Читать онлайн Гвиневера: Королева Летних Звезд, автора - Вулли Персия, Раздел - ГЛАВА 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Гвиневера: Королева Летних Звезд - Вулли Персия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 10 (Голосов: 2)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Гвиневера: Королева Летних Звезд - Вулли Персия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Гвиневера: Королева Летних Звезд - Вулли Персия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Вулли Персия

Гвиневера: Королева Летних Звезд

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 15
СТЕРЛИНГ

– Посмотри, какая роскошь! – ахнула Энида, счастливая, что после недель, проведенных в военных лагерях и развалинах, можно будет пожить в настоящем доме.
Удачно построенный и просторный, он напомнил мне дом моего детства в Эпплби, который мог бы вместить всех участников самых многочисленных советов. В этом доме даже был верхний этаж, где спали и пряли, кухня и помещения для слуг в отдельных пристройках. Даже столбы, поддерживающие чердак и крышу, были похожи: с резьбой, изображающей виноград, листья и любопытные лица эльфов, подглядывающих за простыми смертными.
Я улыбалась, радуясь, что и беременность, и роды пройдут в таком веселом, уютном доме.
Мы радовались уюту дома, а Артур был доволен его местоположением. Огромная скала, на которой расположен Стерлинг, выступает над болотами и берегом в том месте, где горы Шотландии с севера встречаются с горами Охил с одной стороны и равнинными местностями Кемпси. Форт защищает длинные плоские долины, которые разделяют горные хребты на севере, а с востока несет свои воды к устью река Форт. Отсюда Артур мог объезжать всю центральную Шотландию, зная, что никто не сможет подобраться к Стерлингу, не будучи замеченным часовыми на стенах.
Когда мы устроились, я предложила Артуру отослать Вильну обратно в святилище, но он не только отказался сделать это, но настоял, чтобы я поблагодарила Моргану за то, что она прислала мне повитуху. Фрейлина осталась с нами, она придиралась и суетилась из-за всего, что я делала, и единственным местом, где я могла спрятаться от нее, были крепостные стены. К счастью, прекрасные виды природы и бесконечные просторы всегда поднимали мое настроение.
Глядя на север, где усадьбы и пастбища лоскутами раскиданы рядом с медленной, извилистой рекой, всматриваясь в крутые горные откосы, где старые леса хвастливо делились с осенним ветром какими-то неясными воспоминаниями, наблюдая, как уходит туман с золотисто-рыжих земель, и слушая далекий гогот гусей, означающий, что наступает зима… в такие минуты я изумлялась таинству бытия, которое включало и маленькую жизнь, растущую в моем чреве.
В тот день, когда с севера пришли кочевники, я, стояла на улице. Они что-то пели, хлопали в ладоши и шли приплясывая, их было человек двенадцать – маленьких, смуглых людей, одетых в разнообразные меха, с множеством украшений. У ворот в дом кочевника они начали шуметь и ссориться со стражником, но потом он пропустил их, а Энида прибежала за мной, объявив, что прибывшие требуют, чтобы их приняли.
Артура и Ланса не было, они встречались с календонскими племенными вождями в горах на западе, поэтому управляться приходилось мне одной.
Кто-то поднял с постели Тристана, чтобы он был переводчиком, и когда я подошла к дому, то услышала, что Трис ворчит, как медведь, разбуженный весной слишком рано.
– Я не знаю, чего она хочет. Она говорит не по-пиктски, – пробормотал он.
Девушка, стоящая во главе группы, передразнила зевающего корнуэльца, и остальные захихикали. Вид у них был такой, как будто они никогда не жили под крышей, и их мужчины тревожно оглядывали дом. Но веселая молодая женщина смело смотрела на меня, не смущаясь незнанием языка.
– Она наследная королева приднов, – крикнул Гавейн, проходя через зал и не глядя на Тристана.
Между ним и девушкой начался оживленный разговор. Оба объяснялись как словами, так и жестами, и один раз рыжеволосый с Оркнеев расхохотался до упаду, и это развеселило и приднов.
– Ее зовут Рагнелла, – доложил Гавейн, – она ведет своих людей и животных на юг, на зимовье. Она также хочет, чтобы ты знала, что она из известного рода могущественных королей.
Я улыбнулась про себя, удивляясь тому, что даже на севере обычай иметь могущественных королев передавался от поколения к поколению. Разглядывая это странное создание, я думала, не кажусь ли я ей такой же смехотворной, какой она кажется мне.
Рагнелла поймала мой взгляд и величественно кивнула. Я так же серьезно кивнула ей в ответ, а потом мы обе рассмеялись.
– Она говорит, госпожа, что высокие люди поставили ограду на ее пастбище, – объяснил Гавейн. – Пастбище нужно всем, она согласна делить его с тобой по-разумному. Но отгораживать то, что мать-богиня дала всем, – это эгоистично… и недопустимо, – добавил он с досадой.
– Что же она хочет, чтобы я сломала ограду и пустила наших лошадей пастись на волю?
Гавейн быстро посмотрел на меня и снова повернулся к кочевникам. Запах от их плохо выделанных шкур уже начал пропитывать воздух в комнате, а один мужчина начал усердно чесаться – я не сомневалась, что его покусали вши.
– Она позволит тебе оставить твои ограды, если ты позволишь ей пользоваться водой, – объяснил Гавейн, переговорив с королевой-кочевницей. Она хочет чтобы ты отвела ручей и сделала запруду за оградой.
Я смотрела на Рагнеллу с изумлением, не понимая, почему она диктует мне условия. Наверное, мужчины, недолго думая над ее просьбой, просто выставили бы ее, приказав ей поискать пастбище где-нибудь еще.
– Я знаю место, о котором она говорит, – вмешался Гавейн. – Это за холмами, над ручьем с белой галькой. Я вместе с мужчинами смогу отвести ручей за три дня. – Гавейн опять что-то сказал Рагнелле и повернулся ко мне. – Она говорит, что произнесет заклинание, чтобы ты благополучно родила.
Я очень удивилась, потому что совсем не было заметно, что я беременна. Она усмехнулась и быстро взбежала по ступенькам к резному стулу, на котором я сидела, и положила руки мне на живот.
– Пусть твое сокровище будет необыкновенно здоровым, переводил мне Гавейн, пока Рагнелла нараспев произносила свое благословение. – Она говорит, что у нее было двое детей, хотя выжил только один.
На таком близком расстоянии запах, исходящий от девушки, был невыносим, а грязь, засохшая под ее ногтями, омерзительной. Но когда она взглянула на меня, я увидела, что у нее большие и ласковые глаза, как у Нимю. И хотя я не понимала ее языка, смысл произносимого был мне понятен. На мгновение мы стали сестрами по воле матери-богини. Потом настороженность вернулась, и Рагнелла отступила от меня, Хотя я улыбалась, благодарила ее за заклинание и обещала дать ей воду.
После этого они ушли, бегая и прыгая по двору, как акробаты на празднике, хотя я подозревала, что им стало весело после благополучного завершения встречи, а не из-за того, что им просто хотелось веселиться. Я не знаю, что думали они об этой встрече, но меня тронуло отношение их королевы.
Все, кто видел, как они шли через двор, прибежали в зал, горя желанием узнать, кто были эти незнакомцы.
– Придны… сказочный народ… древние, которые называют себя первородными детьми богов, – объяснил Гавейн. – Когда я родился, на Оркнеях уже не было приднов, но моя нянька росла с одним из подкидышей, которого оставили в голодную зиму на пороге ее родителей. У них есть поговорка: «Лучше оставить ребенка у теплого очага, чем закопать его в холодной земле».
Люди при дворе ужаснулись, поняв, что мы только что принимали людей, стоящих так близко к потустороннему миру. Многие придворные крестились, чтобы отогнать от себя зло, а я восхищалась мужеством Рагнеллы, которая не побоялась прийти ко двору и потребовать, чтобы я исправила то, что она считала неправильным.
– Фу, – с презрением фыркнула Вилена, – как ты позволила ей дотронуться до тебя, госпожа? Весь дом пропитался этим ужасным запахом.
Мне хотелось сказать, что я знаю чистоплотных королев, которые гораздо опаснее, чем эта маленькая дикарка, но я сдержалась.
В конце недели Гавейн вернулся со своего водоотводного сооружения, дерзкий, веселый, с подарком для меня, полученным от королевы древнего народа.
– Рагнелла сама их собирала, – объявил он, бережно перекладывая шесть белых кварцевых камешков. – У подножия Стоячих Камней. Она говорит, что это дары великой матери-богини, потому что они отражают лунный свет. – Он сделал охраняющий знак, пока я с любопытством рассматривала маленькие камушки с острыми краями. – Они разбрасывают их вокруг камней, – объяснил он, как будто это помогало понять тайну.
Я не могла догадаться, для чего Рагнелла использует их, но дар королевы восхищал меня, был мне приятен, и я попросила Гавейна, чтобы он передал ей мою благодарность, если увидит ее снова.
– О, конечно, мы увидимся! – Он закивал головой. – Это замечательная женщина! Такой храброй и остроумной я не встречал на юге… – сказал Гавейн. – Не помню, когда еще я так хорошо проводил время.
Сказав это, он с важным видом вышел из комнаты, покачивая плечами и светясь счастьем.
– Что ты положила в эту гадость? – скривившись, спросила я Вилену.
У отвара, который ежедневно давала мне фрейлина Морганы, был противный вкус.
– Я добавила новую траву, – спокойно ответила повитуха. – После третьего месяца, в отвар нужно класть другие, новые лекарства.
Я внимательно смотрела на нее, в сотый раз убеждаясь, что она мне не нравится, но избавиться от нее, не поссорившись с Артуром, было невозможно. Может быть, я отослала бы ее и сделала вид, что Вилена сама решила, в конце концов, что сейчас я не нуждаюсь в ней, Подумав так, я еще больше разозлилась: кто такая Моргана, чтобы заставить меня запятнать свою честь ложью?
Было чудесное осеннее утро, когда леса звенят от рева оленей-самцов, а белки начинают искать теплые места для зимовки. Утро было прекрасным, и его не могла испортить фрейлина Морганы. Не говоря никому ни слова, я пошла на конюшню и поехала на Тени на обычную прогулку к Крэгу, горной вершине на расстоянии чуть более мили от крепости.
Ветер был свежим и пах снегом, но листья на березах еще трепетали на фоне темно-зеленой лесной чащи, и я улыбалась, несмотря на холод. Моя кобыла была раздраженной, шла рывками, опускала уши, фыркала на каждую тень на дороге, и мне постоянно приходилось успокаивать се.
И только когда мы доехали до вершины Крэга, я увидела, что ветер гонит тучи, низкие и тяжелые. В животе у меня похолодело, и я повернула к дому. Мы могли добраться домой до начала бури, но я начала тревожиться и не хотела тянуть с возвращением. Меня затошнило по дороге домой, и я пустила Тень быстрой рысью, мечтая как можно быстрее добраться до своих комнат. Неважно, что скажет Артур, но я не собиралась больше принимать никаких «особых отваров» Морганы и даже решила отослать Вилену обратно, как только увижу ее.
От ветра поднялась грива Тени и взметнулась вверх целая охапка опавших листьев, оставив без защиты горностая, который помчался искать другого убежища. Глупая кобыла дернулась в сторону, и я впервые за многие годы упала с лошади. Когда я пришла в себя, Тень уже скрылась из виду. Ругаясь, я поднялась на ноги, и тут мое тело пронизала боль. Выворачивающая, пронзительная боль завязывала мое тело в узлы. Я попыталась прислониться к дереву, дожидаясь, пока спазмы ослабнут, и я смогу пойти домой. Но они не утихали, и я, шатаясь, пошла вперед, пока дикая боль не согнула меня надвое и я не упала на землю.
Это было не похоже на обычное падение с лошади, и я заплакала от страха и разочарования.
Как могла я быть такой доверчивой и пить отвары, посланные Морганой? Теперь, когда жизнь ребенка была в опасности, моя глупость казалась невероятной, и я плакала от ярости и отвращения и к себе, и к верховной жрице. Наверное, даже боги услышали мои проклятия, потому что я сильно ругала их, когда была не в силах ползти.
Люди из форта бросились искать меня, как только увидели, что Тень вернулась без седока. Домой меня принесли в паланкине и положили в удобную кровать, но было уже слишком поздно. И после трех часов боли и ярости я лежала измученная, а ребенка больше не существовало.
Энида сидела рядом со мной, пытаясь по-своему утешить меня, но именно Рагнелла помогла мне забыть мое горе и облегчила мое сердце.
Гавейн привел ко мне королеву приднов через боковую дверь, и она стояла, рассматривая меня и плача. Я не знала, когда и как Рагнелла потеряла своего собственного ребенка, но такие подробности были не важны. Она села на кровать рядом со мной и, положив обе руки на мои виски, запела что-то медленно и тихо. Я закрыла глаза и чувствовала, что от ее прикосновений у меня на душе становится легче.
Грустный напев Рагнеллы был для нас спасением, убаюкивающей колыбельной песней, которую могла спеть каждая мать, когда-либо пережившая горе. Мы вместе оплакивали человечество, рожденное, чтобы думать над вечными истинами и медленно приближаться к смерти. Постепенно мои душевные и физические муки сливались с переживаниями наших предков, и чувство единения смягчало боль моей утраты.
Уже почти засыпая, я взяла руку Рагнеллы, благодарно поцеловала ее и положила снова на свой висок. Она сострадала мне, и она заслужила благодарность.
Я проспала день и ночь, и когда вернулся Артур, ни Рагнеллы, ни Вилены уже не было. Взволнованный, он вбежал в комнату и громко закричал.
– Ради всего святого, Гвен, зачем ты поехала верхом, когда у тебя такой большой срок?
– Поехала верхом? – разозлилась я, садясь на кровати и поражаясь, что он ругает меня в такое время. – Я ездила верхом каждый день с тех пор, как научилась ходить! Это случилось не потому, что я ездила верхом, а из-за этого отвратительного отвара, который прислала Моргана. Я знала, что не должна была пить эти отвары!
– Перестань. – Артур бросил на стол перчатки и приказал Эниде принести ему чего-нибудь горячего. Я никогда не видела его таким раздраженным. Он набросился на меня. – У Морганы нет причин желать нам зла, и твое постоянное подозрение постыдно, моей жене не пристало вести себя подобным образом.
– А не стыдно ли тебе приходить сюда и бросаться обвинениями вместо того, чтобы горевать о том, что мы только что потеряли, ребенка, Артур… ребенка!
Я разразилась рыданиями и торопливо отвернулась. Передо мной открывалась необъятная бездна, грозящая поглотить меня.
Артур замолчал, подошел ко мне, сел рядом и положил руки мне на плечи.
– Я, конечно, огорчен… мне сказали, что ты можешь не выжить…
Глядя на Артура, я думала о том, как мало я знаю этого человека: умер его ребенок, а он злится, вместо того чтобы горевать.
– Гвен, – сказал он решительно, все еще держа меня за плечи, – ты должна кое-что понять. Мне безразлично, будут у нас дети, или нет, но мне совсем не все равно, будешь ли ты жить, или умрешь.
Его слова заставили меня онеметь.
– Меня устраивает наша жизнь, и мне кажется, что ребенок не принесет ничего, кроме беспокойства. Я был доволен, что ты забеременела только потому, что это так радовало тебя, но поскольку короли выбираются не по родству, мне безразлично, будет у нас ребенок или нет, детей и без того слишком много.
Артур говорил холодно и резко, и на его лице появилось выражение явного отвращения, сделав его таким непохожим на человека, которого я так хорошо знала.
Я непонимающе смотрела на него. Неистовствовать от волнения и вдруг превратиться в лед – впервые я по-настоящему почувствовала, что это сын Утера.
Артур убрал руки с моих, плеч, поднялся и стал ходить по комнате. Лицо его смягчилось, но мы оба молчали. Я не могла ничего произнести, а он, похоже, предпочитал молчание.
Хотя я была слаба и ноги у меня немного дрожали, кровотечение прекратилось, и, когда Энида вернулась с подносом, я встала и села за стол вместе с мужем, желая примириться с ним.
Поев, он принялся рассказывать мне о недоброжелательных западных соседях. Свирепые и спесивые военные вожди, они считали выгодным пойти на союзничество с Пендрагоном, если он не будет посягать на их независимость.
– Единственными, кто не захотел встретиться с нами, были воины Хуэля, и, если бы Ланс не склонил их на нашу сторону, нам бы пришлось отказаться от мысли встретиться с ними этой зимой и вернуться домой.
Я кивала, все еще не зная, что ответить этому человеку, который час назад стал мне чужим.
– Я думаю, что мне лучше вернуться в лагерь, – признался Артур, вставая и глядя на меня. – Я просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке.
Мне страстно хотелось укрыться в его объятиях, чтобы он заслонил меня от холодной, тоскливой пустоты, но он не проявил никакого желания к этому, поэтому я сидела молча, не в силах пошевелиться, а он похлопал меня по плечу.
– А тебе, Гвен, лучше отдохнуть.
Пока он выходил из дома, я сидела, не двигаясь, бессмысленно глядя в пространство.
Может быть, я никогда и не знала его. Может быть, у нас никогда не было ни общих чувств, ни общих надежд и мечтаний, ни общего страха и боли. Может быть, нашим единственным ребенком останется Британия. Я знала, что когда-нибудь я буду гордиться этим, но в тот момент мысль об этом ужасала меня.
Медленно и молча я встала и легла в кровать.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Гвиневера: Королева Летних Звезд - Вулли Персия


Комментарии к роману "Гвиневера: Королева Летних Звезд - Вулли Персия" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100