Читать онлайн Круги на воде, автора - Виггз Сьюзен, Раздел - ГЛАВА 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Круги на воде - Виггз Сьюзен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.76 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Круги на воде - Виггз Сьюзен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Круги на воде - Виггз Сьюзен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Виггз Сьюзен

Круги на воде

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 9

После короткого, к счастью, визита короля в Лунакре установилась до странности мирная домашняя атмосфера. Стояли теплые летние дни, пронизанные золотой солнечной дымкой. Душа Стивена впервые за долгие годы обрела мир и спокойствие. Поймав улыбку сидевшей в другом углу кабинета Юлианы, он вновь сказал себе, что не стоит задумываться о причине нынешнего непривычного состояния.
Стивен проиграл. Своим пугливым сердцем он признал власть Юлианы над собой. В ее мимолетной улыбке была искра радости, и ее хватило, чтобы сжечь все его сомнения.
Просто невероятно, что хрупкая изящная женщина обладает такой силой, но невозможно было отрицать очевидное. Занималась ли она английским языком по книгам с Нэнси, учила ли повара готовить напиток из прокисшего молока, подбирала ли мелодию на спинете
type="note" l:href="#n_23">[23]
, во всем проявлялась ее настойчивость, что так нравилось Стивену.
Только глубокой ночью, когда ее иногда мучили кошмары, она казалась слабой, но по-прежнему загадочной. Все чаще и чаще он размышлял над ее словами о том, что она русская княжна. Стивен обратил внимание на то, что с Ласло Юлиана говорит не так, как с остальными цыганами. Слова звучали более отрывисто. Будто с ним она говорила не на цыганском, а на каком-то другом языке. Нужно быть лингвистом, чтобы узнать, что это за язык, но Стивену не хотелось обращаться к Элджернону, разбиравшемуся в иностранных языках.
Все чаще Стивен задумывался о том, что, возможно, они могли бы быть счастливы вместе.
Но он запрещал себе много думать об этом. Даже Юлиана не заставит его забыть темные тайны прошлого и не избавит его от мук настоящего.
– Если ты будешь продолжать так смотреть на меня, – сказала Юлиана, прерывая ход его мыслей, – мне придется сходить за Мандивой, чтобы она расколдовала тебя.
Стивен откинулся на спинку стула и скрестил ноги.
– Что ты имеешь против того, что муж смотрит на свою жену?
Щеки ее вспыхнули, и она опустила голову.
– Но не так, как ты только что смотрел на меня.
Ее дразнящий тон заставил Стивена подняться, обойти стол и остановиться за ее спиной. На столе перед Юлианой лежали чертежи его нового приспособления для просеивания зерна, она их критически изучала.
Взяв Юлиану за подбородок, Стивен заставил ее поднять на него взгляд. Кожа ее была такой нежной, что ему потребовалось невероятное усилие, чтобы не поцеловать ее.
– И как я смотрел на тебя?
– Как колдун, который пытается заколдовать свою жертву, – прошептала она. – Ты не должен делать этого, Стивен.
– Почему?
– Потому, что твои чары начинают действовать.
Искренность Юлианы вдохнула новые токи притяжения, постоянно пробегавшие между ними. Он убрал руку и выпрямился, смущенный легкостью, с которой он вызывал у нее ответные чувства, а еще больше мгновенной реакцией своей плоти.
– Тебе и не стоит опасаться любовных чар с моей стороны, – заверил ее Стивен. Чтобы скрыть смущение, он повернулся и быстро направился к двери. – Следуйте за мною, моя госпожа. Сегодня утром я назначил встречу Стампу. Король высказал сожаление по поводу низкого годового дохода от Лунакре, поэтому и попросил своего помощника подумать о возможностях увеличения прибыли.
Покраснев до самых ушей, Стивен провел жену в небольшой двор, огороженный высокой каменной стеной. Предложение удивило Юлиану, хотя она считалась хозяйкой дома, интересовалась сельскохозяйственными работами, и Стивен все больше и больше посвящал ее в дела Лунакре.
Уильям Стамп поставил стол под искривленным сливовым деревом. Трудолюбивые пчелы жужжали в листве среди созревающих плодов, и время от времени Стамп отмахивался от какой-нибудь надоедливой пчелы.
Много лет назад в результате перенесенной им лихорадки, он лишился возможности ходить. Стивен помнил, как его отец решил тогда уволить Стампа. Ему дали двухнедельный срок, чтобы покинуть поместье, Стивену было в то время двенадцать лет, он упросил отца оставить в усадьбе бедного человека, которому ничего не оставалось, как ползти в Бат и там просить милостыню. Но его мольбы не подействовали на отца, и Стивен работал день и ночь, чтобы смастерить бедняге коляску, на которой тот смог бы передвигаться.
Первая коляска была похожа на садовую тачку. Но постепенно Стивен улучшил конструкцию и внешний вид коляски. Настоящий транспорт Уильяма Стампа представлял собой трехколесную коляску с рычагами для управления боковыми колесами, которыми Стамп манипулировал с легкостью. Он восседал на этом новом приспособлении, как король на троне, – гордый и независимый.
Стамп пригласил Стивена к столу.
– Посмотрите сюда, мой господин, – сказал он, указывая на пергаментную карту. – Если вы превратите эту землю в пастбища для овец, вы сможете удвоить производство шерсти.
– Нет, – оборвала его Юлиана, прежде чем Стивен успел что-то сказать, – мы этого не станем делать.
Уилл Стамп уставился на нее. Достоинство пожилого человека было оскорблено.
– Извините, леди... – высокомерно начал он.
Юлиана улыбнулась:
– Это совершенно точно.
Стивен прикусил язык, чтобы не засмеяться.
– Я не понимаю, почему вы возражаете, дорогая баронесса. Выращивание овец – это путь к процветанию...
– Для кого? – спросила она, упершись руками в бедра.
Жена не переставала удивлять Стивена. Но то, что она умна, – факт неоспоримый.
– Конечно, для господина, – медленно произнес Стамп, будто разговаривал с недоумком.
– Понимаю. А как быть с арендаторами, которые выращивают на этой земле урожай? – Юлиана ткнула пальцем в карту.
– Они будут лишены лицензии...
– ... и ничего другого, как нищенствовать, им не остается, – вмешался Стивен. – Нет, я на это не пойду, Уилл. Госпожа права.
Лицо Юлианы осветилось благодарностью.
– Правда? Я права?
Он уловил в голосе Юлианы какие-то интонации. Стивен не смел назвать это любовью. Неужели для нее так много значит его одобрение?
Он постарался отбросить эту мысль.
– Пахотные земли останутся в руках арендаторов.
– Если вы так настаиваете, мой господин, – ответил Стамп.
– Мы оба настаиваем, – добавила Юлиана.
– Мой господин, – Стамп возмущенно выпятил грудь, – разве вы не понимаете, что если ваше благосостояние не будет расти, то также оно не будет расти и у ваших подданных?
Сказать по правде, этот беспокойный маленький старик был компетентным, честным и добросовестным человеком. Стивен напомнил себе, что Стамп работал еще у его отца, человека не слишком совестливого.
– Я одобряю твою рассудительность и старание исполнять требования короля, – сказал он Стампу, – но я не могу лишить арендаторов земли.
– А что за земля вот здесь? – спросила Юлиана, указав на участок на западной границе поместья.
У Стивена пересохло во рту, и он отвел взгляд, чтобы скрыть свои мрачные предчувствия. Почему она указала именно на это место, подумал он. Тревога охватила Стивена. Почему Юлиана выбрала именно это место?
– Думаю, что эти земли не подойдут, – спокойно произнес он, поднимая глаза. – Там ничего невозможно изменить.
– Почему нет? – Юлиана стояла, склонив голову, и вид у нее был такой обольстительный, что желание вновь вспыхнуло в Стивене, несмотря на все его страхи и опасения.
– Это место не подходит, там каменистая почва, лес.
– Совершенно верно, мой господин, – согласился Стамп. Стамп делал вид, что ему известен каждый дом поместья, хотя, в действительности, его физический недостаток не позволял ему отъезжать далеко от дома. Еще и поэтому Стивен держал его при себе.
– Значит, эта земля не годится? – спросила Юлиана.
Она представления не имела, какую боль и чувство вины вызывают ее вопросы. Сердце Стивена ныло от тупой пульсирующей боли.
– Нет, – ответил Стивен, и ему захотелось теплоты и живого участия. Он взял руку жены в свою, чувствуя ее нежную кожу, хрупкие косточки. – Это совсем неподходящее место для земледелия.
Глаза ее, чистые, как цветные стекла, смотрели на Стивена так долго, что ему стало не по себе, и он опустил руки. Смущенно улыбнувшись мужу, Юлиана положила руки себе на плечи, чем привлекла его пристрастное внимание к своей лебединой шее.
– Итак, мастер Стамп, ваш господин должен процветать, не так ли? – спросила она.
Стамп бросил на Юлиану подозрительный взгляд.
– Да, моя госпожа, иначе он может потерять право на охрану королевских лесов.
– А почему он не процветает от продажи шерсти?
Стамп сжал пальцы, стараясь сохранить терпение.
– Потому что, моя госпожа, цена на необработанную шерсть упала...
– Необработанная шерсть... Овечья шерсть, непряденая и нетканая... Тогда как цены на шерстяную ткань взлетели вверх.
Стивен был удивлен, что ей все было известно. Затем он вспомнил, что Юлиана провела несколько лет, путешествуя по различным графствам, и у нее была возможность кое-что узнать. Мэг не знала даже, как выглядит шиллинг, не говоря уже о цене ткани.
– Итак, – продолжала Юлиана, – это выгодно ткачам и красильщикам Лондона, Нориджа и Солсбери.
– Да, это действительно так, – сказал Стамп. – Они платят нам по низкой цене за необработанную шерсть, в то время как хорошо зарабатывают на готовой ткани.
Стивен видел, как задумалась его жена. Его ум работал как часовой механизм. Казалось, он видел, как в ее ясных глазах вращаются колесики и винтики.
– Мы должны сами производить готовую ткань, – произнесла она так уверенно, словно этот вопрос был уже решенным делом.
Рот у Стампа открывался и закрывался, словно у выброшенной на берег трески.
– Производить готовую ткань! Но кто... как?.. – казалось, он так поражен заявлением Юлианы, что не может найти нужных слов.
– Арендаторы. Чем они занимаются после уборки урожая? Отлеживают бока?
– Да, в эту пору у них много свободного времени.
– Но для этого нужны помещения, – сказал Стамп.
Стивен бросил взгляд через плечо на свой дом. Водопроводные трубы, проходящие через оконные отверстия, и цистерна, расположенная на крыше дома, были отчетливо видны. Затем он коснулся коляски своего помощника.
– Мой дорогой Стамп, неужели вы думаете, что я не способен построить что-нибудь подходящее?
– Конечно, мой господин, – Стамп от возбуждения хлопнул себя по бедрам. Но затем снова нахмурился. – Чтобы получать приличный доход, необходимо огромное помещение. Гораздо большее, чем зальная комната в Лунакре. Нет, это невозможно.
Стивен сжал зубы. Конечно, Стамп прав.
– Это не проблема, – вмешалась Юлиана.
– Почему же, позвольте спросить? – к его нетерпению прибавилось отчаяние.
– Мы используем заброшенную церковь в Мэлмсбери, – сказала она.
– Мэлмсбери! – воскликнул Стивен, а затем неожиданно для себя поднял ее на руки и закружил, громко расхохотавшись. Затем он поставил Юлиану на ноги и поцеловал в губы. – Стамп, это так просто, что только сумасшедшая женщина могла это придумать.
– Старое аббатство разрушено...
– Это не страшно, – сказала Юлиана, взволнованная реакцией Стивена. – Арендаторы и цыгане помогут восстановить его.
Стамп взволнованно затряс головой и стал радостно говорить о возможностях производства ткани прямо здесь, в имении. Нажимая на педали коляски, он отъехал от Стивена и Юлианы, обдумывая планы на будущее. Стивен усмехнулся. На сердце у него стало легко.
Затем он заметил, что Юлиана смотрит на него как-то странно.
– Что такое? – спросил он, продолжая глупо улыбаться. – Что вас удивляет, баронесса?
– Ты... – прошептала она с нежностью и удивлением. И подошла к мужу. Рука ее дрожала, когда она провела пальцем по его нижней губе. – Я еще не видела, как ты улыбаешься, Стивен. Никогда не слышала, как ты смеешься.
«Она права», – удивился Стивен. Он, как скупец, никому не показывал своей улыбки.
– Разве ты не говорила, что тебе нужен серьезный муж?
– Да, но это совсем другое, – Юлиана опустила руку, но продолжала смотреть на него, пораженная открытием. Летний ветерок развевал ее волосы, одна прядь словно вуаль закрыла ей лицо, и Стивену захотелось погрузить руки в ее шелковые волосы. – Улыбка, смех... Они делают тебя таким красивым, Стивен. Тебе это известно?
К своей досаде он почувствовал, что покраснел.
– Если и так, я все равно считаю, что это не главное достоинство мужчины.
– Конечно, нет, но... – Юлиана пожала плечами. – Ты обладаешь чувством собственного достоинства, что очень привлекает к тебе. – Руки ее, словно легкие крылья, прижались к его камзолу. – Стивен?
– Да? – на одно мгновение он позволил себе коснуться ее темных волос. Шелк, даже нежнее. И пахнут пряными травами. Боже...
– Останься со мной сегодня после ужина. Не уезжай, как ты это обычно делаешь.
Прежние страхи вернулись к нему, от веселого настроения не осталось и следа.
Юлиана с ее смеющимися глазами и обольстительной улыбкой представляла угрозу его добровольному одиночеству.
– Нет, – заставил себя ответить Стивен, зная, что причиняет ей боль. – Ты подала мне прекрасную мысль, Юлиана. И доставила мгновения радости. И... черт возьми, ты очень хорошенькая, – он отступил от нее на безопасное расстояние. – Но не пытайся соблазнить меня, я не буду спать с тобой.
Если бы кто-нибудь отправил ее на костер, она не разозлилась бы больше.
– Спать со мной? – вскрикнула она. – Ты считаешь, что это моя цель?
Гнев сделал ее еще привлекательнее: щеки раскраснелись, глаза сверкали.
– Когда женщине хочется прикоснуться ко мне, я знаю, что за этим последует...
Юлиана зашипела как змея. И прежде чем Стивен успел что-то сообразить, она метнулась к нему, и он почувствовал укол крошечного кинжала у шеи.
– А что за цель руководит мною теперь?
Ему хотелось сглотнуть, но он боялся, что кинжал вонзится в горло.
– Кажется, – прошептал он, – убийство.
– Вы совсем не умеете общаться с порядочными женщинами, мой господин, – с этими словами она убрала кинжал, резко повернулась на каблуках и исчезла в воротах сада.
* * *
– Никогда, – ответил Родион, вскинув голову. – Нельзя использовать эту лошадь для тяжелых работ. Она обучена для представлений.
Юлиана была в отчаянии. Она наняла цыган для работы в аббатстве Мэлмсбери, и ей очень был нужен Родион с лошадью, чтобы разобрать развалины и вывезти обломки с территории аббатства.
– Я заплачу дополнительно за эту лошадь, – предложила девушка, отбросив прядь волос с влажного лба.
– Нет, вам не нужно делать этого, – разозлилась Джилли Игэн, подходя к ним и закатывая рукава. Она остановилась перед Родионом лицом к лицу и посмотрела ему прямо в глаза. – Ты выполнишь эту работу, цыган, вместе со своей лошадью, иначе я... я...
– Что ты? – спросил Родион.
Джилли наклонилась к нему и прошептала что-то на ухо, а затем протянула руку и ущипнула его за бок. Губы Родиона растянулись в широченной улыбке.
Пятью минутами позже лошадь была запряжена и везла телегу, груженную строительным мусором. Юлиана с интересом наблюдала за этой сценой. Что ему сказала Джилли? Юлиана подозревала, что Джилли и Родион уже были любовниками. Может, в этом случае мужчину легче заставить подчиниться?
Юлиана вошла в церковь, поглощенная мыслями о преимуществах таких отношений.
– Нет, ты! – услышала она тонкий голосок.
– Это не я! – кричал другой детский голос.
Юлиана обернулась и увидела Симу, дочь цыганки Мандивы, и Тэма, сына деревенского лавочника, спорящих под сводчатым окном церкви.
– Что случилось? – приподняв юбки, она поспешила к детям.
– Она украла мое гнездо, – заявил мальчик, выпятив нижнюю губу.
– Я не брала!
– Нет, ты украла!
– Что за гнездо? – с преувеличенной серьезностью спросила Юлиана.
Тэм объяснил:
– Мастер Стамп сказал мне взобраться на колокольню, там я нашел гнездо какой-то птицы. Я взял его, чтобы отнести домой. Но только я отошел, как оно исчезло, – он ткнул пальцем в Симу. – Она взяла его. Всем известно, что цыгане – воры.
– Что вы знаете о нас, вы сумасшедшие гаджо. Я даже не видела твоего дурацкого гнезда.
– Нет, ты взяла!
– Я не брала!
– Пожалуйста, прошу вас, не ссорьтесь, – произнес Стивен усталым, но веселым голосом. С ловкостью акробата он спустился по канату с колокольни и подошел к ним. – Это я взял гнездо.
Мальчик заморгал глазами.
– Вы взяли?
– Да. Это гнездо не твое, и ты не должен был его брать. – Стивен опустился на одно колено и взял мальчика за подбородок. – Это гнездо голубя. Птицы возвращаются сюда каждую весну. Как бы ты себя чувствовал, если бы однажды вернулся домой, а твой дом исчез?
У Тэма перехватило дыхание.
– Мне бы это очень не понравилось, мой господин.
– Уверен, что не понравилось бы. – Стивен засунул руку за пояс, достал оттуда мешочек со сладостями и угостил детей. – Засахаренный миндаль. А теперь послушайте: мастеру Стампу нужны хорошие работники для сортировки ткацких челноков. Бегите к нему быстрее.
Дети бросились к церкви, рты их были набиты сладостями, про ссору они моментально забыли.
– С каких это пор барон Уимберлей носит в своих карманах сладости?
Стивен пожал плечами.
– Теперь, благодаря твоему плану привлечь цыган и деревенских жителей к работе, здесь бывает полно детей.
Юлиана выглянула из окна. Деревенские сновали взад и вперед с тачками, гружеными досками. Цыгане перевозили камни, а Ласло в кузнице отбивал молотком петли, щеколды и задвижки.
– План неплохой, – сказала Юлиана.
– Да, – подтвердил Стивен, и Юлиана удивилась, так как ожидала, что он станет возражать. – Это действительно очень хороший план, Юлиана. – Он протянул руку и коснулся кончика ее носа. – У вас на носу штукатурка, моя госпожа.
Она была в полном смятении от перемены в настроении Стивена и так и осталась стоять с открытым ртом, в то время как он быстрыми большими шагами прошел по проходу и вышел из церкви.
Строительство захватило все ее мысли и на время отвлекло от цели, которую она не должна была забывать. Она уже не так часто вспоминала о Новгороде и той ужасной ночи.
Ее смущало то, что сердце ее теперь разрывалось между чувством долга и желанием мести. С одной стороны, ей хотелось остаться здесь и помочь довольно суровым на вид, но добрым жителям Лунакре. Но душа ее горела огнем: семейная гордость не давала ей покоя, и боль утраты не утихала.
Теперь ей приходилось решать эту дилемму, осложненную чувством нарождающейся любви к мужу. Иногда, казалось, что он понимает ее, благодарен за помощь и восхищается ее способностями. Но когда ее муж был в плохом настроении, он обвинял Юлиану в том, что она пытается поймать его в ловушку.
Юлиана презрительно фыркнула: как могла она, княжна, выйти замуж за человека ниже ее по происхождению.
И тем не менее она мечтала об этом, когда лежала одна в постели ночью, вспоминая его прикосновения, поцелуи, его дыхание на своей шее, и смутное горячее желание пронизывало ее всю. У Стивена часто бывало плохое настроение. То он был скептичен и ни с чем не соглашался: наученный прошлым, он никому не доверял. То вдруг становился нежным, одобрял все ее поступки, работал с ней рядом.
Он бросал ей вызов.
– Крайне неблагоразумно – бросать Романовым вызов, – пробормотала Юлиана, вытерев руки о фартук, и поспешила к алтарю.
Чтобы в помещение лучше проникал свет, рабочие убирали доски, которыми были заколочены витражи часовни. Каким-то образом витражи, украшенные драгоценными камнями, остались невредимыми. В порыве реформатских преобразований кромвелевские иконоборцы все же не стали разбивать эти прекрасные цветные стекла.
Юлиана радовалась этому. Она любила рассматривать реликвии далекого прошлого.
Используя систему канатов и блоков, рабочие убирали доски с последнего, самого высокого окна, на котором была изображена очаровательная аллегория: святая Агнесса в виде пятилистника.
Юлиана услышала позади себя тяжелые шаги. Она обернулась и увидела, как по проходу быстрыми шагами идет Стивен.
– Снимите этот витраж немедленно.
– Но это самый красивый орнамент, – заметила Юлиана. Она коснулась его руки, Стивен поморщился, и Юлиана быстро убрала руку. Как трудно привыкнуть к его постоянно меняющемуся настроению.
– Я хочу, чтобы его сняли, – произнес он глухим голосом.
– Но это слишком высоко, – запротестовала Юлиана.
Даже не взглянув на нее, он подобрал крупный кусок известняка и поднял его над головой.
– Стивен, нет...
Камень взметнулся вверх. Он разбил окно. Стекло, куски дерева, известняка и дождь из рубинов, сапфиров и топазов посыпался вниз.
Звук эхом отозвался под сводами аббатства и стих. Последовавшее молчание становилось зловещим, и слышно было только тяжелое дыхание Стивена.
Он стоял рядом, но был таким далеким, глаза его сверкали холодной ненавистью, а руки сжались в крепкие кулаки, как будто он желал переломить кому-то шею.
– О Стивен, – прошептала Юлиана.
Ее голос, казалось, лишил его последней выдержки. Стивен грязно выругался, резко повернулся и выбежал из церкви. Юлиана слышала, как он позвал лошадь и поняла, что сейчас Стивен снова уедет от нее, как это он часто делал. И нет ей места рядом с ним.
Юлиана подняла обиженные глаза на Уильяма Стампа.
– Почему? – задала она простой вопрос. – Вы знаете?
Он задержал дыхание, а потом шумно выпустил воздух.
– Этот витраж был подарен первой жене господина.
– Подарен? Почему же тогда он разбил его?
– Потому что это был подарок короля.
Холод пробежал вдоль ее спины.
– Понимаю. Кажется, понимаю.
Юлиана давно поняла, что Стивен и король Генрих ненавидят друг друга. Теперь она знала, почему. Когда-то они были соперниками в любви.


Неделей позже на зеленой поляне перед аббатством Мэлмсбери собрались жители деревни и цыгане. И у тех и у других был настороженный вид. Стоя на крыльце, Юлиана рассматривала собравшихся людей. Она ожидала приезда Стивена. Солнце садилось за горизонт, освещая золотом небо. Что же задерживает его?
Уильям Стамп, сначала отнесшийся с недоверием к ее идее, помогал ей с энтузиазмом. Сейчас он сидел в своей коляске рядом с Юлианой и от волнения хрустел суставами пальцев.
– Вы считаете, что костер будет достаточно высоким, моя госпожа? – спросил он. В середине поляны была сложена куча из дров и хвороста высотой в два человеческих роста. От дров исходил острый запах сосны. По обеим сторонам от кучи дров цыгане держали факелы, ожидая сигнала зажечь костер.
Юлиана задумчиво кивнула головой. По левую сторону от нее расположились люди, которые в течение пяти лет были ее семьей. Они разделили с ней свой образ жизни: научили ее ориентироваться в лесу, рассказывать сказки, танцевать и многому другому. Им потребовалось время, чтобы вернуть ей желание смеяться.
По правую сторону стояли деревенские жители и арендаторы: открытые, основательные и честные, как земля, на которой они жили, как молитвы, которые произносили, как клятвы, которые они давали. За несколько месяцев, проведенных в Лунакре, Юлиана хорошо узнала их, она видела, как они воспитывают детей, как женятся и как хоронят умерших.
И вдруг Юлиана поняла, что, увлекшись работой по превращению бывшего аббатства в прядильню, она почти перестала вспоминать о своей клятве. Московия казалась фантастической мечтой в серебряной паутине времени. Лунакре – это реальная и доступная жизнь.
– О Уилл, – произнесла она, – сейчас, когда работа закончена, они снова чужие. Даже работая бок о бок, они не научились доверять друг другу.
– Нет, – ответил Уильям, ударив кулаком по ручке коляски. – Они просто не знают друг друга. Скажите несколько слов приветствия, моя госпожа. Это их объединит. Произнесите тост.
Робко улыбнувшись, Юлиана обернулась и кивнула Киту, который ждал у длинного стола, сооруженного прямо здесь, на лужайке. Он налил в бокал эль и поднес ей. Глаза его сверкнули, затем он посмотрел на Катриону: девушка-цыганка смело ответила на его взгляд.
Юлиане хотелось, чтобы Стивен приехал быстрее, но после случая с окном, его отсутствия участились. Юлиана решила, что ждать больше не имеет смысла. И подняла бокал.
– Давайте выпьем за окончание работы. Пусть мужество и благоразумие будут с вами всегда, и пусть вас не покинет Бог.
Пивовар стукнул деревянной кружкой по бочке и затем серьезно и несколько неуверенно тоже поднял свой бокал.
Ласло, чувствуя на себе умоляющий взгляд Юлианы, пристукнул каблуками сапог и поднял жестяную кружку. На лицах стали появляться улыбки, словно первые звездочки на вечернем небе.
Кит и Катриона взяли по горящему факелу и поднесли их к дровам. Смолистое дерево с ревом вспыхнуло. Последние лучи заходящего солнца окрасили небо в багряный цвет.
Лиль, капельмейстер Стивена, протрубил приветствие. Чтобы не отстать, Трока, цыганский музыкант, повторил мелодию на тростниковой дудочке. Затем присоединились другие музыканты, и зазвучала дикая какофония: трубы, дудки и барабаны.
Все стали ногами отбивать ритм. Сима, маленькая цыганская девочка, смело вышла в круг и закружилась перед Тэмом, мальчиком, который снял гнездо с колокольни. Он схватил ее за руки, и они вместе побежали по лужайке.
Раздался звон колоколов с обеих колоколен, звук их разнесся по всей округе. Стивен сконструировал специальное устройство, при помощи которого колокола звенели непрерывно, усиливая звуки музыки и смех.
– Я думал, что мы не сможем перестроить аббатство, – говорил Уильям Стамп, – но мы сделали это благодаря вам, моя госпожа.
Комок застрял в горле у Юлианы.
– Нет, это все сделали они, Уилл...
Весело засмеявшись, он вдруг быстрым движением посадил ее к себе на колени и покатил коляску вниз по наклонной дороге, построенной специально для него. Юлиана вскрикнула и ухватилась за шею Уильяма Стампа, которого глупцы когда-то посчитали ненужным. А теперь Юлиана исполняла с ним свой триумфальный танец.
* * *
– Боже, что они там вытворяют? – спросил Элджернон Бассет у своих спутников.
Джонатан Янгблад протер глаза, как будто желал убедиться, что не спит. Открыв рот, он с изумлением смотрел на ревущий костер. Пламя и искры поднимались в ночное небо. Вокруг костра быстро кружились пары. Шумная толпа, подогретая выпитым элем, веселилась от души.
Только Стивен не проявил никакого удивления. Он уже начал привыкать к переменам, которые вводила его жена. Юлиана снова сотворила чудо. Превратила заброшенное аббатство в место, где мужчины и женщины смогут зарабатывать деньги, объединила деревенских жителей и цыган единой целью, что казалось совершенно невозможным.
– Стивен, – сказал Джонатан, когда они подъехали ближе к аббатству, – твоя жена – чудо.
Стивен засмеялся, увидев Юлиану.
– Это чудо сводит меня с ума, – Стивен старался подавить в себе чувства, которые Юлиана у него вызывала. У него перехватило дыхание, сердце быстро забилось.
Но Стивен не мог справиться с охватившим его волнением. «Боже милостивый, помоги».
Юлиана была, словно летняя роза в цвету. Она сидела на коленях у Стампа, одной рукой обхватив его за шею, болтала ногами в воздухе, бесстыдно открывая лодыжки.
Стамп быстро катил коляску в ритме музыки. Юлиана откинула голову назад, волосы ее развевались, и она громко хохотала.
– Боже, она очаровательна, – сказал Элджернон, искоса взглянув на Стивена. – Хотя, кажется, ты считаешь такие шутки недостойными для баронессы.
– Для Юлианы не имеет никакого значения, что я считаю.
Джонатан усмехнулся:
– Она – слишком женщина для тебя, Уимберлей? – весело засмеявшись, он пришпорил лошадь, и они поскакали к костру.
Стивен на минуту задумался над язвительным замечанием Джонатана. Полная луна освещала небо, усыпанное звездами. Это была одна из самых волшебных ночей, воздух был прохладен, лето кончалось.
Слишком женщина для него?
Слова эти ударили в стену, которую Стивен воздвиг вокруг себя, пытаясь защититься от своей странной обольстительной жены, он чувствовал, как кровь закипает в нем, и знал, что пытается обмануть самого себя.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Круги на воде - Виггз Сьюзен



Как-то неинтересно. Он её посылает, она липнет. Унизительно. В придачу, не верил ей, не верил, что она княжна. А в конце как в порядке вешей узнал. Мне не хватило удивления.
Круги на воде - Виггз СьюзенХрюша
3.10.2012, 19.50





Чушь и отстой
Круги на воде - Виггз Сьюзеннатали
3.10.2012, 20.30





Хороший роман, интересный, с довольно занимательным сюжетом и приправленный толикой экзотической пикантности. Есть и бурные страсти, и борьба характеров, и авантюризм, правда, маловато, чисто любовных отношений и постельных сцен, а так вполне достойная история.))Есть продолжение про Оливера - "Клятва над кубком".
Круги на воде - Виггз СьюзенLina
27.04.2014, 19.19








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100