Читать онлайн Правила счастья, автора - Уокер Фиона, Раздел - ГЛАВА 23 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Правила счастья - Уокер Фиона бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.47 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Правила счастья - Уокер Фиона - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Правила счастья - Уокер Фиона - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уокер Фиона

Правила счастья

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 23

Джуно сидела в ванной на крышке унитаза, сердце рвалось из груди, как борзая за зайцем. Сквозь его бешеный стук она с трудом разбирала звуки шагов, проследовавших в гостиную, звонок мобильного телефона и мужской смех.
Вот позор-то был бы, если бы Джей застукал ее в своей комнате, в темноте, впавшей в экстаз и проливающей слезы от песен Фила Коллинза. Слава богу, ей удалось этого избежать. Оставалось еще пробраться в свою комнату незамеченной. Для этого нужно невидимкой пересечь холл мимо открытой двери гостиной. Джуно подумала, что это невыполнимая задача для упитанной и неспортивной женщины, затянутой корсетом.
Восседая на унитазе и кусая ногти, она думала, что следует освободить место прежде, чем кто-либо из гостей почувствует зов природы. Судя по разноголосице различных тембров и акцентов, с Джеем пришли еще не меньше трех человек (сердце постепенно успокаивалось, и она обретала способность лучше слышать). Женщин, похоже, среди них не было. Джуно так обрадовалась этому, что даже стала противна сама себе.
Ну что ж, придется держаться нахально и развязно, иного выхода нет, решила она. Подумаешь, что тут особенного, если она появится дома в вечернем платье в пятницу, примерно в то время, когда люди возвращаются из ресторанов и клубов? В этом нет ничего странного, компрометирующего или постыдного. Она просто с царственным видом проплывет мимо гостиной, приветливо кивнет им и загадочно улыбнется.
Она быстренько оценила свое отражение в зеркале над раковиной. Ее боевая раскраска ничуть не пострадала, если не считать губной помады. Волосы пребывали в живописном беспорядке. Потерялась, правда, одна сережка, но в целом она выглядит весьма эффектно – приободрила себя Джуно.
Напевая «На улице сегодня», она в качестве алиби спустила воду в унитазе и, покачивая бедрами, прошествовала в холл.
Проходя мимо открытой двери гостиной, она обернулась как бы случайно, предусмотрительно придав лицу выражение «ну-ка, ну-ка, а что у нас тут происходит?».
Трое мужчин окружили Джея, который сидел за дубовым столом и нажимал на клавиши своего компьютера. Кажется, сжеванные Пуаро провода не стали Джею помехой, с облегчением отметила Джуно. Все мужчины были обращены к ней спиной. Она помедлила в полумраке, чтобы получше их рассмотреть.
– Отличный вид отсюда открывается, парень, – каким-то шутовским голосом сказал один из гостей, растягивая слова на эссекский манер, – он глядел в окно на тающие в небе очертания Лондона. Даже со спины Джуно узнала его – это был тот самый крепыш, стриженный под горшок, с белозубой улыбкой, которому она сегодня строила глазки у кафе «Фло». Тот еще типчик, наметанным глазом определила Джуно.
Рядом с ним стоял высокий мужчина в очень дорогом костюме, и, даже не оборачиваясь, он вызвал у Джуно перебой пульса. Он был сложён как супермен из мультика, у него были густые блестящие волосы цвета кофейных зерен, очень коротко остриженные на затылке, переходившем в стройную крепкую шею, и уложенные гелем в строгие волны на макушке. Из-за плеча, обтянутого полосатой тканью безупречно сшитого костюма, поднимался дымок сигары. От него пахло деньгами и сексом, и этот запах Джуно могла обонять, даже стоя в холле.
По другую сторону от Джея расположился мужчина более худой и менее высокий, и, пожалуй, больше остальных интересовавшийся тем, что делал Джей на компьютере. Его волнистые лысеющие волосы были собраны на макушке в лошадиный хвост. Он заговорил, и от его гнусавого голоса, напоминавшего жужжание москита, Джуно стало не по себе.
– Так тебе удалось продать этот снимок Майкла Кэйна в пятнадцати разных странах, причем меньше, чем через два часа после того, как ты его сделал? И это, черт возьми, в пятницу вечером? – недоверчиво прогудел москит.
– Вот именно, – ответил Джей. Его мягкий хрипловатый голос коснулся ушей Джуно как живительный бальзам. – Посмотри-ка сюда, Дормус, вот классное фото.
– Согласен, – прожужжал Дормус, на этот раз довольно обиженно. – Я все-таки не понимаю, как тебе удалось связаться со всеми так быстро. Моему агенту потребовалось бы для этого несколько дней.
– Цифровые камеры, Дормус, цифровые камеры. За ними будущее. Не надо пленки, не надо фотолабораторий, не надо слайдов, не надо курьеров на мотоциклах, никаких потерь времени, – спокойно объяснял Джей. – Я переслал фотографии Кэйна моему агенту в Лос-Анджелесе с помощью компьютера, модема и мобильного телефона через десять минут после того, как сделал их. Если б я сделал их пораньше днем, я смог бы их послать и на Западное побережье. Проблема лишь в разнице часовых поясов. Гораздо чаще я посылаю фотографии непосредственно художественному редактору, если знаю, что у него разыгрался аппетит и он готов платить за эксклюзив.
Джуно вздрогнула, потому что у крепыша зазвонил мобильный телефон. Он отошел чуть в сторону и ответил, по-прежнему стоя к ней спиной, поэтому она не покинула своего укрытия.
– Теперь ясно, почему ты так свихнулся на этом волшебном ящичке, – Дормус поскреб залысину.
– Это не волшебный ящичек. – Резко ответил Джей. – Это мое орудие производства.
Супермен повернулся к Дормусу, открыв идеальный, как у древнегреческой статуи Аполлона профиль, омраченный лишь одним недостатком – незагорелым шрамом, пересекавшим бровь безупречной формы. У Джуно снова перехватило дыхание, когда она увидела, что ему не больше двадцати пяти лет.
– Неужели твои коллеги, Паркер, не используют цифровые технологии? – судя по американскому произношению, но без нью-йоркского акцента, супермен был соотечественником Джея.
– Ну, может быть, несколько специалистов, связанных с королевским двором, – Дормус неодобрительно хмыкнул. – Мы, охотники за знаменитостями, более консервативны.
– Ты пещерный человек, Дормус, – Джей рассмеялся, но вполне доброжелательно. – Я встретил тут не меньше десятка парней, которые работают с цифровой техникой. Конечно, они не так хорошо оснащены, как я, но фотолаборатория им уже ни к чему.
Стоя в сумраке холла, Джуно поняла, почему в фотолаборатории Шона по-прежнему царит оставленный им беспорядок: Джей не пользуется фотопленкой. Она как-то читала о том, что существуют цифровые фотоаппараты и камеры, которые сохраняют изображение в карте памяти; эту карту можно вставить в компьютер, переписать файл на жесткий диск и просмотреть картинку на экране компьютера, а потом переслать по модему в любой конец света.
Джуно в задумчивости закусила губу. Значит, он все-таки приехал в Англию, чтобы фотографировать. У нее словно камень с души свалился. Но при чем тут Майкл Кэйн? Может, он делает портреты знаменитых кинозвезд. Опять зазвонил мобильный телефон. Она быстро отступила назад, пока ее не заметили.
Закрывая за собой дверь в комнату, она успела расслышать за спиной шутовской голос с эссекским акцентом:
– Тимон, дружище, тут одна пташка стоит на пороге. Это твоя подружка, Джей? Аппетитная, ничего не скажешь.
– Ты что, спятил? – едко рассмеялся Джей.
Очень интересно, почему этот тип спятил? Спятил, потому что назвал ее подружкой Джея? Или спятил, потому что назвал ее аппетитной? В любом случае, Джей – сукин сын.
Джуно в ярости металась по спальне. Ей безумно хотелось присоединиться к компании в гостиной и доказать – прежде всего, Джею, – что она на самом деле очень, очень аппетитная. Она такая аппетитная, что Джон хочет ее вернуть. Барфли ее обожает. И даже Финлэй сказал, что просто влюбился в нее в этом платье – великолепный Финлэй, который любит Лидию до безумия. Уж это наверняка доказательство того, что она аппетитная.
И если она пообщается с приятелями Джея, они смогут объяснить ему, что она очень аппетитная, – вон, пожалуйста, крепыш уже так считает. Джуно была готова переменить свое мнение о нем – несомненно, он человек преуспевающий, умный. Джей должен уважать такого человека и прислушиваться к его оценкам.
До нее доносились голоса, звонки мобильного телефона, мужской смех – самый сексуальный из всех звуков на свете, когда раздается в ответ на твои шутки, и самый оскорбительный, когда мишенью для шуток являешься ты.
Джуно хотелось выйти из своего убежища и отвоевать себе место под солнцем. Ей хотелось познакомиться со всеми, узнать, кто они такие, чем занимаются, особенно Тимон-супермен, который до смешного напоминал Джона Кеннеди младшего, коллекционирующего яхты, особняки и блондинок. Дормус с гнусавым голосом (он напугал Джуно больше, чем помойная крыса) – тоже, безусловно, фотограф. А вот мясистый крепыш с эссекским акцентом имел повадки махинатора и проныры, который и грязными делишками вряд ли гнушается. Все трое абсолютно не подходили друг другу, и Джуно умирала от желания понять, что их всех связывает с Джеем. Эти трое – словно фрагменты головоломки, которой является для нее жизнь Джея. Черт подери! Джуно потерла лоб тыльной стороной ладони. Она ненавидела Джея за то, что попала в такую зависимость от него, но ничего поделать с собой не могла. Ей хотелось только одного: быть рядом с ним, участвовать в его жизни. Ей невыносимо было оставаться в стороне.
В гостиной зазвонили два мобильных телефона одновременно. В ее практике люди звонили в пятницу вечером другим людям только для того, чтобы сообщить, в каком клубе/баре/ресторане они так классно веселятся, и пригласить присоединиться к ним.
Значит, в любой момент эти гости могут уйти. И Джей, может быть, никогда больше их не позовет. И его жизнь останется для нее такой же неразгаданной тайной, как и сейчас.
Джуно взглянула в зеркало. На ней было платье, «внушающее любовь», которое помог ей выбрать Финлэй. Она купила его для Джея, и несмотря на тяжелое разочарование, пережитое, когда выяснилось, что никакого свидания он не назначал, ей все-таки хотелось показаться ему в этом платье. В конце концов, на прошлой неделе он уже предостаточно видел ее в перуанском балахоне. Пусть теперь он будет ошеломлен. Она не сдастся без боя, отказавшись выполнить данное Финлэю обещание разжечь любовь в сердце Джея. Если Джей и не полюбит ее сразу, как только увидит в этом платье, то хоть поймет, какой аппетитной она может быть.
Но ей нужен предлог, чтобы выйти. Нужна уловка, которая позволит ей продемонстрировать, какая она обворожительная и вместе с тем недоступная, неотразимая и вместе с тем ускользающая, сексапильная и вместе с тем очень, очень разборчивая.
И тут ей пришло в голову: они ведь понятия не имеют, что она одна. А может быть, у нее в комнате гость. Чем это не законный повод надеть вечернее платье в пятницу вечером? Эврика! Просто, естественно и эффективно: это заставит Джея взглянуть на нее совсем другими глазами – возможно, сверкающими от дикой ревности глазами!
Не размышляя о возможности более серьезных последствий выбранной стратегии, Джуно вставила подходящую кассету в магнитофон, вытащила пару грязных бокалов из кучи грязной посуды, скопившейся у нее в комнате, бросила контрольный взгляд в зеркало и открыла дверь.
И тут весь ее план чуть не рухнул, потому что она уткнулась носом в кожаный пиджак крепыша, который в темном коридоре разговаривал сразу по двум мобильным телефонам.
Джуно быстро захлопнула за собой дверь, пока тот не успел заметить, что ее комната пуста. Одной рукой она сжимала ручку двери, другой – грязные бокалы и виновато улыбалась.
– Привет! – крепыш белозубо улыбнулся в ответ и возобновил телефонный разговор, не сводя порочных карих глаз с ее лица. – Нет, не могу дешевле пятидесяти. Пойми, это идет на вес золота. Ты живешь здесь? – он перевел взгляд на ее грудь. – Нет, Жустин. Двадцать я не хочу. Дюжина максимум. Прекрасное платье. Меня зовут Вилл.
– Спасибо, – ответила она оживленно и приветливо. – А меня Джуно. Вы заняты, простите, что помешала.
Приближаясь к гостиной, она услышала, как в кармане его пиджака зазвонил третий телефон.
Компьютер стоял в гостиной на столе и заряжался. Дормус зачарованно смотрел на Убо, а любимица Джуно, в свою очередь, бесстрастно изучала Дормуса. Между ними существовало несомненное внешнее сходство: крючковатый нос, выпученные глаза, срезанный подбородок. Супермен Тимон сидел на шелковом диване, согнувшись, как шахматист, обдумывающий ход, над кофейным столиком, и постукивал по нему пальцами. Джея в комнате не было. Джуно споткнулась на пороге, бокалы звякнули у нее в руке. Ее охватил внезапный ужас: господи, что она затеяла?
За спиной раздался отчетливый звонок четвертого мобильного телефона – на этот раз начальные аккорды Пятой симфонии Бетховена. Это не человек, а телефонная станция!
В этот момент Дормус отвел взгляд от немигающих глаз Убо и заметил Джуно.
– Кто такая? – грубо спросил он.
– Меня зовут Джуно. Я здесь живу, – обворожительно улыбнулась она. – А кто вы?
– Знакомый Джея, – сказал он так, будто дал исчерпывающий ответ.
Его большие, близко посаженные глаза делали его слегка похожим на психа.
Джуно кивнула и сделала несколько осторожных шагов вперед, чувствуя себя при этом нарушителем границ, хотя была у себя дома.
– А где же он сам?
– В сортире, – Дормус критически покосился на ее платье.
– Вы тоже фотограф? – любезно спросила она.
– Что, похож? – его взгляд достиг ее босых ног, а затем опять поднялся наверх. Он посмотрел ей в глаза с насмешкой. – А у вас лак на ногтях облупился.
– Дело в том, что у меня закончился флакон. Это мой любимый цвет, – Джуно ласково посмотрела на него.
Дормус осклабился, что придало его лицу неожиданно симпатичное выражение: открылся ряд белоснежных голливудских зубов, а вокруг глаз сумасшедшего собрались добродушные морщинки.
– А вы довольно забавная, – сказал он с большим удивлением.
– Благодарю. Так, значит, вы с Джеем приятели? – Джуно перевела взгляд на Тимона-красавчика, который по-прежнему отбивал ритм на кофейном столике.
– Впервые увидел его несколько дней назад, – фыркнул Дормус. – Славный малый. Мы с ним занимаемся одним делом. Нас познакомил Тимон.
Супермен поднял голову и посмотрел на Джуно, заставив ее временно потерять дар речи. Он был прекрасен без преувеличения.
– А вы, значит, подружка Джея? – Дормус понимающе гоготнул.
– Не совсем. Точнее, совсем нет. Чтобы я с Джеем? Да вы, похоже, спятили! – Джуно по-прежнему не отрывала взгляд от Тимона. Это праздник для глаз, это шедевр, а не мужчина. Она снова вернулась на школьную спортплощадку, в университетское общежитие, на студенческую вечеринку – короче, туда, где она столько раз замирала от восхищения, пожирая глазами местного мачо и чувствуя, как тысячи иголок пронзают легкие.
Тимон опустил голову, не проявив к ней никакого интереса, и Джуно заметила, что ее смятение прошло так же быстро, как и возникло, подобно панике «я не выключила плиту», которая внезапно накатывает, хотя плита выключена. Короткая вспышка прошлой жизни, оставшейся позади, та проторенная дорожка, на которой она себе ноги сбила, безнадежно влюбляясь в образцовых самцов. Она оглянулась через плечо в поисках Джея, зная, что именно он – новый крутой маршрут, на котором захватывает дыхание и лопаются сосуды. Но в поле ее зрения попал только Вилл, который, по-прежнему болтая по одному из своих телефонов, игриво ей подмигнул.
Когда Тимон возобновил постукивание по столику, она снова повернулась к Дормусу с самой чарующей улыбкой и открыла рот, чтобы поинтересоваться, каким именно делом он занимается, но не успела.
– Подумать только! – торжествующе воскликнул Дормус, его крысиные глаза были обращены на широкие плечи Тимона. – Все вы, девчонки, одним миром мазаны, что ли?
– В каком смысле? – осеклась Джуно. Кто этот человек? Он умеет читать мысли? Что он имеет в виду? Что она пережила короткий и острый приступ сладострастного волнения? Он уже прошел. Она – взрослая, зрелая женщина, в чем сможет убедиться и Джей, когда войдет в комнату и увидит, как она развлекает его гостей.
– Так в каком же смысле? – повторила она менее напряженно, более уверенно и сопроводила слова игривой, искушенной улыбкой.
– В том смысле, что всем вам хочется, – Дормус обнажил свои дорогостоящие зубы и кивнул в сторону Тимона. – Вы что, его запах за версту чуете? – Джуно не могла понять, что вызвало столь бурную реакцию с его стороны. Она даже чуть не потеряла присутствие духа из-за того, что он счел ее столь низкопробной, примитивной особой.
– Мне что-то не хочется, – она легко рассмеялась. – А теперь прошу прощения, вынуждена вас покинуть. Меня дожидается гость.
Очутившись в безопасности на кухне, Джуно бросила бокалы в раковину и включила чайник. Дожидаясь, пока он закипит, она услышала, как Джей вернулся в гостиную. Сердце забилось быстрее. Джей выражался в своей обычной лаконичной манере:
– Какого черта ты делаешь, Тимон?
– Набрасываю план наступления, – ответил голос супермена, гибкий, шелковистый и уверенный, как персидский кот, обвивающийся вокруг щиколотки.
– Чур не здесь, дружище, – ласково сказал Джей. – Это не подходящее место, здесь проходит граница, приятель.
– Погоди, Джей, не гони, – вмешалось гнусавое жужжание москита. – И вообще, пусть старина Тимон проветрит свой инструмент. Там на кухне одна девчонка просто мечтает отведать этой штуки. Маленькая толстенькая блондиночка – вылитый телепузик.
– Могу себе представить, – прорычал Джей. Лицо Джуно вспыхнуло от двойного оскорбления.
Она лихорадочно искала две чистые чашки и кофеварку, ожидая, что вот-вот на кухню ворвется разъяренный Джей. Ей просто не терпелось посмотреть, какое будет выражение у него на лице, когда он увидит ее платье, две чашки на подносе и поймет, что она этим вечером не одна. Будет знать, как насмехаться над тем, что она аппетитная.
Неожиданно слева от нее возникла фигура и облокотилась на холодильник.
– Значит, живешь тут с Джеем, лапочка? – Два карих глаза скользили по ее телу, как руки массажиста. – Счастливчик Джей. Повезло парню.
Это был Вилл: прядка волос упала на нос, на губах похабная улыбочка. Его лицо говорило само за себя. К этому ничего не добавить, даже написав у него на лбу: «Скользкий тип и хам, помешанный на сексе». Он был один из тех мужчин, которые живут, чтобы клеиться ко всем и везде и рассказывать об этом всем и везде. Он напомнил Джуно Лидию – более откровенный, грубый и опасный экземпляр, по сути, все той же породы, основными чертами которой являются неуправляемое стремление к наслаждению и непробиваемая самоуверенность.
– Я думаю, Джей с этим не согласился бы, – непринужденно ответила она, подсыпая еще кофе в колбу.
– Что-то ты очень нажимаешь на кофеин, лапочка. Если я правильно понимаю, спать сегодня ночью ты не собираешься? – он подвинулся поближе к ней, увидел две чашки, стоящие наготове, и остановился, опираясь локтем уже на микроволновку. Улыбка не сходила с его лица.
– У нас гости? – он приподнял брови. Вполне пристойные брови, между прочим, но, конечно, до бровей Джея им далеко.
– Просто мучает жажда, – лукаво ответила она, прекрасно понимая, что не существует другого способа раздобыть информацию, кроме как через флирт. В принципе, она не чувствовала к этому особого расположения, но если, кокетничая, удастся подчеркнуть, какая она аппетитная, а заодно разузнать что-нибудь о тайных делах Джея, она постарается.
– Безобразие. Такая славная сладкая малышка. Неужели не найдется настоящего парня, который побаюкал бы нас перед сном? – он поднял голову и подпер щеку изнутри языком.
Джуно так и подмывало сказать: «Скажи это Джею», но она рассмеялась:
– Ничего, как-нибудь я сведу концы с концами, не беспокойся.
– Не сомневаюсь в этом. Но если тебе вдруг вздумается свести свои концы с моими концами, знай, что я всегда к твоим услугам, – коричневая бровь приподнялась, усиливая значение сказанных слов.
– Буду иметь в виду, – ответила Джуно, поперхнувшись: она не привыкла к таким откровенным диалогам. Наверное, что-то есть в атмосфере этой кухни возбуждающее, решила она, вспомнив Барфли. Может быть, Шон не совсем безобидные травки выращивает в горшочках на подоконнике? Может быть, среди них прячутся афродизиаки, возбуждающее желание? Но в таком случае, почему на Джея они не действуют?
– Послушай, что я хочу тебе сказать, тебе понравится, – он сделал шаг вперед в неспешной, непобедимой уверенности. – Скажи, куда ты хочешь пойти, и считай, что мы уже там. Интересуешься оперой – я тот, кто тебе нужен. Хочешь поглазеть на знаменитостей – пойдем на премьеру.
Глаза Джуно раскрылись от удивления, когда ее осенила догадка:
– Ты сказал, тебя зовут Вилл?
– Самый лучший Вилл в мире, моя сладенькая, готов тебе служить, – он подмигнул ей.
– Вилл Пиджен? Продавец Грез?
Его лицо расползлось в улыбке:
– Ха, эта девочка знает, о чем говорит. Можешь не сомневаться, я мужчина твоих грез. Чем могу быть полезен, лапочка?
Вот оно что! Это и есть то звено, которого ей недоставало. Если она справится со своей ролью, она узнает все, что Джей скрывает от нее.
Джуно била точно и стремительно прямо в цель, она понимала, что времени у нее мало.
– Я интересуюсь часами. Марки «Таг Хойер». – Она весело улыбнулась.
– В таком случае мы пойдем с тобой в ювелирный магазин, лапочка, – он не терял времени зря и подошел к ней совсем близко, смекнув, что ему дают зеленый свет. – Наутро после нашего свидания куплю тебе маленькие часики, если ты хочешь.
Он придвинулся вплотную и теперь дышал выдыхаемым ею воздухом, пристально глядя на ее декольтированную грудь. Джуно почувствовала себя припертой к стенке, зажатой в угол, но ей безумно хотелось разузнать как можно больше, не вызывая у него подозрений. Она понятия не имела, во что сейчас впутывается: торговля оружием, наркотиками или билетами в «Овал».
– Мне нужны часы с надписью «Секс, серфинг, дерьмо», – она вздрогнула, так как чайник наконец-то засвистел.
Он опять улыбнулся и коснулся пальцем ее плеча:
– Мне нравятся женщины, у которых есть собственный стиль. Но не кажется ли тебе, что это капельку неженственно? Лично я предпочел бы выгравировать что-нибудь более романтичное.
Его палец скользил по направлению к ее шее. Она стояла так близко, что могла видеть шрамы на его лице – не такие заметные, как у Тимона, но гораздо более зловещие. Один шрам, совсем тонкий, пересекал губу, другой – от глубокой раны, еще не до конца зарубцевавшейся, прятался под волосами на лбу. Вот почему он подстрижен под горшок, подумала Джуно.
И вдруг она испугалась. Судя по всему, Джей, Тимон и Дормус могли состоять в одной ячейке, если не банде, возглавляемой Биллом. Она вспомнила подслушанные обрывки телефонного разговора Джея: «Я не хочу ее щелкать раньше времени… Кто-то стоит у меня за спиной». Она играет в жмурки на минном поле, вот что она делает.
Резко повернувшись лицом к плите, она выключила газ под чайником. Стояла спиной к Виллу и смотрела на конфорку, собираясь с духом. Нет, она не даст запугать себя несколькими шрамами. В конце концов, у Джея тоже есть шрамы – от пуль. Правда, это гораздо благороднее. Она не хочет Джею ничего плохого. Она просто хочет узнать, зачем он приехал в Англию и что сделал с часами ее брата. Он отрицал, что передал их Виллу, даже солгал, что не знаком с Виллом. Должна же быть этому причина… И поскольку Джей отказался дать разъяснения, придется ей разбираться самой.
– Наш общий знакомый передал тебе такие часы на прошлой неделе в обмен на одну услугу, помнишь? – Джуно трепетала от страха, рассчитывая только на то, что он не заметит ее неуверенности. Ни в коем случае нельзя оборачиваться, чтоб не встретиться с ним глазами.
Он придвинулся к ней сзади, и она чувствовала его дыхание на своей шее.
– Возможно, да… Возможно, нет… Напомни-ка. Джуно передернуло, когда она почувствовала, что теплая рука обнимает ее за талию. Она отчаянно хотела только одного – узнать, как к нему попали часы Шона, как он оказался в ее квартире сегодня вечером, если Джей отрицал самый факт знакомства с ним. Но она прекрасно понимала, что на его самоуверенную, уклончивую, игривую манеру нужно отвечать в том же тоне, как можно непринужденнее и беззаботнее. Ей совсем не нравилось, что он к ней прикасается, но она была уверена, что он потеряет к ней всякий интерес, если она его отошьет.
Джуно заливала кипятком кофейные зерна, наблюдая, как поднимается пена, вдыхая аромат кофе. И вдруг ей в голову пришла идея:
– Просто мне может понадобиться такая же услуга.
– Тебе? – он громко рассмеялся и положил другую руку ей на талию. Потом тесно прижался к ней, и она почувствовала, как: вырос его интерес к ней.
– А что тут такого? Почему бы и нет? – кивнула Джуно. Чайник дрогнул у нее в руке, и вода полилась мимо. Она изо всех сил боролась с желанием как следует двинуть ему между ног.
– Так тебе все известно? – прошептал он ей в самое ухо, очевидно, пораженный тем, что она имеет отношение к этому – бог его знает, какому делу. – Да, мало кто может похвастаться этим. Сверхсекретная информация. Эти педрилы к ней никого не подпускают. Учти, обойдется недешево.
– Я заплачу, – прохрипела она. У нее не было ни гроша – она могла только выписать просроченный чек. Интересно, какого рожна она тут покупает? Калашникова? Вряд ли банк предоставит ей для этого кредит.
Он восхищенно засмеялся, прижимаясь все теснее, наклоняясь все ниже, дыша тепло и интимно ей в самое ухо:
– В таком случае я должен сделать несколько звоночков, и считай, что дело в шляпе…
– Пора, Вилл, – раздался мягкий хрипловатый голос с акцентом жителя Бронкса. – Тимон собирается уходить.
– Сейчас, Джей, мальчик мой. Дай мне закончить одно важное дело с твоей прелестной соседкой. – Даже не обернувшись, Вилл продолжал наседать на Джуно своим грузным телом, вдавливая ее в плиту.
– Немедленно, Вилл, – рассерженно рыкнул Джей.
С сожалением посмотрев на Джуно, подмигнув ей и послав воздушный поцелуй, Вилл вразвалочку покинул кухню.
Вздохнув от облегчения, что он наконец-то перестал тискать ее, и от возбуждения, что она на пороге разгадки тайны с часами, Джуно отвернулась от плиты и отерла покрывшийся испариной лоб тыльной стороной руки. И тут она увидела Джея, стоявшего в дверном проеме.
Осознав, что он застал ее в компрометирующем положении, с горящими щеками и задравшимся платьем, Джуно облизнула губы и поправила юбку. Джей молча смотрел на нее, от его взгляда не ускользнуло ничего – ни ее наряд, ни смущение, ни пара приготовленных кружек. Джуно почувствовала, как растерянная улыбка появилась на ее губах.
Он по-прежнему молчал.
– Слушай, Джей, дружище, – из гостиной послышался мягкий замшевый голос супермена. – Нам тут нужна твоя помощь. – Последовал мужской смех.
Бросив на нее взгляд, полный презрения, Джей вышел из кухни.
Ничего аппетитного, в панике подумала Джуно. Совсем ничего аппетитного.
Когда она вышла из кухни с кофейником и двумя чашками, все уже собирались уходить и обменивались прощальными фразами.
– Приятно было почти познакомиться с тобой, лапочка. – Вилл Пиджен с сожалением окинул ее взглядом и многозначительно кивнул в сторону кофейника. – Надеюсь, с его помощью твой гость продержится всю ночь. Если нет, только свистни – и Вилл примчится. У Джея есть мой телефон. И мы доведем наше дельце до конца… – Снова зазвонил мобильный телефон, не дав ему договорить.
– Мы с вами нигде не встречались? – спросил сливочный голос.
Джуно поняла, что Тимон обращается к ней.
Джуно злилась на себя, но его невероятное мужское совершенство парализовало ее и она ничего не смогла ответить.
– Так вы живете здесь? – задал он более простой вопрос.
Она кивнула, словно онемев под его взглядом. Джей выглядел миниатюрным рядом с ним. Тимон был крупнее Джона и гораздо, гораздо красивее.
– Как ее зовут? – Тимон повернулся к Джею, показывая пальцем на Джуно так, будто она была домашним животным.
– Джуно Гленн – Тимон О'Келли, – без энтузиазма сказал Джей, хрипловатый голос перешел почти в шипенье.
– Рад познакомиться с вами, Джуно, – кивнул Тимон и отвернулся к зеркалу над камином, чтобы исследовать свое отражение.
Вилл прикрыл ладонью микрофон мобильного телефона, по которому он говорил, и хитро улыбнулся ей:
– Пусть тебя не вводит в заблуждение его вид светского льва. В душе он застенчивый зануда, правда, Ти?
– Что-что?
– Давай, расскажи о себе малышке Джуно, старина Тимон, – Вилл повернулся к ним спиной и возобновил телефонный разговор. – Да, у меня все с собой. Нет, в «Лягушку» не приду. Давай встретимся в «Сортире». Хорошо, там и отдам.
– Тимон О'Келли… – Джуно напрягла мозги, чтобы придумать необыкновенно оригинальную и остроумную реплику. Она отвела голову назад, чтобы получше видеть его, и изрекла:
– Какое необычное имя! – Браво, Джуно! Блестяще!
– Мой отец ирландец, а мама гречанка, – Тимон пожал плечами, не улыбнувшись.
– Ах, вот что! Чудесно! – Последовала длинная пауза. Джуно, задрав голову, смотрела на его подбородок. – И к-как же вы познакомились с Джеем? – пробормотала она. От него исходил очень сильный запах «Хьюго Босс». Она вспомнила Джона и почувствовала легкую тошноту.
– Мы познакомились в Латинской Америке, – подбородок у нее над головой поднялся, потом опустился. – Мы там работали вместе, давным-давно, еще до того, как Джей сошел с ума и начал лезть под пули. А неделю назад он мне позвонил.
– Вспомнить прежние времена?
– Он не любит говорить о тех временах, – покачал головой Тимон. – А ведь тогда он был самим собой. В своей лучшей форме. Полностью сосредоточен на деле.
Кровь отлила от лица Джуно. На каком деле сосредоточен? Тимон только что упомянул, что он наполовину ирландец, так? Может быть, он и есть тот человек, с которым Джей встретился в первый же вечер своего пребывания в Англии, с которым говорил по телефону? Может быть, у нее под носом происходит собрание террористической ячейки, прямо у Шона в гостиной?
– Я думаю, ребята, вам пора идти, – проворчал Джей.
Джуно посмотрела в коридор: он уже давно стоял там, держа входную дверь открытой, в тщетной надежде, что это подтолкнет гостей поскорее уйти, но на них это не производило ни малейшего впечатления. Вилл стоял у камина и продолжал говорить по одному телефону, а на другом тем временем набирал номер. Дормус исчез в фотолаборатории, оттуда доносился его гнусавый голос: судя по всему, он отпускал какие-то ехидные замечания. До Джуно дошло, что исполненный дикой ярости взгляд Джея относится к ней, и она побледнела еще больше.
В этот момент Дормус позвал Джея в фотолабораторию.
– Он был самим собой в чем? – спросила Джуно Тимона, торопясь воспользоваться отсутствием Джея.
– В том, чем он занимался, естественно, – ответил Тимон, не тая сожаления по поводу ее безмерной тупости. – В скрытых съемках.
Скрытые съемки! Джуно была сбита с толку. О чем идет речь? О скрытых съемках будущих жертв терактов?
– Вам нравятся мои волосы? – неожиданно спросил Тимон, наклоняя голову и внимательно глядя на Джуно.
– Ваши волосы? – растерялась Джуно.
– Да. Мои волосы, – он коснулся рукой своей безупречной укладки, как бы ощупывая ее, и наклонил голову еще ниже, так, что она оказалась на уровне глаз Джуно.
Джуно сжала губы, чтобы не расхохотаться, и кивнула с самым серьезным видом. У нее возникло искушение спросить: «Вы уже успели поплавать сегодня вечером?», но она поборола его и ответила, впрочем, совершено искренно:
– Ваши волосы выглядят… великолепно. Она посмотрела в холл: там вновь появился Джей, а с ним Дормус. Джей метнул на нее презрительный настороженный взгляд, потом отвернулся и засмеялся в ответ на слова Дормуса. Джуно почувствовала, как сердце упало в груди. Теперь Дормус гундел достаточно громко. Джуно застыла от ужаса: в его жужжании повторялись слова «Бенни» и «АББА». Джуно вспомнила, что большая часть фотографий, сделанных Шоном на празднике юных талантов, была по-прежнему разбросана по фотомастерской. Сомнений нет, их так развеселил ее бородатый персонаж с растопыренной грудью.
– Вам не кажется, что они коротковаты?
– Что? – Джуно перевела взгляд на Тимона. Господи, он опять про свои волосы. Внешность Кэри Гранта, разговор первоклассницы.
– Нет, у них идеальная длина, – заверила она его. Он пристально посмотрел ей в лицо сквозь длинные, черные как смоль ресницы:
– Вы действительно так считаете? Не коротковаты?
Она кивнула и добавила погромче, чтоб Джей услышал:
– Чем короче, тем лучше. Терпеть не могу длинные волосы у мужчин. Слишком женственно.
Теперь Тимон, казалось, был полностью удовлетворен. Неожиданно он одарил ее рекламной улыбкой:
– Как, говорите, вас зовут? – Он уже снова смотрел на свое отражение в зеркале.
– Джуно.
– Так вот, Джуно. Вы идете с нами в кафе «Де-Пари»? – он не столько приглашал, сколько требовал подтверждения факта. – Потому что мы сегодня собираемся как следует повеселиться.
Ого! Похоже, ей удалось произвести даже более сильное впечатление, чем она рассчитывала. Наверное, все дело в платье. Она нервно посмотрела на сердитого Джея, но тот и бровью не повел.
– Она не может, приятель, – Вилл, покончив со своими телефонами, снова включился в беседу. По-дружески похлопав Джуно по заднице, он кивнул в сторону подноса с кофейником и чашками, который она временно поставила поверх аквариума Убо. – Ты что, не видишь, у девочки гость сегодня вечером? Бедный парень у нее в комнате, наверное, решил, что она отправилась за кофе в Бразилию.
Так удачно придуманный «предлог» совсем вылетел у Джуно из головы. Смущенно закусив губу, она взглянула на Джея, стоявшего в коридоре. Он по-прежнему смотрел на нее с каменным выражением лица.
– Ну что ж, – Тимон не выразил чрезмерного огорчения. Он посмотрел на часы, потом еще раз на свое отражение в зеркале и, не попрощавшись, пошел прочь из гостиной.
– Я думаю, ты в порядке, – шептал Вилл ей на ухо. – Старина Ти не силен по части ухаживания. В постели, конечно, не так хорош, как я, но выглядит довольно сносно, в люди с ним выйти можно. Смешно сказать, я ведь был уверен, что ты – подружка Джея, когда увидел тебя. Такая маленькая миленькая пташка, очень секси, – его карие глаза сияли. Он стоял слишком близко к ней и разговаривал слишком фамильярно для человека, с которым она общалась две минуты.
– Ты всегда себя так ведешь?
– Как так? – игривая улыбка не покидала его лица.
– Так… – Джуно поискала нужное слово. – По-дружески.
– Как аукнется, так и откликнется. Что посеешь, то и пожнешь, – он жизнерадостно ощупал глазами ее фигуру, потом взял поднос и вручил ей. – А ты, моя сладенькая, заслуживаешь хорошего посева. Неудивительно, что старина Джей хранит тебя в таком секрете. Позвони дядюшке Виллу насчет нашего дельца, договорились?
Тут Джуно вспомнила про часы Шона. Она открыла рот, собираясь что-то сказать, но он уже направлялся к двери, а в его кармане опять звонил телефон.
– Увидимся, ребята, – Джей нетерпеливо теребил дверную задвижку.
– Пока, – прожужжал Дормус и вышел первым, за ним, слегка хлопнув Джея по плечу, Тимон, а потом Вилл, который не преминул послать Джуно воздушный поцелуй:
– Всего хорошего, детка, до встречи. Дверь со стуком захлопнулась.
Джуно осталась посреди гостиной с двумя чашками (удачно придумано, ничего не скажешь) и кофейником в руках, один на один с молчанием Джея. И она точно знала, что такой сценарий не входил в планы Финлэя.
Она попыталась найти выход из ситуации.
– Как насчет кофе? – предложила она, рванувшись к кофейному столику. Тут она и увидела, чем занимался Тимон. На поверхности виднелись аккуратно насыпанные четыре тонкие полоски кокаина, а рядом лежала туго свернутая пятидесятифунтовая банкнота. Забыть в гостях пятидесятифунтовую бумажку, как недокуренную пачку сигарет, – это было выше разумения Джуно.
– Боже мой! Посмотри-ка, что тут лежит! Джей не ответил.
Оглянувшись, Джуно увидела, что он стоит в коридоре, прислонившись к стене, глаза прищурены.
– Интересные люди, эти твои приятели, – она откашлялась. – Славные. Хотя очень, как бы это сказать… непринужденные.
– Ты тоже, – процедил он. – Очень непринужденная.
– Ммм, – Джуно замялась. Ах вот, часы. Она должна по свежим следам расспросить его про Вилла и про часы. – Вилл Пиджен, безусловно, личность. Помнится, ты сказал, что незнаком с ним, когда Лидия тебя спросила?
К ее удивлению, он улыбнулся, откинув голову и глядя в аквариум Убо.
– Как это прикажешь понимать? – небрежно спросила она.
– Что понимать? – он высокомерно посмотрел на нее.
– Твою улыбку, – ей показалось, что ее голос прозвучал обвинительно.
– Тебе понравился Вилл, да?
– Это один из тех наших диалогов, которые состоят из одних вопросов?
– А тебе как угодно?
– А тебе?
– А ты не догадываешься? – он приподнял одну бровь почти игриво.
Боже мой, неужели мы флиртуем, легкомысленно предположила Джуно. Но Джей внес беспощадную ясность:
– Твоя подруга Лидия спросила меня об этом потому, что ты ее так настроила, – он пожал плечами. – Ты ей сказала, что я вор, Джуно.
– Я не говорила! – вскипела она. – Ее друг снимает квартиру вместе с Биллом – и она нашла там эти чертовы часы. Стащила их, если хочешь знать. И все-таки ты, черт подери, отрицал тем вечером, что знаком с Биллом Пидженом, хотя и ежу понятно, что ты с ним знаком.
– Я не был знаком с ним тогда, ясно! – Джей повысил голос от злости.
– Вот как? – Джуно улыбнулась тонко и проницательно, чувствуя себя как мисс Марпл, которая сейчас с самым невинным видом подкрепит возникшие подозрения железными аргументами. – Но Тимон сказал, что ты позвонил ему на прошлой неделе. И кроме того, – она сделала паузу, чтобы усилить эффект, – наша соседка каждое утро видит тебя вместе с этой троицей.
– Ну и что с того, вонючий Коломбо? Пойду, возьму коку, – он рассмеялся и пошел на кухню.
– Тут уже есть немного коки, – тускло пошутила Джуно, глядя на полоски кокаинового порошка. У нее возникло желание вдохнуть его, чтобы поднять себе настроение. Ей нужно перестать цапаться с Джеем и начать с ним нормально разговаривать.
Она плюхнулась на диван и уставилась на пятидесятифунтовую банкноту. Эта бумажка позволила бы ей сейчас взять такси, добраться до какого-нибудь клуба и весело провести вечер с друзьями. У нее есть на выбор, по крайней мере, три места, куда она может сию секунду поехать, прочь из этой квартиры. Она весело поздоровается, извинится за опоздание и закажет на всех по штрафной. Но дело в том, что ей никуда не хочется ехать. Ей хочется только одного – побежать на кухню вслед за Джеем и помириться с ним, сказать ему, что она никогда не встречала такого человека, как он, что он перевернул всю ее жизнь, что она хочет поцеловать его и не ссориться с ним никогда.
– Послушай, прости меня, – позвала она, стукнув рукой по столику так, что полоски, насыпанные Тимоном, образовали букву Z. – Я только хочу… – Она споткнулась. Чего она, собственно, хочет? Дружить с ним? Знать о нем все? Убедиться, что он не террорист? Целовать, пока не зазвенит в ушах? Чего?
Наступила пауза. На кухне хлопнули дверцей холодильника и стали открывать банку.
Джуно взяла свернутую в тугую трубочку банкноту со столика и держала ее в пальцах, как сигарету. Пятьдесят фунтов. Поднесла к носу. Понюхала. Вместе со струей воздуха в нос попали крупинки белого порошка, забившиеся внутрь трубочки. Господи, что она делает. Джуно в ужасе отшвырнула банкноту и изо всех сил стала тереть нос, в котором усиливалось пощипывание.
– Так вот, я никогда не отрицал, что слышал о Продавце Грез, – Джей вернулся из кухни. – Я так и сказал твоей подруге. И очень удивился, когда она назвала его имя – я сам незадолго до того его узнал.
Джуно заморгала. Боже мой – он начал с ней общаться. Впервые за все это время. Только бы не сорваться и не начать трещать самой. Необходимо сконцентрироваться. Сохранять спокойствие и железную логику.
– Это Тимон познакомил тебя с Виллом?
– Да, в среду. Когда я приехал, мы встретились с Тимоном, выпили, и он сказал, что Вилл такой человек, который в Лондоне пригодится.
Голова у Джуно стала кружиться, как барабан стиральной машины. Белый порошок начал действовать. Она попыталась сосредоточиться. Лидия нашла часы Шона в квартире Вилла в воскресенье днем, за несколько дней до того, как Джей впервые с ним встретился. Если это так, то как же он мог совершить какую-то сделку с Продавцом Грез? А нет сомнений, что часы ее брата оказались у Вилла в результате какой-то сделки. В обмен на какую-то услугу. На кухне Вилл сам это более или менее подтвердил. Главное, не терять нить.
– В пятницу вечером? Ты встречался с Тимоном в пятницу вечером, да? – Ей показалось, что она крепко схватила нужную нить.
– Да. И что?
– Именно в тот вечер часы Шона пропали из квартиры.
– Что? – он растерялся на мгновение.
Джуно была уверена, что она вышла победителем. Она скажет ему: «Я допустила одну ошибку, правда? ТЫ передал часы Тимону, а не Виллу. Но тебе нечего бояться. Я не скажу Шону. Мне и часы-то эти не очень нравились, я только…» Тут до нее дошло, что она бормочет вслух, и она прикусила язык.
– Господи, Джуно! Сколько раз можно повторять? – Джей горько рассмеялся и отпил из банки. – Я ни разу не видел этих проклятых часов.
– Я не верю тебе.
Наконец-то ей удалось сосредоточиться. Голова работает быстро. Приоритеты расставлены правильно. У нее две цели: во-первых, разобраться с часами, во-вторых, добиться поцелуя. Все логично. Все отлично. Нить не потеряна. Действуем.
– Не веришь, вот как? – Джей с любопытством посмотрел на нее.
– Вилл знает все про часы, – Джуно осознала, что улыбается весьма кокетливо, и постаралась убрать улыбку с лица. Неужели она теряет нить? Нельзя путать две цели: часы сначала, поцелуй потом.
– Ах, Вилл?
Джей стоял в проеме арки, ведущей на кухню. Он прекрасно смотрится, стоя в арках, решила Джуно. Наверное, в нем говорит инстинкт фотографа – стремление заключить себя в рамку. Надо поделиться с ним этим соображением. Хотя нет, нельзя отклоняться в сторону. Нужно держать нить. У нее сформировалась твердая уверенность, что часы непосредственно связаны со всей его сверхсекретной деятельностью. Часы сначала, поцелуй потом.
– На что ты их обменял? Тимон выступал посредником? – спросила она, пряча подбородок в ладонях.
Он покачал головой:
– Ты совершенно не понимаешь слов, Джуно. Ты сводишь меня с ума.
– Это приятно слышать! – она улыбнулась как можно язвительней.
Он довольно пренебрежительно взглянул на нее, а потом – к полному ее удивлению – рассмеялся. Он действительно смеялся, по-настоящему: двигалась диафрагма, глаза улыбались.
– Я не хочу, чтобы ты впутывалась в это, понятно? – он перестал смеяться.
– Во что в это?
Он подошел поближе к ней.
– В то, ради чего я здесь. В то, чем я занимаюсь в Англии. В то, с кем я общаюсь тут. Поняла меня, Джуно? Держись подальше от этого. Это не твое дело. Ты только заработаешь неприятности на свою голову, а я, видит бог, не хочу причинять тебе неприятности, – он подошел совсем близко и присел, так, что она чувствовала его дыхание на своей щеке.
Поцелуй меня, поцелуй меня, поцелуй меня, зачарованно заклинала она.
– Все уловила?
Так близко за эти дни он еще не подходил.
– У-любила. У-ловила, – поправилась она заплетающимся языком, кивнув головой, как во сне.
Они улыбались друг другу – наяву улыбались. Джуно улыбалась все шире и шире, а сердце просто лупило по стенкам груди. Пока изнутри. О господи! Сейчас он меня поцелует!
– По-моему, пора вернуться, – он перевел взгляд.
Джуно продолжала улыбаться ему: конечно, пора вернуться – к объятиям, например.
– Вернуться к чему? – уточнила она.
– К кому. К тому, для кого ты приготовила кофе, – он резко выпрямился.
– Нет – понимаешь – я просто…
– Спокойной ночи, Джуно, – он вышел из комнаты.
Джуно подошла к зеркалу и стала внимательно изучать незнакомое лицо. Толстенькая мордашка с размазанным макияжем. Она не имела ничего общего с аппетитной штучкой, которую Джуно видела в зеркале раньше. Джей наверняка счел ее шлюхой, подумала она. Она привела гостя. Она заигрывала с его друзьями. Она заигрывала с опасностью.
Пыталась заигрывать с ним. Она прижалась лбом к каминной полке и закрыла глаза.
Если б он только знал, что я не могу думать ни о чем, кроме него.
– Это твое, наверное.
Легкий шум за спиной вспугнул ее. Джей что-то протягивал ей через плечо. Она открыла глаза и увидела в зеркале его лицо: прекрасное, опасное, с враждебным взглядом.
– Ты забыла свою сережку в моей комнате, – он бросил китайский символ на каминную полку. – Когда соберешься шпионить в следующий раз, предупреди меня, я тебе нарисую план.
Лицо Джуно вспыхнуло:
– Я совсем не шпиони…
– Забери. И почему ты никак не отнесешь кофе тому, кто так давно его ждет? Видит бог, кофе ему не помешает, если он собирается провести с тобой ночь.
С горящими щеками Джуно схватила поднос и вылетела из гостиной.


Через час в темной гостиной зазвонил телефон, и автоответчик записал следующее сообщение:
– Привет, Джуно и Джей. Это снова Шон. Почему ж вы, ребята, трубку-то не берете? Слушайте, бросьте искать мои часы. Я полный кретин, согласен. Я все перепутал. Я забыл их в ванной у Трионы, а не у себя. Простите, ребята. Надеюсь, вас не очень затруднили их поиски. Я только что оставил Трионе сообщение, попросил их привезти – она собирается ко мне через пару недель. Не знаете, кстати, где она пропадает сегодня вечером? Ее мобильник отключен. Напомните ей про часы в воскресенье – я думаю, все вы будете обедать у предков. Передавайте им привет. Здравствуй, Пуаро. Папочка любит тебя, малыш.
Из-под перуанского балахона пискнул тонкий птичий голосок:
– Я люблю тебя, малыш. А теща – подлая крыса.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Правила счастья - Уокер Фиона



С удовольствием поставлю рядом с дневником Бриджит Джонс и "Пари" Лили Брынзы.
Правила счастья - Уокер ФионаOksana
2.11.2013, 12.09





Классная книга!!! 10из10
Правила счастья - Уокер ФионаВалентина
6.05.2014, 1.42





Прекрасная книга, легко читается, оставляет очень светлое чувство, что любовь еще существует...Читаите , перечитываите- наслаждаитесь....7
Правила счастья - Уокер Фионавера0605
4.10.2014, 22.43





Замечательный роман! Незаезженный сюжет. Очень понравился!
Правила счастья - Уокер ФионаПолина
6.10.2014, 10.09








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100