Читать онлайн Навеки твоя Эмбер Том 2, автора - Уинзор Кэтлин, Раздел - Глава тридцать пятая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор Кэтлин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.79 (Голосов: 96)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор Кэтлин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор Кэтлин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уинзор Кэтлин

Навеки твоя Эмбер Том 2

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава тридцать пятая

Наконец наступило утро, и на безоблачном небе поднялось яркое, жаркое солнце. Эмбер выглянула в окно и пожалела, что нет тумана, – веселый сверкающий солнечный свет казался ей жестокой насмешкой над больными и умирающими, которые лежали в тысячах домов по всему городу.
Ближе к рассвету выражение недовольства и гнева на лице Брюса, которое сохранялось все время с того утра, когда Эмбер встретила его на причале, сменилось теперь равнодушием и апатией. Казалось, он не воспринимает ни окружающих, ни своих действий. Когда она поднесла стакан воды к его губам, он непроизвольно глотнул, но глаза оставались безучастными, будто он ничего не видел. Его спокойствие обрадовало Эмбер, она решила, что ему стало лучше.
Она надела платье, которое носила накануне, и начала убирать грязь, скопившуюся за ночь. Эмбер двигалась медленно: в мышцах ощущалась тяжесть и боль, глаза горели и воспалились. Она взяла ночной горшок и понесла его во двор вылить. Но на дворе ошивался мужчина, и ей пришлось подождать.
В шесть она разбудила Спонг, грубо встряхнув ее за плечо. Старуха сжала губы и взглянула на Эмбер одним глазом:
– В чем дело, мэм? Что случилось?
– Поднимайся! Уже утро! Либо ты будешь мне помогать, либо я запру всю еду на замок, и ты умрешь с голоду!
Спонг сердито посмотрела на нее, поджав губы.
– Господи, мэм! Да откуда же мне знать, что уже утро!
Она откинула одеяло и встала с постели. Оказывается, она спала одетой, только обувь сняла. Потом Спонг застегнула платье, подтянула юбку и прихлопнула парик приблизительно на то место, где он должен быть. Она потянулась, шумно зевнула, потерла живот, потом сунула в рот палец и извлекла оттуда застрявший кусочек мяса, а палец вытерла о перед платья.
Эмбер остановила ее на пути из спальни в кухню:
– Подойди сюда! Что ты скажешь о его внешнем виде, ему лучше?
Спонг вернулась, взглянула на Брюса и покачала головой:
– Он плохо выглядит, мэм. Очень плохо. Я видела таких за полчаса до смерти.
– Черт тебя подери! Ты считаешь, что все должны умереть? Но он-то не умрет, слышишь? Уходи, убирайся отсюда!
– Господи, мэм, вы спросили меня – я ответила… – пробормотала Спонг, уходя.
Час спустя, закончив уборку спальни и накормив Брюса остатками супа, Эмбер сказала Спонг, что сходит в мясную лавку купить кусок говядины, это займет минут двадцать. Она знала одну лавку примерно в четверти мили рядом с Линкольнз Инн Филдз. Она застегнула платье, прикрыла вырез платком. Было слишком жарко, чтобы надевать плащ, но Эмбер накинула на голову черный шелковый капюшон и завязала его под подбородком.
– Стражник не выпустит вас, мэм, – предупредила Спонг.
– Ничего, выпустит. Уж предоставь это мне. А теперь послушай, что я скажу: не спускай глаз с его светлости, внимательно наблюдай, потому что если я вернусь и узнаю, что он поранился или сбросил с себя одеяло, то, поверь мне, я тебе нос отрежу!
Светлые глаза Эмбер гневно сверкали, черные зрачки расширились, губы сжались. Снонг ахнула, напуганная, как загнанный кролик.
– Боже мой, мэм, вы можете мне доверять! Я от него глаз не отведу!
Эмбер прошла через кухню к черной лестнице, спустилась во двор и двинулась по узкому проходу за домом. Не прошла она и двадцати ярдов, как раздался окрик. Она обернулась и увидела бегущего к ней стражника.
– Пытаетесь убежать? – В голосе его звучало злорадное удовольствие. – Или вы не знаете, что дом опечатан?
– Я знаю, что опечатан, и я не пытаюсь убежать. Мне надо купить еду. За шиллинг вы выпустите меня?
– За шиллинг? Думаете, я беру взятки? – Он понизил голос. – Вам могут помочь три шиллинга.
Эмбер вынула монеты из муфты и отдала стражнику. Он не отважился подойти ближе, держал дымящуюся трубку во рту, – считалось, что табачный дым отгоняет чуму. Эмбер быстро зашагала по улице. Сегодня прохожих было меньше, чем вчера, да и вели себя они иначе. Не шлялись просто так, не останавливались поболтать, а шли быстро, держа у носа флаконы с ароматической смолой. Проехала – карета, сопровождаемая нагруженными фургонами, и прохожие проводили этот караван внимательными взглядами: лишь богачи могли позволить себе уехать из города, остальные вынуждены были оставаться здесь и рисковать жизнью, уповая лишь на амулеты и лекарственные травы. По пути Эмбер увидела несколько опечатанных домов.
У мясника она купила большой кусок говядины. Продавец снял мясо с крюка, а деньги опустил в кувшин с уксусом. Эмбер завернула мясо в полотенце и положила в хозяйственную корзину. По дороге обратно купила пару фунтов свечей, три бутылки бренди и немного кофе. Кофе был настолько дорог, что на улице его не продавали; хотя Эмбер пила кофе нечасто, она надеялась, что он поможет ей не заснуть в течение дня.
Брюс оказался в том же положении, в каком она его оставила. И хотя Спонг божилась, что не отходила от Брюса, Эмбер подозревала, что старуха занималась поисками денег или ценностей, по крайней мере в спальне. Но все ценное было заперто за потайной дверцей, куда ни Спонг, ни кто другой без длительных поисков не доберется.
Спонг хотела пойти за Эмбер на кухню, узнать, что она принесла, но Эмбер отослала ее обратно к больному. Она заперла бренди на ключ, иначе бутылки исчезли бы, но сначала сама сделала хороший глоток. Потом подвязала волосы, закатала рукава и принялась за работу. В большой почерневший котел, наполненный горячей водой, она опустила мясо, нарезанное кубиками, туда же отправились остатки бекона, купленного накануне. Кость она разрубила тяжелым секачом, добавила костного мозга и вместе с овощами опустила в котел, а также положила туда четверть кочна капусты, лук, морковь, горошек, горсть измельченных трав, перец и соль.
Суп должен был вариться несколько часов, пока не вскипит и не загустеет, а тем временем Эмбер приготовила питательное питье из сухого вина, специй, сахара и яиц. Яичную скорлупу она дробила на мелкие кусочки, – по старому деревенскому поверью, на крупных кусках скорлупы колдунья может написать твое имя. У Эмбер и без того хватало неприятностей, незачем накликать на себя новые.
Она заметила, когда кормила, Брюса, что налет на его языке стал отслаиваться, оставляя красные болезненные пятна, а сам язык был искусан. Его пульс и дыхание участились, иногда он слегка кашлял. Брюс лежал в забытьи, он не спал, но оставался без сознания, и вывести его из этого состояния было невозможно. Даже когда Эмбер прикоснулась к его опухоли, ставшей теперь мягкой массой, он будто и не заметил этого. Теперь даже ей казалось маловероятным, .что он может долго прожить.
Но она не хотела думать, об этом. К тому же она так устала, что просто не могла думать.
Эмбер вернулась на кухню закончить уборку. Она вымела пыль из других комнат, вытерла мебель, положила полотенца отмокать в горячей мыльной воде с уксусом, принесла еще воды и наконец, когда почувствовала, что больше не в силах работать, пошла в спальню и вытащила кушетку. У Эмбер воспалились веки, под глазами появились темные круги.
Был полдень, когда она прилегла, и сквозь шторы в комнату проникли лучи жаркого солнца. Она проснулась несколько часов спустя, потная, с раскалывающейся от боли головой, ей казалось, что весь дом ходит ходуном. Это Спонг трясла ее за плечи.
– Поднимайтесь, мэм! Доктор стучится!
– Ради Бога, – пробормотала Эмбер, – неужели ты ничего не можешь сделать самостоятельно? Пойди и впусти его.
– Вы сказали мне не отходить от его светлости ни в коем случае!
Эмбер устало поднялась. Она чувствовала себя так, будто ее таскали волоком, во рту был противный вкус. Было еще только пять часов, в комнате чуть стемнело, в камине по-прежнему горел огонь. Она откинула шторы и наклонилась над Брюсом. Казалось, ничего не, изменилось ни в лучшую, ни в худшую сторону.
Доктор Бартон вошел в комнату, он казался усталым и больным. Как и в прошлый раз, он посмотрел на Брюса с расстояния в несколько футов. Эмбер с отчаянием подумала, что доктор видел так много чумных больных и умирающих, что едва ли отличал одного от другого.
– Ну что вы скажете? – спросила она. – Он будет жить? – Но у нее самой на лице было написано неверие в благополучный исход.
– Он может выжить, но, честно говоря, я сомневаюсь в этом. У него прорвалась опухоль?
– Нет. Она стала мягкой, но глубоко внутри ощущается затвердение. Он, кажется, даже не чувствует, когда я прикасаюсь к ней. Ну хоть что – нибудь можно сделать, доктор? Неужели его никак нельзя спасти?
– Уповайте на Господа Бога, мадам. Мы ничего больше не можем сделать. Если опухоль прорвется – перевяжите, но остерегайтесь, как бы капли крови или гноя не попали на вас. Я приду завтра, и, если опухоль не вскроется, мне придется ее разрезать. Вот все, что я могу вам сказать. Всего наилучшего, мадам.
Он поклонился и пошел к выходу, но Эмбер последовала за ним.
– Могу ли я каким-либо образом заменить сиделку на другую? – спросила она тихо, но настойчиво. – Эта старуха совершенно бесполезна. Она только уничтожает мои припасы да пьет вино. Я вполне справлюсь и сама.
– Простите, мадам, но приходской чиновник сейчас слишком занят, чтобы заниматься проблемами каждого в отдельности. Все сиделки старые и бестолковые, и если бы они могли прокормиться иным путем, то не стали бы сидеть с больными чумой. Приход посылает их к больным, чтобы не содержать их из милосердия. И все-таки, мадам, вы сами можете заболеть в любой момент, так что лучше не оставаться одной.
Он ушел. Эмбер пожала плечами и решила, что если она не может избавиться от Спонг, то она найдет для нее применение. На кухне суп уже сварился. На поверхности густого питательного бульона плавали кусочки жира в горячих масляных кружочках, и Эмбер налила себе полную тарелку. После еды ей стало лучше, головная боль прошла, и в душе Эмбер снова затеплилась надежда. Она почувствовала уверенность: она сумеет сохранить жизнь Брюса просто силой воли.
«Я так сильно его люблю, – думала .она, – он не может умереть. Господи Боже, не дай ему умереть!»
Перед тем как лечь спать, она решила подкупить Спонг.
– Если ты будешь бодрствовать до трех часов ночи, а потом позовешь меня, то получишь бутылку бренди.
Если старуха посидит с Брюсом и даст ей выспаться, то пусть потом весь день пьянствует.
Предложенные условия понравились Спонг, и она поклялась, что не сомкнет глаз и будет присматривать за больным. Среди ночи Эмбер неожиданно проснулась, села на постели и обвиняющим взглядом посмотрела на сиделку. В комнате было светло от огня в камине, который горел всю ночь. Но старуха сидела рядом, сложив руки на животе; она усмехнулась:
– Думаете, я обману, да?
Эмбер улеглась снова и мгновенно заснула. Ее разбудил сдавленный крик. Она сразу вскочила на ноги с сильно бьющимся сердцем. Брюс стоял на коленях на краю постели и сжимал руками горло Спонг. Старуха билась в его руках, молотила по воздуху ногами, извивалась, как рыба на крючке. Брюс, с искаженным лицом, безумно оскаленными зубами, подняв плечи, изо всех сил душил старуху и наверняка лишил бы ее жизни, если бы не Эмбер, которая бросилась к кровати и схватила руки Брюса сзади, стараясь оттащить его. Он, чертыхаясь, отпустил Спонг и повернулся к Эмбер, его пальцы сомкнулись на ее горле, к ее лицу и вискам прихлынула кровь, казалось, голова сейчас расколется, уши заложило, Эмбер перестала видеть. В отчаянии она подняла руки вверх и, нащупав глаза Брюса, нажала так, что большие пальцы погрузились в его глазницы. Страшное давление на горле медленно ослабло, потом он свалился на постель в полном изнеможении.
Эмбер осела на пол, беспомощная, в полуобморочном состоянии. Только через несколько секунд она осознала, что Спонг пытается что-то сообщить ей.
– …прорвалась, мэм! Она прорвалась, вот почему он с ума сходил!
Эмбер еле поднялась на ноги и тут увидела, что большое вздутие чумного бубона лопнуло, будто верхушка взорвалась и образовался кратер вулкана. Дыра была такая большая, что туда вошел бы палец. Из отверстия хлынул поток темно-красной крови, и на постели быстро растеклась кровавая лужа, промочившая все насквозь. Вместе с кровью изливалась водянистая жидасость, потом потек желтый гной.
Эмбер отправила Спонг на кухню за теплой водой и стала немедленно смывать кровь отовсюду. Окровавленные тряпки уже громоздились на полу горой, сиделка отрывала все новые куски от простыней, но перевязать рану не получалось: тряпки сразу же промокали. Эмбер никогда не видела, чтобы из человека вытекло столько крови, и это напугало ее.
– Ведь он умрет от потери крови! – отчаянно крикнула она и швырнула еще одну окровавленную тряпку в ведро. Лицо Брюса уже не было багровым, он сильно побледнел, щеки, заросшие щетиной, были холодными и влажными.
– Он крупный мужчина, мэм, ему не страшно потерять много крови. Вы благодарите Бога, что опухоль прорвалась. Теперь у него есть шанс выжить.
Наконец поток крови иссяк, хотя она и сочилась понемногу. Эмбер сделала перевязку и вымыла руки теплой водой. К ней приблизилась Спонг с жалкой улыбочкой и захныкала:
– Ведь уже полчетвертого, мэм. Можно я посплю?
– Хорошо, спи. И благодарю.
– Сейчас почти утро, мэм. Как вы думаете, я могу получить бренди, а?
Эмбер отправилась на кухню и принесла ей бутылку. Вскоре она услышала из-за закрытой двери, как Спонг напевает песенку, но потом раздался сильный храп, который продолжался час за часом. Эмбер была занята перевязками, наполняла бутылки горячей водой. Ближе к утру, к ее великому облегчению, лицо Брюса стало оживать и порозовело, дыхание стало более равномерным, а кожа сухой.
На восьмой день Эмбер была убеждена, что Брюс выживет, и миссис Спонг согласилась с ней, хотя призналась, что ждала смерти его светлости. Но чума либо быстро отбирает жизнь, либо человек остается жить. Те, кто остается в живых на третий день, могут еще надеяться, а те, кто прожил неделю, выздоравливали наверняка. Но период выздоровления был длительным, тяжелым, сопровождался глубокой физической и умственной депрессией, во время которой любое неожиданное или чрезмерное напряжение могло привести к фатальному исходу. С того дня, когда опухоль прорвалась, Брюс лежал на спине и никаких тревог своим поведением больше не вызывал: беспокойство, бред, приступы агрессий – все это прекратилось, силы быстро восстанавливались. Он покорно глотал пищу, которую подносила ему Эмбер, но усилия изнуряли его. Большую часть времени он спал, хотя иногда глаза были полуоткрыты.
Эмбер трудилась не покладая рук, но после прорыва опухоли она могла спать по ночам. Всю работу по уходу она выполняла с энтузиазмом и даже с некоторым удовольствием. Все, чему ее научила Сара, – готовка, уход за больными, ведение хозяйства – сейчас вспомнилось, и Эмбер гордились тем, что справлялась со всем этим лучше, чем три служанки вместе взятые.
Она не отваживалась помыть Брюса, но старалась содержать его в чистоте, и с помощью Спонг ей удалось сменить постельное белье. Квартира находилась в безукоризненном состоянии, будто Эмбер ожидала посещения тетушки. Она мыла пол на кухне, стирала полотенца и простыни, а также свою одежду. Все белье она гладила утюгом, каждый день мыла посуду щеткой и мылом и ставила перед камином на просушку, как учила ее Сара. Все кастрюли и котелки сверкали чистотой. Ее руки начали грубеть, появились волдыри, но теперь ее это беспокоило не больше, чем сальные волосы и отсутствие пудры на лице вот уже полторы недели. «Когда он начнет обращать на меня внимание, – говорила себе Эмбер, – я займусь собой». А пока ее единственной компанией были Спонг да лавочники, когда она ходила за провизией, а для них внешний вид не имел значения.
От Нэн не было никаких вестей, и, хотя она беспокоилась и о Нэн, и о ребенке, она убеждала себя, что с ними все в порядке. Насколько ей было известно, чума обошла деревню стороной. К тому же вполне вероятно, что ее письмо не дошло до Нэн. Эмбер довольно хорошо знала свою Нэн и верила в ее верность и в ее находчивость. И теперь надо отбросить все сомнения и считать, что с ними все в полном порядке.
Чувствовала она себя хорошо, как и прежде, что она объясняла действием бивня единорога, золотой елизаветинской монеты, которую держала за щекой, и еще следствием ежедневной процедуры: она отрезала от своих волос крошечный локон и выпивала его с водой. Эта последняя мера была предложена Спонг, и обе они неукоснительно выполняли обряд. Еще бы не верить – ведь Спонг побывала уже в восьми домах, охваченных чумой, и до сих пор не заболела! Иногда Эмбер использовала дополнительное средство – она молилась Богу.
После своего второго посещения доктор Бартон не появлялся, и Спонг с Эмбер обе решили, что он либо умер, либо убежал из города, ибо чума свирепствовала все сильнее и все больше докторов уезжало. Но теперь, когда Брюсу становилось лучше, эскулапы больше не заботили Эмбер.
Каждое утро, когда она кормила Брюса завтраком – обычно это было питательное питье, – она меняла повязку на большой ране, умывала ему лицо и руки, чистила зубы, а потом садилась рядом и причесывала ему волосы. Это занятие доставляло ей удовольствие каждый день, ибо заботы окружали ее день-деньской и у нее оставалось мало времени просто побыть с Брюсом. Иногда он глядел на нее, но взгляд оставался тусклым и невыразительным, она даже не могла понять, видит ли он, кто склоняется к нему. Но всякий раз, когда он глядел на нее, Эмбер улыбалась, надеясь на ответную улыбку.
И наконец это произошло – на десятый день его болезни, когда Эмбер сидела у его постели и смотрела ему в лицо, собираясь расчесывать волосы по-прежнему жесткие и густые. Она приложила руку к его шевелюре и улыбнулась светлой и счастливой улыбкой. Она поняла, что он наблюдает за ней, что действительно видит ее, что наконец узнал ее. Легкая дрожь пробежала по ее телу, когда он начал улыбаться ей, а она нежно провела пальцами по его щеке.
– Храни тебя Господь, дорогая моя… – Голос Брюса был тихим и хрипловатым, скорее, это был шепот; он повернулся и поцеловал ее пальцы.
– О Брюс…
Она могла только пробормотать его имя,, потому что в горле был комок и из глаз брызнули слезы, она смахнула их, а Брюс закрыл глаза, устало отвернул голову и слегка вздохнул.
После этого Эмбер всегда могла угадать, когда Брюс был в полном сознании. Понемногу он начал разговаривать с ней, хотя лишь через много дней он смог произносить несколько слов подряд. Эмбер не принуждала его говорить, она знала, каких усилий ему это стоило и как он устает после разговора. Его глаза часто следили за Эмбер, когда она была в комнате. Она видела благодарность в его взгляде, и это разрывало ей сердце. Она хотела сказать ему, что не много сделала для него: лишь только то, что должна была сделать, потому что любит его и что она никогда не была так. счастлива, как в последние дни, когда отдала всю свою энергию, все силы, физические и духовные, для него. И что бы ни было у них в прошлом, что бы ни ждало их в будущем, в ее душе навсегда останутся эти несколько недель, когда он полностью принадлежал, ей.
Лондон менялся с каждым днем.
Постепенно с улиц исчезли уличные торговцы, а с ними старые, как мир, напевные, не один век звучавшие в городе крики, которыми они расхваливали свой товар. Закрывались многие магазины и лавки, приказчики больше не стояли за прилавком, хозяева лавок боялись покупателей, а покупатели – лавочников. Друзья отворачивались при встрече или переходили на другую сторону улицы, чтобы избежать разговоров. Многие перестали покупать еду из страха заразиться, а некоторые из-за этого даже умерли от голода.
Театры закрылись в мае, а теперь и многие таверны стояли запертыми. Тем же из них, что продолжали обслуживать гостей, велели закрываться в девять часов вечера и выгонять всех посетителей. Исчезли медвежьи и петушиные бои, выступления жонглеров и кукольные спектакли; даже публичных казней больше не устраивали, ибо они неизменно привлекали большие толпы людей. Похороны были запрещены, но тем не менее можно было видеть длинные процессии, бесконечной вереницей проходившие по улицам в любое время дня и ночи.
Но, невзирая на страх заразиться, в церквах собиралось много народу. Некоторые священнослужители, в основном ортодоксального вероисповедания, уехали из города, а нонконформисты остались и произносили пламенные речи, чтобы несчастные и сирые отмаливали свои грехи. Проститутки трудились без устали. Прошел слух, что самая верная защита от чумы – венерическая болезнь, и публичные дома Винегар-Ярда, Саффрон-Хилла и Найтингейл Лейн были открыты для посетителей двадцать четыре часа в сутки. Проститутки и клиенты часто умирали вместе, и их тела выносили потом через черный ход, чтобы не расстраивать тех, кто ожидал в гостиной. Все растущий фатализм привел к. тому, что многие говорили, будто надо, мол, получать от жизни как можно больше удовольствия, а потом умереть, когда придет твой черед. Одни бросились к. астрологам и предсказателям, другие стали оракулами, и их дела процветали.
По каждой улице проезжали так называемые «собиратели мертвых». В их обязанность входило проверять, где есть трупы, и сообщать об этом церковному клерку. Это были группы старух, нечестных и неграмотных, как и сиделки. Они были вынуждены жить обособленно во время эпидемии, ходили с белыми палками, чтобы прохожие видели, кто идет, и обходили их стороной.
Город постепенно затихал. Судоходство на Темзе прекратилось – ни один корабль не мог войти или выйти из порта. Шум, крики и ругань моряков на реке – все это исчезло. Сорок тысяч собак и двести тысяч кошек, были уничтожены, – считалось, что они переносят заразу. Можно было услышать плеск воды между волнорезами Лондонского моста даже из Сити – шум, которого обычно никто не замечал. Только колокол продолжал звонить, тяжелыми ударами возвещая о смерти.
Вскоре стало невозможно хоронить мертвых по отдельности, стали рыть огромные ямы сорок футов на двадцать на окраине города. Каждую ночь туда свозили трупы, некоторые были, как положено, в гробах, но чаще просто завернуты в простыни, а то и голыми, как их застала смерть. Имена многих были неизвестны. В дневное время у этих захоронений кружились вороны, но при приближении человека они взвивались в воздух, ожидая ухода непрошеного гостя, потом снова садились на могилы. Когда тела начали разлагаться, в город пополз смрадный запах, и дышать стало просто нечем.
Давно не помнили в Лондоне такого жаркого; лета. Небо оставалось ярким, как лазурь, голубым и совершенно безоблачным. Люди мечтали о тумане, как о милости Господней. Над городом низко парили большие птицы, они летали тяжело и деловито. Флюгеры на шпилях храмов едва шевелились. На лугах вокруг Лондона трава сгорела и земля стала твердой, как кирпич; завяли, сморщились и высохли цветы. Эмбер посадила несколько левкоев розового и белого цвета в горшки и поставила их в тени на балконе, но они не прижились.
Она защищала себя от чумы тем, что отказывалась думать об этом, это было все, что она могла сделать, все, что могли сделать – чтобы не сойти с ума – и другие оставшиеся в городе.
Часто, когда она ходила за провизией в лавки – теперь все приходилось покупать в лавках, потому что уличные разносчики исчезли, – ей приходилось слышать страшные крики и стоны, доносившиеся из запертых домов. В окнах появлялись измученные лица, люди умоляюще тянули руки и взывали: «Молитесь за нас!»
Чума убивала мгновенно, мертвые и умирающие на улицах стали приметой времени. Эмбер насмотрелась всякого; вот мужчина прижался к стене и бьется о нее окровавленной головой, бормоча что-то в бреду (Эмбер в ужасе взглянула на него и быстро прошла мимо, зажав нос); вот мертвая женщина лежит в дверях дома, а грудной младенец сосет ее грудь (на ее белой коже Эмбер заметила маленькие голубые пятна чумы); вот старуха, отчаянно рыдая и еле передвигая ноги, идет, неся в руках маленький гробик.
Однажды, занимаясь уборкой в спальне, Эмбер услышала с улицы громкий мужской голос, но слова разобрала лишь подойдя к окну. Мужчина, очевидно, шел со стороны Сент-Мартин Лейн.
– Очнитесь! – взывал он. – Очнитесь, грешники! Чума у вас на пороге! Вас ждут могилы! Очнитесь и покайтесь!
Эмбер отодвинула шторы и выглянула. Он шел быстро, как раз под ее окнами, полуголый старик с взъерошенными волосами и длинной темной бородой; сжатым кулаком он грозил в сторону молчаливых тихих домов.
Эмбер взглянула на него с отвращением.
– Чтоб его черт подрал! – выругалась она. – Проклятый старый дурак! Неприятностей хоть отбавляй и без его кошачьего нытья!
Ночью в конце июля она услышала другой, гораздо более страшный клич. По булыжной мостовой громыхала повозка, звенел колокольчик, и мужской голос выкрикивал:
– Выносите своих мертвых! Выносите своих мертвых!
Эмбер быстро взглянула на Спонг, потом бросилась к окну, Спонг проковыляла за ней следом. Внизу они увидели повозку, которая медленно тащилась в сопровождении трех человек: один правил лошадьми, другой шел рядом и звонил в колокольчик, третий нес факел, при свете которого они заметили, что повозка была наполовину заполнена трупами, наваленными один поверх другого. Во все стороны торчали руки и ноги мертвецов. Труп женщины нависал над другими, и длинные волосы волочились по земле.
– Пресвятая Дева Мария! – выдохнула Эмбер. Она отвернулась с содроганием, ощущая подступающую тошноту. Ее прошиб холодный пот.
У Спонг зуб на зуб не попадал.
– О Боже мой! Чтоб вот так умереть, быть брошенной в кучу вместе со всякими бандитами и убийцами вроде Джека Ноукса и Тома Стайлза! Не приведи Господь! Да на такое невозможно смотреть!
– Перестань причитать! – огрызнулась Эмбер нетерпеливо. – С тобой-то все в порядке!
– Ах, не говорите так, мэм! – ответила Спонг. – Да, с нами все в порядке сегодня. Но кто знает, завтра мы обе можем…
– Заткнись, тебе говорят! – воскликнула Эмбер, поворачиваясь к старухе, и, когда та вздрогнула от испуга, добавила сердито, хотя ей самой было неловко за эту вспышку гнева; – Ты ноешь, как шлюха в Брайдуэлле
type="note" l:href="#FbAutId_1">[1]
. Иди на кухню и возьми себе бутылку горячительного!
Спонг благодарно взглянула на нее и ушла. У Эмбер эта повозка с мертвецами так и стояла перед глазами. Ей доводилось видеть больных мужчин и женщин, трупы на улицах, слышать постоянный похоронный звон колокола, ощущать тошнотворный запах от могил, противоестественную тишину города, узнавать разговоры (слухи передавал стражник), что еще две тысячи умерли от чумы на прошлой неделе, – все это стало сильно угнетать ее. Ей удавалось отгонять от себя страхи и пересиливать отчаяние, пока Брюс был безнадежно болен, тогда у нее просто не было времени думать. Но теперь душу начал охватывать леденящий ужас перед чумой.
«Почему я остаюсь живой и здоровой, когда все другие умирают. Что я такого сделала, чем заслужила право на жизнь, если они должны умереть?» Она знала, что заслужила право на жизнь не больше, чем кто-либо другой.
Страх был не менее заразным, чем сама чума, и так же быстро сковывал человека. Здоровые должны заболеть, надежда избежать этой участи чрезвычайно мала. Теперь смерть была повсюду. Заразу можно вдохнуть, получить вместе с пищей, она может перекинуться от случайного прохожего на улице, и вы принесете ее в дом. Смерть была демократична, она не делала выбора между богатыми и бедными, красивыми и безобразными, молодыми и старыми.
Однажды утром в середине августа Брюс сказал, ей, что считает нужным уехать из Лондона через две недели. Эмбер лежала в постели, и хотя ответила ему небрежным тоном, но тем не менее встревожилась.
– Теперь никому не разрешают выехать из города, независимо от того, есть ли у них свидетельство о здоровье.
– Мы все равно уедем. Я подумал об этом и нашел способ, как. уехать.
– О большем я и не мечтаю. Этот город – Боже! – это кошмар, а не город! – Она быстро переменила тему разговора и улыбнулась ему. – Не хотел бы ты побриться? Я неплохой брадобрей и…
Брюс провел рукой по щетине: он не брился уже пять недель.
– Да, неплохо бы. Я чувствую себя как торговец рыбой.
Эмбер сходила на кухню за теплой водой. Там она обнаружила Спонг, которая сидела с мрачным видом, держа недоеденную миску супа на коленях.
– Ну, – весело произнесла Эмбер, – наконец-то ты ешь досыта.
Она налила горячей воды в таз и попробовала ее рукой.
Спонг тяжело вздохнула:
– Похоже, мэм, что я попалась. Ужасно себя чувствую.
Эмбер выпрямилась и оценивающе оглядела ее. «Если эта старая шлюха заболеет, – подумала она, – я в два счета выставлю ее из дома, и плевать мне на приходского служителя!»
Она поспешила обратно к Брюсу в спальню, где разложила все принадлежности на столе и постелила чистое белое полотенце Брюсу на грудь. Бритье доставило обоим неизъяснимое удовольствие и очень их развлекло. Радость вспыхивала в душе Эмбер, когда она низко наклонялась над Брюсом и видела, что он глядит ей на грудь. У нее часто заколотилось сердце, и в теле разлилась приятная теплота.
– Должно быть, ты действительно выздоравливаешь, – тихо произнесла она.
– Да, мне гораздо лучше, – согласился он, – и надеюсь, что будет еще лучше.
Когда наконец щетина была сбрита и остались только усы, которые он всегда носил, стало особенно заметно, насколько сильно он болел и насколько все еще был слаб сейчас. Гладкая смуглая кожа на лице, обычно загорелая, стала блеклой, щеки ввалились, вокруг глаз и рта появились новые морщины, он похудел и ослаб. Но для Эмбер он оставался таким же красивым, как всегда.
Она начала прибираться, вылила в окно воду из таза, собрала полотенца, ножницы и бритву. – Я думаю, через несколько дней, – пообещала Эмбер, – тебе можно будет устроить баню.
– Слава Богу! От меня несет, наверное, как от сумасшедшего в Бедламе!
Он откинулся на постель и сразу заснул, потому что был еще очень слаб и каждое усилие вызывало усталость и изнеможение. Эмбер взяла капюшон, заперла спальню, чтобы туда не заходила Спонг в ее отсутствие, и вышла в кухню, где старуха бесцельно бродила, тупо глядя перед собой. Иногда она напоминала Эмбер крыс с длинными мордами, которые высовывались из норы и застывали на месте, будто в трансе, или беспомощно пищали, когда Эмбер гоняла их шваброй, больных животных с пятнами выпавшей шерсти на серо-синих спинах.
– Ты чувствуешь себя хуже? – спросила Эмбер, завязывая тесемки капюшона и наблюдая за сиделкой в зеркало.
Спонг ответила своим обычным нытьем:
– Немного хуже, мэм. Вам не кажется, что здесь холодно?
– Нет. Не кажется. Здесь жарко. Ладно, иди посиди у камина.
Эмбер чувствовала раздражение – если Спонг заболела, придется выбросить; все съестные припасы, что есть в доме, и окурить все комнаты дымом. Она боялась заразиться, хотя во время болезни Брюса такого опасения у нее не было. «Когда я вернусь, – подумала она, – и окажется, что ей хуже, я выгоню ее».
Спонг встретила Эмбер в дверях. Она закутала руки в подол юбки, ее лицо было встревоженным и почти комическим от жалости к себе.
– Боже мой, мэм, – сразу же начала она жаловаться. – Мне стало гораздо хуже.
Эмбер посмотрела на нее, ее глаза сузились. Лицо Спонг покраснело, глаза налились кровью. Когда она заговорила, стало видно, что язык распух и покрылся белым налетом. «Это – чума», – подумала Эмбер и отвернулась, чтобы дыхание Спонг не коснулось ее. Она поставила корзину на стол и начала раскладывать покупки, сразу же убирая провизию в продовольственный сундук, чтобы Спонг не прикасалась к ней.
– Если хочешь уйти, – сказала Эмбер небрежным тоном, – я дам тебе пять фунтов.
– Уйти, мэм? Да куда же я пойду? Мне некуда идти, мэм. И как я могу уйти? Я – сиделка. – Она тяжело привалилась к стене. – О Господи! Я никогда так плохо себя не чувствовала.
– Конечно, тебе некуда пойти, – повернулась к ней Эмбер, – и ты знаешь почему – потому что у тебя чума! И нечего притворяться. Тебе больше не отвертеться. А если ты уйдешь и отправишься в приют, я дам тебе десять фунтов. Там о тебе будут заботиться. Но предупреждаю, если останешься, я пальцем не пошевелю, чтобы помочь тебе. Я сейчас принесу деньги, подожди здесь.
Эмбер хотела было выйти из комнаты, но Спонг остановила ее:
– Не стоит беспокоиться, мэм. Я не пойду в приют. Боже, я не боюсь смерти. А пойти в приют – это все равно что лечь в общую могилу. Вы очень жестокосердная женщина – выгонять бедную старую больную женщину прочь из дома, после того как она помогла выходить его светлость и вернуть его к жизни. Вы не христианка, мэм… – Она устало покачала головой,
Эмбер глядела на нее неподвижным взглядом, полным презрения и ненависти. Она уже решила, что, когда наступит ночь, она силой вытолкает старуху, а если надо будет, пригрозит ей ножом. Сейчас было только два часа: время готовить легкую закуску для Брюса. Спонг вернулась образно в гостиную, она больше не интересовалась едой, и Эмбер стала собирать поднос.
По пути в спальню она прошла мимо Спонг, которая лежала на кушетке перед длинным рядом окон и бормотала что-то неразборчивое. Ее била крупная дрожь.
– Мэм, я больна, прошу вас, мэм, – протянула она руку к. Эмбер.
Та прошла мимо, даже не посмотрев в ее сторону, крепко сжав челюсти и вынула из кармана ключ от спальни. Старуха начала вставать, в неожиданном приступе панического ужаса Эмбер быстро повернула ключ, распахнула дверь, заскочила внутрь и торопливо закрыла ее за собой, после чего снова заперла на ключ. Она услышала, как Спонг, что-то бормоча, снова упала на кушетку,
Эмбер вздохнула с облегчением, она действительно испугалась, ибо часто слышала рассказы, как больные чумой мечутся по улицам, хватают прохожих за рукава и целуют их. Она взглянула на Брюса. Тот лежал, опершись на локоть, и смотрел на нее со странным выражением на лице – смеси озадаченности и подозрения,
– В чем дело?
– Ничего, так, пустяки. – Она быстро улыбнулась ему и подошла с подносом. Она не хотела, чтобы Брюс узнал, что Спонг заболела: это могло встревожить его, а он еще недостаточно окреп для волнений. – Спонг опять напилась пьяной. Я не хотела, чтобы она вошла сюда и досаждала тебе. – Эмбер поставила поднос и нервно рассмеялась. – Ты только послушай она пьяная, как. свинья Давида!
Брюс ничего не сказал, но Эмбер почувствовала, что он догадался – дело не в пьянстве, дело в чуме. Они вместе поели, но разговаривали мало, обед прошел без прежней веселости, и Эмбер облегченно вздохнула, когда Брюс снова уснул. Она не решилась выйти, осталась в спальне и занялась перевязкой его раны, потом уборкой комнаты. Ее слух был постоянно напряжен, она прислушивалась к малейшим звукам в гостиной, снова и снова подходила на цыпочках к дверям.
Она слышала, как Спонг беспокойно металась, стонала, звала ее, и наконец днем услышала тяжелый удар и поняла, что Спонг свалилась на пол. Судя по ругательствам, она, очевидно, пыталась встать на ноги, но не смогла. Эмбер чувствовала себя растерянной и испуганной, она украдкой взглянула на Брюса, но тот крепко спал.
«Что же мне делать? Как мне избавиться от нее? – думала она. – О, черт ее подери старая вонючая кляча»
Эмбер стояла и глядела на яркое заходящее солнце, окрасившее лучами деревья в красный и оранжевый цвета и отражавшееся в окнах домов напротив, внезапно она уловила странные звуки. Несколько секунд она прислушивалась, недоумевая, что бы это могло быть и откуда идут эти звуки, потом поняла, что они доносятся из соседней комнаты. Какие-то булькающие звуки… Но вот они прекратились и Эмбер решила, что ей просто все это почудилось. И вот снова… Звуки наполнили душу леденящим ужасом мрачные, ползущие, устрашающие. Затаив дыхание, Эмбер пересекла комнату, подошла к двери и тихо-тихо стала поворачивать ключ в замке. Она приоткрыла дверь и заглянула в гостиную.
Миссис Спонг лежала на полу на спине, широко раскинув ноги и руки. Рот был раскрыт, оттуда вытекала густая кровавая слизь, нос тоже сочился сгустками крови, которые выплескивались при вздохе. Эмбер стояла как вкопанная, парализованная ужасом, не в силах пошевелиться. Потом снова закрыла дверь, хлопнув громче, чем хотела, и оперлась о нее спиной. Очевидно, стук двери привлек, внимание Спонг, ибо Эмбер услышала сдавленный крик, будто старуха пыталась позвать ее. Охваченная страхом, Эмбер бросилась в детскую, зажала уши и захлопнула дверь.
Только через несколько минут она заставила себя вернуться в спальню. Она увидела, что Брюс проснулся.
– А я подумал, куда ты девалась. Где Спонг? Ей хуже?
В комнате было темно, и все-таки Эмбер не стала зажигать свечей, чтобы Брюс не видел ее лица. Подождав несколько минут и прислушавшись, Эмбер решила, что сиделка умерла, – никаких звуков больше не было слышно.
– Спонг ушла, – сказала Эмбер нарочито спокойным тоном. – Я ее отослала… в приют. – Она взяла свечу. – Пойду зажгу свечу от кухонного камина.
В полутьме гостиной она заметила тело Спонг, но прошла мимо, не останавливаясь. Потом зажгла свечу и вернулась. Спонг была мертва.
Подхватив юбки непроизвольным брезгливым жестом, она вошла в спальню зажечь свечи. Лицо Эмбер побледнело, она с трудом подавляла позывы к рвоте, но продолжала заниматься делом. Брюс не должен ничего знать. Но она не могла не заметить его настороженности и избегала его взгляда. Если он заговорит, она не знала, что ответить. Эмбер была на грани истерики, но знала, что должна держать себя в руках. Когда приедет повозка, собирающая трупы, старуху утащат вниз и увезут.
Бледная – бархатная голубизна еще просвечивала полосками на небе, когда Эмбер услышала первый возглас с дальней улицы:
– Выносите своих мертвых!
Эмбер оцепенела, как притаившееся животное в лесу, потом схватила подсвечник.
– Пойду приготовлю ужин, – сказала она и, прежде чем он мог что-либо ответить, вышла из комнаты.
Не глядя на Спонг, она поставила свечу на стол и. пошла открыть двери в прихожую. Возглас могильщиков послышался вновь, теперь уже ближе. Подождав мгновение и набравшись решимости, Эмбер отстегнула юбку, завернула в нее руки и, ухватив Спонг за распухшие щиколотки, поволокла старуху к двери. Со Спонг слетел парик, тело обнажилось, с противным звуком оно скользило по полу.
Когда Эмбер дотащила старуху до верхней площадки лестницы, она взмокла от пота и в ушах стоял звон. Эмбер шагнула вниз, нащупала ногой ступеньку, подтянула к себе труп, потом нащупала следующую. На лестнице было совсем темно, но Эмбер слышала, как голова Спонг стукалась о каждую ступеньку, покрытую ковром. Дотащив сиделку донизу, она постучала в дверь. Стражник открыл.
– Сиделка умерла, – еле слышно произнесла Эмбер. Она повернула к нему лицо, бледное как мел, с руки свисала полотняная юбка.
Послышался шум проезжающей похоронной повозки и стук лошадиных копыт по мостовой, и вдруг – неожиданный возглас:
– Хворост! Вязанка хвороста за шесть пенсов!
Казалось очень странным, чтобы в такую жаркую погоду кто-то продавал хворост, да еще в такой поздний час. Но в этот момент похоронная повозка подъехала к дому. Сперва подошел человек с факелом, за ним следовала повозка, рядом с которой шагал возница с колокольчиком и выкрикивал монотонно: «Выносите своих мертвых!» Другой человек сидел на месте кучера, Эмбер увидела, что он держал обнаженный труп маленького мальчика, лет трех, не старше. Он держал трупик за ноги.
Это он предлагал: хворост за шесть пенсов!
Пока Эмбер оцепенело смотрела, он повернулся, забросил труп в телегу и слез вниз. Он и человек с колокольчиком пошли забирать Спонг.
– Так, – весело улыбнулся он Эмбер, – что тут у нас?
Мужчины наклонились поднять Спонг. Неожиданно один из них схватился за ворот ее платья и разорвал, обнажив жирное и дряблое тело старухи. От шеи до бедер она была покрыта круглыми голубыми пятнышками – верным знаком чумы.
Он звучно выразил отвращение, набрал слюны и плюнул на труп.
– Фу, – пробормотал он, – настоящий бочонок с дерьмом эта старуха.
Никто из присутствующих не возмутился его поведением, они вообще ни на что не обращали внимания, привыкшие к смерти и трупам. Они подняли труп Спонг, крякнули и закинули его в телегу. Процессия двинулась дальше, один зазвонил в колокольчик, другой забрался на место кучера. Оттуда сверху он крикнул Эмбер:
– Завтра вечером приедем за тобой. Твой труп будет гораздо приятнее, чем эта вонючая старая шлюха.
Эмбер захлопнула дверь и стала медленно подниматься по лестнице. Ей было так плохо, что, поднимаясь, она должна была крепко держаться за перила.
Она вошла в кухню и стала готовить ужин для Брюса. «Потом, – подумала она, – согрею побольше воды и вымою пол в гостиной». Впервые за все это время ей не хотелось приниматься за работу. Все, чего она хотела, – лечь и заснуть и проснуться где-нибудь в другом месте, далеко отсюда. Навалившаяся беда показалась ей чрезмерной.
Слова возницы похоронных дров продолжали звучать в ее голове. Она не могла избавиться от наваждения, о чем бы ни думала: ей казалось, что она не здесь, на кухне, а внизу, стоит в дверях и смотрит на происходящее. И грузили в телегу не Спонг, не у Спонг разорвали платье сверху донизу, не Спонг забросили в кучу трупов. Нет, то была она, Эмбер.
«Святой Боже! – думала она. – Да я с ума сойду! Еще один день – и меня можно отправлять в Бедлам!»
Всю домашнюю работу – еда, питье, уборка – Эмбер делала замедленными, неловкими движениями, в конце концов она уронила на пол яйцо. Она рассердилась на себя, но взяла тряпку и тщательно убрала за собой. Когда она наклонилась, то почувствовала резкую головную боль и приступ головокружения. Она выпрямилась и вдруг, к своему великому удивлению, зашаталась. Она упала бы на пол, если бы не ухватилась за край стола.
Долгую минуту она стояла и смотрела в пол, потом повернулась и пошла в гостиную. «Нет, – подумала она, отмахиваясь от пришедшей в голову мысли, – нет, не может этого быть. Конечно же, не может…»
Она взяла свечу в подсвечнике и поставила ее на письменный столик. Потом положила руки на столешницу и наклонилась посмотреть на себя в маленькое круглое зеркало в позолоченной раме, висевшее на стене. Пламя свечи отбрасывало резкие тени на ее лицо. Она увидела глубокие темные круги под глазами, отражение ресниц на веках, что обостряло выражение слепого ужаса в глазах. Наконец она высунула язык. Он был покрыт желтоватым налетом, а кончик и края оставались, чистыми и блестящими, противоестественно розовыми. Она закрыла глаза, и комната поплыла, стала раскачиваться и удаляться.
«Пресвятая Дева Мария, матерь Божья! Завтра придет мой черед!»




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор Кэтлин



Дочитав я думала есть продолжение....Сложилось впечатление будто автор ненавидит свою героиню((
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинАнтонина
23.11.2010, 1.23





Книга очень понравилась, автор молодец - всё у неё выдержано в чётком, подробном и выдержанном стиле, нет никаких пастельных и похотливых сцен, их описаний. Читатель в таком случае имеет возможность применить собственную фантазию.... Эмбер получает горький опыт через разочарования и лишения, это даёт ей возможность отточить свой характер в лучшую или худшую сторону. В любом случае, - роман приглашает читателя задуматься, сравнить и сделать выводы для себя. Молодец автор книги, написала профессионально, нравится иногда юмор различных ситуаций и сцен.... Спасибо автору! Желаю всем счастья и Любви взаимной, преданной и длящейся вечно!!!Надежда.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинНадежда Ремизова-Бабушкина
17.06.2011, 5.53





Не читайте, очень трудно и тяжело...я читала и мне казалось что не будет конца.человеческой подлости. И никогда эта книга не сравнится со Скарлетт!Человек должен учится на своих ошибках, в этой же книге героиня становилась порочной, злой и жестокой!Конец отвратительный! Я глубоко розачерована!
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинАлена
14.12.2011, 1.10





А может всё-таки продолжение есть? Может кто знает,напишите пожалуйста!!!
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинЕленка
3.10.2012, 21.56





Продолжение есть, но написал его другой автор. Катарина Фукс "Падение и величие прекрасной Эмбер".
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинМаргарита
15.10.2012, 21.20





Очень тяжёлая книга,вообще никакого смысла нет. ГГ шлюха и злобная выскочка. А этот Брюс вообще ****...очень разочарована, хотя этот роман так нахваливали....Лучше Макнот и Голон никто не пишет исторические романы. В общем ужас!!
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинМарина
22.01.2013, 22.06





Прочитала эту книгу пять лет назад,все эти пять лет забыть не могла.Каждый раз когда я о ней вспоминаю в душе столько горя и отчаянья,как будто Эмбер-это я!!!Сильная книга,но в плохую сторону!!!
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинНатали
23.04.2013, 13.32





Натали будто мои мысли высказала.Тяжелая история,безысходная какая-то... Написано очень сильно, поэтому и эмоции такие сильные одолевают.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинГалина
30.04.2013, 5.53





Этот роман не о любви. Точнее, не о взаимной любви. Прочитать стоит, отлично даны характеры, мотивы поступков. Эмбер не может выиграть в борьбе за Брюса- читайте внимательно: много связывает, любит, как любовницу, но женой не сделает никогда. Понятно, почему. 39 лет мужчина живет альковной, будуарной жизнью, меняя любовниц, имея внебрачных детей, но уважение и любовь отдаст невинности, хотя всегда ей, жене, будет изменять. Эмбер имела свои козыри, но ее погубили любовь и ревность. А жаль.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинЕва
30.04.2013, 8.40





Для меня важно, что когда возникла смертельная опасность, Брюс беспокоился о сыне, Брюсе, дочери, Сьюзен и о том, что нужно написать жене и просил он об этом любовницу, Амбер. Вот и весь ответ, кого он любит. Мне очень жаль Амбер, она достойна лучшего.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинАлина
30.04.2013, 9.59





Пардон, ЭМБЕР .
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинАлина
30.04.2013, 10.12





Этот роман должен служить примером дя женщин, как нельзя строить свои взаиоотношния.Она его любит, действительно любит, она откажется от всего на свете ради него. А он нет. У него свои принципы. Ему нужна определенная жена , чуть сексуального призыва, ему под 40 , ей 16, ее происхождение и ей не нужно завоевывать свое место под солнцем, красива, невинна,но он дерьмо.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинРина
30.04.2013, 10.48





Навеки твоя. Разве он верен ей навеки? Он свободен, он ничей.Зачем эта верность, зачем эта боль?
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинЛи
30.04.2013, 11.07





Как мог он 38 и 18 нет крови, грязи, нет борьбы за жизнь, победы, детей, предательства, она , ей, 26, но ведь она любит, он просто подлец...Ее дети, как она его спасала, чтобы она не сделала, ведь она его ревновала, а он подлец.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинЛиз
30.04.2013, 12.42





Зачем эта верность, эта боль... Да ведь навеки твоя- это Эмбер так ощущает. Он же твердо сказал: не женюсь, уеду навсегда и в этом нет никакой жертвы. Он считает правильным так поступить. Она отдаст все за счастье быть с ним, а он решил связать свою жизнь с другой, он считает Эмбер недостойной быть его женой и ничего так и не смогло изменить его отношения.Последние их выяснения отношений просто душу на части рвут, но такова жизнь, он сделал свой выбор. Хотя еще в начале беременности жены он сказал, что навсегда уедет, только сделать это он хотел более спокойно для себя.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинКарина
30.04.2013, 15.20





Ой, девочки! Прочитать нужно! Это не о любви, но это руководство к жизни. Любить, нужно тех, кто любит Вас! Что толку, что она любила его ? Он никогда ее не любил: не умирал от ревности, не стремился к ней,вопреки всему, не скучал, не мечтал, даже не нарушал свои правила. Жениться на титуле+ невинность= мерзость какая- это для него.А когда он умирал в грязи и болезни, она рисковала жизнью- это не в счет. Она не ангел. Но я хочу, чтобы она победила. . Очень хочу. Пожалуйста. Он ей должен.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинЭва
2.05.2013, 11.36





Девочки, может все-таки есть продолжение?В самом начале романа цыганка предсказывает Эмбер судьбу: 7 мужей, 6 детей. К концу романа мужей 4, детей почти 3. Уж больно холодно, мерзко и противно Брюс относился к Эмбер. Нет, он поступает правильно: женится на правильной девочке, о сыне заботится, но за весь роман мы ни разу не увидели его в порыве безрассудной, безумной, всепоглащающей любви- он как автомат, честное слово- здесь отмерил любви жене, там дал сеанс секса, причем любой, тут же порция заботы детям. Хочется, чтобы он зарыдал от боли и любви, чтобы ему было также больно, как Эмбер, ее падчерице, его жене и другим. Он весь роман совершает мерзкие поступки, но бесит своей невозмутимостью и умением отлично устроиться в жизни, используя всех.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинНика
4.05.2013, 5.38





Очень хорошая книга,столько настоящего в ней.Полнлстью согласна со всеми коментариями.Было так больно за Эмбер,сердце разрывалось...
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинМилана
5.05.2013, 9.53





Хочется справедливости. Брюс должен, именно должен за все, и за всех ответить. Пусть это будет не Эмбер, пусть не жена, но кто- то должен поставить его на колени, разбить вдребезги его самообладание, послать к черту его тщательно отрепетированную жизнь. Ах, дура, Эмбер ! Надо было искать не любви, не мести, не возможности разрушить его жизнь. Поставить такую ничтожную цель- выйти за него замуж, сделать все ошибки в достижении этой цели, так потерять свою жизнь!!! Мне так ее жаль. Но он не имеет права на счастье. Ах, если бы хоть кто- то помог Эмбер, бедная девочка! Она не заслужила такого отношения со стороны Брюса. Очень хочу, чтобы Эмбер была счастлива, ни этот урод, который поставил целью Благородный брак с невинной подходящей курицей, курица тоже безумно раздражает, хотя она белая и пушистая, но я хочу, чтобы Эмбер смогла получить Брюса и убедиться, что не стоило ради него приносить в жертву всю свою жизнь, смогла САМА оставить его и быть счастливой.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинКэт
5.05.2013, 10.03





Высококлассный роман, реально вписывающийся в исторические реалии того времени. Главная героиня подтверждает бессмертное утверждение А.С. Пушкина:"Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей". Мужчин следует не любить, а использовать. Так ваше сердце будет целее.Это мое жизненное наблюдение.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинВ.З,.65л.
31.05.2013, 6.56





Отличный роман,нет соплей как вдругих где все такие верные и преданые,вот она реаль того времени . Это естевственно ,что Брюс не женится на Эмбер слишком хорошо он её знает,в жены таких не берут, она глупая женьщина ,но она искренне его любит и мне её жаль ,в ревности дамы доходят до абсурда. И мне не хватило эмоций Брюса ,что он на самом деле чувствовал к Эмбер ведь чувства были,и как он мог говорить о любви к жене ,когда изменяет ей на право и на лево. Я тже хочу чтобы он страдал ,очень сильно хочу
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор Кэтлинрумиса
7.06.2013, 21.46





Очень жалко эмбер,она заслуживает счастья.она так долго боролась,была и в самой худшей тюрьме ньюгейт,содержалась капитаном гвардии,женилась на богатом купце,переспала с герцогом букингемом,стала ближней фавориткой самого короля.она хваталась,дралась ,делала ошибки выживала и разочаровалась ,лгала ,лицемерила,бывала эгоистичной,но все равно она-сильная женщина.сумела столько пережить,хоть и стерва но ради одного единственного готова на все,а тот единственный ведет себя как мутагенный козел шлифования.она спасла ему жизнь,он подарил детей и оставил, одну с пятиста фунтами.да возможно она бы смогла избежать тюрьмы если не наивность простодушие какая та глупость и легкомысленность присуще деревенским девушкам.она учится на своих ошибках умнеет и набирает опыта но вместе с этим она черствеет ну и как бы стервознее что ли становиться. Он уехал в Америку и женился на другой,но говорил что он не из тех кто женится,что это было?"эмбер,я никогда не женюсь,ты хочешь чтобы я ближайшие сорок лет сидел во дворе играл в карты и слушал все эти интриги и никчемные страсти?слушай,это не для меня,я устал от выпивки и женщин,от разврата лжи и скуки,мне надоело слушать сплетни дур,эти бесконечные балы светские беседы понадоедали мне.я хочу побывать в таком месте где ни разу не выступала человеческая нога,увидеть девственную природу.я хочу завоевать эти земли....."-хотел приключений устал от телячьих нежностей,понимаю но врать то зачем???сам сказал что не женится,а сам то.я хочу чтобы он настрадался и намучился как эмбер....он сволочь но я его уважаю и ненавижу,правильно говорит что устал от лжи грязи,от развратного Лондона,он видит то что другие не видят и в ближайшие двадцать лет не увидят,за атласными платьями роскошным блеском украшений,за бархатистостью фраков и шелковыми масками,манерами лицемерными и через чур подобострастными люди прячут свое настоящее лицо.вокруг лживые лицемерные похотливые монстры. Но он все равно сволочь,эмбер много ошибается но к/т из нас не делает ошибок?поэтому я хочу счастливой концовки.роман прекрасен,но складывается ощущение,что автор ненавидит героиню.конечно эмбер не мери сьюшная героиня со всеми положительными качествами и которая никогда не делает ошибок,всегда ненавидела мери сьюшность,тем кому хочется идеализма почитайте "поющие в терновнике".там сплошной идеализм,конечно конечно у всех разные вкусы.в общем отличная книга....rnrnrnrnrnrnrnrnrnrnrnrnrnrnrnrnrnrnrnс
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинКира
22.08.2013, 11.06





Книга отличная не смотря на то, что у сюжета нет ожидаемого конца. Знаете, я сочувствую героине. Она не была глупой, просто как все упрямые и эгоистичные натуры, у нее не хватило терпения и выдержки для достижения своей цели, которая заключалась в обладании любимым ею мужчиной. Я получила истинное наслаждение от этого произведения и согласна с выводами некоторых корреспондентов, что именно мужчина должен любить женщину, а не наоборот.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинБелла
1.07.2014, 18.25





я восхищаюсь эмбер и жалею её
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор Кэтлинлариса
13.11.2014, 12.23





Да,Эмбер,бесспорно жалко,но никому противно не было от ее поступков и откровенного использования людей???мне после некоторых прочитанных глав помыться хотелось, смыть осадок эмоций
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинМария
25.09.2015, 12.07





Сегодня дочитала книгу "Навеки твоя Эмбер" Уинзор Кэтлин. Жаль расставаться с главными героями: Эмбер и Брюсом. Да, их чувства и поступки не поддаются однозначной оценке. Но сила десятилетней любви вызывает восхищение.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор Кэтлиннаталья
7.10.2015, 2.35





Потрясающий роман, достойный прочтения. Он обрывается, словно бы и не закончен, и финал оставляет горький осадок, хотя что тут можно ещё добавить? Ведь автор с самого начала и на протяжении всей книги показывает: эта история о безграничной и, увы, безответной преданности, когда собственные честь, достоинство, жизнь не стоят и гроша, когда тебя бьют по одной щеке, а ты, сколько бы ни было больно и унизительно, тянешься подставить под удар другую. Безумно жаль главную героиню Эмбер - несмотря на всю грязь, с которой ей пришлось столкнуться в жизни, на все ужасные поступки, совершенные ею самой, эта женщина являет собой образец любви и верности своему, пусть и не достойному её, мужчине.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинНаталия
18.12.2015, 9.47





Ах, как жаль, что нет продолжения этой книги.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинIRina
2.02.2016, 20.23





Невероятно сильная по эмоциям книга. Том первый и второй просто выворачивают душу.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор КэтлинБет.
23.03.2016, 15.44





Потрясающий роман. Не могу никак прийти в себя.
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор Кэтлин...
17.05.2016, 16.24





ВЫСКАЗЫВАЮ ТОЛЬКО СВОЁ ЛИЧНОЕ МНЕНИЕ.С исторической точки зрения претензий к этому роману у меня нет.Время и эпоха показана блестяще.А вот Главная героиня вызывала у меня чувство отвращения и гадливости,и абсолютно не вызывала чувства уважения или жалости.Давно я не встречала таких вот эгоистичных и пошлых героинь.Такая женщина как Эмбер мне глубоко противна.Что же касается её любви к Брюсу,определенно Любви этой не было.Похоть,завышенная самооценка себя любимой,ревность,эгоизм,но не любовь.Просто не возможно любить человека и тут же раздвигать ноги ,для всех желающих и за деньги иrn без них.Что касается Брюса,он вызвал у меня больше уважения.Он был честен с самого начала и всегда говорил,что он на ней rnНе женится.Так что упрекать его в чем то,просто не имеет смысла.И если Эмбер решила по своему,это её проблемы ( и тем не менее это не мешало ей ложится под"конюха" или короля) А конец этого романа и так понятен.Она будет его доставать,он будет её иногда "Иметь" и гнать поганной метлой.И в конце её съест сифилис(от беспорядочной половой жизни) Моя оценка 5 только за историческую данность
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор Кэтлинс
16.06.2016, 9.10





Для любителей этого романа Есть фильм,правда он старый 1947 года,под названием " Амбер навсегда"
Навеки твоя Эмбер Том 2 - Уинзор Кэтлинс
16.09.2016, 15.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100