Читать онлайн Прими день грядущий, автора - Виггз Сьюзен, Раздел - ГЛАВА 31 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Прими день грядущий - Виггз Сьюзен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.23 (Голосов: 56)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Прими день грядущий - Виггз Сьюзен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Прими день грядущий - Виггз Сьюзен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Виггз Сьюзен

Прими день грядущий

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 31

– Все изменилось, – заметил Хэнс, когда фаэтон катил по дороге к югу от Лексингтона.
Действительно, лес, некогда такой густой, что солнце не проникало сквозь деревья, уступил место полям, небольшим усадьбам и огромным плантациям.
– Я даже не уверен, что мне все это нравится, – признался он, заметив неухоженный, запушенный участок налево, в низине.
Ферма представляла собой неопрятное нагромождение бревенчатых и обшитых тесом строений. Кукурузные поля вокруг были не обработаны и разорены воронами. От плохо спрятанного самогонного аппарата поднимался пар. Какой-то юноша, без дела слонявшийся по двору, заметив экипаж, тут же скрылся за домом.
– Ферма Харперов, – сказала Айви, ближе придвигаясь к Хэнсу. – Они приехали сюда примерно…
Хэнс порывисто схватил ее за руку:
– Кто?!
Айви нахмурилась.
– Харперы, милый. Довольно странная семья. Двое братьев, и говорят, что у одного из них две жены… – она слегка поежилась. – Да, с ними живут еще два взрослых сына.
Хэнс сразу вспомнил двух неприятных подростков, которым год назад помешал украсть собаку у сыновей Люка. Теперь он понимал, почему они тотчас ушли, как только Гедеон произнес его имя. Как Хэнс сразу не узнал ту жестокость во внешности и в поведении, которая так свойственна породе Харперов…
– Послушай, Айви, – настойчиво произнес он. – Я не хочу, чтобы ты даже близко подходила к этим людям. Никогда не разговаривай с ними и не называй своего имени. Они не должны знать, что ты моя жена.
Айви встревожилась:
– Почему, Хэнс?
Хэнс натянул вожжи, заставив иноходцев бежать быстрее, и после этого рассказал ей о своем первом и единственном опыте речного пиратства. Когда-то он старательно скрывал от Айви прошлое, опасаясь, что это оттолкнет ее от него. Но теперь не было ничего такого, чего бы Хэнс не мог поведать женщине, которую любил больше жизни.
– Но это произошло так давно. Они, наверняка, все забыли, – постаралась успокоить его жена.
Хэнс покачал головой:
– Вилли и Микайа Харперы – очень мстительные люди. Они убивали за обиды, гораздо меньшие, чем я им нанес.
– Эти люди не могут навредить нам: ты слишком важная персона в Лексингтоне.
Хэнс наклонился и нежно поцеловал Айви в висок, все еще до конца не веря, что она действительно ждала и любит его.
– Что бы я делал без твоей веры в меня, милая? Айви серьезно посмотрела на него своими глазами цвета бренди:
– У тебя все было бы прекрасно.
– Нет, – твердо возразил Хэнс.
Айви с любовью смотрела на мужа, вспоминая год, прошедший со дня их свадьбы. Ей до сих пор казалось, что она еще не проснулась от счастливого сна, обволакивающего каждую минуту, каждый день.
Атвотеры сначала не хотели этой свадьбы, пока в дело не вмешалась Женевьева, которой была хорошо известна боль отдаления от семьи. После разговора с миссис Эдер родители Айви неожиданно согласились. И к чести Хэнса, он не дал им повода пожалеть об этом, желая доказать, что обстоятельства его рождения не имеют ничего общего с его личностью.
Но одно препятствие Хэнс пока так и не смог преодолеть: ссору с Люком. Дорога, по которой они сейчас ехали, вела на ферму Люка и, как надеялась Айви, к миру между братьями.
Хэнс правил лошадьми в задумчивом молчании.
– Ты нервничаешь? – удивленно произнесла Айви, заметив непривычную напряженность его лица.
Он кивнул:
– Если кто-нибудь на земле и имеет право ненавидеть меня, так это Люк.
– Я думаю, что он готов простить тебя, ведь Мария уже простила: именно она пригласила нас сегодня к себе в гости.
Хэнс благодарно сжал руку жены, но когда они спускались по дорожке к ферме Люка, его снова охватило сомнение. Однако отступать было поздно.
Стена кукурузы надежно скрывала от посторонних взглядов дом Люка, который выглядел таким уютным и очаровательным в окружении цветущего утреннего великолепия природы. За домом светлели свежепобеленный амбар и силосная яма; неподалеку журчала речка.
Мария встретила их на пороге, осторожно переступив через лежавшую на солнышке коричневую охотничью собаку. Хэнс чувствовал, что женщина нервничает, хотя она улыбалась и выглядела сегодня прекраснее, чем когда-либо. Дети Люка тоже оказались на диво хороши. Шестилетний Бенжамин, тот самый парнишка, который защищал от Харперов собаку, пришел поздороваться с гостями, держа на руках большого кота. Хэтти, очаровательная маленькая копия матери, прижимала к себе малыша Дилана. Этот толстенький мальчуган с волосами цвета мокрой глины настолько походил на Люка, что Хэнс поймал себя на том, что не может отвести от него взгляд. Гедеон Паркер, худенький красивый мальчик с ярко выраженными индейскими чертами лица, уверенно приветствовал Хэнса и Айви. Однако в его обращении с Хэнсом чувствовалась напряженность: он еще не умел прощать, как Мария.
Только Люка нигде не было видно. Мария объяснила, что он обтесывает бревна для новой бороны и придет к ужину.
Женщины отправились на кухню, а Хэнс остался с детьми на крыльце, развлекая их рассказами об уличных представлениях в Лондоне.
Айви с наслаждением вдыхала теплый свежий аромат хлеба, наблюдая, как Мария ловко справляется с работой, готовя ужин.
– Люк ничего не знает о нашем визите? – внезапно догадалась Айви.
Мария едва не уронила нож, которым резала хлеб.
– Я… нет, не знает. Если честно, когда он услышал, что Хэнс вернулся в Лексингтон, то хотел заставить его покинуть город.
– Тебе не стоило делать этого, Мария.
– Это просто необходимо. Что хорошего в том, что Люк и его отец не виделись вот уже семь лет? Семье не нужен еще один разрыв. Кроме того, прощать или нет Хэнса – это мое дело, – ее глаза светились решимостью. – А я простила, Айви. Я знаю, что он стал другим человеком, изменился. Мы все изменились за это время.
– Они подерутся. Они всегда дрались.
– Не думаю. На этот раз не должны.
Некоторое время женщины работали молча, прислушиваясь к детскому смеху на крыльце и к редкой трели пересмешника в саду. Айви перелила сливки из кувшина в молочник, а Мария тем временем поджарила тосты. Привычная работа, казалось, успокаивала женщин, хотя обе волновались, думая о предстоящей встрече братьев.
Неожиданно на улице прозвучали два выстрела. Кувшин в ту же секунду выпал из рук Айви и разбился. Мария содрогнулась от ужаса: даже в самых мрачных мыслях она не могла представить, что Люк поведет себя подобным образом.
Женщины бросились на крыльцо, столкнувшись в дверях с Хэнсом, который торопливо заводил детей в дом.
– Где ружье? – резко спросил он.
Мария вся напряглась:
– Нет, Хэнс, я не позволю вам подобным образом выяснять отношения.
Хэнс с силой схватил ее за плечи:
– Господи, Мария, это же не Люк, а Харперы. Они видели нас с Айви и, очевидно, пришли сюда за нами.
Мария осторожно выглянула в окно и похолодела: среди деревьев мелькали одетые в оленью кожу всадники. Неопрятные волосы, беззубые улыбки, повадки горьких пьяниц – безусловно, это были Харперы: Вилли, Микайа и двое сыновей Вилли, Калеб и Спрус. Мария молча принесла ружье и протянула его Хэнсу.
Затем женщина спрятала детей в подвал, где хранили овощи, крошечную подземную пещеру за кухней.
Айви, волнуясь, положила свою руку на руку Хэнса, который уже заряжал ружье.
– Хэнс…
Он мрачно посмотрел на жену:
– Я знаю, буду осторожен. А ты пока последи за детьми.
Тяжело дыша, Айви прошла через кухню к укрытию, где Мария через приоткрытую дверь спокойно объясняла Хэтти, как успокоить Дилана.
– Что делает папа? – нетерпеливо спросил Бенжамин, не желая отсиживаться в погребе.
Мария тяжело вздохнула. Она так и не рассказала Люку о том, что когда-то убила Элка Харпера, как и о более поздней встрече на просеке с Вилли и Микайей. Ей не хотелось делиться с мужем этими подробностями, чтобы они не повисли тяжким грузом и у него на душе.
– С ним все в порядке, – медленно ответила женщина.
– Но папа же не знает о Харперах, мама, – не унимался Бенжамин. – Он может попасть прямо к ним в руки. А что будет с животными? Я видел, как один из мужчин направился к конюшне.
Неожиданно Бенжамин начал переминаться с ноги на ногу, умоляюще глядя на мать.
– Иди в погреб, – приказала Мария.
– Я сейчас, мама, – попросил мальчик, показывая через двор в сторону уборной.
Прозвучал еще один выстрел, заставивший Марию вздрогнуть от ужаса.
– Беги быстрее!
Бен, как заяц, выскочил из укрытия и, пролетев мимо якобы нужного ему строения, неожиданно свернул на дорожку в лес и исчез в зарослях вяза. Мария слишком поздно поняла его хитрость. Тщетно звала она сына и уже собиралась броситься вдогонку, когда справа от нее на пони проскакал Гедеон.
Проклиная про себя своевольных глупых мальчишек, Мария торопливо разместила Айви, Дилана и Хэтти в погребе.
– Сидите тихо, – предупредила она, положив руку на дверь.
– Куда ты направляешься? – спросила Айви.
– В дом. Хэнс не сможет справиться один с четверыми.
– Тогда я тоже пойду с тобой.
Мария покачала головой.
– Ты даже не умеешь стрелять, Айви. Кроме того, малышей нельзя оставлять одних, – она решительно закрыла дверь погреба и побежала к дому.
Хэнс сидел под разбитым выстрелом окном, стараясь поймать на мушку ускользающие цели, которые находились в пределах досягаемости, но были плохо видны. Услышав, что Мария заряжает другое ружье, он хотел было возразить, но увидев, как ловко она засунула в ствол шомпол и положила порох на полку, сдержался.
– Извини меня за это, Мария, – печально произнес Хэнс. – Извини за все.
Мария молча сжала его руку и приложила к плечу приклад.


Стук деревянной ноги Израэля нарушил ровный ритм часов. Женевьева радостно бросилась навстречу сыну.
– Добро пожаловать домой, – проговорила она, беря его за руку. – Я уже решила, что университет совсем поглотил тебя.
Израэль улыбнулся и позволил матери помочь себе пройти в гостиную. Женевьева упрямо ухаживала за ним, несмотря на то, что он уже свободно передвигался на своей деревянной ноге и даже ездил верхом. Весь Лексингтон восхищенно шушукался, когда Израэль смог танцевать на празднике чистки кукурузы с жизнерадостной сестрой Брайди Фаррел.
– Рурк! Ребекка! – позвала мать. – Посмотрите, кто пришел к нам на воскресный обед!
Они долго сидели за столом в спокойной тишине летнего дня, окутанные умиротворяющей обстановкой семейной близости, и, улыбаясь, разговаривали о ферме, о карьере Израэля, который преподавал в университете теологию, о недавнем светском успехе Сары в качестве хозяйки официального приема, миссис Натаниэль Кэддик.
Разговор незаметно перешел на Хэнса, которого, как они думали, уже навсегда потеряли. После долгих лет разлуки и неведения домой вернулся совершенно другой человек, с отпечатком зрелости и понимания на лице, проделавший, судя по всему, огромную внутреннюю работу и вышедший из нее обновленным. В сыне исчезла былая дикость и необузданность, и теперь он счастливо и спокойно жил с Айви в своем красивом доме на Хай-стрит.
Женевьева тоже чувствовала себя счастливой, почти… Она научилась принимать изувеченность Израэля и молчаливость Ребекки, которая превратилась в отшельницу, замкнувшись в себе и проводя все время над Библией и номерами «Домашнего миссионера». У Сары тоже были странности. Например, ее приводила в неописуемый восторг возможность владения несколькими рабами. Тем не менее, она по-прежнему оставалась любящей дочкой, близкой родителям, стоявшим теперь гораздо ниже ее на социальной лестнице.
Единственное, чего так и не смогла принять Женевьева – это разрыва между Люком и Рурком, который мрачной тенью висел над семьей Эдеров. Сколько она ни умоляла, ни уговаривала, ни убеждала Рурка помириться с сыном, пытаясь играть на его самых нежных чувствах и рассказывая о внуках, которых он упорно не желал признавать, постоянно натыкалась на холодную стену ненависти и предубеждения.
Рурк словно ничего не слышал. Его совершенно не волновало, что Бен подстрелил свою первую в жизни индейку, что Хэтти в пять лет уже научилась читать, что Дилан тяжело заболел крупом…
И все же Женевьева не переставала надеяться на то, что ей, в конце концов, удастся объединить всю семью.
Неожиданный стук копыт по дорожке встревожил Эдеров. Обычно по воскресеньям на ферме было тихо: работники на выходной уходили по домам, оставались только члены семьи.
Ребекка раздвинула занавески и испуганно вскрикнула.
– Индеец, папа! – выдохнула она, глядя на всех широко открытыми глазами, готовая вот-вот забиться в истерике, которая всегда начиналась у нее при виде индейцев.
Рурк с проклятием схватился за ружье, но Женевьева сразу узнала всадника.
– Подожди, Рурк, – резко приказала она. – Это Гедеон Паркер.
– Тем более, ему здесь нечего делать.
Женевьева бросилась открывать дверь.
– Он никогда бы не приехал без необходимости.
Рурк позволил жене выйти на крыльцо, но по-прежнему держал наготове ружье.
Гедеон ловко соскочил с коня. Он был красив, уверен в себе, а его лицо представляло собой спокойную, непроницаемую маску.
Ребекка жалобно завыла, но Израэль с отвращением резко приказал сестре замолчать и вышел вслед за матерью.
Гедеон не проявил страха, заметив в руках Рурка ружье. Он кивнул сначала Женевьеве, потом Рурку и просто сказал:
– Вы нужны Люку.
В глазах Рурка засверкали искры гнева.
– Люк не нуждается во мне с тех самых пор, как женился на шони, тем самым опозорив семью.
– На него напали Харперы, мистер Эдер!
Рурк глубоко вздохнул. Репутация Харперов в Лексингтоне была ужасной. Еще много лет назад, в Лэнсез-Медоу, они слыли дикой, совершенно необузданной семьей.
И все же… Рурк задумчиво взглянул на Женевьеву, не зная, на что решиться. Тем временем Израэль деловито захромал вниз по ступенькам, уже вооруженный и готовый к поездке. Женевьева с вызовом посмотрела на мужа, который по-прежнему колебался.
За него все решила Ребекка. Сначала неуверенно, потом все смелее она направилась к Гедеону и тронула юношу за рукав, улыбнувшись дрожащей, но приветливой улыбкой. Это казалось тем удивительнее, что с тех пор, как Ребекка вернулась из индейского плена, она не подпустила близко к себе ни одного чужого человека.
Затем девушка со слезами на глазах повернулась к Рурку и сказала:
– Поезжай с ним, папа. Я слишком долго думала только о себе.
Услышав эти слова, Рурк бегом бросился запрягать коня.
На прощание Женевьева с грустью поцеловала мужа.
– О Боже, Дженни, – растроганно произнес он, потеревшись щекой о ее волосы. – Кажется, я был самым большим дураком на свете.
Она кивнула, сияя от счастья:
– Но я все равно люблю тебя, Рурк Эдер.


Услышав выстрелы, Люк недовольно нахмурился, решив, что стреляют Бен и Гедеон, которым он еще не разрешал выходить на охоту, тем более, так близко от дома.
Люк сердито отложил в сторону пилу и рубанок и вскочил на коня, но неожиданно заметил бегущего ему навстречу Бена.
Задыхаясь от волнения, сын кричал:
– Харперы, папа! Они напали на нашу ферму! Нагнувшись Люк подхватил мальчика и посадил перед собой в седло. На смену гневу пришла страшная тревога, ледяной рукой сжав его сердце.
– Что там происходит?
– Дядя Хэнс говорит, что Харперов четверо.
– Хэнс?!
Бен закивал головой:
– Они с тетей Айви приехали к нам на ужин.
Люк почувствовал поднимающееся раздражение, но сейчас было не время давать волю своим эмоциям. А вот Харперы… Он перестал доверять им с тех пор, как Калеб и Спрус попытались увести собаку Бена, и запретил сыновьям даже близко подходить к их неухоженной ферме. Наоми Харпер однажды сама приходила продавать яйца, старательно пряча свежие синяки на лице под широкими полями потрепанной шляпы. Вид этой несчастной женщины только подтвердил слухи о том, что братья относятся к своим женам с тупой, почти звериной, жестокостью. Харперы были глупы, совершенно непредсказуемы и очень опасны.
Люк поднялся на вершину холма и внимательно осмотрелся. Вокруг дома чувствовалось какое-то движение, но Харперы, похоже, залегли. Осторожные, дьяволы!
Присмотревшись, Люк понял причину их осторожности: из двух выбитых окон на фасаде дома торчало по ружейному стволу. На какую-то долю секунды между развевающимися на ветру занавесками Люк заметил иссиня-черные волосы Марии.
С ужасающей яростью он понял, что это не хулиганское нападение, а самая настоящая война. Люк почти непроизвольно прижал к себе сына, вдыхая аромат его волос. Мальчик пах летним ветром, детским потом и молоком.
Поцеловав Бена в щеку, Люк спокойно произнес:
– Тебе нужно уходить отсюда, сынок. К дому сейчас подходить опасно, поэтому беги по этой дорожке за конюшню. Если дела пойдут совсем плохо, пробирайся к реке, слышишь меня?
– Но я хочу остаться с тобой, папа!
Люк мрачно покачал головой:
– У меня только один пистолет и пороху всего на несколько выстрелов. Я боюсь, что не смогу защитить нас двоих.
– Но…
В этот момент снова прозвучал выстрел, и из окна упал цветочный горшок.
– Беги, Бен! – приказал отец, снова поцеловал мальчика и, сняв с коня, подтолкнул вперед.
Бен оглянулся:
– Па!
– Что, сынок?
– Ты смелый человек, Па, и я люблю тебя, – изо всех сил стараясь не заплакать, Бен побежал по тропинке.
Люк с грустной улыбкой проводил сына взглядом, затем привязал к дереву коня и зарядил пистолет. Неожиданно ветер донес сильный звук выстрела и запах гари. Стараясь сильнее прижиматься к земле, Люк быстро пополз по лесу, пока не достиг вершины холма. Спрятавшись за тополем, он осторожно посмотрел в низину и яростно выругался: один из Харперов поджег конюшню. Над строением поднимался веер дыма. Уже загорелась ближняя к дому стена; где-то внутри испуганно заржал конь.
Люк снова выругался. Весь скот: овцы, на которых он занимал деньги, корова, которая поила детей молоком, пони Бена и его кошки – самое ценное сокровище мальчика…
Кошки… Если Бен увидит, что горит конюшня, он прямиком направится спасать животных… Оттолкнувшись от дерева, Люк бросился вниз. Он бежал, сломя голову, почти ничего не замечая вокруг. Только когда пуля попала прямо в дерево рядом с ним, Люк отметил про себя, что его заметили, но не обратил на это никакого внимания, думая о Бене. Он был уверен, что мальчик постарается проникнуть в конюшню и тогда…
Пламя уже успело охватить все строение: горела крыша и стены; даже издалека чувствовался жар и слышалось жалобное мычание и ржание. К счастью, Бена нигде не было видно. Люк остановился и прислушался: ничего, кроме шума огня и криков животных.
Неожиданно дверь конюшни распахнулась, оттуда вырвался огромный клуб дыма, а огонь внутри из-за притока свежего воздуха запылал еще ярче. Вслед за этим, на улицу начали выбегать обезумевшие от страха животные. Первой выскочила кошка с котенком, крепко зажатым в зубах, потом промчались овцы и корова, наконец индейский пони Бена и пегая кобыла с громким ржанием устремились к ручью.
Облегчение Люка продолжалось лишь доли секунды: спасение животных означало только одно: что внутри находится кто-то из людей. Забыв о всякой осторожности, он бросился к конюшне.
Страшный жар затруднял дыхание. Внутри конюшни царил настоящий ад: трещало сухое сено и дерево; стропила местами уже обвалились, а те, которые еще держались, вот-вот грозили упасть.
Порыв ветра на мгновение сдул в сторону дым и, почти задыхаясь от ужаса, Люк рассмотрел бегущую к нему навстречу маленькую фигурку.
Бен.
Даже под слоем сажи лицо сына было красным и искаженным, в руках он держал оставшихся котят.
В этот момент поперечная балка с треском обрушилась вниз, как раз позади мальчика, следом угрожающе нависла еще одна, готовая упасть прямо перед ним.
Люк словно издалека услышал свой голос, приказывающий Бену не останавливаться, а сам рванулся к конюшне. Казалось, что падающие стропила буквально преследуют мальчика. Но он успевал ловко уворачиваться от них, умудряясь при этом не выпускать из рук котят.
Бен выскочил на улицу раньше, чем отец достиг дверей конюшни. Увидев его, он выпустил на землю котят, которые тут же бросились в разные стороны. Люк в изнеможении опустился на колени и, протягивая к мальчику руки, благодарил Бога и звезды за то, что они сохранили жизнь его нежному, смелому и глупому сыну.
Упав на колени, Люк избежал пули, которая неминуемо должна была попасть ему в спину.
Вместо него она поразила Бена, находившегося всего в нескольких ярдах от отцовских рук.
Удар опрокинул мальчика на землю. Он умер почти мгновенно, прежде, чем кровь выступила из пробитой груди.
Люк не остановился, чтобы оплакать сына. Сейчас было не время делать это. Охваченный жаждой мести и холодной демонической ненавистью, которая не позволяла ему чувствовать ничего, кроме злобы и решимости, он повернулся и оказался лицом к лицу с Микайа Харпером. Тот несколько секунд с ужасом смотрел на Люка, потом бросился прочь.
– Остановись, Харпер, – холодно приказал Эдер, поднимая пистолет. – Я хочу видеть твои глаза, когда буду убивать тебя.
Микайа застыл на месте, затем, всхлипывая, медленно повернулся.
Когда пуля размозжила голову врага, Люк не почувствовал облегчения. Да, справедливость восторжествовала, но ничто уже не могло изменить того факта, что Бен мертв. Люк ощущал только, как в его сердце дует холодный ветер.
В это время появился Вилли Харпер. Мгновенно оценив ситуацию, он направил на Люка ружье.
– Ты должен умереть, – прохрипел он.
– Я знаю, – спокойно ответил Люк.
Он не боялся смерти, почти желая этого освобождения. Люк не хотел жить без сына, с болью о его утрате.
Неожиданно он вспомнил о Марии и других детях, которым сейчас, как никогда, нужна была его помощь, особенно, когда не стало Бена. Но оказалось уже слишком поздно. Вилли прицелился, а Люк не собирался унижаться перед этим подонком, умоляя о пощаде. Расставив ноги, он ждал выстрела.
Но ружье почему-то молчало. Вместо этого сам Вилли Харпер, обхватив руками насквозь простреленный живот, с проклятиями рухнул на землю. Кровь хлынула у него из раны и изо рта…
Из кустов с довольной улыбкой появился Хэнс, но увидев мертвого Бена, побледнел:
– О Боже, Люк, они убили твоего мальчика! Впервые за семь лет Люк встретился с братом, но Хэнс только что спас ему жизнь и так искренне и отчаянно горевал по Бену, что Люк даже не вспомнил о старой вражде.
– Люк, – со слезами в голосе проговорил Хэнс, протягивая руки. – Братишка, иди сюда.
Они порывисто обнялись, наконец-то обретя взаимопонимание, которого так долго не могли найти.
В этот момент сразу два щелчка взводимых курков нарушили воцарившееся напряженное молчание.
– Мы убьем вac обоих, – прорычал Калеб, сын Вилли Харпера. – Вы в долгу перед нами за то, что сделали с нашим отцом.
Калеб взглянул на брата.
– Как, Спрус? – небрежно спросил он. – Сделаем это прямо здесь?
Спрус покачал головой:
– Не сейчас, Калеб. Пусть сначала посмотрят, как мы поступим с их женщинами.
Люк услышал, как Хэнс со свистом втянул в себя воздух и напрягся. Схватив старшего брата за руку, он тихо прошептал:
– Еще не время.
– Хорошо, – согласился Калеб. – Мы еще закончим кое-какие дела, прежде чем отправим вас на покой.
– Это чертовски правильное решение, – прозвучал за их спиной чей-то голос.
Все четверо медленно повернулись: прямо перед ними на вздыбленном коне величественно восседал Рурк, как серебристо-огненный ангел мести. Его сопровождали Израэль и Гедеон, также вооруженные и неукротимые.
Рурк спешился, держа наготове ружье. Никогда еще он не выглядел таким яростным и всемогущим.
– Бросьте оружие, – приказал Рурк Харперам. – Я вас не убью, если вам хватит пяти секунд, чтобы скрыться с моих глаз. До заката солнца вы должны покинуть этот округ.
Харперы без колебаний бросили ружья на землю и скрылись в лесу.
Рурк тяжело вздохнул, затем осмотрелся по сторонам и направился к Бенжамину. Он взял мальчика на руки, поцеловал его в холодную щеку и подошел к Люку.
– Сын, – убито произнес Рурк. – Что я могу сказать тебе в утешение? Что я могу сделать?
Люк принял у него из рук мальчика, чувствуя, что внутри все разрывается от горя, и, обливаясь слезами, зашагал к дому. Пройдя несколько шагов, он остановился и оглянулся как раз в тот момент, когда упала последняя балка в конюшне.
– Ты можешь помочь мне похоронить моего мальчика, Па, – просто сказал Люк.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Прими день грядущий - Виггз Сьюзен



Очень хорошо написано. Жизнь 2 - х поколений одной семьи. Сильные характеры ГГ, любовь, месть, индейцы, приключение.
Прими день грядущий - Виггз СьюзенGala
19.05.2013, 13.33





Не думаю , что это легкий женский романчик .. Тяжелый жизненный путь гг , война с индейцами , все чего то ждут годами.. Если кто любит описание секса , то вас огорчу , его здесь вообще нет, зато куча детей и трагедий , наверно перебор особенно в конце.. 7/10
Прими день грядущий - Виггз СьюзенVita
30.10.2014, 7.12





Хороший роман давно такие не читала, секса нет а любовь есть, интересный жизненный сюжет нет длинных монологов сюси пуси.
Прими день грядущий - Виггз СьюзенОксана
24.01.2015, 15.39








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100