Читать онлайн Навеки твоя Эмбер Том 2, автора - Уинзор Кэтлин, Раздел - Глава тридцать шестая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор Кэтлин бесплатно.
Загрузка...
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.76 (Голосов: 104)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор Кэтлин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор Кэтлин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уинзор Кэтлин

Навеки твоя Эмбер Том 2

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава тридцать шестая

Город содрогался от грома божьего проклятия.
Но он едва ли был слышен в двадцати милях от Лондона, в Хэмптон-Корте, – там было, слишком много отвлекающих шумов. Шелест тасуемых карт и стук, игральных костей; скрип перьев, пишущих любовные письма, дипломатические послания или доносы; звон шпаг, скрещивающихся да тайной, запрещенной дуэли; щебет и смех, веселая болтовня и злобное шипение сплетен; звуки гитары и скрипки, звон бокалов, слова тостов, шорох юбок из тафты, цоканье высоких каблучков. При дворе ничего не изменилось.
Конечно, иногда речь заходила о чуме, когда придворные собирались в гостиной его величества по вечерам, но это был не более чем разговор о погоде.
– Вы читали мартиролог этой недели? – спрашивала Уинифред Уэллз у миссис Стюарт и сэра Чарльза Сэдли,
– Не могу их видеть. Несчастные. Мрут как мухи. Сэдли, коренастый молодой человек, довольно полный, черноглазый, любитель кружевных воротников, поразился ее доброму сердцу.
– Нонсенс, Фрэнсис! Какая разница – умрут они сейчас или потом? Город и так перенаселен.
– Вы бы иначе заговорили, милорд, если бы заразились чумой!
Сэдли засмеялся:
– Без всякого сомнения, моя дорогая. Но разве вы не видите разницы между благородными и умными джентльменами и бедными, выжившими из ума идиотами, скажем, булочниками и портными?
В этот момент к ним подошел еще один джентльмен, и Сэдли вскочил поздороваться с ним..
– А вот и Уилмот! Мы сидим здесь и отчаянно скучаем, просто не о чем поговорить, разве что о чуме. Теперь вы нас развлечете. Что тут у вас? Очередной пасквиль, чтобы погубить чью-то репутацию?
Джон Уилмот, граф Рочестер, был высокий стройный молодой человек лет восемнадцати, светлокожий блондин с изящным, почти женским лицом. Он появился при дворе лишь несколько месяцев назад после возвращения из заграничных путешествий. Скромный, умный, он отличался некоторой застенчивостью; быстро освоился в Уайтхолле
type="note" l:href="#FbAutId_2">[2]
, а недавно освободился из Тауэра, куда был заключен за похищение богатой миссис Моллет, на состоянии которой он намеревался жениться.
Заниматься писательским делом стало модным; все придворные что-нибудь да писали – пьесы, сатиру, памфлеты на друзей и знакомых, а граф уже успел продемонстрировать не только талант к сочинительству, но и изрядную язвительность. Вот и сейчас он извлек из-за манжеты лист бумаги, и все трое выжидательно взглянули на него.
– Я протестую, Сэдли, – улыбнулся Рочестер. Его мягкая улыбка была обманчивой. Он церемонно поклонился Стюарт и Уэллз. Невозможно было поверить, что он был весьма нелестного мнения о них обеих. – Вы успели убедить этих леди, что я самый неисправимый негодяй. Нет, здесь отнюдь не пасквиль. Просто глупые стишки, которые я накропал, ожидая, когда мне завьют парик.
– Прочитайте же! – воскликнули обе дамы одновременно.
– Да, не тяните за душу, Уилмот. Давайте послушаем. Глупости, которые вы там нацарапали, лучше, чем любое произведение Драидена
type="note" l:href="#FbAutId_3">[3]
, хотя он ест чернослив и поглощает множество лекарств.
– Благодарю, Сэдли. Я буду в первых рядах благодарных зрителей и стану аплодировать громче всех вашей пьесе, если вы когда-нибудь закончите ее. Ну так вот что я написал…
Рочестер начал читать стихи – длинную полуидиллическую, полусерьезную путаную балладу о пастушке и его подружке. Девственница была неуступчива, ухажер настырен, и, когда наконец она уступила, он оказался бессилен утолить любовный жар. Поэма, возможно, намекала на чересчур разборчивых дев вроде Фрэнсис. Уинифред Уэллз и Сэдли баллада очень понравилась, а Фрэнсис, хотя и поняла смысл, не уловила тонкостей. Когда Рочестер закончил читать, он неожиданно скомкал бумагу и бросил ее в камин: ни один из джентльменов не хотел, чтобы подумали, что он серьезно относится к своим сочинениям.
– Вы превосходно раскрыли тему, милорд, – отозвался Сэдли. – Может, у вас самого приключилось такое невезение?
Рочестер не обиделся.
– Всегда-то вы пронюхаете о моих секретах, Сэдли. Может быть, вы спите с моей шлюхой?
– А вы бы рассердились, если бы так и было?
– Ни в коем случае. Я всегда говорю: мужчина, который не делится своей шлюхой с друзьями, – последний негодяй и заслуживает наказания Божьего.
– Что ж, – ответил Сэдли, – лучше бы вам быть подобрее к своей даме. Она постоянно жалуется мне, что вы ей изменяете и относитесь к ней варварски. Клянется, что ненавидит вас и не желает больше видеть.
Рочестер неожиданно рассмеялся:
– Ей-Богу, Сэдли, вы стали старомодны! Это моя последняя женщина!
В это мгновение выражение лица Рочестера резко изменилось: голубые глаза потемнели, губы искривила странная улыбка. Присутствующие удивленно повернули головы и увидели в дверях Барбару Палмер. Она мгновение постояла, потом повернулась к ним – знойная, роскошная, яркая, как тропический шторм. Она была одета в зеленый атлас и, казалось, испускала яркие лучи света, отраженного от многочисленных драгоценностей, сверкавших на ней.
– Ах, Боже мой, – тихо произнес Рочестер, – она самая красивая женщина в мире!
Фрэнсис сделала кислую мину и отвернулась. Внимание короля приучило ее к мысли, что самая красивая – она, и ей не нравилось слышать, как хвалят других; а Уинифред и Каслмейн, любовницы одного и того же мужчины, оставались противоестественно вежливы друг к другу. Пока они обменивались взглядами, Барбара, прошла по залу и заняла место за одним из карточных столов.
– Ну, – сказал Сэдли, – если вы собираетесь спать с ней, вам следует излечиться от невроза. Ее утомит мужчина, постоянно пребывающий в нервном состоянии. К тому же ваша светлость – не тот тип мужчины, который привлекает ее.
Они весело рассмеялись, ибо все помнили о пощечине, которую получил Рочестер от Барбары за попытку поцеловать ее.
Граф присоединился ко всеобщему веселью, но в его глазах сверкнул недобрый огонек.
– Это неважно, – пожал он плечами, – еще пять лет, и гарантирую – она сама захочет заплатить мне кругленькую сумму.
Эта фраза явно понравилась дамам, хотя они и были несколько удивлены. Разве Барбара начала платить своим любовникам? Однако Сэдли был явно настроен скептически.
– Бросьте, Джон. Вы прекрасно знаете, что ее светлость может заполучить любого мужчину, стоит ей только бровью повести. Она все еще первая красавица Уайтхолла, или Лондона, точнее сказать…
Теперь уже всерьез обиженная Фрэнсис помахала кому-то рукой.
– Ваш покорный слуга, мадам… джентльмены… я должен поговорить с миледи Саутэск…
Рочестер, Сэдли и Уинифред обменялись улыбками.
– Я по-прежнему надеюсь, – произнес граф, – что когда-нибудь эта бесхарактерная тряпка Стюарт схлестнется с Каслмейн. Бог мой, я мог бы поэму написать об этом.
Несколько часов спустя Фрэнсис и Карл стояли рядом у большого открытого окна, выходившего в сад. Легкий ночной ветерок доносил до них слабый аромат роз и тонкий запах апельсиновых деревьев в кадках. Была почти полночь, и многие дамы и джентльмены уже ушли. Другие подсчитывали, сколько они проиграли, сколько выиграли, ворчали по поводу проигрыша или радовались выигрышу.
Королева Катарина разговаривала с герцогиней Букингемской и делала вид, что не замечает, насколько её муж. увлечен миссис Стюарт. Она хорошо выучила преподанный ей три года назад урок, и, хотя искренне и безнадежно любила Карла, она никогда больше не противилась его увлечениям. Она играла в карты, танцевала, носила наряды английского покроя и причесывалась по последней французской моде. Она стала настолько англичанкой, насколько ей позволило воспитание, полученное в девичьи годы. Карл неизменно проявлял к ней учтивость и настаивал, чтобы все его придворные поступали так же. Она не была счастлива, но старалась казаться таковой.
– Какая чудная, чудная ночь! – говорила тем временем Фрэнсис. – Даже не верится, что всего в каких-то двадцати милях отсюда тысячи людей болеют и умирают..
Карл помолчал немного, потом очень тихо сказал:
– Мой несчастный народ. Не понимаю, отчего это случилось с ними. Они такого не заслужили… Не могу заставить себя поверить, чтобы мстительный Господь стал наказывать целую нацию за грехи ее правителя…
– О сир! – запротестовала Фрэнсис. – Как вы можете так говорить! Они наказаны вовсе не за ваши грехи! Они наказаны за свои собственные прегрешения!
– Вы преданы мне, Фрэнсис! Я думаю, вы истинная патриотка… Но вы отнюдь не моя подданная. Я ваш…
В этот момент послышался высокий резкий голос леди Каслмейн, вмешавшейся в их разговор:
– Ах, как мне не везет сегодня, все время самые отвратительные карты на руках! Я проиграла шесть тысяч фунтов! Ваше величество, клянусь, я снова вся в долгах!
Она рассмеялась своим журчащим смехом и взглянула на Карла большими фиолетовыми глазами. Барбара не была столь покорной, как королева. Карл тайно посещал ее. Теперь она была беременна его четвертым ребенком и не собиралась допустить, чтобы он открыто, при всех пренебрегал ею. Очевидно, раздраженный ее вторжением, он посмотрел на нее холодно и высокомерно.
Карл умел напускать на себя неприступный заносчивый вид, когда это было ему нужно.
– В самом деле, мадам?
Фрэнсис подхватила юбки, всем своим видом выражая свое презрение.
– Простите меня, сир. Ваша слуга, мадам.
Она едва взглянула на Барбару, повернулась и быстро пошла прочь.
Карл прикоснулся к её руке:
– Подождите, Фрэнсис… я пойду с вами, если позволите. У вас есть сопровождающий, мадам? – Его вопрос, обращенный к Барбаре, не требовал и не нуждался в ответе.
– Нет, нету! Все уже ушли! – Она надула губы, лицо выглядело обиженным, что предвещало вспышку раздражения. – Не понимаю, почему я должна беспокоиться о себе, когда вы…
– Когда вы уйдете, мадам, я провожу миссис Стюарт в ее апартаменты, – перебил ее Карл. – Доброй ночи.
Он поклонился очень вежливо, предложил Фрэнсис руку, и они удалились. Не успели они сделать нескольких шагов, как Фрэнсис повернула к нему лицо и неожиданно громко и весело расхохоталась.
Они дошли до апартаментов Фрэнсис, в дверях он поцеловал ее, попросил разрешения войти и присутствовать при ее переодевании ко сну. Он часто наблюдал эту церемонию, иногда в сопровождении стада придворных. Но на этот раз она слабой улыбкой отказала ему.
– Я устала. И голова болит.
Он сразу встревожился. Хотя при дворе чумы не было, малейшего признака было достаточно для панических страхов.
– Болит голова? А в остальном все в порядке? Тошноты нет?
– Нет, ваше величество. Только головная боль. Моя обычная головная боль.
– У вас часто болит голова?
– Всю жизнь. Сколько я себя помню.
– Вы уверены, что гости не досаждают вам? Головная боль не из-за этого? Может быть, есть нежелательные посетители?
– Нет, сир. Все в порядке. Разрешите, я пойду? Он быстро поцеловал ее руку.
– Конечно, дорогая моя. Простите, я был невнимателен. Обещайте, что, если будет хуже или появятся другие симптомы, вы пошлете за доктором Фрейзером и дадите мне знать?
– Хорошо, обещаю, сир. Доброй ночи.
Она ушла в свою комнату и мягко закрыла за собой дверь. Верно, у нее всегда болела голова. Ее веселость и оживленность частично объяснялись нервозностью. Она не обладала крепким здоровьем и энергией Каслмейн.
В спальне Фрэнсис уже спал длиннохвостый зеленый попугай, которого она привезла с собой из Франции. Попугай засунул голову под крыло и дремал, но с приходом хозяйки проснулся, начал пританцовывать на своей жердочке и что-то бормотать от восторга. Миссис Бэрри, женщина средних лет, которая ухаживала за Фрэнсис со дня ее рождения, тоже дремала в кресле. Теперь она проснулась и торопливо подошла, чтобы помочь Фрэнсис раздеться.
Теперь, когда не нужно было держать себя в руках, Фрэнсис выглядела откровенно усталой. Она медленно сняла платье, расшнуровала корсаж и села со вздохом облегчения, а Бэрри начала снимать с нее украшения и расплетать ленты, которыми была убрана прическа.
– Опять болит голова, милочка? – Голос Бэрри звучал встревоженно и по-матерински, руки двигались любовно и ласково.
– Да, ужасно. – Фрэнсис чуть не плакала. Бэрри взяла полотенце, намочила его в уксусе, флакон которого всегда был под рукой, наложила примочку на лоб Фрэнсис. Она прижала полотенце к вискам молодой женщины. Та закрыла глаза, прильнув головой к груди Бэрри. Они помолчали несколько минут.
Внезапно снаружи послышался шум. Сначала они услышали голос одного из пажей, ему ответил сердитый женский голос, дверь в спальню распахнулась, и вошла Барбара Палмер. Мгновение она смотрела на Фрэнсис, потом громко захлопнула за собой дверь с такой яростью, что в голове Фрэнсис резко вспыхнула боль и она поморщилась.
– Я должна свести с вами счеты, мадам Стюарт! – провозгласила графиня.
В душе Фрэнсис взыграла гордость, она была готова к бою. Собравшись с духом и сняв усталость усилием воли, она встала, вздернула подбородок.
– К вашим услугам, мадам. Чем могу быть полезна?
– Я скажу – чем! – ответила Барбара. Она быстро пересекла спальню и остановилась в трех-четырех футах от Фрэнсис. Бэрри трусливо выглядывала из-за плеча Фрэнсис, а попугай начал возмущенно клекотать, но Барбара не обращала на обоих никакого внимания. – Перестаньте позорить меня на людях, мадам. Вот чем вы можете быть полезной!
Фрэнсис глядела на нее с отвращением и думала: как она могла быть столь глупой, чтобы дружить в свое время с этой гарпией. Потом она снова села и подала знак Бэрри расчесать ей волосы.
– Представления не имею, в чем я виновата, но если вы выглядите дурой – на людях или еще где-нибудь, – то вы должны благодарить за это только себя.
– Вы – хитрая цыганка, миссис Стюарт, но вот что я вам скажу: я могу превратиться в очень опасного врага, не советую вам будить во мне зверя. Если только я захочу, вашей ноги в Уайтхолле не будет, имейте это в виду! Вас вышвырнут вот так! – И она показала пальцами, как выносят котенка за шкирку.
– Вы это можете, мадам? – холодно улыбнулась Фрэнсис. – Что ж, попробуйте. Но мне кажется, его величество доволен мной так же, как и вами, хотя мои методы несколько отличаются от ваших…
– Скажите пожалуйста! – Барбара презрительно фыркнула. – Меня тошнит от таких привередливых девственниц, как вы! Вы ни одному мужчине не будете нужны после того, как он с вами переспит! Готова глаз отдать, что после того, как его величество переспит с вами, он на вас…
Фрэнсис окинула Барбару скучающим взглядом, а та продолжала болтать дальше. В этот момент за спиной Барбары открылась дверь и вошел король. Он сделал Фрэнсис знак молчать и облокотился о дверной косяк, глядя на Барбару. Его лицо потемнело, он явно гневался.
А Барбара уже просто кричала:
– Вот в этом вы не переплюнете меня никогда, мадам Стюарт! Какими бы ни были мои недостатки, но, когда мужчина встает с моей постели, он никогда…
– Мадам! – раздался резкий голос короля. Барбара сразу обернулась и испуганно ахнула.
Женщины молча глядели на его величество.
– Сир! – Барбара сделала глубокий реверанс.
– Мне надоел ваш базарный крик. Достаточно!
– Вы давно вот так слушаете?
– Вполне достаточно, чтобы услышать много неприятного. Честно говоря, мадам, вам иногда изменяет вкус и чувство меры.
– Но я же не знала, что вы здесь! – запротестовала Барбара. Потом неожиданно глаза ее сузились, она перевела взгляд с Карла на Фрэнсис и обратно.
– О, – произнесла она тихо. – Теперь я начинаю кое-что понимать. Как изощренно вы двое пытались нас всех одурачить…
– К сожалению, вы ошибаетесь: вы миновали меня в холле, не заметив, и, когда я догадался, куда именно вы направляетесь, я повернул обратно и последовал за вами. У вас на лице было написано, что вы задумали. – Он слабо улыбнулся, потом снова посерьезнел. – Мне казалось, мы договорились, что ваше отношение к миссис Стюарт будет вежливым и дружественным. То, что мне довелось услышать, не соответствует ни тому, ни другому.
– Как вы могли ожидать от меня вежливости по отношению к женщине, которая позорит меня! – требовательно воскликнула Барбара, быстро переходя к обороне.
Карл усмехнулся:
– Позорит вас? Вот уж чепуха, Барбара, неужели вы полагаете, что это все еще возможно? Ну а теперь, я думаю, миссис Стюарт устала и хотела бы отдохнуть. Если вы принесете ей свои извинения, мы оба уйдем и оставим ее в покое.
– Извинения?! – Барбара уставилась на него с возмущением и ненавистью, потом обернулась и смерила Фрэнсис презрительным взглядом с головы до ног. – Черт меня подери, если я стану извиняться! Добродушное выражение исчезло с лица Карла и сменилось раздражением.
– Вы отказываетесь, мадам?
– Да, отказываюсь! – Она упрямо взглянула на короля.
Они, казалось, забыли о Фрэнсис, которая стояла и смотрела на них, усталая, нервная, мечтающая лишь о том, чтобы они покинули ее комнату.
– Ничто на свете не заставит меня извиниться перед этой женщиной – притворщицей!
– Что ж, вы сделали свой выбор. Могу ли я предложить вам покинуть Хэмптон-Корт, чтобы на досуге обдумать свое поведение? Несколько недель спокойного размышления помогут вам пересмотреть взгляды на правила хорошего поведения.
– Вы изгоняете меня?
– Можете назвать это и так, если вам больше нравится.
Барбара впала в слезливую истерику.
– Так вот до чего дошло! После всех тех лет, что я отдала вам! Ведь это позор на весь мир: король выгоняет мать своих детей!
Он скептически поднял бровь.
– Моих детей? – тихо повторил он. – Что ж, некоторые из них, возможно, и мои. Но хватит об этом. Либо извинитесь перед миссис Стюарт, либо уезжайте куда угодно.
– Но куда же я могу уехать? Ведь повсюду чума!
– Фактически здесь тоже чума.
Даже Фрэнсис очнулась от своей летаргии, и обе женщины повторили хором: – Здесь?!
– Сегодня умерла жена одного из грумов. Завтра мы переезжаем в Солсбери.
– О, мой Бог! – застонала Барбара. – Теперь мы все заболеем! Мы все умрем!
– Не думаю. Эта женщина похоронена, и все, кто был с ней рядом, немедлено изолированы. Пока ни одного нового случая заболевания не было. Итак, мадам, выбирайте. Вы поедете с нами завтра?
Барбара бросила взгляд на Фрэнсис, которая, почувствовав на себе этот взгляд, выпрямилась и подняла голову, – она встретила глаза, полные холодной ненависти и враждебности. Неожиданно Барбара швырнула веер на пол.
– Нет! Я поеду в Ричмонд, и будьте вы все прокляты!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор Кэтлин



Дочитав я думала есть продолжение....Сложилось впечатление будто автор ненавидит свою героиню((
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинАнтонина
23.11.2010, 1.23





Книга очень понравилась, автор молодец - всё у неё выдержано в чётком, подробном и выдержанном стиле, нет никаких пастельных и похотливых сцен, их описаний. Читатель в таком случае имеет возможность применить собственную фантазию.... Эмбер получает горький опыт через разочарования и лишения, это даёт ей возможность отточить свой характер в лучшую или худшую сторону. В любом случае, - роман приглашает читателя задуматься, сравнить и сделать выводы для себя. Молодец автор книги, написала профессионально, нравится иногда юмор различных ситуаций и сцен.... Спасибо автору! Желаю всем счастья и Любви взаимной, преданной и длящейся вечно!!!Надежда.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинНадежда Ремизова-Бабушкина
17.06.2011, 5.53





Не читайте, очень трудно и тяжело...я читала и мне казалось что не будет конца.человеческой подлости. И никогда эта книга не сравнится со Скарлетт!Человек должен учится на св