Читать онлайн Где ты, мой незнакомец?, автора - Вудивисс Кэтлин, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Где ты, мой незнакомец? - Вудивисс Кэтлин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.47 (Голосов: 68)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Где ты, мой незнакомец? - Вудивисс Кэтлин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Где ты, мой незнакомец? - Вудивисс Кэтлин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Вудивисс Кэтлин

Где ты, мой незнакомец?

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 12

Команда «Речной ведьмы» старательно собирала мусор, оставленный на берегу приливом. Покончив с этим, они вбили в песок колышки, поставили столбы, а потом устроили нечто вроде платформы дюймах в восемнадцати над землей. Поверх натянули огромный полотняный навес. Он рос прямо на глазах, словно чудовищный гриб, пока взбешенному Малькольму не пришло в голову, что под ним, пожалуй, свободно уместится гарем какого-нибудь восточного шейха. К счастью, он так и не узнал, что его предположение было недалеко от истины — ведь Эштон и в самом деле получил этот шатер в подарок от человека, который вел торговлю с бедуинами и которого Эштон когда-то выручил из одного довольно-таки неприятного дела. Шатер лежал у него без дела уже несколько лет, и Эштон уже отчаялся найти ему применение. Но теперь ему пришло в голову, что этот шатер — не что иное, как настоящий подарок судьбы. Ведь на Малькольма его великолепие подействует, как соль на свежую рану.
Он не ошибся — Малькольм наблюдал за ходом работ с крыльца и на этот раз не Роберт, а он сам то и дело прикладывался к фляге, в которой плескалось виски. Бросив предостерегающий взгляд на Ленору и ее отца, когда те присоединились к нему на крыльце, явно рассчитывая на то, что они не смогут удержаться от комментариев, а это дало бы ему долгожданный повод сорвать на ком-то душившую его злобу. Но они предпочли благоразумно промолчать.
Шло время, и небольшая бухточка приобретала все более уютный и жилой вид. К первой группе матросов уже присоединилась и вся остальная команда. Шлюпки сновали у берега, то и дело подвозя что-то с корабля или даже из города. Вместе с роскошными восточными коврами привезли и великолепную мебель, огромное зеркало и личные вещи Эштона. И даже ванну! Когда фургон доставил ее из города, Леноре только с большим трудом удалось подавить смешок при виде вытянувшегося от изумления лица Малькольма. Внезапно оно потемнело, муж просто задыхался, кипя от ярости. Ей даже показалось, что у него вот-вот из ушей повалит дым.
Неподалеку от первого шатра вскоре поднялся другой, поменьше — для юнги, Хикори и лошадей. Чернокожий кучер прибыл незадолго до полудня, кроме экипажа, на берегу появились еще два тяжело груженых фургона. Один был доверху забит сеном, в другом были доски, чтобы соорудить временный загон для лошадей. Проезжая мимо дома, Хикори растянул рот в широченной усмешке, так что засверкали белоснежные зубы. Малькольм, конечно, заметил это, и чуть не лопнул от возмущения.
— Нельзя же позволить, чтобы этот чернокожий ниггер поселился у нас на голове! — кипятился он. — Да он нас зарежет во сне!
Изумрудно-зеленые глаза остановились на нем с откровенным презрением, мягко очерченные полные губы медленно изогнулись в неожиданно теплой улыбке.
— Поверьте мне, Малькольм, честнее Хикори я еще не видела человека! Вам нечего его бояться.
Малькольм недовольно отмахнулся от ее слов.
— Скорее всего, он ничуть не лучше всех этих головорезов, что Уингейт набирает в свою команду. Нет такого преступления, на которое они не могли бы решиться. Шерифу Коти следовало бы принять какие-то меры, чтобы избавиться от этих подонков, пока еще не поздно. Нам следовало бы выставить караул на берегу, на то время, пока эти люди — он кивком указал на «Речную ведьму», а потом — в сторону огромного шатра, — и этот идиот Уингейт все еще здесь. Пусть приглядывают за тобой.
Ленора могла отчетливо представить, как за ней будут «приглядывать» пока Эштон так близко. Если бы она так не расстроилась, то, вполне возможно, постаралась бы выдавить смешок, хотя бы для того, чтобы позлить Малькольма.
— Надеюсь, вас это не слишком затруднит.
— Как бы то ни было, мадам, дело того стоит, — откликнулся он, делая вид, что не заметил в ее словах скрытой насмешки. — Вы — словно бесценная жемчужина! Я не могу подвергать вас ни малейшему риску. — А про себя подумал, как она свежа и прелестна в этот миг — в очаровательном платье цвета чайной розы, отделанным вышитым кружевом, особенно, когда щеки ее покрыты нежным румянцем. Последнее встревожило его — и он не преминул бы обвинить ее в том, что она принарядилась специально для того, другого, если бы не успел убедиться, что Ленора всегда одевалась с безупречным вкусом. Похоже, она всегда точно знала, что из нарядов выбрать, чтобы оттенить свою красоту. Но вот до появления Эштона он ни разу не видел, чтобы на ее щеки так нежно розовели.
— Похоже, мадам, вам стало лучше, — сухо заметил он.
Ленора едва удержалась, чтобы не ответить, что не появись Эштон вовремя сегодня утром и не заступись он за нее, и она, скорее всего, чувствовала бы себя много хуже, чем сейчас. Но вместо этого она лишь обольстительно улыбнулась ему.
— Благодарю вас, Малькольм. Мне и в самом деле лучше. Намного лучше, чем раньше.
Она еще успела заметить, какая ненависть сверкнула в его глазах прежде, чем опустились тяжелые веки, скрыв полыхнувшее в них пламя. В эту минуту Сомертон отвлек внимание Малькольма, указав стаканом на трудившуюся неподалеку команду.
— Похоже, Уингейт устраивается надолго.
Ленора облокотилась на перила, наблюдая, как Эштон отдает приказания матросам, как они выгружают аккуратно выкопанные с землей кусты, в то время, как остальные высаживают их возле шатра. Дубовые бочки, распиленные пополам, использовались как кадки для растений побольше. Вся эта зелень поражала своим разнообразием. Из досок соорудили нечто, напоминавшее внутренний дворик и по его периметру посадили кустики поменьше, которые издалека очень напоминали цветущий жасмин, сплошь усеянный крохотными бутонами. Прямо на глазах у зрителей участок песчаного берега превратился в цветущий сад. Вскоре посредине поставили стол со стульями и декорации были готовы.
Под палящими лучами солнца большинство матросов расстегнули рубахи и, сбросив башмаки, подвернули брюки до колен. На их фоне Эштон в своих желтовато-коричневых бриджах для верховой езды, низко надвинутой широкополой шляпе и расстегнутой на груди рубашке с широкими рукавами казался настоящим принцем среди толпы оборванцев. Он все это время не имел ни минуты отдыха, отдавая приказы своим людям, всем помогая и за всем приглядывая. То и дело к нему подбегали с вопросами, он был нужен везде и к тому времени, когда солнце стало клониться к закату, на берегу океана вырос великолепный шатер, от которого не отказался бы даже восточный владыка. Любому было бы ясно с первого взгляда, что Эштон твердо намерен остаться здесь столько, сколько потребуется.
Постепенно сгущавшийся мрак как нельзя более соответствовал унылому настроению Малькольма. Стоило Леноре переступить порог гостиной, где уже сидели мужчины, как она тут же заметила это. Супруг ее понурился, словно напроказивший ребенок, и дулся в углу возле буфета, подливая себе в стакан едва ли не чаще, чем его тесть. Он то и дело выходил на веранду и долго стоял, вглядываясь в темноту, где сверкание огней указывало на шатер его врага. Но мало-помалу винные пары сделали свое дело, и его настроение немного улучшилось. Наконец он хрипло расхохотался, нарушив тревожную тишину, давно царившую в гостиной.
— Ну, можно порадоваться хотя бы тому, что сегодня вечером этот мерзавец будет в одиночку наслаждаться ужином в этом своем роскошном шатре!
Роберт был еще не настолько пьян, чтобы не оценить остроумие зятя, и поспешил добавить несколько слов от себя:
— Угу, к тому же достаточно налететь свежему ветру и всю эту роскошь сдует ему на голову!
При одной мысли о том, каково будет ненавистному Уингейту в случае, если так и случится, эти двое, казалось, почувствовали себя много лучше. Идиотские шуточки, в которых они изощрялись наперегонки, Леноре показались просто возмутительными, и она изо всех сил старалась делать вид, что ничего не слышит. Увы, это оказалось не так легко, даже когда они оба отправились на веранду подышать свежим воздухом.
— Вот те на! — Через приоткрытые двери до нее долетел приглушенный голос Роберта, в котором звучало пьяное изумление. — Что там за волненье на этом корабле? Иль это отступленье? Или мерзавец наш новой тешится игрой?
Эти бессмысленные строки весьма мало напоминали Шекспира. Но этого оказалось достаточно, чтобы Ленора, движимая любопытством, вскочила на ноги. Прихватив свой бокал с шерри, она выбежала на крыльцо, откуда открывался прекрасный вид на берег. Она отошла подальше от мужчин, Ленора остановилась у перил и повернулась к океану.
Темное пятно на поверхности океана указывало, где стояла «Речная ведьма». Вдруг от нее отвалил легкий катерок и, подгоняемый приливом, легко полетел к берегу, пересек лунную дорожку и направился к тому месту, где огоньки указывали на лагерь Эштона. По мере того, как катерок приближался к берегу, ее слуха коснулся мерный скрип уключин. Гребли двое. Через несколько минут лодка врезалась носом в песок и выпрыгнувшие на берег мужчины вытащили ее на берег. Двое слуг, одетых в белоснежную форму, достали откуда-то из носовой части тяжело нагруженный серебряной посудой поднос и заторопились с ним ко входу в палатку. Принявшись за работу, они мигом зажгли фонари по углам шатра так, что, к величайшему удивлению Малькольма, там стало светло как днем. Поверх стола легла ослепительно-белая скатерть, и вскоре на ней засверкала посуда. Ничего не было забыто, приборы, бокалы, даже серебряный канделябр — словом, готовился настоящий ужин на двоих. Все сгорали от любопытства — кто же будет гостем на этом пиршестве. Затаив дыхание, они ждали, и Ленора в том числе.
В благоуханном ночном воздухе поплыли нежные звуки виолончели, и все затаили дыхание. Ленора сделала равнодушное лицо — она заметила краем глаза, что Малькольм следит за ней, и глаза его пылают злобой. Мелодия вдруг оборвалась, и через мгновение волшебные звуки полились с новой силой. Ленора узнала их любимую пьесу. Малькольм, будто загнанный зверь, заметался по веранде, и вдруг замер, уставившись туда, где ярко сияли огни. Склонившись вперед, Ленора забыла обо всем. Она позволила музыке унести ее далеко-далеко, в Белль Шен, где она был когда-то так счастлива. Ее сердце сладко замерло, и она погрузилась в мечты, пока возвращение Малькольма не вернуло ее с небес на землю.
Он раздраженно взглянул на Сомертона, и губы его презрительно скривились.
— Неужто можно слушать этот вой? Словно бродячая кошка угодила в капкан! И можно догадаться, каким местом!
Роберт сделал большой глоток.
— Да нет, парень, не угадал. Просто они вместо струн на скрипку натянули овечьи кишки. Вот и пиликают.
— Это не скрипка, — отрезала Ленора, вне себя от их скудоумных острот.
Отец изумленно уставился на нее.
— Что-то у тебя не в порядке с чувством юмора, девочка моя. Ты разучилась понимать шутки?
— Похоже, этот воющий и мяукающий под окнами котяра сводит ее с ума! — огрызнулся Малькольм. — У нее прямо пятки чешутся бежать к нему!
А почему бы и нет?! Ни слова не сорвалось с ее губ, но резкий ответ повис у нее на языке. Да она была бы счастлива сменить идиотские остроты своих собеседников на любовь и внимание, по которым она изголодалась и которыми ее окружил бы Эштон.
Слуга подошел к откинутому пологу в шатер и что-то негромко сказал. Музыка оборвалась и Ленора невольно задержала дыхание, когда на пороге появился Эштон, совершенно один. Он был дьявольски красив. Помедлив перед цветущим кустом жасмина, он сорвал усыпанную белыми бутонами ветку и положил ее на одну из тарелок. Усевшись напротив, Эштон ждал, пока слуга наполнит его бокал. Потом, попробовав вино, одобрительно кивнул и обед, настоящий парадный обед начался. Второй прибор по-прежнему стоял напротив Эштона. И, наконец, Ленора поняла, что означает ветка жасмина, лежащая на тарелке. Это было приглашение — Ленора она или Лирин, неважно, он давал ей понять, что ждет ее.
Намек Эштона дошел, наконец, и до Малькольма и он повернулся к ней, кипя от злости. Но она, не дрогнув, встретила его сверкающий взгляд, только мягко улыбнулась в ответ. Однако, когда Меган подошла к дверям сообщить, что кушать подано, Ленора про себя вознесла краткую благодарственную молитву небесам, что они избавили ее от очередного выяснения отношений. И все время, что длился обед, она будто купалась в волнах той любви, что была так близко, не обращая ни малейшего внимания на хмурую физиономию Роберта и полные ненависти взгляды, что кидал на нее Малькольм.
На следующий день Ленора велела Меган извиниться и сообщить, что она не спустится в гостиную, предпочитая подольше понежиться в постели, перебирая в памяти вчерашний вечер. Похоже, это было ясно и Малькольму, но не слишком его обрадовало. Не прошло и нескольких минут, и Ленора услышала, как он в бешенстве выскочил из дому, велев Роберту быть начеку, чтобы не дать влюбленным встретиться, пока его не будет. Леноре следовало при этом оставаться в доме, а Эштону — в своей палатке. Но, несмотря на разделявшее их расстояние, душой они были вместе. Стоило Леноре выйти на веранду, чтобы полюбоваться свежестью раннего утра, как полог резко откинулся и почти одновременно с ней из шатра появился Эштон. Он успел только бросить взгляд в сторону дома, и она обернулась к нему. Одно долгое мгновение они, казалось, позабыли обо всем. Даже на расстоянии Ленора чувствовала его любящий взгляд, и сама восторженно любовалась им. На нем были только тесные плавки, которые обтягивали бедра, ничуть не скрывая при этом его великолепной мужественности. Ленора почувствовала, как жаром опалило его щеки — ведь он стоял перед ней, обнаженный, с бронзовой от загара кожей, красивый, как Аполлон. А то, что она не могла видеть на расстоянии, услужливо дополнила ее память. Солнечные лучи играли на тяжелых, выпуклых мышцах его груди. Она припомнила, как золотились на солнце курчавые волосы, узкой полоской сбегая вниз по плоскому и твердому животу. У него были длинные, мускулистые, стройные ноги, такие же загорелые, как и все его тело.
В ней словно стала медленно раскручиваться тугая пружина желаний и чувств, которые так долго были подавлены, и вот сейчас она снова почувствовала, как кровь бешено заструилась по жилам. Ленора гадала, испытывает ли он нечто подобное. Она увидела, как Эштон снял со спинки стула большое полотенце, перекинул его через плечо и направился к берегу, где волны океана лениво и шумно плескались о берег. Уронив полотенце у самой воды, он шагнул в воду, прыгнул и поплыл. Его руки с силой рассекали воду, но Ленора заметила, что Эштон плывет, не глядя. Она понимала его, чувствовала кипевшее в нем напряжение. Но он хотя бы мог дать ему выход. А у Леноры мучительно болело все тело, и она могла только мечтать о том, чтобы хоть как-то дать выход своим чувствам. Увы, для нее оставался только один путь — как и раньше, подавлять огонь желания, бушевавший в ее крови, и надеяться, что со временем она сможет принять Малькольма, как когда-то приняла Эштона.
Ленора машинально потерла лоб, словно надеясь постепенно разрушить стену, укрывавшую ее память, и отыскать то, что она скрывала. Если бы только ей удалось найти в ней местечко для Эштона, какое-то пусть мимолетное, но дорогое воспоминание. Но она давно уже поняла, что все это напрасно. Он был частью ее настоящей жизни, а прошлом для него не было места.
Солнце стояло уже высоко, и жар волнами накатывался на землю. У нее закружилась голова, и вдруг в сознании медленно возникло видение. Она увидела себя где-то далеко на берегу океана. Так же ярко светило солнце. Девочка с пышными волосами цвета осенней листвы строила для своей куклы дворец из песка. Это была она. Или Лирин? Она не могла заглянуть дальше, будто смотрела в прошлое сквозь узкий тоннель, но она была уверена, что бегала и играла с другой девочкой, которая была очень похожа на нее. Девочки хохотали, гоняясь друг за другом почти у самой воды. Им было лет по шесть или чуть больше. Тут вдруг их окликнул женский голос:
— Ленора?
Маленькая девочка повернулась и прищурилась от солнца.
— Лирин?
Ей показалось, что она тоже прищурилась, чтобы солнце не било в глаза, и в этот момент увидела женщину, стоявшую на пригорке. Почему-то она твердо знала, что ее звали Нанни. Позади нее стоял величественный особняк.
— Ну-ка вы двое, бегом домой, — скомандовала краснощекая женщина. — Уже скоро полдень. Пора перекусить, а потом вздремнуть часок, пока не вернулся ваш отец.
Перед глазами вдруг побежала небольшая рябь, видение задрожало и поблекло. Ленора растерянно заморгала, когда перед ней вновь неумолимо встала действительность. Ей стало как-то не по себе от того, что она только что увидела. Было ли это на самом деле? Или она просто вообразила себе все это, повинуясь безотчетному желанию воссоздать свое прошлое? Если бы только та, другая девочка успела отозваться …
Расхаживая из угла в угол, она безуспешно старалась вспомнить что-то еще. Хоть крошечный кусочек прошлого. Что-нибудь, что могло бы дать ей ключ к ее собственной дремлющей памяти. То, что поможет узнать, кто же она на самом деле!
— Ленора!
Окрик заставил ее очнуться, она резко вздрогнула и обернулась. По спине у нее побежали мурашки, и Ленора уныло поняла, что мрачная реальность никуда не исчезла. Наоборот, она неумолимо приближалась к ней в виде элегантно одетого пожилого мужчины, который спешил к ней. Щеки Роберта Сомертона были покрыты багровыми пятнами. Весь его вид говорил о том, что старик вне себя.
— Послушай, девочка, ты не должна стоять тут в одном пеньюаре. Ведь тебя могут увидеть, — пропыхтел он недовольно, бросив косой взгляд на ее легкое одеяние. — Беги, оденься, пока беды не случилось!
Ленора уже открыла было рот, чтобы возразить, как вдруг заметила, что его глаза лихорадочно обшаривают берег. Любопытство сразу проснулось в ней, и Ленора обернулась, чтобы посмотреть, что же так встревожило его. И глаза ее сразу же остановились на Эштоне, который в эту минуту выходил из воды. Если он и раньше выглядел, как молодой бог, то сейчас, с намокшими волосами, прилипшими кольцами ко лбу, с блестевшими на бронзовой коже каплями воды он был дьявольски хорош собой. Леноре не нужно было объяснять, что так взбесило отца. Мокрые плавки Эштона туго обтянули тело и слегка спустились, едва прикрывая его.
— Ну, похоже, у этого человека нет ни капли стыда, — кипятился Роберт. — Подумать только! Что за безобразие — расхаживает перед тобой, можно сказать, почти нагишом! Да за кого он тебя принимает, черт возьми?! За дешевую потаскушку?! Разве это зрелище для леди?
Ленора с трудом спрятала улыбку прежде, чем уйти. Но напоследок она украдкой бросила последний, полный восхищения взгляд из-под длинных ресниц в сторону высокого, мускулистого мужчины. После этого молча повернулась и ушла к себе.
Но собственнические инстинкты Роберта Сомертона были жестоко оскорблены и он кубарем скатился вниз по лестнице, собираясь хорошенько отчитать бесстыжего мерзавца. Одно дело — когда можно полюбоваться женскими прелестями в соответствующих заведениях, и совсем другое, когда мужчина выставляет себя напоказ подобным образом перед порядочной женщиной. Да к тому же еще перед такой красавицей! Нет, это уж слишком!
Свирепо подкрутив кверху усы, Роберт поспешил вперед, чтобы перехватить бессовестного негодяя, который в этот самый момент неторопливо направлялся к своему шатру.
— Эй, вы там! Мне надо с вами поговорить! — крикнул он, стараясь привлечь внимание молодого человека. Тот повернулся и, недоуменно подняв брови, стал ждать его приближения. Остановившись перед ним, оскорбленный Сомертон поднял палец и свирепо помахал им перед носом ошеломленного Эштона. — Как вам не стыдно показываться в таком виде, к тому же прямо перед моей дочерью?! Осмелюсь напомнить вам, сэр, что моя дочь — порядочная женщина!
— Я это знаю, — приятно улыбаясь, кивнул Эштон. От такой неожиданности старик немного опешил.
Немного помешкав, он вновь ринулся в атаку.
— Так вот что я вам скажу, сэр — вы не джентльмен! — Старик возмущенно ткнул пальцем в Эштона. — Вы только посмотрите на себя! Ведь на вас же почти ничего нет! А вы расхаживаете тут перед моей дочерью!
— Но ведь она замужем, — с терпеливой улыбкой отозвался Эштон.
— Но не за вами, — взвизгнул Роберт, воспользовавшись его словами, как предлогом. — И каких еще доказательств вам от нас нужно?
— От вас или Малькольма — никаких, — отрезал Эштон и двинулся дальше, на ходу вытирая полотенцем мокрые волосы. Он шагал широко, и было очень забавно наблюдать, как старик, стараясь не отставать, чуть ли не бежал за ним вдогонку. Несмотря на то, что они уже были чуть ли не в двух шагах от шатра, к тому моменту, как они вошли, лицо Роберта побагровело до синевы. Он не нашел в себе сил отказаться, когда Эштон любезно предложил ему прохладительного. С облегчением сбросив пиджак, он ослабил галстук и, рухнув в кресло, принялся с благодарностью потягивать ледяной напиток. Хозяин, извинившись, вышел, а Роберт с любопытством осмотрелся по сторонам. Он быстро подметил сообразительность этого человека, который догадался разбить шатер прямо у подножия огромного, развесистого дерева. Благодаря этому даже в такую жару, как сейчас, внутри царила блаженная прохлада. Удивляясь про себя предусмотрительности молодого человека, он успел выпить почти весь стакан. И тут, наконец, вернулся Эштон. На этот раз он был полностью одет.
— А вы здесь неплохо устроились, — пробурчал Сомертон, обводя рукой все вокруг. — Можно подумать, что заранее готовились к чему-то подобному.
Несколько удивленный такой неожиданной любезностью, Эштон уставился на старика. Гнев Сомертона постепенно куда-то исчез и он почти благодушно озирался по сторонам. Скорее всего, это было вызвано благотворным воздействием ледяного мятного жулепа
type="note" l:href="#FbAutId_3">[3]
. Поэтому Эштон с искренней готовностью подлил старику, стоило тому только открыть рот.
— И я когда-то был молодым, — продолжал Роберт. Немного помешкав, он одним глотком опорожнил бокал и протянул его Эштону. — В свое время я вскружил немало женских головок. Может быть, и не так сильно, как вы той бедняжке, что осталась там, — Он кивком указал на дом. — Она совсем одурела, а Малькольм, дурак, вбил себе в голову, что заставит ее вновь влюбиться в него.
— А она и в самом деле любила его? — В голосе Эштона слышалась чуть заметная ирония, но старик уже был навеселе и ничего не заметил.
— Малькольм говорит, что любила…до того, как потеряла память, — Роберт задумчиво потер подбородок. — Иногда я невольно думаю, чем это кончится. Она и в самом деле славная девочка. Немного вспыльчивая иногда, это да. Однажды даже попыталась за меня заступиться, когда Малькольм принялся скандалить, что я чересчур много выпил.
Эштон слабо улыбнулся, что-то вспомнив.
— Да, это на нее похоже.
— Верно. А я вот, представьте себе, сидел и молча слушал, как Малькольм поносил меня. Но потом моя девочка заставила его прикусить язык. — Роберт опять погладил подбородок и на некоторое время погрузился в задумчивое молчание. — Она заслуживает лучшего отца, чем имеет, — сказал он и покивал головой, словно подтверждая свои слова. — И, может быть…может быть, и лучшего мужа, чем Малькольм.
Брови Эштона удивленно взлетели вверх.
— Я, безусловно, согласен с этим. Конечно, если он и в самом деле ее муж, в чем я лично очень сомневаюсь.
— А вы упрямы, Уингейт, — криво усмехнулся Роберт. — Но иначе вы не примчались бы вслед за ней.
— Ну что ж, не отрицаю, — с готовностью откликнулся Эштон. — Малькольм похитил у меня то, чем я дорожил больше жизни. И я до сих пор считаю, что он должен вначале доказать, что имеет на это право.
— Ну, конечно же имеет! — удивился Роберт. — Неужели вы думаете, что я не могу отличить своих собственных дочерей?!
Эштон невозмутимо пожал плечами, с интересом наблюдая, как старик одним махом опрокинул очередной бокал.
— Надеюсь, что так оно и есть.
— Конечно и, будьте уверены, так всегда и было! — Роберт икнул и откинулся на спинку кресла, разглядывая пустой бокал на свет. Сегодняшняя жара и выпитое сделали свое дело и голова у него слегка закружилась. — Я знаю, о чем вы думаете, — Роберт поднял покрасневшие от пьянства глаза и попытался разглядеть приятное лицо Эштона. — Вы думаете, старый пьянчужка мог и ошибиться, не так ли? Вы считаете, я слишком много пью. Ну что ж, юноша, открою вам маленький секрет. Всех ваших запасов не хватит, чтобы напоить меня. Малькольм давно уже это понял, а вы еще нет. Нет, такой человек, как я, никогда не забывает свою роль! — Чтобы придать еще больше выразительности своим словам, он что было сил грохнул стаканом по столу и скривился от боли, когда тот разлетелся вдребезги, а мелкие осколки врезались ему в запястье. Подняв руку, он в изумлении уставился на кровь, которая потекла из многочисленных порезов. Лицо старика побелело и исказилось ужасной гримасой, он в ужасе зажмурился, словно сам сатана подмигнул ему с окровавленной ладони. — Прочь, нечистая сила! — завизжал он. — Сгинь, я сказал! Как страшен ад! … Кто знает, что ждет нас там, когда нам неподвластен он …
Эштон в изумлении замер на месте, разглядывая старика, потом, перегнувшись через стол, принялся собирать осколки, осторожно выуживая их один за другим из кадки с пальмой. Бросив быстрый взгляд на окровавленную ладонь, он схватил салфетку и перевязал Роберту руку. Видя, что старик не в себе, он крикнул ему в ухо:
— Сожмите кулак и подержите так некоторое время. Вы меня поняли? Давайте же! — Старик послушался и, подхватив его подмышки, Эштон рывком поднял Сомертона на ноги. — Пошли, я доведу вас до дома. Лирин промоет вам порез.
— Она хорошая девочка! — продолжал невнятно бормотать Роберт, слабо махнув рукой, чтобы Эштон отпустил его. — Она заслуживает лучшего …
Эштон, сообразив, что старик едва держится на ногах, дотащил его до самых дверей. Даже это короткое путешествие оказалось не по силам для сильно захмелевшего старика. Пока Эштон чуть ли не волоком тащил его по лестнице, он уже повис на нем мешком. Приоткрыв входную дверь, Эштон заглянул внутрь и, никого не заметив, позвал:
— Лирин? Лирин, ты где?
— Эштон? — Испуганный возглас и торопливый звук шагов заставил его поднять голову вверх, где он и заметил Ленору. У него едва хватило сил выдавить улыбку, так она была мучительно хороша в этот миг в светло-лиловом платье. Глаза ее были широко распахнуты от удивления, полные губы чуть приоткрылись, но стоило ей только заметить ярко-алые пятна крови на светлом пиджаке отца, как краска мигом схлынула с ее лица, и Ленора стремглав полетела к нему.
— В чем дело? — воскликнула она, что было сил торопясь вниз. Голос ее выдавал тревогу. — Ох, Эштон, это ведь не ты его ранил, скажи мне?
— Клянусь честью, мадам, даже и не думал, — криво усмехнулся он, в то время как она стремглав бросилась к отцу, и принялась торопливо расстегивать на нем пиджак в поисках раны, пока Эштон не схватил ее за руку. — Твой отец всего-навсего порезал руку, Лирин. С ним все в порядке, поверь мне.
— Руку? — На мгновение она оцепенела. Потом, поколебавшись немного, поднесла его руку к глазам. Сдвинув салфетку, она сморщила нос и принялась внимательно рассматривать порезы.
— Думаю, будет лучше, если ты их промоешь, — предложил Эштон, придвигаясь поближе. Он с радостью использовал бы любой предлог, лишь бы быть ближе к ней. Эштон жадно вдыхал знакомый чистый аромат ее тела, а глаза его ласкали на изящном изгибе тонкой шее, на том самом месте, которое он так любил целовать.
— Отведи его в гостиную, — попросила она. — Я скажу Меган, чтобы принесла воды и чистые бинты и мигом вернусь.
Эштон ничего другого и не хотел. Он подхватил старика под руку и усадил его в кресло. Испуганный Сомертон облизнул губы и поплотнее прижал салфетку к руке.
— Она позаботится обо мне, — пробормотал он, как испуганный ребенок, и сконфузился. — Чистый ангел — вот кто она, а я просто презренное ничтожество … — Смахнув с ресниц набежавшие слезы, он громко шмыгнул носом, перевел дыхание и уперся в колено здоровой рукой. — Очаровательное дитя, не так ли? Вы не согласны?
— Я бы сказал, довольно большое дитя, — пробормотал себе под нос Эштон как раз в тот момент, когда она вернулась. Он жадно пожирал глазами ее несравненную красоту, пока она, встав на колени, обрабатывала порез на руке отца.
Послышался приближающийся стук копыт, и они замерли, прислушиваясь. Ленора и Роберт тревожно переглянулись. Как и всегда, Малькольм спешился уже возле самого крыльца. Вскоре послышались его быстрые шаги на лестнице.
— Потихоньку, понемножку зло стучит в мое окошко, — жалобно простонал Роберт, — Поспешай, открывай, бам-бам, кто там?
Малькольм с грохотом распахнул дверь и ворвался в гостиную, и тут же при виде их троих замер на пороге, как вкопанный. Сузившимися от злобы глазами он обвел их встревоженные лица и вдруг натолкнулся на самоуверенную снисходительную усмешку на лице Эштона Уингейта.
— Какого дьявола? Что вы делаете в моем доме? — в ярости заорал он, швыряя шляпу в угол. Он бы с радостью вцепился в горло этому негодяю и швырнул его на пол. Увы, он пока еще не забыл, чем закончилась его недавняя стычка с Эштоном, и совсем не жаждал повторения.
— Отец Лирин порезал руку, ему требовалась помощь, — объяснил Эштон невозмутимо. — Я привел его сюда.
— Вот и отлично, а теперь убирайтесь! — Малькольм резко указал на дверь, — И сейчас же. Вы меня поняли?
Эштон неторопливо направился к двери. Уже на пороге он остановился и бросил через плечо.
— Да, кстати, меня никто не приглашал. Поэтому не стоит срывать досаду на Лирин или ее отце.
— Леноре! — рявкнул Малькольм, с грохотом опуская кулак на стол. — Это моя жена! А не ваша!
Улыбнувшись на прощание, Эштон повернулся и вышел. Спускаясь по лестнице, он заметил подъезжавших к дому двоих мужчин. Даже на расстоянии тот, что был повыше, показался ему смутно знакомым, но Эштон никак не мог вспомнить, где он его видел. Ему показалось, что этот человек — кто-то из команды на одном из его пароходов. Эштон пожал плечам. Они то и дело сменяли друг друга. Разве всех запомнишь?
— Стоило мне только уехать, — продолжал бушевать Малькольм, он дал волю ярости и его голос разносился по всему дому, — и вы двое тут же впустили этого мерзавца! Ну что ж, я положу этому конец, вы слышите? Я привез с собой охрану и теперь ни ему, и никому другому не удастся войти в этот дом!
Ленора устала ждать в экипаже. Было жарко и душно, и она ломала голову, скоро ли вернется Малькольм. На губе у нее выступили крохотные бисеринки пота, она чувствовала, как чудесное муслиновое платье прилипло к влажному телу. Экипаж стоял у тротуара, как раз там, где Малькольм велел им дожидаться. К несчастью, здесь не было тени, и несчастные лошади так же страдали от жары, как и она. Они уныло размахивали хвостами, ожесточенно отгоняя роившихся вокруг назойливых мух, и нервно переступали ногами, когда какая-нибудь особенно настырная муха жалила их в морду.
Наконец, Ленора не выдержала. Она вышла из экипажа, не заботясь, что оставила там шляпку, и объяснила Генри, где ее искать, на тот случай, если вдруг появится мистер Синклер. Похоже, Малькольм не шутил, когда велел ей дожидаться его, и она терпела эту пытку, пока хватало сил. Кучер с радостью согласился, и Ленора с облегчением проскользнула в дверь ближайшего магазина. Каблучки ее застучали по деревянному тротуару. Она вынула кружевной платочек и слегка отерла взмокший лоб. Но как только она оказалась внутри, досада у нее на лице сменилась улыбкой.
— Ах, миссис Синклер, доброе утро! — Хозяин вышел из-за прилавка и радостно бросился ей навстречу. — Как вы поживаете? Мы так долго не имели удовольствия видеть вас!
Ленора лихорадочно копалась в памяти, пытаясь вспомнить этого человека, но, как обычно, все было напрасно.
— Мы знакомы?
— Да. Конечно…я имею в виду … — Сбитый с толку хозяин заколебался, — Я решил, что вы миссис Синклер. Или я ошибся?
— Нет, — вежливо ответила Ленора. — Думаю, нет.
Окончательно смутившись, он вгляделся в ее лицо.
— Вам нехорошо, мэм?
Она небрежно обмахнулась платочком.
— Должно быть, это все жара виновата.
Добродушный хозяин указал ей на стулья у задней стены магазина.
— Не угодно ли присесть?
— Нет, спасибо, я и так достаточно долго просидела в экипаже, — Ее губы мягко изогнулись в улыбке. — Я поджидала мужа. Думаю, его задержали дела.
Хозяин тоже заулыбался и кивнул.
— Да, бывает.
Она огляделась по сторонам, гадая, как бы поаккуратнее узнать его имя, чтобы любезный хозяин не догадался о ее несчастье. Он казался совсем сбитым с толку ее странными вопросами.
— Мне тут пришла в голову мысль составить список всех моих городских знакомых, — Она и в самом деле подумывала об этом. Вдруг одна из фамилий пробудит какое-то воспоминание в ее памяти. — Разумеется, вы тоже должны быть в нем. Будьте так любезны, напомните, как пишется ваше имя.
— Б-л-э-к-у-э-л-л, — он напыщенно повторил его по буквам, — Джозеф Блэкуэлл, к вашим услугам.
Слегка покраснев, она опять обмахнула платочком разгоряченное лицо и принужденно рассмеялась. Может быть, будь у него более сложнее фамилия, ей и не было бы так неловко. А так, чего доброго, он примет ее за идиотку.
— Да-да, конечно.
— Раз уж вы собрались заводить такой список, стало быть, собираетесь прогостить у нас подольше, — предположил хозяин.
— Да, само собой, — кивнула она, По крайней мере, муж ничего не говорил о том, что собирается уезжать. Да и потом у нас гостит мой отец.
— Да что вы? — лохматые брови хозяина поползли на лоб, и вдруг он рассмеялся. — Ну и ну, как это вам удалось уговорить его приехать? А мне казалось, что он ненавидит Штаты, по-прежнему считает их колониями.
Она изящно повела плечиком.
— Думаю, он в конце концов переменил свое мнение.
Хозяин с понимающим видом кивнул.
— Должно быть, не смог больше жить вдали от семьи. Знаете, каждому отцу бывает трудно свыкнуться с мыслью, что дочь уже выросла и у нее есть свои желания, да еще если ему это не по нраву. Он, верно, очень переживал, когда вырешили уехать из Англии и жить своей собственной жизнью. А кстати, как поживает ваша сестра?
На лице Леноры появилась слабая печальная улыбка. Опять перед ее глазами встала маленькая девочка, так похожая на нее.
— Она умерла.
— Ох, как жаль, миссис Синклер, — Хозяин сокрушенно покачал головой. — Я не знал. Как печально. И какое горе для вас — сначала муж, потом сестра! Я просто восхищен силой вашего духа — вы держитесь так мужественно, и это после стольких испытаний!
Она посмотрела на него, как на сумасшедшего.
— Мой муж?!
Джозеф как-то странно взглянул на нее.
— Да, ну конечно. Вы ведь были вдовой, когда впервые приехали в наш город, — Хозяин удивленно покачал головой. — По крайней мере, насколько я помню, вы сами так сказали, хотя, может быть, я что-то путаю. Мы ведь никогда подолгу не разговаривали — так, перекидывались время от времени парой слов. Да, ведь всего месяц назад услышал, что вы снова вышли замуж — за мистера Синклера.
Голова у Леноры закружилась, перед глазами замелькали какие-то смутные образы. Один из них, она точно знала, ее отец. Хотя его фигура расплывалась в воздухе, словно неясная тень, он протягивал к ней руки, будто желая обнять и утешить свое дитя. Какая-то другая фигура с размытым лицом вроде подталкивала ее к нему, и на этот раз это был Малькольм.
— Вот ты где! — послышался сзади знакомый голос.
Испуганно заморгав, она повернулась и увидела спешившего к ней Малькольма. На одно короткое мгновение в ее сознании реальность переплелась с видениями и она внезапно увидела, как сильная мужская рука опустилась на спину Малькольма.
— С чего это ты вздумала выходить из ландо? — довольно-таки резко спросил он. — Ты меня напугала, так просто взяла и ушла.
— Мне очень жаль, Малькольм, — прошептала она. — Мне совсем не хотелось заставлять тебя беспокоиться, просто там было так жарко…
Малькольм заметил, что хозяин навострил уши и с любопытством прислушивается к их разговору. Поэтому он счел за лучшее объяснить:
— Моя жена еще не оправилась после болезни. Надеюсь, она не слишком вас утомила. — Он предпочел сделать вид, что не заметил недоумение на лице Леноры. — Похоже, она иногда кое-что забывает, так что вы не удивляйтесь.
— Жаль, очень жаль это слышать, — добродушно отозвался Блэкуэлл.
Малькольм улыбнулся принужденной улыбкой.
— Если вы не возражаете, нам пора. К сожалению, я уже договорился с ее отцом, что мы будем ждать его в определенное время, а мы и так припозднились. Всего хорошего, сэр.
Сжав руку Леноры так, что она чуть не закричала от боли, он вывел ее из магазина и подвел к экипажу. Усаживаясь напротив, Малькольм нахмурился и угрожающе прошипел:
— Я ведь приказал тебе никуда не уходить.
— Там было так жарко, — возразила она, чувствуя, как в ней волной поднимается раздражение. — А вы что-то задержались. И вообще, у меня такое подозрение, что вы взяли меня с собой только потому, что боялись, как бы в ваше отсутствие не появился Эштон.
— Вот еще — бояться этого мерзавца! — фыркнул Малькольм.
— Тогда я просто не понимаю, почему вы настаивали, чтобы я непременно ждала вас здесь! К тому же, пока вас не было, я с интересом поболтала с мистером Блэкуэллом.
— Да? — Его ледяные глаза впились в ее зардевшееся лицо. — И что же тебе рассказал этот старый дуралей?
— Кое-что любопытное, — На гладком лбу появилась легкая морщинка. — Почему вы скрывали от меня, что я была вдовой, когда выходила за вас замуж?
Брови Малькольма взлетели вверх.
— Боялся, что совсем смутишься, когда узнаешь. Кстати, это и есть одна из причин, почему я увез тебя из города — опасался сплетен. Откуда мне знать, что бы было с тобой, узнай ты об этом? — Казалось, он отчего-то встревожился. — А что еще интересного рассказал тебе твой приятель Блэкуэлл?
— Больше ничего. Насколько я понимаю, он не слишком хорошо меня знал. Да и потом мы успели поговорить всего несколько минут и тут пришли вы.
Он немного успокоился и, откинувшись на сиденье, вытащил платок и отер взмокший лоб.
— Жарко, — пробормотал Малькольм чуть более любезно. — Прости, что заставил тебя ждать. Возникли кое-какие дела, никак не мог вырваться.
Но любопытство Леноры все еще не улеглось и она отважилась спросить.
— А вы знали моего первого мужа?
Он равнодушно пожал тяжелыми плечами.
— По-моему, он умер вскоре после того, как вы поженились — если не ошибаюсь, от лихорадки. Не помню, чтобы ты еще что-то рассказывала о нем. Знаю только, что он был откуда-то с Карибских островов.
— А имя…ты помнишь, как его звали? — настаивала она.
Малькольм вытер вспотевший лоб и снова посмотрел на нее.
— Кэмерон Ливингстон.
— Ливингстон…Ливингстон, — Она несколько раз попробовала имя на вкус. Похоже, она чем-то ей знакомо, Да, думаю, я и раньше его слышала, — Сдвинув тонкие брови, Ленора пыталась представить, подходит ли оно ей, — Ленора Ливингстон? Ленора…Ливингстон. Ленора Ливингстон! Да! Я была уверена, что уже слышала его! — Она радостно рассмеялась, довольная, что что-то помнит. — Может быть, память возвращается ко мне? Ах, как бы это было чудесно!
Темные глаза мужа остановились к ней, и Ленора заметила на его лице вымученную улыбку.
— Прошло уже достаточно времени после того несчастного случая. Я уже сомневаюсь, если честно, что такое возможно. Боюсь, что ты так никогда и не вспомнишь, как много мы когда-то значили друг для друга.
— Но я помню уже гораздо больше, чем когда приехала сюда, — запротестовала она. — Моя память возвращается. Пусть медленно, но все же возвращается.
Малькольм потянулся и взял с заднего сиденья тонкую папку.
— Здесь кое-какие документы. Отец хочет, чтобы ты их подписала. Мы едем к нему. Ты готова это сделать?
— А нельзя ли в другой день? — спросила она, удушливая жара сводила ее с ума. — По-моему, я не смогу разобрать ни слова.
— А тебе и не нужно их читать, дорогая. Отец уже позаботился обо всем.
— Но отец воспитывал меня совсем по-другому. Он требовал, чтобы я всегда добросовестно относилась к подобным вещам.
Малькольм нетерпеливо вздохнул.
— Послушай, Ленора. В этих бумагах нет ничего такого, чтобы тебе потребовалось вникать в детали.
— Мне бы не хотелось заниматься этим сегодня, Малькольм, — повторила она достаточно твердо. Она терпеть не могла, когда он начинал на нее давить. — Если отец согласится привезти бумаги домой, я их охотно просмотрю. Это все, что я могу обещать.
Он издал нетерпеливое фырканье.
— Ты в последнее время стала просто невозможной. Так и задираешь нос, особенно с тех пор как этот любитель ниггеров расположился у нас на лужайке. Не забудьте, мадам, именно я ваш муж…я, а не Эштон Уингейт. И вы должны относиться ко мне с подобающим уважением.
Изумлению Леноры не было границ. Неужели он так разозлился всего лишь из-за того, что отказалась подписать бумаги, к тому же, не имеющие ни малейшего значения, если верить его словам?!
— Малькольм, но я ведь только просила дать мне возможность прочитать их.
— Да уже одно то, что ты настаиваешь на этом, и то оскорбление! Будто ты не доверяешь мне…или собственному отцу. А ведь мы всего лишь заботимся о тебе.
— Много лет назад мой отец сам учил меня заботиться о своих интересах.
— К дьяволу твоего отца!
— Малькольм! — она не верила своим ушам. — У меня просто нет слов, чтобы оправдать твое безобразное поведение!
— Зато у меня они есть! — вспылил он. — Я попросил тебя о такой мелочи, так ты отказалась. Держу пари, если бы на моем месте был твой драгоценный Уингейт, ты бы из кожи вон лезла, чтобы ему угодить!
— Ты ведешь себя просто глупо! — печально прошептала она.
— А что, это не так? — Его темные глаза горели яростью, он швырял обвинения ей в лицо. — Дай тебе только возможность, так ты тут же затащишь этого ублюдка к себе в постель!
— Малькольм, это уж чересчур! — возмутилась она.
— Что чересчур? То, что я назвал его ублюдком, а тебя — шлюхой?!
От нанесенного ей чудовищного оскорбления Ленора вспыхнула и изо всех сил рванула на себя дверцу экипажа.
— Генри, пожалуйста, остановись! Я здесь выйду, — потребовала она. — Мне еще надо заглянуть в магазин, кое-что купить.
— Никуда ты не пойдешь! — запротестовал Малькольм, видя, что кучер натягивает вожжи. — Я отвезу тебя домой!
— Тогда убейте меня прямо здесь, Малькольм, потому что если вы не выпустите меня, я устрою такую сцену, что вы не останетесь в городе ни одного дня! — Слова, которые она произнесла чуть слышным шепотом, сопровождались таким яростным взглядом сверкающих изумрудных глаз, что он ни на минуту не усомнился, что Ленора без колебаний выполнит свою угрозу. Если он не одумается и не даст ей свободу, ему придется горько пожалеть об этом.
— Если ты собираешься выйти, имей в виду — тебе придется возвращаться домой пешком!
— С удовольствием! — полоснула его взглядом Ленора, — А теперь прочь с дороги!
Она распахнула дверцу и с пылающим от ярости и негодования лицом встала. Даже не взглянув в его сторону, она выпрыгнула из экипажа и, раскрыв над головой зонтик, направилась к тротуару, не обращая внимания на то, что происходило вокруг. Навстречу ей по дороге с бешеной скоростью громыхал тяжелый фургон, но она лишь мельком холодно взглянула в его сторону, что было тяжким оскорблением для впряженных в него холеных лошадей. При виде их обычно даже здоровенные мужчины с проклятиями отскакивали прочь, а эта изнеженная леди даже ухом не повела. Повисший на вожжах кучер с трудом осадил взмыленную пару и на ходу заорал, — Вы что, леди, совсем ополоумели?! Или жить надоело?!
Но Ленора даже не оглянулась.
— Мерзавец скудоумный! — яростно бормотала она под нос. — Одному Богу известно, что меня дернуло выйти за него замуж! Хоть бы никогда его не видеть!
Добравшись до тротуара, она быстрым шагом прошла несколько кварталов. Какой-то высокий молодой хлыщ, подпиравший стену возле входа в магазин, заметил ее издалека. В глазах его вспыхнуло нескрываемое восхищение и он быстрым жестом сорвал с головы высокую бобровую шапку.
— Доброе утро, мисс. Могу я вам чем-то помочь?
Проигнорировав его, Ленора зашагала дальше, а щеголь тут же отделился от стены и ринулся вслед за ней. Он глаз не мог оторвать от изящных очертаний ее спины — элегантный туалет ничуть не скрывал очаровательных изгибов тела. Он только плотоядно ухмыльнулся, заметив недовольный взгляд, который она бросила через плечо. Ленора миновала еще одну дверь, заставив парикмахера при виде ее тихо присвистнуть. Он так засмотрелся, что даже на мгновение убрал полотенце, которым тщательно вытирал чисто выбритое лицо клиента.
— С ума сошла, не иначе, — восхищенно пробормотал он. — И все проклятая жара! Печет, как кайенский перец у нас в Луизиане!
Клиент, внимание которого привлекли его слова, повернул голову. Даже одного-единственного взгляда было достаточно Эштону, чтобы узнать этот профиль.
— Лирин! — Одним прыжком он сорвался с места и, схватив полотенце, кое-как стер мыло с лица. Отшвырнув по пути несколько стульев, а попутно, и парочку зевак, он выскочил на улицу.
— Ваш пиджак, сэр! — всполошился парикмахер, кидаясь за ним, — вы забыли ваш пиджак!
— Я вернусь за ним! — кинул на бегу Эштон. Он помчался вслед за видневшейся вдалеке изящной женской фигуркой, заметив мельком молодого человека, который неотступно следовал за ней по пятам. Тот нахмурился и остановился, как вкопанный, когда Эштон стремглав пронесся мимо.
Вдруг чья-то рука беззастенчиво ухватила ее за локоть, и Ленора круто развернулась, готовая уже ткнуть нахала под ребра острым концом зонтика. К счастью, она тут же узнала человека, на красивом лице которого сияла радостная улыбка.
— Эштон! Что ты здесь делаешь?
— Я следил за тобой, когда Малькольм повез тебя в город, — сознался он, — а потом, когда вы сели в экипаж, решил сходить побриться.
Она рассмеялась и кончиком пальца подцепила мыльную пену с его щеки.
— По-моему, ты не дал парикмахеру закончить!
Эштон потрогал подбородок и озадаченно взглянул на испачканные пальцы.
— Прошу прощения за мой непрезентабельный вид, мадам. Просто нынче утром я немного спешил, — Он осмотрелся. — А ты что здесь делаешь? И где твой экипаж?
Ленора высокомерно вздернула нос и презрительно сморщилась, вспомнив того, кто вызвал в ней бурю гнева.
— В экипаже я отправила Малькольма. Полагаю, он уже подъезжает к дому.
В глазах Эштона блеснул огонек любопытства.
— Неужели Малькольм решился оставить тебя одну?
— Думаю, отец все еще в городе, — Она равнодушно пожала плечами. — Честно говоря, мне ни до кого из них нет дела.
Слегка обняв ее за плечи, Эштон сделал изящный жест.
— Если вы позволите забрать мой пиджак, мадам, я буду безмерно счастлив сопровождать вас всюду, куда вам будет угодно направиться!
Молодой франт замер поодаль, подбоченившись и широко расставив ноги. Он бы может еще и подумал, стоит ли ввязываться в это дело, но девица была, что надо! Заметив, что тот так и торчит посреди тротуара, Эштон смерил его твердым взглядом из-под нахмуренных бровей, а потом прошел вперед, ведя леди под руку. Когда она миновала хлыща и была уже вне опасности, Эштон оглянулся и с силой впечатал локоть прямо под ребра хлыщу. Щеголь согнулся чуть ли не вдвое, удивляясь про себя наглости этого типа, который рискнул увести красотку прямо у него из-под носа.
— Уноси ноги, парень, если хочешь остаться цел! — тихо проворчал Эштон. Он был не в том настроении, чтобы терпеливо сносить присутствие другого мужчины. — Она моя.
Щеголь, который к тому времени успел перевести дух, сделал последнюю, отчаянную попытку удержать его.
— Но я первый увидел ее…
Пестро раскрашенный зонтик мгновенно воткнулся острым концом ему под ребра. Он взвизгнул от неожиданной боли и, решив, что эта парочка ему не по зубам, шагнул в сторону.
— Если вы настаиваете! — крикнул он, обескураженно развел руками и зашагал прочь, сообразив, что прелестная девушка уплыла у него из-под носа. Было ясно, что она уже сделала выбор.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Где ты, мой незнакомец? - Вудивисс Кэтлин



Замечательный и захватывающий роман.
Где ты, мой незнакомец? - Вудивисс Кэтлинчитатель)
2.11.2012, 19.48





очень неплохо, первая половина - 9 из 10 ,вторая несколько затянута, а финал скомкан) -8из10. читать очень можно, но другие ее романы лучше)
Где ты, мой незнакомец? - Вудивисс Кэтлинюля
3.11.2012, 16.38





Много пустых разговоров. Споров. Непонятные метания героини жена-не-жена! Конец ужасно скомкан. Народ вторгается в дом со злодеями, как на рынок. Задумка интересная, но как прерванный половой акт. Понимаешь как будет в конце, но остаешься в дураках. 5 баллов.
Где ты, мой незнакомец? - Вудивисс КэтлинИрина
20.12.2014, 21.36





Отличный роман
Где ты, мой незнакомец? - Вудивисс КэтлинМарк
6.05.2016, 13.26








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100