Читать онлайн Рыцарь прерий, автора - Валентино Донна, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Рыцарь прерий - Валентино Донна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.17 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Рыцарь прерий - Валентино Донна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Рыцарь прерий - Валентино Донна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Валентино Донна

Рыцарь прерий

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 1

Брод Уолберна, Канзас. Август, 1859 год
Джульетта Уолберн увидела стада бизонов.
Пассажиры, тесно набившиеся в фургон за ее спиной, навряд ли могли его рассмотреть, поэтому Джульетта заставила уставших мулов преодолеть еще несколько сот футов и только потом поставила повозку на тормоз.
– Вот они, Алма, – негромко сказала Джульетта, обращаясь к школьной учительнице, которая помогла ей организовать эту экскурсию.
– Смотрите внимательно, дети, – посоветовала Алма. – Мисс Джей сказала вам правду: когда-нибудь внукам расскажете, как видели неподалеку от Брода Уолберна стадо бизонов.
– Я их вижу! Вижу! – пропищала крошечная девчушка, пытаясь вырваться из рук успевшей поймать ее Алмы Харкинс.
– Не шумите и не вылезайте из фургона, – предупредила их Джульетта.
Женщины и дети, которых она привезла посмотреть на стадо, набились в фургон, словно сельди в бочку, и Джульетта боялась, что если вытащить хоть одну, то все остальные посыплются на землю.
– Но нам отсюда и не увидеть этих ваших бизонов, мисс Джей! – запротестовал Робби Уилкокс.
– Не нахальничай с мисс Джей! – одернула его мать. – Мы пообещали твоему па, что если нам удастся встретить бизонов, то близко подъезжать не станем. Ну, все оставайтесь в фургоне. Нам надо подбираться к ним тихо-тихо, понемножку.
Джульетта закрепила вожжи и встала, прикрыв глаза от солнца ладонью. С высоты фургона ей хорошо была видна прерия, расстилавшаяся во все стороны.
Десятки бизонов склонили громадные косматые головы к выжженной солнцем траве. Даже издалека было видно, как их огромные тела отбрасывают зловещие тени. Воздух вибрировал от глухого фырканья и басовитого мычания.
– Мой сын Герман будет мною очень недоволен, – тревожилась миссис Эббот. – Он все время уговаривает меня съездить к нему на Дальний Запад погостить. Вот погодите, услышит он: целый фургон с одними только женщинами и детьми приехал смотреть на бизонов. Я уверена, он мне скажет: «Мама, зачем было так рисковать? Если бы ты только приехала жить ко мне – тебя охраняла бы вся служба военных инженеров-топографов».
Джульетта подавила вздох досады, хотя могла бы и не трудиться, поскольку все ее пассажиры в один голос застонали. Видимо, Алма разделяла их чувства, потому что не стала ругать детей. Постоянные упоминания о преуспевающем сыночке миссис Эббот рано или поздно выводили из себя каждого. Поскольку экскурсия к пастбищу бизонов заняла большую часть жаркого, пропеченного солнцем утра, то хвастливые замечания миссис Эббот давно всем надоели.
– Я подъеду немного ближе.
Джульетта решила, что все они заслужили эту скромную награду, и хотя один старый бык предупреждающе на них зафыркал, стадо продолжало спокойно пастись, не обращая внимания на посторонних.
Но не успела она опуститься на сиденье, как небо вдруг почернело, а потом раскололось от ослепительной вспышки молнии.
Кто-то из детей захныкал. Гулкие раскаты сотрясли воздух – настолько громкие, что казалось, само небо разрывается по невидимым швам. Хныканье перешло в испуганный крик, и когда Джульетта обернулась, чтобы успокоить расплакавшегося ребенка, то потеряла равновесие, но все же не упала, а тяжело села прямо на землю рядом с фургоном. От такого резкого движения и боли у нее перехватило дыхание, а с головы слетела шляпка, так что длинные волосы выбились из нетуго сколотого узла.
Как в тумане Джульетта увидела, что ее прекрасно вымуштрованные мулы прижали уши, и услышала их испуганное ржание. Джульетта пережила сотню гроз в канзасских прериях, но такой внезапной и сильной бури еще не видела. Фургон трясло, дети кричали и цеплялись друг за друга, к общему шуму присоединились и испуганные вопли женщин.
Робби крикнул Джульетте:
– Это индейцы, мисс Джей! Они спугнули бизонов! Несколько десятков бизонов, конечно, не могли бы с такой силой сотрясать землю, и небо из-за них не потемнело бы, но их острые копыта и безжалостные рога могли кого-нибудь покалечить или убить. Нельзя было допустить, чтобы такая катастрофа случилась с юными жителями Брода Уолберна. Джульетта стряхнула с себя вызванное болью недоумение и поспешно поднялась с земли, чтобы скорее оказаться у голов рвущихся и лягающихся мулов. Сейчас она могла думать только о том, что ей необходимо каким-то образом обезопасить перепуганных женщин и детей.
Она бросила испуганный взгляд в сторону бизоньего стада и чуть не потеряла сознание от чувства облегчения.
Мычащие животные неслись к западу, прочь от фургона. Какая странная гроза! Не упало ни капли дождя – и тем не менее тучи, испугавшие бизонов, рассеялись как утренний туман, а на небе снова благосклонно засияло солнце, словно оно никуда и не пряталось.
Растирая ушибленные ягодицы, Джульетта решила больше не думать о странных переменах в погоде. Зоркие глаза Робби правильно определили причину внезапного испуга животных: пять верховых индейцев скакали рядом с обезумевшими бизонами и, умело управляя лошадьми, заставили нескольких из них отделиться от стада. Джульетта, разволновавшись, забыла об испуге и своем неловком приземлении.
– Смотрите все! – приказала Алма. – Может быть, вам больше никогда не удастся увидеть такого.
Некоторые дети продолжали плакать. Миссис Эббот, как оказалось, хлопнулась в обморок, так что Алме Харкинс и еще двум женщинам пришлось лишь втроем успокаивать самых младших и объяснять им, что происходит. Джульетта понимала, что и ей следовало бы внести свой вклад в утешение детворы, но заставить себя так и не смогла. Как бы часто и упорно ни старалась она в подобные моменты справиться со своим легкомыслием и порывистостью, любопытство и восторг захлестывали ее и брали верх над здравым смыслом.
Ей бы следовало давно привыкнуть к обычным сценам покорения человеком животных. И то, что природа все-таки продемонстрировала свое превосходство над человеком только для того, чтобы смягчиться и позволить благосклонному солнцу разогнать грозовые тучи, просто не могло вызвать у Джульетты ничего, кроме глубокого облегчения. Всему виной ее романтичная натура. Потерять родителей и мужа и все равно не расстаться с непреодолимой уверенностью в том, что в один прекрасный день с ней произойдет что-то светлое и необычайное! Такие полеты фантазии простительны для ребенка или совсем юной девушки. Но не для респектабельной вдовы.
Джульетта обрадовалась, заметив краем глаза какое-то движение, которое отвлекло ее внимание от индейцев и собственных неуместных мыслей. На секунду представшее перед ней зрелище показалось настолько невероятным, что она решила: удар о землю повредил ей рассудок. Джульетта тряхнула головой, отбросив с глаз пряди волос, но видение от этого не исчезло.
Посреди прерии сидел мужчина. Он весь сверкал, словно руки и ноги его были залиты расплавленным серебром. Он сжался и наклонился к коленям, обхватив руками свою металлическую голову. Рядом с человеком раскачивалось из стороны в сторону какое-то четвероногое существо. Поскольку сзади у него развевался длинный хвост, а уши стояли торчком, Джульетта решила, что это лошадь, но на животном была надета немыслимая юбка – под стать свободной тунике, что была и на сверкающем человеке. Видимо, все дело было в игре солнечных лучей, которые засияли с новой силой, как только исчезла та мимолетная грозовая туча.
Скорее всего Джульетта снова повернулась бы, чтобы наблюдать за индейцами, решив проигнорировать свою невероятную галлюцинацию, если бы не яростное мычание бизонихи, застывшей над неподвижным телом детеныша. Животное неожиданно вырвалось из стада: похоже, и ему попалось на глаза это невероятное видение. Нагнув голову, бизониха понеслась на странного сверкающего мужчину, намереваясь отомстить тому, кто осмелился напасть на ее чадо.
Металлический человек и лошадь в юбке, казалось, не замечали опасности. Еще несколько секунд – и бизониха налетит на них. Ее мощные копыта комьями взрывали землю. Джульетте показалось, что злобные глаза животного горят радостной ненавистью, а рога покачиваются в предвкушении того, как они погрузятся в мягкую, застигнутую врасплох плоть.
Будь они хоть трижды призраки и фантомы, Джульетта не могла допустить, чтобы человека и лошадь вот так просто взяли и уничтожили.
– Убирайся, глупая корова! – неожиданно для себя заорала она.
Не обращая внимания на протестующие крики соседей, Джульетта побежала прямо на потерявшую теленка бизониху. Женщина размахивала руками, ее волосы и юбка развевались на бегу. Она жалела, что не прихватила с собой ружья, и еще молила Бога, чтобы бизониху было так же легко отогнать, как и обычную корову.
Джеффри мучительно хотелось снять шлем. Такую страшную боль не могла причинить ссадина от камня, брошенного кем-то из людей Дрого. И в то же время Джеффри страшился выяснить причину боли: он почти всерьез опасался, что если снять шлем, то у него разлетится на куски череп и расплещутся мозги – настолько сильна была боль. Но когда воин все-таки осторожно снял шлем, с головой ничего не случилось, так что он снова рискнул и сдвинул с головы капюшон кольчуги, а потом сорвал тонкий кожаный подшлемник. Джеффри застонал и тут же вынужден был напрячь горло, чтобы его не вырвало: в глотке у него стало так гадко, что желудок запротестовал, словно доблестный рыцарь в последний раз отобедал тухлятиной, а не пировал у короля Эдуарда.
Рядом сипло дышал Арион. Конь стоял, с трудом держась на разъезжающихся ногах, – таким измученным он не бывал даже тогда, когда Джеффри не слезал с него на протяжении целого дня турнирных поединков.
«Это был изумительный прыжок, мой старый друг. Молодец», – хотел сказать Джеффри, но у него свело губы: так и не удалось вымолвить ни единого слова. Ценой огромного напряжения сил он сумел поднять руку и прижать пальцы к дрожащей передней ноге скакуна. У воина перехватило горло от безмолвной благодарности.
Они остались живы. Они бросили вызов Первозданной Пропасти – и остались живы. Сейчас рыцарь сидел на доброй и надежной земле, и Божье солнце горячими лучами обжигало его потную кровоточащую голову. Только теперь Джеффри заметил, что сжал талисман Энгуса Ока так сильно, что чуть не превратил его в часть ладони.
Казалось, нельзя было разжать пальцы, судорожно стиснувшие талисман, но он подчинил их своей воле, так же заставил губы изогнуться в улыбке. Еще никогда улыбка не давалась с таким трудом и не была такой приятной, как сейчас, при мысли о бессильной ярости Дрого Фицболдрика, видевшего, как реликвия исчезает с его глаз. Несмотря на эту приятную картину, Джеффри поморщился от боли, которую вызывало даже самое слабое движение. К тому же возникло неприятное чувство, будто земля, на которой он сидит, дрожит и трясется. Рыцарь поморщился и зажмурил глаза от слишком яркого света, но грохот только усилился.
Джеффри решился чуть приоткрыть один глаз, и тут ему пришлось изумленно выпучить сразу оба. Земля сотрясалась и грохотала не из-за их падения: они с Арионом, похоже, рухнули в самую глубь ада, потому что на них с трех сторон устремились демоны.
Прямо на Джеффри неслось создание сатаны – бородатый горбатый зверь с раздвоенными копытами, голову которого венчали рога его господина.
Справа несся верховой лучник – монгол, судя по форме глаз и носа, вот только кожа у него была неправильная: адское пламя, видимо, обожгло ее, превратив из обычной желтоватой в какую-то красно-коричневую. Череп у монгола был практически голый, если не считать узла на затылке, из которого струился хвост наподобие лошадиного. К тому же голую кожу на его голове покрывал тонкий слой грязи необычайного алого цвета. Кожу туловища украшали тонкие полосы того же цвета. Странный человек был почти наг и управлял неоседланной лошадью с совершенно нечеловеческой ловкостью.
Но самое страшное зрелище представляла собой растрепанная ведьма, мчавшаяся на них слева. Облаченная в немыслимое одеяние, на которое могла решиться только колдунья, она стремительно неслась к рыцарю, и ее пальцы царапали воздух, словно нечестивая пыталась подчинить своим заклинаниям даже силу солнечных лучей.
Если воин короля действительно умер и оказался в аду, то демоны не могут причинить ему серьезного вреда: они просто приветствуют его появление в их подземном обиталище. Но что-то мешало Джеффри д'Арбанвилю спокойно сидеть на месте, пока вокруг него бушуют демоны, пусть даже и безвредные. Проклиная предательскую немощь суставов, ослабших сейчас, словно изъеденные древоточцем балки, рыцарь сумел уцепиться за доспех Ариона и с трудом подняться на ноги. Он попытался надеть шлем, но не смог его поднять, так что пришлось сунуть его под мышку, где тот брякнул о щит, заброшенный за спину. Только с третьей попытки Джеффри удалось спрятать талисман Энгуса Ока себе за ворот, на грудь. Будь он проклят, если потеряет его сейчас! Теперь меч… Джеффри раз десять хватался за его рукоять, но так и не собрал достаточно сил, чтобы вытащить его из ножен.
Сатанинский зверь уже почти добежал до него, оказавшись настолько близко, что Джеффри ощутил на себе его дыхание, которое оказалось удивительно похожим на обычное коровье, тогда как в пору было ощутить запах горящей серы. Арион в ужасе закатил глаза и издал слабый испуганный звук, совершенно не похожий на его обычное сильное и вызывающее ржание. Стремительно приближавшийся монгольский всадник натянул тетиву лука и так выпустил стрелу, что она пронеслась прямо перед кожистым носом зверя. Тот резко остановился и зафыркал, уставился на Джеффри красными глазами и копнул землю копытом, явно намереваясь вскинуть его на рога. И тут животное увидело вопящую ведьму: она на бегу выкрикивала заклинания, и платье колыхалось вокруг ее талии, словно облако. Поджав свой длинный змееподобный хвост, сатанинский зверь резко развернулся и обратился в бегство.
«Как следовало бы сделать и мне», – подумал Джеффри, когда ведьма приподняла руку, неуверенно, приветствуя монгола. Воин в ответ вздернул вверх свой лук, и лошадь унесла его следом за сбежавшим зверем без какой-либо видимой команды со стороны монгола. Джеффри остался один лицом к лицу с ведьмой, ощущая, как под ногами у него дрожит земля. Сказать по правде, в эту минуту Дрого Фицболдрик показался бы ему менее опасным противником.
– Кто вы?
Джеффри заморгал, считая, что чувства ему окончательно изменили. Слова ведьмы были непонятными, но мягкие звуки голоса тем не менее умерили его головную боль. При ближайшем рассмотрении волосы женщины оказались не всклокоченными, а скорее… струящимися – густой волной шелковистых темно-русых кудрей, мягко колеблемых легким ветром.
– У вас лоб в крови. Что с вами?
Когда она говорила, у нее мило изгибались губы. Между дугами бровей, взметнувшимися над огромными яркими глазами, залегла тревожная морщинка. Глаза были синими, и в них отражались волнение и любопытство. Джеффри слышал от людей, что у ведьм глаза всегда черные и тусклые, словно вулканическая порода, что они похожи на мутные омуты, готовые поглотить душу человека. Но им бы больше подошли синие глаза, как у этой, потому что Джеффри испытал острое желание утонуть в их лазоревых глубинах. Он на несколько секунд отпустил рукоять меча, чтобы осенить себя крестным знамением, отгоняя нечистые помыслы.
– Что с вами? – снова спросила женщина, протягивая руку к его ссадине. Он попятился, чтобы избежать прикосновения ведьмы. Она спрятала руку в складках своего странного одеяния. – Как вас зовут? Вы чуть было не погибли.
Джеффри запомнил ее слова и сравнил с десятками языков, которые выучил за многие годы службы рыцарем-наемником. Он всегда легко схватывал новые языки – это был Богом данный талант, как у других способность сыграть на лютне только раз услышанную мелодию или дословно пересказать запутанное повествование барда. Для человека его профессии такой навык был как нельзя кстати, если учесть, какое количество господ пользовались его услугами за эти годы. Эта ведьма явно говорила не на его родном французском. И не на итальянском, и не на греческом. Ее слова звучали резковато, но не так глухо, как в немецком языке. В ритме и интонациях он уловил нечто знакомое. Английский? Ну конечно! Ведь Первозданная Пропасть рассекала именно английские земли.
– Ваш бедный конь! – Она искоса взглянула на Ариона.
«Конь», – мысленно повторил рыцарь, пробуя слово на вкус. Да, английский: на редкость примитивный вариант этого варварского языка простолюдинов, но достаточно простой, чтобы его без труда усвоил человек, который столько лет состоял на службе у английского короля. Джеффри следовало бы быстрее опознать этот язык, если вспомнить, сколько лет он мечтал об английских имениях отца.
К ведьме подбежала стайка детей. Они пристроились к женщине, используя ее наподобие живого щита, вцепившись замурзанными пальцами в складки нелепого платья.
Неужели это она родила их всех? На ее гладком лице не было заметно отпечатка той характерной усталости, что свойственна многодетным матерям. К тому же фигуру женщины украшали тонкая талия и гордые округлости грудей – маловероятно, чтобы они остались настолько упругими, если бы вскормили такой приплод. Нижнюю половину тела скрывала пышная юбка, доходившая до колен, и странные мешковатые шаровары, так что нельзя было определить, соответствуют ли скрываемые ими формы многообещающей стройности верхней части фигуры. Джеффри никогда не видел, чтобы женщина, пусть и ведьма, была одета настолько глупо.
Болтовня детей назойливо вторгалась в его мысли, и хотя слова мало чем отличались от вороньего грая, рыцарь сосредоточился на них, уверенный в том, что сможет их понимать, как только разберется в грубом произношении.
– Кто он, мисс Джей? Что он здесь делает? Почему он так смешно одет? А почему его лошадь в юбке?
– Ко… коннь, – прошептал Джеффри, с трудом выталкивая незнакомое слово из горла, которое пересохло и разучилось говорить за ту вечность, которая могла пройти с тех пор, как он в последний раз пользовался речью.
– Дети, возвращайтесь к фургону и оставайтесь с мисс Харкинс. Робби, принеси нашу флягу с водой.
По приказу ведьмы от неохотно рассасывающейся толпы отделился юнец, который бросился бежать к непомерно большой повозке.
Ведьма оценивающе посмотрела на Ариона и Джеффри, и рыцарь вдруг заметил, что стоит, сжимая рукоять меча, а под мышкой у него – боевой шлем. Большинство мужчин побоялись бы подойти к рыцарю в полном вооружении. А эта ведьма, которая, конечно же, не могла знать о том, что кости у него стали мягче теста, тем не менее сделала глубокий вдох и шагнула к нему. Макушка ее головы едва доходила ему до плеча, ее худенькая фигурка была вдвое тоньше его туловища – итем не менее эта женщина стояла перед ним с отвагой собрата-воина.
Она протянула к нему руку, очаровательно робко и в то же время решительно.
– Вашему коню надо попить, – сказала она и потянула к себе его шлем. – Дайте-ка мне это ведро.
Тревога за лошадь странного незнакомца заставила Джульетту остаться на месте, хотя ей инстинктивно хотелось загнать женщин и детей обратно в фургон и пуститься в бегство. Боже милосердный, да ведь этот человек может оказаться приграничным разбойником, а она взяла и спасла ему жизнь! Незнакомец буквально нависал над ней. Возможно, странное впечатление, которое он производил, было отчасти связано с его диковинным одеянием: казалось, от этого человека исходит невероятная сила. Костюм, скрывавший его с головы до ног, состоял из крошечных металлических колец, скрепленных друг с другом. Поверх металлического костюма была надета светло-голубая шерстяная туника без рукавов, перепоясанная по талии более темным ремнем. Роскошная вышивка шелком на груди изображала яростного темно-синего ястреба, который атакует огрызающегося золотистого льва. Надетая на коня юбка была таких же цветов и с такой же причудливой вышивкой. За спиной у мужчины висел какой-то деревянный щит, а к плечам были привязаны металлические пластины, и все украшал один и тот же узор с ястребом и львом.
Каштановые волосы незнакомца, доходившие до плеч, влажно липли к черепу, промокнув от пота, а там, где их пропитала кровь, стекавшая из огромной ссадины на лбу, они стали еще темнее.
Если бы не кровь, то можно было подумать, что он целый день пахал в этом наряде. Слипшаяся от крови прядь волос зацепилась за сдвинутый на спину капюшон. Взгляд Джульетты невольно задержался на мощной, как колонна, шее и показавшихся в вороте темных завитках волос.
Мужчина разжал руку, позволив Джульетте извлечь ведро, и она заметила, как на плече вздулись металлические кольца, повторяя очертания мускулов. Она понимала, что ей следует убежать, пока он не употребил своих окованных металлом мускулов на то, чтобы вытащить прикрепленный к поясу меч, но тревога за коня заставила ее остаться на месте. По крайней мере, уверяла себя Джульетта, дело только в коне, а вовсе не в муке и недоумении, которые она читает в серо-зеленых глазах незнакомца.
– Коннь.
Он повторил это единственное слово так, словно других не знал.
– Я напою вашего коня. А если он слишком устал, чтобы пастись, мы нарвем ему немного травы, – пообещала Джульетта, но взгляд мужчины по-прежнему выражал недоумение.
– Вот вода, мисс Джей!
Запыхавшийся Робби остановился рядом с Джульеттой. Та взяла ведро незнакомца за страшно неудобные ручки и раздвинула закрепленную на петлях крышку, удивляясь, зачем было делать на ведре крышку, которая не закрывает его до конца. Робби наклонил над ведром флягу, и тут незнакомец угрожающе шагнул к ним.
– Non!
В его низком голосе слышался явный приказ. Робби отреагировал на властный тон и выпрямил флягу прежде, чем вода полилась в ведро.
– Но? – повторила Джульетта. Похоже, этот человек знал только слова, относящиеся к лошадям.
Его лицо осветилось улыбкой. Вокруг глубоко посаженных глаз разбежались крохотные морщинки, и напряженное, недоверчивое лицо смягчилось. Даже тень от пробивающейся на щеках щетины вдруг стала светлее, и Джульетта почувствовала, как сердце у нее затрепетало в ответ.
Она завороженно смотрела на незнакомца, прижимая к груди его ведро, а тот опустился на одно колено и разыграл перед ними сложную пантомиму. Дотронулся до головы, поморщившись, когда случайно задел рану. Указал на ведро, изобразив, будто наливает туда воду, и энергично затряс головой. Потом застонал и принялся что-то оттирать, выкручивая и снова расправляя воображаемую тряпку, а потом поднял невидимое ведро к небу, заглянул в него и прижал к голове обе руки.
Джульетта смотрела на странного лицедея, ничего не понимая, но тем не менее заинтересовавшись происходящим. Почему-то ей захотелось, чтобы пантомима продолжилась и она смогла еще немного понаблюдать за его завораживающими движениями.
– Кажется, он хочет воды, чтобы смыть кровь с волос, мисс Джей, – высказал предположение Робби, заставив Джульетту вернуть свои улетевшие непонятно куда мысли обратно к реальности.
– Ну, это было бы просто глупо. Воды тут не настолько мало, хватит и человеку, и лошади. – Она снова протянула ведро Робби. – Наливай.
Незнакомец ссутулил свои широкие плечи и безнадежно покачал головой.
Как оказалось, он был прав. Чертово ведро протекало по всем швам, но если он хотел предостеречь ее относительно этого, то делал это крайне неудачно. Джульетте пришлось забыть о том, что приличествует благовоспитанной женщине, и скачками кинуться к лошади, пока вся вода не вытекла. Измученное животное удивленно принюхалось, но жадно опустило нос в воду.
Позади Джульетты прохладная тень встала между нею и солнцем, и она догадалась, что незнакомец подошел к ней. По коже у нее побежали мурашки, но не от страха: казалось, в ней вдруг расцвело какое-то радостное предчувствие. Мужчина взялся за ведро, коснувшись руки Джульетты металлической перчаткой, и сам стал поить коня.
Если не считать этого мимолетного и легчайшего прикосновения, незнакомец не пытался до нее дотронуться или как-то задержать, но Джульетта почувствовала, что не в силах сдвинуться с места. Казалось, от мужчины исходит какой-то жар и обволакивает ее, словно шелковые нити вышивки на одеянии незнакомца.
Конь шумно втянул последние капли влаги, странный тип опрокинул ведро и протер его изнутри краем своей туники, недовольно покачав головой при виде чуть заметных следов ржавчины, оставшихся на мягкой голубой ткани.
– Мисс Джей! Мисс Джей! Бизоны убежали!
Бизоны? Господи, она совершенно позабыла о чисто познавательной цели их экскурсии! Рассердившись на себя за то, с какой легкостью она забыла о своих обязанностях, Джульетта повернулась к фургону и увидела, что Алма оставила детей под присмотром одной из мам и сейчас решительно направляется к ним.
Робби так огорченно смотрел на Джульетту, что она улыбнулась и взъерошила ему волосы.
– Может, когда-нибудь поблизости окажется другое стадо.
– Это все он виноват! – Робби бросил на незнакомца негодующий взгляд.
– Робби, – упрекнула его Джульетта, – бизонов могло вспугнуть все что угодно. Это могли сделать мы сами или индейцы, или та гроза…
Она недоуменно замолчала: на безоблачном небе ярко сияло солнце, и ничто не напоминало о кипящей тьме и внезапном оглушительном громе и вспышке молнии, из-за которых Джульетта и соскочила с фургона перед самым появлением незнакомца.
– И вообще – откуда он взялся? – разгневанно поинтересовался Робби, но его воинственный тон моментально сменился надеждой: – Может, он тот, кого ждет мой па? Он обещал ма, что когда-нибудь приедет человек от компании по вегетарианскому освоению новых земель и вернет людям потерянные деньги.
Уилкоксы, как и многие другие, приехали в Канзас как члены этой компании. Переселенцы-вегетарианцы объединили все свои денежные средства, чтобы создать земной рай, но руководители компании сбежали со всеми деньгами.
В Октагон-Сити, как назвали вегетарианцы свое поселение, так, по сути, ничего и не построили, кроме убогого дома для собраний. Многие из разочарованных переселенцев вернулись обратно на восток. Но некоторые, как Уилкоксы, не пожелали признать своего полного поражения и приобрели участки земли в близлежащих поселениях Канзаса. Все они ожесточились, а некоторые, если верить слухам, вообще сошли с ума из-за того, что все потеряли. Может, этот приблудный незнакомец действительно имеет какое-то отношение к вегетарианскому сообществу…
– Он не вегетарианец, – объявила Алма, разбив надежду Джульетты на то, что незнакомец не окажется приграничным разбойником. Учительница запыхалась от быстрой ходьбы по прерии. – Нельзя вырасти таким огромным, если не есть мяса. Ой, вы посмотрите, у него на лбу кровь!
– Он не разрешил мне осмотреть его лоб. Казалось, Алму это мало смутило.
– Мисс Джей, по-моему, он одет в костюм рыцаря! – Тут школьная учительница повернулась к Робби: – Ты помнишь, что мы учили в классе относительно твердых и мягких согласных, молодой человек?
– Ага. То есть я хотел сказать – да, мисс Харкинс. Р-ы-ц-а-р-ь. Второе «р» звучит мягко, и на конце слова надо поставить мягкий знак.
Когда Робби послушно произнес это слово, незнакомец резко повернулся к нему и его гулкий голос прервал опрос.
– Р-ы-ц-а-р-ь? – Его губы двигались, словно смакуя каждый звук, а потом на его лице вдруг появилось радостное выражение. – Рыцарь? – Когда Алма неуверенно кивнула, он восторженно улыбнулся и с силой ударил себя кулаком в грудь, так что металлические звенья его костюма зазвенели, а грудь загудела, как барабан. Голос его стал звучным, словно новое слово придало ему новые силы. – Рыцарь! Рыцарь!
– Ох, мисс Джей, вы только на него посмотрите! – вздохнула Алма и разве что не растаяла при виде того, как незнакомец напряг свои мощные бицепсы и хлопнул рукой по холке коня.
– Коннь… конь! – Потом он лягнул землю прерии. – Тра… трава! – Повторив движение Джульетты, он провел обтянутой металлом рукой по волосам Робби. – Отрок!
– Мальчик, – поправила его Алма наставительным тоном, заменив устаревшее слово. Незнакомец безупречно повторил его следом за ней, и она одобрительно улыбнулась такой улыбкой, какой учитель хвалит своего самого отстающего ученика за первую сложную фразу.
– Алма, подобной нелепицы я в жизни не слышала! – запротестовала Джульетта. – Рыцарей больше не существует. Но даже если бы существовали, то что им делать в Канзасе?
– Ну, я же не говорю, что он настоящий рыцарь!
– А тогда что же он за рыцарь?
– Я знаю! Спорим – он актер! – вмешался Робби.
– Актер? – Алма радостно улыбнулась мальчику. – О, да вы, дети, действительно слушаете, когда я читаю вслух газету! – Она объяснила Джульетте: – Пару месяцев назад я читала в классе заметку из «Канзас трибюн» про труппу актеров шекспировского театра, которые приехали из самой Англии, чтобы играть в новом театре в Лоренсе. Может, он один из них?
– Алма, отсюда до Лоренса два дня верхом!
– Может, он заблудился? Или, может, он ехал в другой город, а на него напали приграничные разбойники? Наверное, актеры обороняться не умеют.
– Это объяснило бы его рану на лбу, – согласилась Джульетта. – Но как насчет этих его непонятных одеяний?
– Костюм, – уверенно кивнула Алма. – Он актер.
– Кос-тюм. Ак-тер, – сказал незнакомец и кивнул, точь-в-точь как Алма.
– Я правильно догадался, да, мисс Харкинс? – сказал Робби.
– Да! – ответила Алма, захлопав в ладоши.
– Д-да! – И незнакомец тоже захлопал в ладоши.
Зная, насколько редко на долю Робби выпадают похвалы, Джульетта не стала высказывать своих сомнений: слова и действия незнакомца были слишком буквальным подражанием Алме и потому показались ей неубедительными. Надо за ним понаблюдать.
– Ну, я рада, что эта тайна разгадана, мисс Джей. Другого объяснения его наряду я не вижу. Признаться, я не ожидала от театральных костюмов такого внимания к деталям. Посмотрите на его щит. И кольчуга, и герб… И лошадь у него необычная – это… как их там?.. —… боевой скакун. Он в костюме рыцаря, как те, что были при дворе короля Артура.
– Рыцарь, – пророкотал незнакомец, словно соглашаясь. Он одарил Алму лениво-самоуверенной улыбкой, а потом перенес все внимание на Джульетту, словно безмолвно бросая ей вызов.
– Ну, может, не короля Артура, – продолжала Алма. – Кажется, Шекспир про него пьес не писал. Вы знаете отрывки из «Ромео и Джульетты», мисс Джей. Почему бы вам не прочесть ему что-нибудь: может, к нему вернется память?
– Не глупите, Алма. С чего это я начну читать незнакомому человеку Шекспира посреди прерии?
Боевой скакун, король Артур, кольчуга, рыцарский герб… Джульетта встряхнула головой, жалея, что не может с такой же легкостью отряхнуться от впечатления о нарастающей странности происходящего вокруг. Похоже, Алма намерена и дальше молоть чепуху, а незнакомец начал открыто с ней заигрывать, отчего Джульетте вдруг остро захотелось лягнуть его в обтянутую кольчугой лодыжку… только вот при этом можно было отбить себе ногу. Скорее всего этот человек – вооруженный до зубов приграничный разбойник, засланный сторонниками рабства, чтобы мутить воду в Броде Уолберна, а у нее тут полный фургон женщин и детей и даже нет ружья, чтобы их защитить.
Но с другой стороны, он устроил настоящую пантомиму, когда хотел, чтобы она не наливала воды в его шлем. Может, он действительно актер – просто не слишком хороший.
– Пора бы нам вести детей домой, – проговорила Джульетта тоном столь же натянутым, как ее нервы, и, схватив Алму и Робби за локти, потащила их к фургону.
– Но как же он? Как этот рыцарь… э-э… актер? – спросила Алма, пытаясь вывернуть шею, чтобы посмотреть на незнакомца.
– Вы же знаете, что доверять неизвестным людям опасно, Алма. Кто бы он ни был, он как-то смог оказаться посредине прерии, так что пусть сумеет вернуться туда, откуда появился.
Они еще не успели дойти до фургона, когда Робби потянул Джульетту за рукав.
– Он идет за нами, мисс Джей. А лошадь у него еле на ногах держится.
Тревога за лошадь – Джульетта убеждала себя в том, что дело было только в лошади, – заставила ее неохотно оглянуться назад.
Незнакомец (а она решила, что не станет называть его рыцарем) издали встретился с ней взглядом. Он шел, гордо выпрямившись, но его длинные ноги сильно сокращали шаги, примеряясь к скорости измученного животного. Казалось, для себя он сочувствия не просит. Джульетта почувствовала себя виноватой.
Ее мысли отказывались ей повиноваться и снова и снова возвращались к тому, как он ударял себя в грудь и гордо объявлял, что он – рыцарь. На одну секунду она вдруг позволила себе безумную фантазию: прерии исчезли, и она оказалась на поле для рыцарских турниров. Представила себе, что слышит, как звуки труб возвещают появление незнакомца на горячем, норовистом боевом скакуне: он держит в руке щит, высоко поднимает меч… На голове у него похожий на ведро шлем, и невидимые толпы людей приветствуют его одобрительными возгласами и забрасывают свежесорванными розами. А он принимает все похвалы – сильный, властный, уверенный в себе… Такую уверенность могут дать только многократные победы.
Рыцарь. Никем иным он быть не может.
Но тут воображаемая картина исчезла, призрачные крики сменились свистом вездесущего ветра прерий. Джульетта стиснула зубы. Ее фантазия скоро разыграется сильнее, чем у Алмы.
– По-моему, нехорошо просто его тут бросить, мисс Джей, – прошептал Робби.
– Вы ведь спасли ему жизнь, – поддержала его Алма. – И это вроде как налагает на вас ответственность за него, правда же?
– Я хотела осмотреть его рану, а он отшатнулся, словно я пыталась его убить.
Джульетта с изумлением поняла, что все еще досадует на то, какое странное выражение лица было при этом у незнакомца и как он незаметно наспех начертал рукой в воздухе знак креста, словно хотел защититься от нее.
– Просто он ранен и сбит с толку, – сказала Алма, похлопывая Джульетту по руке, словно обиженного ребенка. – И потом, только у вас есть где поселить его, пока он не придет в себя. А поскольку этот месяц я жиру у родителей Робби, я буду близко и смогу время от времени заходить и… и помогать вам общаться с ним.
Высказывая это предложение, Алма густо покраснела. Джульетта прекрасно поняла, в чем причина: Алма глубоко заинтересовалась закованным в металл и обожающим свою лошадь актером, которому понравилось называться рыцарем.
Ах, если бы Джульетта могла заявить, что ее постоялый двор переполнен! Но сейчас у нее жил только престарелый капитан Чейни, ее единственный постоянный гость. Две ее лучшие комнаты оставались свободными, и об этом знал весь город. Традиционное приграничное гостеприимство плюс то, что она уже вмешалась в дела незнакомца, требовали теперь предложить стол и кров человеку, который скорее всего не сможет за них заплатить, и стойло его кляче, которая тем не менее сейчас наряжена богаче, чем когда-либо одевалась Джульетта.
Джульетта снова оглянулась. Испачканная ржавчиной туника незнакомца хлопала по ветру, напомнив ей, как он пытался помешать им налить воду в ведро. Не в ведро – в шлем. Если верить Алме, то это часть театрального реквизита.
– Может, он хотел здесь поселиться, и ранили его по дороге к Броду Уолберна? – строила догадки Алма. – Вы ведь всегда так рады приветствовать новых поселенцев, мисс Джей! Господи, да, может, мы уговорим его устроить представление! Может, наши горожане получат в нем роли. Все наверняка будут очень рады развлечению.
Джульетта чувствовала, что все ее возражения улетучиваются.
Если есть шанс, что этот незнакомец захочет здесь поселиться, то незачем отталкивать мужчину, сильного физически, пусть даже он не вполне силен умом. Особенно если он сможет устроить какое-нибудь развлечение: кому как не ей знать, насколько важно горожанам хоть как-то скрасить свою однообразную жизнь в конце лета. Кроме того, к нему наверняка вернется память. Если же все это тщательно продуманная маскировка… ну, долго ее дурачить никому не удастся, даже актеру.
– На два дня.
– На месяц, – парировала Алма.
– На неделю, – уступила Джульетта. – И при условии, что на бесцеремонные вопросы миссис Эббот отвечать будете вы сами.
– У вас доброе сердце, – с искренней улыбкой сказала Алма. Повернувшись к самозваному «актеру», она энергично замахала ему, приглашая идти следом.
– Ничего подобного, – резковато ответила Джульетта, стараясь скрыть изумление, которое вызвали слова Алмы. Ведь по-другому она просто не могла поступить! Она оглянулась на незнакомца и почувствовала совершенно неуместное желание улыбнуться, с которым, правда, быстро справилась. – Я просто стараюсь поступать так, как лучше для нашего города, то есть как всегда.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Рыцарь прерий - Валентино Донна



Мне не понравилось, хотя я любитель почитать о диком западе и перемещениях во времени....
Рыцарь прерий - Валентино ДоннаВита
17.07.2012, 15.48





прикольно!
Рыцарь прерий - Валентино Доннаелка
14.10.2013, 16.11





Написано хорошо, сюжет не заезженный. Советую прочитать.
Рыцарь прерий - Валентино ДоннаТатьяна
10.05.2014, 16.43





а мне очень понравился роман!сюжет - такого необычного, не тривиального мне раньше читать не приходилось. герои - адекватные.ну и, само собой, Джеффри - мечта, а не парень! честный, верный, ответственный. рекомендую к прочтению.
Рыцарь прерий - Валентино Доннаjenny
20.11.2015, 14.42








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100