Читать онлайн Звездочет, автора - Яффе Мишель, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Звездочет - Яффе Мишель бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.78 (Голосов: 23)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Звездочет - Яффе Мишель - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Звездочет - Яффе Мишель - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Яффе Мишель

Звездочет

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 12

Йен Фоскари до того привык к ночным кошмарам, что ему понадобилось несколько минут на то, чтобы понять, что крики и громкие шаги раздавались откуда-то из коридора. Увидев незнакомый шнур от звонка, граф растерялся, но тут вспомнил божественную прошлую ночь, и на его лице расцвела удовлетворенная улыбка. Он протянул было руку, чтобы обнять Бьянку, но, к его изумлению, ее не было рядом.
— Бьянка! — крикнул он. Его голос гулко раздавался в пустой комнате. — Бьянка! — повторил он громче.
В дверь забарабанили, и в комнату ворвался слуга Джорджо.
— Ваш склад в цейхгаузе взорвался в шесть часов утра, — сообщил он. — Там все горит, летят обломки — словом, ужас, да и только. Правда, дело не так плохо, как в 1563 году: положение отчасти спас дождь, который буквально затопил весь цейхгауз. Четверть часа назад Тристан прислал посыльного, и ваш брат уже спешит туда. Знай я, где вы спите, я бы сразу разбудил вас, но уж так вышло, что в спальне я нашел лишь ваши вещи. — Джорджо спокойно встретил разъяренный взгляд графа, на который не обратил никакого внимания. — Ваши дядюшки ждут в гондоле.
— А Бьянка? Где она? — раздраженно спросил Йен.
— Думаю, вы знаете о ней больше моего. Кстати, одной гондолы нет на месте — как и двух ночных гондольеров.
Йен заскрежетал зубами, но потом чуть успокоился.
— Возможно, это поможет раскрыть вашу тайну. — В руках слуги сверкнул топаз, а Йен взял со стола записку Бьянки.
Ладно, где бы она ни была, она по крайней мере не крала драгоценности. Направляясь к двери, откуда лился свет, чтобы прочесть записку, Йен с удивлением заметил, что его пальцы дрожат и что он сильно тревожится за Бьянку: на его лице за несколько мгновений сменилось три выражения — облегчения, ярости и страха. Как она могла уйти, сердито спрашивал он себя, как могла подвергать себя опасности?!
— Черт возьми! — закричал он, отталкивая Джорджо и устремляясь к выходу из палаццо.
Первую половину пути в цейхгауз Франческо, Роберто и Йен молчали. Ни один из них не вспоминал события прошлого вечера: все были слишком погружены в свои размышления. Разбудив Роберто и Франческо, Джорджо сообщил им не только о взрыве, но и о двух комплектах одежды, разбросанной на полу в библиотеке. И хотя дядюшки сгорали от нетерпения поздравить Йена, они не говорили ни слова, понимая, что сейчас его мысли заняты другим. Взрыв мог означать потерю всего дела. Арборетти имели привилегию продавать и хранить боеприпасы в Венеции. Потребуется серьезное расследование происшествия, результаты которого могут лишить их этого права, особенно если выяснится, что причиной взрыва была их собственная неосторожность. Теперь будут тщательно прослеживаться все их сделки, и некоторым, с кем они имели дело, вряд ли понравится столь пристальное внимание властей. Роберто и Франческо готовы были поклясться, что Йен про себя обдумывает, как бы свести к минимуму последствия взрыва, но вдруг услышали:
— Надеюсь, она жива и я смогу свернуть ей шею.
— Хорошая мысль, — согласно кивнул Роберто.
— Похоже, ты говоришь о Бьянке, — промолвил Франческо, стараясь скрыть звучавшее в его голосе удивление. — Что еще ужасного она сделала?
— Три часа назад ваша драгоценная Бьянка ушла из палаццо, чтобы помочь какой-то роженице, — мрачно объяснил Йен. — А роженица — в цейхгаузе. Возможно, она все еще там, вот только осталась ли она в живых после того, что случилось.
Молчание в гондоле не нарушалось до тех пор, пока они не прибыли к цейхгаузу. Сначала они увидели разрушения, которые принес взрыв, потом услыхали какофонию криков: что-то выкрикивали мужчины, плакали дети, рыдали женщины. Кто-то бегом выносил из обломков зданий остатки уцелевших инструментов.
Монашки, жившие при церкви, сбились с ног, пытаясь разместить многочисленных раненых — и тех, кто приходил пешком, и тех, кого привозили на телегах и даже приносили на закорках. Несколько монашек толпились вокруг маленькой фигурки, которая стояла посреди всей этой неразберихи и отдавала указания. Йен лишь покачал головой, недоумевая, как эта невысокая босая женщина смогла взять на себя командование в трудной ситуации. И вдруг… Ничто в незнакомке: ни босые ноги, ни рваное запачканное платье, ни покрытые сажей волосы, ни перебинтованная голова — не напоминало о Бьянке, однако он был уверен, что это именно она. Его предположение подтвердилось, когда она, заметив Франческо и Роберто, оставила свой пост и бросилась им навстречу.
— Слава Богу, вы здесь! — Бьянке захотелось обнять их и расцеловать, но время было слишком дорого. — Доктор цейхгауза и его работники были моими первыми пациентами, а единственная сестра милосердия получила ранение, так что работать не сможет. У большинства поступающих серьезные ожоги, но есть и переломы. К счастью, пока никто не умер.
Роберто потрогал ее повязку, и Бьянка невольно заморгала.
— А ты уверена, что тебе не надо лежать, детка? — заботливо спросил он.
— Это пустяки, — возразила она, справившись с головокружением. — Я просто на время потеряла сознание, когда что-то упало на меня во время взрыва.
— Что именно?
— Обломок фасада. Но Нило быстро привел меня в чувство, и, как видите, со мной все в порядке.
Они втроем побежали в наспех сооруженную больницу.
Облегчение, охватившее его, когда он увидел ее живой, быстро сменилось гневом и негодованием на то, что она так нелепо рисковала жизнью. О чем она думала, отправившись посреди ночи в самую опасную часть Венеции? Одна! Даже не испросив у него разрешения!
Слева Йен увидел группу людей, пытавшихся загасить пламя на строящемся корабле. Справа люди выстроились в ряд и передавали из рук в руки ведра с водой из канала для тушения горевшего здания. Какой-то мальчик, возможно, помощник одного из корабелов, тащил две большие бадьи с водой, согнувшись от их тяжести. Йен бросился ему на помощь, поставив одну бадью себе на плечо, и тут же оказался в гуще дел. Работая как машины, они лили и лили воду на огонь. Наконец их усилия увенчались успехом: пламя стало отступать.
Казалось, прошло несколько часов, прежде чем вереницы стали распадаться.
Йен увидел в клубах дыма высокую фигуру брата Криспина.
— Эй! — закричал Йен, замахав рукой, чтобы привлечь его внимание.
Улыбнувшись, Криспин поспешил к Йену.
— Джордже сказал мне, что Бьянка пропала, — заметил Криспин, не скрывая озабоченности.
— Можешь не беспокоиться о ней. Она сейчас на своем месте. Вокруг нее кровь, раненые и монашки. Ну, в общем, такого же, как она, сорта женщины.
Криспин был поражен, как быстро его будущая родственница оказалась в центре этого ада. Он хотел было спросить об этом брата, но передумал.
— Я искал тебя, — промолвил он. — На месте взрыва что-то не так. Однако склад поврежден меньше, чем можно было ожидать. Как бы там ни было, нам понадобится твое заключение.
В юности Йен серьезно увлекся артиллерией, в особенности его интересовал порох. Как-то он почти целое лето провел в своей лаборатории и однажды заявил, что готов произвести взрыв необычайной силы. Фоскари восторгался не только силой созданного им пороха, но и тем, что он не портился в воде, а значит, был незаменим в морских битвах. Именно благодаря секрету этого нового и чрезвычайно сильного пороха Венеция смогла одержать победу в морской битве при Лепанто, что позволило Арборетти завоевать право продавать и хранить взрывоопасные вещества в городе на воде. И именно взрыв пороха вызвал сейчас многочисленные разрушения в цейхгаузе.
Йен был вынужден согласиться с Криспином: взрывоопасные боеприпасы не были отправлены вовремя в Англию, склад Арборетти был доверху наполнен ими. Такого количества пороха, которое там хранилось, было бы достаточно для того, чтобы на воздух взлетел весь цейхгауз. Однако передняя часть фасада устояла, как удержалась и часть боковой стены.
Фоскари попытался понять, с одной стороны, причину взрыва, а с другой — причину того, что боеприпасы не рванули в полную силу.
Судя по результатам взрыва, на складе недоставало почти половины пороха, то есть около семисот тонн.
Но почему неизвестные злоумышленники украли только часть пороха, а остальной взорвали? Почему было не покончить сразу со всем взрывчатым порошком? Тристан и Майлз, подошедшие к складу, рассказали, что безуспешно пытались найти хоть кого-то, кто перед взрывом заметил бы у здания что-то подозрительное. Арборетти пришли к выводу, что даже с помощью целой армии им не найти ключа к разгадке тайны взрыва, потому что очевидцам, похоже, хорошо заплатили за то, чтобы они держали рот на замке.
— Но одна зацепка у нас все-таки есть. — Майлз вздернул голову и отбросил с лица непокорную прядь волос. — Скорее всего им нужно было совсем немного порошка, чтобы исследовать его, а поскольку хранить порох им негде, они взяли столько, сколько были в состоянии продать.
— А может, им кто-то помешал? — предположил вскоре оказавшийся здесь же Себастьян. Его голубые глаза горели от нанесенного Арборетти оскорбления.
— Если мы придем к выводу, что взрыв был произведен намеренно, то нам следует осознать, что кто бы ни стоял за всем этим, он явно не любит Арборетти, — добавил Йен.
— Может, более мощный взрыв и причинил бы больше вреда зданиям, но вред, который он нанес бы нашей репутации, был бы ничуть не сильнее, — заметил Майлз. — Это же понятно: одним ударом причинить вред нашей репутации и заработать деньжат.
— Будем надеяться, что так и есть, — сухо проговорил Йен, кивая головой. — И я рискну предположить, что все мы — мишени для них.
Как-то само собой решилось, что Себастьян с его удивительными инстинктами (поистине как у собаки-ищейки) и способностью добывать информацию возьмет расследование на себя.
Всем казалось, что они провели в цейхгаузе чуть ли не несколько дней, однако, посмотрев на карманные часы, Фоскари с удивлением увидел, что было всего около четырех. Пожаров больше нигде не было. Каждый из измученных Арборетти искал глазами свою гондолу, надеясь вскоре попасть домой и хоть немного вздремнуть. Каждый, кроме Йена.
Фоскари стал пробираться между ранеными и едва избежал столкновения с измотанной на вид сестрой милосердия, которая несла огромный поднос с льняными бинтами. Лишь войдя в церковь, он увидел маленькую женскую фигурку с перевязанной головой. Раненая, босая, она вызвала в нем такой всплеск жалости, что Йен почти забыл о своем грозном намерении.
Приблизившись сзади к Бьянке, Фоскари терпеливо ждал, пока она сменит повязку на руке пострадавшего моряка. Как только она встала, он повернул ее к себе. Ее мягкий, нежный взгляд встретился с жестким взором его серых глаз, и Бьянка задрожала от страха. Во всяком случае, именно так это представлялось Йену. Однако на самом деле вместо мягкости, нежности или хотя бы чувства облегчения ее глаза были полны ярости.
— Убери руки, д'Аосто! — почти выкрикнула она. Йен был поражен как тем, что она называет его официальным именем, так и тем, что его предположения не оправдались. Уронив руки, прикосновение которых, возможно, стало причиной такого странного приема, Фоскари стал ждать, пока Бьянка объяснит ему, в чем дело. Но она ничего не сказала, а молча зашагала прочь. Это было слишком даже для такого рационального и сдержанного человека, каким Йен искренне себя считал. Не говоря ни слова, он прижал ее к себе. Раненые, сестры милосердия и его дядюшки недоуменно смотрели на то, как он несет вырывающуюся и брыкающуюся женщину к выходу из церкви. Фоскари остановился лишь тогда, когда втиснул визжащую Бьянку в каюту своей гондолы.
Он не отпускал Бьянку до тех пор, пока она не сказала, что не умеет плавать, однако ему захотелось снова схватить ее за ноги, когда женщина добавила, что предпочла бы утонуть в Большом канале, чем плыть с таким низким похитителем, как он.
— По крайней мере, — холодно произнес Йен, выразительно глядя на Бьянку, — я не убийца.
— В самом деле? — Ее голос был еще холоднее. — По последним сведениям, погибло двадцать пять человек. И это все из-за вас, из-за Арборетти!
Последние слова Бьянка произнесла с таким презрением, что Йен похолодел. Он вопросительно взглянул на Бьянку. Подозрение, зревшее у него в голове, словно само по себе вырвалось наружу.
— А ведь ты ненавидишь нас, не так ли? Наверняка ты устроила этот взрыв, чтобы уничтожить нас!
Йен получил некоторое удовлетворение, увидев, как задрожала Бьянка. Ярость охватила все ее существо. Ей хотелось вцепиться в физиономию человека, сидевшего рядом.
— Мне и в голову не могло прийти, что ты до такой степени подл и низок, — проговорила она. — Решил отвертеться от ответственности за этот взрыв и все свалить на меня?! И если уж я так плоха, как ты меня выставляешь, то почему только уничтожение Арборетти — моя цель? Почему не прибавить, что мне доставляет истинное удовольствие слушать крики и стоны умирающих и обгоревших на пожаре детей?
Йен уже сожалел, что дал волю гневу, но будь он проклят, если признается в этом. Вместо этого он прицепился к ее словам:
— Что ты имеешь в виду, говоря о моей ответственности? Не думаешь же ты, что я устроил пожар на собственном складе?
— Нет, милорд, я не настолько глупа, — отозвалась Бьянка. — Ты, кто так хорошо знает, какова уничтожающая сила пороха, тобой произведенного, решил устроить свой склад в самой населенной части города. Как ты мог быть таким беспечным и не думать о безопасности людей? Даже женщина способна понять, что подобная катастрофа была неизбежна.
Йен ничего не ответил, и Бьянка сердито продолжила:
— Ты бы стал хранить такое опасное вещество в своем доме? Стал бы?
— Разумеется, нет, — ответил наконец Фоскари. — Город бы не позволил этого. Ты же знаешь, что в нашей части Венеции по закону запрещено держать любые взрывоопасные вещества.
— Но почему жизни одних венецианцев ценятся больше жизни других? — возмутилась Бьянка. — Почему одни заслуживают защиты, а вдовы, мужья которых сражались за республику и застраивали ее, не получают ничего?!
Йен был в растерянности, он не знал, как и ответить ей. Бьянка была абсолютно права — он виновен хотя бы потому, что отказывался думать о подобных вещах. Откинувшись на подушки, обшитые золотистым бархатом, которые лежали вдоль всего сиденья, он решил сменить тему:
— Вот что я тебе скажу. Боюсь, что, оказавшись замешанной в убийстве, ты лишила себя права судить и даже обсуждать поведение других людей. Так что ни мое поведение, ни поведение любого другого венецианца тебя не касается, дорогая моя. Почему ты решила, что можешь просто так уйти из моего дома, даже не испросив моего разрешения? Или, может, ты вообразила, что после вчерашней ночи можешь вертеть мною, как тебе заблагорассудится?
Ни боль, пульсирующая у нее в голове, ни саднящее горло, ни усталость, сковавшая все члены, не шли ни в какое сравнение с полным отчаянием, охватившим ее существо. Брошенное Йеном ей в лицо обвинение в том, что она нарочно переспала с ним, чтобы использовать его в своих целях, было гораздо обиднее, чем все его насмешки. Между прочим, овладевая ею, задыхаясь в огне страсти, он шептал ей на ухо всяческие нежности, говорил комплименты. Как он смеет так себя вести после всего, что было?!
Бьянка заговорила. Ее голос был спокойным и сдержанным и ничем не выдавал обиды, клокотавшей в ее душе:
— В течение каких-то десяти часов, милорд, я потеряла невинность, чудом помогла появиться на свет младенцу, была завалена обломками взорвавшегося здания, устроила больницу для раненых, перевязала две сотни обожженных, зафиксировала пятьдесят сломанных костей, удалила нагноившийся аппендикс и зашила ножку куклы, которую принесла мне одна девочка. И даже если вы отрицаете мои способности, боюсь, я не могу согласиться с вами в том, что сумела соблазнить вас, причем сделала это по злому умыслу. Мало того что я не знаю, как это делается, у меня просто нет времени на такие вещи. — Вздохнув, она продолжила: — Я ушла из дома без вашего разрешения, потому что у меня было буквально несколько секунд на то, чтобы собраться. Приди я пятью минутами позже, и женщина, и ее ребенок умерли бы. Так неужели вам ваши правила дороже их жизни?
В ее голосе не осталось ни вызова, ни злобы — одно лишь любопытство. Фоскари был готов признаться себе, что слегка перегнул палку, обвинив ее в том, что она соблазнила его — ведь именно он всего за несколько часов до этого намеревался уложить ее в свою постель. То, что всего несколько минут назад можно было назвать гневом, теперь превратилось в смесь разнообразных эмоций: угрызения совести, отчаяния, неуверенности, смущения и боли. Чувство, наполнившее его грудь, можно было назвать облегчением — облегчением по поводу того, что она в безопасности, что она не оставила его, точнее, не сбежала от него.
— Ты больше не уйдешь таким же образом, — утвердительно произнес Йен, однако Бьянка предпочла отнестись к его словам как к вопросу.
— Я не могу пообещать вам это, милорд, — отозвалась она.
Фоскари продолжил, словно не слыша ее возражения:
— Каждый раз, собираясь выходить из дома, ты должна ставить меня в известность. И ты всегда будешь выходить только в сопровождении одного из слуг, который будет выполнять роль твоего телохранителя. Причем я имею в виду взрослого слугу, а не того мальчишку.
— Будьте же благоразумны, милорд. Я провожу расследование убийства, которое требует осторожности и хитрости. Поэтому я не могу ходить по городу в сопровождении целой армии слуг. В противном случае я рискую все испортить. Будь у меня такой же ум, как у вас, я бы заподозрила, что вы нарочно пытаетесь поставить препоны у меня на пути и всеми силами хотите добиться того, чтобы я не смогла доказать собственную невиновность.
— Ты будешь вести себя так, как я сказал.
— Может быть.
В наступившем после этого обмена доводами молчании Фоскари внимательно разглядывал Бьянку.
Она была грязной и растрепанной.
И, несмотря на это, очаровательной.
Йен высунул голову из каюты, сказал что-то гондольерам, затем задернул шторки на окнах, схватил Бьянку в объятия и прижал к своей груди.
Поначалу молодая женщина из последних сил сопротивлялась, пытаясь усидеть на месте, но, почувствовав, как руки Йена прикасаются к ее телу, его тепло, исходивший от него, ставший уже знакомым ей аромат, Бьянка не могла сопротивляться дольше. Она просто полежит у него на руках, сказала она себе, и не будет даже пробовать соблазнить его. Да, это будет замечательно! Она не шевельнется, не издаст ни единого звука.
Фоскари был удивлен, хотя и несколько озадачен ее пассивностью. Прижав ее голову к своей груди, он бережно убрал спутавшиеся волосы. Затем его сильные опытные пальцы стали слегка массировать ее шею, и напряжение, сковывавшее ее, постепенно исчезло. Потом его руки скользнули ей за спину. Это было божественно.
Бьянка от наслаждения закрыла глаза. Руки Йена продолжали путешествие по ее телу и вскоре уже нежно щекотали ее затекшие ноги. Женщине раньше и в голову не приходило, что прикосновения к ногам могут вызвать столько приятных ощущений, но в тот день она поняла свою ошибку. Вот большой палец Фоскари круговыми движениями прошелся по ее ступне, а затем принялся растирать все ее пальчики. Напряжение уходило, она постепенно таяла в этом блаженстве. Когда руки Йена поднялись выше по ее ногам и, задрав ей юбку, заскользили по ее бедрам, Бьянка едва сдержала сладострастный стон. А как только его пальцы проникли в ее самое сокровенное место, Бьянке пришлось прикусить язык, чтобы не закричать. Ей казалось, что она смогла овладеть собой, как вдруг, словно откуда-то издалека, Бьянка услыхала собственный голос, который умолял Фоскари поскорее взять ее.
— Тебе нравится? — спросил Йен, ритмично массируя чувствительный уголок ее лона.
— Да, да! — задыхаясь, ответила Бьянка. — Только не останавливайся. Делай что угодно, только не останавливайся.
Йен улыбнулся, зарывшись лицом в ее волосы. Он выжидал подходящего мгновения. Как только ее дыхание участилось, он отнял руку.
— Нет, прошу тебя, не останавливайся! — Она подняла на него полные желания и мольбы глаза.
Усмехнувшись, Йен слегка погладил ее, а затем стал нашептывать ей на ухо всякие соблазнительные вещи. Он говорил, что хочет взять ее до того, как она испытает оргазм, что хочет, чтобы она села на него верхом и обхватила его талию ногами, а он бы тогда смог держать ее груди в своих ладонях и катать ее соски между пальцами, доводя ее этими ласками до исступления.
— Тебе хочется этого? — прошептал Фоскари, водя языком у Бьянки за ухом.
Не в силах произнести ни слова, она кивнула.
— Так ты обещаешь больше не выходить из дома без моего разрешения? — хриплым голосом спросил он.
Бьянка была готова согласиться на что угодно, лишь бы поскорее испытать то наслаждение, которое он ей обещал.
— Это шантаж, — шепнула она. От страсти ее голос стал неузнаваемым.
— Считай, что это нечто вроде контракта, — предложил граф. — Ты получаешь то, что хочешь, и я тоже.
Бьянке это показалось вполне резонным. Ее ум отказывался повиноваться голосу рассудка с того самого мгновения, когда он прикоснулся к ее телу. Да, она понимала, что не следует сдаваться без боя, но ничего не могла с собой поделать. Поиграв золотистыми волосами Йена, курчавившимися над воротником его рубашки, она спросила:
— А могу я один раз достичь вершины наслаждения сразу, а потом еще раз, когда ты войдешь в меня?
Фоскари внутренне ликовал: он выиграл. Но как ни странно, это чувство победы слишком уж сильно походило на возбуждение.
— А ты жадная, да? — усмехнулся он, скользнув рукой между ее ног.
Не прошло и пары минут, как Бьянка забилась в конвульсиях наслаждения. Йен был доволен, потому что долго терпеть он не смог бы. Ему нравилось наблюдать за Бьянкой, когда, приближаясь к апогею наслаждения, она широко распахивала глаза. А из горла ее вырывались сладострастные стоны.
Пока Бьянка возилась со шнурками его лосин, Йен разрабатывал дальнейшую стратегию поведения. Ему пришло в голову, что чем дольше его плоть будет находиться в ее лоне, тем быстрее он добьется от нее повиновения. Именно по этой причине его возбужденное естество ринулось в дело, едва Бьянка освободила его из тесного плена одежды.
Откинувшись на бархатную подушку, Йен усадил Бьянку на себя. Когда его плоть полностью погрузилась в ее нежное лоно, Бьянка закрыла глаза и стала выводить бедрами широкие круги. Йен держался руками за ее талию, его движения становились все стремительнее. Чувствуя, что вершина близка, он в последний раз что было сил насадил Бьянку на свою плоть. Когда они достигли оргазма, Бьянка услышала, как Йен в исступлении выкрикивает ее имя. И прежде чем реальный мир на мгновение перестал существовать вокруг нее, Бьянка успела подумать, что он впервые назвал ее по имени.
После двух часов плавания в водах Венеции, когда снова пошел дождь, Йен отдал приказ уставшим гондольерам отправляться домой. Один из них уже представлял себе, как укладывается в свою теплую сухую кровать, а у другого еще было одно важное дело. Он все думал, сколько получит за сообщение о том, как Йен проводил время в гондоле. Ему всегда платили одинаково, но на сей раз он надеялся, что его подробное описание того, чем Бьянка с Йеном занимались в каюте гондолы, будет оценено гораздо выше. Ему не было известно, сколько еще слуг клюнуло на предложение того странного человека за деньги сообщать обо всем, что творится в доме, но его собственное жалованье сильно увеличилось с тех пор, как он начал следить за хозяевами и подслушивать их разговоры.
Рычание тигра и крик осла не были бы столь неожиданными для Фоскари, как звук, который он услышал, выбираясь из гондолы.
— Ох, совсем забыла сказать тебе! — Бьянка всплеснула руками и радостно улыбнулась. — Я наняла горничную.
— Ты решила, что вырастишь себе горничную из младенца?
— Нет, это плачет ребенок Марины. Тот самый, которому я помогла появиться на свет. Такой красивый мальчик. Его первое имя — Цезарь, а второе — Йен, в честь вас, милорд, — солгала Бьянка, надеясь смягчить гнев графа.
— Ты наняла горничную, которая только что родила? Это же сущий бред! Она не сможет помогать тебе по крайней мере месяца два.
— Это не важно, — заметила Бьянка. — Вообще-то мне совсем не нужна горничная, просто мне хотелось переселить ее в место получше, ведь после того, как ее дом взорвался, ей вообще негде жить.
— Да что ты? — язвительно проговорил Фоскари. — А почему бы не привести в мой дом всех женщин, лишившихся крова?
— Отличная мысль, милорд, — кивнула головой молодая женщина. — Давайте так и сделаем. Думаю, завтра я смогу все устроить.
Это было уже слишком! Бьянка упорно не хочет понимать его сарказма. Йен был вне себя. Бросив уничтожающий взгляд на красивую женщину, целью которой явно было разрушить весь уклад его жизни, Фоскари направился к лестнице в тот самый миг, когда часы пробили двенадцать.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Звездочет - Яффе Мишель



Это гениальнейшая книга! безумно интересная, а самое главное чудесный финал...ради такого финала стоит читать книги!!!
Звездочет - Яффе МишельЕлена
31.03.2012, 17.19





Очень понравилось! интересно, интригующе!
Звездочет - Яффе МишельКсения
22.04.2012, 14.34





Скажу одно-книга на любителя . Кому то понравится , а кому то нет.Мне чего то в ней не хватило . И поэтому оценку ставить не буду . Не хочу понизить рейтинг . Читайте и оценивайте . Мне интересно Ваше мнение .
Звездочет - Яффе МишельМари
30.04.2012, 16.04





Очень люблю такие книги. Несмотря на то,что у меня нет много свободного времени,все же прочитала на одном дыхании. Очень интересный и захватывающий сюжет.
Звездочет - Яффе МишельЕлена
1.02.2014, 11.48





Очень люблю такие книги. Несмотря на то,что у меня нет много свободного времени,все же прочитала на одном дыхании. Очень интересный и захватывающий сюжет.
Звездочет - Яффе МишельЕлена
1.02.2014, 11.48





потрясающая книга.
Звездочет - Яффе Мишельвалентина
28.02.2015, 23.04





супер! ! читайте не пожалеете
Звездочет - Яффе Мишельперси
7.10.2015, 16.42





супер! ! читайте не пожалеетеrnЖуравлева скажите пожалуйста что знасит ИМХО которое вы пишите в конце?))
Звездочет - Яффе Мишельперси
7.10.2015, 16.42





Имею Мнение Хрен Оспоришь
Звездочет - Яффе Мишельне Журавлева
7.10.2015, 23.41





спасибо за ответ буду знать )
Звездочет - Яффе Мишельперси
8.10.2015, 21.12





Перси, ИМХО это от английского IMHO - In My Humble Opinion - По моему скромному мнению. Так говорят в англоязычной среде, когда не хотят идти на конфликт и показать, что человек никому свое мнение не навязывает. Еще есть просто IMO - in my opinion - по моему мнению.
Звездочет - Яффе МишельВаш Кэп
9.10.2015, 16.15





спасибо КЭП . вы админ сайта ? или обычный читатель? мужчина? читает любовные романы ? так интригующе )
Звездочет - Яффе Мишельперси
10.10.2015, 11.06





спасибо КЭП . вы админ сайта ? или обычный читатель? мужчина? читает любовные романы ? так интригующе )
Звездочет - Яффе Мишельперси
10.10.2015, 11.06





3 балла, даже комментировать не хочется......
Звездочет - Яффе МишельАлександра Ха 27
17.10.2015, 15.42





ну очень насыщенный роман. ничо так.
Звездочет - Яффе Мишельлёлища
17.11.2015, 14.31








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100