Читать онлайн Клуб разбитых сердец, автора - Уокер Рут, Раздел - Глава 35 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Клуб разбитых сердец - Уокер Рут бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 10 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Клуб разбитых сердец - Уокер Рут - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Клуб разбитых сердец - Уокер Рут - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уокер Рут

Клуб разбитых сердец

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 35

Сделав последний звонок директору ресторана отеля «Святой Франциск» и убедившись лишний раз, что больше никаких проблем не возникло, Шанель отправилась в спальню переодеться к приему, но предварительно выключила телефон, чтобы ничто не отвлекало от этого важного занятия.
Сегодня надо выглядеть на пятерку с плюсом, и дело тут не в тщеславии – образ следует создать. Именно ради этого она бог знает сколько времени убила на хождение по магазинам, остановившись в конце концов на сногсшибательном длинном платье от Билла Бласса; такие наряды сейчас мало кто носит, и Шанель отдавала себе отчет в том, что наденет платье всего один раз, но, учитывая обстоятельства, этим можно пренебречь.
Пусть даже у Лэйрда глаза полезут на лоб, когда принесут счет, все равно важно показать, что за самого завидного в городе жениха выходит не какая-нибудь Золушка. И слава Богу, платить придется не ей, тем более что сейчас она на мели, деньги, полученные за воспитание Элси Стетсон, ушли на повседневные расходы – на еду, старые счета.
По некотором размышлении Шанель решила пригласить на прием и Стетсонов. Они, конечно, не из тех, что должны бывать в доме у жены Лэйрда Фермента, но приличия требовали дать Элси и этот шанс пробиться в местную элиту. Жену она не переваривала, но муж вызывал у нее добрые чувства, он так напоминал отца.
Неотразимым блеском Тинкана О'Хары он не отличался, но была в нем та внутренняя уверенность в себе, что проистекает не от богатства или воспитания, но от силы характера. Да, Стет вполне подойдет этой компании, чего нельзя сказать о его жене, которая вообще не умеет вести себя в обществе.
Даже если Элси будет походить на какую-нибудь актрисочку, никто этого не заметит. Всех будет интересовать только одно: Лэйрд Фермонт женится на Шанель Деверю.
Накладывая легкие тени, Шанель с сожалением думала, что у нее нет родственника-мужчины, который сделал бы это торжественное объявление. А так получается, что Лэйрду придется взять это на себя. Хорошо бы спросить, как именно произойдет оглашение, но в последние два дня Шанель не могла до него дозвониться. Дома никто не отвечал, что странно: ведь даже если он куда-нибудь уехал, слуги-то должны быть на месте. Ладно, не имеет значения. Лэйрду довериться можно, обставит все как нужно. Наверное, никогда в жизни он не нарушал условностей, принятых в обществе, не позволял себе никаких вольностей. Вот и прекрасно. Иногда он казался ей чересчур консервативным, но ничего, как только поженятся, Шанель постарается научить его извлекать из своего богатства максимум. Хотя, конечно, никаких экстравагантностей, меру знать надо.
Покончив с косметикой, Шанель внимательно осмотрела себя в зеркале, висевшем над туалетным столиком. Что ж, внешний вид вполне соответствует самочувствию, а это немало. Удивительно, какое значение женщины придают внешности. Правда, не все. Взять хоть Дженис Мурхаус. Твидовый жакет, юбка-шотландка, бесхитростная прическа – несомненно, все это соответствует ее образу жизни, однако же ясно, что собственный внешний вид ее не особенно заботит.
А вот Глори, наоборот, становится настоящей красавицей.
На апрельском обеде она была совершенно неотразима в своем голубом шелковом платье, перехваченном в талии белоснежным поясом с черепаховой пряжкой (последний, по ее словам, она купила у уличного торговца на Маркет-стрит). Что ж, теперь собственными ножками по жизни шагает. На первых порах рабски следовала советам Шанель, но сейчас действует по своему усмотрению. Странно, что она до сих пор не обставила квартиру.
– Всему свой черед, – сказала она, когда Шанель поинтересовалась, по-прежнему ли Глори спит на матрасе.
Шанель почувствовала, как у нее защекотало в горле, – верный признак того, что вот-вот расхохочется. Ей не хватало Глори, которая всегда так забавляла ее. И все равно, когда она станет миссис Лэйрд Фермонт, в ее жизни не останется места для всяких там Глори, а равно Стефани, Дженис и, уж конечно, Ариэль.
Ее узкие ступни уютно скользнули в бальные туфли-лодочки, после чего Шанель устроила, как обычно, уходя из дома, прощальный осмотр.
Косметика – само совершенство. Чуть-чуть подрумяненные щеки, совсем небольшой слой розовой помады – Лэйрд любит, чтобы в женщине все было естественным. После замужества все будет иначе, но пока надо угождать его вкусам.
Впоследствии займемся и ими, но аккуратно, не спеша.
Украшения – нитка оправленных в серебро изумрудов, один из немногочисленных подарков Жака. Хорошо хоть серебро снова вошло в моду. Ни единого кольца, Лэйрд хочет, чтобы на пальцах ничего не было, когда нынче наденет на нее обручальное кольцо в бриллиантах. Она передаст его ему во время приема, ну а пока оно надежно покоится в сумочке.
Далее – платье, серебристая парча и темный шелк великолепно идут к светлым, как серебро, волосам; оставляя почти открытой грудь, оно соблазнительно облегает крутые бедра.
Одна из лучших моделей Билла Бласса – смелая, красивая, дорогая.
Волосы – гладкий зачес, приплетенная коса, над которой Адольфо, то разражаясь ругательствами, то рассыпаясь в комплиментах, трудился сегодня чуть ни до полудня.
Другие пусть делают себе более свободные прически. А у нее – свой стиль. «Королева», – закончив свое дело, сказал Адольфо. Вот именно, королева – точное определение для Шанель Деверю, в девичестве Шанель О'Хара, дочери Тинкана О'Хары, которой вот-вот предстоит стать Шанель Фермонт, женой Лэйрда Фермонта.
И смотрите, кто это там больше всех выставляется? Да это же Нэнси Андерсон со старинными ожерельями, коротышкой мужем и своей здоровенной задницей, на которой тесто можно месить…
Послышался легкий стук в дверь, и в комнату вошла Ферн.
Шанель критически оглядела ее. Стройная, длинноногая, Ферн эффектно выглядела в этом своем едва прикрывающем колени платье цвета шампанского. Удивительно, как она меняется, когда не носит это отвратительное тряпье.
– Настоящая принцесса, – заявила Шанель. – Цвет шампанского потрясающе тебе идет.
– Как это понять? Комплимент? Обычно ты любишь пройтись насчет моей одежды.
Шанель поджала губы, но, поскольку сегодня ничто не должно испортить ее торжества, заговорила ласково и спокойно:
– Тем более следует мне доверять, стало быть, не льщу, а правду говорю.
Она взяла свою серебристую сумочку.
– Ну что ж, я готова. Лэйрд будет с минуты на минуту.
– Да уж, такого счастливого – и богатого – жениха нельзя заставлять ждать, Шанель нахмурилась:
– Послушай, Ферн, сделай одолжение, попридержи язык сегодня, ладно? Это ведь и твоя игра тоже. Публика, которая там будет… В свое время от отношения этих людей немало будет зависеть в твоей жизни.
– Сомневаюсь, – передернула плечами Ферн. – Ну да ладно, можешь быть спокойна. Когда мне скажут – а уж это точно, – что я совсем не похожа на свою роскошную мамочку, я, вместо того чтобы послать куда подальше, скромно зальюсь краской.
– Ты очаровательная молодая женщина, помни об этом, – резко бросила Шанель.
– Хотелось бы верить, что ты говоришь искренне, – с удивлением посмотрела на нее дочь.
– Разумеется. Пусть я не похожа на наседку, как другие матери, но по-настоящему горжусь тобой. И хочу, чтобы ты была счастлива.
– Ну, тут спора нет. Богатство лучше, чем бедность.
Если у меня будет выбор, непременно предпочту богатого.
– Вот и умница. Просто… просто не надо перечить мне на каждом шагу. Я ведь действительно только добра тебе желаю.
На пороге появилась София:
– Машина внизу, миссис Деверю.
– Скажи мистеру Ферменту, что мы идем.
– Его там нет, только шофер. Он остановился посреди улицы – некуда приткнуться. Так что хорошо бы побыстрее.
– Нет? То есть как это?.. Ладно, не важно. Скажи шоферу, что мы спускаемся.
Через несколько минут они уже направлялись в сером «роллсе» Лэйрда в сторону Юнион-сквер, где находился отель «Святой Франциск».
– Как думаешь, что могло случиться с Лэйрдом? – спросила Ферн, – Понятия не имею. Наверное; что-нибудь в последний момент возникло.
Шанель наклонилась и опустила стекло, отделяющее заднее сиденье от водителя – пожилого мужчины, работавшего у Лэйрда по совместительству еще и садовником, и рассыльным.
– Роберт, не знаете, что задержало мистера Фермента?
Роберт на мгновение обернулся, потом снова перевел взгляд на дорогу.
– Нет, мадам. Сегодня утром мистер Лэйрд велел мне вывести «ролле», подготовить его и заехать за вами в семь. И с тех пор я его не видел. Жена говорит, он вроде в полдень поехал покататься на яхте и все еще не вернулся. Беспокоиться не о чем, миссис Деверю. Он часто выходит на такие прогулки. Наверняка скоро появится.
– Спасибо. – Шанель подняла стекло. Действительно, чего волноваться-то? Из всех известных ей мужчин Лэйрд – самый надежный. Если, допустим, отказал двигатель, он просто вызовет спасателей. Ну а она пока займется последними приготовлениями.
Остановившись у главного входа в гостиницу, Роберт поспешно, не давая привратнику опередить себя, открыл заднюю дверцу машины.
– Когда вернуться за нами, знаете? – спросила Шанель.
– Да, мэм. Мистер Лэйрд велел мне возвращаться домой и ждать звонка. Или… как прикажете, мэм.
Говорил он почтительно. «Знает, наверное, – подумала Шанель, – что у меня вот-вот переменится статус». Слуги всегда все узнают первыми.
– Да нет, делайте так, как велел мистер Лэйрд. Да, попросите Мэри, перед тем как лечь спать, охладить шампанское. – Шанель впервые отдавала приказания слугам Лэйрда, и ей это явно нравилось.
Следуя за Ферн под монументальные своды старой гостиницы, Шанель самодовольно улыбалась. Все замечательно, и ведь это еще только начало.
* * *
Бальный зал поражал своими размерами и изысканной архитектурой – обломок старых времен. Убран он был сегодня в соответствии с указаниями Шанель. Гигантские пальмы в кадках и папоротники высотой с дерево смягчали квадратную геометрию комнаты, создавая одновременно уютные уголки, где были расставлены столы и стулья с позолоченными спинками. Столы украшены кремовыми орхидеями, а вазы с крупными белыми розами и гвоздиками, выделявшиеся посреди зелени, придавали еще больше блеска викторианскому убранству отеля. Из хрустальных люстр начала века лился холодный свет.
На возвышении в дальнем конце зала настраивали инструменты музыканты. Шанель попыталась было заполучить какой-нибудь оркестр с восточного побережья, сначала Питера Дачина, потом, когда не вышло, других, но в конце концов пришлось остановиться на местном, правда, из лучших. Ну что ж, в своих смокингах музыканты выглядят в высшей степени респектабельно, да и требуется всего лишь придерживаться старой манеры исполнения, прекрасно подходящей для танцев и не мешающей спокойно разговаривать.
Скользя по блестящему паркету, Шанель с удовлетворением заметила в противоположном конце зала нечто вроде тента из шелка цвета слоновой кости. От застолья из-за обилия гостей пришлось отказаться, но по части буфета Шанель постаралась придумать нечто необычное. Тент, немного в восточном стиле и уж точно совершенно оригинальный – сколько денег в него вбухано, и сказать страшно, – придуман был по наитию. Он хорош тем, что не только загораживает столы с закусками и напитками, но и дает возможность постоянно пополнять их запасы.
Именно тут обнаружила Шанель метрдотеля. Он внимательно следил за официантами, снующими между столами.
Поймав его взгляд, Шанель неторопливо и бесстрастно оглядела интерьер. Цветы расставлены идеально, точно так же, как и хрусталь с серебром, но, дабы никто не расслаблялся, она на всякий случай сдвинула чуть в сторону вазу с орхидеями и разгладила несуществующую складку на белоснежной скатерти.
Метрдотель откашлялся.
– Все в порядке, миссис Деверю?
– Велите официантам, – уходя от прямого ответа, сказала она, – приносить свежую еду, как только тарелки опустеют на три четверти. Да, и проверьте, все ли одеты, как положено, а то на одном приеме в прошлом месяце я заметила, что один из ваших людей выглядел, как бы сказать, несколько неряшливо. И пусть официанты смотрят в оба.
Нельзя, чтобы гостям приходилось самим носить тарелки из буфета. Столы, как гости покончат с едой, надо очистить как можно быстрее и незаметнее. И вот еще что. Где-то на половине приема мистер Фермонт сделает важное объявление.
Как только услышите из оркестра барабанный бой, официанты должны разнести бокалы с шампанским, специально заказанным для этого момента. Да поживее – будет произноситься тост. Все ясно?
– Да, миссис Деверю. – Метрдотель буквально сорвался с места. Сейчас задаст жару своей команде.
В этот момент сзади послышался мужской голос:
– Ну, Шанель, вы просто бесподобны. Вам бы генералом следовало быть.
Она с улыбкой обернулась, ожидая увидеть Лэйрда. Но это был Уильям Стетсон.
– О, это вы. А я думала – Лэйрд.
– Я и не знал, что Фермонт говорит с техасским акцентом, – суховато заметил Стетсон.
Шанель продолжала спокойно улыбаться, ей вовсе не хотелось вступать в пререкания со Стетсоном. Со значением посмотрев на крохотные, украшенные драгоценными камнями часики, она сказала:
– А вы не рано? Гости приглашались к восьми…
– Вы правы, прошу прощения. Я понял, что поторопился, только доехав до гостиницы, и пошел в бар выпить чего-нибудь. Но тут проследовали вы с дочерью, вот я и решил поздороваться.
– Очень мило с вашей стороны. А жена позже будет?
Улыбка стерлась с его лица.
– Мне пришлось положить Элси в больницу. Она на днях пыталась поджечь дом, и врачи сказали, что состояние ее ухудшилось, нужен постоянный присмотр. Вообще-то я хотел оставить ее дома, но, видите ли, в последнее время она сделалась такой агрессивной.
– Состояние, говорите, ухудшилось? А она что, больна?
– Болезнь Альцгеймера.
Шанель так и передернуло. Господи, так вот откуда это странное поведение – чего же он ей сразу не сказал? Боялся, что, если узнает, откажется заниматься ею? Шанель уже было открыла рот, но Стетсон опередил ее:
– Сиделки были с ней круглосуточно, и все равно она умудрилась как-то зажечь спичку. – На какой-то миг глаза его выдали истинное чувство, скрываемое за бесстрастным тоном. – Словом, ее врач считает, что в больнице будет лучше. Порекомендовал он вроде бы лучшую, так что отчего бы не попробовать… Впрочем, что это я вас занимаю своими несчастьями. У вас, должно быть, еще куча дел, в последний момент всегда что-нибудь возникает.
– Да нет, все идет своим чередом, и к тому же большинство гостей, наверное, по привычке опоздают. – Шанель погладила его по ладони. – Право, мне ужасно жаль. Как там Элси в больнице? Наверное, домой рвется?
– Да нет, пока ничего. Это на Ноб-Хилл, старое здание в викторианском стиле, и домашнее такое, на больницу совсем не похоже. Ей кажется, что она там в гостях, а хозяйка дома – одна из дневных сиделок, слава Богу, они нашли общий язык.
И даже меня терпит, если только надолго не задерживаюсь.
У нее ко всему прочему паранойя развилась, это уж что-то новое. – Вид у Стетсона был совсем подавленный, ясно, что только прикидывается таким спокойным и деловитым. – Сейчас Элси кажется, что ее хотят отравить, и спокойно может принимать еду только от этой самой сиделки. Когда она рядом, все нормально.
– Право, мне очень жаль, честное слово, – негромко проговорила Шанель.
– Кошмар какой-то. И почему никто не умеет лечить эту проклятую болезнь?
– Когда-нибудь научатся.
– Да только Элси это уже не поможет. Самое страшное – медленное ухудшение. Врачи говорят, что продлится это лет десять. Сейчас-то она выглядит моложе, чем когда-либо, словно приступ болезни стер все следы возраста. Но вбила себе в голову, что я хочу ее смерти. Какая чушь. Да я лишь мечтаю, чтобы она была такой же, как когда мы только поженились.
Глаза у Стетсона заблестели, похоже, вот-вот разрыдается. Шанель было его очень жалко и в то же время странно видеть плачущим этого сильного человека.
– Я и не думала, что вы можете так сломаться, – придав голосу твердости, сказала она. – Таким Уильяма Стетсона я себе не представляла.
– Гвозди бы делать из таких, как я, верно? – Он слабо улыбнулся. – Смотрю, вы всегда знаете, что сказать. Это у меня такая манера комплименты говорить. Не уверен, что вы мне нравитесь, Шанель Деверю, но я вами восхищаюсь. Ладно, хватит об этом. Так чего ради весь этот фейерверк? Кажется, грядет большое событие? Вы с Лэйрдом?..
Шанель смутилась. Неужели у нее все на лице написано?
Ладно, глупо отрицать, когда через пару часов все и так узнают.
– Угадали. Но только, пожалуйста, никому ничего не говорите, пока Лэйрд сам не объявит. Хорошо?
– Ну разумеется. Он собирается сделать это при полном; скоплении всех своих друзей и знакомых. Ну что ж, в добрый час. Я по-прежнему считаю, что вы совершаете ошибку, но, такой брак – верный путь к желаемому.
Подошел с каким-то вопросом директор банкетных залов, человек с маслеными глазками, лет под пятьдесят, и Стетсон; удалился. Через несколько минут стали подходить гости. Как и следовало ожидать, дамы из группы поддержки вопреки общему обыкновению появились вовремя.
Шанель молча окинула их взглядом. Глори, сразу видно, в лепешку разбилась, готовясь к этому вечеру. Симпатичное личико обрамляли ниспадающие блестящими завитками локоны, ярко-красное платье воспроизводило цвет волос – сочетание в принципе не правильное, но в данном случае поражающее своей новизной и необычностью. Сопровождал ее высокий, крепко сбитый мужчина в безупречно сидящем и явно не напрокат взятом смокинге. Он с любопытством обвел взглядом; все еще пустой зал, затем посмотрел на Шанель. Лицо его выглядело знакомым: похоже, виделись где-то в районе оздоровительного клуба. Стало быть, это и есть Стив Голден. Как интересно и как похоже на Глори: умница, и все равно из кровати одного спортсмена прыгает прямо к другому…
– С Ариэль кто-нибудь разговаривал в последнее время? – с деланным интересом спросила Шанель по завершении обычного ритуала приветствий и взаимных комплиментов.
– Она звонила несколько дней назад, обещала не пропадать, – негромко откликнулась Дженис. Выглядела она усталой и непривычно бледной. На ней было длинное шелковое платье темного цвета. И хоть шло оно ей, придавая фигуре стройность, новизной явно не отличалось. Шанель мельком подумала, сколько же факультетских вечеров оно видело, перед тем как хозяйка надумала разводиться.
– Жаль, что ее нет, – неискренне сказала Шанель. – Вам первым говорю: сегодня будет объявлена наша с Лэйрдом помолвка. Свадьба в конце мая.
Все заговорили разом, и, чувствуя, что поздравляют ее от души, Шанель вся так и раскраснелась от удовольствия; впрочем, при виде Ферн радость ее тут же погасла – та слишком уж пристально разглядывала светлую блузу и длинную черную юбку, купленные Стефани явно в магазине готовой одежды. Наглядевшись вдоволь, она перевела взгляд на полыхающие волосы Глори, и в уголках ее рта затаилась недобрая усмешка. Далее подошла очередь спутника Глори, и на сей раз улыбка Ферн сделалась вызывающей.
– Познакомьтесь, это моя дочь Ферн, – сказала Шанель. К собственному удивлению, ее просто возмутила почти нескрываемая ирония, которую вызывали у Ферн члены группы поддержки. К счастью, спутник Глори ограничился вежливым кивком и повернулся к ней, припоминая, что еще мальчиком как-то был в ресторане отеля «Святой Франциск» со своими родителями.
В дверях уже толпились гости, и вскоре Шанель и счет потеряла знакомым лицам. Отсутствие Лэйрда ставило ее в неловкое положение, приходилось все время пускаться в объяснения; тем не менее Шанель вполне справлялась с ситуацией, ссылаясь на то, что Лэйрда задерживают какие-то срочные дела. Утешала себя Шанель тем, что, коль скоро она ведет себя как хозяйка званого вечера, стало быть, человек в его жизни не случайный. Кое-кто явно подозревал, к чему вся эта затея, но на намеки Шанель отвечала лишь загадочной улыбкой.
Было уже почти девять, когда к ней подошел заместитель директора гостиницы. С лица у него так и лил пот, и, не успел он даже заговорить, как у Шанель заныло в груди от какого-то неприятного предчувствия.
– Это вам, миссис Деверю, – сказал он, передавая Шанель конверт. – Его привез шофер мистера Фермента. Тут какая-то путаница произошла, письмо попало не по адресу, вообще-то вам должны были передать его еще два часа назад.
Примите наши глубокие извинения…
И с этими словами он быстро удалился, Шанель и рта не успела раскрыть. Извинившись перед гостями, с которыми разговаривала в этот момент, она отвернулась и открыла незапечатанный конверт В нем был сложенный вдвое лист бумаги.
Прочитав первые же строки, она бегло подумала, как хорошо, что никто в этот момент не видит ее лица.
«Мне очень жаль, Шанель. Знаю, как тебе трудно будет прочитать это письмо, и заранее приношу свои глубочайшие и самые искринние извенения. Я никак не думал, что все так может обернуться», – начиналось послание.
Изо всех сил стараясь держать себя в руках, Шанель заметила, что письмо написано корявым, явно не Лэйрда, почерком, а в двух словах – «извинения» и «искренние» – ошибки.
«Теперь мне ясно, что наша помолвка была бы ошибкой. Минувшую неделю я провел с Ариэль, и все это время старался подавить свое к ней чувство, зная, как больно это тебя ранит.
Но я люблю ее и, наверное, всю жизнь любил.
Я сейчас на „Альбатросе“. Пытался до тебя дозвониться, но было все время занято, вот и пришлось продиктовать это письмо экономке. Можешь ни о чем не беспокоиться – она человек деликатный. Доставит письмо Роберт. Надеюсь, у тебя хватит времени отменить прием. Конечно, ужасно неловко, что все делается в последний момент, но у меня нет выбора. Поднимаясь утром на яхту, я думал просто покататься по заливу – нечто вроде прощального плавания. Но потом понял, что не могу бросить Ариэль. Так что сейчас мы на пути в Мексику. Знаю, что ставлю тебя в ужасное положение, но решился я на этот шаг только сейчас. Разумеется, ты никогда не простишь меня, и правильно: то, что я делаю, – непростительно. Единственное, что меня извиняет, так это то, что порой любовь оказывается сильнее любых обещаний И обязательств.
Конечно, никакая это не компенсация, даже говорить смешно, но хочу, чтобы ты знала: я телеграфировал своему банкиру, чтобы он перевел на твой счет некоторую сумму уже в понедельник утром. Если тебе что-нибудь понадобится, звони мне первому Между прочим, Ариэль считает, что мы с тобой – просто добрые друзья. Надеюсь, она останется при этом убеждении. Как только она покончит со своими бракоразводными делами, мы поженимся.
Можешь отменить прием под предлогом того, что я внезапно заболел и передаю свои глубокие извинения. Уверен, что ты прекрасно справишься с этой ситуацией. Ну а я, конечно, когда вернусь, подтвержу все, что ты скажешь. В том числе, если решишь сказать все как есть.
Ну а если нет, никому и не нужно знать, что мы собирались огласить помолвку. В том числе и Ариэль. Она такая невинная, и ей будет страшно неуютно, если узнает, что причиняет тебе – да и кому угодно – боль. Во всем виноват только я.
Надеюсь, когда-нибудь мы все же примиримся.
А пока – еще раз прими мои извинения.
Лэйрд».




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Клуб разбитых сердец - Уокер Рут



сюжет хоть и избит ,но книга читется легко перечитаю с удовольствием
Клуб разбитых сердец - Уокер Рутелена слыш
13.12.2010, 22.19








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100