Читать онлайн Только не в восемь, дорогой, автора - Вудс Шерил, Раздел - Глава вторая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Только не в восемь, дорогой - Вудс Шерил бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.42 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Только не в восемь, дорогой - Вудс Шерил - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Только не в восемь, дорогой - Вудс Шерил - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Вудс Шерил

Только не в восемь, дорогой

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава вторая

После ухода Майкла Комптона в студии воцарилось гробовое молчание. Но через минуту поднялся невообразимый гам. Женщины сразу же, хотя Барри думала, что они выше этого, принялись обсуждать достоинства вице-президента, и каждая сопровождала свои высказывания вздохами. А мужчины брюзжали, осуждая вмешательство много понимающих о себе недоумков в творческий процесс, и их рассуждения сильно отдавали ревностью. Автор вступительного спектакля пробубнил что-то про важничающих кретинов и стал один за другим мять пластиковые стаканчики для кофе. А Даниель Лоуренс, самая близкая подруга Барри, которую она выбрала режиссером своего сериала, не обращая внимания на остальных, с ухмылкой смотрела на нее.
– В чем дело? – резко обратилась к ней Барри.
– Красивый, правда?
– Кто? – Ей показалось, что самое лучшее – это прикинуться дурочкой.
– Кто-кто… Конечно же, этот телевизионный Аттила.
– Не заметила.
Даниель скептически взглянула на нее.
– Женщина, давшая клятву не выходить замуж, пока не найдет идеальной мужской фигуры, не заметила мужчину, которого мог бы изваять Микеланджело? В это трудно поверить.
В глазах Барри загорелся угрожающий огонек.
– В Голливуде пруд пруди режиссеров.
– Но я хороший режиссер, – задорно возразила Даниель. – Я всегда под рукой, обхожусь сравнительно недорого, к тому же знаю все твои плюсы и минусы и люблю тебя, что ты там ни говори. Где ты найдешь лучшего?
Барри вздохнула.
– Если даже ты и права, не могла бы ты на минутку забыть о Майкле Комптоне? Нам нужно еще раз пройтись по первой сцене. Ритм действия никуда не годится.
За спиной Барри раздался возмущенный возглас Хита Доналдсона:
– Как это – никуда не годится? Я писал комедии, когда ты еще под стол пешком ходила! Если бы ты взяла актеров, которые умеют произнести монолог, с ритмом все было бы в порядке.
Барри скосила глаза на Даниель и медленно обернулась. Она обняла за плечи немолодого лысеющего человека, который сердито пыхтел ей в ухо.
– Дорогуша, – проговорила она успокаивающим тоном, – ты написал отличный сценарий. Мы все знаем, что ты один из лучших сценаристов. – И продолжила шепотом: – Ты прав, когда говоришь, что кое-кому из актеров не хватает опыта. Но ты же знаешь, все они очень подходят для своих ролей. Если ты поработаешь с ними и чуть-чуть скорректируешь текст, чтобы им было полегче, все пойдет как по маслу.
Хит замигал, и его побагровевшая было шея постепенно приобрела нормальный цвет. Теперь он уже не походил на человека, которого вот-вот хватит удар. Барри с облегчением перевела дух.
– Ладно, по-моему, можно будет подправить несколько ролей, сделать текст компактнее, – почти умиротворенно произнес он.
– Вот-вот, – с преувеличенным энтузиазмом подхватила Барри. – Я была уверена, что ты сможешь это сделать. Сядьте вместе с Даниель и пройдитесь по первым двум страничкам сценария, а там увидите, что можно сделать.
На протяжении последовавших за этим нескольких часов Барри чувствовала себя пожарным, который должен потушить лесной пожар в целом графстве одним-единственным ведром воды. Кризис наползал на кризис, ничего серьезного, но каждый раз требовалось проявлять массу дипломатии, терпения и спокойствия, которого у нее сегодня вовсе не было. Единственный положительный момент, решила она, потирая пульсирующие виски, – это то, что у нее абсолютно не осталось времени, чтобы нервничать по поводу предстоящего обеда с Майклом Комптоном.
В шесть пятнадцать она отпустила актеров и технический персонал по домам, подправила макияж, несколько раз глубоко вдохнула полной грудью, безуспешно пытаясь снять напряжение, и прошла через студийный блок к находившемуся рядом зданию офиса компании. Ровно в шесть тридцать она предстала перед секретарем Майкла Комптона – седой розовощекой женщиной с небесной голубизны глазами.
Миссис Эмма Лу Хастингс была жизнерадостна и на рабочем месте выглядела так, словно она у себя дома, готовит яблочный соус и командует армией внуков. Очень похоже, что она относится к тому типу женщин, к которым можно прийти за материнским советом, решила Барри, и у нее неожиданно появилось желание присесть рядом с ней и выложить этой незнакомой женщине, что у нее совершенно расшатались нервы из-за того, что она обедает с человеком, у которого в руках ключи к ее будущему, человеком, у которого к тому же такая бесподобная фигура… Интересно, подумала она, что на это ответила бы миссис Хастингс.
Но поскольку Барри не открывала рта, миссис Хастингс сказала только:
– Можете заходить, мисс Макдоналд. Мистер Комптон ждет вас.
Барри двинулась к двери, и тогда секретарша приветливо добавила:
– Не бойтесь, дорогая. Это очень приятный молодой человек.
Вот уж сказала: «очень приятный молодой человек»! Наверное, не знает, что он пригрозил Барри отменить сериал, если она не согласится пообедать с ним. Барри посмотрела в ее круглое доброе лицо с крошечными морщинками в уголках глаз, ободряюще улыбавшихся ей, и не решилась поделиться своими сомнениями.
И вообще, стала она оправдываться перед собой, вы смогли бы сказать матери, что ее сын подонок? Конечно, нет. Так и она не могла сказать миссис Хастингс, что ее, по всей видимости обожаемый, босс – преотвратительнейшее насекомое и занимается шантажом.
Барри заставила себя улыбнуться.
– Спасибо, – произнесла она, поворачивая медную дверную ручку и входя в кабинет Майкла Комптона. Она была бы благодарна любой оттяжке – и тут с радостью увидела, что он разговаривает по телефону. Он поднял на нее глаза, улыбнулся своей чувственной улыбкой и жестом пригласил садиться. Она выбрала самый дальний от его стола стул и уселась, поджав ноги, чтобы спрятать дорожку на колготках, открывавшую полоску бледной кожи от лодыжки до самого подола бежевой льняной юбки. Ну почему она не вспомнила раньше про эту чертову петлю?
Разве теперь выскочишь из кабинета и побежишь в магазин за новыми колготками? Черт бы побрал этого Майкла Комптона! – без всякой логики мысленно обрушилась она на шефа. Это все он виноват. Барри посмотрела в сторону объекта, вызывавшего у нее такое раздражение, и обнаружила, что он не обращает на нее никакого внимания. Он сидел, склонив голову набок, прижимая щекой к плечу телефонную трубку. Если он посидит в этой позе подольше, у него здорово разболится шея, подумала Барри. Она разрывалась между злорадством по этому поводу и еще более странным желанием помассировать мышцы, которые вот-вот сожмутся в болезненный комок. Она поморгала глазами и отвернулась, но ее то и дело снова тянуло поглядеть в его сторону.
Выслушивая своего многословного и, по-видимому, чем-то недовольного собеседника, Майкл размеренно постукивал карандашом по огромному столу красного дерева. Другой рукой он разбирал пачку бумаг, что-то писал на них и раскладывал на две аккуратные стопки. Время от времени он тыкал пальцем в одну из загоравшихся на селекторе кнопок, а потом отдавал приказания. Туда-сюда сновали два помощника, подсовывали ему документы на подпись и, дождавшись, когда он набросает резолюцию, тут же забирали их. Зашел клерк из экспедиции, положил несколько видеокассет возле панели с клавиатурой для телевизионных мониторов и молча удалился. Заскочила миссис Хастингс с несколькими пузатыми папками, водрузила их на край стола и подхватила одну из стопок, которую только что сотворил Комптон. Уходя, она улыбнулась Барри, которая давно уже чувствовала себя Алисой, угодившей в кроличью нору в самом центре Страны Чудес. Никогда в жизни не доводилось ей видеть такого хорошо организованного хаоса. Никогда в жизни она не чувствовала себя такой заброшенной.
– Уже скоро, дорогая, – успокоила ее миссис Хастингс. – Так всегда бывает в конце дня.
Барри посмотрела на свои элегантные золотые часики. Семь пятнадцать. Она ведь предлагала встретиться у нее в студии в семь, но он отказался и настоял, чтобы она пришла к нему в кабинет в шесть тридцать. Он опаздывает уже на сорок пять минут, и, вопреки заверениям миссис Хастингс, нет никаких признаков, что он собирается закругляться.
Барри распалялась все сильнее и уже готовилась к тому, чтобы, насколько позволит эта проклятая дорожка на колготках, величественно подняться и с негодующим видом, протестуя против его деспотического поведения, покинуть кабинет. Но только она собралась подняться, как телефонная трубка со щелчком опустилась на свое место. Он бросил карандаш, перестал перекладывать бумаги, выключил селектор и откинулся на спинку кресла.
Светло-голубая рубашка с его инициалами, вышитыми на манжетах, плотно облегала тело и подчеркивала широкую грудь и сужающийся к талии торс. Галстук у него был спущен, из расстегнутого ворота соблазнительно выглядывала темная курчавая поросль. Глаза, казавшиеся теперь скорее голубыми, чем серыми, смотрели на нее с пониманием. Барри запнулась и перевела взгляд на картины, украшавшие кабинет. Это были модернистские всплески ярких красок.
– Итак, мисс Макдоналд, – проговорил он вкрадчиво, – вам нравится… – и сделал многозначительную паузу, отчего щеки у Барри порозовели, – мой кабинет?
– По-моему, компания переплатила художнику, – язвительно ответила она.
Он ухмыльнулся.
– Такие безапелляционные замечания делать весьма рискованно. Может, это я их выбирал!
– Мне приходилось бывать в этом кабинете и раньше. Картины появились здесь задолго до вас.
– Завидная наблюдательность, – одобрительно отметил он, а потом с усталым вздохом добавил: – Жаль, что не много людей в нашем бизнесе обладают подобным качеством. Вот почему у нас такой дефицит интересных передач.
Глаза Барри разгорелись от возбуждения: можно воспользоваться удобным случаем! Даже Хит Доналдсон не смог бы сочинить для нее лучшей вводной реплики.
– Вот именно этот дефицит я и хочу восполнить своим сериалом! – с энтузиазмом подхватила она. – Я хочу показать типажи и ситуации, которые будут интересны многим. Сейчас отношения между людьми совсем не те, что были во времена, когда шел сериал «Я люблю Люси». Они сейчас намного свободнее, более открыты. Женщины не так зависят от мужчин и сохраняют замужество по собственной воле, а не по необходимости. Сколько сейчас таких семей, как Андерсоны в фильме «Отец знает лучше»? Можно желать, чтобы было побольше, но, как говорится, одного желания здесь мало.
– Значит, вы хотите насильно пичкать зрителей реальностью, в то время как они желают фантазий? – усомнился он.
– Ничего подобного! – с жаром возразила Барри, настолько увлекшись объяснением своего замысла, что в очередной раз проглядела блеснувшую в его глазах лукавинку. – Вы переворачиваете мои слова. У вас «реальность» звучит как ругательство.
Когда Майкл встал и не спеша подошел к ней, у Барри перехватило дыхание и не было сил продолжать – ее охватило странное нарастающее чувство ожидания. Словно ждешь океанского вала, смотришь, как он вздымается вверх, до самой высшей точки, чтобы потом стремительно обрушиться вниз. В этот момент знаешь, что должно произойти нечто невероятное, но что именно – не представляешь. Умопомрачительная фигура Майкла возвышалась над нею, ее тело впитывало исходящие от него импульсы, и низ живота наполнялся приятным теплом и тянущей болью. Барри не могла оторваться от его глаз, зачарованная предчувствием.
– Вообще говоря, мисс Макдоналд, реальность мне нравится, – мягко сказал он, и бархатный его тон подействовал на нее как теплое бренди – и успокоил, и опьянил. – По правде говоря, с каждой минутой она мне нравится все больше.
Его озорная, во весь рот улыбка вызвала у нее сильное желание ответить порезче. Этот человек, наверное, смог бы уговорить даже святого Петра впустить его в рай! Чего можно добиться от него в этой ситуации? – в отчаянии думала она. Она пришла сюда для серьезного разговора, ей надо спасти свой сериал. И вот на тебе – растаяла, как кусок сливочного масла на припеке. Абсолютная бесхребетность!
– Мистер Комптон, вы говорили, что хотите обсудить «Снова до свиданья» во время обеда.
– Я и хочу.
– Что же дальше?
– Обед сейчас будет.
Барри опешила.
– Здесь?
– А почему нет? Здесь спокойнее, чем в ресторане, и, если не считать дурацкой живописи, атмосфера неплохая.
И к тому же совершенно интимная! – хотелось выкрикнуть Барри.
Ну и что? – не согласился с ней внутренний голос. Интимность может быть опасной только при условии, если ты ее допустишь сама. И вообще, он абсолютно ничего не сделал такого, чтобы можно было утверждать, будто он хочет соблазнить тебя. Это ты сама придумала, из-за того, что его бездушные высказывания о твоем сериале противоречили его улыбке. Такой мягкой, такой чувственной, что у тебя сердечко затрепыхалось.
О'кей. Значит, придется прогнать эту мысль из головы.
Верно. Самое худшее, что может случиться, – это если он начнет ухаживать за тобой, а ты подашь на него в суд за приставания.
Нет, поправилась она, самое худшее, что может произойти, – это если он начнет ухаживать, а ты ответишь взаимностью.
Она собралась с духом и решила во что бы то ни стало воспротивиться такой удручающе возможной перспективе.
– Ну что же, здесь, так здесь, – с беспечным видом сказала она, снимая очки. Может быть, если она перестанет видеть этого мужчину, его притягательность ослабеет. Да, но тогда она не разглядит и первых признаков задуманного совращения. Барри снова надела очки, и как раз вовремя, чтобы увидеть официанта, вкатывающего в комнату сервировочный столик, уставленный серебряной посудой.
Быстрее даже, чем она обычно обшаривает свой практически пустой холодильник, официант накрыл журнальный столик безупречно белой льняной скатертью, украсил ее маленькими орхидеями, зажег несколько тонких свечей и поставил два прибора из массивного серебра и английского фарфора. Барри знала, что этот фарфор – один из самых дорогих, какие имеются в продаже.
– Надеюсь, вы заказывали не из столовой для служащих, – сухо заметила она.
Он улыбнулся в ответ:
– Погодите, не торопитесь с выводами, пока не увидите, чем нас накормят, мисс Макдоналд. Разве Голливуд не славится тем, что создает атмосферу, пренебрегая содержанием? Может, придется удовольствоваться засохшим сандвичем.
– Вы не кажетесь мне человеком, которому доставит удовольствие подобное. Для вас это слишком дешево.
– Ой, смотрите! Острый язычок не доведет вас до добра.
– Он же меня и выручит.
– Раньше, возможно, выручал, – насмешливо произнес он. – Потому что не приходилось сталкиваться с таким человеком, как я.
– Откуда вы знаете?
– Я особенный, – подмигнул он ей и, сделав глоток вина, одобрительно кивнул официанту: – Вино отличное, Генри.
– Bon appetit, monsieur.
– Merci.
Официант любезно поклонился Барри и тотчас удалился вместе со своим столиком.
– Ну что же, мисс Макдоналд, – обратился Майкл к Барри, придерживая для нее стул, – прошу вас.
Барри села к столу и убедилась в том, что обед был продуман со знанием дела, великолепно приготовлен и совершенно очевидно не имел никакого отношения к служебной столовой. Для начала они отведали пате, а закончили свежей клубникой с густыми девонскими сливками, и каждое блюдо было восхитительным.
Завязалась на удивление непринужденная, остроумная беседа. По правде говоря, Барри несколько раз чувствовала себя участницей стремительно развертывающейся передачи, построенной на пикировке двух в высшей степени острых на язык персонажей. Ей еще не приходилось встречать человека, который с такой легкостью парировал ее колкости, заставлял переходить в оборону и, позволяя чувствовать себя женщиной, одновременно держался с ней на равных. Именно такие отношения она хотела воссоздать в своей передаче: прямые, разумные, полные жизни и взаимно возбуждающие. Да, да, подумала она и невольно вздохнула. Возбуждающие.
Когда обед подошел к концу и Барри с удовольствием доедала клубнику, слизывая сливки с ягод, перед тем как отправить их в рот, она заметила, что Майкл как зачарованный смотрит на ее губы. У него блеснули глаза, и он, неосознанно повторяя ее движения, облизнул губы. Несомненная чувственность его реакции поразила ее, голова кружилась от прекрасного вина и внезапного осознания того, что она волнует его гак же, как он ее, и Барри совершенно непроизвольно продлила момент, неторопливо откусывая сочную ягоду. Майкл тяжело задышал и в конце концов отвел взгляд в сторону.
Боже мой, что я делаю? – пронеслось у нее в голове, и она проглотила ягоду. Ведь она заигрывает с Майклом Комптоном, побуждая его увидеть в ней женщину. Он совершенно не походит на человека, который может спасовать в подобной ситуации, а ведь она сама дает ему повод, не воспользоваться которым просто невозможно. Сумасшедшая!
– Так вот, возвращаясь к «Снова до свиданья», – с противной дрожью в голосе начала она. Вот черт! Училась, училась актерскому мастерству, а справиться с нервами не может.
– Отчего бы нам не присесть и не поговорить об этом? – любезно предложил он, подводя ее к дивану и садясь рядом, чуть ли не вплотную.
Барри внимательно посмотрела на него и не задумываясь бухнула первое, что пришло в голову:
– Значит, мы подошли к тому месту в вашей роли, когда вы говорите, что пойдете мне навстречу, если и я пойду вам навстречу? – Она сумела выдержать легкий, насмешливый тон, хотя кровь бешено стучала в висках. От злости? Или от предчувствия? Этого она совершенно не могла понять. Но самое противное – ее намек, кажется, позабавил его.
– Нет. Это то место, где я говорю вам, что произойдет с вашим сериалом.
– И?
– И вы говорите мне, что вы профессионал и сумеете внести те изменения, которых я требую.
«Изменения»? «Требую»? Она нисколько не сомневалась, что он нарочно выбрал именно эти слова, чтобы поиграть на ее нервах. Ну что же, она не такая уж гордая, чтобы не признаться самой себе, что ему это удалось. Для него же она надела невозмутимо-спокойную маску и негромко поинтересовалась:
– Что вы имеете в виду?
– Ну хотя бы то, что на днях я просматривал осеннее расписание передач и мне показалось, что ваш сериал на фоне других выглядит бледнее, чем хотелось бы. Чтобы сделать его эффективнее, я хочу его передвинуть.
Барри не спускала с него настороженных глаз, ожидая, что будет дальше.
– По-моему, он отлично впишется в субботний восьмичасовой отрезок.
В мгновение ока от ее напускного спокойствия не осталось и следа. Все еще не веря своим ушам, она взорвалась:
– Майкл… Я хочу сказать, мистер Комптон. Нет! Вы этого не можете сделать!
– Могу, – как ни в чем не бывало произнес он.
Ну конечно, может. Она набрала побольше воздуха и решила воздействовать на его логику.
– Я не совсем уверена, что вы понимаете, какой это риск. Вы можете погубить весь замысел. Эта программа предназначается для людей среднего возраста, которые не смотрят телевидение в восемь часов вечера в субботу. В это время перед телевизором сидят ребятишки.
– Совершенно верно. Но спорю, что, если все сделать как следует, можно заставить и взрослых не сразу убегать из дому в субботу вечером. Если, конечно, сделать все как следует, – подчеркивая каждое слово, повторил он, точно бросая ей перчатку, – они будут смотреть наш сериал и не уйдут. – Майкл помолчал, чтобы она хорошенько прониклась сказанным, и многозначительно добавил: – Смотрели же они по субботам вечером Мери Тайлер Мур.
Мери Тайлер Мур, еще бы! Но даже ее не стали повторять по вечерам в субботу. В глазах у Барри сверкнули искорки, как от разгоревшегося костра.
– Вы бросаете мне вызов? Он ухмыльнулся.
– Конечно. Полагаете, справитесь? – мягко спросил он, а глаза его задавали вопрос совсем о другом – о том, что испокон веков волнует мужчину и женщину и что возникло между ними с того момента, когда они увидели друг друга.
Мужской палец с превосходно отполированным ногтем потянулся к дорожке на ее колготках и медленно пробежал по ней от щиколотки до колена.
У Барри перехватило дыхание.
– И вот теперь мы переходим к тому моменту, где вы просите меня пойти навстречу, – пробормотала она, стараясь загасить жар, охвативший ее при этом прикосновении. Он покачал головой.
– Не все в нашем бизнесе сводится к сексу. Она покосилась на его руку, которая все еще легонько, волнующе дотрагивалась до ее ноги.
– Хотела бы я знать, откуда у меня взялась мысль, что все-таки сводится?
Он усмехнулся и убрал руку.
– Ах, Барри Макдоналд, ты мне очень нравишься, я и не отрицаю этого. С той самой минуты, как увидел тебя сегодня в студии. У нас так много общего, и мне кажется, нам было бы очень хорошо вместе.
Он остановился, чтобы дать ей осмыслить его слова. Барри перевела дыхание, вытерла губы и, притихшая, стала ждать, что будет дальше. Она не смогла бы выдавить из себя ни одного осмысленного слова, даже если бы от этого зависела ее жизнь.
– Но я не попрошу у тебя ничего, если ты сама не захочешь, – пообещал он таким хриплым голосом, что ей стало больно. – И это никогда не будет иметь отношения к твоему сериалу.
Он опять замолчал, его голубовато-серые глаза смотрели прямо в ее глаза. Прошло несколько долгих секунд, Барри слышала каждый удар своего колотящегося сердца.
– Ты мне веришь? – тихо спросил он.
Все так внезапно! Сердце ее отчаянно колотилось, а по всему телу разливался огонь, зажигая ей кровь. Она верила. Она знала, что может ему доверять. Точно так же, как знала с абсолютной уверенностью, что лучше провалится сквозь землю, чем сделает ему предложение, ждать которого он только что пообещал.
– Кажется, мне лучше уйти, – твердо заявила она.
– Останьтесь.
Она покачала головой:
– Не могу.
– Не можете? Или не хотите?
– Какая разница? Я ухожу.
– О'кей, леди-продюсер, – не повышая голоса, произнес он, и Барри поразило, что в его тоне не было ни обиды, ни капитуляции. – Если вы должны так поступить. Мы еще увидимся.
– Не сомневаюсь, – сухо буркнула Барри. – Думаю, что вы опять захотите, чтобы в сериале появилась эта ваша овчарка.
– Ну, уж коль вы сами заговорили о ней…
– Забудь об этом, парень! – со всей решимостью оборвала она его. Но не могла спрятать улыбки, растянувшей уголки ее рта и смягчившей грубоватую фразу. – Хит Доналдсон подскочит до потолка, как только услышит об изменении времени. А если я еще скажу, чтобы он вставил овчарку, – только мы его и видели.
– В таком случае на собаке не настаиваю… пока, – проговорил он, и глаза у него ласково затуманились, как бывает у мужчин, когда им хочется поцеловать женщину.
– До свидания, мистер Комптон, – твердо сказала Барри и выскользнула из-под склоняющейся к ней головы.
– Спокойной ночи, Барри Макдоналд, – произнес он негромко и с нескрываемым удовольствием.
Направляясь к лифту, Барри попыталась представить, каково это – когда подобные, ничего, в сущности, не значащие, обыкновенные слова шепчут тебе на ухо, перед тем как ты заснешь. Скорее всего, чудесно! Она нажала кнопку «вниз» и устало прислонилась к стене, ожидая, пока подойдет кабина.
Макдоналд, ты сошла с ума. Точно, спятила! Того гляди втюришься в этого типа.
Она покачала головой. Втюришься?! Не то слово, уже втюрилась, да по самую маковку!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Только не в восемь, дорогой - Вудс Шерил

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13

Ваши комментарии
к роману Только не в восемь, дорогой - Вудс Шерил



Хороший роман! герои-загляденье одно
Только не в восемь, дорогой - Вудс ШерилВика
3.03.2012, 20.11





отлично, редко встретишь чтоб герои были так достойны друг друга
Только не в восемь, дорогой - Вудс Шерилнаталья
7.07.2012, 18.55





роман хороший,только название не о чем
Только не в восемь, дорогой - Вудс ШерилМарго
10.08.2012, 11.12





Роман интересный, но с работой надо было написать более определеннее.
Только не в восемь, дорогой - Вудс ШерилЛюдмила
11.09.2013, 18.00





На мой взгляд сумбурно. Вообще почитать можно, но что-то все равно мешает.
Только не в восемь, дорогой - Вудс ШерилКристина
6.01.2014, 12.15








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100