Читать онлайн Сильнее всего, автора - Уэйд Пегги, Раздел - Глава 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сильнее всего - Уэйд Пегги бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.65 (Голосов: 107)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сильнее всего - Уэйд Пегги - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сильнее всего - Уэйд Пегги - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уэйд Пегги

Сильнее всего

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 17

Закрыв глаза, Ребекка отмокала в пахнущей розами ванне, ее тело впитывало тепло. Раньше, когда она беспокоилась или была расстроена, пасторальные сцены, нарисованные на стенах ее комнаты, всегда давали ей утешение и ощущение свободы. Сегодня собственная комната казалась тюрьмой. Как ни старалась, она не могла расслабиться. Последние двадцать четыре часа снова и снова прокручивались в ее голове, донимая ее отчетливыми образами, которые лучше бы забыть.
Тетушка Дженет, сидя за письменным столом Ребекки, неистово набрасывала записки и списки, в то же время ворча по поводу той или этой матроны. Мириам, время от времени давая ей советы, мыла волосы Ребекки мягкими, успокаивающими движениями, являя собой воплощенное терпение.
– Давай, мама, задавай свои вопросы. Я знаю, ты умираешь от любопытства.
– Ты, должно быть, чувствуешь ожесточение против меня. Подожди, пока у тебя самой будет дочь. Тогда ты поймешь материнское состояние. – Мириам смыла пену с волос Ребекки и протянула ей полотенце. – Ты любишь Адама?
Рука Ребекки замерла в воздухе.
– Ты не могла бы начать с более простых вопросов?
– Учитывая, что ты провела ночь в его объятиях и отдала ему свою девственность, я бы решила, что на этот вопрос легко ответить. Или он заставил тебя?
– Конечно, нет.
– Могу предположить, что в таком случае у тебя должны быть тайные чувства к этому человеку. Даже учитывая твое недавнее увлечение женскими свободами, ты не склонна к необоснованным решениям.
Ребекка вытерлась, отметив про себя болезненность между ног, явное напоминание о потере невинности. Скрывшись в своей кровати под балдахином, она завернулась в халат и уселась, поджав под себя ноги. Взгляд ее упал на вазу свежих белых роз на туалетном столике. Они немедленно напомнили ей об Адаме и их первом вальсе. Похоже, она нигде не сможет избавиться от этого мужчины. Он заполнил ее жизнь полностью. И она позволила ему это.
– Я думала, что рассмотрела все возможности. Покачав головой, ее мать встала и начала расчесывать спутанные волосы Ребекки.
– Ты помнишь первое Рождество, которое Адам провел с нами?
Ребекка кивнула, пытаясь понять, к чему мать клонила.
– Его родители погибли в том году. Твой отец стал его опекуном. Он подарил тебе твой первый кукольный дом. Ты вся сияла от восторга. В тот вечер, наконец, закончив расставлять в нем мебель вместе с Адамом, ты пошла спать. Помнишь, что ты тогда ему сказала?
Ребекка отчетливо помнила тот момент. Это было одно из тех воспоминаний, которые никогда не меркнут, а, наоборот, со временем становятся даже ярче, мучительнее, когда приходит зрелость и понимание. Стоя перед ней в черном вечернем костюме, Адам поблагодарил ее за чудесное Рождество и поцеловал ей руку. Она решила, что он самый очаровательный мужчина. Матери пришлось три дня уговаривать ее и пригрозить запретить кататься верхом, чтобы убедить Ребекку вымыть руку.
– Я тогда была ребенком.
– По-моему, я не слышала этой истории, – сказала Дженет, оторвавшись от своих записок. – Что же произошло?
– Адаму было четырнадцать, – объяснила Мириам. – Он не только винил себя в смерти родителей, он еще вынужден был принять на себя все обязанности эрла в таком юном возрасте. Долг, честь, что правильно, что неправильно – стали его повседневными принципами. Ребекке было пять. Даже тогда она говорила все, что думает, когда хотела чего-то. – Мириам взглянула на луч света, падающий в окно, и, казалось, унеслась в мыслях далеко-далеко, на ее губах блуждала мечтательная улыбка. – Ребекка горделиво плыла вверх по лестнице. Достигнув лестничной площадки, она обернулась, сделала реверанс и заявила более чем авторитарным тоном: «Адам Хоксмор, после того как мы поженимся, ты построишь мне точно такой же дом, как тот, что подарил сегодня».
Чувствуя себя не в своей тарелке из-за воспоминаний, которые всегда хранились в ее памяти, Ребекка хотела только одного – поскорее сменить тему.
– Мы обязательно должны предаваться воспоминаниям о детских глупостях? Я думала, мы обсуждаем потерю моей невинности.
Мать не обратила внимания на ее протест.
– Ты обожала Адама с того самого дня, как первый раз увидела его. Когда он гостил у нас, тебя было невозможно оттащить от него. Ты даже сделала ему предложение. Конечно, Мэри Уоллстоункрафт может видеть веские преимущества в женском образовании и интеллекте, но ты, разумеется, не предпочтешь жизнь без детей, жизнь старой девы, избегающей общества? Почему ты так настроена против брака? Чего ты боишься?
Дженет краем глаза наблюдала за ними, добавляя еще одно имя к растущему списку дам, которых следовало уговорить. Мириам терпеливо ждала, облокотившись на столбик кровати. Услышав прямой вопрос, который все равно рано или поздно был бы задан, Ребекка встала и начала, дрожа, мерить шагами уютные пределы своей спальни. Она задержалась перед драпировкой и стала играть кисточкой шнура.
– Ради Бога, мама, он расписывает на бумаге все свои планы на каждый день. Он ждет, что все остальные будут вести себя так, как он скажет. Ему нужна жена, которая будет тихо сидеть около него, как собачонка. А из меня не получится домашнее животное.
– Он мужчина, – заметила Дженет. – Они рождаются с такими запросами.
– Что, если мужчина ждет, что ты изменишься, а ты не сможешь? Что, если он будет разочарован тем, что ты ведешь себя совершенно не так, как он ожидает? Что, если он перестанет любить тебя потому, что ты не сможешь сделать его счастливым?
Внимательно глядя на Ребекку, Мириам сказала:
– Думаю, тебе лучше объяснить конкретнее, что тебя беспокоит.
– Возьмем Милисент. Она была моей лучшей подругой. Мы делились всем. А сейчас я не могу ее видеть потому, что муж считает меня неподходящей для нее компанией. И Милисент его слушается! – В поисках двух серебряных гребней Ребекка обшарила свой туалетный столик и продолжила расхаживать взад-вперед между столом и дверью. – Все мои подруги вышли замуж и стали дамами, которых я больше не узнаю. Как будто мы никогда не делились друг с другом своими мечтами. Я бы никогда не покинула своих друзей только потому, что мой муж этого требует.
– Они причинили тебе ужасную боль, я знаю. – Мать похлопала рукой по кровати. – Ни к чему протирать дырку в ковре, иди сюда.
Когда Ребекка неохотно присела рядом с матерью, Мириам взяла дочь за руку.
– Веришь или нет, но по разным причинам некоторые женщины предпочитают уступчивость и подчинение. Они часто думают, что это и есть любовь. Ты – сияющая звезда, излучающая энергию и свет. Ты обладаешь духом своего отца, его гордостью и верностью, даже его самонадеянностью. Ты никогда не удовольствуешься таким серым существованием. И я не верю, что Адаму требуется такое уж покорное создание.
– Но как же любовь? Я не уверена, что Адам способен полюбить. Он сам говорил об этом.
– Я думала то же самое о твоем отце.
– Мой Реймонд был даже большим идиотом, – подхватила Дженет, когда дописала и посыпала песком свое последнее письмо. – Мужчины такие тупоголовые. Они редко понимают свои чувства, а уж говорить о них и вовсе не умеют. Можно с тем же успехом ждать, когда заговорит коза. Это женская обязанность руководить мужчинами, научить их, как выражать себя. Адам любит тебя. Он просто еще не осознал, что на самом деле чувствует.
– Видишь, дорогая, – добавила Мириам, – мужчины путают любовь со многими вещами. Вожделение, покорность, ответственность, обязанность – список бесконечен. Правда в том, что женщина узнает по этим чертам, что есть на самом деле. Мужчина может объяснять понятие любви фривольностью. Цветистые слова приятно слушать, но большинство мужчин неспособно говорить их. Это не значит, что их сердца не полны любовью. И даже если Адам признает, что не может полюбить – в чем я очень сомневаюсь, – он по крайней мере признает, что является человеком. Понимаешь, человек не может начать меняться, если сначала не поймет, в чем его недостатки.
– Как может Адам действительно любить меня, когда он сам сказал, что мог бы меня бросить? Вы ведь слышали.
– Адам – порядочный, честный человек. Ничто не изменит этого... И не совершай ошибку, пытаясь его переделать. Его гордость неразрывно связана с его способностью позаботиться о тебе.
– Разве он не понимает, как мне было бы горько, если бы я отдала ему свое сердце, а он потом оставил меня?
Мириам взяла дочь за подбородок:
– Я не верю, что твое сердце уже не отдано.
Слезы наполнили глаза Ребекки, когда она, наконец, призналась самой себе, что это правда. Она действительно любила его. Всего, с головы до ног. Ее сердце разобьется, если Адам снова покинет ее.
– Что же мне делать?
Молли постучала в дверь и вошла.
– Простите, мадам, но ваш муж просил вас спуститься вниз.
Мириам подмигнула Ребекке:
– Лучше не заставлять его ждать. – Она поцеловала дочь в лоб. – Только ты можешь решить, чем хочешь рискнуть. Жизнь не дает никаких гарантий, как и любовь. Но я уверена, если ты попытаешь счастья с Адамом, вознаграждение будет гораздо большим, чем ты можешь представить. – Она снова поцеловала ее. – Я скоро вернусь.
Когда дверь закрылась, Дженет забарабанила пальцами по столу. Поджав губы, она стала внимательно разглядывать обручальное кольцо с изумрудом на своем пальце.
– Знаешь, если бы я волновалась, что мужчина, которого я люблю, покинет меня, я бы нашла способ заставить его взять меня с собой.
– Не понимаю, – сказала Ребекка, настороженная блеском в глазах тети.
– Если бы твои родители действительно думали, что ты будешь несчастна, они бы никогда не заставили тебя выйти замуж. А сейчас они все делают в твоих интересах, потому что они видели вас с Адамом вместе. Прежде чем я дам тебе свой совет, подумай об этом. Ты хочешь, чтобы Адам стал твоим мужем? Достаточно ли сильно ты любишь его, чтобы бороться за него и, возможно, потерять все, что так дорого тебе? Твою семью, дом, Англию?
– Это как ежевика. Я люблю ее, хотя она колется, – ответила Ребекка.
Практически подпрыгнув на стуле, Дженет хлопнула в ладоши:
– Думаю, это ответ положительный. Адам совершил ошибку, однажды занявшись с тобой любовью. Вероятно, он поклялся после этого держаться от тебя подальше. Со своей стороны ты должна беспощадно провоцировать его. Ты должна обольстить его.
Ребекка вспыхнула. Ее телу явно понравилось такое предложение.
– Зачем? Что, если он откажет мне?
– И у жалких на вид, и у сильных и твердых духом, какими и должны быть мужчины, есть одна особенность. Они думают тем, что у них между ног.
– Тетя Дженет! – задохнулась Ребекка.
– Сейчас не время для напускной чувствительности. Мы начали войну. Как только мужчина попробовал плод, очень трудно отказаться вкусить его снова. Если мы должны привязать Адама к тебе до того, как он поймет, что любит тебя, значит, мы должны использовать любые безнравственные приемы.
– Но что делать мне?
– Учитывая, какими глазами Адам смотрит на тебя, а я сама это видела, сомневаюсь, что тебе придется вообще что-то делать. Но на всякий случай я расскажу тебе все, что ты должна знать.
Ребекка стояла в холле, прижав ухо к двери спальни Адама. Когда она переступит порог, пути назад не будет.
Верная своему слову, Дженет привела Ребекку и ее мать к настоящей осаде трех наиболее влиятельных матрон высшего света. Едва Ребекка вошла в салон леди Физерстоун, она заметила сурово поджатые губы этой дамы и приготовилась к худшему. Потом Дженет, благослови Господь ее дар убеждения, выболтала самую сумасшедшую историю из смеси полуправды и чисто романтической болтовни, приправленной значительной дозой преувеличений. Каким-то образом вопреки всем странностям к концу дня Ребекка была вознаграждена поздравлениями и поддержкой светских матрон.
Сейчас она была совершенно без сил.
Частично это было из-за прошлой ночи, когда она очень мало спала, но в основном из-за борьбы, которую девушка вела со своим сердцем. В конце концов, сердце победило, а значит, она должна последовать совету тети.
Ребекка просидела взаперти в своей спальне, пока все в доме не улеглись спать, и выждала на всякий случай еще час. Стоя у двери Адама и прислушиваясь, не идет ли кто, она закусила нижнюю губу и приняла окончательное решение. Если это обольщение Адама заставит его взять ее с собой, когда ему придется уехать из Англии, пусть так и будет.
Осторожно, без единого шороха она открыла дверь. Тусклый круг света от свечи падал на пол вокруг нее, когда она молча на цыпочках подошла к кровати, где спал Адам. Смятое одеяло оставляло открытыми его мускулистые ноги и грудь, которые она, уже однажды целовала и ласкала. Невообразимые советы Дженет взволновали кровь Ребекки. Ее тело затрепетало в предвкушении. Она поставила медный подсвечник на стол и мягко потрясла его за плечо.
Адам вскочил, схватил Ребекку за талию и швырнул на кровать. Она вдруг оказалась лежащей на спине, глядя на кремовый балдахин, руки Адама обхватили ее горло. Он приблизил свое лицо к ее лицу, его дыхание прерывалось, глаза опасно сузились. Он напоминал разбуженного дикого зверя. Ребекка не могла даже пошевелиться, не то что допустить мысль о соблазнении этого человека. Когда она попыталась заговорить, то не смогла произнести ни звука.
Быстро заморгав, Адам как будто переместился из темного, далекого прошлого в настоящее. Он отдернул руку, глядя на нее со смесью гнева и недоверия, потом перевернулся на спину и уставился в потолок. Гортанный звук, полуворчание, полустон слетел с его губ.
– Вы сошли с ума? Какого дьявола вы здесь делаете? Она довольно долго лежала совершенно неподвижно.
– Мы не виделись весь день. Я хотела поговорить с вами.
– Посреди ночи? Я же мог убить вас.
– Никогда.
Качая головой, он сказал:
– Вы не представляете, на что я способен.
Адам говорил так невозмутимо, так прозаично, что Ребекка даже не знала, что ответить. Она чуть не выпалила, что любит его. Но строгие предупреждения Дженет удержали слова, готовые сорваться с языка. Похоже, большинство мужчин, даже тех, кто склонен поступать благородно, готовы сбежать на другой континент, когда женщина заговаривает о любви. Тетя советовала Ребекке приберечь это заявление для другого случая. Сегодня нужно соблазнять.
Приподнявшись на локте и позволив тонкой бретельке ночной сорочки соскользнуть с плеча, Ребекка промурлыкала:
– Я знаю, вы никогда бы не причинили вред никому, о ком заботитесь. Я хотела поговорить.
– Господи, спаси меня, – пробормотал Адам. Повернувшись к ней лицом, он окинул ее беглым взглядом и снова уставился в потолок. Ребекка была почти голой. О чем она думала, притащившись в его спальню в лоскутке прозрачной ткани? Сладкий контур ее сосков, уже напряженных, притягивал его губы. Завитки между бедер манили прикоснуться к ним. Одним быстрым движением он мог бы притянуть ее к своему телу, осыпать поцелуями ее груди и научить, как сделать его мечты реальностью.
Во имя неба, он же поклялся оставить ее, пока не докажет свою невиновность! Он был нахалом, худшим из развратников. Прошлой ночью Адам потерял власть над своими чувствами и не знал, куда его ласки могут завести. Впрочем, ему было все равно. Ее невинное признание, что она хотела его так же, как и он ее, наверняка предложенное без действительного понимания, что это означает, не остановило его. Теперь он не должен снова потерять над собой контроль.
Он решил не настаивать на браке, ибо она заслуживает кого-то лучше его, кого-то, кто сможет дать ей и любовь, и преданность, которых она достойна. Она заслуживает человека, который не разобьет ей сердце.
Ребекка плакала – не теми слезами, которые женщины используют как инструмент влияния, но слезами, рожденными искренней грустью. Это не давало ему покоя, потому что он не знал, что делать с нежными чувствами женщины. Адам много думал об этом. Если он исчезнет, то же произойдет и с Фрэнсисом Коббалдом. Эдвард без труда представит поэта подлецом, развратителем невинных и, возможно, даже вором. Конечно, пошли бы разговоры, но со временем и благодаря усилиям Дженет, Адам знал, Ребекка найдет свое счастье.
До тех пор, пока он не дотронулся до нее снова.
Уже сейчас была возможность, что она беременна. Испытывать судьбу во второй раз слишком рискованно. Действительно, они с Ребеккой должны поговорить. Когда будут полностью одеты, при солнечном свете, в присутствии пары дюжин людей в комнате. Может быть, тогда он сумеет сдержаться. Он снова провел руками по лицу, сел, обернул простыню вокруг своей талии и спустил ноги с кровати.
– Думаю, нам лучше продолжить этот разговор утром.
Ребекка провела кончиком пальца по его шее, вниз по руке, потом по спине туда, где одеяло скрывало его ягодицы.
– Если меня заставить ждать, сомневаюсь, что я вообще смогу заснуть.
Ее голос был низкий и соблазнительный. Он почувствовал ее дыхание на своем плече. О Господи, она действительно коснулась языком его уха! Он не смел повернуться. Его тело игнорировало приказы разума.
Взглянув через плечо, он увидел, что Ребекка встала на колени прямо у него за спиной, прозрачная сорочка выставляла напоказ каждый восхитительный дюйм ее тела. Если бы он подвинулся хоть на дюйм, ее груди прижались бы к его спине. Если бы он чуть повернул голову вправо, он мог бы прильнуть губами к ее губам.
– Ребекка, вы пытаетесь соблазнить меня?
– Разве такое возможно?
– Думаю, вы знаете ответ, но я должен поинтересоваться почему... особенно когда вчера утром вы собирались прогнать меня в преисподнюю и даже дальше.
– Я была сердита. Вы знаете, я ненавижу приказы, и я еще не убеждена, что хочу, чтобы вообще какой бы то ни было мужчина контролировал мою жизнь. Я думаю, Перси Шелли и Мэри Годвин в этом правы. Тем не менее сегодня я лежала в постели и не могла заснуть и подумала, что вы страдаете от той же болезни. Я хочу вас.
Ей удалось подвести его самообладание к краю бездонной пропасти страстного желания. Любой нормальный человек опрокинул бы ее на спину, погрузился бы в нее и послал к черту все последствия. К несчастью, он не был любым человеком – невзирая на то, что возбуждение вот-вот поставит его на колени.
Держа одеяло перед собой как щит, он сбежал в противоположный угол кровати и указал на дверь:
– Ребекка Марч, убирайтесь из этой комнаты немедленно!
Проклятая крошка даже не обратила на него внимания. Она встала на четвереньки и выгнула спину, как нежащаяся на солнце кошка. Ее рубашка распахнулась, открыв нежную кремовую плоть ее грудей, живота и лона. Проклятие, где она научилась всему этому? У него не было времени искать ответ. В ужасе Адам смотрел, как она, извиваясь, ползла по кровати, медленно приближаясь к нему. Она непристойно вытянула свое тело вдоль резного столбика кровати, указала на отчетливую выпуклость, которую не могла скрыть его простыня, и промурлыкала:
– Я бы гораздо лучше позаботилась об этом.
Его напряженное копье страсти подергивалось, явно обрадовавшись предложению. Адам конвульсивно сглотнул и поплотнее завернулся в простыню.
– Вы можете забеременеть.
– Гм-м... – промурлыкала она, обводя языком палец. – Тетушка говорила мне, что есть способы, которыми мужчина и женщина могут доставить друг другу удовольствие без риска зачатия.
Теперь он понял, откуда Ребекка почерпнула свои навыки обольщения. Завтра утром первым делом он должен придушить леди Такер, а может быть, даже сегодня ночью. Если доживет до этого. Действительно, Адам мог бы заниматься с ней любовью только ртом, позволяя ей доставлять ему удовольствие таким же способом, но он знал, что никогда не смог бы удовлетвориться без полного обладания ее телом.
Щеки Ребекки горели от возбуждения, и Адам чувствовал сладкий запах ее желания. Она не собиралась уходить, что означало, что ему нужно найти другой подход, ему все-таки придется прикоснуться к ней. Адам молил Бога о твердости.
Подавшись вперед, он притянул ее к себе и поднял с постели.
– Обхватите меня ногами.
Она с готовностью исполнила его просьбу, и Адам ощутил, как центр ее женственности прижался к его восставшей плоти. Все, что ему нужно было сделать, – это сбросить простыню, войти в нее, и они оба познают экстаз.
«У тебя нет будущего».
– Поцелуйте меня, – сказал он.
Их губы встретились, бесстыдно переплетясь языками. Он медленно продвигался к двери. Он обрушился на ее рот, бросая ее в вихрь ощущений, намеренно затуманивая мозг. Одной рукой Адам взялся за ручку и отпер дверь. Его рука медленно приблизилась к ее груди, дразня затвердевшее острие соска. Он ногой распахнул дверь и молился, чтобы в холле никого не оказалось. Происходящее было бы чрезвычайно трудно объяснить. Он сжал ее ягодицы, поцеловал в последний раз, прислонился к стене и позволил ее ногам соскользнуть на пол.
– Адам, – пробормотала она. К счастью, ее разум был все еще достаточно одурманен, чтобы дать ему возможность улизнуть.
Адам нежно прижался к ее губам.
– Шах и мат. – Он проскользнул в комнату, закрыл дверь и повернул ключ в замке. – Доброй ночи, Ребекка. Мы поговорим утром.
Он подождал ее реакции – она пару раз пнула дверь ногой. Прошло несколько секунд. Потом он услышал движение и шепот:
– Может быть, вы и выиграли битву сегодня ночью, но я намерена выиграть войну. Спокойной ночи, Адам Хоксмор.
Черт! Ему нужно разрешить это недоразумение как можно скорее.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сильнее всего - Уэйд Пегги



Замечательный роман, явно недооцененный читателями в виду отсутствия комментариев. Здесь есть и прекрасная любовная история, с юмором, с долей иронии, и детективная линия, и эпилог. Люблю эпилоги, когда все вокруг счастливы и любимы:)
Сильнее всего - Уэйд ПеггиВив
23.10.2013, 11.12





Полностью согласна. Прочитала с удовольствием. Почему такая оценка у него не понятно.
Сильнее всего - Уэйд ПеггиЕлена
3.05.2016, 22.46





Нудноват, длинноват, но не самый плохой. Гг адекватные. 6\10
Сильнее всего - Уэйд ПеггиЧупакабра
5.05.2016, 9.14








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100