Читать онлайн Обман, автора - Уэстон Софи, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Обман - Уэстон Софи бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.1 (Голосов: 30)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Обман - Уэстон Софи - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Обман - Уэстон Софи - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уэстон Софи

Обман

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7



Эш вышла из комнаты. Единственной альтернативой было закричать на него как базарная торговка. Глаза наполнили злые слезы. Она гневным жестом смахнула их.
Эш слышала, как он позвал ее. Голос был удивленным, в нем даже слышалось раскаяние. Но ничто не могло заставить ее снова войти в эту комнату.
Джейк Дейр достаточно унизил ее, когда лежал там и раздевал ее глазами. Он ведь понимал: она не знала, что наделал шланг с ее блузкой. Он и от этого сумел получить удовольствие.
Что ж, теперь она знает и никогда больше так не попадется. Она будет следить за Джейком Дейром, как тюремный охранник. Да, она заставит его раскаяться, бушевала Эш. Он еще пожалеет, что вообще приехал сюда.


Тем временем в конторе Джейка сообщение Тони Андерсона восприняли с полным недоверием.
— Что он делает? — спросил финансовый директор.
— Берет отпуск, — слабым голосом подтвердила секретарша Джейка.
Ответом ей был испепеляющий взгляд.
— Да будет тебе. Если он попал в какую передрягу, нам-то ты можешь сказать, Барбра.
Но она беспомощно потрясла аккуратно причесанной головой.
— Отпуск. Так сказал Тони Андерсон. Он сейчас звонит Мариотту и говорит ему, какие вещи уложить.
Они удивленно переглянулись.
— Наверное, заболел, — наконец решил финансовый директор.
— Ну, я тоже сначала так подумала, — призналась верная секретарша. — Или влюбился. — Она возилась с несколькими дневниками, аккуратно что-то подчеркивая. — Как ты думаешь?
Финансовый директор задумался. Он романтиком не был, к тому же хорошо знал Джейка.
— Ты думаешь, снова Розалинд? — с сомнением в голосе спросил он.
— Ему и в голову не придет отменять встречи на неделю вперед из-за Розалинд Ньюман, — довольно резко заявила Барбра. Она давно уже работала с Джейком и терпимо относилась к его любовной жизни, но Розалинд она не переносила.
— Ну, он никогда не позволял своим девицам вмешиваться в работу, — убежденно заметил финансовый директор. Он тоже давно работал с Джейком.
Барбра неодобрительно сжала губы. Как бы она ни относилась к личной жизни Джейка, она не поощряла разговоров на эту тему.
— Извини, — сказал финансовый директор, запоздало спохватившись.
Барбра слегка оттаяла.
— Тони сказал, что это как-то связано с работой, — сообщила она. — Что-то насчет торгового центра в деревне.
Финансовый директор скорчил гримасу.
— Я думал, он от этого проекта откажется. Я же говорил ему, что по подсчетам дело себя не оправдывает.
— Я тоже так думала.
Они недоуменно посмотрели друг на друга. Затем финансовый директор рассмеялся.
— Узнаю старину Джейка.
— Вне всякого сомнения, он знает, что делает, — согласилась Барбра.
— И поставит нас в известность, когда все будет на мази. — Финансовый директор сунул папку с бумагами под мышку и собрался уходить. Потом оглянулся через плечо.
— Пусть только оставит мне время разобраться с ликвидностью, если он начнет покупать. Но ведь он это предусмотрит, так ведь?
— Он поставит нас в известность, когда начнет выигрывать, — проницательно заметила Барбра.
Финансовый директор фыркнул. Но все же он не мог избавиться от тревоги.
— Ты нас всех слишком хорошо знаешь, Барбра, — сказал он уходя.
Она улыбнулась. Но когда дверь за ним закрылась, улыбка исчезла. Отчет Тони Андерсона был достаточно обстоятельным, чтобы опытная секретарша почувствовала: что-то происходит. С того самого момента, когда Тони признался, что Джейк считал миссис Лоуренс маленькой старушкой и пришел в ярость, узнав, что ошибался, Барбра интуитивно насторожилась. Она нутром чувствовала, что это неожиданное изменение в планах имеет прямое отношение к Эшли Лоуренс.
— Ох, Джейк, будь осторожен, — тихо прошептала она.


Ей было бы интересно узнать, что реакция Мариотта оказалась аналогичной. Но об этом никто не узнал. Он выслушал указания Тони насчет вещей, которые следует упаковать, и лишь кивнул головой. Но когда чемодан был собран, профессиональная маска заменилась выражением тревоги. Тут неожиданно раздался дверной звонок, и он не сумел снова надеть привычную маску.
— Ваше высочество!
— Привет, Мариотт. Завез Джейку обещанную карту. — Ахмед внимательно присмотрелся к слуге. — Что-то случилось?
— Вовсе нет. — Мариотт выпрямился во весь рост и протянул руку к толстому конверту. — Мистера Дейра в данный момент нет…
— Нет? — удивился Ахмед. — Он не говорил, что собирается уехать.
Элегантный профиль Мариотта дернулся.
— Это произошло неожиданно, — признался он.
Ахмед заинтересовался.
— И ты не одобряешь? Во что он снова влез?
Обычно Мариотт не стал бы обсуждать своего хозяина ни с кем. Но принц был, вероятно, самым старым другом Джейка. К тому же хозяин за все долгие годы его работы у него не делал ничего, настолько несвойственного его характеру. Это обеспокоило Мариотта. Он передал Ахмеду то, что услышал от Тони.
Когда он закончил, принц задумался.
— Странно, — согласился он. — Ты едешь к нему?
Мариотт отрицательно покачал головой.
— Он меня не звал. — Он показал на саквояж на полу. — Но он просил прислать ему одежду. Мистер Андерсон заберет его попозже.
— Ага, — задумался Ахмед. — С ним все будет в порядке, ты же знаешь, Мариотт. Андерсон сказал, что в больнице его осмотрели. Они бы не выпустили его с трещиной в черепе.
Мариотт поморщился. Он не хотел признаваться в этом себе, но, вне сомнения, в глубине души он этого опасался.
— Нет, сэр, — деревянным голосом сказал он.
Ахмеду пришла в голову идея.
— Вот что я тебе скажу. Я отвезу этот саквояж. Мне перед отъездом надо съездить в Оксфорд. Фонд передает моему старому колледжу рукопись. Будет ланч в честь передачи. Почему бы мне не заскочить по дороге к Джейку? У тебя есть адрес и номер телефона?
Мариотт выдал требуемую информацию. Ахмед задумчиво покрутил в руках листок бумаги.
— Особняк Хейс? Знакомое название. — Он покопался в памяти. — Верно, слышал его, когда последний раз был в Оксфорде. — Он поднял руку прощальным жестом. — Не волнуйся, Мариотт. Джейк умел позаботиться о себе в бразильских джунглях. Деревенский Оксфордшир для него не проблема.
— Я уверен, что вы совершенно правы, сэр.


В деревенском Оксфордшире Тим Паджетт катил в своем новехоньком «БМВ» под звуки простой народной песни. Как обычно, он музыку не слушал. Он разговаривал со своим пассажиром.
— Здесь нам слегка повезло, — старался он перекричать испанских монахов. — В противном случае, у нас никогда не было такой возможности. Хотя Эш была явно недовольна.
Его пассажир, новый жилец Гейт-хауса, к сожалению, не был знаком с миссис Лоуренс достаточно хорошо. О чем и сообщил.
— Робкая малютка. Всегда такой была, — поведал Тим. — Разумеется, смерть мужа очень на ней сказалась.
— Я думал, это я ей не понравился, — сказал Роджер Раффин.
Высокий, широкоплечий человек с выражением постоянного раздражения на лице. В настоящий момент, поскольку его машина сломалась как раз, когда он собрался на встречу, по мнению Тима, он имел для этого некоторые основания. Сам Тим, человек вполне дружелюбный, старался забыть, насколько безапелляционно его призвали на помощь соседу.
— Бог мой, да нет же. Она такая со всеми. — Тим фыркнул. — Догадываюсь, она не слишком привечает старину Дейра. Когда я доберусь до него в пятницу, он будет счастлив видеть приветливое лицо. Поверьте мне.
Раффин несколько отсутствующе улыбнулся.
— Надо надеяться.
— Вне сомнения. Эш, если захочет, своих чувств не скрывает.
Раффин взглянул на летние поля, парящиеся в полуденной жаре.
— Один поедете в пятницу? — спросил он осторожно.
Тим удивился.
— Наверное. Как-то не думал об этом. А что?
— На Дейра делегация может произвести большее впечатление.
Тим хмыкнул.
— Откуда мне взять делегацию в таком деле? Здесь никто не хочет ввязываться, пока не поймет, что это касается его лично.
— Я бы не прочь ввязаться, — сказал Раффин.
— В самом деле? — Тим отвел глаза от дороги, чтобы взглянуть в мрачное, недовольное лицо. — Вы это серьезно?
— Вполне.
— Тогда я буду иметь вас в виду, — сказал удивленный и благодарный Тим. — Я позвоню. Так куда вас подбросить?
— Гараж годится. Я могу взять на прокат машину на пару дней, а они могут послать кого-нибудь в Гейт-хаус забрать «ленд-ровер».
— Неприятно, когда такое случается, — посочувствовал Тим. — Несчастный случай?
Лицо Раффина стало жестким.
— Ничего подобного. Кто-то насыпал сахар в бензиновый бак, насколько я могу судить. Настоящий вандализм. Мне кажется, на меня ополчились местные ребятишки.
Тим поразился.
— Здесь никогда такого не случалось. Надеюсь, это не войдет у них в привычку.
Раффин что-то проворчал. Но уже показался гараж. Тим припарковался перед ним, и его пассажир выбрался из машины, коротко кивнув в знак благодарности. В последний момент он обернулся и наклонился к окну.
— Позвоните мне в пятницу, — сказал он. — Я буду готов.


Эш покинула своего гостя, не подозревая о запланированном визите к нему в пятницу. Она возилась на кухне, где возбужденные животные всячески показывали ей, что пора открывать банки с едой. Это не отвлекло ее от мыслей о прегрешениях Джейка Дейра, но несколько помогло. Но когда послышался стук в кухонную дверь, она все еще что-то сердито бормотала. В дверь просунулась голова Боба Каммингса.
— Путь свободен? — спросил он.
— Конан Разрушитель все еще в постели, если ты это имеешь в виду, — сказала Эш, ставя на пол блюдце с едой для котят и моя руки под краном.
Боб удивился.
— Я имел в виду миссис Харрисон. — Он вошел, закрыв за собой дверь. — Она почему-то относится ко мне без одобрения.
Эш пожала плечами.
— Ко мне тоже. Не обращай внимания.
— Сердитая дама, — с чувством заметил он. — Как ты его назвала? Конан Разрушитель? Как он с ней ладит?
— Пока подозрительно хорошо. Он об этом позаботился. Хотя Эм не отличается покладистым характером. — Эш улыбнулась пришедшей в голову мысли. — Ему лучше быть с ней поосторожнее. Иначе придется голодать.
Брови Боба поползли наверх.
— Я ему не готовлю. Наухаживалась за ним досыта, — туманно объяснила она. — Не верю, что он болен. Такие люди несокрушимы. — Она намеревалась сохранить легкий тон, но на последнем слове голос сорвался.
И к ужасу Боба, да и своему собственному, она расплакалась.
— Эй, — сказал он, неловко обнимая ее за плечи. — Не может быть, что все так плохо.
Эш высморкалась.
— Нет, конечно, нет, — сказала она сквозь слезы. — Просто он… достает меня.
— Запоздалый шок, — постарался утешить ее Боб. — Ты, верно, тоже напереживалась, когда Расти бросился под машину. Тебе тоже нужно время, так же как и ему.
Эш сделала попытку рассмеяться.
— Да, конечно, конечно.
— Ну, вот видишь. — Он в последний раз облегченно похлопал ее по спине и отступил. — Проплачешься — и все пройдет. Как насчет чашки кофе для усталого рабочего человека?
Она снова рассмеялась, высморкавшись в салфетку.
— Ты хороший парень, Боб Каммингс. Сейчас будет кофе.
Она поставила кофейник на плиту. Боб сел за выскобленный стол, вежливо почесал Расти за ухом и открыл свой кейс. Расти вернулся к миске с едой.
— Я привез бумаги, которые мы готовим для комитета по планированию. Их подготовил Тим Паджетт. Бесплатно, разумеется.
Эш возилась у старомодной плиты.
— Комитет по планированию? — спросила она с отсутствующим видом. — Да будет тебе, Боб. Ты же знаешь, я не хочу иметь дела ни с какими комитетами. Более того, Тим тоже. — Она оглянулась через плечо и улыбнулась ему своей обычной печальной улыбкой. — Я не люблю бюрократии.
Он укоризненно покачал головой.
— Не думаю, что тебе на этот раз удастся вывернуться, — добродушно заметил он. — Это касается тебя непосредственно. У них твой лес в плане второго этапа застройки. Тебе придется заявить комитету, что ты продавать не собираешься. Я полагаю, ты не изменила своего решения?
Кофе закипал. Эш смотрела на него.
— Джейку Дейру, — с твердой уверенностью в голосе заявила она, — не удалось бы уговорить меня провести выходные в раю.
У Боба отвисла челюсть.
— Бог ты мой. — Он наклонился вперед и взял ее за руку. — Но…
Он взглянул мимо Эш и остановился, как будто у него кончился бензин.
Эш почувствовала, как волоски на шее встали дыбом. Она медленно повернулась. Она ничего не слышала, только булькающий звук кипящего кофе. Животные, все еще занятые у своих мисок, и ухом не повели. Но сомневаться не приходилось.
— Мне показалось, я унюхал запах кофе, — удовлетворенно заметил Джейк Дейр.
Он мягко притворил за собой дверь и вошел в кухню. На нем были безукоризненно сшитые брюки из какого-то легкого материала и кремовая рубашка с закатанными до локтей рукавами, демонстрирующая великолепный загар. Она решила, что эти вещи ему, скорее всего, привез Тони Андерсон. Он выглядел спокойным, элегантным и ничуть не похожим на больного, решила Эш, у которой, почему-то, перехватило дыхание.
Боб выпустил руку Эш. Заметив это, Джейк приподнял одну бровь и изящно опустился на кухонную скамейку во главе стола. Эш не смотрела на него, но ее щеки горели. Джейк приветливо улыбнулся.
Боб с молчаливым изумлением взирал на нее. Какой бы застенчивой ни была Эш, манеры ее всегда отличались безукоризненностью.
Она чувствовала его молчаливый укор. Ей пришлось сдаться.
— Джейк Дейр, — неохотно представила она его, все еще не поднимая головы. — Боб Каммингс.
Боб кивнул.
— Приятно познакомиться. Мы только что о вас говорили, — сказал он.
Глаза Джейка сузились.
— Боюсь, мне нет смысла спрашивать, по какому поводу. Вы тоже защитник природы?
Боб удивился.
— И вы интересуетесь вопросами защиты природы? Но я думал…
Джейк скользнул по Эш взглядом, который можно было назвать ласкающим.
— Меня вполне можно… переубедить.
Эш отвернулась, сосредоточившись на плите. Начала снова возиться с кофе. Поставила на стол три кружки и молочник. Джейк взял свою кружку и отрицательно покачал головой по поводу молока и тростникового сахара, который она пододвинула к нему поближе. Она старалась не встречаться с ним взглядом, но чувствовала, что он наблюдает за ней.
— Вам уже пора знать, как я предпочитаю пить кофе, — мягко заметил он.
Последовало напряженное молчание. Эш не знала, что сказать. Все, что приходило ей в голову, только бы подчеркнуло ее близкие отношения с этим ужасным человеком. А именно такое впечатление он и старался произвести. Она вся кипела. Но выхода из тупика не находила. Надо запомнить на будущее, решила она, насколько удачно умеет Джейк Дейр играть словами.
Настолько удачно, что она заметила, как замер Боб Каммингс, сидевший рядом с ней. Он потягивал кофе и наблюдал за Джейком поверх края своей кружки.
— Уже лучше себя чувствуете? Поправляетесь после несчастного случая?
— Медленно, — пошел на уступку Джейк.
— Хорошо, наверное, снова встать на ноги.
Джейк улыбнулся.
— Эш совершенно определенно хочет, чтобы я встал, — сказал он.
Высказывание прозвучало настолько двусмысленно, что раздосадованная Эш забыла, что ей не следует смотреть на Джейка Дейра. Он немедленно поймал ее взгляд. Его глаза смеялись.
— Разве не так?
Эш постаралась сохранить равнодушное выражение лица и спокойно сказала:
— Нам с Эм безусловно стало бы легче, если бы не пришлось больше бегать взад-вперед по лестнице, обслуживая вас.
Джейк рассмеялся.
— Вы уж точно не Флоренс Найтингейл. Не очень удачная из вас получается сестра милосердия, так ведь, милочка?
Несмотря на свою решимость, Эш чувствовала, что вот-вот выйдет из себя.
— Не очень удачный из вас больной, — вспыхнула она.
Боб посмотрел на них и отодвинул свой стул.
— Пожалуй, я побежал. Завтра мне подниматься ни свет ни заря. — Он небрежно собрал бумаги, не дав Джейку возможности взглянуть на них. Сунул папку под мышку. — Проводи меня, Эш.
Она вышла вместе с ним. В сумеречном свете угасающего дня Боб нерешительно посмотрел на нее.
— Мне кажется, я начинаю понимать, что ты имеешь в виду. Он тебе сильно досаждает?
Эш резко рассмеялась.
— Слабо сказано.
— Выгони его.
Эш закусила губу.
— Я… мой адвокат посоветовал мне ублажать его, — объяснила она. — Или он подаст на меня в суд. Или на Расти.
Боб явно удивился.
— Может быть, мне с ним поговорить? — деликатно предложил он.
Эш отрицательно покачала головой.
— Это моя битва.
Он с любопытством взглянул на нее.
— Никогда не считал тебя бойцом.
— Я тоже. Но мне кажется, наступил такой момент в моей жизни, когда мне надо бороться или… — Она замолчала.
— Или? — мягко спросил Боб.
Она молчала. Боялась задать этот вопрос даже самой себе. Но неожиданно ответ пришел сам собой: или проиграть полностью и навсегда эту битву за самоуважение. Эш удивилась ясности этого ответа. Передернула плечами.
— Или он превратит здесь все в торговый центр с катком в придачу, — после небольшой паузы беспечно сказала она. — Оставь мне бумаги, Боб. Я над ними поработаю.
Он протянул ей папку.
— Позвони, когда прочтешь. На этот раз мы рассчитываем на твою поддержку.
— И вы ее получите, если не станете заставлять меня сидеть на заседаниях комитета, — пообещала она. — Я же тебе уже сказала. Я готова к битве.
По дороге назад к дому она поняла, насколько точными были ее последние слова. Битва уже маячила на горизонте.
Эш передернуло. Она ненавидела споры, ненавидела вежливые голоса, прикрывающие затаенную ярость. И больше всего она ненавидела холодные, злые оскорбления, которыми заканчивалась любая битва. Она научилась защищаться от гнева Питера. Но была не уверена, что достаточно хорошо вооружена, чтобы противостоять Джейку Дейру, вздумай он применить жесткие меры. От одной мысли об этом в горле у нее пересохло.
— Я его не боюсь, — яростно сказала она себе. — Он ничего не может мне сделать. Я не боюсь.
В кухне Джейк налил себе еще кофе и разлегся в кресле-качалке около плиты. Расти лежал перед ним, положив морду на лапы, и внимательно наблюдал. Один из котят, наименее опытный и более доверчивый, влез по ноге сначала на колени, а потом устроился на плече Джейка. Он его не прогнал.
Когда она вошла в кухню, котенок поднял голову и замурлыкал. Эш остановилась, как вкопанная, пораженная этой картиной. Контраст с тем, что она себе воображала, был огромным. Разумеется, такая картина может испугать только настоящего параноика, подумала она.
— Уехал дружок? — спросил он. Тон вежливый, хотя и несколько напряженный.
Эш проигнорировала и тон, и сам вопрос.
— Расположились как дома? — с вызовом спросила она.
Джейк подарил ей свою самую солнечную улыбку.
— Это нетрудно. Мне эта кухня нравится. Здесь правильно пахнет.
— Я знаю, — сухо ответила Эш. — Главным образом колумбийским кофе.
Джейк ухмыльнулся.
— Один из самых лучших запахов, — согласился он. Потом потянулся. — Но я ожидал совсем другого.
— Да? — Эш подняла брови.
— Я ожидал запаха печеных бобов и рыбных палочек. Их обычно предпочитают мальчики-подростки, — мягко заметил он, наблюдая за ней из-под ресниц.
— Да? — повторила Эш с застывшим выражением на лице.
Он внезапно расхохотался.
— Да будет вам. Признавайтесь. Не знаю, кто эти монстры, но они явно не ваши сыновья. Так ведь?
Эш пожала плечами, глядя в сторону.
— Я никогда этого не утверждала.
— Но вы меня не поправили, когда я решил, что они ваши дети. — Он задумался. — Интересно бы знать почему.
Она молча взяла грязную кружку Боба. Но все время чувствовала на себе его взгляд.
— Возможно, это моя собственная стратегия, — принялся размышлять он. — Запутай врага. Чем менее точной информацией он располагает, тем труднее ему добиться успеха. — Он помолчал. — Я прав, Эш? Вы считаете меня своим врагом?
Она передернула плечами, все еще стоя спиной к нему.
— Я вообще о вас не думаю, — заявила она, что не совсем соответствовало действительности.
Он хмыкнул.
— И я не смог бы уговорить вас провести выходные в раю? Очень больно ранит. Знаете, я это запомню.
Возмущенная, Эш резко повернулась к нему.
— Вы не похожи на раненого.
— О, я очень хорошо умею скрывать свои чувства, — весьма откровенно признался он. — Когда я занимаюсь бизнесом в этой стране, финансовая пресса всегда утверждает, что это мое главное достоинство.
— Ну, со мной это вам не поможет, — процедила она сквозь зубы. — Я с вами бизнесом заниматься не собираюсь.
Он попытался скрыть улыбку. Она это ясно заметила.
— Вы так уверены, — поразился он.
Она с ненавистью посмотрела на него. Он встретился с ней глазами, в которых кроме любопытства было что-то еще — может быть, решимость? Внезапно он рассмеялся.
— Почему бы вам не подойти сюда и не сесть, пока вы не запылали ярким пламенем? Похоже, я все время умудряюсь вывести вас из себя. Хотелось бы знать почему.
Эш шумно выдохнула и опустилась на стул, на котором недавно сидел Боб.
— Мне еще не приходилось встречать человека, который постоянно гладит меня против шерсти, — призналась она. — Вы ведь делаете это умышленно, верно? Я просто не понимаю. Если вы хотите купить мою землю, вам надо бы попытаться меня умаслить. Во всяком случае, мне так кажется. А вы что делаете? — спросила она с растущим отчаянием.
Последовала пауза. Джейк настороженно глядел на нее. Котенок сидел тихо, чересчур тихо. Казалось, в теплом, пропитанном запахом кофе воздухе сейчас сверкает молния.
Потом Джейк спокойно сказал:
— Я пытаюсь, но безуспешно, разоружить вас.
Эш уставилась на него. Она никак не могла решить, правду ли он говорит или это еще один искусный стратегический выпад. Губы Джейка иронически приподнялись.
— Я говорю правду, — сказал он, как будто умел читать ее мысли. — Как правило, мне кажется это наиболее простым способом. Тут уж вы мне можете поверить.
Ее глаза превратились в узенькие щелочки.
— Почему-то мне трудно вам поверить.
Он покачал головой.
— Слишком зажаты. Испытайте меня. Спросите что хотите, и я скажу вам правду.
Эш пожалела, что у нее не было времени прочесть бумаги Боба. Тогда она могла бы спросить что-то важное насчет проекта и более или менее верно судить, правдив его ответ или нет.
Вместо этого она, к собственному изумлению, услышала свой голос:
— Кто такая Рози?
Он приподнял одну бровь. Стал еще больше похож на пирата, подумала Эш. Крутого, ехидного и без всяких принципов. И невероятно привлекательного.
— Так вы знаете о Рози? Откуда? Мне казалось, вы не из тех, кто любит сплетни.
— Вы несколько раз произнесли ее имя, — отрывисто объяснила Эш, от души надеялась, что она не покраснела так сильно, как ей казалось.
Он еще больше развеселился.
— Надеюсь, не тогда, когда мы целовались?
Эш так разозлилась, что ей стало наплевать, покраснела она или нет.
— Когда вы меня целовали, — поправила она. — Это большая разница.
— И то верно, — миролюбиво согласился он. И продолжил: — Так что вы хотите знать о моей любовной жизни?
Эш подняла подбородок.
— Абсолютно ничего. Мне просто было интересно, кто она такая, вот и все. И, — ехидно добавила она, — если в вашей жизни есть женщина, почему мне приходится ухаживать за вами во время болезни?
Джейк скорчил гримасу.
— Справедливо, — сказал он, удивив ее. — Розалинд Ньюман была моей невестой, — объяснил он.
Эш почему-то удивилась. Он не напоминал человека на грани женитьбы. Или вообще на пути к ней. Она с любопытством взглянула на него.
— Была?
— Она швырнула мне кольцо, когда я решил все же не сливать свою компанию с компанией ее отца. — Его губы сжались. Ровным голосом он продолжал: — Она пояснила, что вообще не собиралась за меня замуж по этой единственной причине.
Эш поморщилась. Его слова вызвали эхо, которого она предпочла бы не слышать. Женился бы на ней Питер, не пообещай ему дедушка место в правлении компании «Кимбеллз»? Чтобы избавиться от этих мыслей, она спросила:
— Вы ее очень любили?
По его улыбке ничего нельзя было прочесть. На мгновение ей показалось, что он не собирается отвечать. Затем он быстро пожал плечами.
— Любил? Что вы имеете в виду под этим словом?
А именно этого она со своим прошлым и не могла объяснить.
— Ну, привязанность? — с трудом произнесла она.
Он как-то странно смотрел на нее. О Господи, сколько же она ему по глупости открыла?
— И уважение, — чересчур поспешно добавила Эш. — Сильная привязанность и уважение.
Губы Джейка изогнулись в подобии злой усмешки. Эш снова поморщилась. Ведь давала же она себе слово, что не будет больше изображать перед ним дурочку! Как же ей не удается запомнить, что единственный способ иметь дело с этим человеком — не реагировать. Ни на его вопросы, ни на его насмешки. Она приложила руку к голове. Напряжение в висках было слишком знакомым, хотя после смерти Питера она редко его испытывала.
Тут она расслышала, что Джейк отвечает ей:
— Самое серьезное насчет любви — не дать ей стать серьезной. Все надо воспринимать легко, как игру. — Он наклонил назад качалку и прищурился, вспоминая. — Розалинд же в игры не играет.
Эш подавила дрожь. Я тоже, захотелось ей сказать, но она сдержалась. Ее короткое знакомство с Джейком Дейром говорило ей, что он воспримет ее слова как приглашение. Или сделает вид, что он их так воспринял. Так что будет великой глупостью вступить с Джейком Дейром в дебаты по поводу любви, особенно если он тогда сможет надеяться, что ему удастся уговорить ее играть в нравящиеся ему игры.
Поэтому она сказала:
— Зачем же вы обручились, если не были влюблены?
Он оторопело посмотрел на нее.
— По обычным причинам. Ей хотелось хорошей жизни, а у отца уже почти не осталось денег. Я ее хотел. Она очень ясно дала понять, что цена — брак. Мне тридцать восемь. Я подумал и решил, что самое время перейти на оседлый образ жизни. Так мы и договорились. — Голос стал жестче. — Одного я сразу не понял: что я должен был еще обеспечивать хорошую жизнь прогоревшей компании. Когда я выяснил, в какой беде Ньюманы, я вышел из игры. И Рози вернула мне кольцо.
— Не похоже, что ваше сердце разбито, — с любопытством заметила Эш.
Он очень удивился.
— Разбито сердце? Из-за несостоявшегося слияния? Черт, это всего лишь деньги.
— Я имела в виду вашу помолвку, — сухо сказала Эш.
— А, вы об этом. — Он пожал плечами, как бы считая вопрос совершенно неуместным. — Нет, этого не произошло. Сначала я был чертовски зол, надо признаться. Если бы Рози не крутила с самого начала, я бы никогда не сделал ей предложения. Вот так, живи и учись. Такого больше не произойдет.
Пришел черед Эш насмешливо поднять брови.
— Больше никаких помолвок?
Он засмеялся.
— Никаких помолвок, — согласился он. — Если я женюсь, то женюсь, но через такое еще раз проходить не намерен. — Он содрогнулся припоминая. — Бесконечные ужины и чаепития. Беготня за мячом с людьми, с которыми у меня нет ничего общего. Бог мой, зачем все это англичанам? Каждая женщина, с которой мне приходилось встречаться, сообщала мне о всех умных замечаниях, которые Рози сделала, начиная с четырех лет. Нет, никогда. Следующая моя невеста должна быть сиротой. Никаких сестер-братьев. Никаких крестных родителей. Никаких подружек по детскому спортивному клубу.
Помимо воли Эш рассмеялась.
— Я помню, — сказала она с чувством. Его брови поднялись.
— Лоуренс был малолетним чемпионом какого-нибудь клуба? — Он и не пытался скрыть своего удивления.
Она едва не задохнулась от смеха.
— Питер? Нет. — Впервые за такое долгое время, что оно показалось ей вечностью, она произнесла его имя без внутреннего содрогания. Она внезапно осознала его. Замолчала, забыв, что хотела сказать. Не могла поверить самой себе.
— В чем дело? — спросил Джейк, заметив выражение ее лица.
Но ведь ей всегда при мысли о Питере хотелось сжаться в маленький, тугой комок и переждать, пока уйдет боль. Теперь же она произнесла его имя, и ничего не случилось. Что с ней происходит?
— Вернитесь, — мягко попросил Джейк.
— Что? — Эш даже подскочила, вернувшись в настоящее. — Что?
Взгляд Джейка был проницательным. Но он ограничился вопросом:
— Если Лоуренс не был членом детского клуба, тогда кто?
— Я.
Да, она не только могла говорить о нем, она могла о нем думать без чувства вины и сожаления. Обрадованная Эш ослепительно улыбнулась Джейку. Он замер.
Но Эш ничего не заметила. Она вспомнила свое обручение. Это ее отрезвило. Выходит, что она даже в те первые счастливые дни уже подозревала, что их брак будет трудным? Она не хотела признаваться в этом даже самой себе. Она и не осознавала этого. Но знала, что что-то не так. Или нет?
Ей казалось, что она открывает все для себя впервые. Она медленно сказала:
— У меня не было ничего общего с его семьей. Там все дипломаты и ученые. Все ужасно гениальные и знаменитые. Семейный обед превращался в нечто подобное тем играм в слова, которые передают по радио. Они все сидели и умилялись умным замечаниям друг друга. Я оказалась недостаточно сообразительной. Или, возможно, недостаточно начитанной. Его друзья из университета были такими же. Я иногда сидела и думала: что я здесь делаю?
Она грустно потрясла головой, удивляясь своей уязвимости в молодые годы. Джейк как-то странно смотрел на нее.
— И что вы там делали?
Их взгляды встретились. Эш почувствовала, как по спине побежали мурашки.
— По-видимому, шла за человеком, которого любила, — ответила Эш, не задумываясь.
— А он?
Она закусила губу и промолчала.
— Тогда почему он на вас женился?
Эш ответила быстро и резко:
— Из династических соображений. Как ваша Розалинд, он считал брак частью общей сделки. Дом, статус, будущая карьера и жена — все вместе.
Она сама поразилась, с какой горечью это сказала. Отвернулась, чтобы он не заметил жгучей боли в ее глазах.
Что такое есть в этом Джейке Дейре, что заставляет ее ворошить все эти старые болезненные воспоминания? Она оставила их в прошлом, начала новую жизнь. Но стоило ему переступить порог дома, как она принялась вспоминать ту катастрофу, в которую превратился ее брак.
Если он и заметил боль в ее глазах, то ничего не сказал. Вместо этого он задумчиво произнес:
— Династический брак. Значит, вы из Кимбеллов.
Эш с трудом проглотила комок в горле.
— Последняя из них. Именно поэтому дедушка…
Она остановилась. Слишком поздно. Джейк был достаточно умен, чтобы не понять, что она едва не проговорилась, и достаточно решителен, чтобы не воспользоваться ее минутной слабостью.
— Что дедушка? Злился, что наследница — женщина? Знаю я эту психованную английскую знать. Только мальчику годится нести флаг. Или ему было безразлично? Он пытался вовлечь вас в бизнес?
Эта мысль была столь далека от правды, что Эш невольно улыбнулась, то ненадолго. Она беспомощно махнула рукой.
— Он хотел, чтобы я была устроена, — осторожно сказала она.
Она встретилась с ироническим взглядом.
— Устроена? Или сыграла роль наживки для подходящего наследника?
Эш поморщилась. Потом тихо сказала:
— Я очень любила своего дедушку. Он знал, что умирает. Он меня воспитал, но ему всегда хотелось внука, который мог бы заменить его в банке. Питер был его протеже. В моем отце он страшно разочаровался, так же как и я, наверное, но по другим причинам. Мне думается, я считала себя у него в долгу. Но и в Питера я была влюблена. Дед это знал. Я бы никогда не вышла за него замуж, если бы не думала, что люблю его.
Джейк заметил довольно резко:
— Очень кстати. — И мрачно оглядел поверхность стола.
— Все так думали, — ровным голосом сказала Эш.
Когда Джейк поднял глаза и посмотрел на нее через всю кухню, он уже не смеялся.
— И об этом в том проклятом докладе не было ни слова, — резко заметил он. — Неудивительно, что вам не нужны деньги за этот чертов лес. Значит, Амброз Кимбелл уговорил вас выйти замуж по расчету.
Он осторожно спустил котенка на пол и наклонился вперед. Поставил локти на колени, положил подбородок на сплетенные пальцы и внимательно посмотрел на нее.
— По-видимому, вы очень богатая женщина, Эшли Лоуренс. Полагаю, весь этот дом и все остальное пошло в уплату за ваше согласие с его планами.
Эш с трудом проглотила комок в горле.
— Нет, — спокойно ответила она. — Мне не надо было платить. Я любила. Я была очень молода и глупа, но я любила.
Глаза Джейка сузились.
— Вы любили? Только вы? Не Лоуренс?
Эш на мгновение закрыла глаза. Он заставил ее сказать это вслух. Даже отец не приставал к ней так настойчиво. И не говорил таким резким, обвинительным тоном. В этот трудный момент ей даже не пришло в голову сказать Джейку, что это не его дело. Она должна была признаться в этом себе. Ей было почти безразлично, слышит ее Джейк Дейр или нет.
— Только я, — согласилась она.
Ну вот. Все сказано. Она сумела выговорить эти слова. Эш ощутила огромное облегчение.
Джейк, однако, разозлился.
— Почему?
Она удивленно открыла глаза. Что так рассердило его в ее прошлых неурядицах?
— Не знаю, — наконец тихо призналась она.
— Вы…
Внезапно она тоже рассердилась.
— Послушайте, я не знаю, почему я считала, что люблю его, но я так думала. Все меня предупреждали — моя крестная мать, мои лучшие друзья. То есть все, кроме моего деда, разумеется. Даже отец отвел меня в сторону на репетиции свадьбы и сказал, что еще есть время передумать. Я его не послушалась. Я полагала, что знаю лучше.
Джейк мрачно смотрел на нее.
— И сколько вам было тогда лет?
Эш едва не подскочила.
— А какое это имеет значение? — подозрительно спросила она.
Он поколебался.
— Я не хочу вас обижать.
Она резко рассмеялась.
— Да будет вам, отчего бы и нет? Раньше это вас не останавливало.
Он пожал плечами. На лице — циничное выражение.
— Что же, ладно. Мне не кажется, что на таких чувствах можно строить брак. Похоже на влюбленность. Или первую любовь, если хотите. — Затем довольно зло добавил: — Нечто вроде подростковой болезни, через которую мы все проходим, и лишь потом вырабатываем иммунитет.
Эш поморщилась:
— Тогда я не видела в этом ничего подросткового.
— А разве бывает иначе? — Неожиданно Джейк показался ей очень усталым. — Все мы крепки задним умом. Возможно, вы сейчас уже и не помните, как все было.
Эш отвернулась от него. Теперь, когда она позволила себе вспоминать, она вспомнила все очень четко.
— Питер казался, — сказала она почти что самой себе, — таким взрослым. Надежным. Ответственным. Все, что он говорил и думал, было таким, ну, нормальным.
Джейк фыркнул. Эш бросила на него быстрый взгляд.
— Если вы воспитывались так, как я, вы цените такие вещи. Мне казалось, у наших детей будет замечательный отец. Он не станет постоянно таскаться по казино и островам Индийского океана и забывать об окончании семестра или моем дне рождения, или…
Джейк резко шевельнулся. Это вернуло Эш в настоящее.
— Теперь я вижу, как это было глупо, — попыталась оправдаться она. — Я хорошо понимаю, что для брака этого недостаточно. Но мне казалось, что он так хорошо ко мне относится. Мне никто раньше не уделял столько внимания.
Джейк изумился.
— Не уделял внимания? — повторил он. — Наследнице Кимбеллов?
Эш криво улыбнулась.
— Девушки не пользовались вниманием моего дедушки. А отец постоянно отсутствовал. Когда Питер начал осыпать меня комплиментами и ухаживать за мной, я готова была поклясться, что мы будем счастливы до конца наших дней. Я была… ослеплена.
Джейк сидел неподвижно.
— И когда же прошло это ослепление? — наконец спросил он.
Эш покачала головой. Она рассказала ему все, что хотела. Куда больше, чем она рассказывала кому-то другому. По какой-то необъяснимой причине Джейк Дейр сумел вытащить из нее неприкрытую правду. Весьма болезненный процесс.
Он увидел, как она сопротивляется.
— Когда-нибудь вы мне расскажете. — Голос звучал тихо, но Эш расслышала в нем нотку, заставившую ее внезапно испугаться.
Он говорил так уверенно, подумала Эш с дурным предчувствием.
— Возможно, — с усилием согласилась она.
— Да нет, наверняка. — Он встал. — Однако я вижу, что вы зашли далеко, так далеко, как хотели. На данный момент. Я могу подождать, — спокойно сказал он.
Последовала напряженная пауза. Потом неожиданно Эш расхохоталась.
— Очень мило с вашей стороны.
— Нет. — Его глаза сверкнули. — Просто правильная стратегия. Так что я деликатно отступлю, если вы мне тут все покажете.
Эш удивилась.
— Покажу? Дом?
— Или сад, если вы чувствуете себя в большей безопасности на свежем воздухе. — В голосе слышалась легкая обида.
Эш благоразумно воздержалась от замечания, что с ним она нигде не чувствует себя в безопасности. Вместо этого она сказала:
— Уже поздно.
— Не слишком. Там все еще сумерки.
Но Эш не хотелось гулять с этим человеком по саду, залитому заходящим солнцем и наполненному запахом роз.
— Может быть, завтра, — поспешно сказала она. — Если я найду время.
Он засмеялся.
— Между выдергиванием крапивы и присматриванием за детьми и всяким зверьем?
Эш ощетинилась.
— Это моя жизнь, и я…
— Милая моя, я вовсе не критикую, — объявил ей Джейк. — Я вами восхищаюсь. Ведь вы богатая женщина. Вы можете проводить все ваше время за игрой в бридж. Или ходить в гости, пить кофе и выглядеть прекрасной.
Теперь обида в голосе слышалась все четче. Интересно, подумала Эш во внезапном озарении, кто вызвал эту горечь. Розалинд Ньюман? Но ведь он вовсе не казался расстроенным из-за нее.
Но спрашивать она не собиралась. Она ничего не хочет знать о Джейке Дейре, решительно сказала она самой себе.
Поэтому она пожала плечами.
— Я плохо играю в бридж, — беспечно призналась она. — Слишком много кофе мне вредно. И у меня недостаточно исходных данных, чтобы выглядеть прекрасной. Во всяком случае, без хирургического вмешательства. Посему я предпочитаю заниматься садом.
Последовало странное молчание. Потом Джейк медленно сказал:
— Вы это серьезно?
Эш удивилась.
— Вполне.
Джейк оглядел ее. Эш с беспокойством призналась себе, что она не имеет понятия, какие мысли сейчас бродят в этой красивой голове.
— Распустите волосы, — наконец сказал он очень тихо.
Эш дернулась так, будто из старомодного холодильника выскочил огромный демон и навис над ней.
— Что?
Он не стал повторять. Вместо этого, он быстро шагнул к ней и, прежде чем она успела сообразить, что он собирается сделать, взял ее рукой за подбородок. На одну невероятную минуту Эш почувствовала его пальцы в своих волосах. Потом они рассыпались по плечам, закрыв ее щеки спутанной массой.
Она отступила на шаг.
— Что вы себе позволяете?
— Вы что-то говорили насчет исходного материала? — протянул он. — С моей точки зрения, выглядит довольно многообещающе.
Эш поморщилась. Больно, ничего не скажешь. Она давно смирилась с отсутствием в себе привлекательности — для Питера и всего остального мира, но это вовсе не легко ей далось. И ей не хотелось, чтобы этот настырный чужой человек напоминал ей об этом.
— Вы — недобрый человек, — произнесла она сдавленным голосом.
Его глаза блеснули.
— Добрый? — В его голосе слышалось нескрываемое презрение. — Милостивый Боже, разумеется, нет. — Он медленно протянул руку за ее шею и зарылся пальцами в волосы. — С такими исходными данными кому нужна доброта?
Эш стояла как изваяние. Она едва слышала его слова. От этого небрежного прикосновения в ушах застучала кровь. Что-то совсем незнакомое происходило с ее телом. Даже Питер еще тогда, когда она безнадежно любила его, не будил в ней таких чувств — она таяла, раскрывалась, жаждала…
Внезапно она очнулась. Все начинается снова, с ужасом подумала она. О, как она хорошо помнила это страстное желание ласкового прикосновения, нежности, близости, о которой, по словам Питера, не могло быть и речи. Она плотно закрыла глаза, чтобы прогнать страшные воспоминания.
Она не могла их вынести. Но и забыть не могла себе позволить. Забыть эту огромную, постыдную жажду любви.
Она открыла глаза. Джейк пристально смотрел на нее. Он слегка побледнел. Но в целом ничего нельзя было прочитать в его лице.
Внезапно Эш почему-то подумала: он потрясен. Я его потрясла. Она вздрогнула. Сначала Питер, теперь Джейк Дейр. Сжала зубы, ожидая, когда он обольет ее презрением.
Но он неожиданно сказал довольно спокойно:
— Извините меня. — На щеке подергивался мускул. — Мне не следовало этого делать. Глупо с моей стороны. Мне очень жаль.
По непонятной причине ей эти слова показались еще более оскорбительными. Питер просто отрывал от себя цепляющиеся за него руки и уходил, но, по крайней мере, он не говорил с ней с такой убийственной вежливостью. Потрясенная, Эш произнесла незнакомым ей самой голосом:
— Никогда не касайтесь меня снова.
Зеленые глаза впились в нее. Под их напором она сделала шаг назад, прижимая папку Боба к груди как щит.
— Этого я не могу обещать, — сказал он. Она чувствовала, как унижение поднимается к самому горлу подобно рвоте.
— Только снова коснитесь меня, и я выставлю вас из этого дома по решению суда за оскорбление действием, — бросила ему Эш.
Она говорила первое, что пришло на ум. Она представления не имела, есть ли у нее основания для таких действий. И в какой-то степени ей это было безразлично. Она могла либо угрожать ему, либо постыдно бежать. А она не собиралась начинать бегать от человека, живущего в ее собственном доме.
— Вы, верно, думаете, что о вас уже достаточно писала пресса, но если вы тронете меня снова, вам небо покажется с овчинку.
Джейк долго смотрел на нее, красивое лицо ничего не выражало.
— Я вам верю.
У Эш создалось впечатление, что за этим бесстрастным фасадом блестящий ум со скоростью молнии просчитывает все варианты.
И остался недоволен полученными результатами. Она невольно вздрогнула.
— Жаль, что я не знаю, что было обо мне в том докладе, — повинуясь инстинкту, сказала она. И сама удивилась. Ей и в голову не приходило, насколько беспокоит ее существование этого доклада.
— Из него вы не узнаете ничего нового, — сухо заметил Джейк.
Эш снова поежилась.
— Все выглядит иначе на бумаге, верно? — Она замолчала, размышляя.
— Да. — Он как-то странно взглянул на нее. Голос вдруг стал мягче, как будто она какой-то нервный зверек, с которым надо обращаться ласково. — Знаете ли, факты, возможно, и правильные, но они не дают представления о действительной картине, Эш. Человек — нечто большое, чем сумма разных обстоятельств.
Она не поняла его. Он это увидел по ее лицу. В его голосе послышался смех.
— Например, когда я собирался навестить одиноко живущую миссис Лоуренс, мне и в голову не приходило, что она профессиональный садовник.
Они помолчали, пока Эш пыталась безуспешно прочитать выражение его глаз. Потом невольно рассмеялась. В конечном итоге, он был близок к истине. Он, наверное, из окна видел, как она пропалывает грядки в огороде. К тому же ее одежда очень ясно об этом говорила.
— Похоже, вы правы, — сказала она со вздохом.
Джейк оглядел ее из-под опущенных ресниц.
— Могу я спросить почему? — протянул он. — Наверняка наследница Кимбеллов может найти себе более легкое занятие, чтобы убить время.
Эш снова пожала плечами.
— Мы все любим делать то, что у нас хорошо получается. Уверена, вам хорошо удается претворение в жизнь проектов застройки. А я хорошо копаю грядки и подстригаю кусты.
Одна бровь взлетела вверх.
— И присматриваете за чужими детьми? — не без язвительности спросил он.
Эш замерла. Ей совсем не понравилось выражение его лица.
— Ну и что? — спросила она подозрительно.
— Не полезнее бы вам было задуматься о своих собственных детях? — Он говорил ленивым тоном, но взгляд оставался острым.
Итак, ее подозрения оправдались. Эш вся напряглась.
— Вряд ли такое возможно, — коротко ответила она.
Он внимательно пригляделся к ней.
— В вашей карьере садовника нет места детям? — пошутил он.
Эш сотвращением посмотрела на него.
— Вы меня неверно поняли. Мне думается, дети — часть семьи. Я же — нет.
Он кивнул, будто именно такого ответа и ждал.
— Нет мужа, во всяком случае, на данный момент. Так почему же нет? Вы еще молоды. Вдовствуете уже три года. Разве не пора снова присоединиться к человеческой расе? Нельзя горевать вечно.
Ее отвращение перерастало в откровенную ненависть.
— Незамужние женщины — тоже члены человеческой расы, — ледяным тоном заявила Эш. — Разве вы об этом не слышали? Женщине уже не обязателен мужчина, чтобы нормально существовать.
— Слышал, — спокойно ответил Джейк. — Но не купился на это. Особенно относительно некоторых людей.
— Вот как?
Эш побледнела. Значит, он действительно презирает ее, как в тумане подумала она. Это задевало, а она-то уже решила, что ей больше не надо обороняться. От душевной боли у нее перехватило дыхание, как от удара под дых.
Разумеется, Джейк заметил ее реакцию. Он на мгновение удивился.
— Ну а теперь что такое я сказал? — И сердито добавил: — Уж не решили ли вы, что траур на всю оставшуюся жизнь — часть брачных обязательств? Что вы с собой вытворяете? Навсегда замораживаете свои чувства?
Эш попятилась. Беспомощно взмахнула рукой. Говорить она не могла.
— Вы что, все еще его любите? — Он сказал это как-то странно. — Даже после того как он умер? После всех этих лет?
Эш поморщилась. Она промолчала, но что-то в ее лице заставило его прийти к другому быстрому выводу. Его глаза превратились в щелочки. Он повторил то, что однажды сказал Тони Андерсону:
— Или вас мучают угрызения совести?
Она ахнула. Ничего не могла с собой поделать. Его глаза вспыхнули, встретившись с ее взглядом. Так они и стояли в разных концах кухни, глядя друг на друга, как два фехтовальщика, готовых к битве не на жизнь, а на смерть. И Эш знала, что ее переиграли.
С трудом обретая голос, Эш сказала:
— Вам ведь на все наплевать, так? Есть ли хоть что-то, на что бы вы не пошли, чтобы заполучить эту землю?
На мгновение он непонимающе смотрел на нее, как будто она напомнила ему о чем-то, что совершенно выпало из его памяти. Как будто, подумала она, он забыл, зачем вообще ввязался в эту битву. Потом он пожал плечами и отвернулся.
— В любви и сделках с недвижимостью все способы хороши.
— Я вас ненавижу, — хрипло сказала Эш.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Обман - Уэстон Софи



вообще ни о чем.
Обман - Уэстон СофиМарго
2.02.2012, 23.38





Ничего так, но мне не понравилось только то, что он не сказал ей ни слова о своей любви... Немного нудновато в середине, много всяких разговоров о бизнесе... в этой сфере я не разбираюсь, поэтому меня не заинтересовало...)
Обман - Уэстон СофиВалерия
30.10.2012, 13.28





Это полный бред.
Обман - Уэстон СофиГалина
13.04.2015, 19.41





Читала,читала,читала...,все ждала,что впереди будет интереснее,а она все ненавидела,презирала и злилась на него,а он все ее нервировал,посмеевался,а она вся такая отшельница,вся такая несчастная богатая девочка...Глупый роман,зря потраченное время...
Обман - Уэстон СофиРАЯ
2.06.2015, 18.42








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100