Читать онлайн , автора - , Раздел - Глава 20 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 20

Джиллиан потянулась к цветам, но отдернула руку и бросилась Тому на шею, а когда он попытался высвободиться, бормоча что-то о том, какой он несусветно грязный, только крепче прижалась к нему. Он так промерз, что казался не мужчиной из плоти и крови, а мешком льда, особенно для разгоряченной кожи.
Джиллиан взяла холодные щеки Тома в ладони, приподнялась на цыпочки и поцеловала его в губы.
— Я думал для начала извиниться! — запротестовал он.
Ах да, обида, которую он ей нанес. Но ведь он уже извинился, и не пустыми словами, а делом.
— Извинения приняты, — отмахнулась Джиллиан и снова потянулась к его губам.
— Да, но я хотел объяснить… — снова начал Том, когда она на секунду отстранилась. — Мне нужно все сказать!
Неплохая идея — высказать все, что наболело, и в другое время она бы голосовала обеими руками «за», но не сейчас. Сейчас все взывало к действию, а не к разговорам.
Но как остановить такого упрямца? Только вставив кляп. Язык вполне подойдет вместо него.
Джиллиан не колеблясь, воплотила свою идею в жизнь. Теперь, когда Том больше не способен перебивать, можно приступать кделу: попробовать на вкус рот, оценить, насколько его тело желает ее, и позволить собственному желанию расправить крылья.
Она взялась обеими руками за его бедра, прижалась, с силой потерлась — и ахнула, едва не отскочив. Он, как губка, насквозь пропитался холодной водой.
— Ну и промок же ты! Снимай скорее свои мокрые тряпки!
Она отступила, чтобы дать Тому возможность избавиться от одежды. Взгляд его тотчас потянулся к ее телу и потемнел. Джиллиан тоже посмотрела на себя и обнаружила, что тонкая ткань сорочки промокла насквозь и облепила ее как раз в тех местах, где она особенно крепко прижималась к нему. Округлости грудей с затвердевшими сосками, живот и темнеющий треугольник волос в паху проглядывали сквозь ткань, а сухая ее часть, словно паря вокруг, при всей откровенности зрелища придавала ей странно эфемерный вид.
— Так, должно быть, выглядит богиня плотской любви, — заметил Том.
Сравнение понравилось Джиллиан. Более того, она нашла, что таковой себя и ощущает — она как будто вся состояла из эрогенных зон. Остальные мысли и чувства ее отступили.
Не сводя с нее взгляда, Том начал сбрасывать одежду. Вернее, стягивать, потому что она немилосердно липла к телу, словно не желая выпускать его из своих объятий. В конце концов, освободившись от нее, Том побросал все в мокрую грязную груду под окно, оставив только клетчатые трусы, трогательно старомодные на своем отлично развитом и еще очень молодом мужском теле.
Джиллиан смотрела, не замечая, что улыбается. Зато от Тома ее взгляд не укрылся.
— Ну, отлично! Хотел поразить своей мускулатурой, а в результате надо мной посмеялись.
— Мускулатура что надо… — Джиллиан провела кончиками пальцев по выпуклости на трусах. — Мне бы и в голову не пришло смеяться над такой. Вообще-то за двенадцать лет ты сильно подрос.
— И набрался ума-разума. Надеюсь, смогу тебя приятно поразить.
Он шутил, конечно, но в глубине глаз таилась серьезность, потому что он серьезно относился к их отношениям.
— Только не говори, что двенадцать лет назад не залез ко мне в окно от недостатка «ума-разума»!
— Я, знаешь ли, был тогда девственник… — он невесело усмехнулся, — и о том, что нужно женщине, имел весьма смутное представление.
— Я бы не оставила тебя в неведении, — мягко заметила она. — Помогла бы, направила…
— А как я бы тогда себя чувствовал? Я и без того понимал, что мы не пара, не хватало только выставить себя полным неумехой. Когда трясешься со страху, ничего не выходит. Ты уже повидала всего, ты была…
— Шлюха? — подсказала Джиллиан. — Ну конечно! Вот она, главная причина. Ты не пришел, потому что не хотел связываться со шлюхой!
— Что за чушь!
Том привлек ее к себе, а когда она принялась вырываться, заключил в кольцо из рук. Она затихла. Настал момент истины, которого не избежать, разговор, который, однажды начав, нельзя оборвать на середине.
— Я всегда считал тебя самой потрясающей, самой сексуальной девчонкой в мире. Мне бы и в голову не пришло судить тебя. Я смотрел на тебя снизу вверх, как… как на игрока высшей лиги, куда, как я тогда думал, мне никогда и ни за что не попасть. Твое окно притягивало сильнее любого магнита, я проводил под ним каждую ночь. Пару раз даже хватался за чертову лозу, но так никогда и не нашел смелости по ней взобраться.
Джиллиан ощутила жалость к той далекой глупенькой девчонке. Самоуверенная, наглая, с искаженным восприятием простейших вещей, с чересчур легким отношением к постели.
— Я изменилась с тех пор… — произнесла она очень тихо. — Я уже не та. Столько всего случилось, понимаешь…
Как ему объяснить? Она пыталась пару раз, но послание, как видно, не достигло цели. Да и можно ли объяснить такое цельной, бескомпромиссной личности? Разумеется, Том знает, что мир полон жестокости всех сортов и размеров, но он уверен, что со всем можно как-то разобраться. Иначе он не стал бы полицейским. Он даже не догадывается, что человека можно гнуть в дугу так, что со стороны и не подкопаешься, унижать и обижать, сохраняя достойный фасад, и никто ничего не заподозрит. В прежние времена она брала свою дозу и уходила туда, где никто над ней не властен, даже Эрик. И надо сказать, его такое положение дел устраивало, потому что ей приходилось возвращаться, а возвращаясь, она увязала с каждым разом чуточку глубже, давала ему чуть больше власти над собой. Вот почему он так бесился, узнав, что она завязала. Ведь в конечном счете это означало побег из тюрьмы.
Для Эрика удар кулаком — непременный атрибут постельных игр. Если наслаждению предшествует боль, она его заводит. Поначалу и в самом деле заводило, потом боли стало слишком много, а наслаждение исчезло вообще. Она перестала кончать и тем раздосадовала Эрика. Как он ее только не обзывал! Самое интересное, он до сих пор искренне уверен, что в том ее и только ее вина.
О чем думает мужчина, с кем ей снова после долгого перерыва предстоит секс? Уж конечно, не о насилии. Он не причинит ей боли. Как хорошо отдаться доброму, ласковому, сильному, кому доверяешь, кто не внушает страха…
Потому что, если все плохо кончится, у нее точно не будет сил на новую попытку. Уже никогда.
— Прошу тебя только об одном… — Джиллиан вдруг заметила, что яростно сжимает в руке цветы. — Надо поскорее поставить их в вазу!
— Бог с ними, с цветами. — Том легонько встряхнул ее за плечи. — Они так долго мокли под дождем, что пролежат без вазы всю ночь. Но если для тебя так важно, хорошо, я поставлю их в вазу. Надеюсь, будут и другие, более интересные пожелания!
Говорить оказалось труднее, чем она думала. Несчастная трусиха! Но объяснить — значит, признаться, что боишься, что не уверена ни в чем, а главное, в себе самой.
Джиллиан бросила вороватый взгляд из-под ресниц и подумала: его страх и неуверенность разделили их на целых двенадцать лет. Если теперь струсит она, все опять кончится ничем. Будет только хуже. Как бы ни обернулось их свидание, она не должна бояться.
Ну хорошо, надо успокоиться. Она не струсит, как малолетка. В конце концов, речь идет всего лишь о сексе, а секс, как теперь знает каждый, — естественная часть человеческой жизни. Том, конечно, звезд с неба не хватает, зато и не причинит боли. Тот, кто выхаживал животных, просто обязан оставаться добрым, разве не так?
— Я хочу… хочу покончить с одной… стороной своей жизни… печальной стороной, которая…
Джиллиан запнулась. Том не торопил ее, он просто смотрел, с бесстрастным, чисто полицейским выражением лица, которому научился, наверное, еще в академии. Там, где учат в том числе тому, что жестокость порой живет и в супружеской постели.
О чем он думает? Задается вопросом, почему она восемь лет терпела? На этот вопрос у нее нет ответа.
Он осторожно обнял ее, ладони его теперь мягко покоились на ее плечах. Кроме эрекции, которую Джиллиан ощущала животом, ничто не говорило о том, что Том возбужден. Подобная сдержанность в минуту, когда еще ничего не решено, внушает уважение.
— Хочешь поговорить? — наконец спросил он.
— Когда-нибудь. Не сегодня.
Он кивнул и скользнул кончиками пальцев по почти исчезнувшему синяку у нее под глазом.
— Рано или поздно поговорить придется. Иначе я ничего не смогу предпринять.
— Но не сейчас, ладно? — взмолилась Джиллиан.
— Ладно. Пусть сегодня все будет так, словно есть только мы двое.
Только они двое! Если бы все так и было. Вдруг призраки прошлого непрошеными явятся в спальню в самый решающий момент?
Том обвел взглядом комнату. Джиллиан проследила его взгляд. Все здесь в точности так же, как в юности, словно дедушка с бабушкой знали, что однажды она сюда вернется. Односпальная кровать выглядела девически узкой, и лоскутное одеяло это подчеркивало.
— Вот, значит, что я увидел бы, если б в ту ночь нашел в себе смелость… — Том взял ее за руку и потянул к постели.
Как некстати ее нервная дрожь! Джиллиан напряглась, но ее только затрясло сильнее. Дрожь никак не могла укрыться от Тома (ведь он держал ее за руку), но вырываться она не стала, потому что все их будущее зависело от того, как пройдут последующие несколько часов.
Нервное напряжение начинало сказываться в нехватке воздуха. Если так пойдет и дальше, она попросту отключится! Как раз то, что нужно. Том будет счастлив совокупиться с бесчувственным телом бывшей шлюхи!
Может, лучше не рисковать? Вместо постели податься в монастырь? Как раз таких, как она, там и ждут.
Пока мысли лихорадочно проносились в голове у Джиллиан, Том подвел ее к кровати. Колени коснулись матраца. Она судорожно глотнула, словно до сих пор только спала здесь и вдруг сообразила, что на постели можно заниматься и чем-то другим.
Повернулась к Тому, подняла дрожащую руку к его лицу. Отдернула.
— Не обижай меня!
— Ни за что на свете, — произнес он так серьезно и торжественно, будто приносил присягу.
Он бережно привлек ее к себе для поцелуя, так бережно, что Джиллиан подумала: может, все обойдется? Ведь он не схватил ее, не стиснул, попутно лапая за все, что подвернется, просто привлек ближе, оставив руки покоиться на талии.
Она и забыла, каким приятным может быть поцелуй, самый простой и нетребовательный, когда губы прижимаются, а язык скользит, едва касаясь, предлагая взять на себя активную роль.
Джиллиан ощутила, как в ней спадает давнее напряжение — неизменный спутник близости.
Кожа у Тома местами была еще влажная, волосы мокрыми завитками липли к голове, но он заметно согрелся. Он и не подумал ее раздевать, просто помог опуститься на постель, и внезапно время опять как будто потекло вспять. Она ощутила себя девчонкой из далекого прошлого, но не дерзкой и опытной, а еще совсем невинной. Девчонкой перед первой близостью. Каждое прикосновение несло в себе прелесть новизны, каждая ласка казалась откровением.
— Можно дотронуться до твоей груди? — спросил Том шепотом, в самое ухо, щекоча его теплом дыхания.
Перед ней предстала романтика, о которой Джиллиан не имела понятия. Никто никогда не спрашивал, можно ли, а между тем не все и не всегда разумеется само собой.
Совершенно очарованная моментом, Джиллиан сделала вид, что обдумывает просьбу. Нетерпение в зеленых глазах сказало ей, что промедление стоит Тому дорого и что при всем своем романтическом подходе он сходит с ума от желания, в чем тоже таилось очарование. Он давал ей время привыкнуть, отрешиться от печального опыта, снова стать на ты с собственными эмоциями и ощущениями. Странная мысль пришла ей в голову.
Так ли уж плохо заново переписывать историю? По крайней мере история человеческой жизни порой взывает о том, чтобы ее переписали. Вычеркнуть все плохое, а взамен внести светлое и радостное. Насколько потом легче жить!
— Можно… — наконец прошептала она.
Одно лишь предвкушение заставило груди налиться, а соски затвердеть, когда же прикосновение совершилось, удовольствия от него оказалось много, много больше.
— А если я поцелую? Ты не против?
Джиллиан застонала, обожженная потребностью в ласке.
— Я не стану позволять лишнего, обещаю… Поцелую прямо через сорочку…
При всей мальчишеской нерешительности просьбы ничего мальчишеского в том, как Том к ней прикасался, не замечалось. Она лежала в постели не просто со зрелым мужчиной, а с опытным и умелым любовником, и постепенно начинала проникаться своим открытием.
— Но только через сорочку… — прошептала Джиллиан, подыгрывая.
Голос ее дрожал уже не от нервозности, а от нетерпения.
Когда губы сомкнулись вокруг соска, она почувствовала не только влажную мягкость языка, но и грубоватый материал сорочки, отчего испытала, пожалуй, самое эротическое ощущение за всю свою жизнь. Тонкая преграда из ситца придавала обычному нежному касанию новый оттенок. Отчасти он напоминал царапающее прикосновение ногтя, но не имел ничего общего с болью, скорее с щекоткой. И даже иначе — изысканнее. Губы втянули в себя сосок вместе с тканью, а когда выпустили и тепло их исчезло, ситец сразу остыл и остудил кожу, придав ей еще большую чувствительность. Джиллиан ощутила, как ткань вспучивается, по мере того как твердеет сосок.
Ей захотелось сбросить все покровы, пересечь все барьеры, чтобы коснуться обнаженной кожей мужского тела — с радостью и удовольствием, на которые она давно перестала надеяться.
Но Том не спешил. Его движения отличались медлительностью, словно он хотел насладиться каждой секундой. Целая вечность ушла на то, чтобы покрыть ее груди поцелуями, хотя все ее существо изнывало от нетерпения.
Если сорвать с него трусы, то события ускорятся! Но Том поймал ее руки и сжал в своих.
— Ну, пожалуйста!
— Еще не время, — ответил он.
Ну конечно, где ему понять, что ей необходимо поскорее покончить с первым разом, пройти через него и все оставить в прошлом! Что бы он там ни думал, они сейчас не занимаются любовью — по крайней мере не она. Для нее это веха, порог, за которым навсегда кончится Эрик и начнется Том. Там она станет другой, сознавая, что последним в ее теле был желанный мужчина, а не…
Джиллиан до боли стиснула веки, сообразив, что все-таки впустила в спальню призрак прошлого. Все равно что пригласить Эрика третьим в постель!
С усилием оттеснив неприятные мысли, она попробова — ла вернуться к прикосновениям Тома, к запаху его кожи и мокрых от дождя волос. Она запустила в них пальцы, перебирая, проникаясь иной густотой и мягкостью, наслаждаясь тем, как влажные завитки щекочут кончики пальцев. Быть может, Том и прав, подумалось ей. Нужно время, много времени, чтобы познать нового мужчину: где он лучше чувствует, на что сильнее реагирует.
Ведь такой подход еще и заводит!
Подробно изучив волосы, Джиллиан перешла к шее, плечам и всему остальному. Для простого полицейского из захолустья, где почти никогда ничего не случалось, Том, на ее взгляд, находился в превосходной форме. Зря она все-таки поддалась тогда гневу и не воспользовалась его мускулами. Шея у него крепкая, плечи достаточно широкие, чтобы в одиночку перетаскать на них весь груз. Что касается торса… как раз такие можно увидеть в передаче «Те-лешопинг», когда речь идет о спортивных снарядах для подкачки груди и живота.
Том тоже живо интересовался ее телом.
Добравшись до ленточки у ворота сорочки, он выразительно ею поиграл, как бы спрашивая, не пора ли перейти к следующему шагу. Джиллиан сделала вид, что не понимает намека.
— Хочу на тебя посмотреть. Можно?
Бог знает почему, но дыхание стеснилось, и по телу прошла дрожь. Джиллиан лишь медленно кивнула. Прежде она не чувствовала себя такой… исключительной, достойной самого бережного обращения.
Мелькнула запоздалая мысль, что надо бы выключить свет, хотя теперь не самый подходящий момент. Руки у Тома были большие и грубоватые для шелковой ленточки, и он развязал ее не без труда, впервые трогательно неуклюжий. Сам он своей неуклюжести даже не заметил, столь же захваченный нетерпением, как Джиллиан — неожиданным смущением.
Края сорочки заскользили с груди и обнажили ее.
Том снова удивил ее тем, что не потянулся к ней ни руками, ни губами. Он приподнялся на локте, и некоторое время просто пожирал ее взглядом. Потом кончиком пальца проследил округлость левой груди.
От природы Джиллиан достались полные, тяжелые груди. В молодости они дерзко торчали вперед, кружа голову мужчинам, но с годами понемногу потеряли упругость и к тридцати заметно поникли.
Джиллиан захотелось спрятаться от его взгляда, выключив лампу.
— Какая же ты красивая! — выдохнул Том.
Она отдернула руку от лампы.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100