Читать онлайн , автора - , Раздел - Глава четвертая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава четвертая

Человечество – странная штука
Из песен Б. Абарова
Они сидели на кухне, и Аля рассказывала подруге, как она устала от семейной жизни, как надоел ей муж и как она рада, что у них нет детей.
– Как подумаю, что ребенок был бы похож на этого кретина…
– Слушай, что ты на него взъелась? Совсем он не кретин, твой Влад. Очень даже умный и ушлый.
– Не могу… Обрыд он мне… Больше всего зависимость от него обрыдла. А уж в постели как он мне осточертел. – Она вдруг затянула дурным голосом: – Любимый Владик может спать спокойно, обрыдший х…, мохнатый зад, дурацкий взгляд!
Туся фыркнула.
– Ну завела бы себе любовника, и дело с концом.
– Пробовала.
– И что?
– Не помогает. Туська, а как у тебя с этим делом?
– Нормально, – ответила Туся, она не умела говорить на эти темы. Но держать свою тайну всегда при себе тоже было невыносимо. И она рассказала подруге все.
– Ты молодчина, Туська, я от тебя не ожидала! Вот прямо с порога и дала?
– Прямо с порога, – тяжело вздохнула Туся.
– Что, вот сразу так захотелось?
– Не помню. Просто я вдруг поняла, что не могу иначе…
– Кайф! А тебе понравилось?
– Не то слово!
– А если б опять с ним встретилась?
– Даже думать боюсь!
– Ты о нем вспоминаешь?
– Да. Очень часто.
– И что?
– Голова кругом идет. И ноги дрожат. И живот начинает болеть… – хриплым шепотом призналась Туся. – Но больше всего меня мучает мысль, что он Ниночкин любовник. Он так испугался, когда узнал, что я ее невестка.
– А ты пробовала ее о нем расспросить?
– Ну что ты! Я боялась себя выдать!
– А какой он?
– В каком смысле?
– Ну рост, цвет глаз, возраст?
– Лет пятьдесят, наверное, крупный, волосы с проседью. Смуглый, глаза синие.
– Красивый?
– Я не знаю… Мне кажется, что я могла бы и не узнать его на улице… И я даже не знаю, как его зовут… Он сказал, что Саша, но, по-моему, соврал с перепугу.
– Знаешь, ты лучше выкинь его из головы.
– Стараюсь, пока не выходит.
– Он лучше, чем Митчел?
– В сто тысяч раз! – твердо заявила Туся. – Кажется, Лешка идет.
– О, девушки, вы тут что, пьянствуете вдвоем? Привет, Алька!
– Привет, Леха!
– Давно вернулись? А Влад где?
– В Караганде! – буркнула Аля.
– Поссорились?
– Да нет, я так…
– Сидите тут небось и косточки нам с Владом перемываете?
– Очень нужно! У нас темы поинтереснее есть, – передернула плечами Аля.
– Я помешал?
– Да ты что, Лешик! Есть хочешь? – засуетилась Туся.
– Нет, я поел.
– Где?
– В редакции, где же еще. Пойду поработаю. Не буду вам мешать.
Он ушел.
– Придется сменить тему, – с сожалением прошептала Аля, – а то увлечемся, а он подслушает…


После рассказа о незнакомце Тусе нисколько не стало легче. Даже наоборот. Все вспомнилось так ярко и живо, что хоть на стенку лезь. Но тут позвонила свекровь и таинственным шепотом сообщила, что традиционная встреча Нового года отменяется.
– Мы с Мстиславом Сергеевичем решили на Новый год съездить в Ригу. У нас обоих столько связано с этим городом…
– Здорово! – довольно вяло отозвалась невестка.
– Ты чего куксишься? Опять эта сучонка звонила?
– Да нет, она больше не звонит. Я просто устала.
– А Лешка дома?
– Да, работает. Позвать?
– Не стоит. Тусь, а вы где будете встречать?
– Еще не думала. Я ж только что узнала…
– Тусечка, милая, не обижайся! Но в моем возрасте пренебречь такой возможностью было бы глупо…
– Да боже сохрани! Не беспокойтесь, что-нибудь сообразим, а лучше всего вдвоем встретить, дома… – Ей вдруг показалось это заманчивым.
– Вдвоем – это прекрасная мысль. Это освежает чувства, это так романтично. И Лешка по крайней мере не напьется…
– Нина Михайловна, побойтесь Бога, он очень редко напивается! – вступилась она за мужа. – У меня только вопрос: вы сами Лешке скажете, что уезжаете?
– Скажу, в чем проблема? Мы не вмешиваемся в личную жизнь друг друга. Вот что, позови его, чтоб он потом не упрекал меня, что я его не предупредила…
– Это хорошая мысль! Леша, тебя мама!
– Иду!
Она ушла в спальню, а Алексей довольно долго беседовал с матерью.
– Как тебе это нравится? – возник он на пороге. – Ну мать, сильна старушка!
– С ума сошел? Какая ж она старушка!
– Да вообще-то нет, но для таких штучек все-таки явно устарела. Но я даже восхищаюсь… А что с Новым годом-то делать будем? Куда двинем?
– А давай вдвоем встретим, дома? Хоть не устанем до полусмерти, а?
– Вдвоем? – без особого энтузиазма отозвался муж. – Можно!
У нее оборвалось сердце. Он не хочет… Ему скучно вдвоем со старой кошелкой…
– Если у тебя есть другие идеи, я готова их рассмотреть.
– Никиту можно позвать с девушкой… Или заказать столик где-нибудь.
– А если уехать куда-то?
– Да ты что! А новогодний номер? Я должен все видеть сам. А то под праздник сотруднички такого наваляют… О работе уже никто не думает!
– Ладно, я готова просто лечь спать.
– Ты обиделась? – насторожился он.
– Ничего я не обиделась. Просто мои предложения ты отвергаешь, а сам ничего предложить не можешь. Поэтому закрываем тему. Спокойной ночи, я устала.
Она легла, завернувшись в одеяло, и потушила ночник, в полной уверенности, что сейчас он будет просить прощения, целовать и обнимать ее, но он просто сказал: «Ага, спи!» – и вышел из спальни. У него кто-то есть. Я ему уже не интересна… всхлипнула она. Но и у меня кто-то есть… Сейчас ей показалось, что незнакомец обязательно найдет ее, как обещал. И для него я вовсе не старая кошелка. И не калоша. И вряд ли он в таком возрасте кидается на всех встречных женщин. Но он явно знает в них толк, а я произвела на него впечатление… Черт побери, я с молодым мужем забыла, что умела производить впечатление и не на таких… И пусть Митчел Мак-Лейн не бог весть какой любовник, вернее, даже совсем никакой, да и человек не ахти, но все равно он звезда, настоящая голливудская звезда… И влюбился в меня с первого взгляда и добивался долго… Лешка тоже долго добивался. А этот просто руку протянул… Нет, как вовремя появилась Алька со своей идеей подготовки запасного аэродрома…


Чтобы поддерживать себя в форме, Алексей дважды в неделю ходил в бассейн. До работы.
– Леш, я хочу сегодня к Реджинальдовне съездить.
– Съезди, в чем проблема?
– Да ни в чем! Ты меня до метро подбрось, ладно?
– Подброшу, не вопрос. Только ты будь готова минут через двадцать, а то я опоздаю. А чего это ты в такую рань к ней собралась?
– Да пока доеду… И от станции еще идти. Да и возвращаться в темноте неохота.
– Тоже правильно. Да, кстати, я вчера с Никитой говорил насчет Нового года.
– И что?
– Он приглашает к ним на дачу. По-моему, неплохо за городом встретить, а?
– Как хочешь…
– Значит, решено!
Она ничего не ответила. От обиды внутри все заболело. А я ведь с самого начала это предвидела. Я не хотела выходить за него… Я ждала и вот дождалась. Он ко мне равнодушен, ему плевать на меня и мои жалкие попытки что-то вернуть. Ну да ничего. У меня есть своя квартира. Ей стало нестерпимо жалко новой квартиры, в устройство которой она вложила всю душу… Ну и черт с ней, я теперь многое знаю и умею. Сделаю себе маленькое уютное гнездышко, где мы с Мамзиком будем жить. Лешка деньги за квартиру благородно не брал, говорил, что это на черный день. Можно считать, что он для меня настал. И я буду делать абажуры. А мне ведь, в сущности, немного надо. Я прекрасно шью, тряпок у меня кучи, я долго продержусь… И я еще не такая старая, я найду себе мужчину…
– Леш, знаешь, я не успею, я сама доберусь, ты езжай!
– А? Что? Ладно. Извини, не могу ждать!
Ей не хотелось садиться с ним в машину.


Татьяна Реджинальдовна дружила еще с Тусиной бабушкой. Ей шел уже девятый десяток, но об этом нельзя было догадаться. Подтянутая, аккуратная, с прямой спиной. Она постоянно жила за городом вдвоем с домработницей Антониной Панкратовной. Сын Татьяны Реджинальдовны, крупный финансист, когда-то в молодые годы ухаживал за Тусиной матерью. Туся бывала у старухи нечасто, но очень ее любила. И знала, что ей всегда будут рады. Татьяна Реджинальдовна отличалась тем, что хранила в больших тяжелых сундуках массу шикарных вечерних платьев и театральных костюмов. В свое время она пела в знаменитой Свердловской оперетте, была красавицей и сердцеедкой. И обожала, рассказывая что-то о своей бурной молодости, подкрепить рассказ «наглядным пособием», как называла это Туся.
– Антоша! Достань мое черное с перьями! – говорила она Антонине Панкратовне, и та с превеликой охотой кидалась с сундукам. Когда Туся завела роман с Мак-Лейном, ей нечего было надеть на грандиозную тусовку в Кремле, куда он ее пригласил, а сшить платье было не из чего, она обратилась к Татьяне Реджинальдовне, и та открыла перед ней свои сундуки. С каким азартом старая женщина выбирала для нее туалет! Они даже чуть не поругались. Татьяна требовала, чтобы она взяла синее в блестках платье, а Туся буквально вцепилась в черное с украшениями из страусовых перьев. Перья, правда, выглядели весьма непрезентабельно, но зато сохранилось боа, на удивление хорошо выглядевшее.
– И что, ты хочешь пустить это боа на платье? – испугалась сначала Татьяна Реджинальдовна.
– Ну да, а то что же, скоро и оно превратится в такую же рухлядь, – поддержала Тусю Антонина Панкратовна. – А так платье будет как новое.
– Ладно, бери!
– Вы не думайте, я платье верну!
– Разумеется, вернешь!
– Татьяна Ренальдовна, ну на кой оно тебе? – вмешалась Панкратовна («джи» она всегда пропускала). – Пусть у девки останется. Ей хороводиться надо, а тебе куда? В могилу заберешь?
– Но это память…
– Пока память в голове есть, и так помнишь, а как склероз-то все выест, так все равно не вспомнишь.
– Пожалуй, ты права, Антоша. Бери, деточка, только обязательно покажись мне в нем!
И вот теперь Туся рассчитывала, что Татьяна Реджинальдовна отдаст ей одну юбку, подол которой был украшен несколькими рядами бронзовой бахромы. В этой юбке Татьяна Лавринская пела когда-то Нинон в «Фиалке Монмартра». Карамболина-карамболетта! Туся уже видела эту бахрому на золотистом шелковом абажуре к лампе из карельской березы.
Как хорошо за городом! В Москве грязь и слякоть, а тут все бело. Подходя к даче, она вдруг испугалась. Уже месяца два она не навещала старуху, а в таком возрасте всякое может случиться. Но, с другой стороны, ей бы кто-нибудь позвонил… Телефона на даче не было, Татьяна почему-то не желала его проводить. Правда, сын купил ей мобильник, но она отказывалась им пользоваться и практически никогда не включала.
– Если у меня будет телефон, ты никогда не выберешься к матери, да и другие тоже, – говорила она сыну, – а так я по крайней мере точно знаю, кому до меня есть дело. А если придет пора помирать, Антошка к соседям сбегает позвонить.
Туся подошла к калитке. Снег расчищен, на крыльце сидит мохнатый Бонька и никак не реагирует на появление гостьи.
– Бонечка! – крикнула Туся.
Пес встрепенулся и довольно лениво потрусил навстречу.
– Совсем старый стал, уже и не лаешь?
Он ткнулся носом ей в колени, завилял хвостом.
Вот тут мне хорошо, тут я чувствую себя просто девочкой. Она поднялась на крыльцо, смахнула веничком снег с ботинок и позвонила.
Дверь открыли быстро.
– Антонина Панкратовна, здравствуйте!
– О, Туся приехала! Заходи, заходи, Татьяна рада будет, на днях тебя поминала!
Они расцеловались.
– Я вот тут пастилы свежей привезла…
– Умничка, а то Сергей Леонидович всегда забывает.
– Антоша, кто там пришел? – раздался звонкий голос хозяйки дома.
– Туся пожаловала!
Татьяна Реджинальдовна поспешила навстречу гостье.
– Деточка, как я рада! Давненько ты не была!
Тусе стало стыдно, что вспомнила о старухе только из-за бахромы, и поняла, что просто не сможет в этот раз попросить о чем-то.
Старуха выглядела великолепно.
– Татьяна Реджинальдовна, да вы просто цветете!
– Спасибо, детка. А вот у тебя вид что-то унылый. С муженьком проблемы?
– Да как вам сказать…
– Скажи как есть.
– Хочу уйти от него.
Хозяйка дома звонко, молодо рассмеялась.
– У меня такое впечатление, что эта мысль сидит в твоей прелестной головке чуть ли не со свадьбы и лишь теперь ты ее, как нынче выражаются, «озвучила»? Кстати, я смотрю телевизор и прихожу в ужас, как теперь говорят! Чему учат детей? Что это такое «будем лопать пузырями»? Я в первый раз ушам своим не поверила! Выходит, все нынешние дети усвоят этот кошмар? Ты голодна, Туся?
– Нет, пока не голодна.
– А ты надолго?
– Не очень. Хочу вернуться засветло.
– Ты на электричке?
– Конечно.
– Знаешь, когда я была молодая, у нас собирались ставить одну оперетту местных авторов, где я играла роль девушки, мечтой которой было что бы ты подумала?
– Понятия не имею! – улыбнулась Туся.
– Она мечтала стать машинистом на паровозе! И я пела там такую арию: «На паровозе-возе-возе, возе-возе, умчусь я завтра в сверкающую даль!»
– И умчались? – рассмеялась Туся.
– Да нет, там дальше говорилось: «Жила я раньше в родном колхозе, а нынче прошлого ничуточки не жаль!» Но кто-то в горотделе культуре смекнул, что этой арией мы призываем мчаться вдаль от родного колхоза, что было несвоевременно и все в таком духе.
– Что, спектакль сняли?
– К счастью, да, сняли, даже до генеральной. Восторгу нашему не было предела. А поскольку премьера нового спектакля была в плане, пришлось срочно восстанавливать «Фиалку Монмартра».
Юбка с бахромой, вспомнила Туся. Но у нее не повернулся язык.
– Ах, как я любила этот спектакль! Карамболина-карамболетта! Это был мой коронный номер! Как я танцевала! Помню, перед премьерой у меня начались всякие страхи, кураж пропал, и вдруг мне мой партнер говорит (а он меня безумно любил): «Танечка, ты не бойся, просто как выйдешь на сцену, вспомни, что ты поешь „Карамболину“ вместо „На паровозе-возе“, и такой у тебя кураж появится! И ведь гениальный совет оказался. Я с таким огоньком это спела и станцевала, что публика едва не разнесла театр! Ну, разумеется, любовь к партнеру тоже свое дело сделала. Тогда о сексуальности и думать нельзя было, да мы и слов таких не знали, но суть-то от этого не меняется, а в оперетте еще можно было и юбками взмахнуть, и ножки показать… Антоша, принеси-ка юбку Нинон!
Туся замерла.
– Ой, Татьяна Ренальдовна, да ты ей эту юбку сколько раз показывала!
– Ничего, я сама посмотреть хочу!
– Ох, грехи наши тяжкие, о душе думать пора, а она все вспоминает, как ноги задирала! – проворчала Антоша.
– Она такая ворчунья стала, стареет, видно, а сама еще молодка, всего семьдесят пять! Так о чем это мы? – блестя глазами, спросила старая актриса.
– О «Фиалке Монмартра».
– Да нет, голубка моя, не о «Фиалке». Думаешь, у меня маразм? Ты сказала, что хочешь от мужа уйти?
– Да.
– Загулял?
– Не то чтобы…
– Подозрения появились?
– Да я не знаю… Просто мне кажется, что он меня больше не любит.
– А ты сама-то любишь его?
– Татьяна Реджинальдовна, я вам давно еще говорила, что меня мучает разница в возрасте, и чем дальше, тем хуже будет. Может, я все себе и придумываю, но… Не хочу оказаться брошенной ради молодой девчонки. Мне вот одно дело предложили… Попробовать хочу.
Тут появилась Антоша с пакетом в руках.
– На вот, Ренальдовна, держи свои юбки.
Татьяна Реджинальдовна вытащила из пакета коричневато-золотистую юбку и, кокетливо поводя плечами, взмахнула ею, и тут у всех трех женщин одновременно вырвался вопль ужаса. Юбка буквально распалась в руках бывшей опереточной дивы.
– Что это, Антоша? – простонала она. – Моль?
– Да нет, откуда моль? Видать, срок ее вышел. Вон, глянь-ка, у швов все посеклось… Да чего удивляться-то, в театре небось из дерьма всякого шили, и то сказать, сколько лет продержалась… теперь только выкинуть.
– Ой нет, не выкидывайте! – взмолилась Туся. – Отдайте мне бахрому!
– Да тебе-то на кой? – удивилась Антоша. – Сейчас, что ли, модно?
Туся объяснила, зачем ей бахрома.
– Нет, пусть хоть бахрома на память останется… – огорченно проговорила Татьяна Реджинальдовна.
– Ой, Ренальдовна, тебе-то на кой? Девке для дела надо, ну коли так охота на память оставить, так отрежь кусочек и любуйся, а остальное ей отдай! А кстати, хорошо бы все твое добро пересмотреть. Может, ей еще чего сгодится! Глядишь, и твое тряпье кому-то на пользу пойдет. А так чего лежит? В могилу с собой заберешь? Да и мне лишние хлопоты. Все равно Сергей Леонидович, как помрешь, в помойку выкинет.
– Когда помру, тогда пусть… – упрямо заявила Татьяна Реджинальдовна. – Тогда все равно, а пока…
– Ну и зря! Ладно, вы тут попейте чайку, а я пойду погляжу, не надо ли еще чего выкинуть.
– Вот ей бы все выкинуть… А ты, Туся, свои костюмы не хранишь?
– Откуда у меня костюмы? Сроду своих не было, а из театра никто не даст, да и зачем? Мне не надо.
– Это потому, что ты свое театральное прошлое не ценишь, не любишь, а для меня в театре была вся жизнь. Больше театра я, наверное, только сына любила. Да и то не всегда.
– А я – нет. Там столько зависти было, столько злобы…
– Ну, милая моя, конечно, если у балерины не первого ранга – ты уж прости – вдруг в любовниках голливудская звезда оказывается…
– А вы думаете, балеринам первого ранга гадостей не делают?
– Почему же, делают… И все равно. Театр надо любить всем своим существом, тогда и он тебе взаимностью платит.
– Да нет, театр взаимностью платит только очень талантливым, а у меня таланта как раз и не было… Так, способности да прилежание…
– Ерунда! Ты же прекрасно училась, тебе большое будущее прочили… Куража у тебя не было, вот в чем беда. А без куража в театре делать нечего. Это мать твоя виновата, прости господи, нельзя о мертвых плохо говорить. Но это она вбила себе в башку, что ты должна стать балериной. Ну да ладно, чего уж теперь… ты вот что, если от мужа вздумаешь уйти, переселяйся ко мне. Я рада буду. С тобой веселее. И вспомнить прошлое можно, и жизни поучить. Или у тебя есть к кому уйти? У такой сексапилочки наверняка поклонников куча, я не права?
– Нет, не правы. Я в последнее время что-то дома закопалась, нигде почти не бываю. Лешка как стал главным редактором, занят страшно, а куда я без него? Если и бываю где-то, то чаще всего с Ниночкой.
– Твои отношения со свекровью – это что-то не совсем нормальное. Это почти извращение!
– Да бог с вами, Татьяна Реджинальдовна! – засмеялась Туся. – Ниночка золотой человек.
– Не знаю, не знаю. Но имей в виду, пока я жива, этот дом в твоем распоряжении. Можешь тут даже свои абажуры мастерить.
В этот момент в дверях возникла Антоша, потрясая каким-то куском материи.
– Ну что я говорила! Жучок завелся! Глянь, глянь, Ренальдовна, вона накидушка твоя из «Сильвы» во что превратилася? Труха одна. Скоро весь дом сгноим, все жучок пожрет…
– Дай сюда! – потребовала хозяйка.
– На, полюбуйся! На свет, на свет смотри!
Накидка и впрямь была в плачевном состоянии. Татьяна Реджинальдовна картинно прижала ее к груди, и глаза ее налились слезами. Однако Туся была уверена, что старуха все сыграла.
– А знаешь, что я в этой накидке пела?
– Да знаем, знаем, про кусочек черта! – сварливо отозвалась Антоша.
– Не кусочек, а частицу! Частица черта в нас заключена подчас… И сила женских чар родит в груди пожар… Ах, «Сильва», это был такой успех… А какой у меня был Эдвин однажды! К нам приезжал гастролер из Ленинграда. Забыла его фамилию, он рано умер… Трагическая судьба, но он был красив как бог! Ладно, выкинь эту тряпочку… «Сильву» я и так не забуду!
– А если еще что найду, все тебе тащить?
– Да нет, к чему… Говорят, вещи долговечнее человека, а я их пережила…
– Так то вещи, а это тряпье театральное, мусор один, вон у меня пальто ратиновое еще с пятьдесят пятого года, ничего ему не делается!
Туся еще посидела, поговорила со старухой, а потом собралась домой.
– Так ты помни: если что – добро пожаловать! И не вздумай жильцов из квартиры турнуть, пусть живут и платят, а ты сюда…
– Спасибо, спасибо вам, только я сама еще ничего не знаю.
Они нежно обнялись и расцеловались на прощание. Потом Туся заглянула на кухню попрощаться с Антошей.
– Ты у калитки сумку найдешь, с собой забери, я там тебе тряпочек набрала, авось пригодятся!
– Каких тряпочек? – искренне не поняла Туся.
– Да из сундуков-то. С отделками, сгодится тебе.
– Но мне неудобно…
– Чего неудобно? Все равно на помойку пойдет! Бери-бери!


Сумка оказалась объемистой, но не тяжелой. В электричке Туся заглянула внутрь. Чего там только не было! И все же она пребывала в смущении. Хотя вполне разделяла точку зрения Антоши.


С вокзала она взяла такси – тащиться с такой сумкой в метро не хотелось. Но въезжать во двор не стала. Противная тетка с первого этажа всякий раз, когда она приезжала на такси, считала своим долгом отчитать ее за расточительность.
– Да пошли ты ее куда подальше! – советовал Алексей.
Один раз она попробовала сказать, что это ее личное дело, но старуха только пуще развопилась. Так зачем портить нервы себе и ей, если сумка совсем не тяжелая. Она остановила такси у въезда во двор. И вдруг сердце учащенно забилось, ей померещилось, что в наступивших сумерках она видит у подъезда фигуру того мужчины… Незнакомца. Да нет, ерунда, никого там нет. Она постояла, переводя дух, заглянула во двор. Никого. Глянула на свои окна – темно. Хорошо, подумала она. По крайней мере не надо «держать лицо». Как я от этого устала… Я, наверное, больше не могу… Вставать всегда раньше мужа, чтобы он не увидел меня не в форме. Я не хочу больше. Не могу просто… Устала… Это превратилось в докучную обязанность… Казалось бы, вошло в привычку, стало второй натурой, а вот поди ж ты… Устала. Она медленно побрела к подъезду.
– Туся! – тихо позвал ее чей-то голос.
Она вздрогнула, обернулась.
– Вы? – ахнула она.
– Я. Я не хотел, но это оказалось сильнее меня… – хрипло проговорил он.
– Что? Что сильнее?
– Желание увидеть тебя. Я не вовремя? Тогда скажи, где и когда?
Она плохо видела его лицо, перед глазами стоял туман, но отчетливо различала его запах, и от этого кружилась голова и подгибались колени.
Он взял у нее из рук сумку.
– О, с виду такая здоровенная, а легкая… Туся… Ты не спешишь?
– Нет, не спешу, – вопреки намерению проговорила она. При нем она становилась совсем безвольной…
Он закинул сумку на заднее сиденье какой-то иномарки. Потом усадил Тусю на переднее. Сам сел за руль и быстро выехал со двора.
– Куда вы едете?
– Не знаю. Неважно.
Проехав два квартала, он затормозил в каком-то переулке. Она, сжавшись, ждала, что вот сейчас он обнимет ее, твердо зная, что не сможет сопротивляться. Но он сидел, положив руки на руль и вцепившись в него так, словно это был спасательный круг.
– То, что произошло, ужасно, почти трагично, но бороться с собой я не в силах. Ничего подобного со мной никогда не было, я всегда или почти всегда… умел справляться со своими чувствами, а тут… Я сбежал тогда, уехал, думал, что дома приду в себя… А потом все бросил и вернулся… Я даже не знаю, нужен я тебе… нет, скорее всего, нет, у тебя муж… своя жизнь, и вдруг я… И все так скоропалительно и… Это же почти ничто… Но я отравился… Это как отрава… Я считал себя сильным, а тут… И дело не в том, что было между нами… Это, по-моему, не главное… главное то, что я совершенно лишился покоя и рассудка…
Смысл его речей плохо доходил до нее, она только поняла, что это любовь… любовь, которая свалилась на нее всей тяжестью чужой судьбы, и от этого было страшно и так странно спокойно и сладко. И не надо «держать лицо»… совсем не надо… Он и так будет ее любить.
Он все говорил что-то, потом вдруг спохватился.
– Ты почему молчишь?
– Мне хорошо, – призналась она. – Какой у вас одеколон?
– Что? – ошалел он.
– Одеколон…
– «Иссио Мияке», – В его голосе явственно звучало разочарование. Ну еще бы… Он мчался к ней, бросив все, а она…
– Нет, я спросила, потому что… Знаете, я однажды выбирала себе духи в магазине и случайно понюхала мужской одеколон Мияке. Мне он так понравился, я даже хотела купить его себе… Но не решилась.
– И мужу не купила?
– Нет, ему не понравилось бы… И ему не пошло бы… Пожалуйста, поцелуйте меня.
Идиот, что ты делаешь? Не ломай ей жизнь, не надо! – Пытался он образумить самого себя. Но где там! Она уж не девочка, разберется!
Они целовались в машине, страстно и самозабвенно. А когда не хватило воздуху, она прошептала:
– Знаете, мне пора идти…
– Нет, не пущу. Поедем ко мне сейчас же!
– Нет, я приду к вам завтра утром. Давайте ваш адрес.
– Почему? Почему не сейчас?
– Сейчас темно и можно погасить свет… А я так не хочу! – проговорила она, сама себе ужасаясь.
– Господи помилуй! Ну хорошо. Я отвезу тебя назад.
– Нет, не надо.
– Тогда я утром приеду за тобой.
– Нет, я сама… давайте адрес.
Он вытащил из кармана ручку и записную книжку, вырвал листок и написал адрес.
– Во сколько тебя ждать?
– В половине одиннадцатого. Нет, в одиннадцать.
– Так ты точно приедешь?
– Конечно…
– Я провожу тебя.
– Нет, не надо, я сама.
– Имей в виду, если ты не придешь, я явлюсь к тебе домой.
Она засмеялась низким грудным смехом, от которого у него все внутри перевернулось.
– Вам не придется. До свидания.
Она вылезла, он подал ей сумку.
– Что там у тебя?
– Тряпки. До свидания! – Она захлопнула дверцу, повернулась к нему спиной, сделала два шага, но вдруг замерла, и опять шагнула к машине. Он с готовностью подростка распахнул дверцу.
– Как вас зовут? – спросила она.
– Кирилл, – ошеломленно ответил он.
– А! – Она закрыла дверцу и ушла.


Какая странная и какая изумительная… Черт, кажется, в тот раз я назвался каким-то чужим именем… Что она подумает? Неужто придет? Как дожить до утра? Может, податься к кому-нибудь из прежних приятелей? Нет, это чревато бессонной пьяной ночью, а я должен быть завтра в форме. Она не хочет темноты… Странная… А впрочем, многие женщины предпочитают любовь при свете… Хотя далеко не всем это на пользу… А может, не стоит затевать этот роман? Ничего хорошего не выйдет, только скандал, грязь, безобразные разговоры. Зачем ввергать ее во все это? Но я ведь уже столько сделал на пути к ней. И что же, отступить? Испугаться? Выходит, я трус? Нет, я же не за себя боюсь – за нее… Но она ведь не боится… Она тоже хочет… Меня хочет… Но я уеду, а она останется… Ну и что? Я просто не стану ни во что ее посвящать. Зачем? Мы утолим нашу страсть и расстанемся. Не хочу с ней расставаться. Ерунда, ты не можешь сейчас это знать. Я останусь для нее таинственным незнакомцем, очень даже романтично… Женщины это любят. Надо просто соблюдать некоторую осторожность, не таскаться с ней по ресторанам и клубам. Да она и сама вряд ли этого захочет. Поздно, друг Кирюша, нельзя разочаровывать женщину.
Он вылез из машины. Переулок был покрыт свежим снегом. И на снегу четко видны были ее следы. Он подошел к невысокой оградке какого-то отреставрированного особняка, сгреб ладонью снег и протер лицо. Завтра на лице выскочат прыщи при здешней экологии, подумал он. Ничего, это глупости, вон какой белый снег…




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - -

Разделы:
Пролог

Часть первая

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6

Часть вторая

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5

Часть третья

Глава 1Глава 2

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100