Читать онлайн Соблазн в шелках, автора - Янг Андреа, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Соблазн в шелках - Янг Андреа бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.24 (Голосов: 92)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Соблазн в шелках - Янг Андреа - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Соблазн в шелках - Янг Андреа - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Янг Андреа

Соблазн в шелках

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

Клодия ждала, что Гай схватит первое попавшееся такси, но он, судя по всему, не слишком торопился.
Они прошлись пешком. Было по-прежнему ветрено, и лодки покачивались на поверхности покрытого рябью моря.
– Их сшивают веревками, – сказал Гай, указывая на традиционные деревянные дау, – а щели замазывают овечьим салом.
– Могу себе представить, как от них воняет! – ответила Клодия, наморщив носик.
– Да уж, не без этого, – согласился он. – Кто-то несколько лет назад сделал точную копию старинной дау – с овечьим салом и всем прочим – и отправился на ней в Китай. Как это, кажется, сделал много веков назад Синдбад-Мореход.
– Я думала, что это сказочный персонаж, вроде Аладдина!
– Некоторые считают, что он жил на самом деле – мореход, путешественник, родом из Омана. Говорят, это он проложил шелковый путь в Китай. И если уж мы заговорили о путешествиях, то я подумал, не совершить ли нам еще одно до нашего отъезда.
– Правда? А куда?
– В глубь страны. На юге есть один пляж, на котором откладывают яйца черепахи. Ехать туда долго, так что придется заночевать на берегу, разбив палатку, если, конечно, мне удастся раздобыть оборудование.
Клодия обрадовалась:
– Вот здорово! Я бы с удовольствием поехала.
– Там придется обходиться без удобств, – предупредил Гай, взяв ее под локоть, чтобы посторониться, когда кто-то торопливо прошел мимо них. – Я не могу гарантировать даже кустики. Возможно, там придется обойтись камнями для укрытия.
Клодия рассмеялась.
– Я не возражаю.
– Зато Аннушке не понравится. Но даже если она всю дорогу будет стонать и жаловаться, эта поездка запомнится ей навсегда.
Упоминание об Аннушке повернуло мысли Клодии в другом направлении. Как Гай может так спокойно относиться к ее отсутствию? Может быть, он к этому привык? Может быть, она в Лондоне отсутствует до полуночи, проводя время в компании людей, которых почти не знает. В шестнадцать лет?
Не забудь, что именно так и поступают шестнадцатилетние. Именно поэтому у них и возникают конфликты с родителями.
Когда они наконец остановили такси, Гамильтон, казалось, был абсолютно спокоен. И чем более уравновешенным он казался, тем сильнее хотелось Клодии поторопить водителя.
Почему Аннушка оставила в регистратуре свой ключ? Ведь это доказательство того, что она ушла. Почему не взяла его с собой? Может быть боялась потерять?
Не обманывай себя. Она намеревалась вернуться. А значит, кто-то или что-то воспрепятствовало ее возвращению.
Когда они наконец добрались до отеля, Клодия уже с ума сходила от тревоги. Взяв у портье ключи, Гай спросил:
– Моя дочь не вернулась? – Говорил он поразительно спокойным и равнодушным топом.
Портье проверил ключи.
– Нет, сэр, ключ еще здесь.
– Будьте любезны позвонить мне, как только она появится. Мне необходимо поговорить с ней, прежде чем она ляжет спать.
– Разумеется, сэр.
– Спасибо.
По пути к лифту Гай не проронил ни слова, но как только они вошли внутрь, оба перестали скрывать тревогу.
– Я чувствую себя ужасно, – призналась Клодия с дрожью в голосе. – Мне следовало догадаться о том, что она затевает.
– Ты не ясновидящая. – Его резкий тон лишь усугубил у нее чувство собственной вины.
– Я действительно очень сожалею.
– Я сказал, что это не твоя вина, – произнес Гай еще более резким тоном, как будто предпочитая сказать: «Ради всего святого, помолчи немного».
Ей даже захотелось, чтобы он произнес это вслух. Если он взбешен, то пусть уж лучше выплеснет злость наружу, а не держит ее внутри.
Пока они, выйдя из лифта, шли по коридору, Гай не произнес, ни слова; Остановившись перед дверью своего номера, он сказал:
– Мне еще нужно поработать, так что я, пожалуй, не буду ложиться, пока она не появится.
Иными словами: «Сгинь, Клодия, не путайся под ногами».
– Ты позвонишь мне, когда она вернется?
– Нет никакого смысла будить тебя, если Аннушка вернется поздно.
– Я предпочла бы знать. – Он пожал плечами.
– Как хочешь.
– Спасибо за ужин. Все было чудесно.
– Это тебе спасибо.
Как будто для того, чтобы она поняла наконец, что пора уходить, Гай наклонился и легонько прикоснулся губами к ее щеке.
– Спокойной ночи.
Так он мог поцеловать свою тетушку, а после интимных отношений, возникших между ними сегодня, такой поцелуй воспринимался как пощечина.
– Спокойной ночи.
Клодия, не оглядываясь, быстро прошла в свой номер и бросилась на кровать, едва сдерживая слезы.
А чего ты, интересно, ожидала? Что он попросит тебя зайти, чтобы разделить его тревоги? Что бы Гай ни говорил, он считает тебя виноватой.
Но чем больше Клодия размышляла, тем меньше понимала, что происходит.
Гай и себя винит. За то, что утешался с тобой в то самое время, когда дочь куда-то сбежала с парнем, который может оказаться кем угодно.
Но он не показался ей безумно встревоженным.
Но конечно же, Гай встревожен. Тот факт, что он не грызет от волнения ногти, еще ни о чем не говорит. Если ты сама обязательно должна с кем-нибудь поделиться своими тревогами, то Гамильтон не из таких.
Клодия улеглась в постель и почти сразу же заснула. Она проснулась в 1.30.
Он не позвонил.
Может быть, побоялся разбудить меня?
Ей очень хотелось позвонить ему, но, если он заснул, а Аннушка еще не вернулась, Гай подумает, что ему звонит портье, чтобы сообщить о ее появлении.
Клодия представила его себе двадцатилетним, когда он допоздна засиживался за учебниками. Она представила маленькую квартирку, стол, заваленный книгами, остывающую чашку кофе и орущего младенца. Она представила, как он ходит из угла в угол, держа на плече головку ребенка, и шепчет ей какие-то успокаивающие слова. Она представила, как он далеко за полночь подогревает бутылочки с молоком, пока жена спит. Интересно, завидовал он друзьям, не обремененным столь тяжкими обязанностями? Хотелось ему снова стать свободным, как они, имеющим возможность пойти, если захочется, выпить пива или пофлиртовать со студенточками?
Любил ли он это крошечное орущее создание? Или он злился на него? Возможно ли, что его дочь по прошествии стольких лет все еще чувствует его недовольство?
Клодия снова задремала и проснулась от какого-то звука. Нет, это не телефон. Она взглянула на часы: 5.47. Потом снова услышала стук в дверь.
Она мгновенно вскочила.
– Кто там?
– Гай.
Видно было, что он не сомкнул глаз. Ее поразило его побледневшее, измученное лицо.
– Извини, что разбудил, – коротко сказал он.
– Ну что ты, Гай. Я немного вздремнула: Входи.
На нем был синий спортивный костюм, он стоял босиком, как будто только что вскочил с постели и натянул на себя первое, что попалось под руку. Гай подошел к окну, держа одну руку в кармане, а другой рукой провел по небритому лицу.
– Она отсутствует уже пятнадцать часов. Если не вернется в ближайшее время, придется звонить в полицию.
Ощущая свою полную беспомощность, Клодия лихорадочно думала, чем бы его утешить.
– Этот парень не выглядел неприятным. Я уверена, что Аннушка не пошла бы с подозрительным типом. Она не глупа.
– Не глупа, но бесшабашна. Она настолько бесшабашна, что способна совершить глупость только для того, чтобы досадить мне. Аннушка думает, что знает все, – продолжал Гай. – Если она попадет в какую-нибудь неприятную ситуацию, с которой не сможет справиться, то, будьте уверены, только для того, чтобы досадить мне… – Он сердито засунул руки в карманы, но в глазах его отражались все невысказанные страхи.
Все картины, которые мучили его воображение, отчетливо представлялись и ей, но Клодия сказала:
– Она делает это не для того, чтобы досадить тебе, Гай. Ей просто захотелось развлечься.
– Развлечься? Какого, по-твоему, развлечения ищет этот парень? – Он провел рукой по волосам. – Ты сама видишь, как она выглядит. Что, глядя на нее, может подумать мужчина? Она моя дочь, но я тоже это вижу. Она провоцирует, соблазняет. Не тем, как одевается или ведет себя, но есть в ней что-то вызывающее. А когда Аннушка флиртует, то это ее свойство проявляется в пятьдесят раз сильнее. И если она флиртовала с этим парнем…
– Она не флиртовала, по крайней мере открыто. Она не хихикала, как дурочка, как это делают все девчонки в ее возрасте.
– Ей этого и не надо делать. – Гай отвернулся, раздвинул шторы и выглянул в окно. – Она еще никогда не бывала в подобных местах. Она не понимает, что здесь другие обычаи. Здесь, если девушка позволяет незнакомому парню увести себя куда-нибудь, все сочтут, что она сама напросилась на все, что бы с ней ни произошло.
О Боже. Ей хотелось обнять его, но Клодия понимала, что сейчас это может вызвать у негр лишь раздражение. Единственное, что могло его, сейчас успокоить, это возвращение дочери…
От кондиционера Клодии стало холодно. На ней была надета пикантная ночная сорочка из атласа, но даже если бы на ней красовался мешок из-под цемента, Гай бы этого не заметил. Она накинула махровый халат, не обращая внимания, на то, что он был на целый фут короче сорочки и выглядел довольно несуразно. В ванной Клодия ополоснула лицо холодной водой и вытерлась, полотенцем.
Когда она вышла из ванной, Гай все еще стоял у окна.
– Извини, – сказал он, – мне не следовало приходить сюда. Это не твоя забота.
– Ох, Гай! – Клодия, поддавшись порыву, подошла к нему и обняла. – Я рада, что ты пришел, я тоже почти не спала.
Гамильтон не высвободился из ее рук, хотя она этого ожидала… Его тело сначала напряглось, как будто он испугался, что сочувствие заставит его сломаться, но потом его руки медленно обняли ее, и он погладил рыжие волосы слегка дрожащими пальцами.
– Я, черт возьми, чувствую себя абсолютно беспомощным. – Голос его дрожал от сдерживаемого гнева, который, Клодия была уверена, лишь прикрывал его страхи. – Я хотел пойти поискать ее, но не знаю, с чего начать.
Больше всего ему нужно сейчас выспаться, но говорить об этом бесполезно. Она будет похожа на заботливую мамашу, и Гай отмахнется от нее со словами: «Как, черт возьми, я могу сейчас спать?» Что же делать? Очевидно, надо отвлечь его внимание, но как?
Оторвавшись от него, Клодия взяла телефонную трубку и, позвонив в обслуживание номеров, заказала две чашки горячего шоколада и сандвичи с цыпленком.
– Не знаю, как ты, – сказала она, – но я, когда нервничаю, должна что-нибудь съесть, так что давай поедим.
Он как-то умудрился изобразить на лице подобие улыбки – жалкое, надо сказать, подобие.
– Боюсь, тебе придется есть одной. Я в такие моменты сожалею о том, что бросил курить, потому что сейчас выкурил бы целую пачку самых длинных сигарет.
Учитывая его состояние, она не собиралась высказывать неодобрения по этому поводу.
– Если тебе очень хочется, то мы могли бы заказать еще и пачку сигарет.
– Я могу выкурить всю пачку, и в твоей комнате нечем будет дышать.
– При сложившихся обстоятельствах я не стану возражать. – Он покачал головой.
– Нет, я слишком долго не курил, так что поздно начинать снова.
Она сидела в кресле, стараясь прогнать беспокойство, от которого щемило сердце.
– Гай, не буду повторять это дважды и не пытаюсь просто утешить тебя, но вполне возможно, что они пошли куда-нибудь с этим пареньком и что-нибудь помешало им вернуться вовремя.
Они могли пойти на какую-нибудь вечеринку, где он мог выпить лишнего и не смог вовремя доставить ее назад на машине. Можно назвать сколько угодно совершенно безобидных причин, объясняющих, почему Аннушка до сих пор не вернулась.
– Да, хождение из угла в угол едва ли принесет пользу, – пробормотал Гай, взъерошивая рукой волосы, и с тяжелым вздохом опустился в другое кресло.
У него был такой измученный вид, что Клодии стало безумно жалко его. Ей хотелось уложить Гая в постель рядом с собой, обнять и убаюкать, чтобы он заснул, но она понимала, что Гай сейчас ни за что не позволит ей это сделать.
– Расскажи мне о раннем детстве Аннушки. Какая она была?
На губах его промелькнула ностальгическая улыбка.
– Она могла быть настоящим маленьким чертенком, но умела очаровать любого. Она… – Гамильтон замолчал. – Позвоню-ка я регистратору и скажу, чтобы перевели звонок сюда.
Взяв трубку, он сказал:
– Я просил позвонить мне, как только вернется моя дочь, но не хочу, чтобы меня беспокоили. Не могли бы вы передать сообщение через коллегу из номера триста девять? Это очень важно. – Гай сделал паузу. – Нет, все в порядке, спасибо. Они, должно быть, ломают голову, не понимая, что происходит, – пробормотал он, снова усаживаясь в кресло. – Удивляются, наверное, почему я просто не подсуну ей под дверь записку.
– А мог бы.
– Она сделает вид, что не заметила ее.
– Ну, ладно. А теперь продолжай, – сказала Клодия. – Ты начал рассказывать об очаровательном маленьком чертенке. Она действительно была очень озорной?
– Временами могла кого угодно довести, до белого каления, но, наверное, все дети таковы. – Гай помедлил… – Забавно, какие мелочи сохраняются в памяти… У нее была книга детских стишков, которую мы без конца перечитывали. Некоторые стихи ее очень расстраивали, особенно, стишок о старой голодной собаке Матушки Хабборт. В конце концов мне пришлось нарисовать в книге две косточки и приписать без позволения автора другую концовку.
– Что это был за стишок?
– Я теперь не помню.
Враль.
– Постарайся вспомнить. Я напомню начало.
Старая Матушка Хаббортзаглянула в кухонный шкаф,где хранилась косточка для бедной собачки.Но как ни грустно,в шкафу было пусто,и осталась голодной собачка.
Она взглянула на него, ожидая продолжения. Смущенно улыбнувшись, Гай продолжил:
В магазин сходила Матушка Хабборти купила свиные котлетки.Угостила собачку,а собачка вильнула хвостоми сказала: «Ох, как вкусненько».
Клодия рассмеялась.
– Литературным шедевром это, конечно, не назовешь, но цель была достигнута: Аннушка успокоилась, – продолжал он. – Правда, после этого она усвоила, что позволительно что угодно писать и рисовать в книгах.
Важно было начать, а потом его уже не нужно было понукать. Он рассказал ей о том, как они отдыхали у моря, где он учил Аннушку плавать; о том, как он учил ее кататься на лыжах и как она его поначалу оскандалила.
Принесли шоколад и сандвичи, и Гай, хотя и утверждал, что; не хочет есть, съел гораздо больше, чем она. Однако он по-прежнему время от времени посматривал на часы.
Клодия молила Бога, чтобы Гаю удалось поспать и хотя бы на короткое время позабыть о своих страхах. Если бы он сейчас просто закрыл глаза…
В конце концов она пустилась на маленькую хитрость.
– Мне надо в туалет, – сказала она и, тихо закрыв за собой дверь, несколько минут сидела на краешке ванны. Потом спустила воду, на минуту открыла кран и очень осторожно вернулась в комнату.
Ее уловка сработала. Гай спал.
Она потихоньку, чтобы не разбудить его, прилегла на кровать. Часы доказывали 6.40.
О Боже, пусть она вернется поскорее. Пусть с ней все будет, в порядке. Пусть с ней не случится ничего хуже головной боли с похмелья.
Она не собиралась засыпать, но удерживать, открытыми отяжелевшие веки становилось все труднее. Когда наконец зазвонил телефон, Клодия сразу же проснулась.
– Да?
Гай тоже проснулся и насторожился.
– Большое спасибо, – сказала она в трубку, почувствовав безмерное облегчение. – Да, я передам ему. Аннушка поднимается на третий этаж, – сказала она, обращаясь к Гаю.
Он на секунду закрыл глаза, как будто без слов возблагодарил небо, хотя едва ли умел делать это. Потом метнулся к двери.
– Я ее убью!
– Гай!
Бесполезно. Он выскочил в коридор, оставив дверь нараспашку, а Клодия в напряженном ожидании осталась сидеть на кровати.
Не прошло и секунды, как она услышала его голос:
– Кто это такой, черт возьми? Где ты была?
Неужели? Клодия подкралась ближе к двери. Он стоял возле самой двери, откуда-то из глубины коридора послышался жалобный голосок:
– Папа, прошу тебя…
– Прошу прощения, сэр, – послышался чей-то голос с заметным американским акцентом. Тон был явно извиняющимся. – Она не предупредила меня, что ей не разрешили выходить. Мы были в яхт-клубе. Мои друзья собрались прогуляться на лодках вдоль побережья и пригласили нас. Мы должны были вернуться вчера к восьми часам вечера, но погода испортилась. Мы пытались выйти в море, но были вынуждены вернуться. Для легких катеров волна была слишком высокой. Нам всем пришлось заночевать на берегу. Я еще раз приношу свои извинения, сэр. – Последовала короткая пауза. – Я пришел сюда с ней, чтобы все объяснить. Она боялась, что вы очень сильно рассердитесь.
В этом он был прав.
Гай заговорил более спокойным тоном:
– Не смотрите на меня с таким испугом, я не собираюсь драться. Вы хорошо поступили, что пришли объясниться, а теперь вам лучше исчезнуть.
– Понял, сэр, – с явным облегчением отозвался паренек. – Увидимся, Аннушка.
– Пока, Сэмми.
Последовало короткое молчание, пока Сэмми вызывал лифт, благодаря Всевышнего, что удалось убраться подобру-поздорову от разъяренного папаши, потом Гай произнес:
– Ну?
– Ради Бога, не начинай. – Теперь, когда худшее осталось позади, жалобная интонация напрочь исчезла из тона Аннушки. – Я почти не спала всю ночь, устала, и мне нужно поскорее принять душ. Разве обязательно было разговаривать с ним подобным тоном? Его отец – большая шишка в Ливане, а он в следующем году поступает в школу бизнеса в Гарварде.
– Да пусть он будет хоть сам Ага Хан, мне безразлично, – заорал Гай. – Ты понятия не имеешь о том, как я беспокоился! Думаешь, я спал?
– Нет, потому что ты сам задаешь этот вопрос. Но могу догадаться, чем ты занимался, потому что вышел сам знаешь из чьей комнаты.
Последовала пауза, во время которой Клодия чуть не лишилась чувств.
Он заговорил, и каждое его слово падало как удар хлыста.
– Мне наплевать на твой возраст, и если ты через три секунды не уберешься в свою комнату, то получишь первую в твоей жизни трепку, поняла?
Как ни странно, обычного дерзкого ответа не последовало. Несколько секунд спустя чуть дальше по коридору, громко хлопнув, закрылась дверь.
Клодия, чувствуя, как ее от волнения бьет дрожь, опустилась на краешек кровати.
Гай вернулся, кипя от негодования.
– Если она будет продолжать в том же духе, то, клянусь Богом, я…
Он замолчал на полуслове, заметив выражение лица Клодии.
– Что с тобой?
– Что со мной? А как ты думаешь, черт возьми? – Когда до него дошло, в чем дело, выражение его лица резко изменилось.
– Клодия, она нас прощупывает. – Клодия едва верила своим ушам.
– Что ты хочешь этим сказать? Твоя дочь не блефует, она знает наверняка. Возможно, она не угадала точно время, но знает, что произошло. – Голос у нее задрожал. – Посмотри на себя! Босиком, в тренировочном костюме, как будто второпях натянул на себя то, что попало под руку, ты выходишь из моей комнаты, небритый перед завтраком!
– Она блефовала! – Гай сел рядом с ней и нежно обнял за плечи. – Поверь мне, ты все не так поняла. Аннушка увидела в этом лишь возможность увести разговор в сторону. Она так всегда поступает, когда дело принимает для нее опасный оборот. Она всегда ищет, чем отвлечь внимание, чтобы спустить пары. А тут я сам преподнес ей такую возможность на тарелочке!
– Но она, должно быть, подумала…
– Ничего она не подумала. А если и подумала, так только разве то, что я зашел к тебе сказать, что она еще не вернулась.
Клодию его слова не убедили.
– Откуда такая уверенность?
– Просто я ее знаю. И знаю, черт возьми, гораздо лучше, чем ты. Если бы Аннушка действительно думала, что между нами что-то есть, то, будь уверена, уже давно высказала бы какие-нибудь язвительные замечания по этому поводу. Не тебе, а мне.
Клодии очень хотелось ему верить.
– Надеюсь, ты прав. Если твоя дочь подумала, что мы занимались этим, как какие-то кролики, когда она, возможно, была…
– Перестань. – Гай легонько встряхнул ее. – Или я за себя не отвечаю. – Давненько он не смотрел на нее таким взглядом. В его глазах снова появился хотя и тускловатый, но огонек. – А если ты еще раз сравнишь меня с кроликом, то пеняй на себя.
– Ты однажды тоже сравнил меня с кроликом, – сказала Клодия дрожащим голосом. – В итальянском ресторане, помнишь?
– Помню. – Огонек погас быстрее, чем вспыхнул, и Гай ее отпустил. – Я должен идти, у меня назначена встреча.
– Но ты почти не спал.
– Ничего не поделаешь.
– Ты зайдешь к ней перед уходом?
Гай взглянул на часы.
– У меня нет времени. Да и дверь она все равно не откроет… – Он легонько поцеловал ее в губы. – Поспи немного. Увидимся позднее.
Она очень боялась встречи с Аннушкой. После часу дня Клодия постучала в ее комнату, и Аннушка открыла дверь с недовольным выражением лица.
– Что тебе нужно?
– Ты хорошо поспала?
– Нормально. – На ней была надета мешковатая майка, которая, видимо, служила ей ночной рубашкой.
– Наверное, было не очень уютно спать на берегу?
– Все бы ничего, если бы я не думала все время о том, что отец взорвется, как ракета, когда я вернусь.
Клодия помедлила.
– Он очень беспокоился о тебе.
– Как бы не так!
– Беспокоился. Если хочешь знать, то и я тоже. – Аннушка откинула с лица спутанные волосы, и недовольное выражение вдруг исчезло с ее лица.
– Я сказала это только для того, чтобы он заткнулся. Ну, о нем и о тебе… Он завелся и мог продолжать без конца, а я устала. Не моя вина, что я не смогла вернуться вовремя. Сэмми сказал, что мы вернемся не позднее восьми. Если бы море но разбушевалось, отец бы никогда ничего не узнал.
Слава Богу, Гай был прав.
– Он все равно бы узнал. Отец начал искать тебя задолго до восьми часов.
– На него похоже. Он просто не выносит, когда мне весело. – Терпение Клодии было на пределе.
– Он беспокоился! Он думал, что ты, может быть, подскользнулась и упала в душе или еще что-нибудь! Он чуть с ума не сошел от беспокойства и не спал всю ночь!
– Да уж, не сомневаюсь. Беспокоился, что нарушится его драгоценный распорядок дня, если ему придется отлучиться утром с работы для опознания моего трупа в морге.
Клодия была так возмущена, что на мгновение утратила дар речи.
– Как ты можешь говорить такие вещи?
– Много ты знаешь! – с неожиданной злостью выпалила Аннушка. – Лучше уйди отсюда и оставь меня в покое.
Если бы в коридоре не появилась какая-то дама, с любопытством взглянувшая на них, проходя мимо, Клодия не сдержалась бы и тут же наорала на девчонку. Но теперь ей пришлось почти силой затолкнуть Аннушку в комнату и закрыть дверь.
– Твой отец всю ночь места себе не находил, а тебе все равно, не так ли? – Глаза у нее сверкали. – Ты грубая, эгоистичная, бесчувственная соплячка! Как он тебя терпит, ума не приложу. Ему за это следует медаль выдать! К лику святых причислить!
Ее слова резали воздух, как удары хлыста.
Аннушка, ссутулившись, молча смотрела в сторону.
Такой реакции Клодия от нее не ожидала. Ей вдруг стало не по себе.
– С тобой все в порядке?
Ответом было лишь всхлипывание, предвещавшее потоки слез.
Клодия пробыла у нее более часа. Остальную часть дня она с нетерпением ждала возвращения Гая. Он позвонил в пять.
– Я только что вернулся и очень устал. Хочу поспать часика два перед ужином.
– Хорошо. Я к тому времени буду готова.
– Как вела себя Аннушка?
Не сейчас, отложи разговор.
– Она устала и большую часть дня проспала.
– Я так и думал. Я постучал, когда проходил мимо ее комнаты, но не получил ответа. – Гай помолчал, голос его утратил свою деловитость. – А как ты себя чувствуешь после всех этих драматических событий?
– Хорошо.
– Ты, кажется, немного напряжена?
– Нет, все в порядке.
– В таком случае до встречи вечером. Если я не появлюсь в 7.30, позвони мне.
– Договорились. Приятного сна.
Он явился вовремя, свежий, только что из-под душа, выглядевший так, словно ночью проспал не менее шести часов. Гай поцеловал ее и сказал, что она выглядит прекрасно и что он изменил свое мнение относительно ее стрижки – просто ему потребовалось время, чтобы привыкнуть.
– Ты видел Аннушку? – спросила Клодия, входя в лифт. Он покачал головой.
– Я хотел это сделать, но, учитывая обстоятельства, решил воздержаться. – Что-то среднее между гневом и отчаянием промелькнуло на его лице. – Это только вызвало бы очередную стычку. Я бы вышел из себя, она бы, как всегда, надерзила мне, после чего я бы вообще потерял контроль над собой.
Клодия испытала огромное облегчение, узнав, что он не виделся с Аннушкой. Еще одна ссора могла все испортить.
– Я сунул под дверь ее комнаты записку, – продолжал Гай. – Ни слова о прошлой ночи. У меня неожиданно сорвались две встречи, назначенные на завтра, так что я подумал, что мы можем завтра отправиться на Черепаший берег.
Они поужинали в кафетерии, который едва ли можно было бы назвать подходящим местом для серьезного разговора.
– Мы выедем завтра не раньше полудня, – сказал Гай, когда принесли заказ. – Мне придется сначала сходить и подобрать оборудование. Один парень, который живет здесь с тех пер, как свергли с престола старого султана, пообещал одолжить нам спальные мешки, портативные холодильники и прочее. Я попросил, чтобы в отеле нам приготовили с собой продукты.
– Звучит заманчиво, – бодро откликнулась Клодия. Он насторожился.
– С тобой все в порядке?
– Все хорошо. Нет, не все хорошо. Мне надо поговорить с тобой. Об Аннушке.
Лиха беда начало. Дальше пошло проще.
– Когда я зашла к ней в обеденный перерыв, она начала говорить мне ужасные вещи, и я потеряла контроль над собой. И тоже наговорила ей в ответ массу неприятного. – Клодия с трудом сглотнула, так как в горле у нее пересохло от волнения. – Действительно неприятных вещей. И Аннушка расплакалась. Не притворилась, а по-настоящему расплакалась. И тут обнаружилось кое-что нехорошее.
– Что именно?
Она оглянулась вокруг.
– Мне не хочется разговаривать об этом здесь. – Взгляд его стал острым, как стальной клинок.
– Что-нибудь произошло прошлой ночью?
– Речь совсем не об этом. О прошлой ночи в разговоре даже не упоминалось.
У него немного расслабились напрягшиеся плечи, но взгляд был по-прежнему настороженным.
– Что-нибудь в школе?
– Нет, речь о другом. – Она нетерпеливо оглянулась. – Попроси принести счет. Мы не можем обсуждать это здесь.
Жестом подозвав официанта, Гай потребовал счет, подписал его, и они сразу же вышли из кафетерия.
– Пойдем на пляж, – предложил он, – там сейчас ни души.
Пляж был самым подходящим местом. Ей не хотелось идти в номер, а в баре было слишком многолюдно.
Ветер, бушевавший прошлой ночью, стих. Море было темным, спокойным и серебрилось в лунном свете. Они уселись на мягкий песок чуть поодаль друг от друга.
– Ну, выкладывай.
Обхватив руками колени, Клодия продолжила рассказ:
– Она была в ужасном состоянии. Я давненько не видела, чтобы кто-нибудь так горько плакал.
Некоторое время оба молчали.
– Это из-за меня, не так ли? Она думает, что я не хотел, чтобы она жила вместе со мной.
Его слова выбили у нее почву из-под ног.
– А это правда?
– Нет. К тому же все не так просто. – Гай поднял камешек и швырнул в воду. – Она сама не хотела приезжать, потому что приходилось оставлять там друзей, и школу, и все, к чему она привыкла. – Он бросил в воду еще один камешек, на сей раз подальше. – Аннушка не глупая девочка. Даже в свои тринадцать лет она понимала, что мне придется изменить весь свой уклад жизни, чтобы приспособиться к ней. И я это сделал. Приспособил свои часы работы, изменил устоявшиеся привычки… Она думала, что я из-за этого злюсь на нее.
Его проницательность обескуражила Клодию.
– А ты действительно злился?
– Не могу сказать, что для меня это было удовольствием, особенно поначалу. Если бы она переехала ко мне на год раньше, возможно, все было бы по-другому. Но за этот год она сильно изменилась, стала капризной, не желала разговаривать.
– Это называется проблемами переходного возраста.
– Я знаю, и произошло это в самое неудачное время. Я понимал, что она думала. Аннушка была несчастна и пыталась убедить себя, что в этом виноват я, потому что я, мол, не хотел, чтобы она жила у меня. Так ей было проще.
Клодия ощутила теплую волну сочувствия к нему.
Как я могла подумать, что он об этом не знает?
– Я говорил ей, что рад тому, что она живет со мной, – продолжал Гай, – но видел, что она мне не верит. Ей казалось, что я говорю одно, а думаю другое. Поэтому я перестал твердить об этом. Теперь, оглядываясь назад, я вижу, что был слишком снисходителен, ей сходили с рук дерзости и грубые выходки. Я думал, что она злит меня нарочно, чтобы я вышел из себя и наорал на нее, и тогда она получила бы подтверждение того, что я не хочу, чтобы она жила рядом.
Клодия отчетливо представляла себе эту ситуацию: его сдерживаемое раздражение и ее постоянное вызывающее поведение…
– Аннушка говорила что-то о женщине, которая в то время была твоей подружкой. Она считает, что разлучила вас.
Гай нетерпеливо покачал головой.
– Все было не так. Камилла не любила детей. Ей не нравилось, что из-за них приходится менять свои привычки. Ей не нравилось приспосабливать свой отдых к тому, что хочется детям. Ее возмущало, что она не могла больше оставаться у меня на ночь. Когда я сказал ей об этом, она решила, что я над ней издеваюсь.
Клодия почувствовала укол ревности.
– У нас были хорошие отношения, – продолжал Гай, словно прочитав ее мысли. – Она была веселая, умная и забавная, но все вокруг должно было идти так, как хочет она. Все вокруг должно было приспосабливаться к ее образу жизни, к ее карьере. Если что-нибудь ее не устраивало Камилла просто от этого отказывалась.
– И она от тебя отказалась?
Гай взглянул на нее с печальной улыбкой.
– Можно и так сказать. Меня, как говорится, бросили. Но я не долго ронял слезы в пивную кружку. Мы все равно рано или поздно устали бы друг от друга.
– Аннушке кажется, что это она разлучила вас. Девочка считает, что ты злишься на нее еще и из-за этого.
– Я так и думал. Я пытался объясниться с ней, но она не пожелала слушать. Что бы я ни говорил, Аннушка упорно не желала ничему верить.
– Могу себе представить, – сказала Клодия. Теплый ветерок играл подолом ее юбки. Она немного расслабилась, но ее тревожило то, что предстояло ему сказать. Клодия пока не знала, как это сделать. А он продолжал:
– Потом жизнь понемногу стала налаживаться. Не могу сказать, что между нами все шло гладко, но мне показалось, что она начала привыкать и успокаиваться. А потом мне пришлось уехать на несколько дней как раз в то время, когда начались школьные каникулы, а у миссис Пирс заболела сестра, и ей пришлось уехать, чтобы ухаживать за ней. Аннушке в то время едва исполнилось пятнадцать лет, и я не мог оставить ее совсем одну. Он помедлил. – Не спросив моего разрешения, она договорилась погостить у своей школьной подруги, и я впервые жестко отказал. У ее подружки родители тоже были в отъезде, а ее старшие братья и сестры не внушали мне доверия. Один из них получил предупреждение полиции за хранение анаши. Мне не хотелось оставлять ее на три дня в подобной компании.
– Поэтому ты оставил ее у своих друзей, где-то в сельской местности.
Он с удивлением взглянул на нее.
– Это она тебе рассказала?
– А как, по-твоему, я могла узнать? Она бывала там и раньше, не так ли?
– Она и теперь время от времени там бывает. Я и сейчас попросил бы их приютить ее, но они затеяли капитальный ремонт. Майк и Дженни – мои старые друзья со студенческих времен. У них четверо детей и беспорядочный старый дом, где столько домашних животных, что хватило бы на целый зоопарк, где повсюду собачья шерсть и никто не обращает на это внимания. Аннушка, когда была поменьше, очень любила у них бывать. У них есть дочь на год ее моложе, и они с Аннушкой хорошо ладили друг с другом. Они любили забираться на сеновал и могли болтать там часами.
– Она мне рассказывала. Девочку, кажется, зовут Луиза? – Видимо, Гай только сейчас начал понимать, что за этим разговором кроется нечто более серьезное.
– Клодия, в чем дело? Если ты хочешь о чем-то рассказать, то не тяни, выкладывай.
Клодия, стараясь не смотреть ему в глаза, продолжала:
– Они не забирались на сеновал. Прячась от младших, они забирались на чердак. Прихватив с собой пару банок сидра и пачку сигарет, они курили там, выпуская дым через слуховое окно, и болтали о мальчиках. Аннушка рассказала Луизе о своей подружке, к которой ты не захотел ее отпустить, и о том, как та «занималась этим» с одним мальчиком в Корнуолле. Она начала жаловаться Луизе, что ты не отпустил ее туда, что ты страшный зануда и не желаешь, чтобы она развлекалась, и что ты вообще не хотел, чтобы она жила вместе с тобой.
Клодия сделала передышку, собираясь с духом.
– Ну, а дальше?
– И тут Луиза сказала ей: «Если поклянешься, что не выдашь меня, я тебе кое-что скажу». Аннушка, конечно, спросила: «О чем?» – а Луиза сказала: «Сначала поклянись». Аннушка поклялась, а Луиза вдруг передумала, потому что побоялась, что мать ее убьет. Аннушка, естественно, сказала, что мать никогда ничего не узнает, потому что она ни за что не выдаст Луизу. И Луиза сказала ей, что ты даже не хотел, чтобы она родилась. Она сказала, что ты хотел, чтобы ее мать сделала аборт.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Соблазн в шелках - Янг Андреа



очень интересный роман! мне очень понравился, прочитала за пару дней с удовольствием! Читайте! не пожалеете!
Соблазн в шелках - Янг АндреаИрина
3.09.2010, 15.50





А я за 4 часа! Роман просто прелесть!
Соблазн в шелках - Янг Андреагалина
11.02.2011, 1.56





прочла с удовольствием, но от нетерпения не умирала
Соблазн в шелках - Янг Андреаарина
22.12.2011, 22.44





Неплохой роман: романтика, чуть юмора... С интересом провела время. Конец ну ОЧЕНЬ легкомысленный и слащавый!
Соблазн в шелках - Янг АндреаН@т@лья
18.04.2012, 13.08





Не понравилось.
Соблазн в шелках - Янг АндреаЕлена
25.08.2012, 20.44





не очень
Соблазн в шелках - Янг Андреаatevs17
25.10.2012, 9.20





Приятная книжонка, героиня живая, не зомби, с юмором. Герой -тоже не изваяние из гранита или папье-маше, человек вполне. Читается легко, без занудных надуманных страстей, даже стеб есть по поводу низкосортного бабского чтива. Девяточка.
Соблазн в шелках - Янг Андреаkato
25.06.2013, 18.42





Класс читается легко
Соблазн в шелках - Янг АндреаЛюбовь Владимировна
6.03.2014, 7.36





ОЧЕНЬ УВЛЕКАТЕЛЬНЫЙ РОМАН! ЧИТАЛА С УДОВОЛЬСТВИЕМ!
Соблазн в шелках - Янг АндреаМИЛА
15.06.2014, 20.30





Супер!!!
Соблазн в шелках - Янг АндреаВалентина
23.10.2014, 16.27





хороший роман, чуть больше возни с дочкой, чем хотелось-бы, но в целом интересно
Соблазн в шелках - Янг Андреаюлия
30.10.2014, 14.15





книга хорошая,понравилась.
Соблазн в шелках - Янг Андреавалентина
2.03.2015, 16.28





Мило, иронично, лёгкое чтиво. Советую.
Соблазн в шелках - Янг АндреаЁлка
17.03.2015, 15.57





Роман затянут. А диалоги с внутренним голосом безумно надоели. Скучно
Соблазн в шелках - Янг Андреавера
6.12.2015, 14.42





Мне очень понравилось.Почитаю еще что-нибудь этого автора.
Соблазн в шелках - Янг АндреаНа-та-лья
7.12.2015, 15.31








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100