Читать онлайн Любовники, автора - Валенти Джастин, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовники - Валенти Джастин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.43 (Голосов: 75)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовники - Валенти Джастин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовники - Валенти Джастин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Валенти Джастин

Любовники

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

– Мать пригласила меня на обед, – торжественно объявил Пол, вернувшись домой. – Представляешь, она нашла зал для репетиций, и скоро я приступлю к работе. Дорогая, похоже, я буду очень занят до начала премьеры и, вероятно, не смогу уделять тебе достаточно времени. Николь прижалась к нему и поцеловала в щеку.
– Помимо всего прочего, я люблю тебе еще и за то, что ты всегда поглощен работой и готов посвятить ей всю свою жизнь. По крайней мере у меня не развивается комплекс вины, вызванный тем, что сама я постоянно работаю. Кроме того, я действительно рада, что у тебя будет премьера, и от всей души желаю тебе удачи!
Пол был без ума от счастья. Он стал целовать ее глаза, лицо, шею и после каждого поцелуя шептал ей одно и то же слово – «люблю».
– Я хочу поговорить с матерью насчет этого Силвермана.
– Нет, Пол, не надо, – воспротивилась Николь. – В этом нет никакого смысла. Твоя мать все равно не изменит своего мнения обо мне. К тому же я обещала Силверсмиту, что не буду распространяться насчет этой неприятной истории. Он уже старый человек и, вероятно, не хуже, чем все остальные люди его круга.
– Ну хорошо, не буду, если ты так хочешь.
– Желаю тебе приятного обеда и ни в коем случае не ругайся с матерью, даже если она станет провоцировать тебя.
– Меня может провоцировать только один человек, – прошептал он ей на ухо, – это ты. До встречи, любовь моя.

***

Энн тем временем обдумывала каждую деталь предстоящего разговора с сыном. На столе уже стоял ее лучший китайский фарфор и огромный букет цветов в прекрасной вазе. А в гостиной то и дело мелькали молодые люди, студенты музыкального колледжа, которых она наняла для обслуживания этого столь важного для нее обеда.
Ровно в одиннадцать приехал Пол, и она не преминула окинуть его критическим взглядом.
– Пол, мне кажется, тебе следует надеть галстук. Впрочем, это твое личное дело, – добавила она быстро, увидев, что он сразу же скис. – Чувствуй себя комфортно и ни о чем не думай.
Пол подозрительно посмотрел на мать.
– Послушай, а кто еще должен присутствовать на обеде? Я думал, здесь не будет посторонних и мы спокойно поговорим о предстоящей репетиции.
Разумеется, поговорим, и не только о репетиции, – поспешила успокоить его мать. – Но у меня есть для тебя небольшой сюрприз. Прежде всего, пока не забыла, в следующую пятницу сюда приедет Бакрах. Он сделает превосходные снимки, которые пригодятся тебе во время премьеры. – Энн повела сына в гостиную, не переставая тараторить. – Кроме того, я недавно познакомилась с прекрасной виолончелисткой Патрисией Эрл. Это молодая женщина, прекрасно владеющая инструментом. Она играет так, как могла бы играть я, если бы в свое время не бросила занятия музыкой. Думаю, она прекрасно впишется в твой ансамбль.
– Что?! – оторопело спросил Пол. – Зачем? У меня уже есть виолончелистка. Ты же знаешь ее и слышала много раз.
– Да, но, откровенно сказать, я не в восторге от ее техники. Она все время фальшивит и совершенно не обладает соответствующим такому уровню музыкальным воображением. Мне даже плакать хочется от ее исполнения.
– Господи, раньше ты была всем довольна и даже слова против не говорила!
– Да, но это было раньше, дорогой, а сейчас перед тобой совсем другие задачи. Тогда я просто не хотела портить тебе настроение, а сейчас настаиваю, чтобы ты взял Патрисию Эрл.
– Послушай, мама, – почти захныкал Пол, отрешенно посмотрев на мать, – я понимаю, что ты желаешь мне добра, и очень тебе благодарен, но Сандра останется со мной, и хватит об этом. Она прекрасно играет и вполне соответствует моему уровню.
– Но не так, как Патрисия, – продолжала упорствовать Энн. – Подожди немного, и ты сам убедишься. Конечно, последнее слово будет за тобой, но я все же прошу тебя послушать ее. Эта прекрасная виолончелистка преподает музыку в Хантер-колледже и к тому же твоя ровесница. Словом, во всех отношениях замечательная девушка.
Пол с упреком уставился на мать.
– Ты хочешь сказать, что случайно встретила ее и пригласила к нам на обед?
Энн потупила взор и хитро улыбнулась.
– Ну, в общем, я подумала, что ты захочешь выслушать ее после обеда. Кроме того, твой главный гость, несомненно, будет в восторге от нее. Она на самом деле очень красивая…
– Нет, мама, так не пойдет, – спокойно возразил Пол и встал с дивана. – Эта красивая девушка никогда не заменит мне Сандру, даже если она играет как Дюпре.
Энн насупилась и невольно повысила голос:
– Я тут из кожи вон лезу, чтобы сделать тебе рекламу! Пригласила известного музыкального критика, журналистов, специалистов по звукозаписи, чтобы твоя музыка звучала не хуже Ойстраха, а ты отвечаешь мне черной неблагодарностью!
– Мама, я благодарен тебе за все, но не могу восторгаться твоими экстравагантными выходками.
– Надо же, никакой благодарности! – продолжала Энн. – Я неделями, месяцами тружусь над подготовкой твоей премьеры, а ты твердишь, что Сандра будет играть с тобой. И это после всего того, что я пережила за последнее время?! Если хочешь знать, ты на несколько лет укоротил мне жизнь.
– Сандра хорошо понимает музыку и превосходно ее интерпретирует.
Она толстая, неуклюжая и производит ужасное впечатление, – не могла угомониться Энн. – Да будет тебе известно, что внешний вид исполнителя всегда играет важную роль. Используй ее для записи, если тебе так хочется, но в концерте должна участвовать более привлекательная женщина.
– Боже мой, мама, я не собираюсь участвовать в конкурсе красоты!
– Разумеется, но я же предлагаю тебе не просто красивую женщину, а талантливую виолончелистку.
– Послушай, Энн, – не вытерпел Пол, переходя на официальный тон, – давай поговорим откровенно.
Энн внезапно умолкла и с замиранием сердца уставилась на сына. Неужели он сейчас обрадует ее тем, что наконец-то уходит от Николь?
– Ты много лет была для меня замечательной матерью. Если бы не твои беспредельные усилия, я бы никогда не стал музыкантом. Я все понимаю, чрезвычайно благодарен тебе и всегда будут помнить о том, что ты для меня сделала. Но сейчас пришло время мне самому отвечать за свои поступки и выбирать тот стиль поведения, который мне по душе Я больше не студент, хочу сам зарабатывать себе на жизнь и делать все самостоятельно, в том числе и выбирать партнеров.
– Но ты же ничего ровным счетом не знаешь о реальной жизни, – упавшим голосом проговорила мать. – Я всегда выступала в роли твоего агента…
– Я знаю, – нетерпеливо перебил ее Пол, – но сейчас я сам буду своим агентом.
– Это не твои мысли, Пол, – хмуро отозвалась она. – Я догадываюсь, откуда они у тебя. Она постоянно науськивает тебя, настраивает против меня, хочет оторвать от матери, чтобы окончательно привязать к себе. Она боится, что ты бросишь ее в конце концов, и делает все возможное, чтобы не допустить этого.
– Мама, выбирай слова! Николь не имеет к этому абсолютно никакого отношения, и оставь ее в покое.
– Не могу! – чуть не плача, запричитала Энн. – Она намного старше тебя, умнее, опытнее, хитрее. Неужели ты не понимаешь, что она легко обведет тебя вокруг пальца? В ней больше коварства, чем кажется. Конечно, она ни за что на свете не станет демонстрировать тебе свою ненависть ко мне. Она это сделает по-другому, ты даже не заметишь…
– Я сказал, чтобы ты оставила ее в покое! – грозно повторил Пол. – Ты и так уже проявила недюжинный талант по части шантажа и клеветы на Николь. А то, что ты пошла к Эдварду, оскорбило прежде всего меня.
– А кто тебе сказал, что я была у Эдварда?
– Он сам и сказал. И вообще он доставил мне массу неприятностей, но речь сейчас не о том. Если тебе интересно, я не набил ему морду, как он того заслуживает. Все закончилось чинно и благородно.
Ты хотел набить ему морду?! – взбеленилась Энн. – Да это он должен был расквасить твою физиономию! Ведь он брошенный женой муж, то есть потерпевшая сторона. Да он вправе просто-напросто убить тебя, не дай, конечно, Бог, и присяжные наверняка оправдают его.
– Я не хочу больше говорить об этом, – отмахнулся от нее Пол. – Ты считаешь Эдварда порядочным мужчиной, но, к твоему сведению…
– Меня это не интересует! – истерично выпалила Энн, обхватив голову руками. – Ты оспариваешь каждое мое предложение и даже осмелился отказаться от моей помощи в качестве агента. Ты все делаешь назло…
– Совершенно верно, но только не назло, а в соответствии со своими собственными интересами и представлениями о порядочности. И твоя Патрисия мне совершенно не нужна. Если ты надеешься, что она соблазнит меня, затащит в постель и таким образом оторвет от Николь, то тебя постигнет страшное разочарование. Все твое сводничество ни к чему хорошему не приведет.
– Да как ты смеешь! – заорала Энн на сына. – Как у тебя язык повернулся сказать такое про свою мать! Мне и в голову никогда не приходило заниматься подобными вещами! Какая грязная инсинуация! Я никогда не прощу тебе такого хамства.
Пол сообразил, что переборщил, и немного поостыл.
– Ну ладно, беру свои слова обратно. Похоже, у тебя это происходит на уровне подсознания.
Не надо вешать на меня своего дурацкого Фрейда! – Продолжала неистовствовать Энн. – Я не узнаю тебя, Пол. Ты перестал быть моим сыном с тех самых пор, как эта шлюха вцепилась в тебя своими когтями. Эта сексуально озабоченная маньячка опустила тебя до своего уровня и планомерно уничтожает все твои лучшие качества.
– Мама, если ты еще раз назовешь Николь шлюхой, я уйду из твоего дома и больше ноги моей здесь не будет!
– Нет, это я уйду из собственного дома, так как это по моей вине ты занялся музыкой и встретился с моей бывшей подругой. Кем бы ты был сейчас без меня? Полным ничтожеством!
Пол недоуменно уставился на мать.
– Если ты и впрямь так думаешь, то мне придется поразмышлять над тем, в какой степени я действительно ничтожество.
– Ты позволил ей обвести себя вокруг пальца! На этом свете миллионы и миллионы прекрасных девушек твоего возраста. Почему, скажи, пожалуйста, ты связался со старухой, которая тебе в матери годится? Неужели тебе не хватало одной матери?
– Она не мать для меня…
– А кто же, по-твоему? – глумливо спросила Энн. – Другого объяснения просто нет и быть не может.
Пол вдруг пришел в дикую ярость.
– Николь – моя любовница, а ты, мама, могла быть чем угодно, но только не любовницей!
Энн подскочила к сыну, размахнулась и отвесила ему звонкую пощечину.
– Я всегда осуждала вульгарность в твоем отце и вот теперь вижу, что ты многое перенял от него.
Пол молча повернулся и направился к двери, но Энн опередила его.
– Нет, я уйду первая! Я вполне серьезно, Пол! Как говорится, умываю руки и больше никогда и ни при каких обстоятельствах не буду вмешиваться в твою личную жизнь И в твою музыкальную карьеру. Отныне тебе придется самому искать себе фотографа, зал для репетиций, приглашать журналистов и все такое прочее. Я отзываю все свои предыдущие предложения, отказываюсь помогать тебе и лишаю тебя стабильных доходов. Ты не заслуживаешь всего этого, неблагодарный ублюдок! – С этими словами она выбежала из дома, громко хлопнув дверью.
Пол застыл как вкопанный, дрожа то ли от гнева, то ли от жалости к матери. Его лицо так и пылало, а перед глазами плыли темные круги. Он ожидал от матери чего угодно, но только не этого. На какое-то время он словно впал в забытье и даже не мог бы сказать определенно, как долго стоял у двери своего некогда родного дома. Конечно, он и сам виноват в произошедшем. Николь была права, когда просила его не вступать в спор с матерью и не доводить тем самым конфликт до крайней степени накала.
Очнулся он, только услышав надрывный звонок в дверь. Растерянно оглядевшись, Пол увидел, что никого рядом нет, и решил сам открыть дверь. На пороге стоял невысокого роста человек в темном костюме, белой рубашке и галстуке.
– Добрый вечер, – улыбнулся он. – Я Бернард Лэсситер.
Пол пожал ему руку и впустил в дом. Он неоднократно читал критические заметки Лэсситера и понял, что это и есть главный сюрприз матери.
– Располагайтесь, мистер Лэсситер, – пригласил его Пол. – К сожалению, мою мать вызвали по делам, и я понятия не имею, когда она вернется. Не откажите в любезности немного подождать.
– Нет проблем, – спокойно отреагировал тот. – А мы тем временем могли бы приступить к интервью, мистер Лурье.
– Извините, я не очень хорошо себя чувствую, – с трудом выдавил Пол и опрометью бросился в ванную, где его тут же стошнило от недавнего потрясения.
Бернард Лэсситер неловко переминался с ноги на ногу, чувствуя себя полным идиотом. Сперва эта истеричная мамаша уговорила его прийти на обед и взять интервью у сына, а теперь вот куда-то сбежала, позволив своему сыночку так нагло и бесцеремонно отказаться от интервью. Лэсситер невероятно разозлился и вскоре почувствовал приступ мигрени, что всегда бывало у него в минуты крайнего разочарования. Как они посмели отнестись к нему как к какому-то слуге, не пригласив даже в гостиную?! Схватившись за голову, Лэсситер пулей вылетел из дома, дав себе слово никогда больше не связываться с этой семейкой. А за нанесенное оскорбление они еще поплатятся!

***

Энн медленно брела по шумной улице Вест-Энда, не ощущая ничего, кроме острой боли в груди. Она бы ничуть не удивилась, если бы ей сказали, что у нее сердечный приступ. Да и как ему не быть после всего случившегося? Она отдала сыну лучшие годы своей жизни, пожертвовала ради него своей музыкальной карьерой – и вот вам благодарность! Двадцать два года и девять месяцев она души в нем не чаяла и делала все, чтобы он был счастлив. Пол, Пол, Пол. Он всегда был у нее на первом месте и оттеснил даже своего отца. Причем началось все еще с беременности.

***

Когда Энн обнаружила, что у нее прекратились месячные, она поначалу не придала этому большого значения. У нее вообще часто бывали сбои с этим делом, а в последнее время, когда они с Элом как-то незаметно перешли от обычных ласк к активной половой жизни, она совершенно перестала заботиться о возможных последствиях. Конечно, она чувствовала себя в последние дни не очень хорошо, заметно потеряла в весе, а на еду и вовсе смотреть не могла, но это ей даже нравилось, так как она уже давно сидела на диете, пытаясь держаться в форме. А потом она стала вдруг замечать, что все ее юбки и платья стали тесноваты в талии, и запаниковала. Пришлось срочно покупать дешевое обручальное кольцо и идти к гинекологу.
Подтвердив свои худшие опасения, она с ужасом посмотрела на доктора.
– Мне только семнадцать лет. Я еще учусь в музыкальном колледже, а мой муж не работает…
– Сожалею, но ничем помочь не могу! – отрезал тот. – Слишком поздно. Боюсь, что родов вам не избежать.
Энн вышла из клиники с чувством обреченного на вечные муки человека. Вся жизнь вдруг показалась ей совершенно бессмысленной и пустой. Конечно, можно выброситься с одиннадцатого этажа или проглотить целую упаковку аспирина, но это отнюдь не выход из положения. С каждым днем ей становилось все хуже и хуже. По утрам рвало и тошнило, а потом она весь день мучилась от головной боли и боли в спине. Николь, конечно, все видела, но Энн поначалу боялась открыться подруге. Да и чем та могла ей помочь? Только сочувствием. Энн попыталась найти недорогого подпольного врача, который сделал бы ей аборт, но все безуспешно.
Однажды вечером она вернулась из школы домой и, к ужасу своему, обнаружила там мать.
– Ах ты шлюха! – зло прошипела та, покраснев от негодования.
– Что ты хочешь этим сказать? – тихо прошептала Энн.
– Никогда не думала, что ты зайдешь так далеко в своих развлечениях. Ты же беременна, не так ли?
Энн внезапно разрыдалась.
– Мама, не сердись, пожалуйста!
– А почему я должна сердиться на тебя? – назидательным тоном спросила та. – Потому что ты исковеркала себе жизнь? Или потому что я надрывалась днями и ночами, чтобы ты могла учиться в колледже?
– Кто тебе сказал об этом?
– Никто мне не говорил, я и сама не слепая. Прокладки лежат нетронутыми уже больше месяца, а каждое утро тебя выворачивает наизнанку.
– О, мама, что мне теперь делать?
– Что делать? Выходить замуж за этого кретина и немедленно отправляться в Париж. Будешь учиться там в консерватории, а мы с отцом постараемся оплатить все твои расходы. А когда через годик вернешься домой, вряд ли кто вспомнит, когда был рожден ребенок.
– Я не хочу ребенка, – заревела Энн навзрыд. – И не хочу выходить замуж за Эла.
– Надо было раньше об этом думать.
– Нет, пожалуйста…
– Перестань хныкать и не спорь со мной, проститутка Несчастная! Надо было думать, что тебе придется отвечать за свои поступки. Легкомысленным поведением ты, возможно, погубила всю свою карьеру. Но даже если ты готова разрушить свою жизнь, у тебя нет никакого права убивать ребенка.
– Но многие девочки делают аборты, и ничего страшного…
– Да, но только не в нашем роду. У нас так не принято. К тому же ребенок может оказаться гениальным музыкантом. Я уже все решила, Энн, и давай оставим этот разговор.
Эл же был безумно счастлив и согласен на все. В Париже они жили безбедно, но предстоящие роды постоянно портили настроение, к тому же играть на виолончели Энн уже не могла. Кто потерпит на сцене беременную женщину? С тех пор Энн ненавидела Париж, этот сырой и промозглый город, в котором муж постоянно выставлял ее на посмешище, приглашая друзей. Роды были нелегкими, да и ребенок оказался слишком требовательным и беспокойным. Через полтора года они вернулись в Нью-Йорк и стали жить в дешевой квартире в восточной части. Вскоре Энн уже воротило от вонючих пеленок, распашонок и всего, что так или иначе было связано с ребенком.
Эл зарабатывал немного, постоянно играя в каких-то ресторанах на Бродвее, но на первое время денег хватало. А потом появилась Генриэтта и перетащила их ближе к себе, почти в центральную часть города. Она же помогла Элу устроиться в большой оркестр, где он стал получать намного больше.

***

Стряхнув с себя тяжкий груз воспоминаний, Энн с удивлением обнаружила, что дошла пешком почти до Линкольн-центра. На часах было пятнадцать минут первого. Энн отыскала телефон-автомат и набрала домашний номер.
– Мой сын еще дома? – спросила она девушку, которую наняла обслуживать обед. – Уже ушел? Понятно. Ну ладно, если придут гости, извинись перед ними и скажи, что обед отменяется. Скажи, что в семье кто-то умер или что-нибудь в этом роде.
Повесив трубку, она долго еще не могла избавиться от невыносимо тягостного чувства бессилия и глухой ярости. Уж лучше бы она сделала аборт в том промозглом Париже, чем мучиться сейчас со взрослым сыном!

***

Маршалл Фэйбер позвонил Николь и сообщил приятную новость о том, что некая нефтяная компания в Хьюстоне решила выделить ей некоторую сумму для выполнения специального заказа.
– Сколько? – воодушевилась Николь, подумав, что наконец-то ей улыбнулось счастье.
– Сто десять тысяч, – последовал ответ. – Но работа должна быть выполнена в срок и поражать воображение своей мощью и высотой. По меньшей мере тридцать футов. Ты же знаешь техасцев: для них чем крупнее скульптура, тем она лучше.
Откровенно говоря, Николь испытала какое-то смешанное чувство. С одной стороны, она страшно ненавидела работу на заказ, где всегда приходилось учитывать чьи-то интересы или капризы и приспосабливаться к уже существующей обстановке. А с другой – ей очень нужны были деньги, что и предопределило в конце концов ее быстрое согласие. Впервые за последние несколько недель она начала трудиться в полную силу.
Но вот на пороге появился Пол, и по его виду она поняла, что произошло нечто ужасное.
– Неужели все так плохо? – нахмурилась Николь, поцеловав его в щеку.
– Хуже не придумаешь, – уклончиво ответил Пол и отвернулся. – Знаешь, я вообще не хотел бы сейчас говорить об этом.
Николь нежно обняла его и посмотрела в глаза.
– Хочешь, я приготовлю тебе спагетти со свежим томатным соусом?
На лице его появилась слабая улыбка.
– Я очень ценю твое желание повкуснее накормить меня, но путь к моему сердцу лежит отнюдь не через желудок. У тебя сейчас полно работы, и не стоит отвлекаться на какие-то мелочи.
Николь не удержалась и рассказала ему о неожиданном предложении Фэйбера.
– Если все будет нормально, Пол, мы скоро сможем подыскать себе новое место жительства.
Пол, однако, снова насупился, и Николь поняла, что он глубоко переживает свой разрыв с матерью. В тот день она делала все возможное, чтобы облегчить его страдание, но его глаза еще долго излучали необъяснимую тревогу и печаль. Наконец он решил объяснить ей суть произошедшего:
– Я сказал матери, что отныне буду сам заботиться о себе, и отказался от ее помощи.
– А тебе не кажется, что ты действовал чересчур поспешно? – попыталась вразумить его Николь. – Ведь она действительно помогала тебе, а сейчас все свалит на меня и обвинит меня во всех смертных грехах.
– Как знать? И где искать выход? С этим нужно кончить как можно скорее. – Пол сник и задумался. – Понимаешь, она слишком уж вникала во все мои дела и именно поэтому расценила наши отношения как утрату своего влияния на меня, как поведение неблагодарного сына.
Пол умолк, а Николь не решилась расспросить его подробнее. После обеда она собиралась заняться своими делами, но потом передумала и решила посвятить этот вечер любимому. Ведь он сейчас очень нуждался в ее помощи и поддержке. Налив ему стакан бренди, Николь подвела его к дивану и, уложив на спину, погладила по голове.
– Ты необыкновенно асимметричный человек, – нежно прошептала она.
– Спасибо, я тоже люблю тебя, – отшутился он.
– Глупый, это же комплимент. – Она наклонилась и поцеловала его в кончик носа. – С тебя можно лепить Адониса, только вот лицо твое не совсем симметрично. В зависимости от точки зрения оно кажется наблюдателю совершенно другим, ранее неизвестным. Знаешь, я могу определить развитие структуры лица любого человека с раннего детства. Твое лицо, к примеру, оформилось еще в Двухлетнем возрасте. – Она снова поцеловала его. – А Форма твоих щек сложилась примерно к десяти годам. Что же касается подбородка, то полностью он сформировался совсем недавно и обрел наконец завершенность, как, впрочем, и твои глаза.
Пол улыбнулся, обнял ее за шею и притянул к себе, чтобы поцеловать.
– Мне кажется, мы слишком перегружены одеждой по такому случаю.
– Да, это чувствуется, – согласилась она и потянулась к молнии на его брюках. А Пол тем временем расстегнул ее бюстгальтер, а потом опустился на колени, поцеловал живот и стянул с нее трусики. Она перешагнула через них и взяла его за руки. В студии было довольно прохладно, и Пол сообразил, что Николь специально, с целью экономии, отключает обогреватель.
– Дорогая, как мне хочется заработать много денег, чтобы ты ни в чем не нуждалась!
– У меня и сейчас есть все, что нужно, – возразила Николь, еще крепче прижимаясь к нему. – Я тебя так сильно люблю, что иногда с трудом переживаю свалившееся на меня счастье.
Они зажгли свечи, что делали всегда, когда собирались заняться любовью, и улеглись на широкую кровать.
– Может быть, оставим несколько свечей на следующий раз? – спросила Николь, запрокинув голову.
– Конечно, но не раньше, чем я прикоснусь губами ко всем частям твоего тела, – пошутил Пол, осыпая ее поцелуями.
Когда они в конце концов полностью насытились друг другом и уснули, утомленные любовными ласками, мир уже не казался им таким враждебным и неприветливым.

***

– Эл, это Энн.
– Знаю, дорогая. Твой чудный голос я слышу уже больше двадцати пяти лет. Как дела, малышка?
– Ужасно.
– Милая, в один прекрасный день ты позвонишь мне рано утром и скажешь наконец, что у тебя все прекрасно, все хорошо.
– Дай Бог, чтобы эта мечта осуществилась. Но дело не в этом, мне нужно срочно повидаться с тобой, – добавила она после небольшой паузы. – Если, конечно, у тебя есть время.
– Дорогая, ради тебя я готов бежать хоть на край света, только свистни. – Эл повернулся к хорошенькой брюнетке и жестом попросил ее выйти из комнаты. – Я сейчас же хватаю галстук и буду у тебя, скажем, в четверть шестого. А по пути куплю что-нибудь перекусить.
– Нет, не надо, мне сейчас не до еды. В горло не лезет, настолько я расстроена.
Но Эл прекрасно знал свою жену и решил не отступать.
– А как "насчет китайской кухни? Я мог бы заскочить в «Сечуань», что на Бродвее.
– Хорошо, бери что угодно, только приезжай побыстрее.
– Разумеется, дорогая, уже лечу. Неужели я когда-нибудь подводил тебя, Энни?
Конечно, она и сама знала, что ее муж всегда держит слово. Он, правда, был порой невыносим в шумной компании, но наедине с ней всегда оставался джентльменом.
– Итак, выкладывай, что произошло, – попросил ее Эл, когда они уселись друг против друга, взяв по бокалу виски с содовой.
– Боже мой, не знаю, с чего и начать! Ты не поверишь, что сегодня сделал со мной Пол!
Эл слушал ее не перебивая.
– Эл, я чуть было с ума не сошла, – продолжала меж тем Энн. – Я даже влепила ему пощечину, чего не допускала никогда в жизни, понимаешь? И во всем виновата Николь. Я готова разорвать ее на части. Это она настроила его против меня! Весь мой званый обед пошел насмарку. Мне пришлось извиняться перед Лэсситером и придумывать черт знает что, чтобы объяснить ему свое отсутствие.
– Все к этому шло, – спокойно заметил Эл. – Пол всю свою жизнь занимался музыкой и практически ничего не делал собственными руками. А сейчас у него появилась женщина. И он решил пожить самостоятельно, вот и все. Думаю, ничего страшного пока не произошло.
– Значит, ты на его стороне? – угрожающе придвинулась к нему Энн. – И это после всего, что я тебе только что рассказала?
Я предпочитаю держать нейтралитет, дорогая, – невозмутимо парировал тот. – Конечно, я в состоянии понять твои чувства, но также могу поставить себя на его место. Послушай, Энни, если ты действительно любишь сына, оставь его в покое. Пусть живет как хочет и с кем хочет.
– Нет, Эл, я и в мыслях не допускаю, что он останется с ней. Она обвела его вокруг пальца, встречалась с ним в Лондоне и даже не заикнулась об этом. Да еще привезла мне подарок, как будто осталась моей лучшей подругой! Как тебе это нравится?
– Да, с этим трудно спорить, дорогая, но все же…
– Нет, ты стараешься все объяснить и всех оправдать, – продолжала наступать Энн. – Пол еще ребенок, а она взрослая женщина, которая нагло обманула его, обольстила и продолжает удерживать возле себя. Любовь! Это же смешно в самом деле.
– Не думаю, – мягко возразил Эл. – Люди могут влюбиться в любом возрасте. – Он взял ее руку и сжал со значением.
– Нет, я никогда не прощу Пола за то, что он сделал и наговорил мне сегодня.
– Ты серьезно?
– Разумеется, мне вовсе не до шуток. Он сделал из меня дуру набитую, идиотку, насмехался надо мной. Ну что ж, посмотрим, как долго он продержится без моей помощи и поддержки.
– А тебе не кажется, дорогая, что это уж слишком? Ведь он как-никак наш сын и вправе рассчитывать на нашу Помощь.
– Надо было думать об этом раньше, а не говорить мне всякие мерзости. В конце концов, это мои деньги, и я сама решаю, как ими распорядиться. Пусть теперь его содержит любовница.
Эл притянул Энн к себе, пригладил ее волосы и поцеловал в щеку.
– Я знаю, что это очень обидно, но если ты немного успокоишься и хорошенько все обдумаешь, то, несомненно, придешь к разумному решению. А оно заключается в том, что вы оба должны пожать друг другу руки и простить всяческие обиды.
– И пальцем не пошевелю, чтобы с ним помириться! – вспыхнула Энн. – Это он меня оскорбил, пусть первый и делает шаг навстречу. Извинится передо мной, попросит прощения за свои мерзкие поступки. Я сделала все возможное, чтобы наш сын добился успеха в жизни, а он отплатил мне черной неблагодарностью!
– Послушай, Энн, – неожиданно прервал ее Эл, – если я попрошу тебя, ты не откажешься со мной отобедать? Ну хотя бы немного перекусить? Я просто помираю с голоду. Соглашайся, я тут прихватил с собой жареных цыплят.
Энн ела без аппетита, хотя и чувствовала себя крайне истощенной в связи с событиями последних дней.
– Знаешь, небольшие неприятности всегда благотворно сказываются на фигуре, – попытался пошутить Эл, и она слабо улыбнулась. – Боже мой, неужели я вижу улыбку на твоих устах? Возьми еще кусочек цыпленка, и все будет нормально. А если запьешь его кружкой пива, то и вовсе никаких проблем не будет.
Энн действительно почувствовала себя намного лучше. Они вместе посмотрели по телевизору «Волшебную флейту», хотя Эл с трудом выносил оперу, а потом долго слушали музыку.
– Эл, тебе обязательно нужно сегодня домой?
– Нет, я бы с удовольствием остался здесь, с моей бесподобной малышкой.
Энн, уставшая от неурядиц, позволила ему заняться с ней любовью, чего не было уже очень-очень давно. Он был нежен и предупредителен и старался доставить ей такое же удовольствие, какое получал сам.
Наутро Эл позвонил Полу из своего офиса.
– У тебя найдется время отобедать со своим стариком? Разумеется, за мой счет.
– Конечно, в чем вопрос? Буду рад поговорить с тобой.
Они нашли тихий, спокойный ресторан и устроились за дальним столиком.
– Ты же знаешь, мой мальчик, – кивнул Эл, – мне много не надо: кусок мяса, жареный картофель – и я рад и счастлив.
Пол уже догадался, что отец виделся с матерью и теперь пытается восстановить их отношения. Интересно, каким образом?
– Послушай, сынок, – продолжал Эл, – твоя мать очень расстроена и места себе не находит. Думаю, тебе тоже сейчас нелегко. А ведь все проблемы можно решить с помощью одного-единственного телефонного звонка.
Пол упрямо поджал губы.
– Я не буду этого делать, отец. Она наговорила мне кучу гадостей, пусть теперь сама и выкручивается.
– Да, конечно, я нисколько не сомневаюсь, – охотно согласился с ним Эл. – Но и ты тоже наговорил ей бог знает чего, согласись. Это самая обыкновенная ссора, в ходе которой люди делают массу глупостей.
– Не просто ссора, – возразил Пол. – Мать пыталась убедить меня в том, что я без нее полное ничтожество.
– Но ты же, надеюсь, понимаешь, что это все сгоряча? Вряд ли она так думает на самом деле.
– Нет, я думаю, она сказала это вполне серьезно. Она вообще не уважает меня, считает ленивым, неприспособленным и негодным человеком. Поэтому мне нужно самому организовать свою премьеру или навсегда забыть о карьере.
– Понимаю, что ты имеешь в виду. А как считает Николь?
– Я еще не говорил ей об этом и не хочу без надобности волновать ее. Правда, она с самого начала предупреждала меня, чтобы я не ссорился с матерью. – Пол тяжело вздохнул.
– Послушай, Пол, мать уже окончательно решила отказать тебе в любой поддержке, но на меня ты можешь рассчитывать. Я тебе помогу.
Пол с благодарностью посмотрел на отца.
– Спасибо, но я не вправе принять твое предложение. Есть вещи, которые человек должен сделать сам, своими собственными руками.
– Конечно, ты и будешь делать все собственными руками. Неужели ты думаешь, что я припрусь к тебе на репетицию со своим саксофоном? Послушай меня внимательно. Время сейчас – самый дорогой ресурс. Нельзя допускать, чтобы твои музыканты шатались без дела в ожидании работы. Откладывать концерт тоже было бы неразумно, так как это обойдется тебе в копеечку. Так что подумай и не отказывайся.
Пол на мгновение задумался.
– Ну хорошо, если я и приму твою помощь, то только в качестве долга, который непременно будет возвращен.
– Конечно, – радостно согласился Эл. – В любое удобное для тебя время. Когда станешь богатым и преуспевающим композитором, ты все вернешь сполна. Пол, ты же мой сын, и я горжусь тобой. Для меня большая радость помочь тебе.
– Отец, ты всегда помогал мне, и я перед тобой в неоплатном долгу.
– Значит, договорились. Несколько баксов тебе сейчас не помешают, вернешь их, когда будут деньги.
– Ладно. Уговорил. – Еще бы! Пол пристально посмотрел на отца и крепко пожал его руку.
– Знаешь, Николь как-то сказала, что я унаследовал лучшие черты обоих родителей.
– Вот и хорошо, если так. Я сам унаследовал, как мне кажется, лучшие черты отца и матери.
Пол внезапно наклонился и крепко обнял Эла.
– Я люблю тебя, папа.

***

Через некоторое время Пол арендовал недорогое помещение – бывший склад, – вполне подходящее в качестве зала для репетиций, и только потом рассказал Николь о своей ссоре с матерью.
– Знаешь, она совершенно не слушает разумных объяснений и воспринимает все как личное оскорбление. Я ей тысячу раз говорил, что благодарен ей за помощь, но сейчас хочу жить своей жизнью и по своим правилам, и все бесполезно!
Николь и раньше знала, что Энн в любом случае обвинит ее, но старалась не говорить об этом Полу.
– В конце концов все это пойдет нам на пользу, – попыталась успокоить его она. – Художники всегда стараются переложить ответственность на кого-то другого и оттого становятся слишком зависимыми. – При этом она вспомнила свои отношения с Эдвардом и грустно улыбнулась.
– Да, я знаю. А мой отец оказался замечательным человеком.
Я всегда считала его добрым и порядочным, – кивнула Николь. – К тому же он искренне рад помочь тебе в «грудную минуту. Раньше это удовольствие было полностью монополизировано твоей матерью.
Пол не стал спорить, хотя и не мог не признаться себе, что помощь отца доставляла ему большую радость.
– Как бы то ни было, завтра мы начинаем регулярные репетиции, и я уже обо всем договорился. А сегодня вечером к нам придут музыканты из ансамбля, чтобы хоть как-то отметить это событие. Надеюсь, ты ничего не имеешь против?
– Вот и прекрасно, Пол. Буду рада познакомиться с ними.
Он пристально посмотрел ей в глаза.
– А ты не боишься, что они не одобрят мой выбор? Нет-нет, заверяю тебя: ты им очень понравишься.

***

Как только Пол представил Николь шестерых своих музыкантов, сразу же начался обмен комплиментами. Они были в восторге от ее скульптурных композиций, а она не преминула сказать, что ей очень нравится их музыка. К счастью, все ее опасения относительно косых взглядов в связи с разницей в возрасте оказались напрасными. Они немало знали о ней со слов Пола и даже виду не подали, что она намного старше их. Пол оказался весьма заботливым и гостеприимным хозяином. Он был душой компании и постоянно подносил какие-то замысловатые блюда, купленные им в ближайшем ресторане.
Весь вечер в студии царили веселье и смех. Члены ансамбля оказались на редкость приятными и общительными людьми, а к концу вечера все они стали хорошими друзьями. Больше всего ей понравился высокий и стройный гобоист Джо Ярроу. Лучший друг Пола, он, вероятно, знал всю подноготную их столь необычной связи и тем не менее с высочайшим уважением отнесся к Николь, добродушно поглядывая на нее сквозь толстые стекла очков.
Не менее приятными собеседниками оказались Нэт Коэн и его молодая жена Сэлли. Она играла на пианино, весьма умело стучала по барабанам и вообще любила ударные инструменты, чем здорово выручала их маленький коллектив. Эти чудные молодые люди не переставали улыбаться и крепко держать друг друга за руки, постоянно напоминая Николь о ее отношениях с Полом.
Альтист Джейсон (Николь никак не могла запомнить его первое имя) вместе с трубачом Уитли Тэйлором на первый взгляд производили впечатление весьма серьезных музыкантов и неустанно подтверждали сложившееся впечатление своим поведением. Оба они были на удивление спокойными, сдержанными и даже несколько отстраненными от окружавшей их суеты. Однако Пол был настолько обаятельным и гостеприимным хозяином, что его заразительное веселье тут же передалось всем присутствующим, включая и альтиста с трубачом.
Николь внимательно наблюдала за гостями и вскоре поближе познакомилась с Сандрой Томас, о которой так много слышала от Пола. По его словам, это была весьма талантливая виолончелистка, скромная, тихая, неприметная и вместе с тем необыкновенно обаятельная и интеллигентная. Они быстро нашли общий язык и стали чуть ли не подругами.
Вечеринка сопровождалась бурным весельем, часто прерываемым разговорами о покупках, о прежней жизни в Йельском университете, а также об индивидуальных гастролях того или иного музыканта.
Джейсон, раскрасневшись от выпитого, рассказал им забавную, похожую на анекдот историю о своей концертной поездке в Огайо, где его чуть было не соблазнила дочь дирижера.
– А ты, конечно же, сопротивлялся до последнего, – подмигнул ему Пол.
– Разумеется, нет, – скромно заметил тот, потупив взор. Он всегда отличался необыкновенной скромностью, которая зачастую объяснялась обычной стеснительностью. – Она действительно была очень красивой девушкой и не упускала случая переспать со всеми музыкантами, но начинала почему-то всегда с альтистов.
– Ну и зря! – презрительно хмыкнул Нэт, выстукивая пальцами по столу какой-то лихой ритм. – Если бы она была хоть немного умнее, то непременно начинала бы с ударников, так как это самые опытные в подобных делах люди.
Его жена мгновенно отреагировала на эти слова шутливым тычком локтя ему в бок.
– А как она, интересно, выглядела? – неожиданно полюбопытствовала Сандра, не отличавшаяся особой красотой.
– О, это была высокая стройная блондинка с превосходной фигурой и манерами, чем-то напоминающими непревзойденную Джилл Клейберг.
– Правда? – с интересом переспросила Сэлли. – Я помню ее по фильму «Незамужняя женщина». Там она была просто неподражаема! Вы видели этот фильм?
– Видели, – охотно откликнулась Сандра. – Неплохая сказка для взрослых, и только. Юная, прекрасная и к тому же очень богатая женщина влюбляется в прожженного негодяя, который потом бросает ее и уходит к другой. Не понимаю, как можно лить слезы по поводу этого банального сюжета?
– Совершенно верно, – согласилась с ней Сэлли. – С самого начала известно, что через каких-нибудь пять минут она найдет себе красавчика вроде Алана Бэйтса. Правда, они растянули фильм на два часа, чтобы хоть как-то оправдать съемки.
– А я бы предпочла, чтобы Алан Бэйтс влюбился в какую-нибудь женщину лет сорока, бедную и толстую, уныло коротающую свою мерзкую жизнь в каком-нибудь грязном квартале Южного Бронкса. – Сандра произнесла эти слова с таким мучительным надрывом, что все весело рассмеялись.
Николь нервно поежилась, но никто даже не взглянул в ее сторону. А чуть позже, когда все снова углубились в разговоры о музыке, к ней подошла Сандра.
– Какие у тебя мягкие и блестящие волосы! – с нескрываемым восхищением произнесла она. – Ты пользуешься каким-то особым шампунем? Поделись секретом, а то мои всегда сухие и тусклые, как жухлая трава.
– Прекрасно тебя понимаю, Сандра, – охотно откликнулась Николь. – У меня тоже такое бывает. Но мой парикмахер использует некий шампунь на основе редко встречающихся трав. – С этими словами она вскочила с дивана и сняла с книжной полки тоненькую брошюру с рекламой не вызывающей аллергии косметической продукции. Сандра погрузилась в чтение, а Николь молча наблюдала за ней, думая о том, что у Пола замечательные друзья, с которыми так легко и просто общаться.
– А где находится твой парикмахер? – поинтересовалась Сандра.
– В районе Тридцатых улиц. Знаешь, я должна наведаться к нему на следующей неделе. Если хочешь, можем пойти вместе. Моя замечательная Анита наверняка что-нибудь придумает для твоих волос.
– С превеликим удовольствием, – счастливо, засияла Сандра.
Николь тоже улыбнулась и подумала, что эта девушка станет весьма привлекательной, если обретет веру в себя и приведет себя в порядок. Перед уходом Сандра подошла к Николь и с благодарностью обняла ее.
– Я очень рада, что Пол тебя нашел.

***

Через несколько недель Николь познакомила Пола со своими друзьями, которых тоже ничуть не смутила разница в возрасте влюбленных. Теперь все сомнения Николь относительно порочности их связи окончательно рассеялись.
А однажды вечером к ним случайно забрели Том и Джанет Маркхэм.
– Надеюсь, мы вам не помешали? – полюбопытствовал Том.
– Конечно, нет, – поспешила успокоить их Николь. – Я уже говорила вам по телефону, что у нас с этим делом сейчас полный застой.
– Прекрасная студия! – заметила Джанет, восхищенно окинув взглядом довольно просторное и светлое помещение.
Да, но все равно приходится делить ее на две части. В этой части работаю я, а вот в той – Пол. Короче говоря, у нас здесь прямо как на сцене в «Богеме»
type="note" l:href="#FbAutId_1">1
, – иронично подытожила Николь. – Самое интересное, что мы при этом ухитряемся не мешать друг другу.
– Не совсем так! – весело рассмеялся Пол. – Для полного сходства нам следует притащить сюда кого-нибудь из оперных певцов.
Том скептически хмыкнул:
– Полагаю, ты сам в состоянии взять хотя бы некоторые ноты. И вообще я думаю, что скоро ты начнешь лепить причудливые фигуры, а Николь со временем станет весьма успешно музицировать.
– Вряд ли, – возразил Пол. – Как ни странно, но мои вокальные данные совершенно недостаточны для нормального пения. Я знаю, как выглядят ноты, но воспроизвести их голосом, к сожалению, не могу. Как вы отнесетесь к изумительному белому вину? – тотчас гостеприимно предложил он.
– Нет-нет, – поспешно засуетилась Николь, – лучше уж что-нибудь покрепче.
Том удержал ее за локоть.
– Не стоит дергаться, Николь. Белое вино – как раз то, что надо.
– Правильно, – поддержала его жена. – Если ты сейчас начнешь доставать из бара все, что у вас есть, то наше посещение выльется в грандиозную вечеринку, после которой я не смогу выбраться отсюда на своих двоих.
Пол улыбнулся и поцеловал Николь в щеку.
– Что вы, у нас тут отнюдь не ресторан, впрочем, для счастья много не надо. Самое главное – это наша обитель, где нам хорошо и спокойно.
Вечер удался на славу. Посидев немного в студии, все четверо отправились в маленькое уютное кафе по соседству и просидели там до полуночи.
– Ника, – обратилась к ней Джанет, когда они не Депеша возвращались к дому, где была припаркована машина Маркхэмов, – я никогда не видела тебя такой счастливой. Вы с Полом совершенно потрясающая пара.
– Правда? – изумилась Николь. – И тебе не кажется это смешным? Я имею в виду прежде всего разницу в возрасте.
– Ничуть. Об этом напрочь забываешь через каких-нибудь пять минут. К тому же Пол выглядит достаточно зрелым мужчиной. Откровенно говоря, я была бы рада, если бы Кейт или Эмили нашли себе такого же спутника жизни. – Джанет сделала паузу и встревоженно посмотрела на подругу. – А как Джулия? Ты общаешься с ней?
Вопрос тотчас вернул Николь на грешную землю. Она сникла и покачала головой:
– Нет.
– Ничего, Ника, наберись терпения, все придет в норму. Думаю, через некоторое время она образумится и смирится с твоим решением.
– Чудесный вечер, – сказал Том, целуя Николь в щеку и крепко прижимая ее к себе. – И выглядишь ты просто великолепно. Тебе идет быть счастливой, Ника. Оставайся такой как можно дольше.
Домой Пол и Николь возвращались, держась за руки.
– Мне кажется, они любят друг друга так же сильно, как мы с тобой, – с замиранием сердца проговорил Пол.
– Да, я когда-то ужасно завидовала им, – призналась Николь. – Ты знаком с их дочерьми?
– Не очень. Эмили я не видел уже много лет, а с Кейт иногда встречался в Йельском университете. Она там учится в юридическом колледже.
– Интересно, какая она сейчас? – задумчиво произнесла Николь. – Я не видела ее почти с детства. Симпатичная девушка? – В ее голосе прозвучали едва уловимые нотки зависти, если не сказать ревности.
Пол внезапно обнял любимую и прижал к себе.
– Да, очень привлекательная. Мне она нравится, но совершенно не интересует как женщина. Она умная, смышленая, сообразительная, но при этом какая-то сухая и неинтересная. В ней нет огонька, как у тебя, например. Нет страсти. Нет склонности к творчеству. Я люблю тебя и только тебя, поэтому оставь свои глупые догадки и не унижай себя ревностью.
Николь засмеялась и поцеловала его в губы. И вместе с тем отметила про себя некоторую озабоченность в глазах Пола. Может быть, он чего-то недоговаривает? Неужели что-то связывает его с Кейт Маркхэм?
Пол же просто-напросто вспомнил свою последнюю встречу с Кейт, когда та сообщила ему не очень приятную новость. Оказывается, ее подруга уже довольно продолжительное время встречается с Эдвардом Харрингтоном и даже не считает нужным скрывать это.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любовники - Валенти Джастин



Роман очень интересный жизненный советую прочитать 10 из 10
Любовники - Валенти ДжастинЛюбовь Владимировна
26.03.2014, 20.24





Жизненный роман. Не могла оторваться. 10/10
Любовники - Валенти ДжастинОльга
15.08.2015, 23.15





Жизненный роман. Не могла оторваться. 10/10
Любовники - Валенти ДжастинОльга
15.08.2015, 23.15





Такое чувство,что в романе нехватает несколько глав.Нет концовки.
Любовники - Валенти ДжастинЛюся
21.08.2015, 10.33





Прекрасный роман о любви,самопожертвовании,предательстве.Советую всем не пожалеете!!!
Любовники - Валенти Джастинсонька
9.12.2015, 16.39





Все книги автора высший класс! Надрывно, эмоционально, актуально.
Любовники - Валенти ДжастинИда
12.12.2015, 0.02





Понравилось.Сюжет довольно-таки интересный и необычный,ей 39,а ему 22.Многие их любовь приняли в штыки!Вот если мужчина старше,то совсем другое дело!Хотя как правильно?Только на небе знают!Что-то подобное читала у русского автора,правда фамилию ее не помню,хотелось бы перечитать...
Любовники - Валенти ДжастинНиколь
14.12.2015, 21.20





Прекрасный роман, замечательный перевод. rnВ романе есть все , что может происходить в реальной жизни. Герои выписаны очень ярко , а в диалогах мне казалось , что я слышу интонации и голоса героев. Очень рекомендую . Лея
Любовники - Валенти ДжастинЛея
28.09.2016, 2.48








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100