Читать онлайн Леди Роз, автора - Уорт Сандра, Раздел - Глава двадцать третья в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Леди Роз - Уорт Сандра бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.15 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Леди Роз - Уорт Сандра - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Леди Роз - Уорт Сандра - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уорт Сандра

Леди Роз

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава двадцать третья

1469 г.


В тот день, когда Джон порвал с братьями, разыгралась страшная буря. С приближением зимы активность Вудвиллов удвоилась, и пропасть между королем и Уориком стала еще шире. В этом противоборстве брат короля Джордж Кларенс, завидовавший короне Эдуарда и ненавидевший родственников королевы, встал на сторону Уорика. Казалось, ненависть к Вудвиллам охватила всю страну. В Кенте разграбили поместье графа Риверса, и до короля дошел слух о мятеже. Ситуация в Англии ухудшалась с каждым днем, но в Ирландии было еще хуже. Там действия моего дяди обернулись для Эдуарда катастрофой. Суровые меры всеми ненавидимого наместника, прозванного Саксонским графом, не усмирили страну, а подтолкнули ее к восстанию. Мир удалось восстановить только тогда, когда моего дядю отозвали и заменили близким другом казненного Десмонда графом Килдэром.
Но для Англии этот способ не годился. Отозвать Вудвиллов было нельзя; они пользовались этим и продолжали разворовывать страну. Вскоре на севере возобновились мятежи.
В начале 1469 года появилось множество зловещих предзнаменований грядущей катастрофы. В Бедфордшире выпал кровавый дождь; всюду видели несшиеся по воздуху фигуры всадника и воинов. В графстве Хантингдон из утробы женщины на сносях доносился детский плач. А с приходом весны в Йоркшире начался мятеж под предводительством некоего Робина из Ридсдейла, произносившего громогласные речи против непомерных налогов, несправедливости двора и ненасытных Вудвиллов, алчность и наглость которых якобы возмущала всех честных людей. Не успел Джон подавить этот мятеж, как в Ист-Райдинге начался новый. Руководивший им Робин из Холдернесса призывал вернуть титул графа Нортумберлендского Генри Перси. Джон встретил повстанцев у ворот Йорка, быстро подавил мятеж и казнил вожака.
– Исобел, я заслужил свой титул и был им хорошим правителем, – сказал Джон. – Почему они требуют возврата Перси? Что для них сделал этот род?
Я сидела у окна нашей светлицы в Уоркуорте и смотрела на мужа. Джон сидел у стола из резного дуба, облаченный в отороченную мехом тунику моего любимого изумрудного цвета, и писал письмо королю, не желая диктовать его писцу. У его ног лежал верный пес. У меня разрывалось сердце. Я знала, что казни его угнетают, и понимала, что вопрос муж задал мне не случайно.
Да, такой неблагодарности он не заслуживал. Средств у него было меньше, чем у Уорика, но на его кухне никогда не отказывали голодному в куске хлеба, а дверь замка никогда не закрывалась перед носом человека, просившего ночлега. Он делал много хорошего. Разве Перси когда-нибудь отправляли в тюрьму дрова или вино для заключенных? Какой лорд занимал своих людей летом, чтобы им не приходилось перевозить тяжелые грузы в разгар зимних холодов? Такая доброта была редкостью, но Джон заботился обо всех: своих солдатах, своих слугах, своей семье. И о своем короле.
Я протянула руку, и Джон подошел ко мне. Вглядевшись в его красивое лицо, я поняла, как сильно оно изменилось. Решение поддержать короля против собственных братьев далось мужу дорогой ценой. Он плохо спал по ночам и давно забыл, что такое смех. Его изнуренное заботами лицо мало напоминало то, которое я на всю жизнь полюбила в тот незабываемый вечер в замке Таттерсхолл. Виски подернулись сединой, когда-то гладкий лоб избороздили глубокие морщины. Полные губы были плотно сжаты, их уголки скорбно опустились, а левую бровь пересекал свежий шрам. При воспоминании о смелом, полном надежд юноше, которым он когда-то был, моя душа сжалась от боли.
– Милый, не принимай это близко к сердцу. У Робина из Холдернесса не было никакого права призывать к возвращению Перси… А Робин из Ридсдейла тоже выступал против тебя?
Джон отвернулся и жестом отослал слуг. Менестрель, игравший в углу на арфе, поднялся с табурета. Горничная Агнес, достававшая из сундуков мои наряды и вешавшая их в шкаф, поставила на тумбочку тазик с ароматной водой и ушла.
Когда Джон встретил мой вопросительный взгляд, в его глазах была боль.
– Исобел… Боюсь, что этот Робин из Ридсдейла не кто иной, как наш кузен Джон Коньерс.
Я ахнула и поднялась с кресла.
– Ох, Джон, мой дорогой… – Значит, кошмар начал сбываться. Так скоро! Я взяла его загорелую руку и поцеловала длинные пальцы.
Джон обнял меня.
– Милая Исобел, ты – мое единственное утешение. И всегда была им, – негромко сказал он. – Я помню тот день, когда ты спасла меня от засады Перси на Сент-Олбанской дороге. Тогда ты приехала, переодетая монахиней… А позже – еще до того, как Эдуард передал мне графство, – я сражался со скоттами и ланкастерцами на границе, и вокруг не было ничего, кроме смерти и страданий, ты приехала в мой лагерь с цыганами под видом танцовщицы. Сначала я не узнал тебя и не обратил на цыган внимания, но, когда увидел, что мои люди смеются – впервые за несколько месяцев, это помогло мне сбросить с плеч тяжелое бремя… А когда узнал; то не поверил своим глазам, но ты подмигнула мне. Если бы ты знала, как мне помогали твои смелость и жизнерадостность… Ох, Исобел, любил тебя эти двенадцать лет!
Он привлек меня к себе. Мы стояли щека к щеке, следя за лебедями, скользившими по голубому Алну, и овцами, мирно пасшимися на холмах.
– Когда я с тобой, солнце светит ярче, а птицы поют слаще. Исобел, я забываю обо всем… о бурях, туманах… усталых и продрогших людях, которые трусцой бегут по обледеневшей земле… о полях сражений…
Я прижалась к его теплой груди.
– И я тоже, Джон… Кажется, мы танцевали с тобой в Таттерсхолле только вчера. Милый, ты был молод и так красив, что я влюбилась в тебя с первого взгляда. А в те страшные дни, когда ты стал пленником Перси после Блоур-Хита, я думала, что могу потерять тебя. Я бы не согласилась снова пережить это время за все графства Англии… – Я отстранилась и посмотрела ему в лицо. – Только подумать, что это не имело никакого смысла! Ты попал в плен после выигранного сражения, потому что безрассудно преследовал честерцев на их собственной территории. – Перед моим умственным взором возник образ Джона: храбрый Невилл гонится за подлым Перси со всем пылом юности… Я улыбнулась. – Любимый, о чем ты думал?
Джон усмехнулся:
– Ни о чем. В том-то и беда.
Его улыбка меня обрадовала; я уже давно не видела своих любимых ямочек! Продолжая улыбаться и не размыкая объятий, муж посмотрел в окно. Я повернулась и проследила за его взглядом. В огороженном стеной саду внезапно возник наш трехлетний Джордж, с хохотом убегавший от преследовавших его сестер. Он родился через девять месяцев послетого, как Джон стал графом. Воспоминание о той ночи в Йорке заставило меня покраснеть.
– Ты дал мне все, чем я дорожу на этой земле, – прошептала я.
Джон обнял меня за талию и нежно поцеловал в лоб.
– Однажды Джордж унаследует мой титул. Слава богу, у меня есть что ему оставить.
Да, титул, приносящий ежегодный доход в тысячу фунтов, сильно облегчит Джорджу жизнь. А если его предполагаемый брак с дочерью герцогини Эксетер состоится вопреки желанию Элизабет Вудвилл женить на ней своего сына, однажды маленький Джорджи станет одним из богатейших людей страны. Как любил говорить Джон, «в прошлогоднее гнездо яйца не откладывают».
Вспоминать прошлое не имело смысла; следовало смотреть в будущее. В отличие от нас Джорджи не придется влезать в долги, чтобы прожить до конца года. Более того, ему не придется проливать кровь на полях сражений, как делал его отец. Ради этого титула Джон принес много жертв. Он посвятил свою жизнь делу короля, выиграл множество битв, заключил множество мирных соглашений и заслужил свое графство упорным трудом. Ни у кого не было права отнять его.
– Джон, ты хороший правитель и самый верный из подданных короля. Он знает это, правда? А я считаю себя самой счастливой из женщин, потому что могу называть тебя мужем.
– А я, миледи, считаю себя самым счастливым из мужчин, потому что могу называть женой монахиню…
Я широко раскрыла глаза:
– Монахиню?
– Или танцовщицу. Какая ты на самом деле, Исобел?
– Наверно, во мне есть понемногу от каждой, – улыбнулась я.
– Ничего подобного. Ты – ангел. Я всегда знал это. Следил за тем, как ты шла сквозь бури с высоко поднятой головой и улыбкой на губах, и за все эти годы не слышал от тебя ни одной жалобы. Я женат на ангеле. – Джон смотрел на меня сверху вниз, и при виде его ямочек у меня таяло сердце. – Я когда-нибудь говорил, что у тебя самая чудесная улыбка на свете? Я помню, когда впервые увидел эту улыбку. Во дворе замка Таттерсхолл. И, кажется, даже ощущаю прикосновение того ветра…
– Просто у нас открыто окно. Он засмеялся.
– А что ты ответишь, если я скажу, что передо мной стоит замок лорда Кромвеля?
Я покачала головой:
– Мне это не под силу. Мы в грубом Нортумберленде, а не в изысканном Линкольншире.
– Да, конечно, но все же… Я почти вижу его… вон там… Закатные лучи отражаются от западной зубчатой стены. Я во главе небольшого отряда с грохотом въезжаю по подъемному мосту во внутренний двор… Уставший и грязный после долгой поездки из Рейби, я бросаю поводья груму и удивляюсь тому, что брат Томас не вышел меня встречать. Конечно, мы наделали много шума. И тут до меня доносится смех, нежный, словно звон серебряных колокольчиков… он доносится с небес, как шелест крыльев ангела. Я поднимаю глаза…
– И что происходит дальше? – прошептала я, заставив его опустить подбородок.
– Я вижу лицо… Лицо, обрамленное темно-синим небом, смотрит на меня из высокого окна… Это лицо ангела, прекрасное, безмятежное, лилейно-белое, с волосами темными, как каштан, лучезарной улыбкой и глазами, напоминающими драгоценные камни…
Я смотрела на мужа глазами, полными слёз. Неужели он все эти годы так ясно помнил миг, когда впервые увидел меня? Взгляд у него был потусторонний; казалось, Джон действительно стоял во внутреннем дворе, смотря на окно и видя меня в первый раз в жизни.
– Я не мог отвести взгляд, – сказал он, вернувшись к действительности. – Твои топазовые глаза околдовали меня. Во двор въехали Томас и лорд Кромвель с отрядом, но я не слышал ни звона стали, ни криков людей, ни ржания лошадей. Слышал только звуки твоей лиры, на которой ты играла… и грустную мелодию элегии, которую ты пела.
Я пропела ему несколько тактов.
– Да… А потом ты засмеялась… и это был смех ангела, нежный, как звон церковных колоколов, разносящийся поутру над долинами…
Я ждала продолжения, желая оживить в памяти все события того чудесного вечера… вечера нашего танца. Но он сказал:
– И тут меня звонко окликнул Томас. «Джон!» – крикнул он, спрыгнул с коня и побежал ко мне. Его темные волосы были растрепаны, на щеках застыли полоски грязи, но глаза горели от радости… Я помню, что он прижал меня к груди и сказал: «Дорогой брат, как я рад, что ты жив и здоров! Ты опоздал, и мы отправились тебя искать. Никто не знает, чего можно ждать от этих проклятых Перси…»
Его голос превратился в еле слышный шепот, и мне стало ясно, что нужно прекратить этот поток воспоминаний, потому что он добром не кончится. Я заставила себя рассмеяться.
– Все эти годы ты называл меня своим ангелом, и все эти годы я отвечала, что ангелов с каштановыми волосами не бывает. Волосы у них золотые. Это скажет тебе любой художник или мастер по изготовлению витражей.
Он улыбнулся:
– У моих ангелов волосы каштановые.
Я взяла руку мужа и прижала ее к щеке.
– Джон, я люблю тебя. И любила всегда. С того момента, когда увидела тебя впервые.
Джон улыбнулся мне в макушку и начал баюкать.
– С тех блаженных закатных сумерек в замке лорда Кромвеля.
Я смерила его взглядом:
– Нет, замок лорда Кромвеля тут ни при чем. Я впервые увидела тебя, когда мне было четырнадцать лет. Тогда я с двоюродными сестрами ехала вдоль берега Юра. Мы застали тебя врасплох, когда ты вылезал из воды после купания.
Джон вспыхнул:
– Хочешь сказать, что ты была в одной повозке с теми девчонками, которые увидели меня и начали хихикать?
Я засмеялась:
– Да. Ты был голый, как Адам, и стоял на берегу реки! У Томаса хватило ума прикрыться, но ты покраснел как свекла и прикрыл совсем не то место.
– Лицо.
– Именно над этим мы и смеялись, мой милый.
Джон усмехнулся, наклонил голову и прижался лбом к моему лбу.
– Любимая, – нежно прошептал он, – ты никогда мне об этом не рассказывала.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Леди Роз - Уорт Сандра



kak budto spisany otryvki iz raznyh romanov...
Леди Роз - Уорт Сандраlara
20.12.2011, 0.27





Прекрасно написанный роман. Получила истинное удовольствие от прочтения!
Леди Роз - Уорт СандраLana
6.08.2013, 6.25





Как отчет вахтера - подробно, педантично, скучно... Увиделись-влюбились-женились... Йорки и Ланкастеры как фон...
Леди Роз - Уорт СандраKotyana
10.01.2014, 17.57








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100