Читать онлайн Он сказал «нет», автора - Уоддел Патриция, Раздел - Глава 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Он сказал «нет» - Уоддел Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.78 (Голосов: 27)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Он сказал «нет» - Уоддел Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Он сказал «нет» - Уоддел Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уоддел Патриция

Он сказал «нет»

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 11

Долгий и мучительный день, проведенный в одиночестве, Кэтрин использовала для того, чтобы собраться с мыслями и разобраться в своих чувствах. И, конечно же, ее ужасно мучило сознание своей вины.
На закате она прилегла на кровать, но уснуть ей, разумеется, не удалось – ее терзали все те же мысли. А хуже всего было то, что Грэнби находился совсем близко – именно это обстоятельство делало ее положение совершенно невыносимым. Ей хотелось поговорить с ним, показать ему, что она искренне сожалела о произошедшем.
Она непременно должна была перед ним извиниться.
Агнес – она принесла Кэтрин ужин – оказалась прекрасным источником информации. Служанка сообщила, что в поместье прибыл камердинер графа, вызванный из Садли. Камердинер собирался ухаживать за своим пострадавшим хозяином. Пек поблагодарил миссис Гибсон за ее старания и заверил домоправительницу, что лорд Грэнби с комфортом отдыхает.
Служанка ушла, но спустя час в дверь снова постучали, а затем в комнату вошли Агнес и тетя Фелисити. Агнес улыбнулась девушке и поставила на столик поднос с чаем и кексами.
Леди Форбс-Хаммонд дождалась, когда служанка уйдет, потом проговорила:
– Неужели ты действительно пригласила лорда Грэнби на состязание в такой ранний час, что тебе пришлось выйти из дома до рассвета? Я все правильно поняла? Но если это так, то я должна высказать свое неодобрение. Молодая леди не...
– Я знаю, что я сделала и чего не должна была делать, – перебила Кэтрин. – Тетя Фелисити, пожалуйста, не надо меня поучать. Я просидела в комнате целый день, и это было просто ужасно... Что с графом?
– Его слуга говорит, что он сейчас отдыхает. Твой отец сказал, что его травма очень болезненная. Подобное часто случается при падении с лошади.
Кэтрин немного помолчала, потом спросила:
– Папа уже разговаривал с графом?
– Еще нет, но, я думаю, это произойдет сразу, как только у лорда Грэнби появятся силы для беседы. Я не буду отчитывать тебя, так как ты вроде бы сожалеешь о случившемся. Но, увы, это запоздалое раскаяние... Ты должна понять, что поставила отца в очень неловкое положение. Лорд Грэнби весьма влиятельный человек.
– Граф будет злиться на меня, а не на моего отца.
– Все равно тебе пора понять, что твои действия имеют последствия, которые не спрячешь за стенами этой комнаты. Твоя репутация под угрозой.
Кэтрин налила тете чашку чая.
– В данный момент никто не думает обо мне хуже, чем я сама, – проговорила она. – А что касается моей репутации, то я не могу сказать, что меня сильно волнует мнение людей из Лондона, так как я их никогда не встречала.
– Но тебя волнует мнение лорда Грэнби. – Леди Форбс-Хаммонд выразительно взглянула на Кэтрин.
Девушка пожала плечами.
– Просто я не хочу, чтобы он меня возненавидел, вот и все.
– Не думаю, что об этом стоит беспокоиться, – ответила тетя. Взяв с тарелки кекс, она добавила: – Если бы меня спросили, то я бы высказала предположение, что лорд Грэнби увлечен тобой.
– Он думает, что я избалованная девчонка, которая не находит для себя лучшего занятия, чем бешеная скачка по округе.
– Я видела, как лорд Грэнби смотрит на тебя, моя дорогая, и его восхищение показывает, что он находит твое поведение вполне приемлемым. Но я должна сказать, что твой недавний поступок мог изменить его мнение о тебе; уязвленное самолюбие – это не оправдание твоему поступку. К тому же ваша встреча на рассвете вызовет множество сплетен. Право, Кэтрин, о чем ты думала?
– Видимо, я не думала вовсе.
На этом Фелисити, хвала Всевышнему, успокоилась. Она посидела вместе с Кэтрин еще полчаса, а потом пожелала ей спокойного сна.
– Уверена, что завтра утром твой отец будет настроен более дружелюбно. Что же касается графа, то тут все зависит от тебя.
Кэтрин не очень-то поняла, что имела в виду тетя Фелисити, но ей было все равно. Она больше не могла переносить заточение. Летние дни были длинными, и она просидела в своей комнате более десяти часов. Может, ей удастся увидеться с графом сегодня вечером? Кэтрин чувствовала, что не сможет успокоиться, пока лично не убедится в том, что с Грэнби действительно все в порядке и его здоровью ничто не угрожает.
Да, она не сможет заснуть, пока не принесет графу свои извинения.
– Черт побери, долго ли мне здесь валяться? – проворчал Грэнби, наверное, уже в сотый раз после того, как очнулся от длившегося целый день сна, вызванного настойкой опия.
– Попробуйте отдохнуть, милорд, – сказал Пек, сидевший в мягком кресле возле кровати.
– Я не хочу отдыхать. Я хочу выпить. Нет, не смотри на этот проклятый чайник. Сходи вниз и принеси мне бутылку портвейна. Нет, лучше виски.
Грэнби лежал, глядя в потолок, и пытался вспомнить, когда в последний раз он чувствовал себя так скверно. Его тело было в синяках и ссадинах, левая рука и плечо оказались перебинтованы, причем рука сильно распухла. К тому же он ужасно волновался за Кэтрин, волновался так, что, казалось, сердце разрывалось от боли.
– Мне надо увидеть мисс Хардвик, – сказал он, стараясь говорить как можно более непринужденно, будто его просьба была чем-то само собой разумеющимся.
Проигнорировав слова хозяина, Пек взял книгу со столика и принялся читать.
– Ты слышал меня?
– Да, милорд, но я не думаю, что это будет правильно. Слуге, не живущему в этом поместье, не следует расхаживать по всему дому. Тем более что эта леди – дочь хозяина, с любезного разрешения которого мы здесь находимся.
– Тогда найди горничную мисс Хардвик.
– Ее зовут Агнес, а сама молодая леди вынуждена сидеть в своей комнате, пока ее отец не передумает, – проговорил Пек с невозмутимым видом. – Похоже, молодая леди наказана за свое поведение.
– Это был несчастный случай. И убери свою проклятую книгу. Ты здесь для того, чтобы выполнять мои распоряжения. Я хочу знать, что происходит в этом доме.
Пек посмотрел на хозяина так, как обычно смотрят отцы на расшалившихся детей.
– Примерно час назад в комнату мисс Хардвик отнесли поднос. Ваши вещи привезли из Садли, а мистер и миссис Дент выразили вам свое самое глубокое сочувствие. Когда у вас появятся силы, я могу вас побрить, хотя мне кажется, что с этим можно повременить. Доктор Хокинз приедет завтра утром, чтобы проведать вас. Что еще вы бы хотели знать, милорд?
– Ничего, – со вздохом ответил граф; он понимал, что Пек читал его мысли так же легко, как книгу, которую взял из библиотеки Хардвика. – Я собираюсь спать.
– Очень хорошо, милорд.
Грэнби закрыл глаза, но тут же открыл их, услышав, как кто-то тихонько постучал в дверь. Пек отложил книгу и открыл.
– Слушаю вас, мисс.
– Лорд Грэнби спит? – послышался шепот Кэтрин.
– Впусти ее, – приказал граф и попытался приподняться.
Пек молча отступил в сторону, и Кэтрин вошла в комнату. Ее сердце сжалось от боли, когда она увидела синяки на левой руке и плече графа. Лицо его также было в синяках и ссадинах.
Она старалась не смотреть на его обнаженную грудь, но это оказалось невозможно. В сумеречном свете кожа на груди отливала золотом, и там, где не было бинтов, Кэтрин видела поросль курчавых волос. Грэнби оставался привлекательным мужчиной даже сейчас, после такого ужасного падения.
– Не ожидал, что увижу тебя сегодня вечером, – проговорил он с улыбкой.
– Я хотела узнать, как ты себя чувствуешь. – Улыбка, заигравшая на губах графа, сказала больше, чем любые слова, и Кэтрин улыбнулась ему в ответ. Грэнби промолчал, и в комнате воцарилась напряженная тишина.
«Как странно», – думала Кэтрин. Она вдруг почувствовала, что снова оказалась под воздействием чар Грэнби. Что же он за человек, если мог оказывать на нее такое влияние? И что произошло с ней в эти последние дни?
Тут Кэтрин вдруг поняла, что слишком уж пристально смотрит на графа, и в смущении потупилась. «Сейчас не время задаваться подобными вопросами, – говорила она себе. – Ведь я пришла сюда, чтобы извиниться, а не мечтать».
– Я просто хотела проверить, все ли в порядке, – снова заговорила девушка. – Может, тебе что-нибудь нужно?
– Пек исполнил все мои желания, кроме одного. – Граф окинул старика тяжелым взглядом. – Что-нибудь крепче, чем чай, не забыл?
– Да, милорд, – ответил слуга. Он с явной неохотой поднялся с кресла и направился к двери. У порога остановился и, прежде чем уйти, выразительно посмотрел на хозяина.
– Мне очень жаль, – пробормотала Кэтрин, когда они остались наедине.
Слова не выразили того, что она на самом деле хотела сказать, и Кэтрин, еще больше смутившись, опять опустила глаза. Да, ее отец прав. Она вела себя ужасно глупо. А сегодняшний день стал, без сомнения, худшим днем в ее жизни. У нее было вполне достаточно времени, чтобы поразмыслить о случившемся, и она теперь в полной мере осознала свою вину.
– Утром я поговорю с твоим отцом, – сказал Грэнби. – Во всем виноват я. Мне не следовало принимать твой вызов.
– Нет. Вина моя, – настаивала Кэтрин. – И я прошу у тебя прощения. У отца есть все основания сердиться на меня. Я поступила глупо и безответственно, затеяв эти ужасные скачки. Все могло закончиться гораздо хуже.
Грэнби указал ей на кресло, приглашая девушку сесть.
Как ни странно, но теперь, увидев Кэтрин, он почувствовал себя гораздо лучше. Одного ее вида оказалось достаточно, чтобы боль в плече начала утихать. На ней было синее платье, а волосы она собрала на затылке и перевязала синей лентой. Лицо же ее казалось очень бледным, а глаза чуть покраснели и припухли, – судя по всему, она плакала.
Ему захотелось успокоить ее, прижать к себе и сказать, чтобы она не волновалась, но сейчас он был не в силах это сделать.
«Как все неожиданно... – думал Грэнби. – Я постоянно вспоминаю об этой девушке, хотя прекрасно знаю, что должен во что бы то ни стало ее забыть». Действительно, почему он преследовал ее, почему пытался очаровать?
Кэтрин нервничала, но почувствовала, что ей не хочется уходить.
– Ты уверен, что я ничем не могу, тебе помочь? Может быть, я все-таки могу что-нибудь для тебя сделать?
Грэнби улыбнулся и проговорил:
– Ты могла бы поцеловать меня.
Кэтрин затаила дыхание. Она вдруг поняла, что именно этого ей и хотелось сейчас. Но все же она заставила себя сдержаться, так как понимала: если она поцелует графа еще раз, то беды не избежать.
Собравшись с духом, Кэтрин посмотрела Грэнби в глаза и ответила:
– Все началось с поцелуя... и вот чем закончилось.
Он снова улыбнулся.
– Ошибаешься, все началось с того, что ты чуть не сбила меня на дороге. Тогда я получил поцелуй в качестве компенсации. Так почему бы не получить его теперь? На сей раз, я действительно оказался на земле.
– И ты не возненавидел меня за это?
Граф внимательно посмотрел на сидевшую перед ним девушку. Янтарный свет газовой лампы сверкал на ее каштановых волосах, делая их цвет еще более ярким. А сочные губы... Ему тотчас же вспомнился их вкус, и вспомнилось, как она отвечала на его поцелуи. Эти воспоминания вновь возбудили желание, и Грэнби, протянув руку к девушке, пробормотал:
– Всего лишь один поцелуй.
В комнате воцарилось тягостное молчание, Кэтрин опасалась, что просьба графа являлась лишь очередным напоминанием о том, что она так и не научилась сопротивляться его чарам. Конечно же, он был обворожительным распутником, обожавшим демонстрировать женщинам свою власть над ними. Она знала это так же хорошо, как и себя, но, может быть, на сей раз...
Ей вдруг пришло в голову, что Грэнби, возможно, испытывал те же чувства, что и она, когда их губы сливались в поцелуе. Но если это так, то ей следовало немедленно уйти, так как ни к чему хорошему подобные чувства привести не могли.
И все же она встала с кресла и подошла к кровати. Грэнби смотрел на нее все так же пристально. И он по-прежнему улыбался. Когда же он взял ее за руку, Кэтрин почувствовала, как его прикосновение отозвалось в каждой клеточке ее тела.
– Всего один поцелуй, – прошептала она. – Наш последний поцелуй.
Грэнби не произнес ни слова.
Кэтрин наклонилась, чтобы поцеловать его, и тотчас же, едва лишь губы их соприкоснулись, забыла обо всем на свете. В какой-то момент она вдруг поняла, что уже сидит на кровати рядом с Грэнби, причем одна ее рука лежала на его обнаженном плече, восхитительно теплом.
Граф же, целуя Кэтрин, обнимал ее здоровой рукой и все крепче прижимал к себе. От переполнявших ее чувств Кэтрин тихонько стонала, и у нее вдруг промелькнула мысль о том, что этот их поцелуй и эти объятия не имеют ничего общего с прощанием – ведь было совершенно очевидно, что они оба сгорают от страстного желания.
Сердце девушки гулко колотилось в груди, и она чувствовала, что краснеет. Однако Кэтрин не пыталась прервать поцелуй, не пыталась отстраниться, напротив, еще крепче прижималась к графу. Ощущения, которые она сейчас испытывала, были слишком прекрасны, чтобы от них отказаться.
Не прерывая поцелуя, Грэнби запустил пальцы в ее волосы и начал осторожно перебирать пряди. Затем распустил синюю ленту, и локоны девушки, необыкновенно густые и сверкающие в свете лампы, рассыпались по ее плечам и по спине.
Кэтрин же осторожно поглаживала обнаженное плечо графа. Собравшись с духом, она провела по его ключице, затем по мускулистой груди, покрытой тугими завитками волос. И тотчас же кровь закипела в жилах, а сердце забилось еще быстрее... Но уже в следующее мгновение Кэтрин осознала: то, что она сейчас делает, совершенно недопустимо, ей следует немедленно уйти к себе в комнату. Но она ничего не могла с собой поделать, она не в силах была оторваться от графа.
Когда же Грэнби наконец прервал поцелуй и отстранился, у девушки из горла вырвался тихий возглас сожаления. Заглянув в глаза графа, Кэтрин увидела, что он снова ей улыбается, и она улыбнулась ему в ответ. Затем вдруг наклонилась и осторожно прикоснулась губами к его больному плечу. Грэнби затаил дыхание, а Кэтрин принялась покрывать поцелуями его плечо, ключицу и грудь.
Граф судорожно сглотнул и стиснул зубы. «О Боже, понимает ли эта девочка, что она со мной делает?» – подумал он, почувствовав, что его вновь переполняет желание. Он сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Кэтрин же, целуя его в шею, сказала себе: «Еще один поцелуй, теперь уже последний – и все».
И тут в дверь постучали.
– Пек, черт его побери, – проворчал Грэнби. Кэтрин тотчас отпрянула. Она прекрасно понимала, что вела себя дерзко и безрассудно, но нисколько об этом не жалела. Намереваясь открыть дверь, девушка встала с кровати, но тут из-за двери послышался голос:
– Лорд Грэнби, это Хардвик. Я хотел бы сказать вам несколько слов.
– О Боже, отец, – выдохнула Кэтрин.
– В гардеробную, – прошептал граф. – Закрой дверь – и ни звука.
Кэтрин бросилась в соседнюю комнату и осторожно прикрыла за собой дверь.
– Входите! – тотчас же раздался голос Грэнби.
Притаившись у самой двери, Кэтрин прислушивалась. Она машинально откинула назад волосы и в ужасе замерла. Синяя лента! Если лента осталась на полу у кровати, то отец может заметить. Неужели заметит? И что он в таком случае подумает?
– Как вы себя чувствуете? – спросил сэр Хардвик.
– Уже лучше, – ответил Грэнби. – Опухоль спадет через несколько дней, а до этого мне придется воспользоваться вашим гостеприимством.
– Это самое малое, что я могу для вас сделать, – проговорил отец. – Все произошло из-за глупости моей дочери. Я прошу у вас за это прощения.
– Не стоит. Я дал согласие участвовать в состязании. Поэтому, как джентльмен, извиняться должен я.
Кэтрин услышала шаги отца – тот прошелся по комнате.
– Должен признаться, я в полном смятении из-за поступка Кэтрин, – продолжал сэр Хардвик. – Никогда не думал, что она способна на такой опрометчивый шаг.
Грэнби понял, что Кэтрин рассказала отцу далеко не все. Если бы он узнал всю правду, то не был бы столь любезен.
– Видите ли, моя дочь слишком уж гордая, – проговорил сэр Хардвик. – Даже не знаю, откуда в ней эта черта характера. Во всяком случае, не от матери. Люсинда была чрезвычайно мягкой и покладистой женщиной. Фелисити уже не раз говорила мне, что пришло время заняться Кэтрин, но я был слишком снисходительным. Мне следовало отправить ее в Лондон еще три года назад. Ей нужен муж, а не потакающий всем ее капризам отец. Так что это моя вина, моя ошибка.
– Давайте не будем говорить об ошибках, – сказал Грэнби. – Это несчастный случай, вот и все. Опухоль спадет, и я поеду в свое поместье. Жаль только, без жеребца, хотя я очень надеялся, что сумею его приобрести.
– Я бы с радостью передал вам Урагана в качестве компенсации за причиненные страдания и неудобства, если бы он принадлежал мне, – проговорил Хардвик. – Я вчера подарил его Кэтрин, и это еще одно проявление моей снисходительности.
При этих словах отца Кэтрин невольно вздрогнула.
Граф же мысленно усмехнулся. Выходит, эта лукавая малышка опять обманула его. Если бы он выиграл скачки, победа оказалась бы напрасной, и Кэтрин прекрасно знала об этом. Таким образом, она намеревалась посмеяться над ним, отомстить ему. Графу вдруг захотелось вытащить девушку из гардеробной и поставить перед отцом, но он все же сдержался. «Нет, она заслуживает более серьезного наказания», – сказал себе Грэнби. И он твердо решил, что преподаст Кэтрин урок, который она никогда не забудет.
– Что ж, я ухожу, а вы отдыхайте, – сказал Хардвик. – Спокойной ночи, милорд.
– Спокойной ночи, – отозвался граф.
Дверь в коридор закрылась на секунду раньше, чем открылась дверь гардеробной. Кэтрин посмотрела Грэнби прямо в глаза, так как дала себе слово не отворачиваться, а если он возненавидел ее, то тем лучше. Ей будет проще уйти, если Грэнби не захочет поцеловать ее еще раз. Потом граф поправится, уедет к себе в поместье, а она опять обретет счастье, потому что забудет о нем. Так что ненависть лучше...
Граф довольно долго молчал, наконец, с угрозой в голосе проговорил:
– Ты дерзкая девчонка, вот ты кто. Скажи, зачем тебе все это понадобилось?
Кэтрин ужасно хотелось повернуться и выбежать из комнаты, но гордость не позволяла ей так поступить. По-прежнему глядя графу в глаза, она ответила:
– Ты сам во всем виноват. Ты вел себя слишком уж заносчиво, ты говорил, что мой отец не сможет отказаться от твоего следующего предложения и непременно продаст тебе Урагана. Кроме того, ты осмелился поцеловать меня в то утро на дороге – решил соблазнить меня, чтобы проучить. Поэтому я была вынуждена поступить таким же образом. Я сожалею, что с тобой приключился несчастный случай, но мне совсем не стыдно, что Ураган теперь мой.
– Итак, я вижу, что ты не раскаиваешься, – пробормотал граф. Он вытащил правую руку из-под одеяла и показал ей ленту: – А может, я напрасно спрятал ее, может, рассказать твоему отцу всю эту историю?
– Ты не посмеешь, – заявила Кэтрин. – Но даже если бы посмел, то винить стали бы тебя. Джентльмены не соблазняют невинных девушек, а ты замыслил именно это, признайся.
– Да, я такой. Беспринципный соблазнитель и негодяй. Но, видишь ли, молодая леди с безупречной репутацией не приходит в комнату джентльмена поздно вечером. Особенно если джентльмен лежит под одеялом совершенно голый. И разумеется, молодой леди не следует целоваться с ним. – Грэнби помахал лентой. – Думаю, твой отец будет не в восторге, если узнает об этом. Интересно, как он отреагирует? Может, спросим у него?
Кэтрин вспыхнула и стремительно пересекла комнату; она хотела забрать у графа ленту, а потом вернуться к себе. Конечно же, Грэнби просто запугивал ее, он не мог говорить все это всерьез.
Кэтрин потянулась за лентой, но граф уронил ее на пол и, схватив девушку за руку, усадил на кровать рядом с собой.
– Я сейчас поцелую вас, мисс Хардвик. В последний раз.
– Нет!
В следующее мгновение он впился в ее губы поцелуем. Грэнби собирался таким образом наказать Кэтрин, однако ему это не удалось, во всяком случае, Кэтрин не чувствовала себя наказанной. Она тотчас же забыла о своем гневе, и сейчас ей хотелось только одного – чтобы этот поцелуй длился как можно дольше. Однако она понимала, что граф имеет над ней почти неограниченную власть, и это очень ее смущало и вызывало стыд.
Грэнби с трудом сдерживался, стараясь не поддаться голосу страсти. Целуя Кэтрин, он говорил себе, что делает это с одной только целью – желает показать ей, что с ним не следует шутить, что он не Дэвид Молбейн, который готов валяться у нее в ногах и считает обыкновенный танец божественным даром.
Грэнби крепко прижимал к себе девушку, не обращая внимания на боль в плече. Ему страстно хотелось, чтобы воспоминание об их последнем поцелуе преследовало ее долгие годы. Но почему он этого хотел? Граф чувствовал, что не может ответить на этот вопрос.
Наконец, он разжал объятия, и девушка медленно поднялась на ноги. Их взгляды встретились, и Кэтрин вдруг снова почувствовала себя оскорбленной. Она с удовольствием влепила бы Грэнби пощечину, если бы не его больное плечо.
– Я уверена, что больше не потревожу вас, – проговорила она с невозмутимым видом. – Желаю вам спокойной ночи и скорейшего выздоровления.
Граф рассмеялся:
– А также скорейшего возвращения туда, откуда я прибыл?
Она кивнула:
– Совершенно верно, милорд.
Прежде чем Грэнби успел ответить, Кэтрин повернулась и вышла из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.
Морщась от боли, граф нагнулся и поднял с пола забытую ленту. Улыбнувшись, он положил ее под подушку.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Он сказал «нет» - Уоддел Патриция



Типичный роман этого жанра, но нет изюминки. Интересно почитать начинающим интересоваться данной литературой.
Он сказал «нет» - Уоддел ПатрицияВ.З.,64г.
25.12.2012, 13.32





Неплохой роман! Мне понравилось!
Он сказал «нет» - Уоддел ПатрицияМари
12.01.2013, 11.06





приятный роман о красивой любви об укрощении строптивой интересная история любви со счастливым концом можно прочитать и помечтать
Он сказал «нет» - Уоддел Патрициянаталия
28.09.2014, 14.56





миленько, но мне кажется, неособо раскрыты характеры героев, простенько как-то... укрощение строптивой тяжело назвать
Он сказал «нет» - Уоддел Патрицияюля
28.09.2014, 18.12





Согласна, роман для начинающих, слишком прост, нет интриги, но читать приятно.
Он сказал «нет» - Уоддел ПатрицияТаня Д
1.06.2015, 23.20








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100