Читать онлайн Синий жасмин, автора - Уинспир Вайолет, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Синий жасмин - Уинспир Вайолет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.44 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Синий жасмин - Уинспир Вайолет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Синий жасмин - Уинспир Вайолет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уинспир Вайолет

Синий жасмин

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Пришпоренная лошадь Лорны неслась как ветер; впрочем и Ахмед на своем костлявом коне не отставал и проследовал за девушкой, когда та влетела в лагерь и соскользнула с седла перед большим шатром. Она стащила с головы шеш, и рассыпавшиеся волосы засияли золотом, словно в них запутался солнечный луч.
— Поставь мою лошадь, — сказала она Ахмеду. — Я… Я немного утомлена.
Он наклонил голову, глядя на нее все так же хмуро. Лорна решила обмануть бдительность своих надсмотрщиков, поэтому, когда из шатра вышел Хасан, она продолжала разыгрывать придуманный ею спектакль.
— Как жарко. — Девушка прижала руку ко лбу. — Уж не… Надеюсь, это не лихорадка.
Затем с усталым и равнодушным видом вошла в шатер, а несколько обеспокоенный Хасан последовал за нею.
— Могу я что-нибудь сделать для мадам? — спросил он.
— Нет. — Лорна бросилась на диван и расслабленно откинула голову. — Скоро я буду в порядке. Наверное, у меня просто солнечный удар.
— Из Сиди-Кебира приехал тубиб,
l:href="#n_47" type="note">[47]
не зная, что принц Касим уехал. Не пожелает ли мадам пригласить его?
— Доктор? — Она удивленно взглянула на Хасана. — Француз?
— Араб, мадам. Он пользуется очень хорошей репутацией в Сиди-Кебире, где эмиром отец моего господина, и обычно приезжает сюда осмотреть больных и тех, кому нужно удалять зубы.
Лорна уставилась на носки своих сапожек, погруженных в ворс ковра. Ей надо было только разыграть спектакль, и никакой лихорадки у нее, конечно, не было, но при мысли о встрече с врачом щеки ее запылали. Он ведь мог и не знать, что здесь, в лагере, находится англичанка, и девушка неожиданно поняла, что совершенно не готова к встрече с кем-либо из того города, где живут отец и сестра Касима.
— Мне не нужен врач, — сказала она. — Я просто отдохну в шатре, а ты, Хасан, позаботься, пожалуйста, о том, чтобы меня никто не беспокоил.
Слуга с минуту смотрел на нее своим обычным непроницаемым взглядом, а потом тихо вышел, оставив ее в прохладном полумраке шатра. Лорна со вздохом достала сигарету, закурила, и аромат первой же затяжки вызвал в памяти образ шейха. Почему она предупредила его о скорпионе? Ведь этот укус принес бы ей свободу. Однако девушка ужаснулась при мысли, что этого сильного и надменного человека могла поставить на колени отвратительная черная тварь. Выдохнув дым, Лорна сказала себе, что проявила слабость, свойственную большинству женщин, стойких к боли, но не выносящих вида чужих страданий.
Когда наступил вечер, ей уже наскучил и шатер и его убранство. Пообедав в одиночестве, девушка закуталась в плащ и направилась к оазису. Немедленно следом тенью поплыла тощая фигура, и в Лорне стало закипать раздражение. Какое, в конце концов, дело шейху, если она сбежит в пустыню и о ней больше не будет ни слуху, ни духу? Ведь для него-то она не более чем игрушка, которую можно украшать всякими там жемчугами да браслетами. Так, забава, развлечение в конце тяжелого дня… Еще одна женщина, которую он забудет через час.
Лорна нашла свою любимую пальму с искривленным стволом, прислонившись к которому можно было удобно отдохнуть. Ночь была безлунной. Кругом царила тишина.
Почувствовав сигаретный дым и увидев бледный отблеск плаща, девушка сначала решила, что это Ахмед, но была крайне удивлена, когда человек заговорил с ней по-французски с тем же акцентом и так же проглатывая звуки, как и шейх.
— Не пугайтесь, мадам. Я весь день надеялся поговорить с вами, но Хасан сказал, вы не хотите, чтобы вас беспокоили. Меня зовут Омар бен Сайд. — Он отвесил церемонный поклон, и в его черных глазах Лорна уловила блеск любопытства. — Я — врач; приехал сюда для дежурного обследования здешних жителей и уже здесь, в лагере, узнал, что у моего друга, принца Касима, в гостях дама с чудесными белокурыми волосами.
В его словах не было и намека на иронию, но щеки Лорны все равно вспыхнули; хорошо, что уже стемнело. Ей вдруг безумно захотелось убежать, но усилием воли она сдержалась.
— Вы, доктор, должно быть удивились, узнав, что здесь гостит англичанка. Не сомневаюсь, что в прежние ваши приезды в этом шатре жила какая-нибудь арабская девушка.
На секунду воцарилось многозначительное молчание; кончик сигареты доктора ярко разгорелся, осветив ненадолго худощавое лицо с правильными на редкость чертами. Омар бен Сайд значительно больше походил на араба, чем его друг шейх, и был значительно меньше высокомерен и внушителен.
— Когда я бывал здесь раньше, мадам, Касиму ни разу не посчастливилось держать в своем шатре красивую женщину. Арабам ведь редко приходится видеть настоящих блондинок. О ваших золотых кудрях мне сказала одна моя пациентка, ребенок которой проглотил бусину и мог задохнуться, если бы вы не поймали улепетывающего сорванца и не тряхнули его как следует.
— Это к делу не относится, доктор, — холодно сказала Лорна. — А ваши друзья случайно не сообщили вам, что меня удерживают здесь силой? Неужели вы могли предположить, что я разделяю общество шейха по своей доброй воле? Да я ненавижу этого человека!
— И все-таки вы, как мне говорили, катаетесь с ним верхом, тренируетесь в стрельбе из лука, играете в шахматы. Я слышал, мадам, что он обращается с вами как с равной. У Лорны вырвался презрительный смешок.
— А как он обращается с другими своими женщинами?
— С какими другими женщинами? — спросил Омар бен Сайд, и в голосе его появилась жесткость.
— Ну, доктор, не станете же вы уверять меня, что до моего появления здесь шейх вел монашескую жизнь!
— Не монашескую, мадам. Просто он человек разборчивый и брезгливый.
— Ваш разборчивый друг, доктор, не побрезговал взвалить меня на спину своего коня, словно пойманную газель, и пуститься вскачь, как простой араб. Эти обжигающие слова Лорна смогла произнести лишь потому, что этот человек был врачом и разговаривали они во мраке.
— Иногда мужчину так ослепляет красота, что он просто теряет голову. Касим — единственный сын могущественного эмира и боюсь, привык добиваться своего.
— Как можно даже пытаться искать ему оправдание? — ледяным тоном спросила она.
— Я восхищаюсь им и, не будь я врачом, возможно, тоже прибегнул бы к похищению желанной мне женщины. — Он бросил окурок в пыль, и тот, потлев недолго, угас. — Для обитателей пустыни, людей, которыми управляет только солнце и их собственный фатализм, не существует понятия «завтра», мадам. Есть только сегодня, сейчас, и этими мгновениями нужно пользоваться, как цветами, как плодами. Людей пустыни называют детьми звезд, ибо в них горит та же раскаленная страсть.
— Чтобы там в них ни горело, — заявила Лорна, — нет прощения тому, кто ради своего мимолетного каприза нарушает течение чужой жизни. На моих глазах шейх запорол человека за похищение коня, а разве похищение женщины не должно наказываться?
— По правде говоря, мой друг шейх живет по своим собственным законам. — В голосе врача слышалась усмешка. — Он управляет дикими племенами, так почему бы ему не управлять и молодой красивой женщиной. Можете ли вы, мадам, сказать, что он был жесток с вами?
— Разумеется, он не поднимал на меня плеть, — ответила она резко. — Но жестоким можно быть по-разному… Он меня привез сюда насильно!
— Понимаю. — Теперь Лорна уловила в его голосе задумчивость. — Для мужчины любой страны женщина одно из украшений жизни; на ней отдыхает его глаз, ею утешается он от забот и трудов. Забот у принца Касима немало. Отец его человек нездоровый, и, боюсь, Касим со страхом и сожалением ждет того момента, когда придется оставить столь обожаемую им жизнь в пустыне. В надлежащее время ему все-таки придется занять место своего отца, и тогда, стараясь забыть неизбежное, он обратится душою к вам, мадам.
— А пока, будучи всего-навсего женщиной, я не имею права возражать, когда меня вырывают из привычной мне жизни и насильно заставляют вести жизнь, все еще чуждую мне? — Лорна взглянула на громадные звезды, сиявшие сквозь пальмы, и вспомнила, как в саду в Рас-Юсуфе хотела сорвать одну с неба… Безумно давно, всего несколько недель назад.
— Принято считать, что пустыня пробуждает в человеке его первобытность. Эта философская мысль доктора сопровождалась изящными жестами рук. — Но разве пустыня в сумерках, и эти золотые глаза звезд и пламя костров не кажутся вам чарующими? Разве рассвет в пустыне не заставляет вас ощущать красоту, скрытую в сердце этой первобытности?
В свете звезд девушка видела, как сияют миндалевидные глаза Омара бен Сайда. Длинная одежда скульптурными складками окружала его сухощавую фигуру, а на голове сиял шемах
l:href="#n_48" type="note">[48]
— ослепительно белый над смуглым лицом. Врач был настоящим арабом. У принца же Касима, человека более крупного, кожа гораздо светлее. Ему нравилось целовать женщину в губы, а Лорна знала, что подобные ласки не приняты у чистокровных арабов.
При воспоминании о его горячих жадных губах по телу девушки пробежала судорога.
— Как и все прочие, — вырвалось у нее, — вы убеждены, что держа меня в своем шатре, шейх оказывает мне неслыханную честь. Да он сделал из меня рабыню, и я ненавижу его за это!
— Рабыню? — Омар бен Сайд тихо засмеялся. — Но вы вовсе не похожи на рабыню, мадам. Вы говорите то, что думаете, общаетесь с этими людьми и дружите с некоторыми. Вам должно быть известно, что они вас любят. Знаете, как вас называют здесь? Фильджа — белая, как снег. Они считают вас нежной и изящной, как луна, и их вовсе не удивляет, что вы оказались столь желанной для шейха.
Лорна снова вздрогнула. Ей была желанна только свобода.
— Может быть, своих собственных законов ваш друг и не нарушал, — сказала она, поплотнее закутываясь в плащ, — но те, которые привыкла уважать я, он все-таки нарушил. Как же вы не понимаете, доктор, что он держит меня здесь, подобно тигрице, которую сумел изловить и теперь с наслаждением дрессирует!
Доктор глубоко вздохнул, словно до него неожиданно дошло, что перед ним англичанка, которая так и не смирилась с тем, что ее похитили.
— Может быть, вам станет легче, мадам, если я скажу, что судьба играет важную роль в жизни всех нас! Случается что-то — и мы приходим в отчаяние. Но проходит время — и мы осознаем, что некто невидимый ввергает нас в опасности и спасает от них, наслаждаясь нашим кружением по лабиринту жизни.
Слегка наклонившись вперед, Омар бен Сайд внимательно смотрел на Лорну своими черными глазами.
— Ведь что-то позвало вас в пустыню, а? Вы последовали своему желанию, а здесь все обстоятельства словно сговорились против вас. Мадам, вспомните хорошенько: те, кто слышат зов пустыни, слышат его задолго до того, как осознают это.
Он был прав. Девушка действительно отправилась в царство золотых песков, следуя странному и настойчивому зову. Но ей и в голову не приходило, что этот зов может привести ее в плен к человеку, который оставался глух к мольбам о свободе, требовал лишь повиновения, но вместе с тем был и ласковым, словно она — золотистая кошечка, этакая домашняя забава! Нет уж, такого пренебрежения и высокомерия прощать не стоит!
— Становится уже поздно, доктор, — холодно заметила Лорна.
— Я провожу вас, мадам.
Когда они дошли до большого шатра, она пригласила своего спутника на чашечку кофе, но тот к ее изумлению даже отшатнулся, словно от удара.
— Вы очень добры, мадам, но — нет. — Он покачал головой. — Касим будет недоволен, если я стану распивать с вами кофе поздно вечером. Это неприлично, понимаете?
— Разве только ему одному позволено нарушать правила? — возразила Лорна. А если я заболею? Тогда вам разрешается зайти ко мне?
— В качестве врача — да, разумеется. — И сверкнул зубами, улыбнувшись. Во всех прочих случаях я — араб, — И вы считаете необходимым чадру и гарем?
— Я считаю необходимым уважать дом и гостеприимство друга. — Омар бен Сайд вежливо поклонился. — Я был счастлив познакомиться с вами, мадам, и надеюсь, что мы станем друзьями.
— Я тоже, — ответила Лорна, понимая, однако, что вряд ли это возможно: слишком уж он был предан Касиму, не способному, по его мнению, никому причинить зла или совершить ошибку. Все, ну просто все, даже этот обаятельный, образованный человек, нерушимо привязаны к этому принцу. — Я устала сегодня, доктор, так что позвольте пожелать вам доброй ночи.
— И вам, мадам — эмша бесселема.
Он молча пошел прочь, и мерцание его белого плаща вскоре затерялось между темных шатров. Во всем этом таилось своеобразное очарование, и беседа была такой откровенной лишь потому, что их лица скрыла маска темноты, а под маской даже самый застенчивый человек может позволить себе откровенность. Может быть, поэтому пустынные мужчины предпочитали, чтобы лица их женщин были скрыты чадрой? Может быть, чадра делала их более открытыми, искренними?
Лорна стояла у входа в шатер — одинокая, хрупкая, — не решаясь войти в свою тюрьму. Но наконец решительно шагнула внутрь и вдохнула томные ароматы сандалового дерева и турецкого табака, а также запах седельной кожи. Теперь эти запахи будут всегда напоминать ее похитителя.
Хасан — великолепный слуга — оставил кофе на примусе, а на подносе стояло блюдо с медовыми лепешками и миндалем. Девушка перекусила и улеглась с журналом. Журнал был французский, с фотографиями некоторых мест, где она бывала с отцом.
Она вздохнула и прошлась по шатру, в очередной раз осознав, что, хотя принца и нет все равно приходится сидеть здесь, как на привязи, и каждую минуту ждать его появления.
Одну за другой Лорна потушила лампы, и бисерная занавеска, шелестя, пропустила ее в гарем. Сегодня ночью необычно холодно; она бросила на оттоманку рыжеватую шкуру леопарда. Снаружи всхрапнул верблюд, зашипело пламя заливаемого костра, и постепенно лагерь погрузился в ночь.
Лорна лежала без сна, охваченная воспоминаниями. Она вертелась с боку на бок, стараясь забыть это красивое смуглое лицо, этот голос, обычно мурлыкающий «Apres l'amour»;
l:href="#n_49" type="note">[49]
стараясь не ощущать, как он склонялся над нею, чтобы убедиться, что она спит, как нежно проводил губами по залитой слезой щеке, словно впитывая каждую слезинку и осушая ее лицо жарким дыханием.
Застонав, девушка зарылась лицом в подушку. Нужно вырваться отсюда! Может, попробовать завтра? Пораньше, до восхода солнца, пока Ахмед еще спит у себя?
В шатре имелись запасные седла и упряжь. Бутылку можно наполнить водой из кувшина, стоящего у постели, а от ужина осталось достаточно лепешек, которые можно взять с собой. Сердце Лорны учащенно билось. Она почувствовала, что с рассветом сможет убежать… И никто ее не удержит… Никакая смуглая твердая рука не остановит, чтобы снова засадить в эту тюрьму.
Лорна лежала, уставившись в темноту и вдыхая аромат сандалового дерева. Завтра в это же время она, возможно, снова будет в Ираа, за много миль от этого лагеря.
Девушка едва дождалась рассвета, который, крадучись, проник за бисерную занавеску.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Синий жасмин - Уинспир Вайолет

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13

Ваши комментарии
к роману Синий жасмин - Уинспир Вайолет



добрый хороший, концовка как всегда скомкана
Синий жасмин - Уинспир ВайолетЛюдмила
26.02.2013, 21.06





Немного прерывистый слог,но сюжет для короткого рассказа неплох, удалась попытка передать цветистую речь восточных образованных мужчин, но все удовольствие убила сигарета в зубах у девушки, и этот брезгливый мужчина ее целовал вонючий рот?
Синий жасмин - Уинспир ВайолетЛида
2.04.2016, 9.48








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100