Читать онлайн Навеки твоя Эмбер Том 1, автора - Уинзор Кэтлин, Раздел - Глава тридцатая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Навеки твоя Эмбер Том 1 - Уинзор Кэтлин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.47 (Голосов: 40)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Навеки твоя Эмбер Том 1 - Уинзор Кэтлин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Навеки твоя Эмбер Том 1 - Уинзор Кэтлин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Уинзор Кэтлин

Навеки твоя Эмбер Том 1

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава тридцатая

Свадьба Джемаймы стала большим общественным событием.
И у Дэнжерфилдов, и у Каттлов было множество друзей и родственников, поэтому подарки для жениха и невесты заполнили целую комнату, специально отведенную для этой цели. Невеста ступала, по золотому гобелену к импровизированному алтарю, установленному в южной гостиной, тетушки и дядюшки смущенно шушукались, а от громкой музыки трех больших органов дрожали стены. Джемайма распустила по плечам свои темно-каштановые волосы, отливавшие медью, — символ невинности, на голову ей надели венок из листьев мирты, оливкового дерева и розмарина. Однако глаза ее оставались сухими и серьезными, что считалось дурным предзнаменованием, ибо невеста обязательно должна плакать. Джемайма ушла в себя, она почти не сознавала, что делает и что говорит, а когда процедура закончилась, отрешенно принимала поздравления и поцелуи своего счастливого жениха, друзей и родственников.
Новобрачные открыли бал, и после первого танца их, по установленному обычаю, проводили на верхний этаж, в украшенную спальню невесты. Когда женщины раздевали Джемайму, она начала рыдать, и все облегченно вздохнули. Потом молодая чета уселась рядом на большой кровати. Глаза Джемаймы расширились и стали испуганными, как у зверька, попавшего в западню. Молодым, по древнему обряду, вручили горшочек с поссетом — смесью молока, вина и пряностей. Все присутствующие церемонно передавали его по кругу.
Атмосфера при совершении церемонии оставалась серьезной и торжественной, никаких смешков, грубых жестов и непристойных песенок, как это часто происходило на свадьбах. Все были преисполнены торжественности, спокойствия и ответственности. Гости стали выходить из спальни, оставив Джемайму наедине с мужем, и Эмбер облегченно вздохнула. «Слава Богу! — подумала она. — Наконец свершилось. И я в безопасности».
Но как только она почувствовала себя защищенной от невзгод, на нее, как мрачный туман над рекой, навалилась скука. Она накупила слишком много платьев, слишком много украшений, и эти веши перестали радовать ее, особенно после того, как она почувствовала презрительное отношение к ним со стороны знакомых дам. К тому же Эмбер страшно хандрила из-за беременности, беспокоилась по поводу цвета кожи и кругов под глазами, плакала, когда живот стал заметно увеличиваться. Она уверяла себя, что выглядит отвратительно и такой останется навсегда. Развлечения ради она часто требовала какой-нибудь внесезонной еды. Сэмюэль и все домашние сбивались с ног, чтобы достать то, чего требует жена, ибо все знали, что непременно надо выполнять желания беременной женщины, иначе ребенок может родиться мертвым. Но к тому времени, когда наконец искомое приносили, «жажда» проходила, и она требовала другого.
Эмбер спала десять-одиннадцать часов. Она больше не вставала в шесть вместе с Сэмюэлем, а часто дремала до десяти. Потом еще полчаса лежала в постели, тревожно размышляя о предстоящем дне. Одевалась она только к полудню — к обеду. Если Сэмюэль к этому времени оставался дома, Эмбер тоже не выходила, в противном случае она ездила с визитом к кому-нибудь из многочисленных родственников Дэнжерфилдов или их друзей. Они подолгу говорили о детях и слугах, о слугах и детях.
— Когда ждете, миссис Дэнжерфилд? — спрашивали ее везде, куда бы она ни приехала. Потом начиналось обсуждение кузины Джанет и ее ужасных родов, длившихся чуть ли не пятьдесят четыре часа, или же ее тетушки Рут, которая два раза подряд рожала тройню. И все время они сидели и жевали жирные пирожные, приторно сладкое печенье и конфеты, сливки и творог. Толстые, добродушные, счастливые и довольные собой женщины, которых Эмбер считала самыми нелепыми существами в мире.
За этими нехитрыми занятиями недели проходили очень быстро одна за другой.
«Господь всемогущий! — с тоской думала Эмбер. — В марте мне исполнится двадцать один год! Когда я в конце концов получу эти чертовы деньги, я буду слишком старой, чтобы радоваться им».
Рождество внесло некоторое разнообразие. Дом наполнился детьми, их стало больше, чем когда-либо: Дебора, которая жила в деревне, приехала на праздник с мужем и шестью детьми. Элис и Энн, хотя они и жили в Лондоне, по традиции Дэнжерфилдов, перебрались сюда — каждая со своей семьей. Уильям вернулся из-за границы, Джордж. — из Оксфорда. Только Джемайма предпочла остаться в доме мужа, но и она почти ежедневно наносила визиты, рядом с ней неизменно был Джозеф, гордый, что у него такая хорошенькая жена, и счастливый предстоящим отцовством — он всем встречным спешил сообщить эту замечательную новость. Сама же Джемайма казалась если не влюбленной в Джозефа, то, по меньшей мере, терпимой к его обожанию, чего раньше не бывало. Беременность придала ей какую-то привлекательную умиротворенность. Бунт против образа жизни и морали ее сословия закончился, Джемайма начала принимать эту жизнь, какой она есть, и все встало на свои места.
Гирлянды из лавра, кипариса и остролиста с красными ягодами украшали все комнаты в доме, наполняя их пряным ароматом. Огромная серебряная ваза с горячим вином, увитая плющом, цветными лентами с плавающими на поверхности печеными яблоками, стояла в холле у дверей. Угощение тоже было приготовлено по славной древней традиции: овсяная каша с черносливом, пирожки с мясом, зажаренный молочный поросенок, кабанья голова с позолоченными клыками, жирные гуси, каплуны, фазаны, а все, что оставалось несъеденным, отдавали бедным, столпившимся у ворот в несметном количестве с корзинками в руках, ибо щедрость Дэнжерфилдов была им хорошо известна.
На Рождество во всех домах, кроме самых пуританских, традиционно допускались азартные игры на деньги. И с самого утра до поздней ночи тасовались карты, вертелись дайсы и на столах весело звенели серебряные монеты. Дети играли в «жучка», в жмурки и в «туфлю по кругу». Они громко кричали, смеялись и носились друг за другом по всему дому от подвала до чердака. Больше двух недель дом был полон гостей, приезжавших, сменяя друг друга.
Эмбер подарила Сэмюэлю миниатюру в форме сердечка с собственным изображением (полностью одетой), обрамленную жемчугом, рубинами и бриллиантами. Почти столь же дорогие подарки она сделала всем другим членам семьи, а щедрость хозяйки по отношению к слугам завоевала ей репутацию самой добросердечной женщины в мире. И Эмбер получала столько же, сколько дарила, но не потому, что семейство полюбило ее больше, чем раньше, а просто для поддержания видимости хороших отношений ради отца и постоянных людей. Эмбер знала об этом, но ее мало трогали их чувства, ибо теперь, когда она, по мнению Сэмюэля, носила под сердцем его ребенка, ничто не могло поколебать ее положения. Муж. подарил Эмбер превосходную маленькую позолоченную карету, обитую изнутри ярко-алым бархатом, с отделкой из золотой тесьмы с многочисленными кисточками и шестерку красивых черных лошадей. Но ей разрешалось передвигаться только в портшезе, а не в карете: Сэмюэль не хотел рисковать ни здоровьем жены, ни будущего ребенка.
Рождественские праздники завершились на Двенадцатую ночь
type="note" l:href="#FbAutId_33">[33]
. Поздно вечером у Сэмюэля случился еще один серьезный сердечный приступ, первый с июля прошлого года.
Доктор де Форест, за которым немедленно послали, спросил Эмбер наедине, выполнял ли Сэмюэль его предыдущее предписание, и Эмбер неохотно призналась, что в последнее время — нет. Но в свое оправдание заявила, что пыталась отговорить мужа, но тот не желал ничего слушать, считал просто смешным, будто мужчина в шестьдесят один год уже слишком стар для любви, и клялся, что чувствует себя гораздо более крепким, чем в прежние годы.
— Я не знаю, доктор Форест, что я еще могу сделать, — закончила Эмбер, снимая с себя ответственность.
— В таком случае, мадам, — мрачно ответил доктор, — я сомневаюсь, что ваш муж доживет до конца года.
Эмбер устало повернулась и вышла из комнаты. Если она хочет когда-нибудь стать богатой, Сэмюэль должен умереть, и все-таки она поежилась от мысли об убийстве мужа, даже косвенном. Она лишь подогревала искреннюю, хотя и противоестественную любовь красивого, доброго и щедрого старого человека, которого завлекла в законный брак.
В комнате, смежной со спальней, Эмбер столкнулась с Леттис и Сэмом. Брат обнимал ее за плечи, та горько рыдала.
— О Сэм! Если бы это произошло в какой-нибудь другой день, но только не сегодня! Ведь нынче Двенадцатая ночь — это значит, что отец не доживет до конца года, я точно знаю!
Двенадцатая ночь — ночь пророчества. Сэм стал успокаивать сестру, спокойно объясняя:
— Не надо думать об этом, Леттис. Это всего лишь глупый предрассудок. Помнишь, в прошлом году тетушка заболела лихорадкой, как раз в Двенадцатую ночь? И весь год после этого была здоровой и веселой, — он заметил Эмбер, задержавшуюся в дверях, Леттис не видела ее.
— О, но отец — совсем другое дело! Эта ужасная женщина! Ведь она просто убивает его!
Сэм пытался остановить сестру — Эмбер уже вошла в комнату. Леттис резко обернулась, мгновение она смотрела на Эмбер, словно решая, то ли извиниться, то ли высказать все, что она думает. Потом неожиданно крикнула:
— Да, это я о вас говорю! Это ваша вина! Ему стало гораздо хуже с тех пор, как вы приехали сюда!
— Тише, тише, Леттис, — прошептал Сэм.
— Нечего шикать на меня! Он мой отец, и я люблю его, а нам придется стать свидетелями его преждевременной смерти из-за того, что эта наглая женщина убедила его, будто ему снова двадцать пять! — ее переполняли ненависть и презрение. Объявление Сэмюэлем беременности Эмбер стало для Леттис ударом, будто со стороны отца это было последним доказательством неверности памяти их покойной матери. — Что вы за женщина? Разве у вас совсем нет сердца? Загонять старика в могилу, чтобы унаследовать его деньги!
— Леттис… — умоляющим голосом попросил Сэм.
Ощущение своей вины помешало Эмбер возразить. У нее не хватало решимости ссориться с дочерью мужа, когда тот лежит в комнате рядом, возможно, при смерти. Она ответила неожиданно мягко:
— Это неправда, Леттис. Я понимаю, у нас большая разница в возрасте. Но я старалась дать ему счастье и думала, мне это удавалось. А Сэмюэль был болен до того, как я познакомилась с ним, и вы знаете это.
Леттис старалась избежать взгляда Эмбер. Ничто и никогда не заставит ее примириться с этой женщиной, которой она не доверяла по тысяче причин, но была еще в состоянии ради отца хотя бы внешне проявлять к ней почтение.
— Простите, я слишком много наговорила. Это из-за того, что я страшно тревожусь за отца.
Эмбер направилась к дверям спальни и, проходя мимо Леттис, быстро взяла ее за руку.
— Я тоже беспокоюсь за него, Леттис.
Леттис озадачено взглянула не нее, но ничего не могла с собой поделать: малейший жест со стороны этой женщины всегда казался ей лживым и злонамеренным.
Сэмюэль отказался на этот раз от своей обычной ежегодной поездки в Танбридж Уэллс, ибо беременность жены не позволяла ей сопровождать его. Но он много отдыхал. Все дольше он оставался в своих комнатах вдвоем с Эмбер, а торговыми делами заправляли старшие сыновья. Эмбер читала ему книги, играла на гитаре, пела песни — своей преданностью и весельем она пыталась успокоить голос собственной совести.
Среди людей, ведущих финансовые дела, было обычным в конце года производить проверку счетов и подводить итоги, но поскольку сердечный приступ задержал Сэмюэля, он отложил дела до начала февраля. Потом он работал над финансовыми бумагами несколько дней. Часть его капитала хранилась у банкира, часть вложена в акции Ост-индской компании, одним из директоров которой был он сам, в закладные, в проценты с капитала каперского флота и в другие подобные активы, а также в грузы в Кадиксе, Лиссабоне, Венеции, в драгоценности, золотые слитки, а кроме того, были и наличные.
— Почему бы тебе не предоставить бухгалтерскую работу Сэму и Бобу, — предложила однажды Эмбер Сэмюэлю. Она сидела на полу и играла с Тенси в игру «колыбель для кошки».
Сэмюэль работал за письменным столом, одетый в ост-индский камзол, привезенный ему Брюсом. Над его головой висел светильник с многочисленными свечами, ибо, несмотря на полдень, в помещении царил полумрак.
— Я хочу быть уверен, что мои финансовые дела в полном порядке, потому что, если со мной что— нибудь случится…
— Не надо так говорить, Сэмюэль, — Эмбер встала на ноги, бросила игру и, потрепав Тенси по голове, подошла к Сэмюэлю. Она чмокнула его в щеку и наклонилась, обняв за плечи. — Боже мой, как ты в этом разбираешься? Я бы ни за что в жизни не справилась с такой кучей цифр! — по правде говоря, Эмбер могла отличить разве что одну цифру от другой.
— Я все делаю так, чтобы тебе не нужно было ни о чем беспокоиться. Если родится мальчик, я оставлю ему десять тысяч фунтов, чтобы он сам мог начать свое дело. Я полагаю, для него будет лучше так, чем получить долю у братьев. Если же родится девочка, я оставлю ей пять тысяч в качестве приданого. А в каком виде ты хотела бы получить свою часть — деньгами или собственностью?
— О Сэмюэль, я не знаю! Давай не будем об этом говорить!
— Ерунда, дорогая. Об этом надо думать. Мужчина, имеющий хоть какие-то деньги, должен составить завещание, независимо от его возраста. Я передам деньги банкиру Шадраку Ньюболду.
Сэмюэль умер очень скоро, однажды вечером, в начале апреля, сразу после того, как поднялся к себе в спальню после напряженного рабочего дня.
Тело Сэмюэля Дэнжерфилда лежало дома на большом черном возвышении. Две тысячи фунтов было роздано бедным — по три фартинга на человека вместе с элем из жженки и печеньем. Его молодая вдова, которую все очень жалели из-за предстоящих в скором времени родов, принимала посетителей в своей комнате. Она была бледна, в простом черном платье, под густой черной вуалью, свисавшей чуть ли не до пола. Каждый стул, кресло, зеркало и картина в доме были затянуты черным крепом, все окна затворены, горело лишь несколько свечей — в дом пришла Смерть.
Гостям подавали холодные мясные блюда, вино и печенье. Наконец тронулся похоронный кортеж. Ночь стояла темная, холодная и ветреная; пламя факелов развевалось, как знамена. Процессия двигалась очень медленно и торжественно. Человек с колокольчиком шел впереди по улицам, за ним следовал катафалк, запряженный шестеркой черных лошадей с черным плюмажем на головах. Мужчины в черном облачении ехали верхом на черных лошадях рядом с катафалком, за ними двигалась вереница почти из тридцати закрытых черных карет, в которых были ближайшие родственники, дальше — члены гильдий, к которым принадлежал покойный, а за ними — нестройными рядами все остальные. Похоронная процессия растянулась почти на две мили.
В ту ночь Эмбер не могла одна уснуть в своей черной комнате. Она уговорила Нэн ночевать с ней вместе, и чтобы рядом с кроватью всю ночь горел светильник. Оказалось, не очень-то легко быть богатой женщиной. Она не испытывала от богатства той радости, которую предвкушала. А смерть Сэмюэля не так сильно, как должна была бы, опечалила ее. Эмбер просто охватила апатия. Единственным желанием было поскорее родить этого ребенка и освободиться от бремени, становившегося с каждым часом все более невыносимым.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Навеки твоя Эмбер Том 1 - Уинзор Кэтлин



Книга очень понравилась, автор молодец - всё у неё выдержано в чётком, подробном и выдержанном стиле, нет никаких пастельных и похотливых сцен, их описаний. Читатель в таком случае имеет возможность применить собственную фантазию.... Эмбер получает горький опыт через разочарования и лишения, это даёт ей возможность отточить свой характер в лучшую или худшую сторону. В любом случае, - роман приглашает читателя задуматься, сравнить и сделать выводы для себя. Молодец автор книги, написала профессионально, нравится иногда юмор различных ситуаций и сцен.... Спасибо автору! Желаю всем счастья и Любви взаимной, преданной и длящейся вечно!!!Надежда. Надежда Ремизова-Бабушкина 17.06.2011, 5.53
Навеки твоя Эмбер Том 1 - Уинзор КэтлинНадежда Ремизова-Бабушкина
17.06.2011, 6.07





Очень понравился роман. Спасибо автору большое!!!
Навеки твоя Эмбер Том 1 - Уинзор КэтлинЗагир Рамазанов
27.10.2011, 22.07





мой любимый роман
Навеки твоя Эмбер Том 1 - Уинзор КэтлинТамара
4.10.2012, 20.33





очень инетересная книга. жаль не продолжения
Навеки твоя Эмбер Том 1 - Уинзор Кэтлинума
16.05.2015, 15.03





еле нашла. когда то давно читала в библиотеке 1 книгу и с тех пор не могла найти 2 книгу. Слава тому кто изобрел интернет)))
Навеки твоя Эмбер Том 1 - Уинзор КэтлинБота
18.08.2015, 18.09





Роман очень понравился, и по-моему мнению, написан высокопрофессионально. Через сдержанность, присущую автору, тем не менее раскрыты мельчайшие детали - от характера описываемых персонажей до состояния той далекой эпохи в целом. И что удивительно: здесь не найдешь присущей многим любовным романам грязи в виде смакования постельных сцен, но показана сплошь изнанка жизни и людских характеров, живущих в ней - с их эгоизмом, честолюбием,порочностью; вот и Эмбер - главная героиня романа, способная идти по головам ради своего благосостояния и признания в обществе, - совсем не положительный персонаж. Но автор, описывая все злоключения, происходившие с ней, и все гадости, которые она делает другим, предлагает каждому решить для себя, как к ней относиться, ведь в конечном итоге Эмбер имеет всё, кроме любимого мужчины, которому не нужна.Прекрасная книга, достойная повторного чтения.
Навеки твоя Эмбер Том 1 - Уинзор КэтлинНаталия
16.11.2015, 13.24





Он ее выжимал до капли, а затем бросал, как тряпку, и не единожды. И Она чувствовала себя брошенной выжатой тряпкой. Она пыталась построить свою жизнь без него, пыталась любить другого, других. Но вся ее сущьность стремилась только к нему. Конечно, она не идеальна (а кто из нас идеал?). Она стремилась к богатству, к роскоши, хотела навсегда выкарабкаться из нищеты, в которой прошло ее детство. Но прежде всего она любила. А он... Если бы он только позвал, она бросила бы все и пошла бы за ним на край света. Несмотря на все недостатки Эмбер, искренне ей сочувствовала, потому-что она всего лишь Женщина, которая любила и все ее поступки были пропитаны отчаянием из-за неразделенной любви. По отношению к образу Брюса возникает вопрос - а способен ли он вообще кого-либо любить?
Навеки твоя Эмбер Том 1 - Уинзор КэтлинLady K.
4.04.2016, 13.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100