Читать онлайн Роковое кольцо, автора - Виггз Сьюзен, Раздел - ГЛАВА 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Роковое кольцо - Виггз Сьюзен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.25 (Голосов: 24)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Роковое кольцо - Виггз Сьюзен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Роковое кольцо - Виггз Сьюзен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Виггз Сьюзен

Роковое кольцо

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 5

Чуткий сон Розы на рассвете нарушил зловещий шум. Под копытом лошади хрустнула ветка. Подхватившись со своего ложа, она увидела, что к ним приближается всадник. На его груди горел герб де Ваннэ – ярко-красный орел на лазурном фоне. Рыцарь на коне среди осеннего леса с полуоблетевшей листвой смотрелся знаменем войска на поле битвы.
Костер уже потух, но струйки дыма еще поднимались над обгоревшими головнями. Опытный охотник всегда уловит запах костра. С ужасом девушка увидела, что еще трое всадников пробираются через заросли.
Гарет даже не пошевелился, спокойно посапывая во сне. Сначала Роза решила разбудить его, но это уже не спасло бы их. У Хока был только кинжал, который не мог бы сравниться с острыми мечами и тяжелыми булавами рыцарей. Она быстро сообразила набросить на спящего спутника дорожный плащ так, чтобы он закрыл изображение черного ястреба на его тунике.
Проснувшись, Гарет некоторое время лежал неподвижно. Вдруг он услышал голоса. Не вынимая рук из-под плаща, он нащупал кинжал на поясе и затих, приготовившись защищаться. Он хотел было шепотом приказать Розе спрятаться в ближайшем рву, но тут услышал ее голос.
Она поздоровалась с незнакомцами с наигранным деревенским выговором, позаимствованным ею у послушниц монастыря святой Агаты:
– День добрый вам, милорды! – Роза учтиво поклонилась.
«Что, черт возьми, задумала девчонка?» – недоумевал Гарет.
– А это кто там? – спросил густой бас с йоркширским акцептом.
– Мой муженек-лежебока! Как всегда пьян, милорды! Ничего с ним не поделать! Никак злыдень не проснется. Перебрал вчера эля.
Всадники дружно рассмеялись.
– Мы разыскиваем высокого блондина.
– А вы вон его, моего муженька, заберите! Ужо я так буду благодарствовать вам, милорды! Намучилась я со злыднем-то, силушки больше нету!
– Оставь себе добро такое! – ответил один из людей лорда де Ваннэ. – Мы ищем рыцаря. Глаз у него изуродован шрамом, а на груди носит он знак: черный ястреб. Может, ты его встречала?
– Нет, милорды! У меня времечка-то хватает, только чтоб за своим соколом уследить! Не видала я вашего ястреба.
– Ладно! Тогда мы едем дальше. Ну, бывай здорова!
– И вам, люди добрые, здоровьечка! – прокричала Роза.
Она долго смотрела им вслед, пока всадники не скрылись из вида. Только после этого она вздохнула с облегчением.
Роза посмотрела на Гарета, он по-прежнему лежал укрытым с головой, но по всему было видно, что уже проснулся. Подойдя поближе, она заметила, что его трясет.
– Гарет, вставайте! Они уехали!
Дрожь у него не проходила, что вызвало беспокойство Розы. Но когда она сбросила плащ, то увидела, что Хок задыхается от смеха. Теперь уж он дал себе волю и загоготал во все горло.
Девушка нахмурилась.
– Я придумала это все не для развлечения, Гарет.
Ее гнев рассмешил его еще больше. Он хохотал до слез. В конце концов и Роза рассмеялась. Она знала, что случайно оказалась свидетелем редкого события: Гарета ведь практически невозможно было развеселить.
Когда они немного угомонились, он спросил, утирая слезы:
– Как только вам удалось так ловко провести их, Роза?
– Это единственное, что я смогла придумать. Они появились так неожиданно!
Он ласково погладил ее по щеке.
– Я так благодарен вам. Этот день мог начаться гораздо хуже. Мне одному пришлось бы обороняться от трех рыцарей. Вы молодец, дорогая!
Роза вспыхнула. Гарет был скуп на похвалу, но от этого она показалась ей еще более значительной.
Хок внимательно посмотрел на нее: щеки раскраснелись, глаза блистают, как фиалки, омытые росой. Сердце рыцаря дрогнуло, когда она перехватила его изучающий взгляд. Губы у нее шевельнулись и полуоткрылись, как бы призывая к поцелую. Он с трудом отвел глаза.
– Не хочется ли вам пообедать по-настоящему? Не хотите ли переночевать не под звездным небом, а под крышей?
– О, Гарет! А можем ли мы себе позволить это?
Хотя девушка и безропотно переносила все превратности бродяжьей жизни, ей было невероятно трудно мириться с ними.
– У меня есть друг, один из тех немногих людей, кто по-прежнему хорошо относится ко мне. У него небольшое имение неподалеку отсюда. Оно стоит на реке Тан и называется Тангейтом.
– Как здорово!
Они долго шли по лесу, пока не вышли к реке, остальная часть пути пролегала по берегу.
Наконец они подошли к небольшому замку, построенному из белого камня. Южная часть крепостной стены проходила вдоль реки.
– Это и есть дом сэра Кеннета Шелби. Мы сражались вместе с ним в приграничных войнах, – пояснил Гарет.
К их приходу открыли ворота. Стражник предупредил хозяина. Когда гости вошли в просторный зал, сэр Кеннет уже поджидал их.
Он был ровесником Гарета, но ростом поменьше. Бархатные карие глаза и широкие тёмные брови делали его лицо привлекательным. Обаятельная улыбка Кеннета могла обезоружить любого. Он приветствовал Хока как старого приятеля и тепло поздоровался с Розой.
– Гарет приводил в Тангейт многих своих попутчиков, – сказал он, – но не один из них не мог бы сравниться с вами в красоте.
Роза в смущении зарделась.
– Спасибо, сэр Кеннет.
В зал вошла молодая женщина. «Сестра Кеннета», – догадалась Роза. Она была похожа на брата – темноволосая, кареглазая, но на этом сходство заканчивалось. Женщина была молода и привлекательна, однако бремя забот исказило некогда прелестные черты Ровены. Казалось, она была совершенно разочарована в жизни. В глаза бросалась ее раздражительность, и Розу Ровена приветствовала раздраженно.
Зато как тепло поздоровалась она с Гаретом! Роза не без ревности отметила, что Ровена поцеловала Гарета и прижалась щекой к его широкой груди. Как захотелось Розе, чтобы они с Гаретом поскорее преодолели все препятствия к браку и предстали перед Кеннетом и его сестрой мужем и женой.
– Расскажи мне поподробнее об этой прелестнице, – попросил Кеннет, указывая на Розу. – Еще одна девица, которую ты спас при ужаснейших обстоятельствах?
Гарет едва заметно улыбнулся. Он чувствовал себя легко и свободно в обществе близких людей.
– Не совсем так. На самом деле, пожалуй, безопаснее для Розы вернуться в монастырь святой Агаты.
– Может быть, и безопаснее, – вставила она, – но ужаснее ничего нельзя придумать.
– Вас не устраивает жизнь послушницы? – спросила Ровена, ее тонкие брови надменно поднялись.
Ровена оценивающе оглядела стройную фигуру Розы и задержала взгляд на пленительных губах юной беглянки, похожих ни розовый бутон.
– Вы не производите впечатление монастырской затворницы. Не похоже, чтобы вы следовали заповедям Агаты. Та скорее бы рассталась с жизнью, чем с девственностью.
Роза не могла не почувствовать язвительность речей Ровены, но решила пропустить намеки мимо ушей.
– Я никогда не считала подобное мученическим обетом.
Гарет с интересом наблюдал за пикировкой дам. Одна другой не уступали ни в уме, ни в темпераменте. Они ему напоминали кошек, которые, шипя и выгнув спины, примериваются друг к другу.
Тангейт был замком небольшим, но уютным. Все в нем было устроено по последней придворной моде. Кеннет часто бывал при дворе и внимательно следил за новинками, присматриваясь к вычурным затеям знати. Некоторые нововведения и украшения были позаимствованы у известного архитектора Джона Левина.
Все камины в замке были сделаны по-новому. Витражи в высоких окнах парадного зала Тангейта были изготовлены из маленьких кусочков дорогого цветного стекла.
Розе и Гарету отвели по спальне. В комнате Розы тяжелая драпированная портьера скрывала большую кровать. Слуги внесли ванну и наполнили ее теплой водой, благоухающей травами.
Вошел Кеннет, он принес целую, охапку одежды. Здесь были и белая дамская нижняя сорочка, и ниспадающее свободными складками платье, украшенное золотой брошью. Нашелся даже высокий головной убор в форме пирамиды с тонкой, как паутинка, вуалью.
Наряды были довольно поношенными, но свежевыстиранными, в некоторых местах Роза заметила следы штопки. Ни одна из этих вещей не могла сравниться по красоте и элегантности с теми, что прежде носила Роза, но, безусловно, они были гораздо лучше той одежды, в которой ее заставляли ходить в обители святой Агаты.
– Как вы добры! – поблагодарила девушка.
– Это вещи Ровены, она не носит их подолгу, – Кеннет улыбнулся с гордостью. – Вы, наверное, заметили, что у моей сестры безупречный вкус. Она строго следит за тем, как одеваются при дворе. Как только что-нибудь перестает нравиться принцессе Изабелле, Ровена немедленно исключает это из своего гардероба.
– О, это сразу бросается в глаза, – сказала не совсем искренне Роза.
С сожалением она подумала, что первое впечатление о Ровене было обманчивым.
– Я покидаю вас. Необходимо отдать кое-какие приказания слугам. У нас не часто бывают гости.
Служанка, помогавшая Розе принять ванну, вымыла ей волосы настоем розмарина. Шелковые, густые, блестящие волосы гостьи вызвали у нее восхищение.
Когда отдохнувшая, свежая, благоухающая и нарядная Роза грациозно вошла в парадный зал, все присутствующие, сраженные ее красотой, затихли. Платье глубокого красного цвета чудно оттеняло утонченную бледность кожи и вместе с тем тон в тон подходило по цвету к губам.
Кеннет галантно поцеловал ей руку и церемонно подвел к ее месту за столом справа от него.
– Платье вам к лицу, – сказал он.
Роза его поблагодарила. Она повернулась к Ровене и с улыбкой произнесла:
– С вашей стороны было очень любезно прислать мне платье.
Ровена холодно взглянула на нее.
– Мой брат принес вам мой вещи без моего ведома.
Роза изменилась в лице.
– Простите.
– Ничего. Хорошо, что хоть Кеннет догадался отдать вам из моего гардероба то, что уже вышло из моды. А красное вам идет чуть больше ужасного серого платья, в котором вы к нам пришли.
– Я вам благодарна и за это, – проговорила Роза.
Она дружески кивнула Гарету. Он встал, когда она вошла. Роза обратила внимание, что он переоделся. Правда, одежда Кеннета была ему несколько тесна в плечах и груди.
– Сегодня замечательный вечер! – обронила Роза.
Гарет вежливо улыбнулся ей в ответ. Он был так хорош собою: гладко выбрит, причесан. Роза с гордостью оглядела избранника.
Слуга, выполнявший обязанности мажордома, подал знак музыкантам, чтобы те встретили гостей музыкой. Вышколенные слуги четко выполняли свои обязанности и действовали строго в соответствии с этикетом. В имении был небольшой хорошо слаженный оркестр. Лютнисты и трубачи услаждали слух гостей и хозяев исполнением баллад и народных песен.
Розе понравились певцы, особенно один из них. Его красивый тенор наполнил зал сладкими руладами. В благодарность за признание молодой человек низко, почти до пола, поклонился гостье. Зал был украшен вазами с последними летними цветами. Он нашел среди них тёмнокрасную розу и с почтением поднес прекрасный цветок Розе.
Певец стал тихо перебирать струны лютни, не сводя с нее восторженных глаз.
* * *
Посмотри на эту розу.Роза всех цветов милей.Серебристый смех рассыплешь,Словно песню соловей.Посмотри с улыбкой вновь,Ведь цветок – сама любовь!Роза, цвет излюбленный.Покорен тобой возлюбленный!
Лицо девушки засветилось. Она приложила цветок к щеке и, подняв глаза, увидела широкую улыбку Кеннета, задумчивое лицо Гарета, а также печальную усмешку и недобрые глаза Ровеиы.
Песню-посвящение сменили забавные деревенские куплеты.
– В нашей глухой северной провинции мы стараемся не отставать от столицы, – сказал Кеннет.
Ровена недовольно фыркнула.
– С какой радостью я вернулась бы в Виндзор! Здесь смертельная скука!
– Придется потерпеть, – ласково заметил Кеннет и погладил сестру по руке. – У нас много работы. Для того чтобы в имении был порядок, подолгу отсутствовать нельзя.
– Вы так молоды, но из вас вышел уже очень разумный хозяин имения, – восхитилась Роза. – У вас тут всё так хорошо обустроено!
Кеннет улыбнулся.
– Сейчас да, но было время…
– Ради бога, – прервал его Гарет, – дай возможность даме сделать тебе комплимент, но не принимай его всерьез и слишком близко к сердцу.
Кеннет засмеялся и посмотрел на друга с восхищением.
– Я должен сказать Розе, пусть она знает, что правом на владение Тангейтом я обязан тебе, – он пригубил вина из бокала и продолжал: – Гарет совершенно не переносит слов благодарности, но если бы не он и его рыцари, мое имение оказалось бы в руках Морлейской епархии!
Роза подумала, что епископ Талворк – просто какой-то монстр, пожирающий чужую собственность.
– Люди Талворка непременно опустошили бы мои земли, не подоспей вовремя Гарет. Мы вместе с ним спасли Тангейт от гибели, – Кеннет с благодарностью посмотрел на друга. – Я никогда не забуду, что он помог мне в трудный час.
– Мы все в неоплатном долгу перед ним, – сказала Ровена и пожала Гарету руку.
Она многозначительно посмотрела на него.
– Я так была напугана тогда, Гарет! Помню, всю ночь после штурма ты успокаивал меня, – добавила Ровена.
Роза с ревностью чувствовала, какие теплые и глубокие отношения связывают всех троих. Прошлая жизнь Гарета была ей совсем неизвестна. И сейчас еще так мало общего между ними! Но про себя она поклялась, что очень скоро все изменится. Они будут неразлучны, и вскоре непременно появятся их собственные – только их! – воспоминания. Роза улыбнулась Гарету, ей хотелось, чтобы и он прочувствовал это. Но он отвел глаза и обратился к Ровене:
– Давние события. А как сейчас обстоят дела при дворе? Скольким несчастным жертвам своей красотой ты разбила сердца?
– Ах ты, насмешник! Издеваешься? – рассмеялась Ровена, предовольная его вопросом.
– Насколько я помню, за тобой вечно волочилось никак не меньше десятка поклонников.
– Она и сейчас такая же сердцеедка! – заметил Кеннет.
– Не сомневаюсь, ты, как и прежде, всем сурово отказываешь? Для кого ты себя бережешь? Может, у тебя тайная любовная связь с одним из кузенов короля? – выпытывал Гарет.
Ровена принялась с увлечением передавать сплетни о фрейлине Джоане, покорившей сердце принца. Разговоры о королевском дворе: праздниках, скачках, турнирах, интригах, изменах, тайных романах, известных всем, заставили сжаться сердце Розы. Она почувствовала себя такой неискушенной, убогой и безгранично провинциальной. Попасть ко двору его величества короля Эдуарда было ее несбыточной мечтой.
Наконец ужин закончился и начались танцы. Внизу дворня зажигательно отплясывала деревенскую джигу.
Низко поклонившись, Кеннет пригласил на танец Розу. Он был ловким и веселым партнером. Вместе они составляли красивую пару: смуглолицый привлекательный мужчина и возбужденная быстрым танцем девушка.
Гарет подумал, что ему надо бы пригласить Ровену, но он никак не мог оторвать взор от Розы. Милое живое лицо, грациозные движения – все в ней было гармонично, изящно. Мягкие складки нарядного платья подчеркивали стройность фигуры. Иногда восхищенному взгляду Гарета открывались миниатюрные ножки, обутые в почти игрушечные башмачки. Он перевел дыхание. Яркие губы Розы полуоткрыты в прелестной улыбке, глаза блестят возбужденно! Особую прелесть ее редкой красоте придает естественная грация движений и то, что, кажется, она сама не догадывается, как хороша.
Кеннет откровенно любовался своей партнершей. Гарет стиснул зубы. Его сердце сжалось от неожиданной боли. Скоро этой юной женщине надоест смотреть на него с обожанием, и она выберет себе более достойного избранника, такого, например, как Кеннет. Гарет был уверен, что он рано или поздно потеряет Розу. Ему подумалось, что девушка может жить в Тангейте, пока не найдет себе мужа. Ни Акасия и никто другой не отыщут ее здесь. И лорду Джону, пожалуй, понравится это.
Ровена тронула Гарета за рукав и многозначительно посмотрела. Она заметила, конечно, сколь неравнодушно следит он за Розой. На нее он так никогда не смотрел! Нежность смягчала суровые черты его мужественного лица, в глазах горела страсть.
– Пойдем танцевать, – предложила Ровена.
Он согласился.
Веселая музыка сменилась более медленной мелодией. Не задумываясь особо, Гарет извинился перед Ровеной, и рука Розы оказалась в его руке. Девушка улыбнулась ему, словно этим простила невнимание, выказанное к ней за столом. Она была рада, что музыка звучит медленная и можно быть ближе друг к другу.
Его движения были резковаты, и Роза едва поспевала за партнером. Для нее сейчас существовали только печальная мелодия и Гарет. Они как будто остались совсем одни в зале, вокруг – никого. Их чувства становились почему-то сильнее, когда они оказывались рядом. Маленькая рука покоилась на широком плече. Девушка чувствовала надежную крепость мускулов мужского тела. От него пахло свежестью леса и мускусом. Этот запах просто сводил ее с ума.
Не отрываясь, смотрела Роза на такое дорогое лицо Хока. Какая тайна скрывается за суровостью? Ей хотелось приблизить момент, когда она сможет узнать эту тайну. Розе показалось, что однажды в лесу, у ручья, она почти приоткрыла завесу. Она чувствовала: этот человек, переживший столько бед и поражений, замкнутый и сдержанный, не сможет сразу довериться ей.
К сожалению Гарета, танец закончился, и он со вздохом проводил девушку к столу. Роза прошептала слова благодарности. Ровена стрельнула колючим взглядом, а гостья лишь кротко улыбнулась ей в ответ. Ровена не могла спокойно переносить, чтобы кто-то другой в ее присутствии пользовался большим вниманием, чем она. У Ровены не было серьезных намерений по отношению к Гарету, но она терпеть не могла, когда нарушались ее покой и душевное равновесие. Сестра Кеннета всегда ревностно относилась к Гарету, отдававшему теперь предпочтение другой женщине.
Однако Ровена была хозяйкой вечера, и Роза старалась не заострять внимания на ее колкостях и недобрых взглядах. С очаровательной улыбкой она произнесла:
– Все замечательно вкусно, но такого славного сидра и великолепнейшего жареного барашка мне никогда не приходилось пробовать.
Ровена была вынуждена ответить вежливо:
– Мы берегли этот сидр ко дню святой Екатерины в ноябре, но Кеннет настоял, чтобы его подали сегодня.
Гарет с удовольствием слушал обмен любезностями. Он прошептал Кеннету:
– Жизнь при дворе отточила манеры твоей сестры.
– И коготки тоже, – добавил Кеннет.
Ровена вновь обратилась к Гарету. Ее, как магнитом, притягивало к нему. По мнению Ровеиы, ни один мужчина при дворе не мог с ним сравниться. С утонченной улыбкой она спросила:
– Расскажи нам, как твои дела, Гарет. Мы весь вечер говорим только о своих делах, а ты о себе не сказал ни слова!
– Что говорить? Почти ничего не изменилось с той поры, как мы виделись в последний раз. Я все еще под церковным проклятием.
– Неужели ничего нельзя сделать, чтобы освободиться от проклятия?
– У меня ничего не получается. Я послал королю несколько посланий, но сомневаюсь, что до него доходят мои обращения. В любом случае, его величество не поверит рассказу о преступных делах в Морлейской епархии. Нет причины доверять мне. Вот если бы кто-нибудь другой, с репутацией человека надежного, поведал ему о злодеяниях людей Талворка!
За столом установилась напряженная тишина. Кеннет неловко попытался оправдаться:
– Мне очень редко выпадает возможность видеть короля и его советников… И потом… они мне не поверят!
Гарет дружески похлопал приятеля по плечу.
– Не надо из-за меня портить себе жизнь. Не вовремя сказанное слово да в ненадежные уши может стоить тебе положения при дворе.
Ровена даже передернула плечами, представив себя без дворцовых развлечений.
– Что это ты, Гарет, говоришь только о мрачном? Давай отвлечемся от печального. Расскажи нам о турнирах, в которых ты недавно участвовал.
По традиции хвастовство рыцарей своими победами не считалось зазорным. Но Гарет давно уже не гордился числом одержанных побед.
– На турнирах все как на турнирах. Если устроителя турнира не очень смущает моя репутация, то он приглашает меня, и я стараюсь победить, чтобы деньги, определенные для вознаграждения победителю, достались мне и пошли на нужды Мастерсона.
– Он выиграл турнир в Браервуде! – вмешалась в разговор Роза. – Этим летом мой отец устраивал турнир, и Гарет победил!
Если лорд Хок не любил хвастаться, то Роза, напротив, очень гордилась его победами.
– В тот день у него был привязан к рукаву мой шарф, – поведала она о маленькой подробности.
Ровена выжала из себя улыбку.
– Не сомневаюсь, что Гарет победил исключительно благодаря вашему шарфу, – с ехидством заметила она.
Ровена вздохнула и полюбовалась своими красивыми и хорошо ухоженными руками.
– Признайся, Гарет, с той поры, как расстроилась наша помолвка, тебе все время не везет.
У Розы перехватило дыхание, как будто она получила удар в солнечное сплетение.
– Помолвка? – переспросила она взволнованным голосом.
Ей не хотелось верить в услышанное. Сердце затрепетало. Она ждала от Гарета объяснения. Но он молчал.
Кеннет метнул сердитый взгляд в сторону сестры.
– Мне кажется, Ровена, сейчас не стоит вспоминать об этом. Ты ведь разорвала помолвку после того, как Гарета прокляла церковь.
– Вы были обручены? – все никак не могла отойти от удара Роза.
Так, может, ожесточенность, злость и замкнутость характера Гарета – от его разочарованности в любви? Сначала Селестина, потом Ровена…
Почувствовав смятение Розы, Кеннет попытался смягчить обстановку, заметив:
– Разрыв помолвки ни для кого не стал трагедией, хотя мне, конечно, хотелось бы породниться с Гаретом.
– Кеннет уверен, что он все про всех знает, – недовольно побормотала Ровена. – А ведь все было не так, правда, Гарет?
Розе хотелось бы, чтобы ее избранник рассеял подозрения и досаду, но Гарет по-прежнему упрямо хранил молчание.
Может, он под маской безучастности скрывает свое неприязненное отношение к помолвке с Ровеной? Роза вспомнила один из уроков леди Векслер. Опытная дама рекомендовала юным леди в трудных ситуациях держать свои чувства при себе и соблюдать внешнее спокойствие, особенно при посторонних. Это был как раз тот случай, когда необходимо было воспользоваться советом. Ровена пристально смотрела на нее как кошка, которая только что отыскала тайный вход в мясную кладовую.
Роза решила идти напролом. Раз она не получила ответа от Гарета, так пускай ответит ей Ровена.
– Расскажите, отчего же не состоялся ваш брак с Гаретом.
– Причина совсем проста. Мне не хотелось бы стать женой человека, отлученного от церкви.
– Но вы же любили друг друга! Неужели общественное положение Гарета имело для вас большее значение, чем ваши чувства?
– Конечно. Любовь и брак – это вовсе не одно и то же. Любовь – свободное чувство, в то время как брак – деловое соглашение. При дворе сплошь и рядом молодые женщины выходят замуж за стариков. Возможно, они имеют любовников, но главное при этом – сохранить в чистоте имя, соблюсти приличия, не запятнать репутацию. Не исключено, что таковой будет и моя судьба. Выйду я замуж по расчету, а там, возможно, Гарет и я…
– Довольно, Ровена! – оборвал ее Кеннет. – Такие разговоры можно свободно вести в Виндзоре или Лондоне, но мы люди провинциальные, и нас такие речи смущают и обижают.
Роза с благодарностью посмотрела на хозяина.
– Мне кажется, Ровена, наша дорогая гостья устала, – заботливо произнес Кеннет. – А может, она с непривычки утомилась? Ведь у нас в Тангейте принято засиживаться допоздна.
Роза почувствовала себя неловко: ее, как маленькую девочку, отправляют спать! Когда она уходила из зала, ей захотелось пожелать спокойной ночи Гарету, но Роза была уверена, что, обернувшись, увидит издевку на лице Ровены, ухмылку Кеннета и мрачное выражение серых глаз своего избранника.
Пройдя мимо мирно спящего тенора, она с распрямленной спиной и высоко поднятой головой вышла, не оглядываясь.
Кеннет осуждающе взглянул на Ровену. Она, обидевшись на брата, покинула общество двух друзей вслед за гостьей.
Хозяин замка извинился перед Гаретом за сестру. Хок лишь ухмыльнулся.
– Ничего! Роза не из тех, кто легко позволяет обижать себя. Ее гордость и достоинство только закалятся от колючих стрел Ровены.
Кеннет внимательно посмотрел на Гарета. Он догадался, что под холодом безразличия и суровости таится теплый огонек нежности и привязанности.
– Что ты собираешься делать дальше? Как получилось, что вы путешествуете с Розой вдвоем?
Гарет сделал большой глоток из деревянного кубка. По краю чаша была украшена серебряной вязью. На едином дыхании он выложил Кеннету всю душераздирающую историю: и про злую завистливую мачеху, задумавшую погубить Розу, и про тайное поручение лорда Джона.
Кеннет присвистнул.
– Да, дружище, попал ты в переплет!
Гарет печально согласился.
– Как я мог отказаться от денег Пэдвика? Мастерсон в таком запустении! Мои люди измучены ожиданием, измождены голодом. Рыцарям надо платить. Если они меня оставят, город захватит епископ.
– Я на твоем месте поступил бы так же, – признался Кеннет. – Невыносимо смотреть на страдания своих подданных. К тому же ты в ответе за судьбу и жизнь этой девушки. Что же ты теперь думаешь делать? В Браервуд дорога ей заказана, раз уж ее мачеха – такое чудовище.
Гарет иронично улыбнулся.
– Ее отец предложил мне на ней жениться. Однако я никак не могу согласиться на этот брак. Конечно, Розе нужен муж, но не какой-нибудь проходимец, а настоящий мужчина, человек, который и ее саму смог бы защитить, и сохранить то, что принадлежит ей по праву, – Гарет вопросительно – взглянул на друга. – А что… если ты, Кеннет… женишься на Розе? Кажется, ты ей приглянулся. Я суверен, король одобрит твой выбор.
Кеннет оторопел от столь внезапного предложения. Действительно, ему пора жениться. А Роза не только богатая невеста, но, к тому же, и удивительно привлекательная девушка. Однако что-то особенное в голосе Гарета его насторожило. Кеннету было известно, что Гарет отнюдь не сентиментален, но сейчас в его глазах теплилась светлая грусть, а голос был тих и печален.
– А ведь ты, Гарет, на самом деле не хочешь, чтобы я на ней женился!
– С чего ты взял? Нет, право, это был бы отличный выход из создавшегося положения!
– А что будет тогда с тобой, мой друг? Что станет с нашей дружбой, если я женюсь на женщине, которую ты любишь?
– Что за чепуха!
Однако по тому, с какой горячностью Хок выпалил это, Кеннет понял, что не ошибся.
– Она хорошая девушка, и я с риском для жизни берегу ее ото всех бед, но люблю ли?..
– Это чувство всегда все изменяет и путает. Любовь неизменно осложняет жизнь. Она все сметает на своем пути, как разбушевавшийся горный поток. Собираясь жениться на моей сестре, ты испытывал совсем иные чувства. Когда освободишься от церковного проклятия, женись на Розе!
– Когда освобожусь! – резким движением Гарет схватил кубок и с силой стиснул его ножку. – Никогда не освобожусь! И потому не стоит нам об этом говорить, – он с грохотом поставил кубок на стол. – Любовь! – гримаса боли исказила его лицо, словно слово ужалило язык.
– Даже если бы я и захотел жениться на Розе, – продолжал Кеннет, – необходимо для брака еще и желание самой девушки. Она не похожа на кроткую послушную овечку, и я сомневаюсь, чтобы Роза согласилась выйти за меня. Ты здоровый неотесанный мужлан, Гарет! Уж и не знаю, за что только любят тебя женщины! Но сердце Розы, – вижу, принадлежит тебе.
– Девическое увлечение! Она переболеет, влюбленностью, и все пройдет бесследно.
– Ты должен жениться на ней, Гарет! Не торопись отказываться, подумай прежде! Это не так уж нелепо, как кажется на первый взгляд! Есть у меня один знакомый судья, он мне обязан многим. Я уверен, что он согласится составить ваш брачный договор.
– Невозможно! В случае моего брака с Розой Браервуд ждет тяжелая участь Мастерсона. Церковное проклятие распространится и на Браервуд!
– Вспомни, что тебе советовал Пэдвик. Вы будете держать в секрете ваш брак, пока с тебя не снимут церковное проклятие. Король зла долго не держит и вскоре простит тебе все. А ты тем временем будешь охранять свою жену пуще глаза, и ее не достанут длинные руки монастырских преследовательниц, и не заденут черные козни душегубки-мачехи.
– Ты, что же, Кеннет, предлагаешь мне жениться по расчету? – с искренним гневом воскликнул Гарет.
– О чем ты говоришь? Какой расчет? Девушка тебя просто обожает!
– С такой же горячностью она возненавидит меня, когда узнает, что я поступал не бескорыстно. Двести фунтов, обещанные за кольцо Акасией! И половина этой суммы – Пэдвиком!
Кеннет покачал головой.
– Она простит, когда поймет все.
– О, ты ее не так хорошо знаешь, дружище!
– Ты можешь предложить что-либо получше? Скажи, Гарет, как ты собираешься удержать ее от опрометчивых поступков, которые она, возможно, вздумает совершить, узнав, что ты был нанят ее отцом, чтобы забрать кольцо с печатью Браервуда? Если ты не женишься, то не сможешь удержать! А сгоряча Роза, не исключено, выкинет какую-нибудь отчаянную глупость, которая, может статься, будет стоить ей самой жизни: вернется, например, в свое поместье прямо в смертельные объятия мачехи! А став твоей женой, она возьмет на себя долг быть с тобой всегда рядом. Вот и останется Роза при тебе, пока все не утрясется и не уладится.
Кеннет ждал. Гнетущая тишина не нарушалась ни единым звуком. Прислуга, утомленная праздничной трапезой и танцами, покинула зал. Некоторые, сраженные обильным хмелем, уснули на полу. Человек пять слуг дремали стоя, прислонившись к массивному резному буфету.
– Не могу я предложить ничего лучше того, что предлагаешь ты, – сказал наконец Гарет, и гулкое эхо в просторном зале отозвалось на его горькое признание. – Если для безопасности Розы ей необходимо выйти замуж, то пусть ее мужем окажется более достойный человек, чем я, – он с горечью улыбнулся. – Что я могу предложить ей? Только защиту. Впрочем… Завтра утром я сделаю ей предложение.
Кеннет поднял бокал:
– Ты правильно поступишь!
– А я в том сомневаюсь, мой старый и верный друг!
* * *
Чувствуя себя, словно неказистый неопытный юноша, Гарет на следующее утро нашел Розу в уютном ухоженном дворе замка. Ее лицо озарилось радостью, когда она его увидела. Гарет залюбовался девушкой.
– Вчера весь вечер мы говорили с Кеннетом о вас, Роза, – приступил он сразу к сути без предисловий, – и решили, что будет лучше, если мы с вами немедленно поженимся.
Роза замерла от неожиданности. Сердце у нее готово было выскочить из груди от счастья. Она и не мечтала, что все произойдет так скоро. Тысячу раз девушка представляла себе эту желанную сцену, но, увы, не было цветов, пылких объяснений и преклоненных колен. Не такой Гарет человек! Но и вымолвленной скороговорки избранника оказалось довольно, чтобы влюбленная девушка обрела счастье.
С радостным криком она бросилась к нему на шею и осыпала его лицо поцелуями. Мягко, но твердо Гарет отстранил ее.
– Подожди минутку, детка! Ты не дослушала меня до конца. Мы не будем венчаться в церкви, а вступим в гражданский брак. Никто не должен знать об этом, иначе Браервуд окажется, как и Мастерсон, под церковным проклятием.
Роза сникла. Однако ее глаза все еще блестели от внезапного предложения Гарета.
– Я бы с удовольствием закричала о своем согласии на весь белый свет, но не закричу, а скажу тихо, чтоб никто, кроме тебя не услышал: я согласна, милый!
– Жить мы будем в Мастерсоне.
Она кивнула.
– И еще одно условие, – Гарет облизнул пересохшие губы, медленно подбирая слова, – я думаю, будет лучше, если мы станем проводить ночи порознь, не как муж и жена, до тех пор, пока не повторим наши клятвы перед алтарем.
Роза была обескуражена.
– Но почему?
– Всякое может случиться. А если мне придется носить проклятие многие годы? Ты захочешь покинуть меня. Развода нам легче будет добиться, если…
– Ах, Гарет, слишком уж ты осторожен и предусмотрителен! – с досадой вымолвила Роза.
Его лицо застыло, как гранит. Он отвел глаза.
– Ты принимаешь условия или нет?
То, о чем мечталось, было сейчас так близко! Нет, она не станет спорить, но позже примется добиваться изменения условий брачного договора всеми силами души.
Роза спросила:
– Где же судья?
– Он ждет нас в конторе Кеннета. Идем?
Роза послушно пошла за Гаретом следом.
* * *
Навсегда запомнила Роза день своего бракосочетания как крушение всех ее розово-голубых девических мечтаний. В небольшой мрачноватой конторе было холодно. Судья сидел за столом с унылым выражением лица. Кеннет и Ровена присутствовали как свидетели. Никто не произносил клятв. Прошуршала бумага, заскрипели перья, со стуком приложили печать. Вся процедура заняла не более пяти минут.
Это событие растрогало только одного Кеннета. С распростертыми объятиями он шагнул к Розе, поцеловал ее и пожелал счастья.
Она опустила глаза и прикусила губу. Она же выходит замуж за человека, которого любит всем сердцем! Почему, однако, не звонят колокола? Где священники? Где нарядно одетые служки? Где праздничный эскорт? Почему нет на ней пышного свадебного платья и богатой одежды на Гарете? Все тускло и серо. Роза испытывала непривычное чувство униженности, словно кто-то наносил ей страшное оскорбление.
– Вы прелестнее принцессы, – прошептал ей Кеннет. – Ваша красота не нуждается в расшитом золотом и жемчугом платье.
Невеста заставила себя улыбнуться. С благодарностью посмотрела она на Кеннета. Он один прочитал ее тайные мысли и попытался смягчить гнетущее чувство разочарования. Украдкой Роза взглянула на Гарета. Его нахмуренные брови, мрачный взгляд – все говорило о том, что ему сейчас нелегко.
Роза расправила плечи и гордо вскинула подбородок, заставив утихнуть обиду. Что это она надула губы, как капризное дитя? Что еще могла она ожидать? Гарет и так сделал все, что было в его силах. Разве сестра Маргарет не предупреждала, что настоящая любовь – такая, как у нее, – должна пережить многие испытания и тяготы на пути к счастью.
Роза положила руку Гарету на плечо.
– Брак заключен. Пойдем в зал и поднимем бокалы в часть этого события?
Ее супруг кивнул. В его глазах мелькнуло что-то похожее на облегчение. Они прошли в зал. Обед ничем не отличался от обычной трапезы: вино, эль, жареные колбаски, пудинг, вкусный, но не праздничный пирог. Ровену развлекало, что свадьба не настоящая. Ей казалось, что и сам брак бутафорный, но строгие предупреждающие взгляды Кеннета принуждали держать язык за зубами.
Потом, как в самый будничный день, Кеннет и Гарет ушли в конюшню смотреть новых лошадей, только что приобретенных хозяином. Дамы остались одни. Розе показали замок. В комнате Ровены она вынуждена была не очень искренне похвалить рукоделие хозяйки. Девушка обрадовалась, когда этот бесконечный странный день подошел к концу.
* * *
На постели в ее спальне лежала тонкая домотканая ночная рубашка изо льна. От масляной лампы исходил дрожащий слабый свет. Комната была небольшая, совсем без мебели. Едва ли ее можно было назвать уютной, но после всех пристанищ, где последнее время ночевала Роза, путешествуя под защитой Гарета, и этот приют мог показаться роскошным.
– Ваша одежда вот здесь, – горничная указала на ряд вешалок на стене. – Все это одеяние почистили и просушили.
– Спасибо, – пробормотала девушка.
Служанка в дверях остановилась.
– Что еще? – поинтересовалась Роза.
– Моя хозяйка приказала забрать у вас ее одежду.
В глазах Розы вспыхнули искры негодования. Рывком через голову скинула она платье, в котором сегодня вступала в брак. Прядь длинных волос осталась, запутавшись, на пуговице. На пол полетела сброшенная нижняя сорочка. Роза осталась совсем нагой. Вдогонку горничной она приказала:
– Подождите! – и бросила сверху на охапку одежды ночную рубашку. – Отнесите и это! Передайте леди Ровене, что я скорее останусь совсем голой, нежели позволю, чтобы у нее болела голова из-за тряпок!
Служанка вздрогнула.
– Простите, миледи, – сказала она тихим голосом. – Прошу вас, наденьте рубашку. Это мое собственное белье. Леди Ровена ничего не знает о ночной рубашке.
Выражение лица Розы смягчилось.
– Тогда тем более заберите! Вам нельзя давать мне ночную рубашку. Хозяйка разгневается, если узнает!
– Наденьте, мне будет приятно! – настаивала служанка.
В дверь постучали. Роза набросила на себя рубашку, чтобы прикрыть наготу. Слуги внесли ванну.
– Я думала, что вам захочется выкупаться, – сказала служанка. – Ведь у вас сегодня первая брачная ночь.
Роза с удивлением взглянула на женщину.
– Если в замке много слуг – секрета не утаить! – улыбнулась служанка.
– Да, я понимаю, – растерянно проговорила Роза.
Приняв ванну с ароматными травами, она осталась в комнате одна. Устроившись возле маленького камина, девушка предалась раздумьям. Хотя она и испытывала усталость, сон никак не шел к ней. Она легла на постель, укрывшись шерстяным одеялом и меховым покрывалом. Масляная лампа умиротворенно потрескивала. Роза не сводила утомленных глаз с мерцающего пламени.
Вот она и замужняя дама. Но ничего не изменилось. Ее муж не с ней, а должен быть здесь, рядом, нежно обнимать и прижимать к сердцу!
Будучи в первую брачную ночь одна в полутемной холодной комнате, девушка вновь почувствовала себя оскорбленной. Разве все эти дни она не следовала за Гаретом тихо и покорно, без жалоб и лишних вопросов? А что заслужила? Ничего! Мечта так и осталась недостижимой мечтой!
Роза откинула покрывало в сторону и опустила босые ноги на холодный пол. Она не собирается придерживаться условия Гарета о целомудренности брака! Со всеми остальными условиями она не может не согласиться, однако пришло время, когда придется самой позаботиться о своем счастье.
В высокой вазе на подоконнике стоял цветок, галантно преподнесенный ей певцом. Роза приколола его к волосам. Это было единственное украшение, которое она могла себе сейчас позволить. Девушка была уверена: Гарет все поймет.
Бесшумно, как привидение, мелькнула в темном коридоре тень с цветком в волосах. Роза довольно быстро отыскала спальню мужа. Дверь была полуоткрыта. Она проскользнула в комнату и хотела было окликнуть Гарета, но его имя замерло на устах. Он стоял у окна уже полураздетым. Голова склонилась на грудь, плечи опущены – словно невидимая глазу тяжесть пригнула его к земле. Душа лорда Хока была угнетена непосильной ответственностью, обрушившейся на него внезапно. Сердце Розы разрывалось от любви и сострадания.
Она шла к нему, чтобы потребовать отмены его условия о целомудренности отношений. Она хотела, чтобы он относился к ней, как к жене. Но, почувствовав, что он устал от бремени забот, Розе стало неловко заводить об этом разговор.
– Гарет! – позвала она, вложив в призывный шепот всю свою любовь.
Он поднял голову и удивленно посмотрел на нее. Хок сразу заметил и распущенные волосы, и складную тоненькую фигуру, и приколотый цветок. Довольно резко он спросил:
– Что случилось?
– Я не могу заснуть, – с нервным смешком произнесла Роза. – И вовсе не потому, что прошлой ночью я хорошо отдохнула. Скорее, это потому, что сегодня у нас с тобой первая брачная ночь.
Он сверкнул глазами в ее сторону. Цветок алел возле лица. Хок помрачнел. С трудом погасил он поднимавшуюся волну гнева. Каждый мускул его тела напрягся.
Роза глубоко вздохнула. Лучше поговорить, когда у Гарета изменится к лучшему настроение и он подобреет, но сейчас продолжать разговор опасно.
– Гарет, я все думаю о твоем отлучении от церкви. Это действительно несправедливо! Неужели все это правда – о чем ты говоришь? А что Кеннет думает о Морлейской епархии? – резко сменила тему беседы Роза.
– О, Господи! Ты забыла, что эти люди сотворили с моим конем? А другие их дела? От них можно ожидать самого тяжкого преступления! В епархии все продается: индульгенции, церковные должности…
– Король Эдуард придет в ужас, когда это узнает.
– Не сомневаюсь в этом. Сомневаюсь только в том, что он когда-либо это узнает.
– Нам следует открыть ему глаза на творимые Талворком беззакония. Король должен в конце концов узнать правду!
– Я тоже так думаю, но посмотри, во что они меня превратили! – в его голосе слышались и тоска, и злоба.
– Гарет, я хочу поговорить с королем.
Он замотал головой.
– Это невозможно! Его величество очень ценит Талворка. Король относится к нему с большим уважением. Он тебе не поверит. Ты станешь посмешищем для всего двора, или, того лучше, тебя накажут за клевету.
Роза подошла к Гарету поближе.
– Отвези меня ко двору. Я хотя бы попробую…
Он обнял ее за плечи.
– Со своей добротой ты там пропадешь!
Хок отвернулся, сквозь окно на него глянула темная осенняя ночь.
Роза проследила за его взглядом. На чёрном небосводе яркие звезды были рассыпаны, как серебряные монетки. Вдруг где-то запел соловей. Она прижалась к нему.
– Гарет! Ты самый дорогой мне человек! Позволь мне все-таки попытаться открыть королю глаза!
Роза почувствовала, что Гарет готов уже согласиться с ее затеей попасть во дворец. И еще она поняла, что именно сейчас стала для него очень много значить в жизни.
Девушка отколола цветок и, напевая, посвященные ей куплеты, приложила розу к груди Гарета.
– «Роса, цвет излюбленный…» – она подняла голову, и бутон нежных губ оказался рядом с лицом Гарета. – «… покорен тобой возлюбленный».
Хриплый страстный стон вырвался из глубины груди Хока, и перед тем как слились их губы, она увидела, что его глаза неожиданно затуманились печалью.
Поцелуй был долгим, будто Гарет захотел испить сладость ее губ до дна. Она растаяла в горячих объятиях. Его язык приводил ее в трепет, сердце неистово билось. Она все крепче прижималась к мужу, чувствуя под ладонями упругие мускулы его спины. Тело Хока словно оживало у нее под руками. Она чувствовала нараставшую силу его страсти. Большое сердце стучало, как молот.
Гарет вдруг слегка отстранился. Он не мог налюбоваться чудным раскрасневшимся лицом жены, ее влажными припухшими губами.
– Какие вольности ты себе позволяешь! Пришла ко мне почти раздетой! – пробормотал он.
Роза провела рукой по его щеке. В неярком свете масляной лампы он казался моложе, жесткие черты лица разгладились. С легкой улыбкой она ответила:
– Теперь ты знаешь, дорогой, какие у меня ужасные манеры, несмотря на блестящее воспитание.
Девушка сладко потянулась, и слишком широкая рубашка – сползла, обнажив мягкое белое плечо.
Гарет был совершенно покорен этой «случайностью». Он поцеловал жену в плечо.
– Как ты обворожительна! – прошептал он, прикоснувшись к ее шее. – А теперь тебе нужно идти. Оставь меня, иначе я наделаю глупостей!
– Я хочу, милый, чтобы ты наделал глупостей!
Он прижал Розу к себе.
– Соловушко мой! Ты – маленькая птичка, прилетевшая ко мне темной ночью, чтобы спеть сладкую песенку.
– Разреши мне остаться, Гарет. Ну, пожалуйста! – она осыпала его щеки легкими и быстрыми поцелуями, обняла за шею и уткнулась в желто-золотистую копну волос. – Мне не хочется от тебя уходить.
Он растерялся перед выбором: или исполнение страстного желания, или же холодный, но мудрый расчет.
Ее руки и губы скользили по телу мужа, и у него в конце концов вырвался страстный стон.
– Прости меня, Господи, но я не могу позволить ей уйти!
Сладость чудных губ пленила Гарета. Он с готовностью поддавался чарам. Страсть уже бушевала в теле, но на дне души смутное сожаление все же не давало покоя.
Он поднял на руки Розу и отнес на постель. Все чувства в ней разгорались с новой силой. Постель пахла лавандой. Свет лампы и отблески огня окрасили комнату в красноватый цвет.
Она протянула к возлюбленному супругу своему руки, и он, не в силах сдержать клятву целомудренного воздержания, позволил своим рукам блуждать по ее телу. Жадный рот покрывал нежные губы пылкими поцелуями. Слившись в объятиях, они упали в пахнущую травами постель.
Роза с радостью открывала для себя неведомые прежде чувства и ощущения. Ее сердце переполнялось любовью.
Жаркие поцелуи подвели ее к вершине наслаждения. Но ей хотелось большего. Гарет увидел ее неистовые в страсти темно-фиалковые глаза. Оберегая ее невинность, он предупредил:
– Если ты позволишь мне продолжить, – Роза, то все изменится, и ты никогда не сможешь вернуть себе невинность.
– Гарет, милый, все изменилось в тот самый день, когда я впервые увидела тебя.
Она одарила его таким зовущим взглядом, что он не мог не почувствовать, как искренне она его любит. С горечью Гарет осознавал, что обманывает чистую и доверчивую душу. Внутренний голос неуверенно предупредил: если Роза однажды узнает правду – она его покинет. Но от девушки исходили такие волны любви и желания, что сопротивление Гарета было сломлено. Он стал нежен и терпелив. Вот чего у него было для нее в достатке, так это нежности.
В руке Розы оставался увядший цветок. Он стал символом ее покорности мужу, но вместе с тем и знаком того, что она завладела его сердцем. Гарет взял цветок и оборвал нежную корону лепестков. Медленно он гладил стебельком девичье тело, нежно касался стройных лодыжек, коленей, гладких бедер…
Ночная рубашка Розы упала на пол, куда ее бросил Хок.
Она помогла ему освободиться от туники и облегающих брюк. Вид его обнаженного тела привел ее в трепет. Широкие плечи и грудь, тонкая талия, длинные ноги – все было в шрамах. Мужественная фигура возбудила в ней новый прилив страсти.
Они чувственно ласкали друг друга, то смыкаясь в объятиях, то едва касаясь. Роза слышала, как бьется его сердце. Она вдруг вспомнила, как леди Векслер рассказывала о замужней жизни, утверждая, что женщина всегда страдает от чудовищных притязаний мужа, но должна с покорностью молча их сносить.
Гарет был большим и немного грубоватым мужчиной, но ничего от чудовища Роза в нем не заметила. Он так нежно ее трогал, щадя невинность. При этом она испытывала несказанное удовольствие. Все это совсем не было похоже на то, о чем предупреждала леди Векслер.
Огонь желания сжигал Розу. Влажные алые губы шептали имя мужа, как молитву.
Гарет никогда прежде не получал такого удовольствия, наблюдая за женщиной, блаженствующей в ощущениях любовного восторга. Пусть его жена всего лишь бутон, готовящийся раскрыть свои лепестки. Он станет лелеять и холить этот цветок и заботиться, чтобы он расцвел пышно и благоуханно.
Совершенно неожиданно Хок осознал, что каждая минута, проведенная с Розой, ему бесконечно дорога. Поднявшись на локте, он осыпал поцелуями ее высокий чистый лоб, тонкие брови, прекрасные глаза, трогательно-беззащитную ниточку пульса на виске.
Его губы, спустившись по нежной шее к гладкому плечу, вкушали свежесть кожи. Он прикоснулся губами к каждому ее пальцу.
Манящее девичье тело разожгло в нем огонь желания. Он вновь почувствовал себя молодым и сильным. Только в отличие от юноши с горячей кровью, был он достаточно мудр и терпелив. Неизвестно, что их ждет впереди. Пусть первый опыт любви останется у нее в памяти прекрасным мигом.
С упоением он целовал ее губы и грудь. Медленно и осторожно Хок вошел в девушку.
Внезапная боль пронзила Розу. Она вскрикнула. Но крик не был протестом. В умелых и нежных руках Гарета ей было тепло и покойно. Она доверяла ему, и Роза всего лишь крепче прижалась к возлюбленному.
– Расслабься, мой сладкий соловушко, – прошептал он.
Движения Гарета были сначала замедленными, потом, подчиняясь древнему, как мир, ритму, стали убыстряться. То была песнь любви.
Боль осталась, но это была сладкая боль. Роза улыбалась, слезинки катились из-под опущенных ресниц. В ней все замирало и вспыхивало, горело, поднималось и падало. Она едва слышно шептала имя любимого. То, что она испытывала, нельзя было описать никакими словами. Сладость нового обретения покорила ее и радостно удивила. Этого не могли предвосхитить самые смелые и волшебные мечты.
– Дорогой мой, ты самый замечательный, наверное, из всех мужчин в мире! – выдохнула она. – Я и не знала…
– Ты создана для любви, мой соловушко! – его низкий взволнованный голос срывался.
– Ты открыл мне невероятное!
Ее благодарность больно резанула его по сердцу. Чувство вины подступило, как горькое похмелье после сладкого вина. Он казнил себя, презирая за минуту слабости. Он должен был ее сберечь, отослать от себя. Вот она, красавица-роза, лежит изломанной в его постели. Как он посмел воспользоваться тем, что она доверчиво предложила ему себя, не зная истинного лица мужа.
Ее трепетные пальцы нежно ласкали его грудь. Он заметил кольцо, которое должен по договору переслать лорду Джону. Как возненавидит его Роза, когда узнает, что человек, которому она отдала сердце, душу, любовь, – обыкновенный вор! Какое горькое разочарование ее постигнет! Как же она будет вспоминать о нем? Как о своем первом возлюбленном или как о человеке, который продал ее чистую доверчивую душу за кошелек с золотом?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Роковое кольцо - Виггз Сьюзен



что за бред
Роковое кольцо - Виггз СьюзенМарго
15.07.2012, 13.57





Неплохо, но есть эпизоды слишком затянутые. Но идея интересная.
Роковое кольцо - Виггз СьюзенGala
20.05.2013, 0.01





суперский роман. столько страстей такой накал.бгерои до конца романа не могли соеденится. обожаю такие истории в которых много злодеев. и диалоги не длинные, в каждой главе есть свой сюжет. просто класс всем читать.
Роковое кольцо - Виггз Сьюзеннека я
23.01.2014, 18.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100