Читать онлайн Жестокий роман Книга 1, автора - Винченци Пенни, Раздел - Глава 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Жестокий роман Книга 1 - Винченци Пенни бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 10 (Голосов: 1)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Жестокий роман Книга 1 - Винченци Пенни - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Жестокий роман Книга 1 - Винченци Пенни - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Винченци Пенни

Жестокий роман Книга 1

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 16

1966
— Дело в том, что я беременна, — резким тоном сказала Хлоя, — поэтому не пытайся остановить меня.
Если ты не дашь согласия на брак, я рожу внебрачного ребенка. Мне уже двадцать лет. Через год я смогу делать то, что хочу. Извини, мама.
Джо, бледный и усталый, с трудом сдерживался. Если бы здесь появился Пирс Виндзор, Джо набросился бы на него с кулаками.
— Я сама просила Пирса не приходить сюда, — заметила Хлоя, предвидя возможный вопрос. — Я знала, что вы будете в ярости, поэтому его появление в доме лишь все усугубило бы.
— Не стоит тратить время и энергию на обсуждение этого вопроса, — решительно возразила Каролина. — Это нонсенс, Хлоя. Разумеется, и речи быть не можете том, чтобы ты вышла за него замуж.
— Каролина, — попытался урезонить ее Джо, — пусть нам Хлоя объяснит, чего она хочет.
— Я уже сказала вам, — устало ответила та, — что хочу выйти за него замуж, и как можно скорее.
— Но почему, дорогая? Зачем такая спешка?
— По-моему, это ясно — я беременна.
— Хлоя! — Каролина пыталась сохранить спокойствие. — У тебя нет необходимости выходить замуж только потому, что ты беременна.
— А что же ты можешь предложить мне? Сделать аборт?
— Хлоя, не будь дурой. Конечно, я не могу предложить тебе этого, но вместе с тем не могу и позволить тебе выйти замуж за человека, в котором ты не уверена.
— Я уверена в нем, — отрезала Хлоя. — Ты так ничего и не поняла. Мы любим друг друга и не видим никаких препятствий для брака.
— Хлоя, ты же знаешь . Пирс… — Каролина запнулась. — Вы знакомы всего лишь четыре или пять месяцев. За такой срок нельзя хорошо узнать друг друга.
— Это вполне достаточный срок.
— Хлоя, — вмешался в разговор Джо, который в отличие от Каролины уже сообразил, что сейчас главное — не оттолкнуть от себя Хлою, не допустить отчуждения между ними, — Хлоя, дорогая, я знаю, ты уверена в нем, но попытайся, пожалуйста, понять, что мы в шоке от неожиданности. Неужели ты не видишь, что мы всеми силами стараемся сохранить спокойствие, но с каждой минутой это становится все труднее.
— Да, — ответила та уже менее враждебно, — да, я вижу это и готова просить у вас прощения.
— Ничего. Все в порядке. — Джо обрадовался тому, что выбрал правильную тактику. — Прошу тебя, подумай. Хорошо подумай. Пирс на двадцать лет старше тебя.
По меньшей мере на двадцать. Он ведет такую жизнь, о которой ты не имеешь ни малейшего понятия. Выйдя за него замуж, ты можешь оказаться в трудной ситуации, очень трудной, поверь. Ты будешь окружена людьми, с которыми тебя нет ничего общего. Конечно, сейчас это кажется тебе не слишком существенным, но потом, когда пройдут первые восторги, все изменится.
Твоя жизнь может оказаться невыносимой. Ты очень молода, неопытна и застенчива. Сомневаюсь, что ты будешь счастлива с этим человеком. Не понимаю… — Джо выдержал паузу, — как ты сможешь привыкнуть к его образу жизни.
— Думаю, что смогу, — тихо сказала Хлоя. На глазах у нее выступили слезы, — Да, я застенчива, но это еще полбеды. Меня всю жизнь унижали, считая глупой и ограниченной. Я никогда не нравилась молодым людям. А Пирс очень любит меня, считает красивой и привлекательной. Он первый мужчина, захотевший жениться на мне. Признаюсь, что, получив от него предложение, я стала менее застенчивой.
— Но, Хлоя…
— Довольно, — оборвала Джо молодая женщина. — Я твердо решила выйти за него замуж. Учтите также, что он не принуждал меня к сожительству. Я сама захотела этого. Пирс думал, что я принимаю таблетки, а я этого не делала. Поэтому незачем обвинять его. Он не виноват.
— Хлоя, но это же абсурд! — воскликнула Каролина, заметно побледнев. — Ведь есть способ избежать беременности, о котором ни один из вас почему-то не подумал. Ты же знаешь, что не обязательно ложиться в постель даже с любимым человеком.
— Неужели? — с нескрываемой злостью спросила Хлоя, похожая сейчас на кошку, приготовившуюся к прыжку. — К сожалению, ты не предупредила меня об этом раньше.
— Хлоя! — одернула ее Каролина. — Прекрати, пожалуйста.
— Почему?
— Потому, что это не имеет никакого отношения к предмету разговора, — пояснила Каролина.
— Сомневаюсь, — заметила Хлоя. — Может, и не вполне, но все же имеет. Будь мы с тобой ближе, если бы у тебя нашлось время для меня, если бы…
— Хлоя, не надо, — грустно попросил Джо. — Этот спор не доведет нас до добра. Мы просто желаем тебе счастья, вот и все.
— Прекрасно, — ухватилась за это Хлоя. — Тогда снова повторю вам, что буду счастлива с Пирсом. Я уже взрослая и в состоянии принимать решения. Я хорошо знаю, что для меня лучше. Я просто хотела поставить вас в известность относительно предстоящей свадьбы.
А сейчас я возвращаюсь в Лондон.
— Хлоя, подожди, — попыталась остановить ее мать" но та уже вышла из комнаты.
— Я просто не в состоянии понять этого, — сказал Джо час спустя, когда они сидели у камина. — Неудивительно, что она так влюбилась в него, но совершенно загадочно то, что он хочет жениться на ней.
— Полагаю, она вскружила ему голову, — заметила Каролина с оттенком гордости. — Она молода и довольно красива. К тому же она была девственницей, что наверняка подействовало на этого старого развратника и потешило его самолюбие.
— Да, но у него нет отбоя от молодых красоток, среди которых, конечно, есть и девственницы. И все они готовы по его первой просьбе скинуть трусики. К тому же все они вполне в его стиле и вкусе. А здесь что-то совершенно другое. Хлоя не из таких.
— Может, в этом и кроется разгадка?
— Не знаю. — Джо опустил голову. — Готов утверждать, что в его вкусе хорошенькие мальчики, а не скромные и застенчивые девушки.
— Сейчас не время шутить, — отрезала Каролина.
Однако Джо понял, что она не восприняла его слова как неудачную шутку.
Некоторое время спустя Каролина попросила Джо поговорить с Пирсом.
— В конце концов, это ты во всем виноват.
— В чем же моя вина?
— Ведь это ты познакомил их, разве не так?
— Не совсем так, — заметил Джо и в сотый раз подумал о том, что сказала бы Каролина, узнав причину, по которой оп занялся прошлым этого человека.
Слава Богу, что это расследование пока ни к чему не привело. Все подозрения относительно давней связи Пирса Виндзора с Брендоном повисли в воздухе.


— Пирс? Это Джо Пэйтон. Нам нужно поговорить.
— В любое время, — с готовностью ответил тот бархатным голосом. — Я ждал вашего звонка. Могу ли я угостить вас обедом?
— Как вам угодно, — сухо, сказал Джо, подумав, что, может быть, ему удастся выяснить истинные намерения этого негодяя.
— Видите ли, Пирс, — начал Джо, едва они уселись за столик в небольшом ресторанчике, — я хочу знать, почему вы решили жениться на Хлое, а не ограничились обычным романом? То, что вы собираетесь сделать, может оказаться для нес губительным.
— Джо, прошу вас, успокойтесь, — добродушно попросил Пирс. Его лицо было сейчас по-детски простодушным. — Я люблю ее. В самом деле люблю.
— Если бы вы по-настоящему любили Хлою, — спокойно заметил Джо, — то оставили бы ее в покое. Во всяком случае, не подталкивали бы ее к браку.
— Это несправедливо, Джо. Почему же я должен оставить ее в покос?
— Хотя бы потому, что она не может справиться с вами. Она еще очень молода, неопытна и глупа. Она не вписывается в вашу жизнь и во вес, что с ней связано. — Джо был на грани отчаяния. — Ей всего двадцать лет, Пирс. Ради всего святого, пожалейте ее! Ведь у нее нет никакого опыта! Ваш брак обречет ее на страдания. И это начнется сразу же после того, как пройдет первый порыв страсти. К тому же она никогда не станет для вас хорошей женой. Это не та женщина, которая вам нужна.
— Ошибаетесь, Джо, — мягко возразил Пирс, осушив свой бокал. — Вы просто недооцениваете Хлою.
У нее замечательный характер, а это именно то, что мне нужно.
Джо с трудом сдерживал нарастающее раздражение.
— А что вы знаете, Пирс, о ней, о ее происхождении?
— Ровно столько, сколько нужно, чтобы принять верное решение, — уверенно ответил тот. — Я знаю, что она застенчива, скромна, не уверена в себе. А вот вину за это я возлагаю на ее мать.
— Почему? — резко спросил Джо.
— Да ведь это же очевидно, — ответил Пирс. — Каролина всегда вела себя несколько отчужденно по отношению к дочери. Порой даже холодно. У нее, в сущности, не было внутреннего контакта с Хлоей. К тому же она слишком восхищалась теми благополучными мальчиками, которых навязывала дочери в женихи.
Поэтому меня не удивляет, что Хлоя выросла застенчивой, скромной и беззащитной.
«Значит, пока он ничего не знает», — подумал Джо и с облегчением вздохнул.
— Как бы то ни было, — продолжал между тем Пирс, —''Хлоя преодолеет все трудности, а я постараюсь помочь ей в этом.
— Вы считаете, что беременность поможет ей разобраться в своих чувствах? Но это же абсурд, Пирс. Это лишь усложняет все. Она неважно себя чувствует, истощена. Она…
— Признаюсь, что я не в восторге от этого, — заметил Пирс. — Для меня это было полной неожиданностью. Я думал, что она принимает противозачаточные.
Хлоя сама так говорила. Честно говоря, я сожалею о случившемся и понимаю вашу озабоченность. Но дело в том, что она проявила необычайную твердость. Хлоя далеко не так беспомощна, как вам всем кажется. Кстати, я просил ее выйти за меня замуж до того, как она забеременела. Я действительно люблю ее и хочу, чтобы она всегда была рядом со мной. Едва ли вы поверите, но она нужна мне.
— Да, но почему? Зачем она вам, Пирс? — Джо с ненавистью посмотрел на него, страстно желая съездить по этой смазливой роже, известной всей стране.
— Я уже сказал вам, Джо, — повторил он, — я люблю ее, и у вас нет никаких оснований для беспокойства, я буду заботиться о ней. Все будет прекрасно.


Хлоя немало удивилась бы, услышав этот разговор.
Она по-прежнему восхищалась своим избранником и наслаждалась, когда он говорил ей о своей любви. Но все-таки Хлое было очень тяжело. Минутами ей хотелось бросить все и куда-нибудь убежать, но она не делала этого лишь потому, что ждала ребенка и уже ничего нельзя было изменить. Ее угнетало богемное окружение Пирса. Хлоя очень старалась приспособиться к этим людям, но не находила с ними общего языка. Женщины из его окружения смотрели на нее так, словно она украла у них любимую игрушку. Сначала они вели себя с ней подчеркнуто любезно, но затем стали откровенно игнорировать Хлою. Она часами молча наблюдала, как они весело и без умолку болтают за столом. Хлое смертельно надоели постоянные разговоры о том, что Джон Осборн преобразил британский театр, Том Стоппард блестяще сыграл в последнем спектакле, а несравненная Ванесса Редгрейв безумно талантлива. Хлоя мечта-. ла только о том, чтобы никто не заговорил с ней.
Правда, иные из этих людей были добры, искренни и не выказывали высокомерия.
Так проходили почти все встречи с Пирсом. Но одна из них показалась Хлое особенно тягостной. Незадолго до свадьбы Мария Вулф, известная актриса, пригласила их на обед, который давала в своем загородном доме в Оксфордшире. Это была высокая блондинка с огромными голубыми глазами, не выражающими ничего, кроме чувства превосходства. Ее мужем был известный миллионер-промышленник Джек Вулф, поэтому Мария вкладывала деньги во все проекты Пирса, в частности в постановку «Леди из Шалотта».
Когда они ехали в Оксфордшир, Пирс уверял Хлою, что ей там понравится и она увидит самых известных людей. Он даже сказал, что многие отдали бы что угодно, лишь бы оказаться в числе гостей. При этом Хлоя подумала, что согласилась бы на все, чтобы не ехать на этот обед.
Прием поразил ее невероятным размахом. Когда бледно-серый «ролле» Пирса въехал в металлические ворота, Хлоя увидела толпу на огромной лужайке перед величественным особняком в стиле королевы Анны.
Это столпотворение заставило Хлою съежиться.
Она чуть было не сказала Пирсу, что плохо себя чувствует и хочет вернуться домой, но вовремя удержалась, поняв, что должна пройти через это. Таково было негласное условие их брачной сделки. Она часто повторяла себе, что только так она сможет стать миссис Виндзор. Хлоя заставила себя улыбнуться и безропотно последовала за Пирсом.
До начала обеда все было нормально. Мария Вулф приветливо поздоровалась с Хлоей и, поцеловав Пирса в губы, сообщила, что безумно соскучилась по нему. К счастью, в этот момент ее отвлекли другие гости, и Пирс увел Хлою, то и дело представляя ее своим знакомым и друзьям. Хлоя мило улыбалась, хотя с каждой минутой ей становилось все труднее делать это. Все разговоры казались ей пустыми и глупыми. А когда Пирс на минутку оставил ее, она пришла в отчаяние, растерялась и бросилась искать его.
Затем прозвучали слова: «Обед подан». Мария Вулф стояла на крыльце дома и звонила в колокольчик, приглашая всех к столу. Рядом с ней почему-то оказался Пирс. Через мгновение они оба исчезли за дверью, и гости устремились за ними. Хлоя увидела бесконечные ряды столов с огромным количеством всевозможных блюд и экзотических салатов.
Она искала глазами Пирса и вскоре нашла его.
Он сидел во главе стола между Марией Вулф и ее подругой. Казалось, Пирс совершенно забыл о Хлое. Все гости быстро расселись за столом. Поскольку Хлою никто не пригласил к столу, она быстро направилась в туалет и долго находилась там, охваченная чувством страха и безысходности. Хлоя надеялась, что Пирс все же заметит ее отсутствие и отправится на поиски.
Через десять — пятнадцать минут Хлоя подошла к зеркалу, поправила прическу, подкрасила губы и вышла в зал. Там стоял невообразимый шум. Все весело смеялись, оживленно болтали, произносили тосты и поглощали многочисленные блюда. Хлоя с ужасом поняла, что за столом нет ни одного свободного места.
Пирс сидел на прежнем месте. Кое-кто с любопытством оглядывал Хлою Она застыла у входа, испытывая отчаяние, беспомощность и унижение. Уже решив уйти, она вдруг почувствовала на плече чью-то руку.
— Рад приветствовать вас, без пяти минут миссис Виндзор. Вы опоздали? Я тоже. Может, войдем туда вместе? Сейчас мы найдем свободные места. Возьмите тарелку, и мы пристроимся в каком-нибудь укромном уголке.
Хлоя встретилась глазами с необычайно красивым мужчиной: высоким, крупного телосложения, с густыми светлыми волосами и голубыми глазами, казавшимися особенно яркими на его загорелом лице. Густые черные брови придавали ему строгий и неприступный вид. Хлоя заметила, что он элегантно одет. «Сколько же ему лет? — подумала она. — Около тридцати пяти, может, чуть больше». Когда он улыбнулся, Хлоя с удивлением отметила, что его строгое лицо стало по-детски милым и непосредственным.
Усадив ее, он представился:
— Людовик Ингрем, адвокат по профессии, но отнюдь не по призванию. Имею честь быть другом хозяйки дома и вашего жениха. Странно, что Пирс стал женихом. Простите за откровенность, но он слишком стар для вас. Почему бы вам не послать его подальше и не выйти замуж за меня, например? Я сейчас совершенно свободен, недавно развелся и думаю, что вам будет со мной намного интереснее.
Хлоя молча слушала этого человека, который не приставал к ней с дурацкими расспросами и наслаждался собственным красноречием. Через некоторое время она почувствовала себя спокойнее, а к концу вечера поняла, что никогда в жизни не встречала такого забавного и милого, человека.
Именно в это время Пирс вспомнил о Хлое. Он подошел к ним нетвердой походкой и сказал:
— А, вот ты где! А что ты делала все это время?
— Разговаривала с этим удивительно интересным человеком, — холодно ответила Хлоя, даже не взглянув на жениха.
Когда они возвращались домой, она ни единым словом не упрекнула его, но запомнила этот день на всю жизнь, соизмеряя все с тем унижением, которое испытала тогда.
Несколько дней спустя Хлоя попыталась поговорить с Пирсом о том, что произошло в доме Вулфов. Он весело рассмеялся, обнял ее и сказал, что все это ерунда.
— Дорогая, — заметил Пирс, — ты слишком чувствительна. Тебя все любят и уважают. Зачем так расстраиваться?
Но Хлою не успокоили его слова, хотя пока она не сомневалась в том, что Пирс любит ее, да и сама отвечала ему тем же. Ради этого она готова была пожертвовать всем — достоинством, гордостью, самолюбием.
Брачная церемония состоялась в прекрасный сентябрьский день в небольшой церкви в Ипсвиче, а после этого устроили праздничный обед в доме Хлои. Джо и Каролину удивило, что Пирс согласился на это тихое семейное торжество, а еще более то, что он отказался от освещения этого события в прессе. Это было странно для того, кто привык находиться в центре внимания.
Мать Пирса, старая и немощная, не могла приехать на свадьбу сына из приюта для престарелых. Но Хлоя сказала Джо, что несколько раз навещала эту милую старушку по имени Флавия, и ей показалось, что та безумно счастлива от решения сына.
Свидетелем Пирса был известный поэт Дамиан Латьенс, написавший текст для мюзикла. Этот приятный молодой человек с копной густых черных волос и такими же черными глазами понравился Хлое, хотя Джо считал, что худшего свидетеля и придумать трудно. Хлоя этого, конечно, не знала, но Джо подозревал, что Пирса связывает с Дамианом нечто большее, чем дружеские отношения. К тому же Дамиан казался мальчиком рядом с этим старым негодяем.
На свадьбу пригласили чету Вулфов. Хлое это не понравилось, но Пирс убедил ее в том, что в противном случае рухнет вся финансовая система поддержки его проекта.
Пришли также Дэвид и Лиза Монтегю. Она — знаменитая оперная певица, а ее муж — дирижер Лондонского симфонического оркестра. Эта пара совсем не походила на Вулфов и очень доброжелательно отнеслась к Хлое. Со стороны Пирса присутствовали также Табита Левин, молодой талантливый драматург Джил Форест, театральный критик Джил Фосет и еще двое незнакомых Хлое людей.
В целом Хлоя одобрила список гостей, пожалуй, за исключением Вулфов и отчасти Табиты Левин, с которыми чувствовала себя по-прежнему скованно.
С теми, кого пригласила Хлоя, было гораздо легче, хотя она до последней минуты не знала, как они отреагируют на гостей со стороны жениха. Главной и самой почетной гостьей Хлои была миссис Браунлоу, но она сразу удалилась на кухню. Пришла также семья Бэмфортов; вот, пожалуй, и все. Почему-то вспомнив Флер, Хлоя подумала о том, что к той наверняка пришло бы больше верных и надежных друзей. Пирс отнесся к этому спокойно, и только Бэмфорт вызвал у него некоторое недоумение. Он никак не мог понять, зачем приглашать на свадьбу слугу.
— В моей жизни было немало тяжелых минут, — твердо сказала Хлоя, — когда Джек Бэмфорт поддержал меня.
Когда Хлоя спросила мать, не хочет ли она пригласить кого-нибудь со своей стороны, та ответила, что ее старомодные родственники только помешают торжеству и будут изрядно шокированы происходящим.
— Хлоя, — вдруг сказала она, тревожно поглядывая на дочь, — думаю, тебе не следует говорить Пирсу о… ну, в общем, о…
Хлоя бросила на нее холодный взгляд, заметив, что это ей и в голову не приходило.
— Пирс не имеет к этому никакого отношения, — добавила Хлоя, надеясь, что он никогда не узнает об этом.
— Вот и хорошо, — сухо промолвила Каролина и заметила:
— Нам не следует приглашать никого из Саффолка. Нельзя предугадать, что может сорваться с их языка.
.За два дня до свадьбы Пирс позвонил Каролине:
— Не могу ли я попросить вас включить в список гостей еще одного человека?
— А кто он? — спросила она.
— Это мой старый друг, известный журналист, который долгое время жил в Штатах, и я не предполагал, что именно сейчас он вернется сюда. Мы знакомы очень давно, и боюсь, он обидится, если я не приглашу его.
— Ну хорошо, — вздохнув, согласилась Каролина. — Надеюсь, он придет один?
— Да, он не женат. Спасибо вам. Его зовут Магнус Филипс. Думаю, Джо хорошо знает его.
Услышав эту новость, Джо был заинтригован и разочарован:
— Магнус Филипс? Да он же из желтой прессы!
Причем худшего пошиба. Именно сейчас он работает над весьма сомнительной книгой о балете. Ужасная вещь!
Но больше всего меня удивляет, что Пирс назвал его своим старым другом. Впрочем, ничего страшного, он тебе понравится.
— Почему он должен мне понравиться? — удивленно спросила Каролина.
— Хотя бы потому, что тебе травятся крутые парни. — Джо поцеловал ее в щеку. — А Магнус именно такой.
Каролина так ничего и не поняла.
Хлоя заказала себе подвенечное платье в ателье Осей Кларка. Оно было великолепным — длинное, белоснежное, с глубоким декольте — и, подчеркивая ее фигуру, скрадывало уже обозначившийся животик.
Пирс был в сером костюме, шелковой рубашке и красном галстуке. Он казался Хлое необычайно красивым, отчего она чувствовала гордость и радость.
Нарядные и веселые гости с нетерпением ожидали начала торжества. За несколько минут до обеда во двор въехал большой мотоцикл. Гости столпились у окон, привлеченные шумом.
— Боже мой! — радостно воскликнул Пирс. — Это же Магнус! Вот старый черт!
Магнус вошел в зал, снимая с головы шлем.
— Добрый день. — Он поклонился Каролине. — Магнус Филипс. Извините за опоздание. Меня подвел мотоцикл. Я сделал все возможное, чтобы успеть к началу. Где можно переодеться?
— Одну минуту. — Каролина окинула гостя неприветливым взглядом. — Вы не опоздали. Джейн, покажи, пожалуйста, комнату, где мистер Филипс сможет переодеться.
Каролина всем своим видом показывала, что крайне недовольна поведением Магнуса. Мало того, что он опоздал на десять минут, так ведь еще и вырядился Бог знает как: в черный костюм, какой-то бесцветный галстук и грязные туфли.
Магнус между тем поцеловал ей руку и пристально посмотрел в глаза.
— Леди Хантертон, — торжественно произнес он, — еще раз прошу вас принять мои извинения.
Каролине вдруг стало не по себе от этого пронзительного взгляда. Глубокий темный блеск этих глаз пробудил в ее душе что-то давно забытое.
— Неужели вы и в самом деле мать невесты? — удивленно спросил он. — Вы не шутите? Я подумал, что вы ее сестра или подруга. — Голос Магнуса, глубокий и чувственный, был под стать его глазам.
— Да, я ее мать, — сухо ответила Каролина и отвернулась, чтобы не видеть этого безумно влекущего взгляда. — Прошу вас в зал.
Обед прошел великолепно. Каролина, сидевшая рядом с Дамианом, с удивлением обнаружила, что он весьма занятный человек. В перерывах между разговором она пристально следила за Джо, который с большим успехом обхаживал Табиту. Шум голосов прерывался взрывами хохота, что было вполне уместно в данной ситуации. Невеста же, казалось, до сих пор не верила своему счастью.
В конце обеда Джо произнес пламенную речь, пошутив, что он в этот день теряет дочь, хотя, с другой стороны, пролепетал он заплетающимся языком, будучи намного моложе жениха, не считает это необратимой потерей. Все дружно посмеялись и дружно выпили за счастье молодых.
После него поднялся Пирс и долго говорил о том, как безумно счастлив и что ему выпала редкая удача найти в самом центре Лондона такое невинное и чистое создание. Он закончил свою речь словами о том, что его молодая жена прекрасна, добра, очаровательна и мяла.
— Спасибо тебе, Хлоя, что ты вышла за меня замуж, — закончил он и опустился на свое место.
Все наполнили бокалы. Атмосфера становилась все более свободной и раскованной. Дамиан лез из кожи вон, объясняя Каролине тонкости поэтического искусства, а Джил Форест кричал, что Дамиан создал бессмертный шедевр, который останется в памяти благодарных потомков. Дамиан, не возражая, скромно потупил глаза.
Каролина, не поняв, о чем они говорят, обратилась за разъяснением к Магнусу. Прежде чем ответить, тот раздел ее глазами, а потом сказал, что они обсуждают поэтический спектакль «Ангелы», над которым Пирс и Дамиан работали в течение двух лет. Впоследствии он стал известен своим грандиозным провалом.
— Это несправедливо! — воскликнул Пирс. — Эта вещь получила замечательные отклики, но публика просто не доросла до нее. — Его глаза стали вдруг жесткими, хотя он продолжал улыбаться. Магнус, наклонившись к нему, спросил, что не понравилось публике в этом спектакле.
— Все дело в химии, — загадочно ответил Пирс. — Там есть некоторые вещи, недоступные для понимания неподготовленного зрителя. Нам не удалось завладеть воображением публики. Я до сих пор не могу понять, почему это произошло. Ну да ладно, это уже история и не имеет сейчас ровно никакого значения.
— Конечно, — с легкой иронией сказал Магнус.
Заметив его ироническую улыбку, Джо подумал, что его отношение к этому человеку меняется в лучшую сторону.
— А вот мне «Ангелы» очень понравились, — вступила в разговор Мария. — Вам просто не повезло, но это еще не окончательный приговор. Пирс, дорогой, мы непременно возьмем реванш.
— Да, — подхватил эту мысль Пирс, но Магнус прервал его, сказав, что не стоит утомлять гостей театральной бредятиной. После того он повернулся к Джо и спросил, какие отклики получила его книга «Скандалы».
— Очень хорошие, — ответил тот.
— А вам она понравилась, леди Хантертон? — поинтересовался Магнус. Та почему-то смутилась, как школьница.
Далее все пошло по давно установленной традиции.
Молодые отправились в свою комнату, а гости продолжали шуметь и веселиться. Вскоре в центре внимания оказался Джек. Все спрашивали его о лошадях, а он подробно объяснял все тонкости этого дела.
Заметив, что гости изрядно утомились, Каролина предложила им кофе.
Войдя на кухню, Каролина неожиданно заплакала.
Она не ожидала, что это событие вызовет у нее такую реакцию. Она думала о Хлое, и ей было грустно. В душе Каролины теплилась надежда на то, что дочь будет счастлива, но ее одолевали дурные предчувствия. И тут она вспомнила Флер. Если бы на месте Хлои оказалась она, все было бы иначе. Эта девочка быстро обуздала бы Пирса. Она умела вести себя с подобными типами. Каролина с горечью подумала, что теперь потеряла обеих дочерей. Положив голову на руки, она попыталась овладеть собой.
— Каролина, с тобой все в порядке? — спросил неизвестно откуда появившийся Джек.
Каролина подняла голову и посмотрела на своего старого друга.
— Нет, Джек, не совсем. Мне почему-то плохо. Не знаю, как она справится со своим мужем.
— У нее все будет хорошо, — бодро сказал он, коснувшись ее плеча. — Она намного сильнее, чем кажется.
— О, Джек, по-моему, она такая маленькая и несмышленая!
— Понимаю тебя, — ответил он, улыбнувшись. — Матери всегда считают своих детей маленькими. Но на самом деле это далеко не так. С ней все будет в порядке, поверь мне. Она справится со всеми трудностями.
— Ты действительно так думаешь, Джек? Может, ты и прав. Господи, как быстро прошло время! У меня такое ощущение, будто она совсем недавно родилась.
Да и мальчики тоже. А когда я думаю о Флер, мне кажется, что прошла целая вечность.
— Да, много времени утекло, — сказал Джек, похлопывая ее по плечу. — Я тоже размышлял об этом на днях.
— Правда, Джек? — спросила Каролина и подняла к нему мокрое от слез лицо.
— Да, время летит быстро. Все события сплелись в один узел. Родились дети, ты вышла замуж за сэра Уильяма, а потом… Ну да ладно, зачем вспоминать.
— Да, — тихо промолвила Каролина, снова опустив голову. — И вот теперь все закончилось. Джек, сделай мне чашку кофе. Я поднимусь наверх и приведу себя в порядок. Я, должно быть, выгляжу ужасно и… — Она замолчала и повернулась к двери.
На пороге стоял Магнус Филипс и с нескрываемым любопытством наблюдал за происходящим.
— Она прекрасная женщина, — сказал Магнус Джо. — Как я понимаю, она принадлежит тебе?
— Да, она моя, — ответил Джо и отхлебнул бренди.
Он был уже сильно пьян, но продолжал пить, чтобы заглушить горькое чувство, охватившее его от потери Хлои. — И к тому же она действительно прекрасна. — Он поднял голову и попытался сфокусировать взгляд на Магнусе. — А что ты тут делаешь? Зачем приехал?
— Я очень старый друг Пирса, — сказал тот, с трудом выговаривая слова.
— Пишешь о нем какую-нибудь гадость, не так ли?
— Нет, нет, — замахал руками Магнус. — Это будет маленькая статья для газеты «Нью-Йоркер». Он сам подбросил мне эту идею. Ну и бренди у тебя, Джо. Замечательный напиток! А невеста — само очарование. А мать у нее еще лучше.
— Да, Хлоя чудесная девушка, — охотно согласился Джо. — Я люблю ее, как дочь. Жаль, что это не так.
Выпей еще немного бренди, Магнус. Выпей.
В этот момент в зал вошла Каролина с чашкой кофе в руке. Окинув взглядом гостей, она улыбнулась.
— Она прекрасна, — повторил Магнус. — Ты, должно быть, отличный малый, Джо, если у тебя такая замечательная женщина.
— Да, я действительно хороший малый. — Джо засиял от гордости. — Очень хороший.
— Даже не верится, что она мать троих взрослых детей, — продолжал Магнус.
— И тем не менее это так, дружище, — заметил Джо. — Это так же верно, как и то, что я пьян.
— А когда же… — начал было Магнус, но в этот момент к ним подошла Каролина.
— Джо, Вулфы собираются уходить. Проводи их, пожалуйста.
Джо с трудом поднялся и, покачиваясь, направился к двери. Выйдя во двор, он махнул рукой в сторону бледно-голубого «роллса», в котором уже сидели Мария и ее муж. Их машина была куда роскошнее, чем у Пирса.
Гости стали прощаться. Последним уходил Магнус, который поднялся наверх, чтобы переодеться.
Выйдя во двор, он увидел Каролину и улыбнулся ей. Ее удивило, что Магнус выглядит в дорожном костюме еще лучше, чем в деловом.
— Я счастлив, что познакомился с вами, — сказал он, не отрывая от нее взгляда. — Мне у вас очень понравилось. Еще раз приношу свои извинения за опоздание.
— Ничего, — доброжелательно ответила Каролина. — Вы достаточно трезвы, чтобы ехать на мотоцикле?
— Да, да, все хорошо. Свежий воздух быстро приведет меня в чувство, уверяю вас. Вы самая прекрасная мать невесты из всех, кого я видел, — серьезно сказал он. — Безмерно благодарен вам за гостеприимство.
— Не за что. Я рада, что вам понравилось у нас, — сказала она, уловив в его словах некоторое преувеличение. Затем она увидела, что Джо вышел во двор с ее сыновьями в пиджаке, надетом наизнанку. — Простите, я должна отправить Джо наверх и уложить его.
— Счастливчик Джо, — мечтательно протянул Магнус. — Как бы мне хотелось, чтобы вы и меня уложили.
Всего доброго, леди Хантертон, — сказал он и умчался на своем грохочущем мотоцикле.
Войдя в дом, Каролина увидела, что Джо уже крепко спит на софе.
Она снова вышла во двор, позвала собак и отправилась с ними гулять. Сначала ее мысли были заняты Магнусом Филипсом. Затем она вспомнила свой разговор с Джеком Бэмфортом и попыталась убедить себя в том, что он не был понятен для тех, кто не знал о существовании Флер. Ее мысли снова вернулись к Магнусу.
Она представила себе его красивое лицо, его задумчивые пронзительные глаза.
Вернувшись домой, Каролина проводила Джо в его комнату, приняла душ и прочитала три главы книги Пьера Сэлинджера «С Кеннеди». Все это время она не могла избавиться от мысли, что Магнус, услышав разговор на кухне, теперь попытается разгадать ее тайну.


Из материалов к книге «Показной блеск»


Интервью с Лизой Монтегю, давней знакомой Пирса Виндзора и женой Дэвида Монтегю


(Ее согласие на публикацию интервью получено)


— Я познакомилась с ним впервые… Когда же это было? Кажется, в 1953 году. Незадолго до этого он встретил Джунивер, и они все еще были охвачены любовной лихорадкой. Да, он был безумно влюблен в нес. Это очень похоже на Пирса. Он всегда влюблялся безоглядно и в кого угодно — в женщин, мужчин, детей, в теории, идеи и так далее. Все остальное тогда теряло для него смысл. Они познакомились в Королевской академии театрального искусства. А я тогда училась в Королевском музыкальном колледже и увидела Джунивер на одном из рождественских концертов.
У нее тоже был неплохой голос. Я всегда убеждала ее попробовать себя в пении. Однажды вечером я столкнулась с ней на одном из концертов. «О, Лиза, — сказала она возбужденно, — я безумно влюблена. Я просто заново родилась. Это начало моей жизни». Джунивер всегда любила известные цитаты.
В тот вечер мы вместе поужинали у «Джимми». Вы знаете «Джимми»? Это подпольный ресторан возле Лейсистер-сквер. Он всегда был грязным, как мужской туалет. Но молодых такое не отталкивает. Там все было очень дешево.
Так вот. Он был божественно красив и оставался таким до последнего часа. Бедняга! Он был просто очарователен. Он как-то по-особому задавал самые деликатные вопросы и так внимательно слушал собеседника, что казалось, будто для него нет ничего важнее на свете. Он проявлял интерес к самым неожиданным вещам, но это все было обычным трюкачеством, актерской игрой. На самом деле он слушал вполуха. Женщины всегда чувствуют это лучше, чем мужчины. Да и мужчины могли бы понять это, если бы внимательно следили за ним.
Короче говоря, они с Джунивер просто потеряли рассудок. Всегда ходили в обнимку, не отпуская друг друга ни на шаг. «Дорогие мои, — часто говорила им я, — почему бы вам не отправиться домой и не потрахаться как следует?» Джунивер всегда соглашалась с моим предложением, а Пирс при этом почему-то смущался. Ему не нравилось, когда женщины употребляли нецензурные слова и говорили откровенно о таких вещах.
Они поженились в конце того же года. Джунивер просто умирала от счастья, что заполучила такого мужа. Это была довольно странная свадьба. Ее родителей несколько удивило это обстоятельство. Правда, мать Джунивер считала, что Пирс — замечательный жених, но ее отец и брат думали иначе. Они сомневались, что этот брак будет продолжительным и счастливым. К тому же уэльсские традиции, знаете ли.
Свадьба была в ее доме, но туда понаехало столько гостей из Лондона, что местные жители изумились Мы все были молоды, экспансивны, много шумели, одеты бог знает как. На ее семью это произвело удручающее впечатление.
А потом Пирс произнес речь. Когда я услышала его, мне хотелось умереть на месте. Он поднялся и предельно искренно сказал, как безумно счастлив, что старик Дэвис подарил ему прекрасную жену, а потом подошел к Джунивер и торжественно произнес: «Спасибо тебе за то, что ты вышла за меня замуж, Джунивер». Меня чуть не стошнило от этих слов. А как он был одет! Я понимаю, что это была его свадьба, но они все договорились, что Пирс наденет строгий костюм, а он напялил на себя нечто сероватое, очень длинный пиджак с темным бархатным воротником, и напоминал смазливого мальчика Тедди. Все старики ахнули, увидев его в таком костюме. Да и мать его, Флавия, несколько перестаралась: надела слишком яркое платье и сделала пышную прическу. Местные жители отродясь такого не видели. Она оставалась на свадьбе до самого конца и даже произнесла такую торжественную речь, что все попадали. К счастью, его отец к тому времени уже ушел.
Я очень люблю Флавию, но, конечно же, она испортила Пирса. Поэтому у них и начались проблемы.
Со своим будущим мужем я познакомилась на их свадьбе. Он приехал туда из Лондона вместе с другими гостями. Когда Пирс произносил свою речь, он, стоя рядом со мной, прошептал мне на ухо: «Забавный тип, не правда ли?» Мне пришлось согласиться с ним.
После этого я не видела их около года. Вернувшись из путешествия, я встретила в Лондоне Джунивер. Она была чем-то расстроена, хотя уверяла меня, что все нормально. Правда, она сказала тогда, что у Пирса возникли какие-то проблемы. «Он не хочет играть незначительные роли, Лиза, — сказала она тогда, — а в результате не получает ничего и в основном болтается без дела».
Я, конечно, спросила ее, удачно ли ее замужество, но она ограничилась лишь одной фразой: «Все прекрасно, дорогая».
Через несколько недель они пригласили меня на ужин. Это все было очень грустно. Пирс показался мне раздраженным, почти невыносимым. Джунивер предупредила меня, чтобы я ни в коем случае не заводила речь о работе. Я, понятно, не упоминала об этом, но о чем же еще мы могли говорить? Как мне показалось, Пирс несколько.., ну.., не враждебно, конечно, но все же отчужденно вел себя с ней. Отчужденно и весьма критически. По его словам, она все делала не правильно, не так. Мясо всегда пережаривала, цветы не поливала, ну и тому подобное. Она пыталась держаться спокойно, но это ей не удавалось. «Дорогой Пирс, милый Пирс, извини, прости, я не хотела, я не думала». А ему следовало врезать по яйцам.
После ужина Пирс вдруг предложил Дэвиду пойти в паб, что было весьма необычно для него. Когда они ушли, я спросила Джунивер, что, черт возьми, у них происходит, на что она ответила: «Лиза, любовь остыла, совершенно остыла». Она была так взволнованна, что не могла говорить об этом. Мы стали обсуждать наши профессиональные проблемы, но я так и не поняла, чья же именно любовь остыла — ее или Пирса.
Когда мужчины вернулись домой, мы с Джунивер уже основательно набрались. Они тоже были веселы и слегка возбуждены. После этой встречи я не видела их целый год. В то время я была в Милане, а Дэвид — в Нью-Йорке. Вернувшись, я узнала, что они разошлись, Я позвонила матери Джунивер, так как не могла найти ее в Лондоне. Та была очень расстроена и сказала, что никогда не ожидала от Пирса подобного. При этом она добавила, что Пирс заставил Джунивер сделать аборт.
Только много лет спустя я узнала от нее правду. Тогда она уже работала в Бристольском драматическом театре и сказала, что не хочет говорить о Пирсе и о том, что с ним связано. Джунивер добавила, что этот брак был самой крупной ошибкой в ее жизни. Через несколько лет, когда у меня появились проблемы с мужем, она мне все рассказала. Но тогда мне казалось, что он просто испорченный, эгоистичный и невыносимый ребенок. Выяснилось, что все гораздо сложнее.
После этого я не видела его много лет. Пирс избегал меня, чувствуя себя виноватым, стыдился того, что сделал. Я тоже не слишком стремилась встретиться с ним, поскольку была зла на него и очень сочувствовала Джунивер. Он снова вошел в мою жизнь лишь тогда, когда стал кинозвездой. Вот тут он и поделился со мной мыслями о том, что между ними произошло. Пирс полагал, что рассказ преуспевающего актера будет более убедителен.
Если же говорить откровенно, то он был жутко закомплексован, и это делало его опасным.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Жестокий роман Книга 1 - Винченци Пенни


Комментарии к роману "Жестокий роман Книга 1 - Винченци Пенни" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100