Читать онлайн Он сказал «нет», автора - Уоддел Патриция, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Он сказал «нет» - Уоддел Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.78 (Голосов: 27)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Он сказал «нет» - Уоддел Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Он сказал «нет» - Уоддел Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уоддел Патриция

Он сказал «нет»

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10

Рассветный туман еще стелился над травой, когда Грэнби появился на условленном месте. Он покинул замок Садли, не потревожив даже слуг. Правда, один из конюхов проснулся, когда граф выводил из стойла свою лошадь, но он отправил конюха спать, сказав, что хочет совершить утреннюю прогулку.
Пек же получил инструкции еще накануне вечером. Ему следовало приготовить экипаж и отправиться в Рединг до десяти утра. Грэнби решил покинуть Уинчком вне зависимости от того, чем закончится пари. Он собирался догнать своего слугу в этот же день, а через два дня, если погода позволит, он уже будет в Беркшире, у себя в поместье.
Разумеется, ему давно следовало заняться делами, но он постоянно откладывал эту поездку: в поместье было скучновато, зато теперь, с наступлением лета, у него появится множество дел, и ему не придется скучать. А потом настанет сезон охоты – его любимое время.
Правда, в отличие от большинства своих знакомых Грэнби охотился не ради самой охоты, просто ему нравился свежий воздух осеннего утра, и нравилась бодрящая скачка по лесу. Его отец также любил это время года, и они часто отправлялись на охоту вдвоем.
Первые лучи солнца, пробившиеся сквозь листву, осветили поляну, и Грэнби в изумлении осмотрелся. Ему вдруг показалось, что окружавший его пейзаж очень походил на одну из горных долин близ Фоксли, обширного поместья, которое теперь принадлежало ему. С этим местом были связаны самые приятные воспоминания...
Внезапно раздался стук копыт, и в следующее мгновение из-за деревьев появилась Кэтрин. Она сразу же увидела графа, и лицо ее оживилось. Грэнби же смотрел на нее с улыбкой, он чувствовал, что эта девушка нравится ему все больше. Разумеется, она была очень хороша собой, но его в ней привлекала не только внешность. Кэтрин обладала сильной волей и решительным характером, и это ему также нравилось, ему казалось, что эти качества делали ее еще более привлекательной.
Кэтрин пересекла поляну и, придержав свою лошадь, остановилась в нескольких метрах от графа. Тут взгляды их встретились, и она сразу же вспомнила о вальсе под луной и о поцелуе – этот поцелуй потом приснился ей ночью. Кэтрин постаралась избавиться от навязчивых мыслей и напомнила себе, что приехала сюда с определенной целью: она хотела бросить вызов графу и всем прочим мужчинам. Кроме того, она должна была доказать самой себе, что сумеет справиться с любыми трудностями и сможет жить так, как ей захочется.
– Доброе утро, – сказал Грэнби.
– Доброе утро. – Кэтрин вынула из кармана жакета маленькую фляжку и, отвинтив крышку, передала фляжку графу, – На кухне у миссис Гибсон варился кофе. Я подумала, тебе пригодится.
– Спасибо.
Грэнби поднес фляжку к губам. Крепкий и горячий кофе оказался очень кстати, граф окончательно проснулся. Сделав еще один глоток, он вернул фляжку Кэтрин.
Он смотрел, как она пила. Вроде бы ничего особенного, но Грэнби казалось, что между ними произошло нечто интимное – ее губы прикасались к тому месту, где только что были его губы. И он вдруг подумал, что никогда еще не чувствовал такой близости с женщиной, как в эти мгновения.
А затем ему в голову пришла довольно странная мысль, и он никак не мог освободиться от нее. Встретившись на поляне и наблюдая восход солнца, прихлебывая горячий кофе, каждый из них жаждал победить в этом необычном состязании, хотя победа, в сущности, никому не нужна. Действительно, зачем он сюда приехал? Чтобы сорвать еще один поцелуй? Или, может быть, причина в том, что они оба были гордыми и упрямыми, а жеребец стал как бы символом этого упрямства? Граф обвел взглядом поляну и спросил:
– А где же лошади, о которых ты говорила?
– На пастбище, недалеко отсюда, – ответила Кэтрин. – Следуй за мной.
Они пересекли поляну и углубились в рощу, минут через пять Грэнби увидел еще одну поляну, правда, она была огорожена и на ней паслись лошади.
– Это и есть пастбище, – сказала Кэтрин.
В следующее мгновение она спешилась, и граф невольно залюбовался ею. «Бриджи очень ей идут, – подумал он. – Во всяком случае, она выглядит в них не хуже, чем выглядела бы в платье из шелка и атласа. Что же касается фигуры, то в бриджах она даже... Впрочем, сейчас не время об этом думать», – одернул себя Грэнби.
Граф спешился и, стараясь сосредоточиться, стал думать о предстоящем состязании. Он говорил себе, что должен во что бы то ни стало выиграть скачку. Разумеется, Грэнби прекрасно понимал, что поступил бы как истинный джентльмен, если бы уступил победу даме. Однако он знал, что сделает все возможное, чтобы победить. Азартный игрок, граф никогда не позволял себе проигрывать.
Когда девушка начала снимать седло со своей кобылы, Грэнби подошел к ней:
– Давай я помогу.
– Сама справлюсь, – ответила Кэтрин. – Ведь я с детства в седле. Пока мои подруги запускали воздушных змеев и играли с куклами, я помогала конюхам. Единственное, что Джимкинс не разрешал мне делать, это помогать при случке.
– Надеюсь, что и не разрешит, – усмехнулся Грэнби.
– Почему? – Кэтрин взглянула на него через плечо. – Уверяю тебя, я совершенно не похожа на молодых леди, которых ты встречал в Лондоне. В Стоун-бридже разводят лошадей. Я знаю, как это происходит, хотя никогда не видела. Наши три кобылы скоро разродятся. Мне нравится присутствовать в конюшне, когда появляются новые жеребята.
Грэнби молча пожал плечами. Он несколько раз видел рожающих кобыл и каждый раз благодарил Всевышнего за то, что родился мужчиной. Интересно, что он почувствует, когда его жена будет давать жизнь наследнику? Его друг Стерлинг утверждал, что держался достойно, хотя для этого ему пришлось выпить графин бренди.
И тут перед его мысленным взором возник образ: Кэтрин сидит в кресле у камина и кормит грудью ребенка, а этот малыш – его, Грэнби, сын.
Пытаясь отогнать этот образ, граф говорил себе, что сейчас следует думать совсем о другом, однако в этот момент он уже знал: ему необходимо, чтобы Кэтрин осталась в его жизни...
Прерывая его мысль, она вдруг повернулась к нему и сказала:
– Сейчас я приведу Каина и Авеля.
– Ты говорила, они близнецы? – пробормотал Грэнби.
– Да, близнецы.
– Кобыла выжила?
– К счастью, выжила. После этого она жеребилась еще два раза. Ее зовут Ромола. Она чалой масти с белым отливом. Сможешь найти ее близнецов?
Это оказалось несложно. Два молодых жеребца унаследовали приметы матери. Грэнби какое-то время рассматривал их, потом сказал:
– Замечательные жеребцы. Превосходно сложены. Впрочем, ничего удивительного. В Стоунбридже знают свое дело, и Ураган – лучшее тому доказательство.
Кэтрин с улыбкой кивнула:
– Да, разумеется. Но и Ромола – чудесная кобыла. Папа скрестил ее с русским кабардинцем. Получилась сильная горная порода. Их использовали кавалерийские полки в Крыму. Это выносливые и стойкие лошади. В Ромоле есть и арабская кровь.
– Ее потомки должны быть сильными и быстрыми.
– Совершенно верно. – Кэтрин свистнула, и все лошади, кроме одной, направились к ним. – Только Ирландец остался. Папа единственный, кто может заставить его откликнуться на свист. Он ужасно упрямый.
– Как и большинство ирландцев, – заметил Грэнби.
Кэтрин сняла уздечку со своей кобылы и легонько похлопала ее по боку, чтобы она отошла. Взглянув на графа, спросила:
– Кого ты выберешь? Каина или Авеля?
Грэнби снова осмотрел жеребцов. Они были совершенно одинаковые, и оба без единого изъяна.
– Выбор ничего не решит, так как я не могу отличить одного от другого. – Граф пожал плечами. – Какое направление ты выбираешь? Открытое место или лес?
– Немного того и немного другого, – ответила Кэтрин, садясь на коня, который, как она подозревала, был Авелем, хотя мог с таким же успехом являться и Каином. – Мы начнем на северной стороне пастбища, сразу за воротами. Оттуда поскачем на восток, и тропа приведет нас к парковым землям замка: Садли. Там будет несколько естественных препятствий – полуразрушенная каменная стена и узенькая речка, вернее, ручей. А место финиша – поворот на дорогу, ведущую в замок. Это древняя дорога, и ею теперь никто не пользуется, кроме лесника.
– А каково расстояние? – спросил Грэнби, садясь на своего коня. Молодой жеребец фыркнул и замотал головой, очевидно, почувствовав, что вот-вот начнется скачка.
– Четыре фарлонга
type="note" l:href="#n_2">[2]
, может, ярдом больше или меньше.
– Давай вспомним правила пари, согласна? Если побеждаешь ты, то я покидаю Уинчком, не делая последней попытки купить Урагана.
– А если побеждаешь ты, – сказала Кэтрин, – то можешь предложить моему отцу любую сумму.
Грэнби впервые по-настоящему улыбнулся за это утро.
– Да, но ты же забыла о самом главном. Моя победа также вынудит тебя поехать в Лондон на весь сезон.
– Я помню, – кивнула Кэтрин. Почти все утро она только об этом и думала.
Если она поедет в Лондон, то обязательно встретится там с лордом Грэнби. Подобная перспектива не должна была ее радовать, но почему-то радовала. Разумеется, граф был дерзким и насмехался над ней, но все же... Когда она смотрела в его светло-голубые глаза, в ее голове воцарялся хаос, а когда он улыбался ей так, как сейчас...
– Не пора ли нам ехать к стартовой линии?
Они пересекли пастбище, выехали за ворота, и Грэнби поставил своего жеребца вровень с конем Кэтрин. Покосившись на нее, он кивнул, давая знать, что готов к старту.
Кэтрин вспомнила, как ездила по этой дороге сотни раз, вспомнила о своем огромном желании выиграть и начала отсчет.
Через несколько секунд, они стартовали, и глухой стук копыт разорвал тишину раннего утра.
Пригнувшись к шее жеребца и вытягивая свое тело так, как Джимкинс учил ее, Кэтрин заставила Авеля скакать все быстрее. Но граф взял такой же темп, он от нее не отставал, и Кэтрин уже начала опасаться, что они придут к финишу одновременно.
Девушка пришпорила коня, и тот понесся еще быстрее – теперь деревья проносились мимо нее, словно в зеленоватом тумане, а ветер с силой хлестал по лицу. Но Кэтрин не обращала внимания на ветер. Она обожала быструю езду и сейчас громко смеялась от возбуждения. В какой-то момент показалось, что она оторвалась от графа, однако Кэтрин почти тотчас же поняла, что ошиблась, Грэнби по-прежнему не отставал, и ей даже почудилось, что она слышала его ответный смех.
Они одолели половину пути, когда перед ними возникла каменная стена. Ее высота не превышала четырех футов, и стена была ниже в тех местах, откуда вывалились камни, но все же она являлась серьезным препятствием. Оба жеребца без труда преодолели его и понеслись в сторону очередного препятствия.
Кэтрин покосилась на графа и снова пришпорила коня. Если она не вырвется вперед сразу после того, как они преодолеют ручей, то скорее всего придут к финишу бок о бок.
Вскоре они приблизились к ручью – Кэтрин уже видела воду, сверкавшую под лучами утреннего солнца. Она взглянула на графа: судя по всему, он не собирался уступать.
Кони преодолели ручей с такой же легкостью, как и стену, они даже не замочили копыта.
Оставалась последняя четверть пути, когда Кэтрин увидела олениху, выходившую из леса. Девушка думала, что олениха скроется в лесу, но та, обезумев от ужаса, прыгнула на дорогу и оказалась прямо перед всадниками.
– Осторожнее! – закричал Грэнби.
Следующие несколько секунд напоминали кошмарный сон! Девушка с силой натянула поводья, и ей удалось увести Авеля в сторону. Но графу некуда было деться. Он оказался между Кэтрин и густой порослью берез, а прямо перед ним стояла парализованная страхом олениха.
Кэтрин громко закричала, и тут олениха вдруг развернулась и отпрыгнула в безопасное место, ударив задними копытами жеребца Грэнби. Удар пришелся в нижнюю часть груди, и конь тотчас же рухнул на дорогу.
Когда Кэтрин наконец-то совладала с Авелем, жеребец графа уже поднялся. Он, видимо, нисколько не пострадал, а вот всадник по-прежнему лежал на дороге, но девушка не видела его лица. Спешившись, Кэтрин подбежала к графу и склонилась над ним.
– Что с тобой? – спросила она.
– Плечо, – простонал Грэнби. Потом вдруг закричал: – Черт бы побрал эти скачки!
– Не двигайся, – сказала Кэтрин. – Я сейчас приведу помощь.
Тут граф повернулся к ней, и она увидела кровоточившую ссадину у него на лбу.
– А с тобой все в порядке? – спросил он, пристально взглянув на нее.
– Да, все в порядке. А ты... Тебе просто не повезло. – Кэтрин вдруг всхлипнула и вытерла слезы тыльной стороной ладони. – Пожалуйста, не двигайся. Я приведу Джимкинса, он знает, что делать в таких случаях.
– Где мой жеребец?
– С ним все в порядке, он не пострадал. Давай я помогу тебе сесть.
– Ох, черт возьми.
– Прости.
– Ничего страшного, – проворчал Грэнби, пытаясь встать на ноги. – Ох, черт... – Он стиснул зубы. – Приведи же мне коня. Не хочу здесь сидеть. Я смогу забраться в седло.
– Нет, останься здесь. Я поскачу за помощью.
– Приведи жеребца! – крикнул граф.
– Да, хорошо, – проговорила Кэтрин с дрожью в голосе. Она взяла жеребца под уздцы и подвела его к графу.
Тот снова застонал и стиснул зубы. Наконец он поднялся на ноги и ухватился одной рукой за дерево. Другая его рука свисала вдоль тела – было очевидно, что у него вывих плеча. Кэтрин вспомнила: один из конюхов рассказывал, что боль при этом невыносимая.
– Ты уверен, что сможешь ехать верхом? – Кэтрин опасалась, что граф снова упадет – тогда повреждений было бы гораздо больше.
– Если я сяду в седло, то во что бы то ни стало доберусь до замка Садли, – проворчал Грэнби. Он сделал глубокий вдох, чтобы подавить позывы тошноты. Потом спросил: – Что ближе – Садли или Стоунбридж?
– Стоунбридж, – ответила Кэтрин. Она кивнула на жеребца: – Ставь ногу в стремя. Я помогу тебе.
Со второй попытки Грэнби удалось забраться в седло. Кэтрин подала ему поводья. Затем подошла к Авелю. Сев в седло, она посмотрела на графа и сказала:
– Держись.
Грэнби тихонько выругался, когда конь поскакал. Каждый шаг болью отдавался в плече, но оставалось только терпеть.
Как только впереди показался Стоунбридж, Кэтрин начала кричать. Из конюшни выбежал Джимкинс, за ним несколько конюхов. Одного из них немедленно отправили за доктором.
– Не беспокойтесь, милорд, – сказал Джимкинс, помогая графу спуститься. – Сейчас отведем вас в коттедж.
Кэтрин пошла впереди и открыла дверь. Когда они зашли, она сразу же отошла, чтобы не мешать. Джимкинс налил Грэнби стакан виски.
– Выпейте, милорд, это поможет.
Грэнби начал потихоньку пить виски, хотя прекрасно понимал, что было бы гораздо больше толку, если бы он осушил стакан несколькими большими глотками. Левая рука начала распухать, но он старался не думать о том, как доктор будет вправлять сустав. Вероятно, его ждала адская боль.
Джимкинс приказал одному из конюхов позаботиться о лошадях, потом, вернувшись, обратился к Кэтрин:
– Так что же случилось?
– Мы ехали по дороге, и перед лошадью лорда Грэнби выскочила олениха. Убегая, она ударила Каина копытом в грудь, и жеребец упал.
Джимкинс внимательно посмотрел на девушку и проговорил:
– Лучше идите-ка в дом и предупредите миссис Гибсон, что у нас тут раненый.
Кэтрин взглянула на графа. Он откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза. Лицо его было очень бледным.
– Идите же, – сказал главный конюх. – А мы с Дэви присмотрим за графом.
Кэтрин вышла из коттеджа и побежала к дому. Как она объяснит случившееся отцу?


– Мне удалось вправить плечо, – объявил доктор Хокинз, появляясь в гостиной, где его ждали Кэтрин, сэр Хардвик и леди Фелисити. – Я дал ему немного настойки опия, чтобы снять боль. Он поспит несколько часов.
– Так что же с ним? – спросила Фелисити. Завтрак был прерван из-за неприятности, произошедшей с графом, но миссис Гибсон принесла чаю и кексов для Кэтрин.
– Я перевязал плечо и руку, – продолжал доктор. – Не думаю, что в данном случае следует опасаться серьезных последствий. Но все-таки пошлите за мной, если ему станет хуже. Первые несколько дней ему требуется полный покой. Кроме того, я бы порекомендовал как можно больше крепкого чаю. Я уверен, граф скоро поправится, но рука должна оставаться в неподвижности еще две недели.
С тех пор как Грэнби внесли в дом и уложили в спальне для гостей на втором этаже, напротив покоев Фелисити, не было произнесено ни слова. Кэтрин же вообще не могла говорить. Ей казалось, что все смотрели на нее как на человека, совершившего величайший грех, и она действительно чувствовала себя преступницей – ведь из-за нее лорд Грэнби мог бы разбиться насмерть. Ей захотелось отомстить графу, проучить его – и вот результат.
– Все пожелания графа будут исполнены, – заявил сэр Хардвик. – Спасибо, мистер Хокинз.
Доктор откланялся и направился к двери. Перед тем как уйти, он как-то странно посмотрел на Кэтрин. Девушка тяжко вздохнула; было очевидно, что доктор удивился, узнав о ее утренней прогулке. Правда, пока что никто не требовал от нее объяснений, но Кэтрин понимала, что объяснения дать придется. Но что она скажет отцу и тете Фелисити? Не могла же она рассказать о состязании...
Как только дверь за доктором закрылась, Фелисити проговорила:
– Думаю, нам надо выпить еще по чашечке чая, чтобы прийти в себя. Кэтрин, дорогая, ты не против?
Девушка внутренне содрогнулась. Ей хотелось убежать к себе в комнату и разрыдаться, но она знала, что отец ждет от нее объяснений. Вот только что она скажет в свое оправдание?..
Сэр Хардвик покосился на Фелисити и пробормотал:
– Если хочешь, выпей еще, а мы с Кэтрин пойдем в библиотеку. Нам надо поговорить.
– Не будь слишком строг с девочкой, Уоррен. Любому понятно, что она уже сожалеет о своем поведении.
– Скоро она станет сожалеть о своем поступке гораздо больше, – объявил сэр Хардвик и вышел из комнаты. Он нисколько не сомневался, что дочь последует за ним.
– О, дорогая... – Фелисити взяла Кэтрин за руки.
– Это моя вина, – с дрожью в голосе проговорила девушка, и глаза ее наполнились слезами. – Я очень, очень сожалею...
– Может быть, мне следует пойти в библиотеку вместе с тобой? – спросила Фелисити. – Не могу припомнить, чтобы Уоррен когда-нибудь так злился. Так что же все-таки произошло? Почему твой отец так разгневан?
Кэтрин потупилась и пробормотала:
– Это был просто несчастный случай.
Кэтрин, возможно, рассказала бы тете про олениху, выбежавшую на дорогу, но у нее не было на это времени. Отец ждал, и следовало поторопиться. Фелисити тоже понимала, что лучше не заставлять сэра Хардвика ждать, поэтому и не проявила особой настойчивости.
Узнав, что граф непременно поправится, Кэтрин почувствовала облегчение, но это не снимало с нее ответственности за случившееся и не уменьшало страха перед предстоящим разговором с отцом. «Но самое ужасное – это встреча с Грэнби, – думала девушка, выходя из комнаты. – Ведь рано или поздно им придется встретиться».
Было бы очень неплохо, если бы земля сейчас разверзлась у нее под ногами и поглотила ее, но Кэтрин не возлагала особых надежд на такое легкое решение проблемы. «Так что придется идти в библиотеку», – со вздохом подумала девушка.
Библиотека была одной из самых любимых комнат, но сейчас она шла туда как на казнь. Миновав коридор, Кэтрин остановилась у двери. Наконец, собравшись с духом, повернула ручку и переступила порог.
Сэр Хардвик стоял у окна, заложив руки за спину, чуть расставив ноги. «Плохой знак», – невольно отметила Кэтрин.
Она закрыла за собой дверь и стала ждать, что скажет отец. Сэр Хардвик довольно долго молчал, наконец, нахмурившись, проговорил:
– Мне хотелось бы верить, что у тебя есть этому разумное объяснение. Думаю, пришло время рассказать, что же, собственно, произошло.
Кэтрин сделала глубокий вдох, облизнула губы и... не смогла вымолвить ни слова.
– Что же ты молчишь? – в раздражении проговорил отец. – Рассказывай, я тебя слушаю.
Кэтрин тяжко вздохнула и пробормотала:
– Мы с графом скакали по дороге. Из леса выскочила олениха и напугала его лошадь. Вот и все...
– Это не объяснение. Я хочу знать всю правду. Почему вы с графом оказались на этой дороге?
Кэтрин поняла, что придется сознаться.
– Я устроила состязание.
– Ты... что?
– Я бросила графу вызов. Заставила его скакать со мной наперегонки. – Немного подумав, Кэтрин добавила: – Он насмехался надо мной, когда я ехала на Урагане. Поэтому я вызвала его, хотела доказать, что не уступлю ему.
– Господи, какая ужасная глупость! – воскликнул сэр Хардвик. – И какая безответственность! Значит, все это из-за твоей гордости? Я думал, что ты умнее...
Кэтрин снова вздохнула. Если бы она действительно рассказала всю правду, он, возможно, понял бы ее. Во всяком случае, постарался бы понять. Но не могла же она оправдать свое поведение, не рассказав, что Грэнби не только насмехался над ней, но и целовал ее, причем не однажды. И конечно же, она ни за что не осмелилась бы рассказать отцу о том, что поощряла графа.
Впрочем, отец прав. Как бы то ни было, но она действительно вела себя очень глупо, по-детски... И именно из-за нее граф пострадал.
– Да, разумеется, – проворчал сэр Хардвик. – Верю, что сожалеешь. Но как теперь загладить твою вину?
– Ведь все вышло случайно... – пролепетала Кэтрин.
– Да, Фелисити права, – заявил отец. – Тебе пора осознать свою ответственность. И пора изменить образ жизни.
Кэтрин снова взглянула на отца:
– Изменить?.. Что ты имеешь в виду?
Сэр Хардвик ненадолго задумался, потом проговорил:
– Оставшуюся часть дня ты проведешь у себя в комнате. А с завтрашнего дня будешь постоянно находиться возле дома. Не смей даже приближаться к конюшням и к лошадям. Что же касается настоящего наказания... Я не уверен, что для подобного проступка оно вообще существует. Мне придется немного над этим поразмыслить. А пока запомни то, что я сказал. И держись подальше от графа. Ты и так очень перед ним виновата.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Он сказал «нет» - Уоддел Патриция



Типичный роман этого жанра, но нет изюминки. Интересно почитать начинающим интересоваться данной литературой.
Он сказал «нет» - Уоддел ПатрицияВ.З.,64г.
25.12.2012, 13.32





Неплохой роман! Мне понравилось!
Он сказал «нет» - Уоддел ПатрицияМари
12.01.2013, 11.06





приятный роман о красивой любви об укрощении строптивой интересная история любви со счастливым концом можно прочитать и помечтать
Он сказал «нет» - Уоддел Патрициянаталия
28.09.2014, 14.56





миленько, но мне кажется, неособо раскрыты характеры героев, простенько как-то... укрощение строптивой тяжело назвать
Он сказал «нет» - Уоддел Патрицияюля
28.09.2014, 18.12





Согласна, роман для начинающих, слишком прост, нет интриги, но читать приятно.
Он сказал «нет» - Уоддел ПатрицияТаня Д
1.06.2015, 23.20








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100