Читать онлайн Сердце Фатимы, автора - Вульф Франциска, Раздел - III в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сердце Фатимы - Вульф Франциска бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.53 (Голосов: 51)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сердце Фатимы - Вульф Франциска - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сердце Фатимы - Вульф Франциска - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Вульф Франциска

Сердце Фатимы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

III

Али аль-Хусейн сидел, откинувшись в кресле цирюльни. Вокруг него, пританцовывая, суетился молодой брадобрей: он поселился в городе недавно, но уже успел открыть свое дело. То, что одним из первых его посетителей был Али аль-Хусейн, знаменитый ученый и личный врач эмира, наполняло его гордостью.
Усердно втирая в бороду Али дорогую благоуханную пену и ловко орудуя бритвой, молодой цирюльник ни на минуту не закрывал рта. Он без умолку благодарил Аллаха за его бесконечную доброту, не забывая, однако, осыпать похвалами и своего знаменитого гостя, восторгаясь его деяниями, известными, как уверял брадобрей, во всем правоверном мире.
Али пропускал мимо ушей эту трескотню. Не то чтобы он был равнодушен к лести. Наоборот. Он слушал ее, как любой человек, живущий под солнцем Аллаха, с большим удовольствием. Каждый раз, приходя сюда, он вознаграждал усердие молодого цирюльника благосклонной улыбкой и историями из своей жизни, которые были наполовину правдой, а наполовину вымыслом. Но сегодня все было не так. У него было неспокойно на душе. Он не желал слушать панегириков в свой адрес. Он хотел тишины. Ничего, кроме звука лезвия по щеке.
Пока цирюльник рассыпался в похвалах, благодаря Аллаха за то, что тот послал ему великого врача, осчастливившего его своим присутствием, Али пытался понять причину своего странного настроения. Когда это началось? Откуда такая грусть? Такая удрученность, которая заставила его забыть даже свои врачебные обязанности?
– Наклоните голову немного вбок, господин, – сказал цирюльник, легким движением помогая принять нужное положение.
Али покорно подчинился. Теперь он мог спокойно наблюдать за мелькавшими на улочке людьми. Окружение было не слишком аристократическим: у цирюльника, по-видимому, не хватило средств, чтобы приобрести лавку в лучшем квартале. Однако парень был смышленым, и Али был уверен, что скоро о нем узнает весь город.
«Еще года два-три, – размышлял Али, – и он откроет свое дело рядом с дворцом. А я, если, конечно, останусь до той поры в Казвине, буду повсюду рассказывать, что был одним из его первых клиентов».
Хотя это маловероятно. За годы после службы при дворе эмира Бухары, где он был его личным врачом, Али нигде не задерживался надолго. Иногда ему давали понять, что пора уходить, а однажды он даже вынужден был спасаться бегством. Чаще всего он исчезал прежде, чем над ним сгущались тучи. Чего искал Али, он и сам не знал, но его не покидало чувство, что это «что-то» он найдет именно в Казвине.
Али зевнул, от нечего делать рассматривая проходящих мимо мужчин и женщин. В основном это были крестьяне, ремесленники, мелкие торговцы и рабочие-поденщики, которые в плетеных корзинах несли домой свои нехитрые покупки – хлеб, овощи, фрукты и мясо – с базарной площади, которая находилась поблизости.
Почему один человек, размышлял Али, становится эмиром, а другой – поденщиком? Почему один ест из золотой тарелки, а другой поливает потом и слезами черствую корку хлеба? Кто определяет, в каком теле поселится та или иная душа? Провидение? Всемогущая сила высшего существа или чистая случайность? Почему он, Али, сидит в этом кресле, а его обслуживает другой человек? Почему его душа не вселилась в тело того человека, который тащится по улице с двумя бурдюками на плечах, продавая воду испытывающим жажду прохожим? Али был убежден, что сам он не сделал ничего такого, чем заслужил бы подобные привилегии. Милости Божьей он обязан лишь своим рождением в доме богатого купца, но сам он ее не заслужил.
Как раз в тот момент, когда Али задавался вопросом, знали ли ответ на эти любопытные вопросы Аристотель, Сократ, Платон или кто-нибудь другой из греческих и римских философов, в дверях цирюльни показалась женщина. Очевидно, она повернулась, чтобы поправить покосившуюся на голове корзину. Ее взгляд скользнул по его лицу, оторвав от размышлений.
Али как ошпаренный вскочил с места, не заметив того, что цирюльник порезал мочку его уха острой бритвой, и задрожал всем телом. О, эти глаза цвета неба перед закатом солнца!
– Беатриче! – Он выскочил на улицу и помчался вслед за женщиной с корзиной на голове. На улице толпилось множество женщин с корзинами, лица которых были скрыты под чадрой. Кто из них та женщина с синими глазами? – Беатриче! – снова крикнул Али. – Беа…
Он остановился. Прохожие, наверное, принимали его за сумасшедшего, шарахаясь от него в стороны. Он вдруг осознал, что стоит на улице с мыльной пеной на лице и полотенцем на шее. Может быть, ему почудилось?
– Господин, куда вы? Вернитесь! – Цирюльнику наконец удалось его догнать. – Господин, прошу вас, – бормотал он. – Простите мою неловкость, – твердил он. – Но вы сами…
Али нахмурился. Он что, помешался?
– Не пойму, о чем ты говоришь…
– О вашем ухе, которое я слегка задел бритвой.
Али потрогал свое ухо и ощутил что-то теплое и липкое. Потом взглянул на палец – на нем действительно была кровь. Он даже не заметил, как порезался! Али оглянулся по сторонам, ища женщину с голубыми глазами. Увы, женщина исчезла. Может, она спряталась и ждет, когда уляжется переполох? Неужели он ошибся?..
– Это старость, – бормотал Али себе под нос. – Скоро совсем сойду с ума. Начинают чудиться люди, которые могут только присниться.
– Что с вами, господин? – Цирюльник испуганно смотрел на Али, словно ожидая услышать из его уст свой смертный приговор. – Что вы сказали?
Али вдруг понял. Порезать клиента – самое страшное несчастье, которое может постичь цирюльника. Одно его слово – и карьере брадобрея, которая едва началась, конец. Притом весьма ловкого брадобрея. Али стало его жаль. Ведь он сам виноват в случившемся. Если бы он не вскочил с места так внезапно, чтобы погнаться за призраком, ничего бы не случилось.
– Как твое имя, друг мой? – спросил Али, кладя руку на трясущееся плечо юного брадобрея, стараясь его успокоить. Он придумал, как помочь бедняге.
– Касим, господин. – Тот дрожал всем телом. Наверное, решил, что Али сейчас позовет стражу и донесет на него. А от стражников добра не жди. О здешней тюрьме и палачах Казвина шла недобрая молва.
– Эй, люди, сюда, ко мне! – вдруг закричал Али так, что все прохожие остановились и сгрудились вокруг него. – Меня зовут Али аль-Хусейн ибн Абдалла ибн Сина. Вы все меня знаете – я личный врач эмира. Этот человек, который стоит рядом со мной, – брадобрей Касим. Хочу поведать вам о его великих подвигах. Его цирюльня – рядом с лавкой торговца тканями Кемаля. Я пришел к нему, чтобы постричь бороду, и увидал в окне девушку несравненной красоты, похожую на ангела, которого послал Аллах. И этот ангел проходил мимо цирюльни, чтобы благословить ее хозяина. Я выскочил, чтобы еще раз взглянуть на нее. Я был так неловок, что Касим нечаянно порезал мое ухо – вот откуда кровь. Хвала Аллаху, который благословил цирюльника Касима, наградив его золотыми руками. Он такой искусный брадобрей, что я даже не заметил, как он задел меня своей бритвой. Да вознесем хвалу всемилостивейшему Аллаху за то, что он послал нам такого выдающегося брадобрея!
Толпа ликовала, воздавая хвалу Аллаху. Али ободряюще похлопал Касима по плечу.
– Возвращайся к себе, Касим, – шепнул он цирюльнику, стирая с лица полотенцем остатки пены. – Уверен, скоро у тебя не будет отбоя от посетителей.
Он сунул ему грязное полотенце и золотую монету. Парень робко улыбнулся, все еще не понимая, что произошло.
– Господин, я не могу взять у вас деньги. Вы были так добры ко мне, что я…
– Ерунда, – возразил Али. – Хорошая работа требует хорошего вознаграждения. Скажу еще: может быть, и вправду перед твоим домом пролетел ангел, посланный Аллахом?
– Не знаю даже, как вас благодарить, мой господин! – Касим склонился перед Али и схватился за полу его длинного плаща, чтобы поцеловать. Али едва успел его остановить. Ему всегда претили такие жесты, особенно в присутствии толпы.
– Ты можешь отблагодарить меня тем, что и дальше будешь стричь мою бороду, – улыбнулся он.
– О, господин, это такая честь для меня…
– Покончим с этим. Через семь дней я хочу видеть тебя в моем доме. И не опаздывай, Касим. Я очень занятой человек.
– Слушаюсь, господин! – Касим продолжал бить поклоны.
Али медленно пошел прочь. У лавки торговца тканями он вдруг остановился и оглянулся назад. С крыши лавки почти до земли свисал кусок ткани, который можно было пощупать, чтобы оценить качество материала. За ним и спрятался Али, наблюдая, как молодой брадобрей возвращается в свою цирюльню в сопровождении трех мужчин, которые громко спорили, кого первым будет брить Касим.
– Господин желает пошить новый наряд? – подоспел к Али торговец тканями в надежде совершить хорошую сделку. – У меня есть для вас особый товар, который я предлагаю только избранным. Хотите взглянуть?
– Нет, – отрезал Али и удалился, не удостоив торговца даже взглядом. Он слишком хорошо знал этот назойливый народ: скажешь слово – а он уж тащит под мышкой один рулон за другим, и попробуй отвяжись! Если бы Али была нужна ткань, он купил бы ее совсем в другом месте.
Али брел по узким улочкам Казвина, пока не достиг аристократических кварталов рядом с дворцом. Он принялся разглядывать украшения, выставленные в ювелирной лавке. Говорят, сам эмир покупал здесь изысканные драгоценности. Шагая дальше, любовался утонченными изделиями стеклодува, который на мягких подушечках разложил свой хрупкий товар: крошечные вазочки, флакончики для духов, тонкие, играющие всеми цветами радуги бокалы. Потом полистал книги: Али был частым и желанным гостем в этой букинистической лавке. Затем задержался возле лавки с медной утварью. Его внимание привлекло большое блюдо, которое в отличие от других изделий было лишено всяких украшений и начищено с таким усердием, что в него можно было смотреться как в зеркало.
Погруженный в свои мысли, он принялся рассматривать свою бороду – среди некогда черных смоляных волос все больше появлялось седых прядей. Виски подернулись сединой. Вокруг глаз и рта пролегли глубокие морщины. Лицо, смотревшее на него из блюда, напомнило ему юношу, каким он был когда-то – много лет тому назад.
Если женщина, проходившая мимо лавки брадобрея, действительно была Беатриче, вряд ли бы она его узнала. Прошло немало лет с тех пор, как волшебный сапфир так внезапно вырвал ее из его жизни. Того юноши, которого знала Беатриче, больше нет. Все миновало. Голубоглазая женщина принадлежала прошлому, в которое нет возврата.
Али закрыл глаза и отвернулся. Мужчине не пристало показывать на людях свои чувства. Но сейчас больше всего на свете ему хотелось упасть на колени и, громко рыдая, оплакивать свою судьбу.
За что Аллах отнял у него Беатриче – любовь всей его жизни? Как мало времени он им отпустил! Почему она не осталась, чтобы вместе с ним встретить старость? В последние годы эти вопросы Али все чаще задавал Аллаху, годы, когда ничто – ни работа, ни богатство, ни знания, ни тем более другая женщина – не могло заполнить пустоту, которую оставила после себя Беатриче. Годы, в которых не было ни дня, когда бы он не ощущал эту потерю, даже не думая о ней.
Наверное, то же самое чувствовали его пациенты, у которых пришлось отнять какую-то часть тела. Они рассказывали, что ощущают свою руку или ногу после ампутации: там по-прежнему болело, щемило и чесалось. Нечто похожее испытывал и Али. Просыпаясь по ночам в своей холодной и одинокой постели, он мечтал только о том, чтобы она оказалась рядом, чтобы он, протянув руку, ощутил ее присутствие. Беатриче… Единственная любовь его жизни…


В этот вечер Али вернулся домой поздно. По дороге он завернул в питейное заведение, пытаясь найти утешение в айвовой настойке, которой тайно торговал хозяин – вопреки правилам Корана, строго запрещающего употребление горячительных напитков. Он знал, что это его не спасет, и ни в чем не находил забвения и покоя. Али немного постоял около своего дома, опершись на стену, еще не остывшую после дневной жары. Солнце почти опустилось за горизонт, и улицы погрузились в мистический багряный свет. Казалось, весь город объят огнем. В слабом ветерке ощущался соленый привкус моря. Городские стражи, с горящими фитилями в руках, спешили зажечь фонари в богатых кварталах до наступления сумерек. Скоро стемнеет. С погружением улиц в темноту начнется отсчет времени для воров и разбойников, которые выползут из своих укрытий. Свет фонарей отпугнет их от владений богачей, как огонь разведенного пастухами костра отпугивает диких зверей от стада.
С минарета мечети доносился голос муэдзина, призывающего правоверных мусульман к молитве. Али закрыл глаза и прислушался. Он никогда не был религиозным человеком. Последние годы мало что изменили в его отношении к Богу. Но сегодня, в этот необычный день, пронизанный грустью и тоской, он чувствовал себя старым, слабым и уставшим и не жаждал более ничего – лишь покоя, который верующие находят в молитве, и мира своей измученной сомнениями, мятущейся душе.
Подняв руку, Али постучал в дверь собственного дома и, как посторонний, стал ждать ответа. С тоской вспомнил о своем старом верном слуге Селиме. Старик всегда знал, когда его хозяин вернется домой. Даже среди глубокой ночи он ждал его, стоя у двери, открывая как раз в тот момент, когда Али подходил к дому. Невероятно. А что сейчас? Сейчас Али стоял в сгущающихся сумерках и ждал.
Наконец дверь открылась.
– Приветствую вас, господин, – Махмуд почтительно поклонился. Селим не постеснялся бы пожурить Али, что тот пришел слишком поздно, утверждая, что порядочные люди не болтаются по улицам в такое время. – Позвольте взять ваш плащ? В столовой накрыт ужин. Я провожу вас.
Али последовал за слугой. Он никак не мог привыкнуть к мягкому, беспрекословному Махмуду, который появился у него сразу после смерти Селима, почти пять лет тому назад. Али недоставало старого угрюмого ворчуна. Тот всегда подчеркивал, что не собирается выслуживаться перед юнцом, которому когда-то менял пеленки, а впоследствии стриг первую бороду. Уж Селим-то сразу бы учуял запах айвовой настойки и дал бы ему хорошей взбучки. Али даже слышал сейчас его голос, ворчливый и брюзжащий. «Правоверному ни при каких обстоятельствах не пристало напиваться, господин. Горячительные напитки – это камни на пути, который ведет прямо в ад. Извините за откровенность, господин, но, если будете продолжать в том же духе, место в аду вам обеспечено. Осмелюсь утверждать, что ваш достопочтенный батюшка – да спаси Аллах его душу! – не возрадовался бы, увидев вас в таком непристойном виде».
Насколько когда-то его раздражали бесконечные нравоучения старика, настолько не хватало ему теперь этого человека. Никогда он больше не услышит его шаркающих шагов. Селим будет жить только в его воспоминаниях.
– Ты отослал больных, Махмуд? – спросил Али, с трудом ворочая языком. Кажется, он выпил больше, чем надо.
– Да, господин, – покорно ответил Махмуд. Если он и заметил состояние своего хозяина, то виду не подал. – Все сделал, как вы приказали.
– И ничего не случилось за время моего отсутствия? – Али, снимая обувь у входа в столовую, почувствовал прилив раздражения. Покорность слуги приводила его в ярость.
– Нет, господин, – промолвил Махмуд, собирая разбросанную обувь Али. – Только кухарка жаловалась, что ее боднул козел, когда она проходила по двору; она сказала, что если это повторится, то обязательно свернет ему шею и сделает из него паштет.
Представив картину, как за кухаркой, плотной и упитанной, гонится по двору серый козел, Али повеселел. Гнев рассеялся, и он невольно рассмеялся. Несколько лет назад он получил этого козла от одного бедного пастуха в знак благодарности за то, что вылечил его сына. Козлику было тогда всего несколько недель. А поскольку Али не особенно уважал козлятину, было решено его не забивать, и тот вымахал в здорового самца, не уступающего в упрямстве и высокомерии своему хозяину, как остроумно заметил Селим. Козел между тем состарился, и мясо его было теперь слишком жестким и вонючим, чтобы использовать в кулинарных целях. Конечно, могла сгодиться шкура. Но к чему? Уж этого добра у него было достаточно.
Али уже свыкся с его упрямством, дурными привычками и вечным блеяньем, и ему бы недоставало зверя, особенно сейчас, когда Селима не стало.
– Если кухарка будет возражать, я предоставлю ей полную свободу выбора – пусть ищет работу в другом доме. Так ей и передай, Махмуд.
Слуга поклонился.
– Слушаюсь, господин.
Али подошел к низкому столику, на котором стоял поднос с жареной курицей, хлебом, курагой и сушеным инжиром, а также кувшин с водой.
– Есть новости? – спросил он, усаживаясь на мягкое сиденье. Взял плод инжира, вдохнул его аромат и положил обратно на тарелку. Фрукты были отличного качества и, по всей видимости, отменного вкуса, но сегодня у него отсутствовал аппетит.
– Нет, господин, – ответил Махмуд, протягивая Али бокал холодной воды. – Правда, у вашей двери днем топтались двое в дорожной одежде. И, хотя я сказал, что вас нет дома, никак не хотели уходить… – Махмуд прокашлялся. – Да, они жаждали войти, утверждая, что являются вашими хорошими знакомыми.
Али нахмурился.
– Знакомые? – недоверчиво переспросил он. – Кто такие? Надеюсь, ты их прогнал?
Махмуд смущенно опустил голову. Румянец заиграл на его лице, и, еще до того, как он снова открыл рот, Али понял, что тот впустил их в дом.
– Они не назвали своих имен, господин, – продолжал Махмуд. – Это мужчина и маленькая девочка. Честно признаться, я не устоял перед их натиском.
– О, Махмуд! – простонал Али, закрыв лицо руками. Что за глупый и нерасторопный слуга! Вот Селим нашел бы способ отвязаться от них. – Ты что, совсем спятил? Разве ты не знаешь, что мои знакомые, перед тем как появиться в моем доме, заранее посылают гонца, извещая о своем приходе? Подозреваю, что это мошенники. Либо больные, которые решили попасть ко мне на прием таким хитроумным способом. Когда они ушли? – Махмуд так покраснел, что кожа на его лице приобрела цвет спелого граната. Али стиснул зубы. Значит, оба чужестранца и сейчас в его доме. – Так, ладно. Где ты их разместил?
– В комнате для посетителей, господин, – пролепетал слуга, опустив голову.
– Прекрасно. Я лично займусь их выдворением, – прошипел Али, схватив лампу. – Этому сброду не место в моем доме.
Он и так слишком близко принимал к сердцу страдания пациентов, проявляя участие также к их родственникам и знакомым. Но перехитрить слугу, чтобы коварно проникнуть в дом и силой вынудить его оказывать им помощь, – это уже слишком. Если молва о том, что он допускает такое отношение к себе, разнесется по городу, ему самому уже не будет места в собственном доме. А его дом не богадельня.
Али ринулся в комнату для посетителей. Стараясь обуздать свой гнев, он остановился у двери и прислушался. Полная тишина. Али осторожно приоткрыл дверь и, посветив лампой, заглянул внутрь.
На сдвинутых вместе соломенных мешках, служивших кроватью, спал ребенок. Рядом на корточках сидел мужчина в дорожном одеянии. Кажется, он дремал – лицо его было скрыто в глубоких складках плаща.
Али передал лампу Махмуду и на цыпочках приблизился к мужчине. Он наклонился, чтобы рассмотреть его лицо, но, не успев опомниться, оказался прижатым к стене в другом конце комнаты. Махмуд издал пронзительный крик. Айвовая настойка моментально выветрилась. Али страшно испугался, почувствовав на своей шее холодное лезвие. Зачем он это затеял? Нужно было послать слугу, чтобы выдворить незнакомцев из своего дома.
– Али аль-Хусейн, – раздалось в тишине. Али замер. Этот голос был ему хорошо знаком. Он сразу его узнал, хоть не слышал много лет. По спине пробежала дрожь. – Благодари Аллаха, что на этом месте оказался ты, а не кто-то из моих преследователей.
Али бросил стремительный взгляд на клинок, сверкнувший при свете лампы.
– Саддин! – с трудом выговорил он, хватаясь за горло. До его ушей донесся шепот Махмуда. Слуга в страхе прижался к открытой двери, перечисляя по порядку все девяносто девять имен Аллаха, как заклинание от духов. Но перед Али стоял не дух и не призрак. Он вдруг осознал, что был на волосок от смерти. Ему стало дурно. – Саддин, как ты здесь оказался?
– Извини, что напугал тебя, – сказал тот, отступив на шаг и снимая с головы капюшон.
Только теперь Али отважился взглянуть на него. По спине снова побежали мурашки. Да, это был он – Саддин. Тени, отбрасываемые лампой в дрожащих руках Махмуда, прыгали по стенам комнаты. На миг Али почудилось, что время повернулось вспять. Он представил себя в своей маленькой приемной для пациентов в старом доме в Бухаре – в тот самый вечер, когда видел Саддина в последний раз. Тот совсем не изменился.
– Саддин, что…
Кочевник заговорщицки прижал палец к губам.
– Не здесь. Мы можем ее разбудить, – тихо проговорил он, указывая на постель.
Али взглянул на спящего ребенка и кивнул. Он повернулся к Махмуду, который таращил глаза на Саддина, как на демона.
– Махмуд, живо ступай к кухарке и скажи, чтобы приготовила нам хороший ужин. У меня гость. – Он бросил выразительный взгляд на Саддина. – Ко мне неожиданно приехал старый друг.
– Друг? – насмешливо переспросил Саддин, когда слуга исчез за дверью. – Я не ослышался? Ты действительно назвал меня другом?
Али промолчал. Покусывая губу, он пытался понять, что привело к нему Саддина. К тому же не одного, а с ребенком. Понадобилась врачебная помощь? Или кочевник пришел получить награду за услугу, которую однажды оказал Али? Несколько лет назад он помог ему бежать из Бухары. Али взглянул на Саддина. У того был усталый вид, словно он проделал длинный утомительный путь; однако одежда выдавала в нем человека, не нуждающегося в деньгах. Зачем он явился сюда? Как он вообще его отыскал? Какую игру затеяла с ним судьба на этот раз?




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Сердце Фатимы - Вульф Франциска

Разделы:
IIiIiiIvVViViiViiiIxXXiXiiXiiiXivXvXviXviiXviiiXixXxXxiЭпилог

Ваши комментарии
к роману Сердце Фатимы - Вульф Франциска



Замечательный роман!!! Читая его , у меня складываеться такое ощушение, что я на мсте главной героине. Непередаваемые ощущения...
Сердце Фатимы - Вульф ФранцискаАлена
8.11.2011, 16.35





Роман с захватывающим сюжетом. Переплетаются века, судьбы, приключения. Очень понравилось!
Сердце Фатимы - Вульф ФранцискаВера
27.01.2012, 23.54





Читала на одно дыхание все 100 процентов .Только печаль что Беотричь росталась с Али.Хочется конечно продолжение это роман .
Сердце Фатимы - Вульф ФранцискаНина
6.11.2012, 14.25





Мне понравилась книга. Захватывет, уносит в прошлое, интересно.
Сердце Фатимы - Вульф ФранцискаЛюбовь
16.12.2012, 14.17





Удивительные скорее приключенческие чем любовные романы "Камни Фатимы", "Рука Фатимы" и "Сердце Фатимы". Очень приятные и познавательные Бухара, Монголия и Китай. Читайте.
Сердце Фатимы - Вульф ФранцискаИрина
27.03.2016, 23.49








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100