могла в любой момент превратиться в острый кинжал. Большую часть времени она жила в вымышленном мире, в мечтах, где мужчины падали у ее ног, сходили с ума от одного лишь аромата ее духов и дрались за право пригласить ее на танец. И чем глубже погружалась Тина в придуманное существование, тем острее ощущала свое реальное одиночество.
Странно, но если рожденная ее фантазией Моника имела дело исключительно с шикарными красавцами, наследниками громадных состояний и владельцами роскошных «ламборджини» и «бентли», то самой Тине неизменно встречались хамы, грубияны, подловатые типы, готовые воспользоваться ее кредиткой, и унылые субъекты, голодный блеск в глазах которых выдавал отпетых неудачников.
Иногда, обдумывая очередной выпуск и готовя ответ на какой-нибудь идиотский вопрос – например, возбуждает ли мужчину татуировка в интимном месте или какие позы наиболее подходят для секса на пожарной лестнице, – она переносилась в ту или иную ситуацию и в какой-то момент ловила себя на том, что рука ее сама собой ползет вниз по животу.
Не закончилось бы все в психиатрической клинике, грустно думала Тина. Чертовка Моника все сильнее завладевала ею. Борьба с ней в реальной жизни отнимала слишком много сил. Вымышленные мужчины были настолько хороши, что реальные просто не дотягивали до установленных стандартов. Те же, что им соответствовали, – увы! – не замечали Тину. Порой ей казалось, что, даже если бы она попала на необитаемый остров в компании двух матросов, те предпочли бы друг друга, но не ее. В городе она просто терялась, и взгляды представителей сильного пола скользили по ней так же, как по запылившейся витрине.
Большую часть времени Тина предпочитала оставаться незаметной. Ей нравился порядок, неспешность, рутинное течение жизни. Она вставала в шесть утра, пробегала милю по парку, возвращалась домой, принимала душ, завтракала, садилась за компьютер и работала до тех пор, пока желудок не давал звонок – пора на ланч. Короткий, не более получаса, перерыв – и снова за стол, до следующего сигнала, возвещающего об окончании очередного дня. Два раза в неделю она ходила в редакцию, сдавала материал, выслушивала замечания миссис Донован, редкие похвалы Глиссона и шуточки фотографа Джоя Керри.
Конечно, время от времени в ней просыпался мятежный дух, и тогда компьютер выслушивал все, что она о нем думает, кресло получало пинок, а попавший под руку номер журнала летел в мусорную корзину, истрепанный, как шлюшка после визита сексуального маньяка. Но запал быстро кончался, и все возвращалось на круги своя.
Почему? Да потому, что ей так нравилось. В монотонном течении будней был свой комфорт.
Вот оно, ключевое слово. Она боялась потрясений. Боялась отношений, которые могли закончиться – через неделю или двадцать лет – предательством. Она видела, каким ударом стала для матери измена отца, и не желала оказаться на ее месте. Чтобы сердце не разбилось – закопай его поглубже. Одна из постоянных читательниц каждый месяц присылала Монике свои стихи, и некоторые из них даже появлялись в рубрике, а дурацкая строчка почему-то влезла в голову и звучала каждый раз, когда Тина начинала подумывать о том, что было бы неплохо разнообразить серые будни легким романом.
И вот прошлая жизнь треснула, как свалившийся на каменный пол горшок.
Там, в номере, она уподобилась Монике. Она вела себя… да, недостойно. Точнее, непристойно. Никогда раньше с ней не случалось ничего подобного. Ни объяснений, ни оправданий у нее не было. Затмение сознания? Или с ней происходит что-то более страшное и непонятное? И как теперь появиться на глаза Ханту?! Боже, лучше провалиться сквозь землю. Сбежать. Спрятаться. Наложить на себя руки.
И все же из-под шквала упреков, стенаний и виртуального побивания себя камнями просачивался тихий, но достаточно ясный голосок другой Тины. Той Тины, которая завидовала Монике и желала быть на нее похожей.
Он ведь нравится тебе. И ты ему тоже. Неделя пролетит быстро. Возьми от нее все. Возьми от него все. Сведи его с ума. Обворожи. Докажи всем, что ты женщина. Пусть последует за тобой в Барстоу. Не упусти свой шанс. Ты же не хочешь остаться одинокой.


– Вот… – Генри протянул руку, указывая на пикап, – полюбуйся. Колеса проколоты. Лобовое стекло разбито. Загляни под капот. Свечи вывернуты. Провода… – Он махнул рукой. – Теперь ты понимаешь?
– Понимаю. – Хант обошел вокруг машины и остановился, качая головой. – Внутри смотрел?
– Да. Вроде бы все в порядке. Но повозиться придется. Запчасти, работа… Дня два уйдет наверняка.
Хант молчал.
– Послушай, без машины нам не обойтись. Пока будем пользоваться моей и…
– Я позвоню в прокатное бюро. У меня там знакомый, Гил Торквилл. Одна машина всегда должна быть наготове. На всякий случай. Но ты свою здесь не оставляй. Отгоняй в гараж. Лучше перестраховаться, чем остаться совсем без колес. – Хант оглянулся. – Как, по-твоему, чья это работа?
– Посторонние здесь не появлялись. Значит, кто-то из наших. И сделал он это, скорее всего, рано утром. Кстати, ты не видел спасателя?
– Думаешь, его рук дело?
– Не знаю, что и сказать. Подозревать постояльцев не хочется – люди отдыхать приехали, а не стекла крушить. Но, чтобы пальцем на кого-то указывать, нужны веские доказательства, а у нас ничего.
– Нанять охрану я не могу, – вздохнул Хант. – Еще пара происшествий такого рода – и мне нечем будет погашать первый взнос. Вот же напасть!
– Слушай, старина, тебя испытывают на прочность. Дрогнешь сейчас – дожмут, уложат на лопатки и растопчут.
– Понимаю не хуже тебя, – сердито бросил Хант. – Хотят загнать в угол. Чтобы выход остался только один: встать на колени и протянуть руку.
– Так, может, пока не поздно… – Генри настороженно взглянул на него.
– Что? Признать поражение? Черта с два! Не дождутся!
– Вот и молодец. Иного я от тебя и не ожидал. А теперь давай подумаем, что будем делать.
– Подумаем вечером, а сейчас надо заняться делом. Ты все-таки сгоняй в город, а я попробую разобраться с двигателем. Заскочи к Гилу Торквиллу за стеклом. Я его предупрежу, чтобы отпустил в долг.
– Есть, сэр! – Генри вытянулся по струнке и козырнул. – Будет сделано. А еще постараюсь разузнать об этом Ричи Сеймуре. Должен же его кто-то знать.
– Попробуй. Только мне чутье подсказывает другое.
– Ладно, вечером обсудим.
Генри зашагал к пансионату, а Хант вернулся к изуродованному пикапу.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Кто ищет – найдет - Элиот Ливия

Разделы:


123456789101112Эпилог

Ваши комментарии
к роману Кто ищет – найдет - Элиот Ливия


Комментарии к роману "Кто ищет – найдет - Элиот Ливия" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100