Читать онлайн Роковое кольцо, автора - Виггз Сьюзен, Раздел - ГЛАВА 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Роковое кольцо - Виггз Сьюзен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.25 (Голосов: 24)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Роковое кольцо - Виггз Сьюзен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Роковое кольцо - Виггз Сьюзен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Виггз Сьюзен

Роковое кольцо

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 6

На рассвете закричали петухи. Заспанные слуги, зевая, выползли из своих углов. Тангейт просыпался. Перезвон, доносившийся с церковной колокольни, призывал всех к утренней молитве.
Роза потянулась и недовольно что-то пробурчала себе под нос. Ну почему непременно нужно так рано пробуждаться! Утренний холод пробрался в спальню. Она прижалась к Гарету и глубоко вздохнула, вдыхая запах лаванды и сплетенных тел – запах любви. Не открывая глаз, она улыбнулась. Что за чудо – просыпаться в объятиях любимого мужчины! А может, ночь любви ей лишь приснилась? Как все было восхитительно, волшебно! Нет, то был не сон. Нельзя во сне вообразить тех сладостных чувств – их можно только пережить.
– Уже утро? – спросонья удивился Гарет.
Он был великолепен: густые золотистые волосы растрепаны, глаза блестят.
– Звонят к заутрене, – Роза нежно прильнула к Гарету. – Ах, милый, так холодно! Не хочется покидать постель, но Кеннет, наверное, уже ждет нас в церкви.
– Если и ждет, то тебя, а не меня. Мне запрещено посещать службы, забыла? – он совсем проснулся, старая боль, прежние обиды и заботы возвратились. – Иди! Я останусь здесь.
Маленькие руки ласково гладили его тело. Роза вновь радостно ощущала, как оно оживает от ее прикосновений. Она возжелала любви, как никогда прежде, – теперь она ведь знала, что такое восторг и упоение любви!
Гарет ее остановил.
– Послушай меня, детка! – он пытался не смотреть на ее горящие вожделением глаза и припухшие губы, с которых он этой ночью пил нектар страсти. – Ты хочешь, чтобы я снова низко пал, нарушив условия нашего брачного договора? Хочешь, чтобы ради нескольких минут похоти забыл обо всем?
Роза смутилась.
– Гарет, я только хотела…
Он глядел в сторону, отстранясь от той страстной женщины, которую сам сотворил такой. Уставившись мрачно в холодную каменную стену спальни, он твердо произнес:
– Иди на мессу, Роза! А когда вернешься, начнем собираться в Мастерсон.
Дрожа от холода, она оделась. На полу, у ножки кровати, лежали лепестки розы, которую вчера вечером она принесла Гарету. Они сморщились, увяли.
Роза задержалась у двери.
– Гарет, что с тобой сегодня? Может, я сделала что-нибудь не так или… не понравилась вчера тебе?
– Ради Бога, Роза, не смотри на меня, как побитая собака! Это не из-за тебя. Ты здесь совсем ни при чем.
Она стояла – такая маленькая, потерянная, обиженная.
Хок добавил, уже мягче:
– Мне с тобой всегда было хорошо, особенно этой ночью, девочка моя! А сейчас поторопись, а то опоздаешь к утренней молитве.
* * *
После службы они тронулись в путь, сытые и отдохнувшие. С собой в дорогу им дали целую корзину снеди. Кеннет предложил и лошадей, но Гарет отказался. Он не любил быть чрезмерно обязанным даже хорошим друзьям.
В дороге Розу не тревожило молчание Гарета. За несколько дней, проведенных вместе, она стала привыкать к его суровому нраву. Только изредка, украдкой, она поглядывала на строгое мужественное лицо Хока, думая о восторгах прошедшей ночи. Теплые волны нежности накатывали на нее при воспоминаниях об объятиях и поцелуях.
К полудню они притомились. Даже окружающий пейзаж; стал действовать утомляюще: нескончаемые луга желтели пожухлой травой, изредка попадались островки деревьев с полуоблетевшей листвой. Путники сели отдохнуть и перекусить. Молча жевали они черный хлеб с сыром, запивая красным вином из фляги. В окружении высокой травы Роза смотрелась диковинным цветком. Сквозь облака пробивались редкие потоки неяркого солнца, и казалось, что все лучи света обращены к Розе. Сегодня она была еще красивее. Прекрасные черты юного лица обрели спокойствие уверенной в себе женщины. Это и точило душу Гарета! Что он натворил, совершив непоправимую ошибку! Зачем он поступил столь бесчестно?
Как изменятся эти прекрасные черты лица, когда Роза узнает истинную причину ее похищения из монастыря! Высокий чистый лоб избороздят морщины, потемнеют фиалковые глаза, губы, по которым сейчас блуждает прелестная улыбка, искривятся в гневе. Хок не видел Розу такой ни разу, но предполагал, что ее гнев будет столь же силен и всепоглощающ, как и любовь.
– Тебе нравится?
Роза сплела венок, и теперь корона из белесых сухих луговых цветов обрамляла прелестную головку. Огромные глаза казались еще ярче, чем обычно.
Вместо ответа Гарет лишь кивнул.
– Пора идти, нечего нам тут засиживаться! – сказал он.
Стараясь шагать в ногу, Роза за ним едва поспевала.
– Далеко ли до Мастерсона, Гарет?
– Уже нет. На ночь мы остановимся в Липнете, а утром будем на месте.
– Я не успела в прошлый раз как следует разглядеть Мастерсон.
– Чем меньше ты будешь его разглядывать, тем лучше.
Роза уловила горечь в резком ответе Хока.
– Сейчас твое поместье переживает не самые хорошие времена, – с сочувствием сказала она. – Но я представляю, каким оно было когда-то! Счастье снова улыбнется Мастерсону, и опять в нем станет всем уютно, люди заживут богато…
– Управляющий погряз в продажности. У кого была возможность и кто поудачливее, те сбежали. Оставшиеся перегрызлись между собой, – разоткровенничался вдруг Гарет.
Носком башмака он отшвырнул с дороги камень.
– Позволь мне помочь Мастерсону, Гарет, – попросила Роза. – Драгоценности моей матери можно продать и на вырученные деньги купить зерно, а также заплатить за службу твоим рыцарям.
– Нет, я не могу тебе этого позволить. Для меня это вопрос чести.
У Хока кольнуло сердце. Он вспомнил о поручении лорда Джона.
Роза заглянула ему в лицо, ее глаза блестели от негодования.
– Это бесчестно – отказываться от поддержки супруги, Гарет! И, кроме того, ты не должен заставлять своих людей голодать!
Хок схватил ее за руку, резко остановился и вымолвил, задыхаясь и едва сдерживая себя от ярости:
– Я сам разберусь в своих делах! Не вмешивайся!
Роза замолчала. Опустив голову, она плелась за мужем следом.
Солнце уже садилось, когда они добрались до Линнета. Городок был небольшим: всего несколько неказистых домов, крытых камышом, да захудалый постоялый двор под названием «Желтый Олень».
К их столу подошла трактирщица в заляпанном переднике и несвежем чепце.
– Чего-нибудь выпить и перекусить, – попросил Гарет.
– Будь добр, мил человек, сначала покажи монеты.
– Да есть у меня деньги!
– Бывают часто у нас рыцари вроде тебя! Только кроме герба на груди ничего у них нет за душой!
Гарет стиснул зубы. Всего несколько ночей назад он останавливался здесь. Трактирщица, видимо, его не запомнила. Не вступая в перебранку, он молча бросил две монеты на стол. Женщина подхватила их и спрятала в карман.
Несколько крестьян в грубой домотканой одежде с обветренными усталыми лицами попивали эль из глиняных кружек. Два старика сидели у огня, ведя немногословную беседу. В темном углу трое странников в дорожных плащах с капюшонами разговаривали приглушенными голосами. Шумная компания молодых людей веселилась в центре большой комнаты с низким потолком. Они подтрунивали друг над другом, иногда задевали и других посетителей.
– Дорри, – закричал один из них трактирщице. – По кружке эля мне и моим дружкам! Да поживее!
– Ничего тебе не принесу, Калли! – бросила через плечо трактирщица. – С тех пор, как вернулись твои приятели, ни одного дня не посвятил ты честной работе!
Калли захохотал, раскрасневшееся от эля лицо украсила широкая белозубая улыбка.
Парень подошел к трактирщице и обнял ее за талию.
– Это правда, сладкая моя Дорри, но иногда нечестная работа оказывается прибыльней! – он достал из кармана горсть серебряных монет и подбросил их, серебро заблестело перед глазами трактирщицы. – Мы с друзьями просто обогатились на ярмарке в Найнбэнксе.
– Я не беру ворованное, – ответила женщина, не сводя однако глаз с денег.
– Что за чепуха! Ну разве же это воровство, если какой-либо хорошо одетый ротозей плохо спрячет свой кошелек? Стоит ли отказываться от добра, которое само плывет к тебе в руки? Вины тут большой нет!
Трактирщица взяла из пригоршни несколько монет.
– Ладно уж, принесу вам эля.
С выражением торжества Калли обвел глазами комнату и заметил Розу.
– Боже праведный! Что это? Ангел небесный спустился к нам на грешную землю!
Гарет заметил, как вспыхнула его спутница.
– Вы смутили леди, дружище! – голос Хока был ровен, ничто не выдало его волнения.
Молодой человек даже не посмотрел в сторону рыцаря. Он скользнул глазами по серому дорожному плащу девушки и задержал взгляд на кольце с печатью.
– У прекрасной леди и золото с собой!
Роза сжала кулак и поднесла руку с кольцом к груди.
– Хватит тебе, Калли! – один из приятелей парня одернул дружка, заметив угрозу в стальных глазах Гарета. – Простите, сэр, мой младший братишка совсем не умеет себя вести!
Трактирщица принесла молодым людям эль в больших глиняных кружках.
– Это Харри, – шепнула она. – Он из этой компании самый хороший. Харри всегда осаживает братца. Сейчас я принесу вам ужин.
Гарет молча кивнул. Все его внимание было сосредоточено на трех незнакомцах в темном углу. Они даже не заметили шумной размолвки, только что случившейся в трактире, а может, просто сделали вид, что не заметили.
В отличие от Гарета, Роза ко всему была равнодушна. Ей хотелось есть, пить, а еще она была рассержена на Гарета. Тушеная дичь оказалась на редкость вкусной, эль горчил, но был холодным.
Гарет украдкой любовался тем, как ест Роза. Воистину она была розой среди шиповника и сорной травы. Тонкая красота и изысканные манеры выделяли ее из толпы. С облегчением и в то же время с сожалением он подумал, что скоро они прибудут в Мастерсон. Бродячая жизнь не для Розы, хотя за все это время он и не услышал от нее ни единой жалобы.
– Спасибо за угощение, – тихо произнесла она, закончив ужин.
– Это лишь самая малость того, что я должен был бы для тебя сделать.
Ее глаза посветлели. Она в первый раз со времени ссоры улыбнулась ему.
Гарет ласково погладил жену по щеке.
– Бедная девочка! Как ты устала, наверное! Пешком исходила полстраны!
– Когда я с тобой, Гарет, то не замечаю трудностей. Любовь моя, прости за оплошность. Я впредь не стану вмешиваться не в свое дело. Ссора с тобой ранит мне сердце.
– Да ладно! Не стоит извиняться, – сказал он, отводя глаза.
Хок подал знак трактирщице.
– Мы хотим переночевать здесь. Есть ли у вас отдельная комната?
Трактирщица отвела их на чердак.
– Надеюсь, здесь нам будет ничуть не хуже, чем в лесу, – словно извиняясь перед Розой за убогость ночлега, проговорил Гарет.
Никакой мебели не было – только несколько покрывал и матрас, но зато матрас щедро был набит соломой. От соломы пахло свежестью. С усталым вздохом Роза опустилась на ложе.
Хозяйский мальчик принес зажженную свечу в высоком подсвечнике. Чердак осветился слабым пламенем. Роза сняла башмаки, плащ и рассмеялась.
– Совсем забыла о венке!
Корона из сухих луговых цветов по-прежнему украшала ее голову.
– То-то люди в трактире смотрели па меня, как на сумасшедшую! И вовсе не удивительно, что они уставились на меня!
– Ох, сомневаюсь, что они засматривались на веночек!
Гарет вынул заколки из прически Розы, и волшебный поток черных волос упал ей на плечи и грудь. Он с благоговением провел рукой по шелковым струящимся локонам.
– Не слишком ли длинные у меня волосы? – спросила Роза. – Я заметила, что у Ровены волосы покороче. Может, теперь так носят при дворе?
– В твоем облике не стоит что-либо менять. Все так совершенно! – сказал Гарет, присаживаясь рядом на матрас.
Она улыбнулась.
– Я так рада угодить тебе, Гарет, но ты никогда ничего не говоришь, ни о чем не просишь.
– Разве у меня есть право просить тебя о чем-либо?
– Но, дорогой, у тебя нет права и отказывать мне в чем-либо! – обеими руками она повернула к себе его волевое лицо с утомленными чертами и поцеловала в губы.
Гарета увлек океан ее чувств. Удивительно, она такая юная, такая маленькая, но как неотвратимо его влечет к ней! Он отмахнулся от мудрого предупреждения внутреннего голоса. Почему он должен сопротивляться пылу Розы? Мрачное предчувствие предсказывало ему: как только она узнает правду о поручениях Акасии и лорда Джона, в тот же час оставит супруга, разлюбив навеки.
Он обнял Розу и полностью отдался восторгам любви, которые ему обещала чувственность жены.
Роза медленно раздевала Гарета. Легкие пальцы коснулись мужской груди и трепетно прошлись по всему телу, когда она снимала с него рубашку. Она поцеловала маленькую родинку на крепкой шее, а когда на нем не осталось и лоскутка одежды, исцеловала его живот и бедра.
Сквозь полусомкнутые ресницы Гарет смотрел, как Роза раздевается сама. Он любовался совершенством и красотой юного тела. Она опустилась рядом с ним на матрас.
Солома колола ее нежную кожу обнаженной спины, но это только разжигало страсть. Пламя желания горячило плоть. Ласковые руки Гарета касались самых потаенных уголков ее тела.
Их вздохи сливались, сердца бились в унисон. Им обоим хотелось только одного: давать и получать удовольствие. В экстазе Роза закрыла глаза и откинула голову.
Его прикосновения и движения заставляли сладко томиться, уносили далеко-далеко, доводили до исступления.
Часто дыша, она прошептала:
– Милый! Ты меня так изводишь… Я не знаю, что ты делаешь, но это все прекрасно!
Гарет довольно рассмеялся. Ему нравилось ее ублажать, он и сам получал от этого удовольствие. Любовные игры увлекали их обоих.
Наконец, обессиленные и утомленные, они затихли.
– Я теперь не могу представить себе и одной ночи без тебя, – сказала Роза, ее палец скользил по его губам и очерчивал линию подбородка. – До тебя я как бы не жила. Вот только сейчас и начинается моя жизнь.
– Мало ли что нас может разлучить!
– Глупый! Неужели ты думаешь, что я позволю тебе уйти теперь, когда я стала твоей женой и узнала, какую радость может доставлять любовь?
– А вдруг по какой-либо причине ты станешь сожалеть о нашем браке?
– Хватит разглагольствовать, Гарет! Давай спать! Ей-богу, мне кажется, ты даже желаешь, чтобы я тебя разлюбила! Так вот, я этого не сделаю! Я просто не могу перестать тебя любить.
Она прижалась к нему, счастливо вздохнула и заснула, а Гарет не мог сомкнуть глаз. Ее слова все еще звучали у него в ушах. Да, он хотел, чтобы она его разлюбила! Но в то же время это страшило его больше смерти.
Скудный свет раннего утра рассеял сырой, холодный туман. Гарет взглянул на спящую девушку. Ее любовь к нему – это его слабость и уязвимость. Но он ведь сам позволил укрепиться чувству Розы! Он дважды терпел поражение в желании избегать близости, хотя сам же и поставил это условие – сохранять в браке целомудренные отношения до дня венчания. Близость все осложнит. Но он не мог найти в себе силы устоять перед пылкостью жены.
Воздух на чердаке был сырой и тяжелый, пропитанный назойливым запахом соломы. Гарет испытал острое желание глотнуть свежего воздуха. Бросив взгляд на все еще спящую Розу, он спустился по приставной лестнице.
Липнет едва ли можно было назвать бойким местом. В этом он убедился, пройдя из конца в конец единственную улочку городка.
Окутанные туманом снопы ржи стояли, как солдаты, поднятые по тревоге: молчаливые и готовые к бою. В каждый десятый сноп был воткнут зеленый прут, напоминавший боевое копье, – так подсчитывали налоги королевские сборщики податей.
Гарет сел у дороги и тяжело вздохнул. Он тоже был должен отдать одну десятую часть своего урожая в казну короля. Но урожай был так скуден! Противный внутренний голос нашептывал, что вознаграждение лордом Джоном его трудов придется как нельзя кстати. Он сможет купить зерна для весеннего сева, заплатить рыцарям, готовым защищать Мастерсон от всех непредвиденных напастей, накормить хлебом голодающие семьи крестьян и ремесленников…
Но как же Роза?.. Как осмелится он взять в свои большие ладони маленькую доверчивую девичью руку и снять кольцо с пальца? Она никогда его не простит! Ее любовь будет разрушена его поступком.
Гарет провел рукой по щеке, заросшей неопрятною щетиной, и поднял голову. Невдалеке показались несколько измученных путников. Они не были похожи на нищих бродяг, во множестве скитавшихся по северным деревням. К нищим бродягам давно привыкли в здешних местах. Но эти путники были больные, истерзанные голодом люди. Они едва переставляли ноги. Немощные тела, казалось, сбивают порывы ветра.
Хок запахнул плащ. Черный ястреб на груди скрылся под плащом. Калека с изможденным желтым лицом, которого спутники волокли под руки, обратился к Гарету:
– Добрый милорд! Не позвольте умереть с голоду. Подайте монетку или две!
Гарет протянул несколько монет.
– Вы сможете поесть на постоялом дворе, – сказал он.
Дрожащей рукой нищий взял деньги.
– Храни вас Господь, милорд! Да будут не беса к вам благосклонны!
Один из убогих, с повязкой на ноге, из-под которой сочились кровь и гной, хотел было тоже отблагодарить Гарета, но у него не хватило сил даже кивнуть головой. Когда он попробовал сделать это, то упал на дорогу, вскрикнув от боли, и зашелся от кашля. Из горла у него хлынула кровь.
Спутники хотели помочь ему встать, но не могли, им не хватало сил поднять беднягу.
– Попробуй подняться сам, Гас!
Человек пытался встать, но не мог. Он снова и снова падал в дорожную пыль, смешавшуюся с кровью.
Гарет подошел, обхватил сильными руками тщедушное тело и поставил Гаса на ноги.
– Обопрись па меня, – предложил Гарет.
– До «Желтого Оленя» совсем недалеко. Я доведу вас.
Медленно, с трудом, люди доковыляли до постоялого двора и подняли с постели трактирщицу. Чертыхаясь, она подогрела тушеное мясо, принесла эля.
Гарет собрался уходить. Уже в дверях он спросил:
– Откуда вы родом?
– Есть такое Богом и церковью проклятое место под названием Мастерсон. Упаси вас Господь, добрый милорд, когда-нибудь там оказаться!
Лицо Гарета вспыхнуло. Боль, острая и резкая, как от ножа в сердце, пронзила его душу.
Вот уже несколько недель, как он уехал из Мастерсона. Город, брошенный в его отсутствие на произвол судьбы, погибает в распрях и раздорах. Хок особенно остро сейчас ощутил это. Люди, зависимые от него, ждут защиты и помощи, они голодают, умирают, просят милостыню на дорогах.
Он остановился у лестницы. Гарет часто и взволнованно дышал, бледное лицо покрылось пунцовыми пятнами, глаза горели. Теперь он точно знал, как поступить, всеми фибрами души чувствуя, что принял правильное решение. Больше откладывать нельзя. Хок взлетел по лестнице на чердак.
Роза все еще спала. Во сне ее лицо было прекрасно, тонкие брови разошлись, губы полуоткрылись в улыбке. Правая рука лежала возле лица. Маленькая, почти детская ладошка раскрылась. Массивное кольцо поблескивало на пальце.
Гарет в растерянности остановился. С горьким сожалением смотрел он на жену. Сколько душевных сил ушло на борьбу с самим собою! С одной стороны – задыхающийся от безденежья Мастерсон с обитателями, умирающими от голода, и он сам, преследуемый людьми из епархии, а с другой – Роза, доверчивая, как дитя, кроткая, покорная жена и неистово-страстная любовница. Можно потерять голову от столь неразрешимого вопроса: что же выбрать? Но оборванные голодранцы заставили Хока сделать то, что он давно обязан был совершить.
Гарет осторожно снял кольцо с пальца спящей. Роза даже не почувствовала потери. Кольцо в последнее время стало ей велико. Бедная девочка похудела за несколько дней скитаний. Гарет про себя дал клятву, что однажды он вернет ей наследное кольцо, хотя понимал, что и тогда слишком мало будет у него надежды на ее прощение. Может, когда-нибудь лорд Джон откроет ей тайну похищения кольца.
Хок взял из кошелька несколько монет для Харри, намереваясь попросить молодого человека сопроводить Розу в Тангейт. Остальные деньги вместе с кошельком оставил он своей юной жене и, проклиная себя и ненавидя, быстро спустился вниз.
Гарет разбудил Харри и заговорил с ним.
– Никому не выдавай, куда вы идете с Розой! – строго предупредил рыцарь молодого человека. – Безопасность моей жены в твоих руках, дружище. Не подведи!
– Не подведу, милорд!
– Господь вас храни, Харри! – Гарет поднялся, но замешкался. – Скажи моей жене… скажи ей, что я… – он проглотил ком в горле, не в силах подыскать нужных слов, которые объяснили бы Розе, почему он так поступил.
– Ладно! Ничего не говори! – коротко бросил Гарет.
* * *
Тонкие пальцы солнечных лучей разгоняли утренний туман и проникали через дыры в, крыше чердака. Узкий лучик тихо скользил по лицу Розы, мешая ей спать. Она чихнула и проснулась. Не открывая глаз, Роза протянула руку к мужу.
Но Гарета рядом с ней не было. Роза подскочила, стала тереть глаза и совершенно проснулась. Его плаща тоже не было. Матрас рядом с ней уже остыл. Ее брови удивленно приподнялись, но черты лица сразу же смягчились: она вспомнила прошедшую ночь. После того, что произошло ночью, он никогда ее не оставит! Наверное, Гарет спустился вниз, в трактир, и расспрашивает людей о дороге. Ей очень хотелось поскорее успокоить себя.
Она потянулась, улыбнулась снова и принялась безо всякого стыда вспоминать ночные утехи. Несмотря на грубость и ложное равнодушие, Гарет разрешает ей по утрам спать, сколько ей захочется. И он никогда не отказывает ей в любви. Она получает столько радости и восторга от любовных игр, сколько пожелает!
Роза стала быстро одеваться. Ей так захотелось как можно скорее увидеть мужа! За неимением расчески она пропустила спутанные волосы сквозь пальцы…
Пальцы… Глаза от удивления и ужаса у Розы широко раскрылись. Кольца на пальце не было! Сначала спокойно и методично она перебрала солому, разыскивая кольцо.
Ее охватил страх, когда стало ясно, что кольца в соломе нет. Она почувствовала себя как бы раздетой, оскверненной. Ей казалось, что кольцо давно уже стало частью ее тела.
Роза собрала пожитки Гарета и спустилась с чердака. Ей пришло в голову, что пока они спали, к ним пробрался вор и украл у нее кольцо. Но как тогда случилось, что кошелек, лежавший на видном месте, остался цел и невредим?
«Вор, наверное, торопился или был очень пьян», – придумывала Роза. Ей очень хотелось найти подходящее объяснение. Если все это так, то Гарету достанется еще одна забота: найти и отобрать у вора ее кольцо!
Она вошла в трактир. В тускло-красноватом свете очага Роза увидела лишь четверых оборванных бродяг, сидевших за одним из столов. Они вяло, безо всякого интереса, глянули на нее больными слезящимися глазами.
Роза обратилась к ним:
– Я ищу рыцаря. Вы не видели?
– Высокого блондина?
– Да! Где он?
– Он ушел.
Роза в сердцах топнула ногой.
– Я знаю это. Но куда он ушел?
– Он направился, кажется, по восточной дороге. Мы не спросили, куда.
Молчание повисло в воздухе.
– Он ушел недавно, но уходил быстрым шагом. И те трое в черном, что все шушукались в углу, таинственные такие, сразу же пошли за ним следом.
Роза расстроенно поджала губы и отошла от нищих. Из кухни, вытирая руки о засаленный передник, вышла трактирщица.
– Куда ушел милорд? – требовательно спросила у нее Роза.
– На вашем месте я бы не стала его дожидаться. Он не вернется. Многих горемычных девушек бросают по дороге молодые красавчики вроде вашего. Вам повезло, что ваш хоть за постой заплатил.
Пропуская мимо ушей недобрые замечания трактирщицы, Роза вдруг вспомнила о парне по имени Калли. А что, если кольцо украл он?
– А где парень по имени Калли? – спросила она.
– Еще спит.
Роза побежала по узкому коридору в большую общую спальню. Может, там она застанет вора!
Никого.
Она стремительно выскочила на улицу. Хозяйский мальчик был так удивлен и напуган ее внезапным появлением, что с криком отскочил в сторону. Он кормил зерном кур. Зерно просыпалось, хохлатки с кудахтаньем разбежались по двору. Заметив испуг малыша, Роза попробовала ему улыбнуться, но тут увидела, одного из парней, вчера кутивших в трактире. Она припомнила, что хозяйка назвала его Харри.
– Где твой брат? – в упор спросила Роза.
– Должно быть, спит.
Роза в гневе топнула ногой, из-под башмака полетели во все стороны брызги грязи.
– Он украл у меня кольцо!
Харри побледнел и с трудом проглотил ком в горле. Его напугал внезапный гнев девушки.
– А вы уверены, что украл именно он?
– Скажи, куда мой спутник мог пойти? Ты знаешь? – она остановилась в нерешительности.
Дорога вела и на запад, и на восток. Харри стоял перед ней в полном недоумении. Вдруг его лицо просветлело здравой мыслью.
– Госпожа! – он дотронулся до рукава ее плаща. – Вы пойдете вместе со мной.
– И не подумаю! – Роза решительно оттолкнула его руку.
– Ваш супруг попросил меня проводить вас до Тангейта.
– Но… почему он?..
– Я не спросил, госпожа, о причинах. Он очень беспокоился о вас.
Роза вспомнила, как один из нищих сказал: «Трое в черном, что все шушукались в углу, таинственные такие, сразу же пошли за ним следом». «Вот в чем дело! – подумала Роза. – Гарет ушел один, чтобы увести за собой преследователей! Глупец! К чему было это благородство? Как он мог предположить, что она преспокойно отправится без него вместе с Харри в Тангейт?»
Роза решила было тут же отправиться за Гаретом следом, но вспомнила про кольцо. Прежде надо найти кольцо.
– Идемте же, госпожа! – сказал Харри.
– Нет! Сначала отыщи-ка своего братца! И лучше будет для него явиться поскорее. Потому как ему не повезет, если он попадется мне па глаза, когда будет уже поздно.
* * *
Гарет был уже далеко. Солнце стояло в зените. Кольцо, спрятанное в подкладке туники, тяжелым грузом давило на сердце. В его сознании мелькали светлые воспоминания о Розе. Вот она смеется, и смех звенит серебряным колокольчиком. Вот говорит что-то, и быстрая речь журчит ручейком, а глаза такие ясные, правдивые… А вот вспыхнула в негодовании… Зарумянилась в смущении… Как она на него всегда смотрела! Прекрасные фиалковые глаза светились любовью и преданностью…
Черная тоска сжимала его сердце. Гарету казалось, что в своем подлом поступке он похож на гадкую змею, уползающую между серо-желтых камней в болото.
Не один раз за этот день решал он вернуться. Еще не поздно найти ее и, надев кольцо на палец, умолять о прощении!
Нет! Стиснув зубы, Хок заставлял себя идти вперед – в Мастерсоп. К вечеру, с Божьей помощью, он будет дома – если, конечно, ускользнет от людей епископа. Гарет не сомневался, что они уже вышли на его след.
Ничто не радовало сердце: ни мысль, что Роза в доме Кеннета будет в безопасности, ни то, что скоро рыцари Мастерсона получат плату из денег Пэдвика. Хок был беден, он погряз в нищете – ни лошади, ни меча, ни даже монет за душой у него не осталось. Он сам, нисколько не лучше тех убогих, которым помог сегодня утром.
Кругом никого. Как будто все вымерло. Гарет подумал: это оттого, что никто не хочет видеться и встречаться с таким ничтожным человеком, как он. Хотя, впрочем, ближе к зиме всегда так пустынно в этих северных краях. И нищие, и бездомные побирушки стараются заблаговременно прибиться к теплым местам до будущей весны. Но Гарет, мучаясь угрызениями совести, не хотел ничего, принимать в расчет. Кто он? Рыцарь, преданный анафеме, вымогатель чужих долгов, лакей у знатных людей и просто вор. Как низко пал он!
Послышался стук копыт. Гарет обернулся. Показались трое верховых. Кони с трудом скакали по разбитой дороге. Комья грязи летели в разные стороны. Полы плащей всадников развевались, ветер сбил капюшоны. У двоих были выбриты макушки. Монахи! Двое, конечно, люди Талворка, а третий, должно быть, рыцарь, служащий Морлейской епархии. Значит, все-таки выследили! Гарет удивился: долго же они его искали! Он поблагодарил господа, что Роза в безопасности – уже на пути в Тангейт.
Хок быстро огляделся. Знакомые пейзажи северных земель: торфяники, заросшие вереском, да редкие низкорослые скрюченные деревья и угрюмые гранитные валуны, затянутые топкими болотами – человеку негде спрятаться или укрыться. Но искать укромное местечко, где бы спрятаться – занятие не для него! Он привык встречаться с опасностью лицом к лицу.
Гарет вышел на дорогу, встал на возвышение посреди колеи и отбросил полы плаща, чтобы виден был герб с изображением ястреба. Он поправил кинжал и замер в ожидании. Ждать пришлось недолго. Всадники остановились перед ним. Ветер с пустоши принес запах сухого вереска.
Один из монахов сказал:
– Давно мы ищем вас, лорд Хок!
Это был Грифит, Гарет узнал его скрипучий голос.
– Хорошие ж из вас охотники! Вы могли бы поймать меня несколько дней тому назад!
Рука Грифита невольно потянулась к крепкой дубинке, висевшей на плетеном поясе. Другой монах был вооружен булавой. Несомненно, булавой и деревянной дубинкой был забит Баярд.
– Его преосвященство епископ Талворк требует от вас уступки, лорд Хок. Если вы присоединитесь к нему, возможно, он снимет с вас проклятие, – торжественно произнес Грифит, маленькие бесцветные глаза ничего не выражали, грубое мясистое лицо оставалось неподвижным.
– Гнусный лжец! – воскликнул Гарет. – Талворк никогда не поступает подобным образом! Он хочет отобрать у меня город, поместье, замок, земли! Но он знает, что сможет завладеть всем этим только в случае моей смерти!
Грифит посмотрел на другого монаха и рыцаря епархии.
– Брат Андрус, сэр Чарльз! – обратился он к ним. – Очень жаль, но лорда Хока нам придется убить.
В тот же миг они набросились на Гарета. Деревянная дубинка, стальная булава и меч рыцаря одновременно замелькали перед его глазами.
Хок увернулся от ударов. Несмотря на крупную фигуру, он был легок в движениях. Безукоризненная подготовка не раз выручала его в схватках. Сильным и резким ударом он сбросил Грифита с коня, и тот с размаха плюхнулся в жидкую грязь колеи. Гарет нырнул под увесистую булаву брата Андруса и отразил удар меча сэра Чарльза. Но тут его настигла тяжелая дубинка Грифита, и он получил сильнейший удар в плечо.
Заскрипев зубами от боли, Хок обнажил кинжал и ударил монаха. Тот взвыл и упал на спину под ноги своего коня. Вдруг чудовищный по силе удар булавы Андруса опустился Гарету на запястье. От боли и запаха собственной крови в нем проснулась бешеная ярость.
– Я не беззащитное животное и не стану, как мой конь, безропотно ждать своей гибели! – прохрипел Гарет.
Андрус грубо захохотал:
– Все равно ты сдохнешь в муках, как твоя скотина!
Держа булаву обеими руками, он размахнулся вновь, но под тяжестью оружия вывалился из седла.
Гарет остался один на один с сэром Чарльзом.
– Мне известно, что вы, лорд Хок, неплохой воин! Жаль, что у вас сегодня нет меча!
Чарльз сделал выпад, и конец меча впился в бок Гарета.
Горячая струйка крови потекла из раны.
Хок упал с глухим звуком. Все завертелось перед глазами, закружилось в каком-то немыслимом хороводе и померкло. Он очнулся от второго удара меча.
С громадным трудом Гарет поднялся на колени, истекая кровью и время от времени теряя сознание от боли. Он вдруг ясно ощутил тщетность усилий монахов и бессмысленность их жестокости.
Гарет обратился к своим врагам, его голос звучал, как из подземелья.
– Чему вы радуетесь? – спросил он. Кровь не унималась, по телу пробежала судорога. – Чарльз, ты думаешь, что, если прикончишь меня сегодня, то станешь владельцем поместья? А ты, Грифит, надеешься на высокий сан? Андрус, брат святой, какой пустяк ты получишь за свою доблесть? – он засмеялся, звуки клокотали в груди. – Талворк не такой человек, чтобы платить за преданность. Он не делится ни своей властью, ни своим добром!
Троица застыла, наконец, Грифит выговорил:
– Нужно его прикончить!
Гарет без чувств упал на сырую болотную траву. Ему показалось, что сознание отделилось от израненного тела, пульсирующего болью. Как будто со стороны он заметил, что дубинка Грифита опускается ему на голову у самого виска. Он скорее увидел, чем почувствовал булаву Андруса на своей спине. Со стороны Гарет смотрел, как умирает.
Тело рванулось было, но кровь захлестала из ран, силы окончательно покинули полупокойника.
В раздвоении тела и души наблюдал за происходящим Хок. Пульс еще бился. Он различал голоса наклонившихся к нему убийц.
– Считай, мертвец. Через час готов будет точно. Пусть умрет в муках.
– Может, для верности еще разок рубануть мечом?
– Ну-ну! Хватит!
– Какую награду отвезем его преосвященству? – спросил Грифит, улыбка играла на тонких губах. – Голову? А может, ухо?
– Не стоит! Все это засмердит, пока мы довезем до Морлея. А потом, возить трупы – занятие не для священнослужителей!
Врат Андрус стащил с умирающего Гарета тунику и с треском оторвал пришитый герб. Он взмахнул куском черной ткани с изображением ястреба и радостно закричал:
– Вот этот подарочек будет в самый раз!
– А что, если вернуться за его девчонкой на постоялый двор? Я не гордый, могу попользоваться и шлюхой Хока!
Чуть теплящаяся в теле Гарета жизнь восторжествовала. О, Роза! Святой Боже! Только не это! От слабости его губы не шевелились. Он молился про себя: «Прошу тебя, Господи, помоги ей на дороге в Тангейт».
– Нет времени, – бросил Грифит. – Его преосвященство ждет нас.
Гарет услышал удаляющийся топот копыт. Убийцы были уверены, что он уже мертв.
Суматошно затрещала сорока. Ветер зашуршал в сухих зарослях вереска.
С глухим стоном сознание Хока вернулось в тело, и он скрылся в бархатной темноте беспамятства.
* * *
Роза одна брели вдоль разбитой дороги. Холодок страха пробирал до костей. Где-то впереди по разбитой колее шел Гарет, преследуемый убийцами, жаждущими его крови.
В полдень ее тень вытянулась и побежала перед ней. Ржавые листья болотных растений под низким осенним солнцем алели, словно политые кровью.
Рядом с дорогой вилась тропа. Что-то темное виднелось в траве. Роза бросилась со всех ног, надеясь на лучшее и замирая от ужаса предчувствия.
Она подбежала к Гарету и опустилась рядом на колени. Громкие рыдания вырвались из ее горла при виде истерзанного окровавленного тела. Но она взяла себя в руки. Гарет сейчас нуждается в ее помощи, он может погибнуть, если она станет медлить. Дамские истерики ему не помогут.
– Гарет! – тихо позвала она.
Смочив край плаща вином из фляжки, Роза приложила ткань к холодному лбу раненого.
Она собрала лоскуты изорванной туники.
– Негодяи! Подлецы! Козлиное отродье! – ругалась Роза вполголоса.
Им казалось, что, забрав герб с изображением ястреба, они унесут с собой и его жизнь! Но молодость и могучее здоровье ее возлюбленного не так легко победить! Пульс медленно и слабо, но все же бился.
Обливаясь слезами и прикусив нижнюю губу, Роза промыла вином многочисленные раны и перевязала их, как могла, носовым платком и своим шарфом.
Она попробовала поднять мужа, но тело было тяжелым и малоподвижным. Приподняв его голову, она положила ее к себе на колени. Даже при свете вечернего заходящего солнца лицо Гарета было мертвенно-бледным. Слезы отчаяния лились по щекам Розы ручьем.
Вдруг веки раненого дрогнули, и он открыл глаза.
– Слава тебе, господи! О, Пресвятая Дева, благодарю тебя! – прошептала девушка.
– Ты?.. – слабый голос сорвался. – Роза?..
– Я здесь, дорогой мой!
– Но я же… оставил тебя…
– Я знаю, и знаю почему. Ты такой благородный, Гарет! Но зря ты не взял меня с собой! Вот и пришлось тебе одному встретиться с врагами.
Он покачал головой. Дрожь пробежала по его телу.
– Тебе холодно, милый? Я заверну тебя в тунику. Она разорвана, но все-таки согреет хоть немного.
Роза стала укутывать мужа лохмотьями и вдруг ощутила что-то под пальцами за подкладкой туники.
– Что это? – не то у возлюбленного, не то у себя спросила Роза.
Из потайного кармашка выкатилось и упало на траву…
– Мое кольцо! – воскликнула Роза.
Не веря своим глазам, она покачала головой и взглянула на Гарета. В широко открытых глазах стоял немой вопрос.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Роковое кольцо - Виггз Сьюзен



что за бред
Роковое кольцо - Виггз СьюзенМарго
15.07.2012, 13.57





Неплохо, но есть эпизоды слишком затянутые. Но идея интересная.
Роковое кольцо - Виггз СьюзенGala
20.05.2013, 0.01





суперский роман. столько страстей такой накал.бгерои до конца романа не могли соеденится. обожаю такие истории в которых много злодеев. и диалоги не длинные, в каждой главе есть свой сюжет. просто класс всем читать.
Роковое кольцо - Виггз Сьюзеннека я
23.01.2014, 18.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100