Читать онлайн Под покровом чувственности, автора - Ван Слейк Хелен, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Под покровом чувственности - Ван Слейк Хелен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.71 (Голосов: 34)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Под покровом чувственности - Ван Слейк Хелен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Под покровом чувственности - Ван Слейк Хелен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Ван Слейк Хелен

Под покровом чувственности

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

На следующее утро Эбони позвонила Гарри, пока он не ушел из отеля.
– Ты не передумала опять, а? – тяжело вздохнул он, когда узнал, кто был на другом конце линии.
– Совсем нет. Я хочу удостовериться, что ничего не изменилось. Мы улетаем через неделю – во вторник, правильно?
– Да. Для начала я смогу взять на тебя лишь туристическую визу, но как только ты появишься в парижских домах моделей, то будешь завалена предложениями о работе.
– Меня не интересует работа. Просто мне нужно убраться отсюда.
– У тебя все еще проблемы с Кастэрсом?
– Да.
– Когда-нибудь тебе придется рассказать мне об этой отвратительной истории.
– Возможно.
Гарри вздохнул.
– Я твой друг, любовь моя. И никогда не расскажу никому о том, что услышу от тебя. Ты боишься, что могут пойти грязные слухи?
– Вовсе нет. Для этого не нужны никакие факты. И так всем известно, что я спала с каждым фотографом, с которым работала.
– Увидела бы ты, что иногда пишут обо мне!
– И наверное, сплошную правду.
– Разумеется, – рассмеялся Гарри. – Хотя моей карьере это не вредит. Поразительно, как много женщин хотят сниматься у безнравственного Стивенсона. Думаю, то, что пишут о тебе, также не вредит твоей карьере.
– Моя карьера, может быть, и не страдает от слухов, Гарри, зато страдает личная жизнь.
– Ты подразумеваешь, что Кастэрс действительно верит всей чепухе, которую о тебе пишут?
– Не только верит, но они его подогревают, мне кажется. Ему нравится, что я плохая.
– Это не очень красит его самого, Эбони. Пора тебе развязаться с ним. Ты действительно хочешь этого, а?
– Теперь да.
– Отлично. Теперь, что с твоим агентством? Что ты им скажешь?
– Просто-напросто, что собираюсь в длительную рабочую поездку за рубеж и через неделю уезжаю на три месяца. Так я могу оставить за собой место. Конечно, они не очень-то обрадуются. Придется аннулировать пару уже подписанных контрактов и отклонить несколько новых предложений. Ну ничего, переживут. У них на очереди всегда стоит масса других хороших моделей, жаждущих работы.
– А как с квартирой?
– Я собиралась препоручить ее агенту и сдать, но теперь решила иначе, чтобы избежать возможных неприятностей. Кроме того, тогда мне надо было бы сдать на хранение все свои вещи, а это долго и дорого. Поэтому просто закрою ее и попрошу соседей поглядывать. Если решу остаться в Париже, то, может быть, придется вернуться и продать ее.
– Можно и так. Как ты выражаешься, не нужно торопить события. Главное, просто убраться отсюда на время.
– Я не могу ждать, – взволнованно сказала она.
– Тогда решено. Ладно, я позвоню тебе попозже на неделе. Пообедаем вместе.
– С удовольствием. А теперь мне пора на гимнастику. В понедельник у меня съемки для журнала мод. Купальный комплект, можешь себе представить? Разумеется, в середине зимы. Когда же еще? Хотя, собственно говоря, я не возражаю. Хорошо быть занятой. На этой неделе я работаю каждый день.
– У меня тоже несколько предложений. Может быть, отложим обед на вечер пятницы?
– Что ж, думаю, это разумно.
– А что, если пообедать у меня в комнате?
Устроим интимный маленький ужин при свечах, и ты сможешь мне все рассказать, не боясь быт подслушанной.
Эбони тихо и грустно рассмеялась.
– Ты же не собираешься приставать ко мне, Гарри?
– О, когда дело касается моей бывшей любимой партнерши, я имею самые честные намерения.
– Надеюсь. Одно неверное движение в ту пятницу – и вместо прислуги в комнате появится служба безопасности.
– Даю тебе честное слово, что буду чтить твою честь.
– Гарри, – сухо рассмеялась она, – но ты человек без чести.
– Я знаю это, дорогая, зато у тебя ее хватит на двоих.
– Так ли это? – сказала она внезапно дрогнувшим голосом.
– Ты знаешь, что так. Я не встречал ни одной девушки, которая выглядела бы, как ты, жила бы одна, вращалась в тех кругах, в которых вращалась ты, и к двадцати годам осталась бы девственницей. Чтобы затащить тебя в первый раз в постель, мне понадобились все мои уловки. И несмотря на это, ты все равно весь следующий день плакала. Спорю на последний доллар, что кроме этого идиота Кастэрса у тебя с тех пор никого не было. Я прав?
– Да, – глухо сказала она.
– Черт побери, так и хочется пойти и высказать этому ублюдку все, что я о нем думаю. Как он смеет судить о тебе плохо. Ты ангел. Этот человек либо сумасшедший, либо слепой, либо глупец, а может быть, и то, и другое, и третье!
– Нет, Гарри, я не ангел, – грустно возразила она. – Я совсем не ангел. Собственно говоря, иногда я задумываюсь, не создала ли я эти проблемы сама себе...
– Какая чушь! Теперь ты начинаешь винить саму себя, дорогая. Ты хорошая девочка и если у мужчины не хватает ума понять это, он безнадежен. Забудь этого дурака. Поверь, как только ты исчезнешь из его жизни, он тебя забудет. Я знаю таких людей. Прежде, чем ты успеешь моргнуть глазом, он затащит к себе в постель какую-нибудь сексуальную штучку, о которой тоже будет плохо думать. Ему не нужна любовь, Эбони. Ему нужен только секс. Поверь мне на слово. А теперь иди на гимнастику и больше не вспоминай об этом ничтожестве!
Не думать об Алане было невозможно. Но чтобы не расклеиться, Эбони весь конец недели старалась занять себя чем-нибудь. Она делала гимнастику, убиралась в квартире, приводила в порядок волосы, упаковывала вещи, заставляла себя есть, слушала музыку, в третий раз посмотрела старый фильм и старалась поменьше плакать. Модель не должна ходить с заплаканными глазами.
Но в глубине души Эбони все время боялась, что может появиться Алан, позвонить в дверь и принудить ее к встрече с ним. И хотя она решила ни в коем случае не допускать этого, было ясно, что подобное столкновение снова совершенно выведет ее из душевного равновесия.
Однако прошла суббота и воскресенье, а Алан не подавал никаких признаков жизни. Странным образом это расстроило Эбони. Он заявил, что не позволит ей уйти, но создавалось впечатление, что теперь передумал. Утверждение Гарри, что Алан быстро забудет ее, кажется, сбывалось. Это подтверждало поверхностную природу его чувств к ней, отсутствие в них какой-либо глубины или интереса, а значит, должно было бы принести ей определенное спокойствие, подтвердив правильность ее линии поведения. Но, ложась в воскресенье вечером в постель, Эбони не чувствовала себя особенно счастливой. Она ощущала лишь усталость и одиночество.
К счастью, утро выдалось ясным, но солнце совершенно не грело. Съемки должны были производиться на пляже Бонди, и нанявшая ее компания организовала для нее автоприцеп, в котором она могла переодеться и укрыться между сеансами. Так как ей надо было сменить около десятка костюмов, это было скорее необходимостью, чем роскошью.
Собственно говоря, она давно уже не демонстрировала купальных костюмов, в основном из-за своего желания показываться только в черном. А большинство купальных костюмов были цветными. Однако эта компания, выпускающая спортивную одежду, разработала новую партию в надежде обогатиться на идее, состоящей в том, что купальный костюм может одновременно выступать в роли изысканного нижнего белья для вечернего платья. Они решили начать с серии полностью черного цвета, со смелым вырезом, множеством обтягивающих кружев и сеточек и массой бисера. В районе промежности была вделана хитроумная застежка на липучке, позволяющая не раздеваться при посещении дамской комнаты.
Эбони не могла себе представить, чтобы какая-либо здравомыслящая женщина согласилась войти в таком костюме в воду и, к счастью, фотограф, казалось, был с ней согласен. Он не повел ее к воде, а вместо этого заставлял располагаться в живописных позах на скалах, на песке и даже пригнал на пляж новенький с иголочки серебристый «порше», чтобы снять ее рядом с ним, внутри него и на нем.
Именно когда она лежала на крыше автомобиля, подняв лицо к негреющему солнцу, закрыв глаза и рассыпав длинные черные волосы по благодатно теплому серебристому металлу, Эбони явственно почувствовала, что за ней наблюдают.
Она постаралась успокоить себя: конечно, за ней наблюдают, ну и что из того? Пляж Бонди никогда не бывал безлюден, даже в середине зимы. Здесь всегда можно было встретить и одетых в гидрокостюмы любителей кататься по волнам на досках, и приверженцев ходьбы и бега трусцой, и заморских туристов, пришедших воочию увидеть то, что ранее видели только на открытках и в проспектах. В конце концов Бонди был самым известным пляжем Сиднея. Но не любопытные взгляды случайных прохожих и туристов заставляли шевелиться волосы на затылке Эбони. Она была уверена в этом. С напряжением, которое передавалось ей по воздуху, за ней наблюдал кто-то, с кем она была соединена тесными эмоциональными и физическими связями.
– Алан! – выдохнула она и, резко поднявшись, начала оглядываться вокруг.
– Ради Бога! – в отчаянии воскликнул фотограф, стоявший с камерой наизготовку на крыле машины. – Только я собрался сделать самый лучший на сегодня снимок, как ты, черт побери, дернулась. В чем дело, Эбони? У тебя не было привычки вертеться.
– Мне... мне кажется, – неуверенно сказала она. – Кажется, что кто-то смотрел на меня...
Фотограф сухо и недоверчиво рассмеялся.
– Дорогая, пока ты в этом мешке с дырками, глаза каждого мужчины в радиусе пятисот метров прикованы к тебе. А теперь, будь хорошей девочкой, ложись и давай заканчивать. Солнце начинает заходить.
Это соответствовало действительности, несмотря на то, что было только три часа дня. На восточном пляже, где городские здания загораживали лучи солнца, оно заходило быстро.
Эбони легла обратно, теперь особенно остро ощущая, что в местах, где выступающие части ее тела натягивали материал, кружевной костюм был почти прозрачным. Особенно выделялись ареолы и соски грудей. На ее щеках проступил румянец смущения, и она удивилась. За прошедшие годы она стала относиться довольно спокойно к тому, что демонстрирует свое тело. Привычка переросла в несколько презрительное отношение, и ее больше не волновал лишний снимок ее полуобнаженного тела, если, конечно, он не был дурного вкуса.
Сейчас, однако, ей стало не по себе при мысли о рассматривающих ее тело посторонних мужчинах. Даже фотограф заставлял ее чувствовать себя неуверенно, хотя она работала с ним уже много раз и он был одним из лучших. Настоящий профессионал. Но фотограф был также одним из тех мужчин, с которыми связывали ее имя просто потому, что он смог добиться от нее выражения чувственности, чего не удавалось раньше никому. Один взгляд на фотографии – и люди делали свои выводы. Их дружные протесты только подогревали интерес к газетным сплетням.
– Теперь, дорогая, выгни спину, – говорил он. – И приоткрой глаза, совсем немного. Вот так. Может быть, чуть-чуть капризнее. Вот, вот. Прекрасно! Оч-чень сексуально. Да, оставь вот так!
Она лежала в этой эротической позе, камера щелкала, и, хотя здравый смысл и подсказывал ей, что такова ее работа, внезапно это занятие стало противно Эбони. Сплошные ложь и жульничество. В этот момент ее ощущения не имели к эротике никакого отношения. Ей было холодно, и она чувствовала себя несчастной и странно пристыженной.
Неожиданно ей вспомнилось, что когда-то она мечтала стать воспитательницей в детском саду, и столь же внезапно на глазах показались слезы. К счастью, это случилось как раз в тот момент, когда съемки закончились. Она сползла с автомобиля, мечтая только об одном – убраться отсюда как можно скорее.
– В чем дело, дорогая? – заботливо спросил фотограф, закутывая ее в одеяло. – Ты нездорова или что-то случилось?
Она с несчастным видом затрясла головой, глотая слезы и пытаясь удержаться от рыданий.
– Ты просто устала и замерзла. – Он похлопал ее по плечу. – Завтра будет лучше. Утром снимем в здании оперы. Теперь иди переоденься, поезжай домой и хорошенько выспись. Не может же наша прекрасная Эбони выглядеть бледной и измученной.
Эбони была только рада уйти с пляжа и скрыться в прицепе. Вернее была бы рада... если бы прицеп был пуст.
На боковом диванчике, укрепленном под окном, выходившим на пляж и открывавшим прекрасный вид на «порше», сидел Алан.
– Так это ты следил за мной! – вскрикнула она, вспыхнув при мысли о том, что увиденная им сцена может только подтвердить его мнение о ее наклонностях. Она выглядела Иезавелью, с удовольствием демонстрирующей свое тело перед глазами мужчин, подставляющей его камере так же легко и свободно, как и возлюбленному.
– Закрой дверь, Эбони, – коротко сказал он.
– Нет. Уйди отсюда. Я же сказала, что не хочу иметь с тобой ничего общего, и это действительно так. Убирайся! Найди для удовлетворения своих потребностей какую-нибудь другую дешевую шлюшку, потому что я больше ею не буду! – Слишком поздно Эбони сообразила, что это прозвучало, как будто она сама себя охарактеризовала дешевой шлюшкой.
– Мне не нужна другая дешевая шлюшка, – сказал он, поднялся и, оторвав ее руку от ручки двери, сам закрыл ее. Она взглянула на его холодное красивое лицо с жесткой линией губ и твердым взглядом синих глаз и сделала то, что никогда ранее даже не приходило ей в голову.
Она ударила его по щеке, и от сильного замаха одеяло соскользнуло с ее плеч и упало на пол. А она осталась стоять полуголая, дрожа от возбуждения и тревоги, ожидая от Алана ответного удара. Или чего-либо худшего.
Но он даже не прикоснулся к ней, а только недоуменно подняв брови, потер красную отметину на щеке.
– Вероятно, я заслужил это, – сказал он и нагнулся за одеялом.
– Что... ты сказал?
– Я сказал, что заслужил пощечину. – И он накинул одеяло на ее плечи.
Запахнув его на груди, она, нахмурившись, смотрела на этого необычно кроткого и смиренного Алана. Что-то тут было не так.
– В чем дело? – с тревогой спросила она. – Что за новая игра, Алан?
– Я никогда не увлекался играми, Эбони, – сухо сказал он. – Им обучила меня ты.
Она виновато покраснела.
В этом заявлении было много правды. Не то чтобы она намеренно превратила их отношения в цепочку скрытых стычек. Однако настойчивое стремление Алана сохранить их отношения в тайне восприняла крайне болезненно. Неужели он действительно думал, что его ненависть к самому себе из-за столь страстного желания останется для нее незамеченной? И ей захотелось, чтобы он возжелал ее еще сильней. Поэтому она и не противилась любым его сексуальным фантазиям. И каждый раз торжествовала. Пока наконец... Пока наконец ее не захлестнуло чувство стыда. Чувство, переполняющее ее до сих пор.
– Хватит, Алан, – тихо простонала она. – Не надо больше... – Она уронила голову, и плечи ее затряслись.
Дальнейшее поразило ее.
Алан усадил ее, плачущую, на диванчик рядом с собой, нежно обнял за плечи и, ласково поглаживая волосы, успокоил.
– Больше ничего не будет, – наконец произнес он. – Я тоже больше так не могу. Давай начнем сначала, Эбони. Отбросим прошлое. Никаких тайн и секретов. Появимся публично, как нормальная пара, бывающая вместе, отдыхающая вместе. Как тебе это понравится?
Как ей это понравится? О Боже...
– Ты... ты хочешь, чтобы мы открыли наши отношения?
– Нет, я хочу, чтобы мы завязали новые, совсем другие.
– Другие... – Она задумчиво поморгала. – Чем же они будут отличаться?
– Тем, о чем я только что сказал. И другими вещами. Ну, что ты на это скажешь, Эбони?
– Я просто не знаю, что сказать!
– А я надеялся, что ты просто скажешь «да». Мать сказала, что ты сделаешь это, если любишь меня так, как она думает.
Эбони взглянула на Алана удивленными глазами.
– Она это сказала?
Он встретился с ней глазами.
– Это правда? Ты меня любишь?
– Я... я...
– Я могу тебя понять. Трудно быть уверенным в своих чувствах после отношений, подобных нашим.
– Ты... Ты хочешь сказать, что, может быть, тоже любишь меня? – спросила она с дрожью в голосе.
Он криво усмехнулся.
– А ты хочешь, чтобы я тебя любил?
– Да, – просто и уверенно ответила она. – Я всегда хотела, чтобы ты любил меня.
Он посмотрел на нее с огорчением.
– Ты не должна была говорить этого сейчас. Я обещал себе, что на этот раз буду более нежным, заботливым и даже, если уж тебе это нравится, бо лее романтичным. Но ты заставила меня снова пожелать сорвать с твоего тела эту кружевную тряпку и изнасиловать прямо здесь и сейчас же.
Внезапно он встал, и его губы скривились в циничной и язвительной усмешке.
– Я не уверен, что из этого что-нибудь выйдет, Эбони. То, что между нами произошло, наложило слишком сильный отпечаток на наши отношения. Но мне хочется пригласить тебя сегодня спокойно поужинать где-нибудь, а потом отвезти домой и постараться держать свои руки подальше. Хочу проверить, возможно ли между нами что-либо, кроме плотской страсти. Увидеть в конце концов, может ли что-либо получиться из брака между нами.
– Брака! – Она вскочила на ноги.
– Ты не хочешь выйти за меня замуж? – спросил он, глядя на нее сузившимися синими глазами.
– Просто я... я никогда не позволяла себе думать о том, что ты можешь жениться на мне. Но да, Алан, да, я выйду за тебя, если ты попросишь об этом.
– Так, значит, ты меня все-таки любишь, – мрачно пробормотал он, нахмурившись.
– Я же сказала, что да, Алан. Той ночью в библиотеке...
Он удивленно раскрыл глаза.
– Но ради Бога, ты была тогда еще почти ребенком. Неужели ты думаешь, я поверю, что это действительно было так!
– Мне кажется в том, что касается тебя, я никогда не была ребенком и желала тебя со дня нашей первой встречи.
– Это просто смешно. Тебе тогда было только пятнадцать лет!
– Пятнадцатилетние девочки бывают в некоторых отношениях вполне взрослыми, Алан.
По его взгляду было заметно, что он шокирован.
Их дальнейшую беседу прервал стук в дверь прицепа. Это водитель давал ей знать, что через несколько минут она должна уйти. Сказав, что ему нужно вернуться на работу и что он подъедет за ней в восемь часов, Алан попрощался.
– Оденься поскромнее, – бросил он через плечо, выходя из прицепа.
И только гораздо позже Эбони вспомнила, что Алан так ни разу прямо и не сказал, что любит ее.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Под покровом чувственности - Ван Слейк Хелен

Разделы:


Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10глава 11Глава 12

Ваши комментарии
к роману Под покровом чувственности - Ван Слейк Хелен



почемуто не понравилась
Под покровом чувственности - Ван Слейк Хеленatevs17
19.02.2012, 17.25





Вроде бы и ничего роман, но какая-то сумасшедшая ревность и не обоснованные обвинения портили всю картинку.
Под покровом чувственности - Ван Слейк ХеленКристина
3.01.2014, 15.05





А я не поняла, как они жить дальше будут? Она будет его любить, а он при каждом удобном случае попрекать её мнимыми грехами. ГГ-й явный параноик- лечить его надо.
Под покровом чувственности - Ван Слейк Хеленморин
25.06.2014, 13.53





Ревность- это ужасное, неподвластное человеку чувство. Это- болезнь и от неё не избавиться ГГ- я можно только пожалеть. Поразилась мастерству автора: об одном и том же в 12 главах. Атлас!!
Под покровом чувственности - Ван Слейк ХеленЛенванна
1.03.2016, 7.51








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100